2134

Побирушка поневоле

Вскоре после празднования нового 1978 года моя маман поехала на шестимесячные курсы повышения квалификации преподавателей общественных наук, а шестилетнего меня отправила в маленькую деревню Старково Нижегородской (тогда – Горьковской области). Там жили её мама со своей мамой. То есть, моя бабушка баба Маня 62-х лет от роду, и прабабушка баба Груня, которой уже стукнуло девяносто.

Это было чудесное время – ненавистный садик остался в прошлом, картошка во всех видах – хоть каждый день, компота – хоть залейся, плюс козье молоко и «резиновые» (калёные) яйца, а однажды бабушка даже испекла настоящий колобок, с которым я весь день играл, а потом, когда он развалился, с удовольствием слопал по частям от имени зайца, волка и медведя. Городскому пацану всё было в диковинку: и русская печка, на которой можно было спать и сушить рукавички в специальных нишах-печурках, и старинная мебель, большей частью сделанная покойным прадедом-краснодеревщиком, и противная бодучая коза Зайка, и злющий петух, защищавший своих глупых гундосых кур, и старый полосатый безымянный кот с порванным ухом, каждый день ловивший для меня мышей (он их не ел, а складывал на табуретку возле моей кровати), и весёлая дворняжка Лада, будившая всех звонким лаем в три часа ночи, и интереснейшие радиопередачи, заменившие мне телевизор…

Ещё одним новым развлечением стали бабыгрунины молитвы. В углу была божница с тремя иконами, большим медным крестом и лампадой. Бабушка вставала на колени и что-то тихонько шептала, а я сидел как мышь, стараясь разобрать слова, но мало что понимал.

И вот однажды, по всей видимости, 4 марта, во Вселенскую родительскую субботу, баба Груня запросилась в церковь. Баба Маня до пенсии работавшая учительницей, в бога, естественно, не верила, но к просьбе матери отнеслась с уважением: достала большие явно самодельные деревянные сани, усадила в них бабу Груню и повезла, благо, это было не очень далеко. А мне было велено сидеть в храме, вести себя тихо, никуда не уходить и ждать, когда бабушка попросится домой.

В церкви было интересно, красиво, торжественно, очень тесно и немного страшно. Я тихонько сел на лавочку в углу, снял шапку, положил её на колени вверх ушами и стал слушать пение и рассматривать картинки на стенах. Вдруг какая-то незнакомая старушка положила мне в шапку конфету, перекрестила и погладила по голове шершавой ладонью. Я удивился, но, будучи воспитанным мальчиком, вежливо поблагодарил. Старушка ничего не ответила, грустно улыбнулась и ушла. Пока я размышлял: съесть конфету сейчас или подождать до дома, ещё чья-то бабушка положила карамельку, потом другая, третья… Шапка наполнялась сладостями, я не успевал кланяться и говорить «спасибо», и уже не понимал: радоваться или паниковать. Шапка наполнилась с горкой, я начал рассовывать конфеты по карманам, но какая-то тётенька выручила меня, дав целлофановый пакет.

Когда уже и пакет подходил к концу, баба Груня, наконец, устала. Я бегом кинулся домой, стараясь не растерять неожиданно свалившийся на меня подарок. Баба Маня, увидев это богатство, ничего не сказала, но зыркнула как-то нехорошо, и мне стало немного страшно.

Гром грянул, когда она привезла бабу Груню, уложила её отдыхать, а меня увела в заднюю конмату. Честно говоря, я и не догадывался, что бабушка умеет ругаться.

- Как тебе не стыдно! Ты что, нищий? Побирушка? Из голодного края сбежал? Конфет никогда не видел? Вот я матери-то напишу, вот обрадуется, что сын в церкви милостыню собирает!

Я хлопал глазами и ничего не понимал. Конечно, мне было очень совестно, но что я мог сделать? Неужели надо было обижать добрых старушек и отказываться брать конфеты? Или лучше стоило выбросить их в сугроб?

Наконец, бабушкин пыл иссяк, ругательства закончились, и она опустилась на лавку. Я набрался храбрости и спросил:

- Баб Мань, а что теперь делать-то?

Она устало посмотрела на меня и вдруг улыбнулась:

- Да что уж теперь сделаешь? Это мне, дуре старой, надо было раньше думать. Ты это… Конфеты-то кушай. Да бабе Груне дай, только выбери помягче, она любит…


Из этой истории я сделал три вывода.

Во-первых, в церковь ходить больше не стоит.

Во-вторых, быть нищим – выгодно, но, в-третьих, очень стыдно.


Это баба Маня со мной за пять лет до описываемых событий.

Побирушка поневоле Детство, Церковь, Бабушка, Деревня, Старики, Религия, Длиннопост

Это фото 1941 года, но ещё до Войны. Моя мама, её мама баба Маня, ну и баба Груня.

Побирушка поневоле Детство, Церковь, Бабушка, Деревня, Старики, Религия, Длиннопост

А это церковь в Старково. Фото моё 2017 года.

Побирушка поневоле Детство, Церковь, Бабушка, Деревня, Старики, Религия, Длиннопост

Дубликаты не найдены

Вы смотрите срез комментариев. Показать все
+56

Сразу рецепт калёных (резиновых) яиц.

Яйца варятся вкрутую, а потом ставятся в протопленную русскую печь. За неимением таковой берётся духовка, нагревается до 150 градусов, кочегарится минимум три часа, а лучше 4-6. Яйца, конечно, будут "стрелять", но это означает лишь то, что их плохо сварили. После этого можно ехать вокруг света, яйца не протухнут, а дети их обожают!

раскрыть ветку 18
+6
Надо попробовать
раскрыть ветку 1
+6

Рекомендую!

+4

Обезвоживание получается, с целью консервации?

раскрыть ветку 1
+9

Именно так. Но и вкуснее же!

+19

Бесплатно даю рецепт каленых яиц в современных условиях (не у всех есть печи или духовки). Кладешь сырые яйца в микроволновку и греешь до хорактерного треска. Готово - можно есть.

раскрыть ветку 7
+42
Спасибо. Шикарно. Теперь успеть бы до прихода жены всё отмыть...
раскрыть ветку 3
+9

Ага, и потом долго-долго отмываешь микроволновку.....

+6

Можно сотовый телефон зарядить за 5 минут.

Иллюстрация к комментарию
раскрыть ветку 1
+3

Современный вариант называется печёные яйца. Только такие нужно использовать для салата Оливье

+3
воду сливать? хочу дочек угостить
раскрыть ветку 4
+9

Обязательно! Калить в духовке насухую. Не пугайтесь стрельбы!

раскрыть ветку 3
Вы смотрите срез комментариев. Чтобы написать комментарий, перейдите к общему списку
Похожие посты
Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: