8

Охота

Охота - это когда охота, а не охота - так и не охота вовсе, я говорил уже. А если охотники тебя окружают? Деваться-то некуда. Спасите-помогите, - пробовали кричать мы с приятелем в пустоту, - окружают! Но кольцо замкнулось - охотником стал даже зам по финансам.


- Ароныч, - вопрошали мы после покупки им ружья и охотничьего билета, - ну какой из тебя охотник? Ты ж лисицу только обсчитать можешь, как вчера налогового инспектора.


- Охота и не ебет, - заявлял Ароныч, - и чтоб никаких налоговых, фининспекторов и банков со служащими. Пусть идут на хуй, а я на охоту. У меня все друзья охотники. Кроме вас сволочей.


- Ароныч, - уговаривали мы его, - брось это дело. Тебе вот выпить предложи вечером, так ты полчаса календарь листать будешь и на 18:48 в четверг на следующей неделе согласишься. Где ты видел, что барсуки по календарю с часами на охотника выбегали?..


Но Ароныч стал охотником и баста. На первой же охоте, куда он с друзьями по даче на своем коллекционном Москвиче 412 рванул не подстрелили никого. Но возвращаясь обратно случайно задавили зайца автомобилем. Несчастный сам под колеса кинулся и сразу насмерть. Ну, они этого суицидального кролика подняли и домой принесли как добычу.


- А чего он такой плоский? - спросила жена.


- Прикладами добивали, - заявил было Ароныч, но тут же раскололся, - машиной загнали. Жене Ароныч никогда не врал. Про зайцев.


Это, так сказать, присказка. Сказка впереди.


- Утка? Вы знаете, что любит утка осенью в охотниках? - спрашивал егерь, Акрамыч, прохаживаясь перед нашим неровным строем.


- Не-а, - сказал я, тщетно пытаясь представить себе трезвую утку, любящую охотника в осенние заморозки при минус десяти градусах Цельсия.


- Утка, любит, чтоб охотник был одет хорошо и натурально. Натурально, а не во всякую искусственную хрень, - палец егеря явно намекал на мое "японское охотничье снаряжение", взятое взаймы у приятеля, - иди переоденься, я тебе лётный комбез достал с курткой. На натуральной овчине. И унты волчьи.


Я переоделся.


- От теперь вся утка наша, - одобрил прикид Акрамыч, - поплыли. Правильная одежда на охоте - первое дело. Остальное не главное.


- Куда, блядь, поплыли? - спросили все кроме меня хором, - а главное на чем? Вот на этом дюралевом чудовище? Впятером?


- И что ружья тоже брать будем? - задал я интересующий меня вопрос.


- Успокойтесь, это нормальная казанка. Очень устойчивая. На шестьсот килограмм рассчитана, а я похудел, - сто пятьдесят килограммов похудевшего егеря попытались распределиться по его немалому росту, не смогли и опять сосредоточились в районе талии, - садитесь и не вякайте. Мы на охоту, потому что.


Поплыли. Речка-то небольшая. Но быстрая. Я б сказал еще что холодная, но и так кругом минус десять, а в воде теплее. Но что хорошо, так это одежда - все в одинаковых лётных штанах с куртками на овчине. И унты у всех волчьи. Эскадрилья на вылете, блядь.


Потому что одежда при охоте на утку - первое дело, остальное - не главное. Хотя ружья тоже ничего. Пять штук. То есть даже у меня одно.


Акрамыч рулит, мы все его на носу уравновешиваем. Плывем, только водяная пыль столбом.


- Слышь, рулевой, - Васька все еще опасается, - ты только резко не шевелись, а то корыто опрокинешь…


- Ась? - Акрамыч, делая вид, что не слышит, закладывает нехилый вираж, - вот так не делать? - он пытается резко встать, как будто шутит. Казанка переворачивается, - блядь такая, - это уже из воды.


Все вроде плывут. И я. Но трудно. Комбинезон намокает, унты для плавания не приспособленные какие-то и в руках какая-то хрень тяжелая. Приподнял, посмотрел. Ружья. Три штуки. Откуда они у меня? Нафиг они мне? Ружья ж на охоте не главное.


- Если вы утонете, - вспомнилось мне народное и я выпустил из рук первое ружье, - и ко дну прилипнете, - пошло вниз второе, - то сначала будет трудно, а потом привыкнете - третье утопло вместе с унтами.


Куртку снимать было тяжелее всего. Зато сразу плыть легче. По течению, к берегу, чтоб силы не тратить. Догреб. Об корочку ледяную около берега поцарапался немного, а так нормально. Только мокро и любопытно. Жив кто, нет? Отнесло километра на два. Сразу пару матерящихся голов видно было. А потом потерялись как-то.


Иду в общем босым, но в штанах, сначала против течения немного, потом в обратную сторону. Я похоже первый выбрался, остальных дальше снесло. Потом на бег перешел, холодно потому что. Пробовали босиком по замерзшей грязи с травой босиком бегать? И не пробуйте, не надо.


И вот бегу, пыхчу и вижу. Мысок такой в речку вдается с поворотом. На мыску лодка наша, люди мокрые вокруг лодки кругом суетятся, и даже Акрамыч уже костер разводит хрен знает из чего, но дыму много. Поздоровались.


Через полчаса всем потеплело. И костер, и спиртом растерлись. Овчина только сохнет медленно. Штаны-то у всех на овчине ведь. Летные.


- Уважаемый Де Монсоро, - спросил я Акрамыча, - вот ты уток всех знаешь…


- Как ты меня назвал? - возмутился Акрамыч, и я было подумал, что он от утопления забыл про Дюма, - я что по-твоему такая же сволочь?


- Не, Акрамыч, ты по-моему, такой же граф и главный ловчий. И не мог бы у знакомых уток узнать, им только полетные на овчине нравятся? Может в следующий раз мы что-нибудь военно-морское купим? В нем небось легче плавается.


- Что-то мне подсказывает, - возникает из дымного марева Васька, - что в военно-морском лучше ходится. А плавается - как раз в летном.


- Ну вас нахуй, ерники, - прерывает нас Акрамыч, - сейчас машина придет с сухой одеждой и обувью. Я позвонил. У меня телефон был в непромокаемом кармане. У меня вообще все карманы непромокаемые. Потому что правильная одежда на охоте - первое дело, а остальное не главное. Сейчас на утку пойдем! И мы пошли на утку.


dernaive

Дубликаты не найдены

Похожие посты
598

Случай на охоте

Если у Вани и было во внешности чего выдающегося, так это нос. Судьба наградила его таким шнобелем, который доминировал над всей остальной поверхностью его скромной натуры. Да ещё и фамилия - Аносин. Даже шутка ходила, что когда Ваня приходит, то появляется "сперва нос, нос, нос, а после Анос". За глаза его так и звали, Ваня-нос. В глаза не звали, потому что шуток по этому поводу Ваня не одобрял, и кроме выдающегося шнобеля обладал солидной комплекцией и взрывным характером.


И вот как-то после нового года, в каникулы как раз, собрались мужики компанией на охоту, на дальнее зимовье. На зимовье этом с осени жил охотник, промысловик. Ну и тема значит понятная - съездить на охоту, заодно человека проведать, и продуктов ему закинуть. Ваня, хоть и не охотник особо, с ними напросился.


Добрались до зимовья, хозяин рад, решил дорогих гостей с дороги чаем напоить.

Берёт чайник с плиты, и со словами: "Ну что, носатый, пойдём за водой сходим, да дров заодно прихватим" - за дверь.


Ваня на "носатого" конечно сразу стойку сделал. Ему:

- Не кипешуй. Это он не тебе.

- А кому?

- Чайнику.

- Да ладно! - с недоверием уточняет Ваня. - Он что, с чайником разговаривает?

- А ты поживи один пару месяцев на заимке, - объясняют ему, - не только с чайником разговаривать начнёшь. Я вон позатом годе месяц всего, так я с чем только не разговаривал. С чайником, с кочергой, с шапкой разговаривал, с ружьём, с печкой даже разговаривал. А то и разговаривать отучишься.


Ваня успокоился. В это время с улицы, с охапкой дров в одной руке, чайником в другой, появляется хозяин, и с порога, глядя на Ваню говорит с укоризной:

- Слышь, носатый, я ж тебя человеческим языком попросил - пойдём за дровами сходим! Ишь, приехали, расселись!


Стремительно разгорающийся пожар удалось загасить только изрядным количеством спиртного.


(С) Ракетчик

https://raketchik.livejournal.com/195585.html

205

Джип-сводник.

Вольную трактовку законов и запретов вряд ли можно назвать исключительно нашей национальной чертой — просто у нас она подкреплена ещё и необъятными просторами, на площадь которых приходится растягивать действие этих самых законов и запретов. Пока растянешь, глядь — а это, вроде, уже и не закон вовсе, а так, нечто тонкое и эфемерное, потому к исполнению уже и не обязательное, а лишь желательное, да и то на собственное усмотрение.



А зуд противоречия, что так и свербит при виде предостерегающих и запрещающих табличек и вывесок — не столько бунтарский дух, сколько неприятие синдрома вахтёра и пытливость ума. Почему, спрашивается, на въезде в соседнюю область создаётся такое впечатление, будто местному ГИБДД достались лишь два дорожных знака - «ограничение скорости 40 км/ч» и «обгон запрещён»? Нет, вы их, конечно, радостно тут понавтыкали, а обосновывать кто будет?



Так размышлял Ваня, сворачивая с трассы на просёлок вслед за «Форестером» приятеля, пригласившего его поохотиться в ульяновских лесах. Супруга, узнав, что предстоит охота на кабана, особого желания примкнуть к компании не изъявила, но и препятствовать не стала, лишь выразила пожелание, чтобы счёт трофейных яиц в этот раз не сровнялся.



Дорога, что вела вдоль опушки осеннего леса, сделала поворот и нырнула в низинку. Разглядев впереди приличных размеров лужу, Иван покачал головой: с виду препятствие небольшое, но как знать, насколько тут глубоко? Объехать тоже не вариант: с обеих сторон дороги, подходя вплотную к воде, рос молодой соснячок. Мигнув дальним светом, Ваня сбросил скорость, ожидая, что друг тоже остановится, но тот дал газу, намереваясь форсировать препятствие, лихо влетел в лужу — и воткнулся кенгурятником в здоровенную тракторную покрышку, что скрывалась в воде.



-- Я же тебе фарил! - укоризненно сказал Ваня приятелю, который, выбравшись из машины через окно (вода чуток не доходила до его нижнего края), устроился на крыше.


-- Да кто же знал, что тут такая засада! - развёл руками тот. - Бросай трос, я его на фаркоп накину.



Вытянув машину с третьей попытки, друзья принялись рассматривать, сильно ли она пострадала.



-- Вовремя я шноркелем озаботился, - сказал приятель. - И хорошо, что кенгурятник не стал снимать.


-- Звони егерю, - отозвался Ваня. - Я бы на твоём месте не стал её сразу заводить. Мало ли.



Судя по оживлённому, эмоционально и лексически насыщенному диалогу, у егеря возникли некоторые сомнения в умственных способностях приятеля, а также в целесообразности его предстоящего знакомства с кабаном. Приятель же, признавшись в своей горячей мужской любви к местным дорогам, лужам, тракторным покрышкам, а также в нетрадиционном, но вполне закономерном влечении к трактористу, который имеет обыкновение последними разбрасываться, заявил, что приехал с кабаном не в шахматы играть, и интеллект тут не при чём. А если кто-то в чём-то сомневается, пусть приезжает, и они померяются своими IQ.



-- Приедет? - спросил Ваня.


-- Куда он денется! - фыркнул приятель. - За лицензию деньги плочены.


-- Ты бы переоделся, - заметил Ваня, глянув на собеседника. - Мокрый же весь.



Тот кивнул, достал из багажника пакет с вещами (к счастью, сухими) и, отойдя к обочине, принялся снимать одежду. За поворотом послышался гул мотора. Ваня было удивился тому, как быстро егерю удалось до них добраться, но, увидев вынырнувший из-за деревьев «Гольф» с девушкой за рулём, вздохнул. А потом замахал руками, показывая, что тут не проехать. Приятель, успевший к тому моменту стянуть с себя мокрые штаны, тоже замахал ими, как флагом, но тщетно. Автоледи, опустив окно, звонко крикнула, чтобы мужики приняли на пол-три цуня в стороны и, поддав газку, влетела в лужу.



Егерь подоспел к тому моменту, когда утопший было «Гольф» был извлечён из воды, а его хозяйка освобождена из плена сработавшей подушки безопасности.



-- Мы же махали вам, чтобы вы остановились! - укоризненно выговаривал ей Ваня.


-- Да откуда же мне было знать, зачем вы тут стоите и машете! - сердито огрызалась она. - Ваш друг так вообще вон штанами размахивал! Кто его разберёт — вдруг он неприличное предложение мне делает! Я и решила, что надо проскочить мимо вас подобру-поздорову!



-- А чего вы вообще сюда сунулись? - спросил егерь. - Тут же знак... был!


-- Какой такой знак? - удивился Ваня. - Мы не видели.


-- Так «кирпич» же! - егерь подошёл к луже, поглядел по сторонам. - Специально ведь столбики с жердиной рубил, знак на неё вешал!


-- Не было никакого знака! - заверили его мужики. - Покрышка в луже была, а знака не было.


-- Вот народ! - покачал он головой и обернулся к девушке: - Ну ладно они, на своих внедорожниках, но вы-то что тут забыли?


-- Мы с подружкой за грибами собрались, договорились у посёлка встретиться, у неё там бабушка живёт, - сокрушённо вздохнула та. - Вот, встретились...



Снова послышался гул мотора, и мужики, переглянувшись, встали поперёк дороги. Вывернувшая из-за поворота легковушка, к их облегчению, на таран не пошла, а свернула к обочине, и из неё вышла, сжимая в руке телефон, вторая девушка.



-- А я тебе дозвониться не могу! - всплеснула она руками. - Я тут такое место застолбила! Грибов — просто прорва, хоть косой коси! Хотела предупредить, чтобы ты через лужу не ехала, я туда покрышку бросила, чтобы... вы чего?


-- Покрышку, говоришь?! - хром вскричали Ванин приятель и хозяйка пострадавшего «Гольфа».


-- Ну да, - не замечая зверского выражения на их лицах, ответила та. - Еду, гляжу — палка со знаком висит. Подумала, что кто-то балуется. Сняла, ткнула в лужу — а та глубокая. А палка тяжёлая, я её не удержала, в воду уронила, далеко. Пока думала, чем её вытащить — нашла покрышку. Большую такую.



-- От «Кировца» - странно глядя на хрупкую девушку, промолвил егерь.


-- Большую, да, - повторила девушка. - Тут недалеко, на пригорочке лежала. Насилу подняла, толкнула — а она тоже в лужу укатилась. Хотела, чтобы поперёк дороги та легла, но промахнулась.


-- Подняла? - прищурился Ванин приятель. - Толкнула?


-- Она может, - хмыкнула хозяйка «Гольфа» - она фитнесом занимается, со штангой приседает.



Мужики переглянулись.



-- Ваня, езжайте на охоту без меня, - шепнул приятель, восхищённо глядя на хрупкую валькирию. - Я им тут грибы помогу собрать, эвакуатор вызову. А друзьям скажу, что твой джип даже на дистанции свою роль сводника выполняет...


Само собою разумеется, что репутация сводника зарабатывается не просто так. И не одним эпизодом. И прыжок на фаркоп с двумя ведёрками, окончившийся женитьбой незадачливого Талалихина, был лишь первым случаем в марьяжной карьере «Дефендера». Второй случай произошёл вскоре. Прямо на свадьбе.



Ваня уже и думать забыл об этом приглашении — ну мало ли что наговорят два юных создания с перепугу! Но ребята позвонили через полтора месяца и сказали, что ждут. Вместе с джипом. Свадьбу планировали провести в селе, что недалеко от города: невеста оказалась оттуда родом. Припомнив все сельские свадьбы, на которых успел побывать, Ваня вздохнул и потёр занывшее правое подреберье, но приглашение всё же принял: уж очень ребята уговаривали. И записал свой «Дефендер» на следующий четверг на автомойку: машину всё надо было отмывать после очередной рыбалки, а тут такой повод.



В пятницу утром Иван был на месте. День обещал быть по-летнему знойным, и Ваня уже в который раз порадовался, что отказался от парадной формы одежды: костюм и галстук были совершенно не аутентичны его медведеобразной фигуре, а на такой жаре... Словом, печёный медведь в галстуке — это смело для повара и необычно для гурмана, но не очень-то гуманно по отношению к собственно медведю. И теперь, глядя на гостей, он посмеивался и сочувственно качал головой: больше половины приглашённых пожертвовали собственным комфортом ради возможности щегольнуть в тройке. Или в шелках и нейлоне.



Джип нарядили от души. Ленточки, бантики, здоровенная кукла на бушприте...тьфу ты, капоте! Прямо флагман эскадры на параде, а не джип. Даже на фаркоп кто-то умудрился навязать огромный красный бант. Кажется, невеста. Самую малость не хватало занавесок с рюшечками на окнах, подушечек в салоне и горшочка с фиалкой на полке у заднего стекла.



Свадьба проходила широко, с размахом. Букет невесты в прыжке, достойном опытного голкипера, поймала свидетельница. После ЗАГСа прокатились в соседнее село, полюбовались на вот уже несколько лет подряд продающуюся за миллион долларов усадьбу, испили воды из святого источника (кто сказал, что святость будет меньше, если ею водку запивать?), рванули в город, подарили по букету цветов Татищеву на коне и собаке на постаменте (символ верности, редкая свадьба мимо проедет, чтобы не навестить) — и отправились обратно, к накрытым столам.



Ваня сидел рядом с дедом невесты, Игнатием, и обсуждал с ним нюансы геополитики. И нравы современной молодёжи: ишь, свидетельница-то, как букет словила, так глазками-то и стреляет, причём по площадям! Хотя нет, гляди-ка, Ваня, вон того себе приметила. Городского. Ага, и сетка прицела сразу появилась. Не, не отвертится малой, я эту девку с пелёнок знаю, у неё хватка — ну чистый ротвейлер! Потом плавно свернули на тему интернета. Сдав деду Игнатию адреса пары остро интересовавших того сайтов, Ваня зевнул и поинтересовался, где тут можно заночевать. Дед Игнатий проводил гостя, клятвенно пообещав присмотреть за джипом, припаркованным во дворе дома. Уже засыпая, Ваня вспомнил, что он так и не закрыл машину, но одеваться и идти куда-то по темноте было лень. Опять же, где-то в этой темноте могла подкарауливать настырная вдовушка, от которой ему этим вечером с таким трудом удалось сбежать, спасибо деду. Начинал накрапывать дождик, убаюкивая шумом капель и долгожданной свежестью.



Ближе к рассвету Ваня проснулся от страшного вопля, разорвавшего деревенскую тишину. Он вскочил, наспех оделся, путаясь в штанинах, и бросился во двор, где уже было многолюдно, шумно, местами матерно, но в основном — весело. Вокруг джипа собралась толпа не вполне ещё проснувшегося и находящегося на тонкой грани между вчерашним хмелем и сегодняшним похмельем народа. Судя по количеству ятей в общем речевом потоке, кого-то собирались побить, но пока ещё были готовы выслушать контраргументы. Пришлось вмешаться и затребовать оперативную сводку.



Оказалось, что под утро дед Игнатий, снедаемый застарелым простатитом и чувством ответственности за вверенную ему технику, решил воспользоваться удобствами во дворе. На улице всё так же накрапывал дождик, поэтому пришлось накинуть плащ с капюшоном. Проходя мимо джипа, дед обмер: в машине кто-то копошился! Причём довольно активно, судя по тому, как подрагивал и раскачивался кузов. Дед Игнатий метнулся в подсобку, ухватил первый попавшийся дрын, вернулся и рванул на себя дверцу. Закрыто! Другая дверь тоже не поддалась. С третьей попытки удалось открыть дверь багажного отделения. Дед успел разглядеть чей-то голый зад и чьи-то круглые коленки. А потом его снесло звуковой волной.



Сидетельницу и парнишку из города, уже успевших одеться, мелко потряхивало, они жались друг к другу, как два нахохлившихся воробушка, но старались держаться смело.



-- А что это был за крик такой жуткий? - спросил у них Ваня.



-- А вы представьте себе картину, - передёрнувшись, ответил парнишка. - Ночь, капли дождя по крыше, свет фонаря...



-- И тут дверь открывается, - подхватила свидетельница. - И в проёме стоит вот это (жест в сторону деда Игнатия)! В балахоне и с косой!



Народ уже начинал тихо посмеиваться. Правда, один из присутствующих не разделял общего настроения.



-- Доча! А что вы делали ночью в этой машине? - грозно спросил отец свидетельницы и как бы невзначай попытался отобрать косу у деда Игнатия.



-- Мы гуляли! А потом пошёл дождик! - свидетельница с опаской смотрела на борьбу за сельхозинструмент между отцом и дедом Игнатием. - И мы укрылись в машине!



-- А потом я стал делать ей... - перехватил инициативу парень, но замешкался, глядя на косу.



-- Куннилингус? - с надеждой спросил дед Игнатий, за что тут же и пострадал.



Подоспевшая супруга отвесила ему смачный подзатыльник.



-- Тебе сколько раз говорили — не выражайся при детях! - сверкнула она глазами.



-- Ты, старая, прежде чем драться — погугли! Это, между прочим, такой термин научный! Он означает... - новый подзатыльник прервал тираду, и навострившие было уши бабульки, которыми была богато представлена команда поддержки, разочарованно вздохнули.



-- Я погуглю! Я тебе так погуглю — ни один травматолог не разгуглит!



-- Так что ты ей там делал? - прищурился отец свидетельницы, делая очередную попытку завладеть косой.



-- Предложение! Предложение руки и сердца! - в отчаянии воскликнул парень.



-- Херассе! - восхитился дед Игнатий. - Раньше кавалер на одно колено вставал, причём своё, а сейчас оба вверх задирает, причём девичьих!



-- А ты не завидуй! - замахнулась в третий раз супруга, но дед ловко нырнул, и оплеуха досталась отцу свидетельницы.



-- Ты хорошо подумал? - спросил Ваня парнишку, вклиниваясь между бабкой и потирающим щёку мужиком и оттесняя деда назад, от греха подальше. - А то скажешь потом, что насильно оженили.



-- Да мы, в общем-то, уже давно...хм...знакомы, - пожал тот плечами. - Она часто к подруге в гости приезжает. И давно мне нравится. Так что я на полном серьёзе.



-- Ну смотри, никто тебя за язык не тянул, - улыбнулся Ваня.



За утренней ухой народ снова скучковался по интересам. Невеста с женихом о чём-то болтали с друзьями и подругами, потенциальный тесть с потенциальным зятем обговаривали, когда приедут сваты, а Ваня в компании деда Игнатия плюсы и минусы «Дефендера» в сравнении с УАЗиком.



-- Старый, а ну поди сюда! - в дверях появилась супруга деда Игнатия с веником наперевес. - Куннилингус, говоришь? Я тебе сейчас устрою куннилингус, старый развратник!



-- Ёкарный бабай! - поперхнулся ухой дед Игнатий. - Нагуглила!



Дед шустро полез под стол и по-пластунски двинул к дальнему выходу. Ваня хмыкнул в кулак и покачал головой. Второй день свадьбы обещал быть не менее интереным, чем первый.



© dpmmax

Показать полностью
2266

Охотничья байка (не байка, а реальная история)

Позавчера был на охоте и друг (ему за 40) поведал историю из своей молодости. Записал с его слов, поэтому далее от его имени:


В молодости у нас была сложившаяся и довольно большая компания охотников. Я ходил с отцом, а с ним были друзья и один из них приводил еще и деда, ветерана Войны. У деда была одностволка и толстая жесткая шуба длиной в пол, которая ниже пояса стояла как колокол. Ходить в ней было не очень удобно, но это и не требовалось от деда, т.к. ходок он все равно был никакой. Поэтому его сажали на номер, и гнали дичь, а он стрелял, если дичь выходила на него. Вот и в этот раз, сказали ему встать на холме. Он пошел вверх по снегу, а мужики развернулись и двинулись искать зверя. Вдруг они услышали по истине душераздирающий крик, похожий на детский. Обернулись: дед лежит, стонет, а от него во всю прыть мчится заяц. Оказалось, что поднимаясь на холм, он наступил на зайца, сидевшего под снегом. Заяц выскочил и оказался в западне дедовской шубы. Выбраться было невозможно и он стал биться. Для тех, кто не знает, хочу пояснить, что заяц - очень сильный зверь, чьи ноги способны нанести человеку серьезные травмы, а когти на них - глубокие рваные раны. Так случилось, что помимо испуга от неожиданности дед испытал еще и несколько сильных ударов по яйцам (остальные травмы меркнут по сравнению с этим и в рассчет не берутся). Самое интересное, что истошно орал при этом не дед, а именно заяц. А дед еще долго после этого не мог издать ни звука и лишь вечером у костра после стопки водки признался, что подумал в тот момент, что это Сатана на него выскочил из под земли.

1435

ДИЧЬ!!!

Служба за границей всегда сложнее обычной службы хотя бы потому, что за тобой постоянно следят. Шаг вправо, шаг влево – и вот уже есть повод для международного скандала.

Несмотря на все воспитательные меры, предпринимаемые командованием, разнообразные инструкции, уставы и наставления, неожиданности все-таки иногда случаются, да еще такие, что хоть стой, хоть падай…


В последний день учений мой отец, тогда еще лейтенант, услышал жуткие крики. Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы понять – товарищ генерал-лейтенант чем-то крайне недоволен.

Попадаться ему на глаза, когда он в таком состоянии, равносильно самоубийству – в лучшем случае такая встреча может закончиться растянутым сфинктером и звенящей пустотой в голове от ударных децибелов. Но узнать, что же именно случилось, было очень любопытно, да еще и полезно на будущее, и мой отец, умело маскируясь в складках местности, отправился на звук.

В радиусе 50-100 метров от генеральской палатки было пустынно, даже трава пригибалась к земле, что уж там говорить про разнообразную живность и прочий рядовой личный состав, которые просто пережидали грозу, забившись по норам, котельным, кухням, и прикидывались ветошью.

Рядом с палаткой стоял, понурив голову, старший лейтенант в танковом шлеме, и ковырял землю ножкой, всем своим видом говоря: - А я чо? Я же ничо!

Перед старлеем старательно сотрясал воздух генерал:

- Туда, куда Макар телят не гонял! На север! Спиной тереться о земную ось! Нет, сошлю в бункеры какие-нибудь! На подводную лодку, иллюминаторы протирать! Гальюны продувать силой легких! Танкист, мать твою!

Отец с интересом прислушивался к монологу и запоминал речевые обороты. Так… на будущее.


***


А произошло вот что:

У министра иностранных дел Чехословакии случился какой-то праздник. То ли юбилей какой, то ли знаменательный государственный день, это, по сути, не важно. Важно то, что он собрал в своей загородной резиденции глав посольств и консульств всяких разных европейских государств и устроил фуршет со всеми вытекающими последствиями.

Наверное, научившись у русских, после фуршета он организовал общий выезд на природу, чтобы не только весело, но еще и с пользой для здоровья провести день. В программу вечера входила так же и охота. Но не будут же солидные люди, обремененные возрастом, одышкой, алкоголем и пивными пузиками бегать в болотных сапогах по лесу с ружьями наперевес в поисках дичи? Разумеется, нет!

Все было продумано, включая и этот момент. При помощи чешских военных на ближайшем полигоне были установлены шатры, в шатрах носились взмыленные официанты с выпивкой и закуской, а на самом полигоне, лицом к лесу, были вырыты очень удобные такие, комфортабельные окопчики для охотников, для стрельбы из положения лежа и с колена. Там же уже были разложены хорошие охотничьи винтовки, и пока гости разогревались и набирались азарта перед охотой, егеря с собаками гнали в направлении этого полигона небольшое стадо оленей, голов этак на тридцать, сорок…


Старший лейтенант Макаренко, командир танковой роты, вместе со своей ротой возвращался со сданных на «отлично» стрельб в расположение части. Разбитая лесная дорога для танка не проблема, и Макаренко, высунувшись по пояс из люка, сам себе напоминал пирата, стоящего на мостике корабля - идущий по лесу танк плавно раскачивался, а взревывания двигателя у командира ассоциировались со штормом и рычанием соленого ветра. Иллюзия дополнялась еще и периодическими шлепками веток по морде, ну совсем как будто соленая морская вода, бросаемая ветром в лицо морскому волку!

Старший лейтенант был крайне доволен проведенным днем и своими бойцами, за отличную стрельбу ему теперь светила благодарность и может быть даже внеочередной отпуск! Самое время помечтать о поездке домой…

Но чу! Что это? Что за звуки?!

Макаренко резко вскинул руку, и каркнул в шлемофон:

- Колонна, стой!


Из леса слышался топот копыт. Макаренко повел носом. Среди деревьев мелькнула рогатая голова, потом еще одна и еще. ДИЧЬ! Старший лейтенант вдруг со всей отчетливостью и ясностью понял, чего именно не хватает ему в данный момент для счастья! И вовсе даже не отпуска, нет… Древние инстинкты проснулись у него при виде бегущей добычи. Макаренко затрепетал ноздрями, уже ощущая запахи жарящейся на вертеле оленины…

Оленье стадо, перепрыгивая через придорожные кусты, пронеслось прямо перед головным танком, аппетитно помахивая своими вырезками, шейками и филейными частями.

«Без гарнира! Как древние! На костре пожарить без соли и перца, и сожрать, отрывая куски зубами, захлебываясь слюной от жадности. Главное, глаза придерживать», подумал Макаренко, и проводил голодным взглядом последнего оленя, скрывающегося в лесу.

- Колонна! Делай как я! – алчным голосом приказал Макаренко и постучал ладонью по башке механику-водителю, - Разворачивайся налево.

Танк, качнувшись и снеся стволом орудия березку, развернулся поперек дороги, вслед оленям. Все остальные поступили так же.

- Широкой цепью, обходя стадо с флангов, вперед! – срывающимся голосом крикнул командир, одновременно сдергивая с башенного пулемета чехол…


Десять боевых машин, рыкнув двигателями, выпустили черные дизельные облака и рванули в лес. За стадом. Позади них оставались десять свеженьких просек. Лай собак и крики егерей старший лейтенант Макаренко уже не услышал, ему было не до того…


***


Посольские работники крупнейших держав Европы, таких как Германия, Франция, Италия, Испания, Великобритания, хорошо подогретые алкоголем, довольные и распаренные, устраивали свои бренные тела в окопчиках, на одеялах маскировочного зеленого цвета. Возле каждого стрелка стоял помощник, готовый подержать оружие, протереть пот на лысине, или оптику от перегара, да и просто готовый проконсультировать, в какую же сторону стрелять.

Сначала по рациям егеря передали, что стадо выйдет на поле с минуты на минуту, потом эфир заполнили какие-то непонятные крики, но было уже поздно – кусты на краю поля, в двухстах метрах от позиций, раздвинулись и перед охотниками появились олени. Началась кое-какая нетерпеливая стрельба, а потом случился кошмар, Армагеддон и тихий ужас.


Лес зарычал, заревел, затрясся и упал, обрушивая деревья, на поляну буквально вылетели десять танков, они шли полукольцом, зажимая оленей с флангов, а руководил всем этим какой-то безумный русский, с пеной у рта перекрикивающий двигатели машин – он совсем забыл про шлемофон.

- ОГОНЬ!!! – закричал Макаренко, и нажал на спусковой крючок пулемета… Само собой ни шатры ни окопы впереди он не видел. Его взор застилала ДИЧЬ!


Первыми поняли всю сложность даже не более трезвые помощники охотников, успевшие уже попрыгать в окопы к своим подопечным и закрыть головы руками, а посол ФРГ в Чехословакии… Он знал, что такое русская танковая атака. Еще с войны он очень хорошо запомнил, как это выглядит и чем может закончиться, потому, едва услышав знакомый до дрожи в коленках рев двигателей советской бронетехники, он, не смотря на приличный возраст и вес, прижимая пузо к земле, пятясь будто рак, за считанные минуты преодолел по-пластунски расстояние от окопов до леса, там спрятался в овраг и замер. Искали его потом пару часов точно, но нашли спокойным, хотя и бледным, сразу видно – воевал человек.

Министр иностранных дел просто и банально шлепнулся в обморок и закатился в какую-то канавку, потому основное веселье пропустил. Посол Великобритании, с присущим всем англичанам хладнокровием завернулся в зеленое одеяло, на котором лежал, и притворился мумией, сливаясь с ландшафтом.

Пухлый посол Италии безостановочно ругался на всех доступных ему языках не только время этого экшена но еще и пару дней после этого.

Испанец просто обнимал винтовку и молился…


А танковая рота, расстреляв всех оленей, наконец, остановилась. Из машин повылазили мусульмане водители, и принялись забрасывать туши на броню. Во время всей этой операции, робко выглядывающие из окопов охотники гадали, что же это было, но голоса не подавали. И верно, зачем палиться? Вон у них, мусульман этих еще ножи есть…


***


- КАК?! Как ты, бля, до этого додумался, охотник??! Это же международный скандал! – вопил генерал, Макаренко же благоразумно молчал, глядя себе под ноги. – Я… я даже не знаю. Ты можешь себе представить заголовки завтрашних газет? Большим, жирным шрифтом там будет написано «РУССКИЕ НАЧИНАЮТ НОВУЮ ВОЙНУ СО ВСЕЙ ЕВРОПОЙ», да? «МАССОВЫЕ РАССТРЕЛЫ ПОСОЛЬСКИХ РАБОТНИКОВ», точно? «ОТЧЕГО ЗАИКАЕТСЯ ПОСОЛ ФРГ В ЧЕХОСЛОВАКИИ»!?

- Сам тебя убью! Лично! Задушу портянками! Еще, слава богу, без жертв обошлось!! Сказочное везение!


Пока генерал разорялся, на горизонте объявился связист. У него явно было какое-то безотлагательное дело, но он боялся подойти. Даже шел на полусогнутых, чтобы в случае опасности сдрыстнуть в сторону.

- Т-т-тов… т-товарищ генерал! – пискнул, наконец, связист.

- ЧТООО! – обернулся генерал.

- В-в-вас к телефону… Это срочно…


Покачавшись с носка на пятку, генерал все-таки сдулся, изменил цвет лица с багрового на простой красный и отправился в штабную палатку. Буквально через минуту он вышел из нее, и вид имел при этом какой-то умиротворенный и крайне задумчивый.

- Слушай, Макаренко, а где дичь?

- Что?

- Дичь, спрашиваю, где?

- Так это… на кухню отнесли. Сейчас разделывают туши.

- Бери грузовик. Бери эту самую дичь, и езжай по этому вот адресу. Дичь там отдашь, и будем считать, что дело закрыто. Я тебя, конечно, накажу. Но скандала международного масштаба не будет.

Старший лейтенант, которого только что драли звуковой волной, округлил глаза:

- А почему, товарищ генерал?

- Сейчас звонили из министерства иностранных дел. Послы в том же составе, что и вчера, продолжают праздник на даче министра… Нервы успокаивают. Говорят, что хотелось бы попробовать жестоко убиенной тобой оленины. Еще говорят, что такого аттракциона нигде не видели, а так же просили молчать об инциденте… Особенно послы ФРГ и Великобритании.


***


Сдавая оленину, Макаренко каждую тушу провожал со слезами на глазах… Но ведь охота удалась? Не так ли?

----------------


Это было на Пикабу 4 года назад и с выходом в горячее как-то не задалось.

Вроде как модераторы разрешают так делать. 

Взято тут: http://drblack-saint.livejournal.com/26177.html

Показать полностью
Похожие посты закончились. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: