6

Осень Европы: Юбилей взятия Риги

… 75 лет назад, как раз на Покрова, советские войска взяли Ригу – последнюю из шести столиц союзных республик, захваченных противником в ходе Второй Мировой войны.


И самую чужую для включающей страны. Хотя Рига вошла в состав Российской Империи ещё в 1710 году, но даже и в 1881-м более 33 % её населения назвали себя прибалтийскими немцами, около 30 % — латышами, 19 % — русскими, 8,5 % — евреями. До конца 19-го века городская культура и крупное землевладение оставались под влиянием немецких высших слоёв. Русский язык стал официальным языком делопроизводства в Риге лишь в 1891 году, до этого был немецкий. Впрочем, балтийские немцы успешно продвигались по карьерной лестнице в Российской империи и за пределами Прибалтики. Так, 74 % российских генералов 19-го века имели этнические немецкие корни и 24 % — собственно русские. Известно высказывание, приписываемое барону Унгерну, выдающемуся полководцу Гражданской войны: «Самые настоящие русские – это остзейские немцы» (Остзее – это, по-ихнему, Балтийское море), в том смысле, что и государи Романовы тоже из прибалтийских немцев.


Отсюда же, из Риги, из среды прибалтийских немцев, вышли ряд основателей германского фашизма (вернее, национал-социализма). Так, полковник Винберг является, по некоторым данным, не больше и не меньше – автором текста «Протоколов сионских мудрецов». В Рижском университете учились будущие политтехнологи партии Гитлера: Максим Рихтер, Арно Шикеданц, Альфред Розенберг. Последний, в частности, с 1933 по 1945 гг. совмещал должности начальника Внешнеполитического управления партии Гитлера, уполномоченного по контролю за общим духовным и мировоззренческим воспитанием и руководителя Центрального исследовательского института по вопросам национал-социалистической идеологии и воспитания, а также министра восточных оккупированных территорий. Кроме Рижского политеха, закончивший и МВТУ имени Баумана, Альфред Розенберг считается автором таких ключевых понятий нацистской идеологии, как «расовая теория» и «окончательное решение еврейского вопроса».


Вот почему взятие советскими войсками города Риги, как инкубатора фашизма, имело не меньшее сакральное значение, чем последующее взятие Берлина. Изданный в этот день приказ маршала Сталина, адресованный командующим прибалтийскими фронтами, расставлял акценты следующим образом:


«…Генералу армии Масленникову, генералу армии Еременко

Войска 3-го Прибалтийского фронта при прямом содействии войск 2-го Прибалтийского фронта, развивая успешное наступление, сегодня, 13 октября 1944 года, штурмом овладели столицей Советской Латвии городом Рига – важной военно-морской базой и мощным узлом обороны немцев в Прибалтике …

В ознаменование одержанной победы соединения и части, наиболее отличившиеся в боях за овладение городом Рига, представить к присвоению наименования “Рижских” и к награждению орденами.

Сегодня, 13 октября, в 23 часа столица нашей Родины Москва от имени Родины салютует доблестным войскам 3-го и 2-го Прибалтийских фронтов, в том числе латышскому корпусу генерал-майора Бранткална, овладевшим столицей Советской Латвии городом Рига, двадцатью четырьмя артиллерийскими залпами из трехсот двадцати четырех орудий.

За отличные боевые действия объявляю благодарность руководимым Вами войскам, участвовавшим в боях за освобождение города Рига.

Верховный Главнокомандующий

Маршал Советского Союза И. СТАЛИН

13 октября 1944 года, № 196».


Как видно уже из этого приказа, при взятии Риги впереди поставили местных – 130-й Латышский стрелковый корпус под командованием генерала Детлава Карловича Бранткална. Весьма дальновидное решение, с целью избежать в будущем спекуляций на тему «нас оккупировали»: выходит, латыши оккупировали сами себя. Такая же схема практиковалась и в Эстонии, Румынии, Чехословакии, Венгрии: создание национально-однородных воинских соединений (не по названию, как «украинские» и «белорусские» фронты) специально под конкретный регион боевых действий.


130-й Латышский стрелковый корпус, как национальное соединение был сформирован в составе Советской Армии 5 июня 1944 года. В состав этого корпуса (как и 8-го Эстонского) входили две национальные (латышские) дивизии: 43-я гвардейская, которой командовал полковник Альфред Калнин, и 308-я (командир – генерал Вольдемар Дамберг). По состоянию на август 1944 года в корпусе насчитывалось около 16 тысяч человек. При этом в состав, скажем, 308-й дивизии входили 36,3 % латышей, 47,8 % русских, 7,8 % евреев, более 2 % украинцев, около 1 % белорусов и 5 % солдат других национальностей СССР, в дивизии издавалась газета на двух языках (на русском «Советский боец», на латышском «Падомью стрэлниекс»). Со временем, когда 130-й корпус пошёл с боями по территории Латвии, за счёт мобилизаций местного населения, удельный вес латышей в его составе был доведен до 80 процентов и выше. Поддержку с воздуха оказывал Латышский авиаполк, постоянно действовавший совместно с этим корпусом.


После формирования, Латышский корпус с 3 июля 1944 года начал боевые действия в составе 22-й общевойсковой армии Второго Прибалтийского фронта, в рамках тотального летнего наступления Советской Армии. Ядром летней кампании была операция «Багратион», проходившая в Белоруссии и Литве, но ряд частных операций проводился и в соседней Латвии, на северном фланге «Багратиона». Части 130-го Латышского стрелкового корпуса прибыли 4 июля в полосу 22-й армии и заняли боевой участок севернее озера Нещердо в районе населённых пунктов Зайчиха, Денисово, Рамуси и Храмино (в 60 км от восточной границы Латвии). 9 июля состоялся митинг в 43-й гвардейской дивизии, на который прибыли представители руководства Латвийской ССР. 10 июля началось общее наступление войск Второго Прибалтийского фронта, с целью прорыва немецкого оборонительного рубежа «Восточный вал» по линии Опочка — Идрица — Себеж — Дрисса. 16 июля войска фронта вышли к границам Латвийской ССР, и 130-му Латышскому корпусу было дано торжественное право первыми вступить на территорию Латвии.


В целом, упорные бои в Прибалтике с участием Латышского корпуса продолжались в течение июля-августа 1944 года, за это время было проведено несколько частных наступательных операций, но в целом продвижение советских войск было крайне медленным, в силу ожесточенного сопротивления противника.


В Латвии, как и в Эстонии, (как и везде), с той стороны тоже были местные – Латышский легион СС, также состоявший из двух пехотных дивизий (15-й и 19-й), и многочисленных полицейских батальонов, карательных и иных подразделений: общая численность этого легиона составляла 115 тыс. чел. (за все годы), из них свыше 40 тысяч погибли, и почти 50 тысяч попали в советский плен – отсюда и все эти ужасные истории о фильтрационных лагерях НКВД, через которые якобы проходил каждый, возвращавшийся с Запада, при этом составители подобных историй обычно не уточняют, кто были все эти люди.


Латышский легион СС создали немцы в феврале 1943 года (на основе уже существовавших латышских частей, которые действовали в составе Вооруженных Сил Германии и войск СС). Командовал легионом немецкий генерал Кристиан Хансен, а латыш Рудольф Бангерскис был назначен генеральным инспектором (фактически вторым командующим). Легион был построен по принципу немецкой армии, высший командный состав состоял преимущественно из немецких офицеров, средние командные должности занимали бывшие офицеры латвийской армии, вооружение было немецкое, чешское и румынское, обмундирование частично бывшей латвийской армии, частично войск СС. Команды отдавались на латышском языке.


Впервые Латышский легион СС принял участие в боевых действиях против наступающих советских войск 16 марта 1944 года, в районе реки Великая, юго-восточнее города Остров (Псковская область); с 1952 года эта дата отмечается в определенных кругах как День Памяти латышских легионеров-эсэсовцев. Отступая в течение весны-лета 1944-го под натиском советских войск, Латышский легион СС оказался там же, где и советский 130-й Латышский стрелковый корпус: в родной Латвии, на подступах к Риге.


В такой обстановке, когда «два тоталитарных режыма заставили латышей воевать друг с другом», 14-го сентября 1944 года началась Рижская наступательная операция, как часть более крупной Прибалтийской стратегической операции.


К исходу первого дня наступления, на рижском направлении 4-я ударная и 43-я армии Первого Прибалтийского фронта прорвали оборону противника на участке шириной 25 километров, и более чем на 10 километров продвинулись в глубину. 16 сентября 43-я армия прорвалась к городу Балдоне, а передовой отряд 3-го механизированного корпуса вышел к Западной Двине. Однако, ударные группировки соседних, Второго и Третьего Прибалтийских фронтов встретили ожесточённое сопротивление, и лишь 21 сентября завершили прорыв обороны противника, овладев городами Валмиера и Смилтене (им очень помог действовавший севернее Ленинградский фронт, начавший 17 сентября Таллинскую операцию).


Перегруппировавшись и продолжив наступление, к 27 сентября советские войска вышли к сильному рубежу обороны противника «Сигулда», в 60 километрах от Риги, где их наступление было окончательно приостановлено ожесточенным противодействием противника.


В этой ситуации, 24 сентября советское командование приняло решение о переносе главного удара Первого Прибалтийского фронта с рижского направления на Клайпеду, с целью отсечения прибалтийской группировки противника от полуострова Европа. Эта операция, получившая название Мемельская (раньше Клайпеда называлась Мемель) увенчалась успехом, что заставило немецкое командование начать 6 октября отвод своих войск из района Риги на запад, избегая окружения. После этого, Второй и Третий Прибалтийские фронты перешли к преследованию противника, сходу прорвав ряд оборонительных рубежей.


В частности, 130-му Латышскому стрелковому корпусу была поставлена задача: наступая в обход Риги с юга на правом фланге 22-й армии, перерезать дорогу Рига — Елгава в районе станции Олайне, выйти с юго-запада в тыл немецким войскам, занимавшим оборону вокруг Риги, и блокировать шоссе и железную дорогу, ведущие на Рижское взморье. Для выполнения этой задачи, корпус совершил 110-километровый марш в район города Балдоне, остановившись в 30 километрах к юго-востоку от Риги.


Финальная схватка непосредственно за Ригу началась в 6 часов утра 10-го октября: обе дивизии 130-го Латышского корпуса, взаимодействуя с соединениями соседней 10-й гвардейской армии, двинулись на линию Галдниеки — Скрундас — Судмалкалнс — Смилтниеки. За день им удалось взять 28 населённых пунктов, а 308-я дивизия к исходу дня достигла линии Зиемели — Какаули, где ей пришлось отражать контратаки противника. 43-я гвардейская дивизия тем временем вышла к рубежу обороны противника, проходившему восточнее Иецавского шоссе на участке Мисаскрогс — Балкас и далее по северному берегу реки Кекава, и овладела населёнными пунктами Лидакас и Балкас. На следующий день эта дивизия снова продвинулась вперед, перерезала шоссе Кекава — Иецава и овладела рубежом Силини — Балкас. Бойцы дивизии форсировали реку Кекаву и преодолели укреплённую полосу по ней.


12 октября немцы предприняли сильные танковые контратаки со стороны Риги, и ожесточённые бои продолжались весь день. Отбросив противника с большим трудом, обе латышские дивизии начали его преследование и перерезали шоссе Рига — Бауска в районах Пулкартне, Виллис и Силини. На рассвете 13 октября наступавшие с севера по правому берегу Западной Двины советские подразделения очистили всю правобережную (восточную) часть Риги.


Этот город расположен на обоих берегах реки Западная Двина, которая в тех местах называется Даугава, и впадает в Рижский залив Балтийского моря. Южные и западные окрестности Риги относительно слабо заселены: обширные болота и топи некогда являлись естественной защитой города. Ландшафт изобилует небольшими озёрами и ручьями, а к востоку и северу от Риги ещё в конце XIX века простирались пустоши из песчаных дюн. Известнейший фильм не случайно называется «Долгая дорога в дюнах», он и об этом тоже.


Борьба за западную, левобережную часть Риги — Пардаугаву (Задвинье) — продолжалась. С 13 октября 10-я гвардейская армия и 130-й Латышский корпус усилили свой натиск на противника, предприняв наступление на Пардаугаву с юго-востока и юга по левобережью Западной Двины. Латышский корпус приблизился к юго-восточной окраине Риги на расстояние 15 км, повёл непрекращающиеся атаки и к концу дня 13 октября вместе с соседним 7-м гвардейским стрелковым корпусом перерезал шоссе и железную дорогу Рига — Елгава в районе Зандери и станции Олайне. На следующий день, 130-й Латышский корпус, согласно особой директиве Генерального штаба, был отведён с передовой для подготовки к торжественному вступлению в Ригу. Из района Олайне корпус вывели в районы Шкиротава и Пурвциемса.


Тем временем наступление продолжалось: вечером 14-го октября, 15-й гвардейский стрелковый корпус достиг южной окраины Риги, а с утра 15 октября все три корпуса 10-й гвардейской армии возобновили движение. Но в ночь с 14 на 15 октября немцы полностью оставили Ригу, отведя свои войска за реку Лиелупе и на Тукумский оборонительный рубеж. Это позволило избежать разрушения города и жертв среди мирного населения, сохранить большую часть жилых и общественных зданий. 15-го октября войска Второго и Третьего Прибалтийских фронтов встретились в Пардаугаве, полностью овладев левобережной частью города, и тем самым вскоре после полудня завершили освобождение Риги.


В ознаменование полного освобождения Риги, командование Второго Прибалтийского фронта решило ввести 130-й Латышский стрелковый корпус в Ригу для прохождения торжественным маршем. Этот марш состоялся 15 октября 1944 года: 43-я гвардейская стрелковая дивизия у острова Доле (Дарзини) перешла через Западную Двину и сосредоточилась севернее станции Шкиротава, а в 10 часов утра части корпуса, с оркестром и развернутыми боевыми знаменами, по Лубанскому шоссе вошли в латвийскую столицу. 22 октября в 13 часов дня в Риге на площади Коммунаров состоялся массовый митинг по случаю освобождения города от немецких захватчиков.


Личный состав 130-го Латышского корпуса в первые дни после освобождения Риги включился в работу по восстановлению города от бомбёжек и обстрелов, разбирая завалы, восстанавливая водопровод и канализацию. Хлебопекарни Риги в эти дни не работали, и войсковой автотранспорт 130-го корпуса использовался для подвоза хлеба, выпеченного в других городах Латвии. К 6 ноября город получил воду. С 19 октября по 8 ноября подразделения Латышского корпуса обороняли побережье, несли гарнизонную службу в Риге, охраняли мосты и ряд городских объектов, вылавливали скрывавшихся немецких шпионов и националистов.


В целом, Рижская наступательная операция завершилась к 21 октября 1944 года, когда войска Первого Прибалтийского фронта вышли на линию Барта — Приекуле — Зварде (северо-западнее Ауце), а Второго Прибалтийского — на подступы к Тукумсу. Что касается Третьего Прибалтийского фронта, то он с 16 октября был расформирован, в связи с успешным завершением своей миссии: южный берег Рижского залива был полностью очищен от противника.


Остатки немецких войск были блокированы в треугольнике Лиепая — Вентспилс — Тукумс, так называемый Курляндский плацдарм. Чаще говорят не «плацдарм», а «котёл», что неверно: немцы в Курляндии были заблокированы с суши и прижаты к берегу моря, но при этом имели связь (морским путём) с остальной Германией. Это всё равно что называть «котлами» наши плацдармы – Букринский, Сандомирский, Сталинградский, Урыв-Сторожевой и другие. На плацдарме войска окружены противником на суше с трёх сторон, а с четвёртой (у себя за спиной) имеют водную преграду, и на том берегу – наши. Так было и у немцев в Курляндии.


В состав немецкой группировки, заблокированной на Курляндском плацдарме, входили обе (15-я и 19-я) латышские дивизии СС. Вскоре 15-я дивизия была переброшена в Германию; в апреле 1945 года она приняла участие в боях за Нойбранденбург и позже сдалась американским войскам. Действовавший отдельно, разведывательный батальон 15-й дивизии в конце апреля 1945 г. был переброшен в Берлин, где участвовал в последних боях за этот город. 3 мая 1945 года последние бойцы латышского разведбатальона покинули позиции в министерстве авиации (офис Германа Геринга). До того они покинули Рейхстаг как последняя часть, его оборонявшая, вместе с французскими эсэсовцами из дивизии «Шарлемань». А 19-я дивизия продолжала сражаться на Курляндском плацдарме даже после капитуляции немцев в Берлине: локальные боевые действия в Курляндии продолжались до осени 1945 года (!), после чего последние латыши-эсэсовцы эвакуировались морем в Швецию. Но в 1946 году Швеция, чтобы не нарываться на неприятности, скрутила их и выдала назад в СССР.


Тем, кто знаком с ситуацией с советскими памятниками в соседней Эстонии (прежде всего, эпопеей с переносом Бронзового солдата) или во Львове и Тернополе, может показаться странным, что как раз в Риге до сих пор стоит монумент воинам Советской Армии — освободителям Советской Латвии и Риги от немецко-фашистских захватчиков (на фото). Он расположен в парке Победы на левом берегу Даугавы за Каменным мостом, завершая перспективу бульвара Победы.


Интерактивная карта боевых действий:

https://yandex.ua/maps/?um=constructor%3Ad6c8261dedc4de705c6...

Осень Европы: Юбилей взятия Риги Рига, Освобождение, Взятие, 1944, Вторая мировая война, Великая Отечественная война, Длиннопост

Дубликаты не найдены