5

Отрывок книги Х-СОМ

Всем привет. Собственно, так как я являюсь поклонником еще старого доброго Х-СОМ середины девяностых, и иногда меня "пробивало" на всякую графоманию, появилась у меня давно мысль накатать полноценную книгу по данной игрушке. Начальную часть я выкладываю здесь, и хочу спросить, стоит ли вообще продолжать? Имеет смысл? Или забить забыть и выкинуть?
Прошу отнестись критически. Если у кого-то из вас хватит терпения дочитать до конца, то в принципе уже хорошо. В один пост всё не влезет, так что буду оставшиеся куски добавлять в комментах. Поехали, как сказал Юрий Алексеевич:

Глава 1: Последний День Отпуска

Звали его Андрей Кузнецов. Каждый, кто прогуливался сегодня по Парку Горького, взглянув на него, решил бы, что он провинциал. Легкая не по-осеннему футболка, затертые джинсы, потрепанные кроссовки явно китайского производства, да лежащий в руке батон хлеба из ближайшего ларька, производили вполне определенное впечатление небогатого парня из глубинки, приехавшего покорять столицу. Не он первый, не он последний. Поэтому одинокие девушки, ищущие приключений, и новых знакомств, едва взглянув на непрезентабельную внешность, брезгливо отводили взгляд, а шумные компании не спешили зазывать в свои ряды. Впрочем, его это целиком и полностью устраивало. В свои тридцать с небольшим он давно научился наслаждаться одиночеством. Вот и сейчас, Андрей, задумчиво разглядывая рябь на воде, изредка отрывал от батона небольшой кусок, и швырял важно плавающим внизу уткам.

Солнце постепенно садилось, уступая место вечерним сумеркам. Поежившись от внезапного порыва ветра, Андрей бросил остатки в воду, и, вздохнув, медленным шагом направился к выходу. Дойдя до метро, он привычным маршрутом свернул на Остоженку. Спустя несколько минут, он оказался у дома. Обыкновенная пятиэтажка с покосившимися окнами, и вечно протекающей крышей, построенная Бог знает когда, и с тех самых пор ни разу не ремонтировавшаяся. Противно скрипнула дверь. В нос шибануло застоявшейся вонью разбросанных повсюду окурков, разлитого алкоголя, и чьей-то мочи. Тускло горела одиноко болтавшаяся под потолком лампочка, едва освещавшая испещренные «наскальной живописью» стены. Андрей гонял время от времени местную шпану, но это всё равно не помогало. А остальным жильцам было уже давным-давно плевать. На подъезд. На дом. На себя. Взбежав по ступенькам на третий этаж, Андрей достал из кармана ключи. Лязгнул замок и, спустя мгновение, он оказался дома. Едва он закрыл дверь, волосы на затылке встали дыбом. В квартире кто-то был. Многолетние тренировки научили его чувствовать чужое присутствие буквально кожей. Медленно вытащив из-за пояса «Стечкина», Андрей снял пистолет с предохранителя. Мысли заметались, как стая вспугнутых ворон.

«Обыкновенное ворье? Вряд ли. В такую квартиру не полезут. Кто-то из бывших? Скорее всего, тоже нет. Ключи никому не давал. Какая-то недобитая сволочь нашла, где он живет, и решила устроить кровную месть? Возможно.»

Последний вариант казался наиболее вероятным. В конце концов, за несколько лет плодотворной работы в Управлении «В» ФСБ России, врагов у Андрея скопилось столько, что впору было начинать окапываться. Что ж. Издержки профессии. Поэтому, не делая резких движений, он беззвучной тенью в два шага оказался у кухни. Из-под двери выбивалась полоска света. Положив левую ладонь на ручку, Андрей целиком превратился в тугой комок напряженных мускулов, и обостренных до предела инстинктов, готовый к короткой, злой схватке. Когда дверь открылась, он на мгновение остолбенел. На кухне сидели двое. Причём, один из них, был ему хорошо знаком. Даже слишком.

- Добрый вечер, лейтенант, - прихлебывая чай спокойным тоном произнес пожилой, усатый мужчина, сидящий за пошарпанным столом.

- Александр Романович, судя по тому, что Вы находитесь в моей квартире, боюсь, что он не очень-то и добрый, - возразил Андрей, медленно опуская пистолет. – К тому же, в компании с человеком, которого я впервые вижу. А я очень не люблю видеть в своей квартире незнакомых людей. Вы прекрасно знаете, чем это грозит.

- Как знать, - пожал плечами гость.

Достав из старенького холодильника упаковку сока, Андрей жадно припал к горлышку. Осушив наполовину, он повернулся, и, более-менее расслабившись, спросил:

- Товарищ генерал, ближе к делу. В чём причина вашего появления? Сами знаете, это ставит меня в крайне неприятное положение. Если бы я просто спросил у вас время на улице, это уже послужило бы поводом для наших западных друзей установить за мной круглосуточную слежку, и прощай оперативная работа. Что уж говорить о личном визите.

- Поверь, мне самому это нравится не больше, чем тебе, - тяжело вздохнул генерал. – Но ситуация обязывает. О том, что я нахожусь сегодня здесь, знают только четыре человека во всем мире. Включая тебя. Даже наши западные друзья, как ты их назвал, не в курсе. Уж мы позаботились.

- Продолжайте

- Дело в том, что мой коллега, - кивнул генерал в сторону безмолвно сидящего спутника, - хочет предложить тебе так сказать… перевод в другой отдел. По той же специальности.

Достав пачку сигарет, Андрей отошел к окну. В тишине щелкнула зажигалка. Пустив облако синеватого дыма, он задумался. С минуту Андрей молча курил. Затем, затушив окурок, он медленно, подбирая слова, произнес:

- Александр Романович, разрешите, я буду предельно откровенен? - И, не дожидаясь ответа, продолжил. – Так вот. Эта затея мне не нравится. Завтра у меня заканчивается отпуск, и предстоит длительная командировка, к которой я готовился на протяжении полугода. Вы же заявляетесь ко мне домой. Лично. Без предупреждения. Приводите с собой непонятно кого. Да еще и предлагаете перевод в какой-то отдел. Пахнет самой настоящей подставой. Если я где-то прокололся, и меня собираются сдать, то так и скажите. Штатное оружие у меня есть, пуля тоже найдется.

- Хреновым ты был бы сотрудником, если б думал иначе, - ухмыльнулся генерал. – Что же касается пули, то не рекомендую. Ты – один из наших лучших оперативников. Подобными кадрами не разбрасываются.

Андрей перевел глаза на незнакомца. В гладком костюме, начищенных до блеска туфлях, и с кожаным портфелем, стоившим не меньше его месячной зарплаты, этот седоволосый человек смотрелся на кухне столь же уместно, как слон на параде. Какое-то время они испытующе разглядывали друг друга, словно два боксера перед гонгом.

- Андрей, прошу вас, успокойтесь. Я пришел всего лишь предложить вам работу, - неожиданно мягким тоном, произнес человек. - Выслушайте пожалуйста. А затем уже решайте. Вне зависимости от вашего решения, о нашей беседе никто не узнает.

Уловив едва заметные нотки британского акцента, Андрей насторожился.

- У нас в стране принято представляться прежде, чем заводить деловой разговор, - резко сказал он.

- Прошу прощения, - согласился собеседник. – Моё имя Ричард Паркер. Я являюсь ответственным за подбор персонала, для выполнения крайне деликатных операций.

- А если точнее? – буркнул Андрей. – Перевороты что ли, готовите?

- Если точнее, то поиск и освобождение заложников, скрытное устранение необходимых целей, захват ценных источников информации, и новых технологий. Короче всё то, чему вы обучались последние пятнадцать лет, только в более глобальном масштабе.

- Как же сильно вас припекло, если обратились за помощью к потенциальным противникам. Вы ведь англичанин?

- Валлиец, - кивнул Ричард. – Но моя национальность не имеет к делу совершенно никакого отношения. Я не работаю на какое-то определенное государство.

- Тогда на кого вы работаете?

- Скажем так, - медленно произнес Паркер, - я представляю интересы организации, которая работает вне территориальных рамок, и выполняет свои задачи в любой точке земного шара.

- Звучит так, словно вы хотите свергнуть правительство, и установить Новый Мировой Порядок, - усмехнулся Кузнецов.

- Скорее наоборот. По нашим данным, очень скоро может начаться война. И мы хотим её предотвратить.

Андрей, услышав это, зашелся в хохоте. А затем, внезапно остановившись, тоскливо произнес:

- Боюсь, вы опоздали. Она уже давно идёт. Мир катится ко всем чертям. Включите телевизор. США и Россия возобновили гонку вооружений. Китай наращивает свою мощь в усиленном темпе. Индия и Пакистан готовы вцепиться друг другу в глотки. Северная Корея, не смотря на все санкции и увещевания, проводит ядерные испытания. Иран уже почти создал атомную бомбу. Афганистан и Сирия в огне. В Ливии и Украине гражданская война. Ирак раздирают на части. Про Африку я вообще молчу. По всему миру каждый день вспыхивают новые горячие точки. И всё это на фоне заканчивающейся нефти. Люди сидят на ней так плотно, как наркоман на героине. А знаете, что происходит с наркоманом, когда вдруг заканчивается доза? У него начинается ломка. Он превращается в безумного зверя, готового на всё, чтобы достать новую.

- Вы абсолютно правы, Эндрю - вздохнул Паркер. – Но, всё же, я имею ввиду нечто другое.

Достав из портфеля чёрную папку, он протянул её русскому спецназовцу. На обложке золотыми буквами посередине красовалась тисненая надпись «X-COM Project». Андрей небрежным движением распахнул её. Взгляд быстро побежал по строчкам. Сухие цифры. Даты. Фамилии. Подписи. Печати. Фотографии. Через пару минут раздраженное выражение лица сменилось озадаченным, словно у школьника, вместо контрольной попавшего на государственный экзамен в университете.

- Вы что, серьезно? – недоуменно спросил он, прочтя последний листок. – Как это понимать?

- Понимаю, это звучит глупо, - улыбнулся Паркер.

- Это еще мягко сказано!

- Верно. Со стороны то, что Вы прочли, может показаться горячечным бредом, выдуманным человеком, давно и прочно сошедшим с ума. Но подумайте вот о чём, - тихо сказал валлиец, посмотрев ему прямо в глаза, - Земля – всего лишь маленькая, крошечная планета в звездной системе, коих около трехсот миллиардов только в нашей с Вами галактике. Во Вселенной – около ста миллиардов галактик. Постарайтесь вдуматься в эти цифры.

Андрей молчал, не зная, что ответить. А Паркер, словно почувствовав, что на секунду, на мгновение, Кузнецов утратил прежнюю резкость, с нажимом продолжил:

- Земле – четыре с половиной миллиарда лет. Люди возникли на этом глиняном камешке примерно двести тысяч лет назад. Для нас с Вами – это такая пропасть, в которую и заглянуть страшно. Но в масштабах Вселенной – это ничто. Короткая, яркая вспышка, не более. Казалось бы, ничтожная случайность, вызванная цепочкой маловероятных событий, произошедших в определенное время, и в определенном месте. Но насколько случайно возникновение кровяных телец в нашем с вами организме? Насколько случайно Ваш организм выбрасывает сотни тысяч лейкоцитов при возникновении малейшей опасности? Насколько случайно в Вашем мозгу возникают нейроны, по которым каждую секунду проносятся миллионы синапсических сигналов? Поймите, рано или поздно, но людям придётся защищаться, верите вы мне, или нет. Не сегодня, так завтра. От разумных тараканов, энергетических форм жизни, или какой-то другой дряни – не знаю. Суть не в этом. Но я точно знаю, что по сравнению с тем, с чем мы столкнемся, все наши нынешние конфликты, войны, и стычки – не серьезней, чем муравьиная возня. И если хоть на мгновение Вы решите, что в моих словах есть капля смысла – соглашайтесь.

- А если я откажусь? – хмуро спросил Андрей.

- Тогда я уйду, и Вы больше никогда меня не увидите, - спокойно ответил Паркер.

Продолжение в комментах

Дубликаты не найдены

+3

Глава 3:

Если раньше Андрей чувствовал, что его мускулы – как налитое железо, то спустя два месяца адских тренировок, появилось стойкое ощущение, что они наливаются сталью и титаном. Через кровь, пот, и слезы, Олсон сколачивал из оперативников цельную боевую единицу, равной по силе которой не существовало в мире. Пусти их сейчас в бой, эти двенадцать человек могли бы с легкостью захватить объект любой сложности. Если в тренажерке из их мышц выжимали всё до капли, то на тактических занятиях голова готова была развалиться на части. Учили работать в паре, в тройке, квартетом, и в одиночку. Оттачивали рефлексы чувствовать и знать, в каком точно месте находится партнер, какую выбрал цель, как за десятые доли секунды принимать решения, основываясь лишь на интуиции. И до попадания в проект, «иксы» всё это умели, иначе бы просто их не собрали со всех концов света. Но самое важное, чего добивался Олсон, и прочие умы, чтобы каждый из этой дюжины мог чувствовать члена боевой группы лучше, чем братья близнецы. Если российский спецназ «Альфа» способен освободить захваченный террористами автобус за десять секунд, то у «иксов», спустя два месяца, получалось сделать это за семь. В то время, как британская SAS освобождала самолет за сорок секунд, «иксам» на это требовалось тридцать две.

Дни, слились в единую полосу. С шести утра, до одиннадцати вечера, с короткими перерывами на прием пищи, «иксы» выкладывались на полную катушку, а приходя в свои номера – падали замертво. Так продолжалось до конца декабря, пока однажды в тренировочном зале из громкоговорителя не раздался голос Бауэра:

- Кузнецов, Хейфец, Леманн, Джамиль – срочно в ангар!

Моментально побросав снаряды, четверка оперативников ринулась в коридор. Спустя каких-то тридцать секунд, они уже привычно заняли места в Скайренджере. Усевшись в кресло, Андрей захлопнул накрепко стянувшие тело ремни. В наушниках раздался чистый, спокойный голос Бауэра:

- Итак ребята, я вас поздравляю. Первый боевой вылет.

Лица оперативников даже не дрогнули. Каждый прикрыл глаза, отрешившись от происходящего, и настраиваясь на боевой лад.

- По нашим сведениям, прямо сейчас, пришельцы решились на атаку. Мы её ждали не раньше, чем через неделю, но, прогноз оказался неточен. Атакуют Адрар в Алжире, Тронхейм в Норвегии, и пригород Квебека в Канаде. До Канады мы не успеем, до Алжира, скорее всего, тоже. Поэтому летите в Норвегию. Наверняка, они попытаются, как и в предыдущий раз, захватить живых, в качестве материала. Ваша задача – не дать им это сделать. Население оповещено о проводящейся операции, поэтому гражданских в зоне высадки будет минимум. Стрелять на поражение во всё, что не похоже на человека. Вопросов чужим не задавать. Если будет возможность захватить какие-либо образцы вооружения – сделайте это. Но, только если будет возможность! В остальном, работаете тихо, спокойно, и без нервов. Оперативная зона действия – квадратный километр. Цель ясна?

- Так точно! – проревел хор из четырех глоток.

- Всё, «иксы». Успеха. Успеха, и счастливого возвращения.

- К черту, - буркнул Кузнецов по-русски.

Уловив заинтересованный взгляд Леманна, пояснил:

- Да ничего, обыкновенная русская поговорка. Как скрестить пальцы.

Гюнтер, усмехнувшись, кивнул.

Хейфец, с самого первого дня тренировок не расстававшаяся со снайперской винтовкой, в очередной раз проверяла крепление здоровенного оптического прицела. Смуглый, с черными как маслины глазами Джамиль любовно поглаживал приклад штурмовой винтовки, лежащей у него на коленях. Андрей сосредоточенно пересчитывал патроны к любимому Benelli M4, дробовику настолько же убойному, насколько безотказному, полюбившемуся еще со времен службы в «Вымпеле». Леманн, как командир группы, прокручивал в голове тактические заготовки.

Никто не нервничал. «Иксы» понимали, способны свернуть шею хоть черту.

- До подлета еще сорок минут. Выводите карту местности! - скомандовал Гюнтер.

«Иксы» синхронно коснулись шлемов, и на визоре каждого вспыхнула трехмерная модель предполагаемого района боевых действий. Четыре квартала, несколько жилых зданий, пара небольших магазинчиков, автозаправка, склад, и водонапорная башня.

- Значит так. Хейфец, высаживаешься на дальнем краю. Забираешься на башню, даешь обзор.

- Так точно!

- Пролетаем пару кварталов, я и Кузнецов начинаем работать со склада. Джамиль, ты высаживаешься чуть дальше, аккуратно проверяешь заправку, и движешься к нам. Изабель тебя страхует.

Сириец молча кивнул.

- Бауэр говорит, что гражданских минимум. Поэтому пальцы с курков не снимать, смотреть в оба!

- А если кого встретим? Ну, я имею ввиду из людей? – с сомнением спросил Кузнецов.

Гюнтер, покосившись на Андрея, буркнул:

- Если встретим, пусть сидят тихо и не рыпаются. Завяжется перестрелка – будут только мешать. Тащить каждого на своем горбу до «Скайрейнджера», объяснять кто мы такие, и что тут делаем, я не намерен. Зачищаем зону, потом выводим гражданских.


Пока это всё :) Продолжение зависит от реакции людей.

+3

- Ничего, поначалу у всех так. Через неделю отпускает. К тому же, сорок тысяч «зеленых» в месяц помогают свыкнуться намного быстрее.

Андрей присвистнул.

Лифт остановился так же быстро, как и стартовал. Створки открылись. По глазам ударил ровный белый свет, заливающий длинный, широкий коридор, с множеством дверей. Под ногами блестел мрамор. Уткнувшись в пачки распечаток, из кабинета в кабинет торопливо сновали люди в халатах, до боли напоминающие то ли ученых, то ли врачей. Андрей поморщился. И тех и других он одинаково недолюбливал. Первых – за излишнюю любовь к умничанью, вторых – за походы к стоматологу.

- Прямо до конца, третья дверь справа. Ну всё, бывай, боец.

Дружески хлопнув его по плечу, пара сопровождающих умчалась обратно наверх.

Медленно дойдя до конца коридора, Андрей свернул, и отсчитал третью дверь. Висевшая на ней табличка гласила: «Н. Леруа. Специалист отдела кадров». Причем на трех языках – английском, французском, и, к его удивлению, русском.

Кажется, я сошел с ума, - вздохнул Андрей, и толкнул дверь.

Глава 2:

За небольшим столом сидела худенькая брюнетка в строгом костюме, чем-то отдаленно похожая на большую осу. Пальцы порхали над клавиатурой. Взглянув на него из-под очков в роговой оправе, красовавшихся на носу, девушка приветливо улыбнулась.

- Андрей Кузнецов, добро пожаловать в «Х-СОМ». Меня зовут Николь Леруа. Можете звать просто Николь, - мягким голосом, на чистом русском произнесла она, жестом приглашая присесть.

- Итак, - сказал Андрей, с удовольствием усаживаясь в мягкое, обитое черной кожей кресло, - что вы можете рассказать мне о работе? О самом отделе? И вообще, где конкретно я нахожусь?

- О! Обо всем по порядку! – всплеснула руками Николь. – Мы с вами находимся в штаб-квартире проекта. Если же интересуют детали – то территориально она расположена неподалеку от Марселя. Финансируется ООН. Ваша будущая работа – по сути то же, чем вы занимались в вооруженных силах России. Ну а историю, на брифинге, Вам расскажет сам глава проекта.

- Хотелось бы знать, почему именно я.

- Вы нам полностью подходите, - улыбнулась Николь. – Ваши профессиональные навыки на достаточно высоком уровне. Плюс психологическая подготовка, нестандартное мышления, знание четырех языков, ну и конечно опыт. За десять лет Вы успели поучаствовать в боевых действиях на всех континентах планеты. Пусть и без огласки. А это ценный опыт. Именно то, что нам нужно.

По спине Андрея пробежали мурашки. Уловив его реакцию, девушка тут же успокаивающе добавила:

- Не волнуйтесь. В проекте участвуют десятки стран. Разумеется, они поставляют информацию об интересующих нас кадрах. Как военных, так и ученых, инженеров. Люди, которые работают здесь – мыслят иначе, чем те, кто снаружи. Мы не задумываемся о территориальных границах, мелочных спорах между государствами, и прочих досадных недоразумениях. Единственное, что нас волнует – сохранение Человечества, как вида. Понятно, что в подобных условиях, мы отбираем только лучших. И Вы – один из них.

- В нашей истории уже были те, кто отбирал только лучших, пытаясь создать сверхчеловека. Ничем хорошим это не закончилось, - пробормотал Андрей.

- Что вы, что вы, - протестующее воскликнула Николь. – Наша цель совершенно другая. Скоро сами всё поймете. А пока возьмите пропуск, и отдыхайте. Через три часа будьте в конференц-зале.

Андрей повертел в руках пластиковую карточку с той же неизменной красной «Х» на обратной стороне, и его улыбающейся фотографией – на лицевой.

- Ах да, чуть не забыла! – Порывшись в столе, девушка вытащила на свет нечто, напоминающее план эвакуации при пожаре, и протянула ему. – Прошу.

Кивнув, Андрей забрал схему, и вышел наружу. Побродив немного по коридорам, он наткнулся на небольшую, тихую кафешку, заказал здоровенную кружку кофе, и уселся за столик. Посетителей было немного. Всего трое «халатников», как окрестил их про себя Андрей, что-то негромко обсуждали за соседним столиком, да пара работяг в спецовках потягивали пиво возле барной стойки. Поэтому ничто не мешало ему погрузиться в изучение. Итак, база проекта «Х-СОМ» оказалась многоуровневой. На первом, наземном уровне, располагались аэродром, тренировочный полигон, и службы обеспечения. Первый этаж, в тридцати метрах под землей, составляли складские помещения. На втором, еще через тридцать – пресловутый конференц-зал, тренировочный центр, отдел кадров, плюс всякие мелкие магазинчики. Третий этаж целиком занимал жилой сектор, рассчитанный на восемьдесят человек. Четвертый – своего рода мини-завод по производству оружия, техники, и оборудования. Ну а на пятом, на глубине в две с половиной сотни метров – лаборатории. Андрей озадаченно откинулся на спинку. Зарыть всё это добро под землю, нагнать людей, и сделать так, чтобы ни капли информации не просочилось в СМИ – на это требовались серьезные ресурсы. Очень. И время. Кто-то сильно постарался. С этими мыслями, он одним махом допил кофе, поднялся, и направился к лифту. Спустившись в жилой блок, Кузнецов без труда обнаружил стальную дверь с тремя фамилиями, среди которых затесалась и его. Судя по надписи, жить ему придется с неким Э. Альваресом(Аргентина), и Ч. Ли(Китай). Ну что ж. Глобализация во всей красе. Сунув карточку в приемник, Андрей дождался едва слышного писка, и дверь с шипением отскочила в сторону. Внутри всё оказалось вполне обыденно. Три кровати, с тумбочками по бокам. Личные шкафчики. Небольшой столик. Музыкальный центр. Сверкающая плазменная панель на стене. Под ней – книжные полки. В углу примостился холодильник. Отдельно – душевая. Ни дать ни взять – стандартный номер какого-нибудь трехзвездочного отеля на берегу Средиземного моря, а не военная казарма под землей. Приняв горячий душ, и побрившись, Андрей отыскал в шкафчике чистую одежду, и переоделся. Чтобы как-то убить время, и не умереть от скуки, схватил с полки первую попавшуюся книгу, и уткнулся в неё.

Пара часов пролетела незаметно. Запищал взведенный на часах таймер. Отбросив книгу, Кузнецов неспешным шагом направился на встречу. В просторном конференц-зале, скорее похожем на студенческую аудиторию, уже скучали человек десять, сидящие вразнобой. Все как на подбор широкоплечие, загорелые мордовороты. Впрочем, среди них были даже трое женщин. От их взглядов у Андрея засосало под ложечкой. Впечатление, словно оказался в перекрестье трёх снайперских прицелов. Да и загар свой явно получили не на французском пляже, а в горах Афганистана, или пустынях Африки. Что ж, бывает и такое. Едва он уселся на первый попавшийся стул, дверь позади хлопнула. Меж рядов упругим шагом прошел высокий, худощавый мужчина. На вид – за шестьдесят. Проблеск седины на висках. Военная выправка. Черный костюм.

- Приветствую вас всех, - чуть хриплым голосом, обратился он к присутствующим, взойдя на небольшую трибуну. – Зовут меня Мэтт Бауэр. Я – глава всего проекта «Х-СОМ» на протяжении уже пятнадцати лет. Начну с того, что сам проект зародился в далеких сороковых. А если точнее – в одна тысяча девятьсот сорок седьмом году. Думаю, все из вас в курсе, что произошло в том году, верно?

Присутствующие негромко заворчали.

- Вы имеете ввиду Розуэлл? – недоверчиво спросил кто-то.

- Верно, - улыбнулся Бауэр. Кстати, представьтесь.

- Томас Миллер. Великобритания. Майор SAS.

- Спасибо, Томас. Да, как Вы верно заметили, проект зародился после розуэлльского инцидента. Тогда люди получили неопровержимое доказательство того, что не одиноки во Вселенной. Само собой, шила в мешке утаить было невозможно. Поэтому, правду об этом случае, мы смешали с ложью, и запустили в СМИ через проверенные каналы. Если бы все население планеты со стопроцентной уверенностью знало, что Землю посещают пришельцы, да еще и похищают людей – началась бы паника, и хаос. А так, с помощью Голливуда, слухов, и «очевидцев», мы превратили эту историю в обыкновенный миф. Городскую легенду. Но правда, настоящая, заставила действовать на самом высоком уровне. Восьмерка тогдашних сильнейших членов ООН, включая США, СССР, Францию, Великобританию, Китай, Австралию, Швецию, и Канаду, решила создать некую спецслужбу, способную в необходимый момент дать отпор иноземным захватчикам. Этой спецслужбой и стал «Х-СОМ».

+3

- Что, вот так просто?

- Подумайте сами. Что будет, если Вы расскажете кому-либо о моём визите? И о том, что я Вам предлагал?

- Меня ждёт психушка. В лучшем случае, - буркнул Кузнецов.

Паркер лишь молча улыбнулся. Поправив безупречно сидящий галстук, он встал. Андрей пожал протянутую ладонь.

- Поймите, я не прошу Вас предавать Вашу страну, - сказал он на прощание. – Я знаю, сколь много она для Вас значит. Наоборот, я прошу встать на её защиту. Вы один из немногих, кто на это по-настоящему способен.

Когда оба незваных гостя ушли, Андрей устало дотащился до спальни, и повалился на расшатанный диван, уставившись в потолок.

«Бред какой-то»,- подумал Кузнецов. Но, чем дольше он думал, тем сильнее его одолевали сомнения. Если его действительно приходили завербовать, то могли придумать сказочку поправдивей. К тому же, профессиональное чутье подсказывало, что подписи и печати, которые он видел – подлинные. И, когда он раз за разом натыкался на эту мысль, неприятный холодок пробегал по спине. Значит всё, о чём говорил Паркер – правда? И людям впрямь предстоит очередная борьба за выживание? С… чем? С кем? С пришельцами из космоса? От этой мысли Андрею становилось смешно, и страшно одновременно. Смешно потому, что всё это походило скорее на сюжет дешевого фантастического фильма. А страшно потому, что в данном случае логику и действия противника предугадать будет невозможно. Одно дело – люди. Будь ты хоть сто раз профессионал, но все твои действия можно просчитать вплоть до мельчайших деталей. Люди предсказуемы. Другое дело – враг извне. Как воевать с противником, которого никто и никогда в жизни не видел? Ясно одно – жертв будет много. И учебники, написанные кровью солдат, пополнят библиотеку военного искусства. Андрей не заметил, как веки смежились, и он погрузился в короткий, беспокойный сон.

Когда он проснулся, на улице уже светало. Где-то во дворе унылым лаем заливалась собака. Шуршал метлой дворник. Закряхтев, завелся чей-то автомобиль. Поднявшись, Андрей побрел в ванную. Струя холодной воды подействовала отрезвляюще. Не вытираясь, он посмотрел на себя в зеркало, висящее прямо над раковиной. Тонкие губы, короткая причёска ёжиком, небольшой шрам на правой скуле. И прицельный, острый взгляд зеленых, как молодая трава, глаз.

- Чёрт с вами. Поиграем в людей в чёрном, - буркнул он.



Когда он вышел на улицу, с неба посыпал мелкий, неприятный дождик.

«Да уж. Прямо пушкинская золотая осень, не иначе», - невесело подумал Кузнецов, глянув на грязные лужи, воняющие бензином, мерно храпящего на лавке бомжа, и урну, усеянную пустыми бутылками, некогда бывшую цветочной клумбой.

Осмотревшись, он нашел то, что искал. Неприметный «Фольксваген», явно знававший лучшие дни, пристроился прямо между ржавым забором, огораживающим детскую площадку, и новенькой «Тойотой» - предметом гордости одного из жильцов, и озлобленной зависти остальных. Андрей немного знал этого парня. Примерно его возраста, владел крохотной фирмой, то ли по производству каких-то упаковок, то ли стройматериалов. В общем, крутился, как белка в колесе, стараясь свести концы с концами.

Не спеша подойдя к «Фольксвагену», Кузнецов распахнул дверь, и молча уселся на переднее сиденье. Водитель, дремавший до этого, разомкнул глаза, и, также молча, завел мотор. Попетляв переулками, автомобиль выскочил на Смоленскую, а оттуда уже на Кутузовский проспект. Дома через запотевшее стекло сливались в серое пятно. Обратно в город тянулась длинная, многокилометровая пробка – настоящий бич всех мегаполисов. Кто-то сигналил, кто-то просто стоял, а кто-то, не вытерпев, разворачивался через двойную сплошную, в надежде найти другой путь. Вскоре слева промелькнул Парк Победы, затем МКАД, и, через каких-то полчаса, перед капотом остановившегося «Фольксвагена», возник шлагбаум.

- Ваши документы, - требовательным тоном произнес дежуривший у КПП боец с сержантскими нашивками на камуфляже.

Однако, взглянув на бумажку, просунутую ему водителем, враз присмирел. Шлагбаум поднялся, пропуская автомобиль на территорию. Оставив позади пару бараков, автомобиль замер на взлётно-посадочной полосе. Впереди, из тумана, проглядывали очертания Ми-8, настоящей «рабочей лошадки» российских вооруженных сил.

Стоило Кузнецову выбраться наружу, как «Фольксваген» развернулся, и укатил обратно, оставив напоследок лишь облако выхлопных газов. Пожав плечами, Андрей направился к вертолету.

- Ты что ли тот самый ценный груз, ради которого меня дёрнули из увольнительной? – хриплым голосом спросил появившийся словно из ниоткуда мужик, лет под пятьдесят, плотно упакованный в комбинезон пилота с торчащей в зубах сигаретой.

- Видимо да, - улыбнулся Андрей, пожимая крепкую, мозолистую ладонь.

- Чёрт знает, что творится, - проворчал пилот. – Думал, хоть пару дней отосплюсь по-человечески. Ан нет! Звонок среди ночи, всё, выручай, мол, Родина в опасности, и всё такое.

- А вдруг она и правда в опасности? – иронично поинтересовался Кузнецов.

- Эх, молодой человек, - покачал головой пилот. – Будь она и правда в опасности, то будили бы не меня, а ребят, летающих на «белых лебедях». Слыхал про такие?

- А то! – ответил Андрей.

Стратегический сверхзвуковой бомбардировщик Ту-160, способный нести на борту ядерные боеголовки, и получивший прозвище «Белый Лебедь», в своё время был, да и остается, настоящим кошмаром для натовцев. Андрей помнил, как после распада Союза, десяток этих самолетов, даже не самолетов, а настоящего воплощения мощи и красоты, базировавшихся на Украине, под радостные аплодисменты американских сенаторов разрезали на металлолом. Ему тогда было всего тринадцать, и он не особо вникал в происходящее. Это потом он виделся с людьми, пилотирующими когда-то эти шедевры. И слёзы этих преданных своей собственной страной людей он запомнил хорошо, и надолго.

- А, пустое это всё, - отмахнулся мужик. – Звать то тебя как?

- Андрей.

- Андрюха значит. Вот и хорошо. А меня – Леонид Степаныч. Ладно, Андрюха, полезай в машину. Отвезу тебя, куда надо, и дело с концом.

Сам Степаныч, выбросив недокуренную сигарету, скрылся в недрах кабины. Забравшись в грузовой отсек вертолета, Андрей только покачал головой. Всё настолько знакомо словно он родился в этом самом отсеке. Тусклый свет ламп, грохот раскручивающегося винта, жесткие сиденья, и запах пота безликих десантников, казалось, въевшийся в сами стены. Единственное, что выбивалось из общей картины – это одиночество. Обычно по бокам сидели такие же парни, как он, настраиваясь перед заданием. Затем сирена, открытый люк, и прыжок в небо. Сколько было таких прыжков? А сколько еще будет? Вздохнув, Андрей прикрыл глаза, и расслабился под привычный гул двигателей.

Впрочем, отдыхать пришлось недолго. Минут через сорок вертолет пошел на снижение, и вскоре приземлился. Распахнув дверь, Андрей соскочил на землю. Встречающих было двое. Хмурые, как осенние тучи, они, не произнося ни слова, провели его к стоявшему неподалеку самолету. Уже ничему не удивляясь, Кузнецов так же молча поднялся в салон, и уселся в кресло. Вдаль, куда хватало взгляда, уходили ровные, пустые ряды посадочных мест. Взревели турбины. Самолет затрясся, набирая скорость. Внезапно тряска прекратилась. Выглянув в окно, Андрей увидел удаляющиеся очертания аэродрома.

И вдруг на душе у него стало совершенно спокойно. Та нервозность, которая словно в тисках держала его со вчерашнего вечера, куда-то исчезла. Он снова летит. Летит принять бой. Только на этот раз враг – неизвестен.

Летели на удивление долго. Андрей даже успел подремать. А когда очнулся, невольно залюбовался картиной, открывшейся за иллюминатором. Багровый, раскаленный шар солнца, опускаясь за горизонт, высвечивал огненную дорожку, сверкающую на зеркальной водной глади. Под ним раскинулся крупный, портовый город. Через минуту, изменив курс, самолет начал постепенно снижаться к вынырнувшему впереди аэродрому. Слегка тряхнуло, самолет пробежал немного по полосе, и остановился. Рев турбин сменился ровным гулом, а затем и вовсе всё стихло. Андрей потянулся, разминая затекшие мышцы. Кажется, недолгое путешествие подходило к концу.

Спустившись по трапу, Андрей невольно прищурился. Не по-осеннему яркое солнце слепило глаза. Снаружи его уже ждали. Такая же парочка безмолвных, невозмутимых молодчиков, какие встречали в аэропорту. Высокие, подтянутые, в глазах – ледяная сталь, оба сплошь из тугих мускулов. Единственная разница – эти оказались упакованы в синие комбинезоны, с красной нашивкой в форме буквы «Х» на груди. Буркнув что-то вроде приветствия, парни представились, по очереди пожали ему руку, и попросили следовать за ними. Оглядевшись, пока ноги несли его за встречающими, Андрей понял, что находится на военной базе. Шлагбаум, контрольно-пропускной пункт, несколько охранных вышек с прожекторами, носящиеся туда-сюда бронированные джипы, с той же красной «Х» на бортах, три взлетно-посадочных полосы. И несколько зданий без окон. Серые бетонные коробки. Андрей напрягся. В таких коробках обычно или прячут что-то очень ценное, или строят заговоры. Впрочем, порой и то и другое одновременно. К тому же – внешность обманчива. За бетонными стенами с равной вероятностью могут скрываться как мусорные свалки, так и шахты с баллистическими ракетами. Причём Андрей, будь у него сейчас возможность, поставил бы на второе. Привели его, как ни странно, на полупустую подземную автостоянку, оборудованную лифтом. Если наверху всё напоминало заправский военный лагерь, то здесь – обыкновенный офисный гараж. Один из сопровождающих, кажется Уилсон, небрежно сунул пластиковую карточку в прорезь. Двери лифта бесшумно распахнулись. Стоило им войти внутрь, как они закрылись, и желудок Андрея мгновенно подскочил к горлу. Кабина камнем ухнула вниз с такой скоростью, что заложило уши.

- А тут всё серьезно, - бросил Андрей, с трудом подавливая тошноту.

- А ты думал! Последний оплот Человечества, единственная надежда, ну и всё в таком духе, - усмехнулся Уилсон.

- У меня впечатление, что я попал или в пьяный бред параноика, или у меня самого поехала крыша.

+1

Не должен был говорить Андрей Кузнецов, как от него ушла жена, не оставив даже записки. Не должен был говорить аргентинец Энрике Альварес, как всё детство и юность провел в трущобах Буэнос-Айреса, где существовало одно правило – или ты, или тебя. Не должен был говорить невозмутимый китаец Чонг Ли, как в бесконечной борьбе с «триадами» погибли почти все его друзья.

Каждый из них не должен был ничего говорить. Каждый из них принимал удары, и падал. А затем поднимался еще на один раунд с беспощадным, коварным противником, имя которому – Жизнь.

- Итак, парни, - сказал Леманн, поднявшись с бокалом в руках. – И дамы, конечно, - спохватившись, добавил, слегка поклонившись сидящим вместе девушкам. – Мы – здесь. Каждый из нас – профессионал. Если Бауэр не врет, а я считаю он не врет, то в самое ближайшее время нам предстоит столкнуться с угрозой, равной которой история еще не знала. И именно мы полезем в самое пекло. Думаю каждый понимает, какой ад нас ждет впереди. Но в одном я уверен. В вас. И в себе. В том, что в трудную минуту никто из нас не сдрейфит. Не сбежит. Не предаст. Я вижу в этом зале дюжину самых достойных людей на планете. Тех, что никогда не отступал. Не сдавался. Шел в бой с опустевшим магазином. И я очень надеюсь, что ровно через год, мы соберемся здесь тем же составом. За нас!

- За нас! – проревели в унисон двенадцать глоток под звон бокалов.

- Гюнтер, тебе не кажется, что ты слегка драматизируешь, - спросила Дюваль, когда слегка поутихло.

- Такой уж я, что поделаешь, - развел руками Леманн.

- Как говорил древний китайский философ… - сказал Ли.

- О Боже, только не это, - притворно закатив глаза, бросил Альварес.

- Так вот, как говорил древний китайский философ: «хочешь мира – готовься к войне».

- Вообще-то это сказал Корнелий Лепот, - поправила его Мидори.

- Так он на самом деле был китайцем. Только не знал об этом, - тут же нашелся Ли. Губы тронула лёгкая улыбка.

«Иксы» взорвались хохотом. Мрачная обстановка в ресторане разрядилась. Стало легко, словно туча, зависшая над ним, внезапно рассеялась, и выглянуло солнце. Потёк неторопливый, ни к чему не обязывающий разговор.

Было уже за полночь, когда Кузнецов, попрощавшись, неторопливо побрел к себе. В голове была непривычная легкость. Ноги слегка заплетались.

- Кажется, я всё-таки перебрал, - пробормотал Андрей, с третьего раза попав по кнопке вызова лифта.

В комнате стоял мощнейший храп. Альварес и Ли давно уже дрыхли без задних ног – ушли с гулянки в числе первых. Андрей не раздеваясь повалился на кровать, и мгновенно уснул.


А на следующее утро, его вырвал из сна тревожный зуммер. Пружинисто вскочив, на одних рефлексах, Андрей натянул заранее подготовленную обслуживающим персоналом форму, и рванул к выходу. У лифта, переминаясь с ноги на ногу, его уже ждали Ли с Альваресом. Поздоровавшись кивком, все трое влезли в распахнувшуюся дверь. Домчав в мгновение ока до второго этажа, троица «иксов», озираясь, вошла в просторный тренировочный зал.

- Опаздываете, - буркнул коренастый, рыжебородый мужчина, лет сорока пяти, демонстративно поглядывая на часы.

- Вообще-то, прошло максимум полторы минуты, - возмутился было Альварес. – Я даже зубы почистить не успел.

- Вообще-то, рядовой Альварес, норматив составляет минуту и десять секунд, елейным тоном, протянул коренастый. - Так что… пятьдесят отжиманий. В полной экипировке. И еще двадцать – в качестве бонуса. За возражение старшему по званию. А на будущее, зовут меня Густаф Олсон. Полковник, и одновременно ваш тренер по боевой, стрелковой, и тактической подготовке.

- Я только…

- Тридцать, Альварес, - ледяным тоном произнес Олсон.

Махнув рукой, аргентинец напялил разгрузку, запихнул в подсумки муляжи, и начал отжиматься.

В эту секунду, распахнулась дверь, и в зал ввалились остальные «иксы».

- Дойл, еще раз попытаешься пролезть вперед меня, откручу башку, и скажу, что так и было - резко бросила миниатюрная, смуглая Хейфец двухметровому гиганту.

- Хей Иззи, понял.

Изабель развернулась, и таким взглядом смерила Джека, что, будь Андрей на его месте, забился куда-нибудь в угол.

- Извини, больше не буду, - присмирев, поднял руки американец.

- У вас всё? – властным тоном, прервал их пикировку Олсон. – Надеюсь что так. Повторяться, кто я такой, не буду. Важно то, что на ближайшие несколько лет, в этом зале, и на полигоне, я для вас – царь и Бог в одном лице. В линию!

- Так точно, - проревели «иксы», выстроившись перед Густафом.

Полковник, критическим взглядом окинул бойцов.

- Вы можете подумать, что я тут корчу из себя большого и злого начальника - закинув руки за спину, и прохаживаясь, начал полковник, - Вы также можете подумать, что вы – крутейшие спецы, прошедшие десятки горячих точек. После тренировки, вы даже можете подумать, что я сам дьявол во плоти. Только вот что я вам скажу, мальчики и девочки. Может там, вы и были крутыми спецами. Может там, вы считали, что видели всё на свете. Только это нихрена не так. То, что вы увидите здесь, заставит вас другими глазами посмотреть на себя самих. И нормативы, созданные для оперативников «Х-СОМ», писались далеко не идиотами. А вас мне дали для того, чтобы в оставшийся срок, я слепил из вас более-менее нормальную команду. Чтобы вы все не полегли при первом же боевом вылете. И да, для вас, я буду как Богом, так и Дьяволом во плоти! К тренажерам!

К вечеру, Андрей проклял всё на свете. Темп, заданный Густафом, оказался настолько чудовищным, что он едва не падал с ног. Только это было еще не всё…

Обессиленную команду заставили подняться наверх. На полигон. Вручили по винтовке. И до самой ночи Олсон гонял их, заставляя отстреливать мишени на бегу, с поворота, с полуприседа, в падении спиной назад, вбок, лицом к земле, и даже с завязанными глазами.

- Бернар, какого черта, - рычал Олсон, глядя в бинокль. Ты что, слепой? Половина патронов в «молоко». Домбровски, твою мать, у тебя руки трясутся, будто неделю пил, ты не в мишень стреляешь, а в Луну. Дюваль, если ты думаешь, что эта винтовка в твоих руках – швабра, то ты ошибаешься! Это не швабра, для тебя это скрипка и гитара! Играй на ней! Хейфец! Хм… Хейфец…

Замолчав, Олсон поднял руку. Бойцы, тяжело дыша, прекратили стрельбу. Щелкнув парой тумблеров, Густаф приблизил мишени.

- Смотрите на это, и стыдитесь, олухи, - буркнул полковник.

Не смотря на катящийся градом пот, по лицу Изабель скользнула тень улыбки. Почти все её пули легли в «десятку».

- Где ты так научилась стрелять, милая моя? – спросил её Олсон.

- В основном, в горах, - усмехнулась Хейфец. Еще в джунглях, пустыне, бывало даже с крыши небоскребов.

Щелкнув языком, Густаф покачал головой.

- Ладно, ребятки. На сегодня достаточно. Завтра в то же время. Кто опоздает хоть на секунду, пятьдесят отжиманий. Всем. Я закончил.

С этими словами, полковник развернулся, и растворился в давно спустившейся на полигон темноте.

+1

- А они похищают? - раздался женский голос.

Бауэр бросил вопросительный взгляд.

- Изабель Хейфец. Израиль. Капитан «Сайерет Маткаль».

- Да, похищают, - кивнул Бауэр. Собственно, в сорок седьмом, их корабль потерпел крушение. И на борту были найдены трупы людей, над которыми проводились эксперименты. Жуткое зрелище. Потом была Аргентина в шестидесятом, Австралия в шестьдесят шестом. США в восьмидесятых. Ну, а начиная с девяностых, их появления стали фиксироваться много раз за год по всему миру. По фактам можно судить, что деятельность пришельцев планомерно усиливается, и через год-два нас ждет полномасштабное вторжение. Если нужны доказательства – покопайтесь в архиве, там вы найдете большое количество данных.

Также, само собой, вмешательство извне не могло отразиться на истории человечества, - продолжил Бауэр. – Вся холодная война, которая на протяжении почти полувека длилась между СССР и США, на самом деле преследовала одну цель – как можно быстрее сделать технологический скачок, достаточный, чтобы создать необходимые инструменты для защиты планеты. Конечно, она повлекла за собой определенные социальные и экономические последствия, этого не избежать, но иного выхода просто не было.

- Нихрена себе последствия! – возмутился Андрей.

- Раскрой людям правду, возразил Бауэр, – мир мгновенно сошел бы с ума. Я вам больше скажу. Оба самых современных истребителя на сегодняшний день – американский «Рэптор», и российский ПАК ФА, разрабатывались только для того, чтобы на основе этих машин создать принципиально новый аппарат, способный потягаться с НЛО в воздухе. И у нас получилось! Пока в мире только два таких самолета, и оба они – здесь, в нашем ангаре.

Андрей вскинул руку. Дождавшись кивка Бауэра, поднялся:

- Андрей Кузнецов. Россия. Старший лейтенант Управления «В» ФСБ. Господин Бауэр, поясните какова конкретно наша задача?

- Хороший вопрос, кивнул Мэтт. - Как показала практика, тактика действий пришельцев похожа скорее на террористические атаки. Высадились, захватили пленных, отошли. Поэтому танковые армии, и авиационные эскадрильи против них посылать бессмысленно. Куда ты будешь их посылать? Не в космос же. Та же самая ситуация с ядерным оружием.

По рядам прошел смешок.

- Поэтому мы сделали ставку на мобильные группы. Пять-десять человек максимум. Как только засекается их деятельность, или окажется сбита тарелка – вас немедленно перебрасывают в этот район. Задача, в целом та же, чем вы занимались раньше. Поиск и уничтожение противника. Захват пленных для допроса. Добыча технологий. Вы, ребята – боевое крыло проекта. Лучшие из лучших, собранные со всего мира. Острие копья. Наконечник стрелы. Называйте, как хотите. И вы – последний рубеж обороны. Конечно, есть и скрытые резервисты, но здесь и сейчас, вы – седьмое поколение «иксов». И даст Бог, не последнее. Вопросы?

- Есть один, - гулко бухнул чернокожий как смоль гигант, сидящий в первом ряду.

- Да, слушаю.

- Салим Бернар. Южноафриканская Республика. Старший лейтенант 6го отряда RECCE. Так вот. Есть мысли, чем вообще могут быть вооружены пришельцы? С чем нам придется столкнуться?

К сожалению, информация крайне скудная, - развел руками Бауэр. – Образцов оружия у нас нет. Добыть их – ваша первостепенная задача для начала. Но могу сказать точно, что, судя по фрагментам корабля, доставшегося нам еще в сорок седьмом, технологически они нас превосходят. Значительно. Понять, и воспроизвести принципы полета, реализованные на нем, не удалось. Попытки были, да. Но каждый раз заканчивались плачевно, и эту идею бросили еще в шестидесятых.

- Ясно. Значит, пойдем воевать вслепую, - вздохнул Бернар. – Как обычно.

- Что касается вашей экипировки, то напичкаем так, что ваши прежние коллеги удавились бы от зависти, можете не сомневаться. Доступ к любому стрелковому и тяжелому вооружению, разработанному на сегодняшний день, вам обеспечен. Плюс кое-какие наши собственные наработки. Но их придется подождать до декабря.

- А вот это хорошая новость! – причмокнул от удовольствия африканец.

- Что, Салим, уже собираешься заказать по почте «шестистволку»? – дружелюбно поддел его Миллер.

- Нет, предпочитаю Браунинг, - хохотнул Бернар.

- Сэр, одно мне пока остается неясным, - негромко произнес блондин, сидящий во втором ряду.

- Что именно?

Блондин неторопливо поднялся. На вид ему было чуть за тридцать. Квадратная челюсть, сломанный в двух местах нос. В плечах – косая сажень.

- Гюнтер Леманн. Майор GSG-9. Так вот, вопрос следующий. На сегодняшний день существует одна база «Х-СОМ», которая находится здесь, во Франции, я правильно понимаю?

Бауэр молча кивнул.

- Отсюда вытекает следующий вопрос. Каким образом мы собираемся пресекать вражескую деятельность на других континентах? Мы же просто не успеем.

- Успеете, - улыбнулся Бауэр. Наш «Скайрейнджер» способен доставить вас в любую точку Земли максимум за пару часов. Но есть существенный минус. Пока он может нести всего лишь четверку оперативников.

Удовлетворенный ответом, Гюнтер сел на место.

- Еще вопросы?

Бойцы молчали. Осознавали информацию. И новую задачу. Пожалуй, важнейшую в жизни.

- Что ж, раз вопросов больше нет, отдыхайте. Утром приступаете к тренировкам. Да, если хотите отметить встречу, то настоятельно рекомендую воспользоваться этой возможность. С завтрашнего дня пить вам категорически запрещено.


Этим же вечером оперативники собрались в местном ресторане. Двенадцать человек, собранных со всего света. Таких разных и таких… одинаковых. У каждого в глазах – боль потерь. Боль одиночества. Смерть друзей и близких. Кровь и смерть. Готовность идти до конца. Этой дюжине не надо было ничего говорить, они понимали друг друга без слов. Не должен был говорить Томас Миллер, как остался единственным выжившим из своего взвода в далеком две тысячи пятом году. Не должна была говорить француженка Джанет Дюваль, сколько солдат она вытащила с того света посреди жаркого боя. И скольких потеряла. Включая собственного мужа. Не должен был говорить смуглый сириец Хасан Джамиль, как трое суток умирал от жажды в пустыне, пока его не подобрала спасательная команда. Не должна была говорить Изабель Хейфец, как вся её семья погибла при артобстреле пятнадцать лет назад. Сверкающий улыбкой Салим Бернар не должен был говорить, как давным-давно его родители умерли от голода. А рахитичного, еле живого малыша, забрали в приют. Как уже будучи взрослым, он потерял лучшего друга в какой-то глупой перестрелке. Не должен был говорить американец Джек Дойл, как его дочь погибла от рук двоих наркоманов, отказавшись отдать им сумочку. Не должна была говорить японка Мидори Накано, как её сестра проиграла крупную сумму, а через неделю её тело нашли с множественными ножевыми ранами. Не должен был говорить улыбчивый поляк Марек Домбровски, что однажды из пятидесяти человек, отправившихся на задание, обратно вернулось только трое. Один из которых спился, а второй, спустя год покончил с жизнью, шагнув под поезд.

0
Как по мне, слишком размеренное повествование.
Нужно больше эпика и пафоса, меньше слезливости.
Старый Икс ком все таки про войну элиты людей, а твоя повесть больше подходит новому, с повстанцами и выживанием.

Но мне понравилось, пиши ещё :)
0

подписался

0

Прочитал! Отлично пишешь, хороший язык! Не похоже на Васильева:) Пиши!

0
Автор, я подписался! Авансом. Еше не читал. Надеюсь, не пересказ Васильева. Лучше выкладывай просто постами, не поместилось - давай два.
0

А чо, ничо так. Надо Воху перечитать, а ты еще пиши.

0
Да, нынешние ремейки игры не дотянули до той атмосферы оригинального UFO: Enemy unknown. Не хватает той ламповости что ли. Пускай и вырвиглазная по нынешним меркам графика, но играть в нее до сих пор приятно, прям ностальгия какая-то.
0
Понравилось, жаль только не в правильной последовательности прочитал
0

а "Враг неведом" Васильева ты читал?

раскрыть ветку 6
0
Враг неизвестен.
раскрыть ветку 3
0
Что на обложке было, то и пишу. Хотя допускаю, что память меня подводит.
раскрыть ветку 2
0

Да, давно. Хотелось сделать что-то своё, хоть я и понимаю, что с Васильевым наверняка будет похоже, т.к. тематика то одинакова.

раскрыть ветку 1
0
А мне понравилось. Буду ждать продолжения. Заодно Васильева прочитаю )
-1

И действительно, графомания. Как и было сказано.

Похожие посты
Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: