47

Они сражались за Родину. А на войне...как на войне..

Архивные записи военкора А. Сладкова


Война как она есть, без фальши и красивых мантий, без купюр и кадрированных любителей, без шаркающих по  паркету Генштаба младших офицеров, хотя и им тоже досталось...

Война. Она такая как есть...во всем ее обличии!!

Она неумолима и беспощадна...


Они, победили!!

Дубликаты не найдены

+6

Они сражались и умирали за то, чтобы ублюдки, типа Ельцина и Березовского набивали свои карманы.

Мразотная и не нужная война.

раскрыть ветку 5
+7

Нет, они сражались и умирали за то, чтобы в Чечню не превратилась вся оставшаяся РФ. В сонм непризнанных республик, где под эффективными собственниками граждане из разных областей режут друг друга за интересы хозяйчиков. Под лозунги правильной формы черепов, нелепой шовинистической ритории и прочее.

Одновременно с этим в буржуинском порядке на чужой смерти наживался эффективный собственник.

раскрыть ветку 2
0

Ну ну. Это вам по НТВ сказали?

раскрыть ветку 1
+1

И никакой родиной там не пахло.

раскрыть ветку 1
+1
Все, что в учебнике истории написано по чечню
Иллюстрация к комментарию
+1
По хуй на деньги, их у государства, как грязи. Страшно другое. Чурки лезут во все властные структуры, в ФСБ, в МВД и т.д. И выкорчевать их оттуда не получится. Власти закрывают на это глаза. Это пиздец. Конец, аллес. Только гражданская война и море крови помогут спасти ситуацию.Но, блять, у нас всё охуенно по докладам, пехота Путина и прочая ахинея от академика, все дела
раскрыть ветку 1
-1

надеюсь, это будет только твоя кровь

+3

Боюсь насчёт победы вы сильно погорячились

раскрыть ветку 14
+2

У них как право "победа внутри" - как говорил знакомый ст. прапорщик..участник 2 кампаний...- а я и не жалею..!!

ещё комментарии
+1

Ребята молодцы!

Но хачи всё равно у нас лезгинку свою пляшут и торгуют только они,да ещё и шмаляют

раскрыть ветку 1
0

а чо, Россия для русских?

0

жутко

0

вот видео смотрю. ребята героические, но это не армия а какая-то партизанщина. за это видео весь генштаб вешать надо на столбах

0
Бля, молодые ребята. Дети еще совсем! Пушечное мясо! А где контрабасы, офицеры, те кого действительно чему-то учили?
раскрыть ветку 3
0
Они там тоже были
раскрыть ветку 2
0

...и погибали наравне с остальными!

раскрыть ветку 1
-8
Выполнили команду начальника рискуя жизнью и убивая других людей ("врагов"), молодцы.
раскрыть ветку 3
+1

враги это  кто?

раскрыть ветку 2
-3

Те, на кого укажет хозяин.

раскрыть ветку 1
ещё комментарии
Похожие посты
490

Человек, который начал войну

Знаете ли вы Януария Алоизия? Нет, вы не знаете Януария Алоизия. Более чем уверен.

Тут сегодняшних-то властителей дум и инженеров душ прочесть некогда, а я про Януария Алоизия.


Знакомьтесь, Януарий Алоизий Мак-Гахан.

Человек, который начал войну История, Россия, Болгария, Война, Солдаты, Журналистика, Длиннопост

Классик мировой журналистики, американец, корреспондент Нью-Йорк Геральд и Дэйли Ньюс. Один из первых журналистов, кто сделал интервью полноценным жанром. Прототип как минимум двух персонажей в акунинском «Турецком гамбите» - этот человек был столь широк, что в одного персонажа не вмещался и пришлось разделить его между «французом» Д'Эвре, и британцем Маклафлином.


Вот они в фильме.

Человек, который начал войну История, Россия, Болгария, Война, Солдаты, Журналистика, Длиннопост

Но вообще то жизнь Мак-Гахана кроет любой авантюрный роман. Остался сиротой в 7 лет, работал батраком на фермах, служил продавцом, учителем и бухгалтером, перебрался в Европу учиться праву. Юристом не стал, стал журналистом. Его репортажи с франко-прусской войны перепечатывали во всем мире. Именно он первым сообщил о восстании Парижской коммуны, именно его арестовывали доведенные статьями до бешенства французские власти. Посол США его вытащил, и зверски талантливого и столь же безбашенного журналиста отправили от греха подальше – в Россию.


Здесь он быстро выучил русский (у него вообще были невероятные способности к языкам), женился на русской (Варвара Николаевна Елагина, прошу любить и жаловать). Прослышав о войне с Хивинским ханством, втихаря пробрался в закрытый для иностранцев Туркестан, нанимает лошадей, пересекает пустыню Кызылкум, и появляется под стенами Хивы как раз накануне капитуляции. Офицеры смотрели на него как на приведение – по этому маршруту и большими караванами-то ходить опасались, туркмены были ба-а-альшие мастера грабежа.


Потом он куролесил в Испании, на Третьей карлистской войне, потом искал во льдах Северо-Западный проход с экспедицией Янга и чуть не погиб на той паровой яхте «Пандора». Впрочем, «чуть не погиб» - это рефрен его жизни.


А потом… Потом было главное дело его жизни. Именно он, по сути, спровоцировал русско-турецкую войну 1877-78 годов. Именно его статьи о зверствах турок в Болгарии в 1876 году вызвали едва ли не народные волнения в Европе. И этот общественный резонанс и вынудил британское правительство отказаться от поддержки Османской империи. Что развязало России руки и вслед за массой добровольцев пошли уже войска.


Естественно, прошел всю русско-турецкую войну, первым сообщил об окончательном поражении турок, был одним из немногих журналистов, кого великий и ужасный Игнатьев пустил на подписание Сан-Стефанского мирного договора. Сидючи в Стамбуле, уже собирал вещи чтобы ехать в Берлин, на конгресс, но заразился брюшным тифом и через несколько дней умер. Сгорел как свечка.


Ему было 33 года.

Человек, который начал войну История, Россия, Болгария, Война, Солдаты, Журналистика, Длиннопост

Вот памятник, поставленный ему в болгарском городе Елена.


Ниже вашему вниманию предлагается половинка его статьи «Андрей Александрович. Иван Иванов» (длинную вы все равно читать не будете, а тут и коротко, и по делу). Это из репортажей времен Хивинского похода.


Почитайте, не пожалеете. Во-первых, оцените уровень журналистики (полтора столетия назад писано!), а во-вторых… Маг-Гахан не только был одним из немногих иностранцев, который нас не боялся и не пугал нами своего читателя, но и, кажется, понял нас едва ли не лучше, чем мы сами себя понимаем.


Как раз тот редкий случай, когда со стороны оказалось виднее.

_____________________

… Иван Иванов состоит рядовым в полку Андрея Александровича.


Родился Иван Иванов крепостным Андрея Алексанровича и ничем не походит на этого молодого барича. Но чтобы верно оценить нрав Ивана Иванова необходимо иметь некоторое понятие и об отце его, Иване Михайлове. Иван Михайлов крестьянин, и целые поколения его предков были крепостными предков Андрея Александровича. В жизнь свою не видал он ничего кроме тяжелой работы и самой плохой пищи. До освобождения крестьян приходилось ему работать четыре дня из семи на барина, на своих харчах, поставляя своих лошадей и орудия; на содержание же себя с семейством предоставлялось ему работать в остальные три дня.


Если принять во внимание что целых шесть месяцев в году в России и работать невозможно, благодаря климату, то понятное дело что жизнь на долю Ивана выпала не красная. Проработав, бывало, целый день на помещика, он еще половину ночи работает на себя и всю жизнь свою проводит на пустых щах с похлебкой да на черном хлебе. Жилище его состоит из одной избы в которой теснятся все члены семьи — старые старики и малые ребята. Женатые сыновья его с женами и детьми живут с ним же, в той же избе, в той же комнате. Нельзя и ожидать чтобы при подобных обстоятельствах Иван Михайлов мог отличаться особенною утонченностью нравов, образованием и просвещенным образом мыслей. Он, напротив того, отличается именно отсутствием всех этих качеств. Неразвит и суеверен он до крайности; но найдутся в нем и хорошие черты. По природе он не жесток и не безчеловечен, нет в нем никаких унизительных пороков. Слабая сторона у Ивана Михайлова та же что и у Наполеона I. Это фатализм. Действует он однако на Ивана Михайлова совершенно другим образом, не только не наделяя его безумною отвагой и решимостью на всякий риск, а напротив того, развивая в нем какую-то безнадежность.


У Ивана Михайлова нет восторженной веры в свою звезду. Он даже и не знает что у него есть звезда, а если и знает, то считает ее злополучною и обманчивою звездой, на которую не только нельзя полагаться, а скорее приходится ее избегать и проклинать.


Изба ли его загорится — Господня на то воля, и он оставляет ее догорать до тла. Грех противиться Божьему суду. Заболеет он — лечиться не станет по той же причина. Самому ли ему придется сплоховать, присвоить себе чужое добро или деньги — опять-таки не его в том вина, и он твердо стоит на том что его лукавый попутал, а сам он в деле том неповинен.


По правде говоря, в Иване Михайлове не существует никакой свободной инициативы. Целые века нравственного угнетения теготевшее над его предками и над ним самим довели его до этого фатализма. К чему противиться неизбежному? К чему бороться против неодолимого? И потому весь образ мыслей Ивана и все его чувства подернуты каким-то мрачным колоритом, проникнуты горечью и унынием.


Рассказы его все имеют трагическое окончание, самого его осаждает и угнетает сказочный мир вампиров, привидений и чертей, от лукавства и кровожадности которых нет спасения. Слова его песен проникнуты тою же безнадежностью, все напевы в минорных тонах и отзываются безысходною грустью.


Все эти характерные черты найдутся и в Иване Иванове, с прибавлением еще нескольких особенностей. Оторванный в ранней молодости от семьи и друзей для того чтобы провести пятнадцать, двадцать лет на службе, он оставляет далеко за собой все обыкновенные людские надежды и желания. Целые двадцать лет приходится ему наполнить одною рутиной лагерной жизни. Нет у него в перспективе ни своего очага, ни семьи, ни детей.


Большую часть друзей молодости ему никогда уже не видать. Он хорошо знает что задолго до того как ему вернуться на родину, его отец с матерью помрут, желанную выдадут замуж, братья с сестрами состарятся, да и самого его все успеют позабыть. Судьба разом перевернула всю его жизнь, сделала его другим существом. Быть-может вначале не раз приходилось ему всплакнуть над своею горькою долей: бедная изба его, конечно, была не очень удобна и привлекательна, но все-таки там он был под родным кровом, и никогда, быть-может, туда не возвратится. Но прошли годы, и великая государственная машина отлила и его в общую форму, подвела под общий уровень. И вот с тех пор зажил он живым автоматом, покорный воле недосягаемой для критики его простого разума; слепо покорился он своей участи, не пытаясь сопротивляться. Да и не в его природе бороться против неотвратимого. На то была Божья воля, бесполезно и грешно на нее роптать, и махнул Иван Иванов на прошлое рукой, стараясь примениться к настоящему.


Наконец вечное возбуждение и оживление солдатской жизни заставляет его забывать о родных покинутых на дальней родине. Хоть и мало у него надежд впереди, да за то и терять ему больше нечего, не предвидится больше горя, и вот он делается самым веселым малым, безшабашною головой.


Главный источник увеселения Ивана состоит в песнях. Поет он с утра до ночи. На ходу не замолкает он в течение целых часов. В репертуаре его найдутся песни в целые сотни стихов, и поет он их с начала до конца с полным довольством этою утехой. Среди пустыни — в Иркибае, Хала-Ате, Алты - Кудуке, когда и воды ему выдавалось по кружке в день, и тогда бы могли его видеть стоящим в полукруге пятнадцати, двадцати товарищей и поющим что есть мочи и надо заметить что в пении этом видит он для себя занятие далеко не маловажное, которое можно бы выполнять спустя рукава. Потому, когда поет наш Иван, то всегда стоит на ногах, а товарищи собираются вокруг него и подтягивают ему хором чуть ли не при конце каждого стиха. В веселье его чувствуется даже какое-то преувеличение. Неприличие некоторых его песен доходит до такой несообразности что утрачивает самый свой характер неприличия, переходя в какую-то смешную нелепость.


Вера Ивана Иванова в честность и способность своих офицеров поистине похвальна и назидательна. Он твердо убежден в их непогрешимости и вполне уверен что что бы они ни делали, лучше того не придумать, удачнее того не исполнить. Потому он никогда и не бунтует. Другие солдаты стали бы роптать на то что им не выдается молока к кофе или мяса хоть раз на день. Иван же и не снизойдет до того чтобы жаловаться на такие пустяки. Если не выдается ему мяса, то уж конечно оттого что его нет. Если выданное мясо уже начало портиться, то понятное дело виновата в том жара, против которой ничего не поделаешь. Сапоги ли его оказываются никуда не годными и ноги Иван отморозит — виноват в том мороз. Сухари его подточат черви — виноваты в том черви. Ему и в голову не приходит никого осуждать и упрекать. Если по какой оплошности или ошибке попадет он под огонь, где товарищи его падают вокруг сотнями и полку его грозит верное истребление — опять-таки Божья на то воля и нечего больше делать как ей покориться. Ему никогда и на мысль не приходить бегством исправить ошибку начальников.


Словом, Иван Иванов держится того убеждения что все ведет к лучшему и охотно принимает вещи в том виде в каком оне ему представляются. Он вполне удовольствуется жизнью при одном черном хлебе и чае, и никогда не подумает жаловаться.


Некого Ивану Иванову любить кроме товарищей и офицеров, и вот он привязывается к ним страстно, но бессознательно. Нередко случается пасть на месте восьми, десяти солдатам под неприятельским огнем, в то время как они пытаются увести раненого товарища. В Иване не найдете вы никакого мелодраматизма. Он совершит самый геройский подвиг даже и не думая о том что совершает действие необыкновенное, заслуживающее похвалы. В Иване коренится какой-то бессознательвый, но тем не менее величественный героизм. Эта именно его черта и заставила сказать о нем Наполеона: “Мало убить Русского солдата — надо его еще с ног свалить".


Об иностранцах у Ивана сложилось понятие совершенно своеобразное. Для него все они бунтовщики против Батюшки-Царя. Англичане, Французы, Немцы, Азияты, все подряд мятежники; и он вполне уверен что рано или поздно все человечество покорится власти законного правосланного Царя. В Иване не проявляется никакой неприязни ко врагу, он его и не ругает. Не будь они мятежниками — все они распрекрасные люди. Он даже не оспаривает и храбрости их. Потому вы редко услышите от него презрительный отзыв о враге, что так обыкновенно в среде других солдат. В том, быть-может, и заключается причина что Иван не поддается панике; никогда враг не может удивить его каким-нибудь нечаянным нападением, потому что того он только и ждет.


Иван Иванов, одним словом, совершенный идеал солдата и нельзя не сознаться что он лучший солдат во всем мире.

____________________

Это отрывок из моей книги "Жизнь примечательных людей".

Моя группа во ВКонтакте - https://vk.com/grgame

Моя группа в Фейсбук - https://www.facebook.com/BolsaaIgra/

Моя страница на "Автор.Тудей" - https://author.today/u/id86412741

Показать полностью 2
2453

Ответ на пост «Раис Мустафин — герой России который в 2000 году спас троих русских солдат, но попал в плен...» 

Ответ на пост «Раис Мустафин — герой России который в 2000 году спас троих русских солдат, но попал в плен...» Герой России, Война, Чеченская война, Герои, Солдаты, Россия, Болезнь, Ответ на пост
Ответ на пост «Раис Мустафин — герой России который в 2000 году спас троих русских солдат, но попал в плен...» Герой России, Война, Чеченская война, Герои, Солдаты, Россия, Болезнь, Ответ на пост

Герои России 21 ОБрОН (вч 3641, Софринской бригады)

Ефрейтор Бушмелев Евгений Вячеславович.

15 октября 1999 года под Червленной рота софринцев при проведении спецоперации напоролась на засаду боевиков. Заняли оборону, но двигаться дальше не могли. Боевики прижали крепко. Рядовой Бушмелев, маневрируя на своей бээмпэшке, прикрывал пехоту. Из трехчасового боя вышел, будто в рубашке родился — ни одна из выпущенных по его «копейке» гранат в цель не попала. Он сумел забрать и вывезти в район сосредоточения раненых братишек, а после этого и остальных пацанов...

30 октября 1999 года в бою под Новощедринской бээмпэшка неожиданно потеряла управление — «духовская» граната попала в правую гусеницу. Механик-водитель не растерялся и под шквальным огнем боевиков сумел устранить повреждение. А боевые группы софринцев тем временем подошли к поселку и начали выбивать бандитов из опорных пунктов. У соседнего взвода бээмпэшка встала как вкопанная. Боевики плотно обложили пацанов. Экипаж Бушмелева подоспел вовремя. Отсекая огнем из пушки и пулемета бандитов, БМП вплотную подошла к вставшей машине. Евгений выскочил из своей «копейки», тросом подцепил ее и вытащил из-под огня.

А кавказский поход тем временем продолжался. Под Гудермесом Бушмелев сумел удачно вывести машину во фланг прорывающейся из кольца окружения большой группе боевиков. В Алхан-Юрте в жестоком бою помог армейцам — из-под перекрестного огня вывез в тыл раненого командира армейского рембата...

Указом Президента РФ от 30 декабря 1999 года ефрейтору Бушмелеву Евгению Вячеславовичу. присвоено звание Героя РФ.

Показать полностью
8683

Раис Мустафин — герой России который в 2000 году спас троих русских солдат, но попал в плен...

Раис Мустафин — герой России который в 2000 году спас троих русских солдат, но попал в плен... Герой России, Война, Чеченская война, Герои, Солдаты, Россия, Длиннопост, Болезнь, Видео

Тогда же он вытащил гранату у боевика и швырнул их в комнату бандитов, освободив этот мир от троих из них, а сам бежал через окно. За этот подвиг он получил звание и признание героем.

Сегодня он скончался от продолжительной болезни.

Раис Мустафин — герой России который в 2000 году спас троих русских солдат, но попал в плен... Герой России, Война, Чеченская война, Герои, Солдаты, Россия, Длиннопост, Болезнь, Видео

https://www.ural56.ru/news/647190/

UPD:

27 января 2000 года военнослужащие из нальчикской бригады внутренних войск заняли здание школы на правом берегу реки Сунжа. Ранним утром боевики предприняли попытку выбить военнослужащих с занимаемых позиций. В ходе боя бандитам удалось взять в плен троих солдат. Это увидел рядовой Раис Мустафин, который сразу принял решение помочь товарищам. Он сумел приблизиться к боевикам, но те открыли по нему шквальный огонь. В один из моментов боя у Раиса заклинил пулемёт и боевикам удалось взять солдата в плен. Когда его привели в один из учебных классов, где находилось больше десятка бандитов, Раис выхватил из кармана гранату и подбросил её вверх, а сам, увидев замешательство боевиков, выскочил в соседнюю комнату и спрыгнул в канализационный люк.

По подземным коммуникациям рядовой Мустафин выбрался в комнату, в которой держал оборону, и продолжил неравную схватку с бандитами. Несколько часов он сдерживал яростные атаки врага, ведя огонь из табельного и трофейного оружия. Вызвав всю огневую мощь противника на себя, он дал возможность своему подразделению провести контратаку и вынудить боевиков отступить. Когда здание школы было отбито, сослуживцы не поверили своим глазам — они считали Раиса погибшим.

За личное мужество и героизм, проявленные в бою с незаконными вооружёнными формированиями, 11 июля 2000 года рядовой Мустафин Раис Рауфович был удостоен звания Героя Российской Федерации.


UPD 2: интервью

Показать полностью 1 1
201

Советский Снайпер с Противотанковым Ружьём- ПОДВИГ ГЕРОЯ СССР ИЛЬИ КАПЛУНОВА

История подвига советского солдата, Героя СССР, Каплунова Ильи Макаровича. Сумевшего в одном бою подбить девять немецких танков из противотанкового ружья. Будучи тяжелораненым позицию не оставил, оружия не бросил и остановил продвижение немцев...

83

Миниатюра солдата ВС РФ в масштабе 1:35

Докрасил наконец заказного солдата ВС РФ времен боевых действий в Чечне в масштабе 1\35 от фирмы Evolution. Использованы краски vallejo, AMMO MIG, и совсем немного citadel. Ремешки сделал из формы от фототравления.

Миниатюра солдата ВС РФ в масштабе 1:35 Стендовый моделизм, Миниатюра, Солдаты, ВС РФ, Чечня
245

Кому война - кому мать родна (8)

Упоминая о предательстве русских войск в Чечне, нельзя обойти стороной роль в ней наших либеральных правозащитников. И прежде всего речь идет о такой фантастической мрази, как Сергей Адамович Ковалев. В период 1993-2003 годов был депутатом ГД, в 93-96 гг. председателем Комиссии по правам человека при Президенте РФ, в 96-2003 гг. член ПАСЕ. Был одним из учредителей гайдаровской партии «Демократический выбор России», а с 2006 года и по сей день состоит в «Яблоке».

С началом боев за Грозный в декабре 1994 года Ковалев приезжает в ставку Дудаева и предлагает свою помощь в «организации переговоров по прекращению кровопролития». Боевики сначала не верили своим ушам и даже хотели его расстрелять, но потом раскусили нутро россиянского либерала и посадили его в подвал к радиостанциям. Отсюда Ковалев без устали предлагал русским солдатам сдаваться в плен, а танкистам обещал безопасный выход из города в обмен на указание ими маршрута. «Я правозащитник. Ребята, я, Сергей Ковалёв, беру на себя ответственность. Выходите, сдавайтесь, и вас сейчас на машинах вывезут в ваши части»…

Что было с теми парнями, которые, поверив слову «правозащитника», попали в плен, говорить не хочется, но поднять эту тему необходимо: им отрезали головы, кастрировали, насиловали, расчленяли заживо, снимали скальпы, распинали в окнах домов или, в лучшем случае, просто убивали на месте. Когда много позднее его спросили, почему он защищал бандитов, но не поднимал вопрос геноцида русского населения Чечни, Сергей Адамович без обидняков ответил, что «всегда защищал тех, кто нуждается в защите». В 1995 году, признавая заслуги Ковалева перед самопровозглашенной республикой Ичкерия, Джохар Дудаев наградил его орденом «Рыцарь чести». Кроме него такой награды удостоился только Шамиль Басаев.

Генерал Геннадий Трошев в своей книге «Моя война. Чеченский дневник окопного генерала», отрицательно оценивая роль Сергея Ковалёва в чеченском конфликте 1994—1996 годов, писал, что российских солдат после сдачи в плен ожидали пытки:
В боях за Грозный появились первые пленные, вокруг которых развернулись баталии с участием московских политиков, правозащитников и журналистов. Особо недобрую роль в этом сыграл тогдашний уполномоченный по правам человека в РФ С. Ковалёв, который открыто призывал наших солдат сдаваться в плен под его могучие гарантии освобождения. А о том, что их ждёт в плену у «добрых» чеченцев, особо и не задумывались. Приведу здесь слова капитана Сергея Н., томившегося восемь месяцев в яме под Шали: «Об одном просил Бога — быстрее умереть…» Об избиениях, садистских пытках, публичных казнях и прочих «прелестях» чеченского плена говорить можно долго — читателя этим не удивишь. Но вот отрубание голов, снятие кожи и скальпов с живых солдат, распятые тела в окнах домов — с таким федеральным войскам впервые пришлось столкнуться в Грозном.

Это же подтвердил Александр Петренко, заместитель командира батальона 131-й мотострелковой бригады:
Вот он в эфире говорил: «Я правозащитник. Ребята, я, Сергей Ковалёв, беру на себя ответственность. Выходите, сдавайтесь, и вас сейчас на машинах вывезут в ваши части». А на самом деле они вышли, их взяли в плен, потом этих пацанов кастрировали, изнасиловали…

Кому война - кому мать родна (8) Чечня, Война, Солдаты, Плен, Предательство, Армия
Показать полностью 1
326

Медаль за «мороженое мясо»: почему ее так называли солдаты вермахта, и за что она давалась

Когда Гитлер затевал блицкриг на Советский Союз, то вряд ли он догадывался, что десятки тысяч его солдат окажутся в госпиталях не столько от боевых ранений, сколько после встречи с крепкими русскими морозами. Однако педантичными немцами и такие перенесенные тяготы не оставались без награды. За зимнюю кампанию 1941-1942 в СССР солдаты Третьего рейха получали отдельную медаль, которую иронично прозвали «мороженое мясо».

Справедливости ради следует уточнить, что и советская армия немало пострадала от аномального мороза: из-за обморожения с фронта отбыло 180 тысяч солдат. Однако немцы, не привыкшие суровой русской зиме, потеряли по этой же причине на 50 тысяч больше. Во многом такие цифры среди бойцов вермахта объяснялись тем, что они собирались закончить свою «молниеносную войну» раньше, и оказались не готовы к столь низким температурам.

Первые морозы ударили еще в ноябре 1941 года. В начале же декабря, когда советская армия перешла от оборонительной тактики к наступательной, термометр показывал до сорока градусов ниже нуля, и эти цифры били по немцам не хуже войск СССР. Замерзало все: от солдат до оружия и военной техники. Даже танки «прилипали» к земле, и, чтобы хоть как-нибудь решить эту проблему, под днищем бронемашин разводили костры. Не спаслись от крепких морозов и поезда, из-за чего группа армий «Центр» недополучила больше половины снаряжения.

Медаль за «мороженое мясо»: почему ее так называли солдаты вермахта, и за что она давалась Великая Отечественная война, СССР, Война, Адольф Гитлер, Солдаты, Оружие, История, Реальная история из жизни, Видео, Длиннопост

Больше всего немецкие солдаты мучились со своей обувью. Сапоги и ботинки в рейхе подбивали металлическими заклепками, а те попросту промерзали на холоде и сильно морозили ноги. А вот красноармейцам здесь повезло больше: они получали сапоги на размер больше, поэтому имели возможность утепляться соломой или бумагой.

Медаль за «мороженое мясо»: почему ее так называли солдаты вермахта, и за что она давалась Великая Отечественная война, СССР, Война, Адольф Гитлер, Солдаты, Оружие, История, Реальная история из жизни, Видео, Длиннопост

Все эти муки на морозе под Москвой командование армии Третьего рейха решило не оставлять без внимания. В мае 1942 года им была учреждена специальная медаль за бои на Востоке, которой отмечались военнослужащие вермахта, без отдыха воевавшие не менее 14 дней и летчики люфтваффе, которые имели 30 дней подряд боевых вылетов. Называлась она Winterschlacht im Osten 1941/1942 (Зимняя битва на Востоке). Но чаще всего «Восточная медаль» доставалась тем солдатам, которые во время зимней кампании 1941-1942 в СССР получили обморожение, за что в вермахте ее остроумно называли медалью за «мороженое мясо».

Медаль за «мороженое мясо»: почему ее так называли солдаты вермахта, и за что она давалась Великая Отечественная война, СССР, Война, Адольф Гитлер, Солдаты, Оружие, История, Реальная история из жизни, Видео, Длиннопост
Показать полностью 3
181

ПАТРОН БЕЗ ГИЛЬЗЫ для какого оружия такой делался в XX веке

Далеко не каждый человек хотя бы видел такие странные боеприпасы для стрелкового оружия, как те, что изображены на фотографии. Вещь действительно исключительная редкая. В том числе по причине того, что широкого распространения она так и не получила. Впрочем, все это ни в коем случае не делает ее менее интересной для рассмотрения.


После Второй мировой войны оружейные мастерские со всего света пустились «во все тяжкие» и принялись с невиданным ранее упорством экспериментировать в области создания принципиального нового патрона. В начале 1970-х годов немецкая оружейная компания Heckler&Koch инициировала еще один проект-попытку по созданию перспективного оружия завтрашнего дня. Конечно же, оружие будущего требовало и невиданный ранее патрон.

ПАТРОН БЕЗ ГИЛЬЗЫ для какого оружия такой делался в XX веке Оружие, Война, Факты, Интересное, Армия, Солдаты, Необычное, Автомат, Видео, Длиннопост

Изображенный на фотографии боеприпас странной конфигурации – это патрон к автомату HK G11, который как раз и появился в рамках упомянутой выше конструкторской инициативы. Почему же он именно такой? Все просто, боеприпас к G11 – это попытка создания безгильзового патрона. Предполагалось, что вместо традиционной гильзы из стали или латуни будет использоваться призматическая коробочка из пороха. Покрывалась она не бумагой, не деревом и даже не пластиком, а специальным сгораемым лаком. Инженеры предполагали, что этого будет достаточно для обеспечения живучести патрона.

ПАТРОН БЕЗ ГИЛЬЗЫ для какого оружия такой делался в XX веке Оружие, Война, Факты, Интересное, Армия, Солдаты, Необычное, Автомат, Видео, Длиннопост

Однако, немцы ошиблись. Несмотря на то, что идея оказалась очень интересной, попытка создания безгильзового боеприпаса для стрелкового оказалась провальной. Причудливый патрон даже после нескольких этапов улучшения оставался крайне ненадежным в полевых условиях. Куда важнее, что он с завидной регулярностью становился причиной выхода из строя самой штурмовой винтовки. Во время сгорания боеприпас выделял слишком много тепла и производил чудовищное количество копоти, что не лучшим образом сказывалось на оружии. В итоге проект был закрыт.

ПАТРОН БЕЗ ГИЛЬЗЫ для какого оружия такой делался в XX веке Оружие, Война, Факты, Интересное, Армия, Солдаты, Необычное, Автомат, Видео, Длиннопост
Показать полностью 2
1152

Сын полка

Сын полка Солдаты, Подвиг, Великая Отечественная война, Длиннопост

«Сыновья полка», мальчишки и девчонки, они вели свою собственную маленькую войну, чтобы спасти мир и… маму. У них не было детства, но была огромная сила духа.


Боря Новиков. Обыкновенный 12-летний мальчишка, каких миллионы. Учился в школе, после уроков бежал играть во двор своего барака, любил маму. Мария Ивановна воспитывала его без отца, сутками напролет работала на заводе. Семью в 1941 году эвакуировали в Рыбинск из блокадного Ленинграда.


Многие бежали от войны, а Боря бежал за ней, рвался защищать Родину. В 1942-м он трижды пытался попасть на фронт, но его ловили и возвращали домой. С четвертой попытки упрямый подросток все-таки оказался у линии боевых действий.


Борю обнаружили и сняли с поезда у станции Бологое. Чтобы разжалобить комбата, мальчик на ходу сочинил легенду, что прибыл он мстить врагу за умершую от голода мать. План не сработал. Вояку накормили и посадили обратно в поезд. Но не тут-то было. Новиков перебрался в другой состав и вернулся.


Солдаты 380-го стрелкового полка приютили пацаненка. Так юный рыбинец стал сыном полка и получил прозвище Гаврош.


Гвардии майор в отставке В. Козырев вспоминал:

Я знал Бориса только в тот период, когда он был воспитанником батареи 76-миллиметровых пушек 380-го стрелкового полка. К нам его направили из штаба полка, чтобы он был дальше от переднего края обороны. Солдаты нашей батареи приняли его как родного сына. Сшили ему военный костюм и сапоги, выдали личное оружие, и он все время находился при командире или комиссаре батареи. С ними жил в землянке, спать ложился на нарах между ними, и те в холодное время согревали его своими телами. Он быстро завоевал симпатию личного состава батареи. Каждый солдат старался его приласкать и сделать ему что-нибудь приятное. Борису у нас нравилось жить и служить. В его обязанности входило помогать нашему санинструктору при оказании первой медицинской помощи раненым. Мальчик был отважным, не боялся разрывов снарядов, мин и свиста пуль. Он, видимо, не верил в возможность быть раненым или убитым…

Боря служил связным, почтальоном, санитаром – прямо под пулями делал перевязки раненым солдатам. Полковник запаса Н. Парфенов, командовавший стрелковой ротой, вспоминает, как мальчик попал к нему в роту:

Борис оказался в нашем эшелоне около Вышнего Волочка. По прибытии на фронт он находился в штабе нашего третьего стрелкового батальона. Потом перешел в мою девятую стрелковую роту. Ему никто не возражал. Борис состоял в ячейке управления роты, был моим связным, передавал мои приказания командирам взводов, донесения командиру батальона. Не расставаясь с медицинской сумкой, перевязывал раненых под пулеметным и автоматным, не говоря уж об артиллерийском и минометном огне. Ему постоянно угрожала опасность быть убитым или раненым, но удержать было просто невозможно. Однажды на Северо-Западном фронте шло длительное и большое наступление. Я из мелкого окопчика управлял боем роты. Смотрю, Борис идет, не торопясь, с двумя медицинскими сумками. Идет прямо по открытой местности, хорошо наблюдаемой и простреливаемой огнем противника. Я кричу ему: «Ложись!». Он также не спеша подходит к моему окопу и говорит: «В меня не попадут». Я затащил его к себе в окоп и спрашиваю: «Зачем тебе две медицинские сумки? Тебе тяжело». Он отвечает: «Одна своя, вторую взял у убитого санитара — пригодится.

Офицер запаса С. Лебедев:

Впервые я увидел этого малыша при разгрузке нашего эшелона на станции Любница. Вторично – в деревне Семеновщина. Смотрю, идут командир батальона, его заместитель, комиссар и с ним мальчуган. В третий раз увидел его в первый день боя, в мае 1942, с санитарной сумкой. Кого перевяжет, кому поможет уйти в укрытие. Я обратил внимание на детский крик: «Дядя, помоги!». Вижу, мальчонка подполз к убитому солдату. Но чтобы перевернуть его и взять документы в кармане гимнастерки, у него не хватило сил, и он попросил помочь. Каким я помню Бориса? Маленький, коренастый крепыш, рыжеватый, с редкими веснушками. Глаза бледно-карие.

Наравне со взрослыми мальчишка героически сражался под Ленинградом. За два месяца, с мая по июнь, Борис вывел с поля боя 18 раненых с оружием, под огнем противника перевязал 26 человек, вынес 12 винтовок, 3 ручных пулемета, 2 автомата, а также доставил много документов, собранных с тел убитых немецких солдат. За это подросток был представлен 4 июля 1942 года к награждению медалью «За отвагу».


Комиссар подразделения, в котором воевал Боря, об отважном бойце рассказал своему сынишке. «Он был немного больше тебя, сутуловатый, с большой головой. Глазенки отражали его не по летам развитый ум и мужественность, отвагу, энергию. На первый взгляд самый обыкновенный мальчик. Но он все время был на передовой линии огня и под грохот взрывов и лязг железа делал своими маленькими ручонками большое дело. Здесь он был и сам ранен в ногу, но продолжал помогать другим. Он часто приходил ночевать ко мне в блиндаж и по всей военной форме докладывал: «Товарищ комиссар, воспитанник Борис Новиков явился в ваше распоряжение!», щелкал своими маленькими каблучками и приветствовал, беря руку к головному убору. После этого укладывался ко мне под бок, обнимал за шею и просил, чтобы я рассказал ему сказку…».


Корреспондент фронтовой газеты писал о том, как Боря помогал раненым: «Раненый был рослым бойцом. Ему показалось неудобным опираться на плечо маленького санитара, он просил: «Оставь меня». Борис обиделся: «Ты это брось. Ты у меня не первый – восемнадцатый». Сдав раненого бойца врачу, опять пошел, вернее, побежал туда, где шли бои. Маленький, юркий, он проворно ползал по переднему краю, выводил раненых, собирал оружие».


Каждое из своих писем для мамы в Рыбинск Боря начинал фразой «Привет от бойца Северо-Западного фронта Новикова Бориса». Он рассказывал, что находится во взводе конной разведки полка, работает почтальоном и носит звание ефрейтора. А еще у Бори была лошадь Машка. А сам он, как подобает настоящему воину, носил шпоры и саблю.


Командование тоже отчитывалось матери бойца: «Находясь у нас, Борис хорошо воспитывается. Это юный герой. Смел, находчив. Его снарядили в красноармейскую форму: сшили все по росту. Не беспокойтесь, он находится в хорошем надзоре».


Но ни находчивость, ни отвага не уберегли парнишку. Свою медаль боец Новиков так и не увидел. 11 июля 1942 года под Старой Руссой нашим танкам нужно было добраться до реки и вытащить подбитую машину. С вражеской стороны это место не просматривалось, поэтому бойцы не стали ждать ночи и двинулись туда засветло. Боре тоже захотелось пойти на задание. Он вскочил на броню одной из машин. Враг услышал шум техники и открыл огонь из минометов. Одна мина разорвалась рядом с танком, и град осколков попал в мальчика.


Следующий день стал тяжелым испытанием для повидавших многое бойцов. Разведчики прощались с бесстрашным мальчиком. Бойца похоронили со всеми почестями, с залпами винтовок и пистолетов, на дивизионном кладбище у деревни Язвищи Ленин-градской области.

В Рыбинске в честь Бори Новикова названа улица.


Источники: портал «Память народа», журнал «Костер», 1972 год

Показать полностью
1768

Солдат, воевавший один день

Принято говорить про героев, выдающихся солдатах, уничтоживших десятки, сотни фашистов, летчиках, одержавших десятки, сотни побед в воздушных боях, полководцах - победителях.


Но не принято говорить о сотнях тысяч, миллионах солдат, кто воевал всего один день...


Один день.


Возможно даже несколько минут, которые оканчивались выстрелом, разрывом гранаты или снаряда.


Секунда.


И нет солдата. Или сильно ранен.

И война для такого солдата закончилась.


Было бы здорово памятник таким солдатам установить. Бабочка - однодневка... Символ жизни, короткой жизни... Но за счёт своей короткой жизни она дают новому поколению шанс на продолжение рода...

469

Госпитальные будни 4

Продолжение Госпитальные будни 3

Госпитальные будни 3


Госпитальные будни 4

Травматология

Между операциями под общим наркозом должно пройти некоторое время. Я не знаю, сколько именно. Но явно не три месяца прошло, думаю, недели три, может четыре… Можно конечно найти эпикриз, но лень. Да и не сильно это важно.

Я стал привыкать к постоянной боли, приспособился спать, не держа ногу в руках – подставлял под икру свёрнутое одеяло, выпрошенное у сестер.

Уже бодро передвигался на костылях по «взлётке» коридора, даже один раз занял почётное третье место в соревнованиях по бегу на костылях. Правда, после этого сильно болели подмышки… Ведь бег на костылях, он такой. Кто не знает: отталкиваешься здоровой ногой, и посылаешь тело вперед, выбрасывая костыли, и весь удар приходится на подмышки, опять отталкиваешься, и по новой. При наборе определённой скорости начинаешь махать костылями, как крыльями, инерция несёт тело вперед, и удары через костыли слабее передаются на подмышки. Весело было. Особенно, если кто-то падал.

Пока не забыл… 16 или 17 августа приезжали женщины с комитета солдатских матерей. Я ещё в хирургии лежал. Спрашивали, что могут для меня сделать. Я попросил отправить маме телеграмму(кто не знает что такое телеграмма, иди в гугл, ты слишком молод)… У неё 15 августа было день рожденья. Текст телеграммы был такой: «Мама, поздравляю тебя с днем рожденья, у меня всё хорошо.» Что самое удивительное, оно так и дошло. Никто из них не прибавил, что я в госпитале.

(Пока не забыл 2 – ни одно (из десятка) письмо из Чечни не дошло до адресата.)

И тут приехала мама. Коллективный деревенский сбор проанализировал текст телеграммы, и было вынесено решение. Раз я в Краснодаре, значит, был в Чечне, меня ранило, и теперь я в госпитале. Не скажу, что сильно логично, но верно ведь?)))

Мама сняла у какой-то старушки комнату, и в течение недели закармливала всю палату, пока не кончились деньги… Запомнился один момент)))

Мыться мне было нельзя, влажных салфеток тогда в России на тот момент не существовало, потому мама взяла спиртовой огуречный лосьон, платок, и со словами, как ты загорел, сынок, провела по моему лицу…

-Нет, ты не загорелый, ты грязный!

-Ма, да я каждый день умываюсь, с мылом! -Возмутился я.

-Смотри! –мне под нос сунули белый платок с черным пятном. –Это что?

- Это копоть. –с нами лежал контрактник Лёха. Четырнадцать месяцев отвоевал. Потом решил из патрона МДЗ сделать авторучку на память. Вытащил пулю, зажал её в тиски (в ремроте) сточил напильником носик, и гвоздиком попытался проковырять дырочку под кончик стержня. Итог – минус четыре пальца на правой руке. –Копоть от дизеля въедается, фиг отмоешься. А он на броне сколько катался.

А ведь верно, выхлопная решётка на БМП спереди, дыма глотали немерянно…

Всё хорошее быстро проходит… Мама уехала домой.

***

Привезли новенького в палату - аппараты Елизарова на обеих ногах. Подвешенные к стойкам. Всю ночь орал, спать не давал. Наутро мама к нему приехала. И началось…

- Ты чего мне привезла, старая, я это не ем! (пельмени млять!) Сигареты не те купила, ты чего, долбанулась? Ты вообще, башкой своей думаешь? Ты нахрена им (нам) продукты даешь?

И тд и тп.

Сказать, что мы были в шоке, это не соответствовало ситуации. Мы просто были в охренении. Мама для срочников –это икона. Никто в здравом уме такого маме не то что не скажет, даже не напишет…

Я поковылял в сестринскую.

-Анют, привет. –улыбчивая девочка лет двадцати пяти. Мы с ней нашли общий язык, и частенько я у ней зависал вечерами, мы пили кофе и болтали. Нет, любители клубнички, мы просто болтали. –Ты не знаешь, кого нам подселили?

-Мажорика. –сразу ответила она. –Местный, Краснодарский. Мама пристроила по знакомству в городе служить. Он в самоходе с другом на моцике катался, и разбились.

-Понял…- я собрался уходить, обдумывая планы воспитания данного индивидуума.

-Погоди, померь мне давление, что то голова болит. –она сняла с головы косынку, и засучила рукав халата. А мне что, я умею. 90\60.

- Давай кофеинчику мне кольни. –снарядила шприц, придирчиво выбрала иглу. Скинула с плеча халат. Я сглотнул слюну, и дрожащими руками протёр место укола ваткой, что она сунула мне в руки. Лямка бюстгальтера, белокурый витой локон, спускавшийся по маленькому розовому ушку вниз, на спину. Белая гладкая кожа… Стоп, стоп! Я взял себя в руки, раздвинул себе пальцы на правой руке, вставил в них шприц. Ввел подкожно кубик кофеина.

- Анют, ну тебя нафиг, с твоими приколами! – увидел её хитрую улыбку. – Нафиг! В следующий раз через одежду вколю!

Поковылял к себе, в палату. А там уже вовсю шла воспитательная работа.

-Слышь, пацан, -гаечный ключик в руке Лехи выстукивал какой-то военный марш по кольцам аппарата Елизарова,- ты как с матерью базаришь?

-Как хочу, так базарю, моя мать! –огрызался тот. Зря он это. –Не стучи, ****!

Я сел к нему на кровать, взял металлическую армейскую кружку с тумбочки.

-Нет, душок, ты ошибаешься. –я стукнул по аппарату Елизарова донышком так, что звон пошёл. –Мы мам чтим. Даже чужих. Даже тех, у кого, такие как ты, сволочь, сыновья. А ты нам доставляешь моральные страдания. Своим неподобающим отношением.

В общем, всей палатой взялись за его воспитание. Даже кружку повесили на дужку его кровати. Идёшь в туалет –бааммм. И говоришь обязательно -Маму нужно любить. На маму нельзя кричать. Маму нужно любить.

Через пару дней пришла его мама. Ведь совсем другой человек стал! Понял, видать, что мама у него одна! Всё скушал, что мама ему принесла. Мамочкой называл. Даже прощенья попросил, что в прошлый раз нагрубил. Ушла его мама счастливая. Видимо, давно он так себя не вёл. Ну и хорошо, мамы должны быть счастливы.

Показать полностью
875

Были простыми ментами

Питер. Пьяный эшелон. Исчез Московский вокзал. Впереди Чечня. Можно это называть восстановлением конституционного порядка. Можно контр террористической операцией. Суть одна. Сегодня семья, дом, мирная жизнь, завтра..... . А завтра может и не быть. Это как то неожиданно начинаешь понимать. Если бы сегодня мне предложили такую командировку, я бы отказался. Осознание опасности приходит не сразу. Вначале что то сжимается внутри тебя, затем по дороге видишь сожженные БТРы, машины. И глаза ребят на блок постах. Это другие глаза. Этот взгляд остается навсегда, и можно не зная человека понять, он Там был. Или врет что был. Жизнь на блок посту это работа. Тихая, незаметная, совсем не геройская. Через день два все становится привычным. И даже автомат не замечаешь. Он с тобой в столовой, в туалете, в бане, рядом с кроватью. Со временем привыкаешь утренней "обработке" гор и зеленки пушкарями, и даже начинаешь их тихо ненавидеть. Опять разбудили. А самые желанные гости - одноразовые. Так называли саперов. Ежедневно и буднично они чистили дороги рядом с блок постом от "подарков". Ежедневная рутина. Скучно и неинтересно.

Счастье возвращения. Дом. Семья. Начинаешь замечать, что на улице голова крутится на 180 градусов. Хотя нет привычной тяжести на плече, не тянет бронежилет и "лифчик" (разгрузка). А еще раздражая водителей непредсказуемыми маневрами, стараешься объезжать рытвины и заплатки на дороге. Не пропуская их под днищем автомашины. Вот наверное и все. Нет героизма, нет патриотизма, нет подвигов, нет желания повторить. И даже не снится...

Были простыми ментами Чечня, Война, Милиция, Ветераны
364

Эпизод, достойный экранизации

Автор: Никита Шмик.

Эпизод, достойный экранизации Cat_cat, История, Великая Отечественная война, Подвиг, Война, Длиннопост

Давеча в одной из бесед всплыла тема отечественного военно-патриотического синематографа вообще и пресловутых «28 панфиловцев» в частности, и тут понеслась… Однако мы люди с позитивной повесткой в головах, так что речь достаточно быстро зашла про эпизоды, которые экранизации не только достойны, а очень даже сильно в ней нуждаются. Об одном из таких сейчас и расскажу.


Итак, год 1941-й, начало октября. Войска двух советских фронтов, ещё недавно стоявшие на пути к Москве какой-никакой стеной, теперь мучительно сражаются за жизнь в котлах под Вязьмой и Брянском. Оборона не то что рухнула, сплошной линии фронта уже просто нет, что, впрочем, не мешает авангардам группы армий «Центр» двигать её всё ближе и ближе к столице СССР.


На подступах к Малоярославцу ведущее к Москве шоссе пытается удержать потрясающий по своей мощи отряд: батальон десантников и пара танков, почему-то ещё называемая танковой бригадой. Но из Подольска уже спешит помощь, те самые курсанты. Их, правда, достаточно часто любят изображать этакими юнцами, но на деле это были люди вполне себе зрелые, а также хорошо подготовленные и обученные, кандидаты в командиры как-никак. Вообще, столь ценными кадрами в обычных ситуациях предпочитают не разбрасываться, но осенью 1941-го выбирать не приходилось. Поэтому будущему цвету вооруженных сил пришлось в пехотных боевых порядках занимать укрепления Малоярославецкого УРа, расположившиеся у села Ильинское. Звучит может и грозно, но скрывалась под этим названием жидкая цепочка ДОТов различной степени готовности, подкреплённая берегами небольшой речки Выпрейки.


Вскоре на шоссе появляются «Праги» и мотопехота 19-й танковой дивизии Вермахта. Немцы попытались сходу пробить оборону курсантов, но, натолкнувшись на упорное сопротивление, успеха не имели. Первая реакция – обойти, однако после форсирования речки несколько поодаль от советских позиций становится понятно, что проехать по этим суровым местам могут только танки и бронетранспортёры — автомашины тылов вязнут в осенней грязи, а значит, шоссе и Ильинское всё-таки придётся брать с боем.


Утром 16 октября рота из 15 танков и батальон мотопехоты переправляются через Выпрейку и начинают свой путь в неизвестность. Им удаётся выйти на дорогу к востоку от Ильинского, после чего они поворачивают и двигают на запад, надеясь сокрушить оборону села неожиданной атакой с тыла. Поначалу кажется, что замысел сработал, подходящие издали машины принимают за долгожданную подмогу из Малоярослвца. Однако именно в этот момент немцы понимаю, что что-то идёт не так, а точнее нечто калибра 85-мм прилетает в столпившиеся на шоссе «панцеры». Это расчёт одной из зениток разглядел и опознал Pz. Kpfw. 38(t), после чего открыл огонь.


На узком, ограниченном канавами полотне посреди простреливаемой местности шансов у танков мало, а потому они пытаются развернуться, но тщетно. Снаряды летят уже просто отовсюду, «заговорили» противотанковые пушки, другие зенитки и даже некоторые ДОТы.

Не прошло и десяти минут, как всё было кончено. 14 танков остались догорать на шоссе, лишь одной машине удалось спастись: вместо того, чтобы поворачивать, мехвод дал по газам и сумел проскочить прямо через позиции курсантов. Ошарашенную столь быстрой потерей «брони» пехоту побили и отбросили, можно сказать в «рутинном режиме».


Да, оборону под Ильинским немцы в конце концов сломают, потратив на это гораздо больше пота, крови и времени, чем планировалось изначально. Однако уходящая в даль колонна битых «Праг» ещё долго будет напоминать проезжающим мимо солдатам Вермахта о том, что их ждёт дальше…


Источник: https://vk.com/wall-162479647_50723

Автор: Никита Шмик (@Romanos575).

Альбом автора: https://vk.com/album-162479647_257645598

Личный хештег автора в ВК - #Шмик@catx2, а это наш Архив публикаций за март 2020

Показать полностью
2277

Уже 20 лет прошло, но мы их помним!!!!!!!!!

Уже 20 лет прошло, но мы их помним!!!!!!!!! Чечня, Война, Чтобы помнили, Длиннопост

29 марта 2000 года в 5 часов утра сводный отряд сотрудников ОМОН ГУВД Пермской области, находящийся в служебной командировке в Чеченской Республике, был направлен на специальную операцию в населенный пункт Центорой. Около 8 часов 30 минут на выезде из Джаней-Ведено по колонне был открыт огонь. В том жестоком, неравном бою героически погибли 36 сотрудников органов внутренних дел: 23 бойца березниковского отряда милиции особого назначения, трое их пермских коллег и еще десять борцов правопорядка из территориальных отделов Прикамья.

Из воспоминаний подполковника полиции в отставке, бывшего заместителя командира ОМОН ГУ МВД России по Пермскому краю (дислокация – г. Березники) по работе с личным составом, Сергея Колодина: «В конце февраля 2000 года сводный отряд ОМОНа из Пермской области прибыл в командировку в село Ведено Чеченской Республики. Нас, березниковцев, было тридцать человек, треть всего нашего отряда. При этом еще 25 березниковцев находились на тот же момент в Грозном. В Ведено нам выделили полуразрушенное здание детского сада. Мы приспособились к местным условиям в бытовом плане.

Служба наша состояла в том, что мы дежурили на блокпостах, выезжали на спецоперации по зачистке населенных пунктов, охраняли территорию отряда, раненых пленных, – словом, решали обычные милицейские задачи.

Прошел месяц нашей командировки. 28 марта к нам приехала делегация из Перми: глава города Юрий Трутнев и начальник Пермского ГУВД, генерал-лейтенант внутренней службы Владимир Сикерин. Они привезли посылки, письма и фотографии от родителей, жен, детей. Не все бойцы воспользовались предложенной Юрием Трутневым возможностью передать ответные письма родным. Разве могли мы предположить, что это будут последние письма!

Утром следующего дня, 29 марта, мы получили команду о выезде в Ножай-Юртовский район, в село Центорой, где было обнаружено скопление боевиков. За нами приехали две машины, ЗИЛ-131 и «Урал». Для таких операций должны выделять в качестве сопровождения бронетехнику. А у нас ее не было. Поэтому мы направились в комендатуру, где получили БТР. В составе колонны было 32 омоновца, девять приданных сотрудников и один сотрудник – водитель ВОВД Веденского района.

Только наша колонна миновала дома в селе Джаней-Ведено, как у ЗИЛа закипел двигатель. Пришлось остановиться для устранения неполадки. Все вышли из машин и заняли круговую оборону, а наш начальник штаба, майор милиции В. Д. Симонов, направился к строению, находившемуся вблизи колонны, для осмотра окружающей территории с точки зрения безопасности. С ним были старший прапорщик милиции Сергей Собянин и прапорщик милиции Юрий Аветисов. Командир открыл дверь и вошел внутрь, что-то крикнул находившимся там – и сразу раздались выстрелы изнутри дома и началась стрельба с близлежащих сопок. Симонов погиб в первые минуты боя.

Стало ясно, что мы угодили в засаду. Мы находились на дороге в ущелье, а на склонах окружающих сопок – боевики. Они вели массированный обстрел со всех сторон. Прежде всего они уничтожали тех, у кого были пулеметы и гранатометы, оружие массового поражения. Одним из первых погиб находившийся рядом со мной Саня Зюзюкин. Пуля угодила ему прямо в сердце. Сначала боевики палили из автоматов, затем подтянулись гранатометчики. С самого начала боя наш БТР вел ответный огонь. Затем его подбили. Весь экипаж покинул машину и занял оборону вместе со всеми. Огонь со стороны боевиков был настолько активный, что ребята не могли поднять голову. Ситуация была накалена до предела. Понимая всю серьезность сложившейся обстановки, наводчик БТР кинулся в горящую боевую машину и открыл огонь из крупнокалиберного пулемета. Тем самым он позволил сменить позиции ребятам нашего подразделения. БТР горел, но наводчик героически помогал нам до тех пор, пока боевики не уничтожили машину прямым попаданием из гранатомета. Помимо шквального огня, боевики давили на нас психологически. В рациях не смолкали их угрозы: «Свиньи, сдавайтесь!», «Мы всех перестреляем!», «Аллах акбар!».

Где-то в полдень стало ясно, что рассчитывать не на кого, и было принято решение отходить группами по пять человек. В нашей группе было пятеро березниковцев. Первым шел Саня Гаррес с ручным пулеметом, следом я, Сергей Галашов, Валерий Богданов и Владимир Куракин. И еще с нами был солдат-контрактник, водитель «Урала» Евгений Шишкин. Мы вышли на окраину Джаней-Ведено. Осмотрелись, решили ждать помощи на месте. Я лежал возле самой дороги. В это время к нам на выручку подходила вторая колонна, отправленная из Ведено. И в небе появились вертолеты. Они работают по точной наводке, а точных координат им сообщить не могли. И «вертушки» обрабатывали совсем не те площади. Наши ребята ложились лицом на землю, сняв камуфляж, чтобы пилоты видели на их спинах надпись «ОМОН» и по ошибке не уничтожили своих. Мы же выпустили сигнальные ракеты для обозначения своего местонахождения и места сосредоточения боевиков.

Вторая колонна так и не дошла до места боя. В полукилометре от той высоты, где первая колонна сотрудников ОМОНа отражала натиск врага, второй отряд попал под мощный обстрел. Их БТР был подбит, загорелся и перегородил путь следовавшей за ним колонне.

Боевиков за это время мы насчитали около трехсот, они вышли с высоток из поселка. Мы ждали, что с их стороны начнется зачистка, ведь они наверняка видели, как мы подавали сигналы ракетами. Патронов у нас оставалось в обрез, и мы были готовы к худшему. А пока решили ждать, когда стемнеет. Как только стемнело, стали выходить. А тут еще дождь пошел. Шли по раскисшей дороге в полной темноте, взявшись друг за друга, чтобы не потеряться. Часа в два ночи услышали, как что-то тарахтит, и увидели свет. Подобравшись ближе, услышали голоса, но речь была неразборчива. К счастью, это были наши десантники.

Наутро подъехали силы внутренних войск, десантники, подогнали бронетехнику, и мы выдвинулись в Ведено. Надеялись на то, что кому-нибудь из наших ребят удалось выжить. Но, кроме нас пятерых, из березниковцев уцелел только Александр Прокопов. Его, тяжело раненного, через двое суток обнаружила разведка десантников вблизи места боя. Потом его вертолетом доставили в госпиталь. Остальные 23 сотрудника ОМОНа г. Березники погибли. За мужество и героизм все они посмертно награждены орденами Мужества и навечно занесены в списки органов внутренних дел МВД России».

Показать полностью
58

Кому война - кому мать родна (7)

Отрывок из повести: ЧЕЧЕНСКИЕ ЗАПИСКИ ВЕРТОЛЕТЧИКА.
Автор: кавалер ордена Мужества, полковник С. Штинов
.

ПРОПАСТЬ
10 июля. Пока всё было тихо. На территории Чечни действовал очередной мораторий на ведение боевых действий. Шёл переговорный процесс между лидерами боевиков и командованием группировки, но это только пока! Следующее утро 10 июля 1996г. началось также с подъёма в 6 утра. Убыли на аэродром, позавтракали. Команда на сбор всего лётного состава у КП поступила неожиданно. До постановки задач было ещё много времени, поэтому все с удивлением смотрели на озабоченного чем-то командира полка, Юрия Николаевича Чебыкина, держащего телефонную трубку, ничего не говорящего, а только кивающего головой. Выражение его лица было явно безрадостным. Через минут 20 приехали все командиры авиагруппировки, расстелили перед нами карты и, зачитав приказ о начале боевых действий, стали ставить задачу каждому экипажу. Мало того, что москвичи, быстро улетев, домой, оставили нас, один на один, с кучей вопросов, так ещё практически на следующий день, нам уже ставили задачи на ведение настоящих боевых действий.
Я смотрел на своих молодых товарищей, и видел в их глазах смятение!
Да и самому было как-то не по себе:
- С ходу в пекло! - крутилась мысль в голове.
Как оказалось, процесс перемирия был внезапно остановлен, как это уже случалось не раз, и войскам был отдан приказ, начать боевые действия против бандформирований. Нашей авиагруппировке была поставлена задача на высадку воздушного десанта в горы, по всей границе южной Чечни, с целью вытеснения бандитов с равнинной части Ичкерии, чтобы они не смогли просочиться в Дагестан и Грузию. Подготовка была не долгой. Обозначили посадочные площадки на картах. И, пока заправляли вертолеты, в них во всю загружался спецназ. Первым в горы слетал, на рекогносцировку площадок, зам.ком.полка Николай Авиамирович Иванов. Быстро вернувшись, он сел ко мне на борт и сказал, что покажет нашей группе площадку.
Мы, в паре с Володей Погореловым, взлетели за парой зам.ком.авиагруппировки, моего однокашника по училищу, Лёши Храменкова. Набрали высоту 1800м. и пошли в горы, в район между Шатоем и Махкетами. Подходя к горам, стали ещё набирать высоту, и когда подошли к указанной Ивановым площадке, она была на уровне наших глаз. На двух с половиной тысячах метров над уровнем моря, ровная как стол, размерами с два футбольных поля, простиралось красивое, покрытое высокой травой, поле. А на удалении двух километров впереди него уже начинались отвесные скалы, уходящие вверх, выше трёх тысяч метров. Посадочные места выбирали самостоятельно, кто - куда. Но так, чтобы не помешать друг другу. Первым подсел Вовка Погорелов, я следом за ним, буквально в двадцати метрах от него. Оглянулся в грузовую кабину и подал команду на высадку группе спецназа. Но когда повернулся, прямо впереди, в нескольких метрах от кабины моего вертолета, разлетались какие-то куски веток. Как оказалось, Володя Погорелов, чуть сместился в сторону, и не заметил, как хвостовой винт его машины оказался у самой земли, начав крошить высокую, с полтора метра высотой, траву и небольшие кусты. Я смотрел, на всю развивающуюся ситуацию молча, боясь что-либо подсказать Вовке по радио, т.к. мог только помешать ему. Иванов тоже молчал, думая о том же. Качнись вертолёт чуть ниже, хвостовой винт зацепит камни, и тогда начнётся такая мясорубка, что сначала достанется, моей машине. Затем, превратившись в такую же мясорубку, от меня достанется следующим, и т.д. Пока мы все, как удалые казачки на бранном поле, не покрошим друг друга в капусту. Даже сквозь рёв турбин и натуженный стук лопастей, был слышен звук работающей "сенокосилки". Высадка десанта длилась всего 1,5 - 2 минуты. Вовкин борт качнувшись, плавно отошёл от земли и, бешено вращая позеленевшим хвостовым "секатором", рванул вперёд, разгоняя скорость.
- Фу-у! Пронесло! - выдохнули мы.
Десант моего борта также оперативно покинул вертолет и, получив команду от борттехника, мы полетели догонять группу, которая закончила высадку. Внизу у предгорья, как шмели, крутилось наше прикрытие, звено Ми-24. Набрать нашу высоту для них было проблематичней. С нормальной зарядкой, но в условиях высоких температур, с "убитыми" на пыльных площадках движками, они еле дотягивали до высот 2.500 - 3.000 метров. "Несладко" было и нам. Но всё же Ми-8-е были полегче, поэтому на пару минут нам хватало мощности наших движков, чтобы зацепиться, как хищным орланам, за какой-нибудь выступ или камень на большой высоте, иногда поставив лишь одно колесо на землю. Вот тут-то надо было собрать всю свою волю и нервы в кулак, и буквально слиться с машиной в одно целое, чтобы удержаться на выступе, молотя лопастями в нескольких десятков сантиметров от каменных глыб или скал. «Десантуре» же выбирать не приходилось, когда "духи" их вытесняли на какую-нибудь высотку или скальный выступ, кроша вокруг них камни крупнокалиберными пулемётами и гранатомётами. А у нас уж выбора не было точно, т.к. надо было вытаскивать мальчишек из любого "дерьма". И ни при каких условиях мы не имели права оставить их на верную гибель! Собравшись группой, полетели домой. Через пятнадцать минут все уже заруливали на стоянки. Вообще Чечня была настолько маленькой, что её можно было облететь за 1 час. И никак не укладывалось в голове - откуда же на таком маленьком пространстве умещалось столько гадости!
Пообедав, стали ждать очередной задачи. Через пару часов должны были подъехать несколько КАМАЗов с боеприпасами и продовольствием, которые мы должны были доставить той же группе СПЕЦНАЗа. А пока уясняли задачу, разрабатывали порядок и очерёдность захода на посадку, и порядок сбора группы после разгрузки. Но всё получилось совсем иначе. Подъехала колонна. Пока загружали и заправляли вертолеты, Юрий Николаевич Чебыкин зачитал экипажам очередную боевую задачу. Время вылета назначили через 15 минут. После того, как я прибежал на вертолет, у меня глаза полезли на лоб. Вертолёт был загружен, какими-то коробками под «самый жвак», да ещё на входе в кабину лежал здоровенный резиновый бак с водой.
- Твою мать...! И сколько ж здесь веса? - спросил я, у заправляющего вертолет бортового техника Володю Мезенцева.
Тот развёл руками:
-Да хрен его знает! Пока заправлял борт, десантура уже его закидала коробками, поэтому вес не проконтролировал! Но коробки тяжёлые. Одна упала с приличным грохотом! Видать там тушёнка!
Я повернулся к, стоящему рядом, старлею-десантнику.
- Старший лейтенант! Какой вес груза?
- Товарищ майор! Начальник продслужбы, старший лейтенант Боков. Да не много! Тонна. Ну, может быть тонна-сто!
- Старлей! Мать твою! Ты кому хочешь "впарить" - тонна-сто! Я что, по-твоему, не знаю, что такое - "по самое нехочу" загруженный вертолёт? Какой вес?"- надвинулся я на него.
-Да тонна там...! - захлопал детскими ресницами старлей.
Стал запускаться ведущий группы Алексей Храменков. Я должен был идти у него ведомым. Времени на проверку уже не было.
- Ну старлей...! В вертолёт! Если уж будем падать - так вместе!
Он побледнел, но в вертолёт залез, примостившись, как цыплёнок, на "курдюк" с водой, вращая выпученными глазами.
Как «в воду глядел»! - вспоминал потом я.
Быстро запустились, вырулили за ведущим.
- Вова! Как машина? Потянет?
- Нормально! Движки хорошие, вытянут!
На всякий случай я добавил "перенастройкой" обороты несущего винта и завис как можно выше, метров на пятьдесят, чтобы проверить запас мощности. "шаг-газом" увеличивать мощность, но склон, с увеличивающейся скоростью продолжал уползать вверх. В остеклении теперь были видны одни огромные каменные валуны, которые быстро приближались. Мы просто падали на скалы!
Запас по мощности был практически исчерпан, рукоятка "шаг-газа" уже была под мышкой! Первый раз, за всю свою лётную работу, я услышал страшный вой двигателей своего вертолета, который никогда не слышал ранее. Как будто стая из тысячи волков выла на сотню лун. В наушниках сначала послышалась команда речевого информатора:
- Отказал первый генератор постоянного тока, отказал второй генератор постоянного тока. Вертолёт висел спокойно, перегруза не чувствовалось. В горах, конечно, могло быть всё по-другому.
Группа взлетела. Стали быстро набирать высоту, постепенно доворачивая в сторону гор. Всё шло нормально. Движки привычно гудели. Лопасти с шелестом секли разреженный, горячий воздух. Через минут пятнадцать уже подходили к площадке. Храменков, по радио, попросил группу СПЕЦНАЗа обозначиться сигнальными дымами. Получили ответ, что шашки зажжены. Но знакомая площадка была чистой. Минутное замешательство.
- Вас не наблюдаем! - послышался в наушниках голос ведущего группы.
- Мы правее десять и ниже сто метров - ответил голос по радио.
Как оказалось, командир группы СПЕЦНАЗа, то ли из тактических соображений, то ли по условиям безопасности своей группы, вывел и закрепил её на небольшом перешейке между двух скал, на крошечном выступе горной гряды. Слева, по заходу, крутой каменистый склон горы. Справа - уходящие вверх скалы. Впереди и сзади пятачка - пропасть.
Для них может она, и была удобной, а вот посадить на неё вертолеты, было крайне проблематично. Алексей Храменков, сходу, примостился на относительно ровненький выступ и сразу начал выгрузку. Я заходил следом, рассчитывая приземлиться на единственное ровное место чуть ниже его вертолёта и на удалении метров двадцать.
Площадка, если таковой её можно было назвать, находилась на уровне наших глаз. Плавно подходя к ней, я начал подгашивать скорость, но склон в остеклении вдруг поплыл вверх.
Мощный поток воздуха, отбрасываемый вертолетом Алексея, выдул всю воздушную "подушку" из-под моей машины, которая очень бы могла облегчить мне посадку. Интуитивно я стал Это означало, что оборотов несущего винта у нас уже не было!
Потом крик Володи Мезенцева:
- Садись, садись!
- Да куда ж садиться! Скалы!
Боковым зрением я видел, как мой лётчик-штурман, Андрюха Васьковский, вжавшись в пилотское кресло, ждал удара о землю.
Вертолёт, как клиновый лист, покачиваясь с бока на бок, медленно падал на скалистый склон, поддерживаемый остатками тяги несущего винта. Выключился, из-за прекращения электропитания автопилот, хоть как-то помогающий удерживать машину.
Говорят - перед лицом смерти, вся жизнь пробегает перед глазами. У меня же в эти секунды в голове была одна мысль:
- Главное, перед ударом, успеть выключить двигатели, чтобы, когда вертолёт будет кувыркаться по склону в пропасть, они не взорвались, и мы не сгорели! Чтоб было, что достать из-под обломков, да доставить домой! Выжимая все соки из ручки управления, я пытался хоть как-то удержать вертолёт. В это же время, педалями, плавно разворачивая его влево, стараясь отвернуть от скал.
Машина медленно, чуть накренившись, начала разворачиваться.
Боковым зрением я видел, что слева начинается огромная пропасть, уходящая далеко вниз. В это же мгновение правая стойка шасси ударилась об склон, её амортизатор сжался и, выполняя свою работу, оттолкнул вертолёт в обратную сторону.
Машина, как футбольный мячик, отскочила от камней. И этого оказалось достаточно, чтобы накренить её ещё больше влево и, опустив нос, начать разгон скорости, туда, вниз, в пропасть!
От этого прыжка немного восстановились обороты несущего винта. Вертолет, медленно набирая скорость, покачиваясь, заскользил между огромных валунов вниз.
- Вовка! Автопилот! - почти выкрикнул я, давая команду борттехнику на включение автопилота.
Обороты винта уже полностью восстановились, и после его включения, вертолёт дёрнувшись, полетел более устойчиво.
Пропадав метров четыреста в пропасть, разогнав скорость я понял, что мы летим, и что теперь надо как-то выбираться из этого каменного мешка. Плавно подняв нос машины, и начав отворачивать от нёсшегося навстречу, уже противоположного склона, я перевёл вертолет в набор высоты. Борт послушно потянул вверх. Сверху заходил на посадку очередной Ми-8. В наушниках послышалось:
- Кто выходит из мешка! Наблюдаете заходящего на посадку?
- Наблюдаю! - ответил я, - Не помешаю!
И уходя вдоль склона вверх, чуть отвернув в сторону, я пропустил, строивший заход на посадку вертолёт.
Уже потом, на аэродроме, ко мне подошёл майор Кривошеев, который как раз летел на этом вертолете, и сказал:
- Откуда у тебя ещё силы взялись, что-то ответить в эфир? Мы в кабине аж встали, смотря сверху, как вы кувыркались. Первый раз видел в полёте звезду, на брюхе вертолёта, смотря сверху. У "правого" даже вырвалось:
- Ну, кому-то звездец!
Но это было потом.
А пока мы, кое-как, выскреблись из пропасти. И, наконец-то, облегчённо выдохнули:
- Что это было...?
Оторвав правую руку от ручки управления, я увидел, что между большим и указательным пальцем, под кожей запеклась кровь. Скорее всего, я так давил на ручку управления, что даже не заметил, как потянул кожу!
Набрали высоту и пристроились за, заходящими на посадку, вертолетами. Один за другим они проходили над тем "пятачком" и, явно не решались повторить мои кульбиты.
- Ну что, попробуем сесть ещё раз? Приказ то надо выполнять! - сказал Володя, глядя на меня.
- Ну, давай попробуем! - ответил я.
Хотя теперь сильное сомнение одолевало меня, относительно удачной посадки. Володя был прав, приказ на войне надо было выполнять!
Включив РУДами "форсажный режим" двигателей, я направил вертолет в сторону площадки. Подходя всё ближе и ближе к ней, я стал гасить скорость, и вновь услышал подвывающий звук движков. Запасы управления были практически на пределе. Ничего не оставалось делать, как перевести вертолет в разгон скорости и набор высоты, чтобы не повторить таких же кульбитов.
- Что будем делать? - спросил Володя.
Я немного подумал.
- Ты знаешь Володя! Машина не тянет. Ведь развалим! Всё-таки перегруз! Мы ведь не за "Героями России" сюда приехали. У меня двое детей, у тебя трое, у Андрюхи один. Кто их воспитывать будет?
- Так ведь задачу надо выполнять!
- Да сам знаю! Но ведь надо без суицида! Ладно, сейчас доложу Храменкову.
- 701-й - 711-му?
- На приёме 701-й! - ответил ведущий группы.
-Я, 711-ть! Нет возможности произвести посадку на площадку, машина не тянет, обороты падают! - доложил я. И тут в наушниках послышался отчётливый голос начальника авиагруппировки, генерала Самарина, который сидел на командном пункте в Ханкале и прослушивал весь наш радиообмен:
- Это кто там не может сесть на площадку?
- 711-ть, машина не тянет, обороты падают! - ответил я.
- 711-ть! Я вам запрещаю производить посадку!
Вся остальная группа молчала, барражируя над площадкой. Удалось удачно подсесть на неё, только вертолёту Юры Рубана, который, быстро разгрузившись, взлетел и пристроился к импровизированной "колбасе" из вертолётов, наворачивавшей круги вдоль отвесных скал.
В наушниках вновь послышалась команда:
- Я 701-й! Закончили работу. Сбор группы курсом на "точку".
Все облегчённо вздохнули. Значит домой!
На второй день после прилёта - и такая неразбериха!
Конечно мы, что-то упустили в вопросах согласования с приданным нам СПЕЦНазом. Который возможно посчитал, что вертолет - это как КАМАЗ, сколько загрузили, столько и привёз куда надо! Но это были летательные аппараты, на которые распространялись совсем другие законы физики. И им, скорей всего, было невдомёк, что эти машины, тяжелее воздуха, и которые сами-то еле таскали себя на таких высотах, да ещё при таких температурах. Сразу после посадки и заруливания на стоянку, я оглянулся в грузовую кабину. Ужас, липким холодком разлился по моему телу! Кабина была пуста, старлея не было!
- Мать твою! Выронили нач.прода! - выругался я.
- Да какой - "выронили", вон он комбату уже жалуется! - указал вперёд Андрей Васьковский. Посмотрев вперёд, я увидел целёхонького старлея, размахивающего, как ветряная мельница, руками и указывающего на наш вертолёт. После выключения двигателей и остановки винтов мы с Андреем вышли из кабины и направились в сторону бурно жестикулирующего нач.прода. Подойдя к нему, я, по доброте душевной произнес:
- Ну что, старлей? В рубашке родился!
Но он, повернувшись ко мне лицом и продолжая размахивать руками, начал быстро говорить:
- Да какие вы лётчики! Летать не умеете!

Кому война - кому мать родна (7) Чечня, Чеченская война, Армия, Солдаты, Вертолет, Повесть, Текст, Длиннопост
Показать полностью 1
111

Кому война - кому мать родна (5)

ГРОЗНЫЙ, 1995. РАССКАЗ МОРПЕХА. 2/2

«СПУТНИК», МОРСКАЯ ПЕХОТА-95»
Балтийцы напоили нас компотом. При этом по зданию постоянно били вражеские снайперы, засевшие в руинах зданий, окружавших дворцовую площадь. Пока пили компот, одного из балтийских матросов убил снайпер. Прямо при нас. Пуля попала точно в голову. Но к тому времени мы уже всякого насмотрелись. Мозг переставал фиксировать происходящее как трагедию. Только отмечал всё, что происходит, и заставлял действовать тело на уровне инстинктов. Пригнись! Отползи! Спрячься!

Между тем войска вокруг дворца пришли в движение. Всё вокруг зашевелилось. В 5.00 мы с балтийцами двинулись в сторону дворца. Скрытно подошли к стене здания. Внутри никакого движения. Первым внутрь вошёл полковник Чернов с четырьмя бойцами. За ним пошёл я со своей группой.

Внутри, прямо у входа, наткнулись на хвостовую часть от разорвавшейся ракеты. Противника нигде не было видно, только на полу валялось до десятка трупов. Обыскали всё здание – никого. Видимо, боевики ушли через подземные ходы, которыми изобиловало здание дворца.

Нужно было обозначить, что мы захватили здание. Я отправил за флагом старшину Геннадия Азарычева. В тот момент начало светлеть, активизировались снайперы. Несмотря на их стрельбу старшина перебежал к балтийцам, и вскоре вернулся с Андреевским флагом. Хотели поднять его над крышей, но лестничные пролеты были разрушены артиллерийским огнём на уровне шестого этажа. Пришлось вывесить флаг через окно.

Мне тогда захотелось оставить во взятом дворце что-то своё. Я стянул с себя тельняшку и повесил на арматурину, торчавшую над центральным входом дворца – там были огромные дверные проёмы. У этого тельника была своя история – в нем мой отец воевал ещё в Афганистане. Теперь он развевался в Грозном, над бывшей резиденцией Дудаева. Рядом мы с ребятами нацарапали надпись: «Спутник». Морская пехота-95».

В тот момент почему-то казалось, что все — войне конец. Но это было обманчивое чувство. Всё только начиналось…

ИХ ГОТОВИЛИ ЛЮДИ, ЗНАЮЩИЕ СВОЕ ДЕЛО...

Следующие двое суток наша рота находилась в гостинице «Кавказ». Под ней тоже было много подземных ходов. Неожиданно оттуда стали появляться боевики. Вылезет такой деятель из норы, пальнет пару раз туда-сюда, и – скорее обратно. Когда наши саперы подорвали подземные ходы, нападения прекратились.

После взятия дворца бои продолжились с нараставшей силой. День за днем мы продвигались вперёд, очищая огромное скопище разрушенных руин от противника. Наша задача была одна и та же – всегда быть впереди. Берём штурмом здание, передаем его Внутренним войскам или мотострелкам, идем дальше. И так день за днем.

Были и приятные моменты. Например, баня. Нас каждую неделю вывозили в Северный, где находилась наша база. Там мылись, получали новенькое, не ношенное ещё обмундирование. Надо сказать, что командование флота заботилось о нас лучше некуда. По сравнению с остальными войсками мы жили вполне вольготно. Раз в две недели командующий Северным флотом пригонял на Северный свой самолёт, набитый всем необходимым. У нас было лучшее питание – вплоть до красной рыбы каждый день, лучшее снабжение боеприпасами и оружием. Хотите «горки» — получите, хотите новые снайперские винтовки – пожалуйста. Только воюйте, как положено морпехам! Мы и воевали — как положено.

День ото дня становилось действовать сложнее. Теперь мы и противник достаточно хорошо изучили тактику друг друга. У чеченцев преобладала классическая партизанская тактика – наскок-отход. Они действовали небольшими группами, по три-пять человек. Часть группы проводила демонстративные действия, заманивала наших бойцов в огневые ловушки. Выскакивали, беспорядочно палили и быстро отходили. Главное было навести побольше шума. Огонь обычно был не прицельный. Многие боевики стреляли из автоматов со снятыми прикладами или из самодельных пистолетов-пулемётов «Борз». Если наши начинали преследование, то попадали под огонь снайперов или пулемётов.

Нужно справедливо отметить, что у противника была очень хорошая подготовка. Чувствовалось, что его готовили очень профессиональные военные, хорошо знавшие свое дело. Например, мы столкнулись с тем, что многие боевики носили солдатские шинели советского образца. Дело в том, что у тех шинелей была специальная пропитка, делавшая их ночью незаметными в приборы ночного видения. У шинелей российского образца такой пропитки не было. Значит, это кто-то знал и учёл, и этот «кто-то» был весьма компетентен. Нашей сильной стороной было техническое преимущество. Особенно это сказывалось в ночных боях. Поэтому мы старались навязывать противнику ночные боевые действия.

ДОЛИ СЕКУНДЫ

Иногда война преподносила очень неприятные сюрпризы. В один из дней я находился у блокпоста моего взвода. Уже наступили сумерки. Мы с командиром соседнего взвода старшим лейтенантом Женей Чубриковым стояли под прикрытием железобетонного забора и о чем-то беседовали. Неожиданно через забор перепрыгивают пятеро и бегут к нам. На всех «афганки», и в руках автоматы. Кто такие?! На левом рукаве у каждого белая повязка. Несмотря на сумерки, я сумел рассмотреть, что черты лииа у неожиданных гостей были явно кавказские.

Далее всё развивалось буквально за считанные мгновения. Они подбегают к нам и спрашивают:
— Вы тут че делаете? Отвечаем;
— Мы тут стоим.
Они:
— А «федералы» где?

Бывают в жизни моменты, когда счёт идёт не на секунды, а на их считанные доли. Кто быстрее, как в паршивом американском фильме «про ковбоев».

В тот раз быстрее оказались мы. Женя вскинул автомат и с трех метров одной очередью положил троих. Оставшиеся в живых двое метнулись было к забору. Но с блокпоста успели увидеть происходящее. Кто-то из пулемёта всадил в убегавших порцию свинца. Что сказать – в тот раз крупно повезло нам и крупно не повезло им.

КРОВЬ БЫЛА НЕЕСТЕСТВЕННО ЯРКОЙ...

В другой раз нам повезло меньше. Наша рота оказалась под сильнейшим миномётным обстрелом. В городе миномёт – штука подлая. Где он скрывается в этих каменных джунглях – поди угадай; откуда-то работает с закрытой позиции, и нам его не видно. А он нас посредством корректировщика «видит».

В тот день мы двигались вдоль улицы с задачей взять под контроль господствующее над местностью здание – панельную «свечку». Улица – хуже не придумаешь – как тоннель. С одной стороны – высокий забор, с другой – частный сектор. Ещё запомнилось, что она была замощена булыжником.

Наверняка всё заранее было пристреляно. Место для засады – идеальное. Мы в эту засаду и угодили.

Неожиданно со всех сторон начали рваться мины. Вой, разрывы, горелый дым, во все стороны летят осколки и битый булыжник. Видимо, вражеский корректировщик сидел как раз в той «свечке», которую мы должны были взять. Мы у него были как на ладони.

Почти сразу же пошли раненые. В моём взводе ранило двоих матросов. К счастью, не тяжёло. В остальных взводах хуже. Мы залегли –головы не поднять. Рядом со мной упал замкомандира роты старший лейтенант Праслов. Смотрю – ранен. Причём рана – хуже не придумаешь. Ему здоровенный, с палец толщиной осколок вошел под ягодицу и перебил артерию. Я стал оказывать ему помощь. Кровь хлещет фонтаном, неестественно яркая и горячая.

Чтобы раненный в артерию не истек кровью, нужно наложить жгут. Но как его накладывать, если артерия проходит глубоко внутри?! Я перевязывал Праслова ватно-марлевым и повязками. Они тут же набухали кровью. Это был не вариант. Тогда я использовал упаковку от повязки – она сделана из плотного, не пропускающего воздух материала. Наложил её на рану и плотно-плотно замотал. После этого потащил раненого из-под обстрела. Метров сто пятьдесят полз под огнем, волоча его за собой. На счастье, мне повстречались мотострелки. Они дали мне БМП, на ней мы эвакуировали Праслова в тыл. Как выяснилось — очень вовремя. Ещё немного — и уже не откачали бы. Праслов выжил, так что на моём счету есть одна спасённая жизнь. Быть может, это где-то зачтется…

P.S.

Для меня та командировка закончилась неожиданно. Я не был ранен, но по неосторожности сломал руку, после чего был направлен в госпиталь. Моя рота пробыла в Грозном до 8 марта 1995 года.

После возвращения домой, в Спутник, выяснилось, что самое трудное впереди. Если на войне меня постоянно охватывало чувство боевого настроя, что-то вроде постоянной эйфории, то здесь этого не было. Неожиданно навалилась жуткая опустошенность. Все мрачные воспоминания разом пришли на ум. Постоянно донимала память о погибших товарищах. Особенно тяжёло приходилось, когда проходили похороны, когда приезжали родители павших.

Мне тогда как командиру повезло. В Грозном у меня было ранено только два бойца (те, что попали под минометный обстрел), да и то легко. Без малейшего хвастовства могу сказать – за ту командировку в Чечню я не потерял ни одного своего бойца убитым. Ни одна мать не скажет, что я не уберег её сына. Всё конец.

Источник: Журнал «Солдат удачи», записал А. Мусалов

Кому война - кому мать родна (5) Армия, Чечня, Чеченская война, Солдаты, Морская пехота, Грозный, Длиннопост
Показать полностью 1
1732

6 рота

6 рота Чечня, Десант, Война, Политика, Подвиг, Герои, Баян, История, Длиннопост

Знаю, что уже было, но напомнить не грех)В ночь с 29 на 1 марта 2000 года ушла в вечность ещё одна рота(по аналогии с 9ой)-6 рота псковских десантников. Неполные два взвода(90 человек) остановили огромную группировку полевого командира Хатаба(2500 боевиков), которые направлялись в Дагестан, для захвата трёх сел. После этого они могли бы диктовать свои условия. Основная цель-срыв выборов президента России, и отделение Кавказа. Практически все герои погибли, отстояв мирных жителей и навсегда вписав себя в историю.
Продолжалась армейская фаза контртеррористической операции на территории Северо-Кавказского региона. В конце февраля 2000 года федеральные силы завершали операцию по овладению селом Шатой – последним районным центром Чеченской Республики, остававшимся к тому моменту под контролем террористических бандформирований.Федеральные силы решали две главные задачи – выбить боевиков из населенных пунктов и блокировать их в горной местности, где они были бы отрезаны от подкреплений и снабжения. Для решения второй задачи подразделения ВДВ должны были занять ключевые высоты, господствующие над Аргунским ущельем на рубеже Улус-Керт – Сельментаузен. Усиленная рота, заблаговременно высадившаяся в нужной точке и окопавшаяся на удобных для обороны позициях, под прикрытием артиллерийского огня и авиации представляла из себя непреодолимый заслон для многочисленных боевиков, не имеющих тяжелого вооружения.

6 рота Чечня, Десант, Война, Политика, Подвиг, Герои, Баян, История, Длиннопост
6 рота Чечня, Десант, Война, Политика, Подвиг, Герои, Баян, История, Длиннопост
6 рота Чечня, Десант, Война, Политика, Подвиг, Герои, Баян, История, Длиннопост
6 рота Чечня, Десант, Война, Политика, Подвиг, Герои, Баян, История, Длиннопост

Однако реализовать все преимущества подобной тактики на практике не получилось. Лесистая и гористая местность у высоты Исты-Корд не позволила безопасно высадить десант и доставить снаряжение. Было принято решение направить к высоте Исты-Корд 6-ю роту под командованием гвардии майора С. Г. Молодова с приданными ей средствами усиления в пешем порядке. Поскольку С. Г. Молодов прибыл в часть и принял 6-ю роту лишь накануне, вместе с ним, как велит в таких случаях долг настоящего боевого товарища и старшего офицера, на задание вышел командир 2-го батальона гвардии подполковник М. Н. Евтюхин. Утром 28 февраля рота выдвинулась к промежуточной цели – горе Дембайрзы, где находился командный пункт 1-го батальона, оттуда 29 февраля десантники двинулись непосредственно к горе Исты-Корд. Впереди шла разведгруппа гвардии старшего лейтенанта А. В. Воробьева, за ней по труднопроходимым горным тропам, растянувшись на сотни метров, 3 взвода десантников. Они несли на себе оружие, боеприпасы, шанцевый инструмент, а кроме того, провиант, палатки, полевые печки – словом, все то, без чего в холодное время года в горах просто не выжить. Тем временем 29 февраля российский флаг взвился над Шатоем. Террористы, среди которых главари Ш. Басаев, Р. Гелаев, а также лидеры иностранных наемников Хаттаб, Идрис и Абу аль-Валид, в спешке отступали по Аргунскому ущелью.
Предполагалось, что боевики мелкими группами постараются просочиться через заслоны, чтобы вырваться из западни и перейти от открытого противостояния к партизанской борьбе, но в течение первой половины дня 29 февраля их передовые отряды несколько раз натыкались на позиции закрепившихся на местности подразделений ВДВ и везде были отбиты стрелковым и артиллерийским огнем. Кольцо оцепления сжималось, и террористы приняли решение выявить наименее укрепленное федеральными силами направление прорыва и пробиваться всей массой, невзирая на потери. Суммарно их группировка в Аргунском ущелье насчитывала более 2500 бандитов, вооруженных стрелковым оружием, гранатометами и минометами. В полдень 29 февраля разведгруппа 6-й роты обнаружила головной дозор террористов из нескольких десятков боевиков. За счет внезапности А. В. Воробьеву и его бойцам удалось уничтожить их, но практически сразу обнаружилось истинное соотношение сил, и разведчикам пришлось с боем отходить к высоте 776, где в тот момент в 4,5 км от Исты-Корда находились главные силы 6-й роты. Майор С. Г. Молодов возглавил группу, которая выдвинулась для прикрытия возвращающейся разведгруппы. В столкновении с боевиками он получил смертельное ранение. Командование 6-й ротой принял гвардии подполковник М. Н. Евтюхин. Ни времени, ни возможности окопаться на высоте 776 у десантников не было, обороняться пришлось практически с марша на неподготовленном склоне, используя в качестве укрытий деревья и складки местности. 3-й взвод не успел завершить восхождение, был обстрелян террористами, и бойцы погибли практически в полном составе. Артиллерия 104-го полка била по координатам, указываемым офицерами-корректировщиками, находившимися при 6-й роте, и хотя орудия работали на пределе дальности, им удалось нанести наседавшим боевикам ощутимый урон. На время террористам пришлось прекратить атаки, чтобы перегруппировать силы. В перерыве полевые командиры боевиков выходили в эфир и требовали у десантников пропустить их, угрожали, увещевали, предлагали крупные суммы денег за проход. Иного выбора у террористов не было: время работало против них, к 6-й роте могли пробиться подкрепления. Да и туман, делавший пока невозможным эффективное применение авиации, мог в горах исчезнуть столь же внезапно. Все предложения десантники отклонили. Честь гвардейца не предполагает возможность компромиссов с врагом. Офицерами и бойцами 6-й роты двигало единое стремление во что бы то ни стало выполнить приказ командования. Они знали, что организованный проход позволит террористам прорваться к замаскированным базам и схронам, оправиться после поражений, которые они потерпели в Грозненском и Шатойском сражениях, подпитаться валютой и наемниками из-за рубежа и продолжить полномасштабную войну в Чечне, возможно, и распространить ее на весь Кавказ. Шанс покончить с бандформированиями здесь и сейчас зависел целиком и полностью от решимости воинов 6-й роты стоять до конца, но в отличие от солдатской решимости боеприпасы и объективные боевые возможности их были ограничены. Осознавая это, другие подразделения ВДВ пытались пробиться на помощь героям 6-й роты. Все попытки натыкались на засады террористов и были остановлены сначала шквальным огнем противника, а потом приказами командования не подвергать неоправданному риску без дополнительной разведки и поддержки авиации еще большее количество солдатских жизней. Во второй половине дня 29 февраля боевики подтянули минометы и пристреляли их по ориентирам на высоте. Под прикрытием минометного огня отборные силы террористов раз за разом обрушивались на позиции гвардейцев. Дистанция боя в некоторых местах порой сокращалась до расстояния броска гранаты, кое-где доходило и до рукопашных схваток. Десантники несли потери убитыми и ранеными, но и боевикам приходилось под их прицельным огнем оттаскивать из передовых порядков своих многочисленных выбывших из строя. К ночи атаки террористов выдохлись. Ночью 1 марта заместитель комбата М. Н. Евтюхина гвардии майор А. В. Доставалов смог с 15 десантниками 3-го взвода 4-й роты прорваться на высоту 766. Их появление воодушевило ее защитников, но больше на подмогу пробиться ни у кого не получилось, а боевики под покровом темноты пошли на решающий штурм. Бой продолжался еще несколько часов, у десантников заканчивались патроны, они погибали в неравных схватках с многочисленными врагами. Когда на высоте практически не осталось живых гвардейцев и начали скапливаться террористы, М. Н. Евтюхин и артиллерийский корректировщик гвардии капитан В. В. Романов вызвали огонь полковых орудий на себя. Из 90 участвовавших в бою десантников 84 погибли, только 6 удалось выйти позже на позиции федеральных войск. Потери террористов оцениваются в 400-500 боевиков. Все участвовавшие в том бою гвардейцы были удостоены высоких правительственных наград, 22 десантникам было присвоено звание Герой России, 21 из них – посмертно. Своим подвигом у высоты 766 десантники 6-й и 4-й рот сумели сломить волю боевиков к продолжению войны. Масштабное вторжение международного терроризма в Чечню было остановлено. По свидетельству генерал-полковника Г. Н. Трошева, в то время командующего Объединённой группировкой федеральных сил на Северном Кавказе, именно после боя у высоты 766 в плен стали сдаваться целые подразделения боевиков, чего не было прежде за всю историю контртеррористической операции.
https://youtu.be/hampP7dwscU https://histrf.ru/biblioteka/articles/6-ia-rota)

Показать полностью 4
Похожие посты закончились. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: