15

Никто и не вспомнит

Приам, чье имя означало «лучший», многолетний и удачливый царь Вилусы, был мрачен.


— Лагерь ахейцев пуст, кораблей нет — собирались в спешке. А вместо отрядов этих разбойников разведчики доносят только вот… об этом. — Он раздраженно махнул рукой в сторону окна. Присутствующим на военном совете в царских покоях не нужно было вытягивать шеи, чтобы увидеть длинную темную тень, нависавшую над водами залива неподалеку от стен Илиона.


Царь прошелся по комнате, седая борода качалась в такт шагам.


— Прежде, чем предпринимать какие-либо действия, следует взвесить все варианты и возможности. Лучше всего мы сделаем это снаружи, оценив… удивительную постройку. Деифоб, что в окрестностях города?


Заросший густой бородой военачальник, преемник великого Гектора, покачал головой.


— Я выслал пешие дозоры — они никого не обнаружили. По крайней мере, в десяти полетах стрелы нет ни одного ахейца.


Приам нахмурился еще больше.


— Придется взглянуть на это... эту... диковину ближе. Сейчас же!


Шершавые, желтые, изъеденные временем плиты, мостящие окрестности Илиона, быстро кончились, и дальше пошла только рыхлая, сухая почва Троады с преобладанием песка. Знатные тевкры шагали молча — пусть и немолодые, но все бывшие воины, они были привычны к нагрузкам. За быстро движущейся группой едва поспевали носильщики тентов от солнца и единственный жрец Лаокоонт. Чудище посреди бухты приближалось медленно — но все-таки приближалось.


Оно было ста локтей в высоту и стояло на четырех ребристых, увитых толстыми металлическими прутьями подпорках, уходящих под воду. Покрытое странным материалом, сооружение то поблескивало тусклым золотом, словно было облицовано елью, то отдавало плотной дубовой темнотой, то светлым кленом. Спереди и сзади из вытянутого на пятьсот локтей корпуса выдавались вверх короткие угловатые надстройки. Вообще, непонятный предмет напоминал корабль без паруса — но неизмеримо больше, особенно в сравнении с обгорелыми останками ахейских судов, которые удачно сжег как-то покойный ныне Гектор. Вот только эти подпорки…


Вельможи остановились почти у линии прибоя, качавшего ленивую пену на нетронутом утреннем песке. Чудище было совсем рядом, оно нависало над водами Сигейской бухты, а ближайшая «нога» была едва ли в полусотне локтей.


— Кто ты? — церемонно и громко сказал Приам, став впереди. Легкий ветер с моря развевал его накидку, позвякивал украшениями в волосах. — Творение коварных ахейцев или дар, посланный бессмертными богами? Я, Приам, сын Лаомедонта, царь Илиона, заклинаю — ответь!


Царь не ждал ответа, но таковы были правила — официальный вызов на поединок. Если верно второе предположение, то именно сейчас откроются тайные люки, и из чрева гигантского корабля хлынет закованная в бронзу рать. Долопы и мирмидоняне кровожадного демона Ахилла, владыки скифских земель, потрясающие оружием итакийцы хитроумного Улисса, суровые лакедемоняне Менелая Алкида…


Тишина, однако, оставалась нетронутой, только волны мыли пустынный берег, как долгие годы до этого, да кричали в бездонной синеве неба чайки. Приам вздохнул и обернулся к ожидавшим его вельможам.


— Что ж, полагаю, битва сегодня не состоится, — сообщил он, слегка улыбаясь в усы. Еще ничего не было понятно, но игнорировать вызов было недостойно даже ахейцев. Демон Ахилл, помешанный на чести Менелай, да и Агамемнон должны были понимать, что после такого на них начнут косо посматривать даже их собственные воины. Кроме разве что хитреца Улисса, но тому позволялось даже открытое богохульство… Что ж, значит, это, скорее всего, не ловушка. Но что тогда?


— Что скажешь, брат? — обратился Приам к Антенору, прямому, худому и седовласому, как и он. Строго говоря, он не был родным братом царя, но тот частенько звал его так, чтобы подчеркнуть глубину уважения и приязни. Он был стар, мудр и осмотрителен. Слову Антенора можно было верить.


— Чудо бессмертных богов видим мы пред собой, царь, — уважительно отвечал советник. — Стража доносит, что было великое зарево ночью, и грохот, и дым — и в лагере ахейцев царили пожары, и страх бога Пана, лесного владыки, властвовал здесь. Клянусь, если окажется, что аргосцы коварные и вправду исчезли — со всеми своими судами, с отрядами воинов, мародерами и маркитантками, я сам поставлю посреди Илиона памятник козлоногому, спасителю города!


— Ты говоришь пока о желаемом, старый друг, — мягко остановил его Приам. — Понимаю, мы все устали от войны, и надежда на то, что она, наконец, завершилась, туманит разум… Но после долгих десяти лет осады и смертей лучших сынов Илиона нам следует быть осторожными. Что же вы посоветуете, друзья и соратники — как следует поступить с этой… этим… конем?


Слово было сказано. Конь. Невероятная, гигантская конструкция и вправду немного его напоминала. Четыре ноги-подпорки, стремительное, распластанное в воздухе изящное тело-корпус, гордо задранная голова спереди — и длинный развевающийся хвост сзади. Троянский конь.


— А как нам с ним поступить? — удивился Деифоб, большой и разлапистый, как гиперборейский урса. — Клянусь Сутехом, да он больше, чем храм Афины на главной площади! Мы не можем перевезти или разобрать его — поглядите на размеры и на искусную работу. Отсюда я не вижу ни единого гвоздя, ни единого стыка на коне — это истинно работа богов. Можно разве что попробовать поджечь его стрелами — но я не вижу причин для этого.


— Оставить здесь? — критически задрал подбородок Антенор. Деифоб кивнул.


— По мне, пусть стоит как стоял — возможно, богам этот конь оказался не нужен, а наши дети придумают ему применение. Сейчас главнейшее дело — убедиться в бегстве ахейцев и начать восстанавливать разграбленные города и храмы поблизости. Тенедос, Лесбос… Да только крупных городов Троады, разрушенных Пелидом, будет не меньше десятка! А конь — что конь? Стоит да и стоит, сена не просит, — и Деифоб хохотнул, довольный собственной шуткой.


— Отец, он не прав! — Звонкий голос заставил Приама нахмуриться. Дочь, конечно, могла находиться здесь по праву крови, но… лучше бы она этого не делала, очень уж хлопотным оказывалось ее пребывание, и слишком мрачными были всегда ее слова.


Кассандра приблизилась, по-простецки поддернув длинные юбки. Длинные золотые волосы свисали распутанными локонами в беспорядке, запавшие синие глаза блестели от волнения.


— Мне было пророчество! — объявила она. Приам вздохнул, Антенор тоже. Парис, младший, улыбнулся — рассказы сестры всегда его забавляли. — Я видела беду, исходящую изнутри. Я видела людей, притаившихся в стальном чреве — огромных, могучих. Я видела дым, и пламя, и разрушенные стены, и стоны, и плач — это чудище принесет в Илион горе, большое горе!


— Дочь, никто не собирается волочить его в город, — попытался урезонить ее Приам. — Конь огромен и наверняка тяжел, а наши воины и без того валятся с ног. На что он нам?


— Не знаю… — девушку (а несмотря на возраст, Кассандра оставалась ею) бил озноб. — Но я видела это, так четко, как вижу сейчас вас. От этой… этого… просто веет кровью и смертью. Присмотритесь! Послушайте!


Вельможи прекратили шептаться и встревожено затихли. Кажется, от Коня и в самом деле исходило слабое гудение.


— Царь! — придерживая серые плащи, к ним спешили трое разведчиков. Тот, что бы посередине, почти висел на руках товарищей, вяло перебирая ногами. Ранен? Соглядатаев ждала засада?


Приам ошибся — царя подвели глаза. Человек посередине оказался пленником, его звали Синон, и он был из ахейцев, с Итаки. На человеке не было богатых доспехов, лишь влажный кожаный панцирь, но опытный воин легко мог заметить, что он не из простых солдат.


— Это… походило на могучий удар молота Гефеста в его кузне, — глухо говорил Синон, стоя перед царем и его вельможами и косясь на исполинскую фигуру Коня. — Глубокой ночью нас разбудила вспышка в небе, подобно тому, как с колесницы Гелиоса срываются порой искры и падают, шипя, в море. Эта упала совсем рядом с нами, и волны жары и раскаленного пара затопили наш лагерь, словно Фаэтон снова решил испытать терпение отца. Многие погибли — один Паламед стоил сотни простых воинов… Оставшиеся в живых спешно погрузились на корабли, столкнули их в кипящую воду и немедля отплыли. В какой-то момент я потерял сознание от удушливой горячей тьмы и свалился за борт — но милосердные волны выбросили на берег прежде, чем я успел свариться и утонуть.


— Говорю же вам — это чудовище есть зло, — простонала, схватившись за голову и глядя на солнце сквозь дрожащие ладони, Кассандра. — Синяя, сверкающая смерть, погребающая под собой город! Его нужно уничтожить — сегодня, сейчас, немедленно! Я же вижу все, вижу ясно… почему мне никто не верит?


— Дочь, оставь слезы, — отрезал Приам. — Божественный Конь — не наших рук дело, и никто не станет приближаться к нему без особой необходимости…


— Ты заблуждаешься, царь! — Лаокоонт, жрец, вошел в воду, потрясая отобранным у кого-то из сопровождающих копьем. — Эта огромная туша — не подарок богов, а их испытание! Или, того хуже, ловушка коварных данайцев! Вам ли не знать их лисьей хитрости, они либо сидят внутри, затаившись в сверкающих латах, либо коня возвели, чтоб им наши стены сломать! Пусть я не первый из тех, кто разрушить коня предлагает, но буду первейшим, кто совершить это твердо намерен!


— Бессмысленное упражнение в дерзости, — покачал головой Приам. — Причем дерзости по отношению как к богам, так и ко мне. Ты забываешься, жрец.


Лаокоонт не слушал. Зайдя по колено в воду, он размахнулся и с силой отправил копье в полет. Снаряд ударился об одну из ног Коня и отскочил в сторону с глухим басовитым звуком.


— Уведите его, — распорядился Приам, недовольно дернув щекой, и разведчики развернулись к жрецу, но сделать уже ничего не успели.


Над морем разнесся громкий металлический гул. Сверкающий корпус Коня, казалось, пошатнулся и пришел в движение, в его днище открылись глубокие черные дыры, стремительно набухающие синим маревом, на которое было больно смотреть. Гул перешел в оглушительный свист, разрывающий барабанные перепонки. Над водой, срывая гребешки волн, понеслись стремительные горячие вихри.


— Уходи, отец! — перед Приамом возник бешено кричащий Деифоб. Кассандра за его спиной упала на колени, уставившись бессмысленными глазами в небо. — В город!


Из дыр в корпусе вниз ударили столбы ослепительного света, подпорки почти сразу заволокло плотным белым туманом от испаряющейся воды. Он шипел и приближался с невероятной скоростью. Приам, повисший на руке сына, почти не мог идти, жадно хватая насыщенный раскаленной влагой воздух.


Рядом упал, как подкошенный, Парис и почти сразу — Антенор. Ладонь Деифоба выскользнула из руки царя, и фигура почти сразу исчезла в заволокшей все ядовитой дымке, из которой по-прежнему несся рев и металлический лязг обезумевшего чудовища. Приам со свистом вздохнул и завалился на спину, еще успев заметить, как над головой пронеслось что-то большое, сверкающее серебряным, и синим, и черным, пахнущее дымом и медью. «В сторону города», — мелькнула последняя связная мысль и исчезла, и все остальные мысли исчезли тоже, сразу и навсегда.


***


— Гер, какого дьявола ты творишь? — Атен, сидя на краю анабиозного ложемента, раздраженно отскребал иней с форменного воротника.


— Прошу прощения, капитан, — первый помощник, крупный, длинноволосый от долгого дежурства, развел руками. — Двадцать галактических часов назад диагностика показала утечку охлаждающей жидкости в реакторах. Неполадка была устранена только когда потеря приблизилась к двадцати пяти процентам. В качестве паллиатива был выбран вариант с посадкой на ближайшую кислородную планету и использованием жидкой воды в качестве замедлителя.


— Верное решение, — проворчал капитан. Цвет его лица постепенно менялся с мертвенно-синюшного на нормальный розовый. — Примитивное, но верное. И что пошло не так?


— Корабль совершил аварийное приземление в ночной части планеты, на участке с максимально ровным морским дном, неподалеку от берега. Начался забор воды, рядом, правда, располагались какие-то аборигены, но следов применения огнестрельного или энергетического оружия зафиксировано не было, так что опасности кораблю они не представляли. Час назад забор успешно завершился, корабль прогрел двигатели и стартовал.


— Правда? — Атен иронически поглядел в окно. Там был дым, пыль и языки огня, где-то метались и падали совсем мелкие на расстоянии люди. — С того места, где сижу я, все по-прежнему выглядит так, будто мы все еще застряли на поверхности планеты.


— Непредвиденные обстоятельства, капитан. — Гер пожал плечами. — По всей вероятности, в воде было большое количество живых организмов, привлеченных тепловым излучением. Медузы, рачки… Они забили фильтрующие системы, реактор опять перегрелся, автоматика отключила его — и корабль резко потерял высоту. И упал. Сэр.


— Мы что, на город рухнули? — Атен попытался разглядеть что-нибудь сквозь закопченные от жесткой посадки окна. — Вижу развалины, стены какие-то… Удивляешь ты меня, Гер. Каждый полет умудряешься превратить в карусель из жуткого невезения и чудовищного непрофессионализма. Вполне возможно, ты только что разрушил какую-то местную колыбель цивилизации.


— Будем надеяться, что нет, сэр, — вежливо возразил первый помощник. — Фильтрация воды в настоящий момент закончена, реакторы работают штатно, инцидент исчерпан, больше такого не повторится. А город… не думаю, что он представлял хоть какую-то ценность — слишком уж примитивен.


Он повернул тумблер на пульте управления, возобновляя подачу энергии на стартовые двигатели.


— Держу пари, через пару сотен лет о нем никто и не вспомнит.


***

Дубликаты не найдены

+2

Блин, хотел закончить читать в самом начале, после слов "Приам, Царь чего-то там...". Но что-то заинтересовало, и дочитал до конца. Улыбнуло ☺️

Похожие посты
40

Фригг – богиня домашнего очага

В скандинавской мифологии Фригг (или Фригга) является супругой Одина, ее называют мудрейшей из богинь и «матерью всех асов» (в частности, такой оборот присутствует в погребальной песне «Sonatorrek» Эгиля Скаллагримсона). Традиционно Фригг почитается как богиня брака, любви, верности, семейного очага и плодородия, хотя, по всей видимости, с течением времени ее функции менялись.

Исконная этимология древнескандинавского слова «Frigg» неизвестна, однако в некоторых текстах супругу Одина также называют Фрейей, но ее образ в этих случаях явно дистанцирован от сестры Фрейра, которая происходила из рода ванов. С другой стороны, некоторые исследователи проводят гипотетические параллели между тремя божествами – Фригг, Фрейей и Фрейром. Ведь все они в той или иной степени олицетворяли силы любви/плодородия, и Фригг в этом смысле действительно близка скорее ванам, а не асам. Есть версия, согласно которой изначально это могла быть одна богиня, функции которой впоследствии частично разделились между Фригг, Фрейей и Фрейром. Таким же образом некоторые исследователи полагают, что братья Один, Вили и Вё в действительности являются триединым воплощением верховного аса.

Фригг – богиня домашнего очага Скандинавия, Мифология, История, Длиннопост

Некоторые лингвисты полагают, что у имен Фригг («Frigg») и Фрейя («Freyja») единый индоевропейский корень «frig», который можно перевести как «возлюбленная» (так же традиционно переводят имя Фрейи). Однако Жан де Вриес в своей работе «Altgermanische Religionsgeschichte» говорит, что имя Фригг происходит от другого индоевропейского слова – «fri», что в переводе означает «принадлежащая роду» или «находящаяся под защитой рода».

Имя Фригг предположительно легло в основу обозначения пятого дня недели – «Freitag» на немецком и «Friday» на английском. И хотя многие исследователи допускают, что имела место контаминация с именем Фрейи, в Скандинавии пятница традиционно посвящена именно Фригг.


Происхождение Фригг – мифологические сюжеты и версии

В «Младшей Эдде» Снорри Стурлусона говорится о том, что отца Фригг зовут Фьоргюн (или Фьоргвин). Но в некоторых скальдических текстах Фьоргюн – это мать Тора, которая в «Старшей Эдде» названа Ёрд и выступает воплощением земли (соответственно Один, отец Тора, становится воплощением неба). То есть не совсем ясно, кто такой (или кто такая) Фьоргюн, и как он (она) соотносится с богиней Ёрд.

По другой версии, отца Фригг зовут Нат и он является йотуном (либо инеистым великаном), хотя этимология этого имени также неизвестна. Однако некоторые скандинавоведы полагают, что Фригг, подобно Тору, является партеногенным потомком Фьоргюн-Ёрд. С другой стороны, изначально тут могло быть два божества (бог и богиня) с практически идентичными именами, которые, к примеру, могли различаться лишь на письме (в оригинале на древнеисландском в разных текстах используются формы «Fjorgyn» и «Fjorgynn»). Подобные дуады – не редкость для скандинавской мифологии (Фрейя и Фрейр, Ньёрд и Нертус).

Фригг – богиня домашнего очага Скандинавия, Мифология, История, Длиннопост

Другие исследователи убеждены, что Фьоргюн – это мужское божество, этимология имени которого восходит к древнему балтийскому богу-громовику Перкунасу (Перун у славян). В частности, скандинавовед Карл Хьяльм предполагает, что Фьоргюн назван предком Тора образно, то есть в действительности он предшествовал ему в роли главного небесного воина. Что немаловажно – вариативен перевод эпитетов. К примеру, в «Младшей Эдде», как и в более древнем тексте «Lokasenna» (который Стурлусон вполне вероятно использовал в роли первоисточника), присутствует фраза «Fjorgynn’s mær», что переводят как «дочь Фьоргюна» (или «дева Фьоргюна» в том же смысле). Но слово «mær», как поясняет Хьяльм, в равной степени может переводиться как «жена» или даже «любовница». Тем более, что в «Перебранке Локи» это слово используется несколько раз в части, когда коварный бог огня уличает Фригг в супружеской неверности.


Атрибуты, умения и характер богини

Согласно эддическим текстам, богиня Фригг обладает пророческим даром, она ведает судьбами людей и богов, но никому не раскрывает тайны будущего. Фригг единственный раз пошла наперекор своим принципам, попытавшись изменить известное ей будущее – это легенда о гибели Бальдра. Богиня заклинала все живое и не живое в попытке защитить сына, но в результате именно ее действия и привели к гибели Бальдра. В этом смысле миф является показательным и, вероятно, скрывает в себе философскую идею о неотвратимости судьбы.

Фригг – богиня домашнего очага Скандинавия, Мифология, История, Длиннопост

Символом Фригг является веретено, и это крайне важный момент, который поясняет, насколько значимое место занимала она в древнескандинавском пантеоне. Как известно, норны сплетают людские судьбы из нитей, но прядет эти нити именно Фригг.

Хотя в эддических текстах богиня Фригг не называется пряхой, во многих скальдических произведениях присутствует слово «Friggerock», что в переводе означает «веретено Фригг», либо просто «прялка». Этим же словом в южных областях Скандинавии именовали созвездие «Пояс Ориона». В уже упомянутом тексте «Altgermanische Religionsgeschichte» Жана де Вриеса говорится об одной интересной традиции, которая долгое время сохранялась у северных народов. Согласно этой традиции, никакие нити нельзя обрезать в пятницу («день Фригг»).

Пророческий дар Фригг указывает на то, что она владела сейдом и спа, сакральными провидческими практиками, характерными для североевропейской шаманической традиции. И хотя сейд (или зейд) был прерогативой женщин, Фригг обучила этому искусству своего супруга Одина (по другой версии, это сделала Фрейя), который также обрел пророческий дар. Любопытно, что в этом смысле все сакральные знания Одина вторичны – он учится сейду у Фригг, получает мудрость у Мимира (отдав ему свой правый глаз), открывает руны, принося себя в жертву Иггдрасилю, перед Рагнарёком советуется с набальзамированной головой Мимира. Что же касается знаний самой Фригг, то они стихийные, инстинктивные, что характерно опять же для ванов, но не для асов.


Поздние мифы о Фригг, влияние христианства

Особого внимания заслуживает достаточно странный миф, который многие исследователи не считают оригинальным. Согласной этому фольклорному эпизоду, Один возвел в Асгарде статую (самому себе), в которой спрятал брусок чистого золота. Фригг возжелала получить драгоценность, чтобы темные альвы (цверги или карлы) выковали для нее прекрасное ожерелье. Богиня выкрала золото и отнесла его подземным мастерам.

Один, узнав о пропаже слитка, послал за карлами и приказал им сообщить имя вора. Темные альвы отказались это делать. Тогда Один нанес на статую руническое заклинание, чтобы она заговорила и рассказал ему обо всем. Фригг попросила свою спутницу Фуллу (по другой версии, она не спутница, а одно из воплощений самой богини) помочь ей. Фулла ушла из Асгарда и вернулась вместе с ужасным карлом, который пообещал сделать так, что статуя больше не скажет ни слова, если Фригг разделит с ним ложе в эту ночь. Супруга Одина согласилась, наутро темный альв усыпил охрану, пробрался к статуе и уничтожил ее.

Фригг – богиня домашнего очага Скандинавия, Мифология, История, Длиннопост

После этого события Один на много месяцев отправился в добровольное изгнание и тут начинается другой миф, к которому мы еще вернемся. Важно отметить, что в вышеприведенной истории очевидны явные параллели с эддическим сюжетом, согласно которому Фрейя проводит ночь с темными альвами, чтобы они изготовили для нее ожерелье Брисингамен. Оба мифа, по всей видимости, появились в эпоху христианизации европейского севера и не являются оригинальными. Это похоже на попытку христианских миссионеров очернить древних скандинавских богов. Если принять во внимание такой контекст, то становится ясно, что даже возведение Одином памятника самому себе является показательным моментом, неприкрыто указывающим на христианский грех гордыни, которым якобы был одержим владыка Асгарда.

И тут важно отметить два момента. Во-первых, подоплекой этих мифов может служить тот факт, что изначально скандинавские богини Фригг и Фрея действительно были единым мифологическим образом. Во-вторых, вышеприведенную легенду о Фригг мы встречаем у Саксона Грамматика в его работе «Gesta Danorum» (XIII век). А любопытно здесь то, что Грамматик был ярым христианином, морализировавшим все по поводу и без. Однако, приводя миф о Фригг, он вообще не упоминает Фрейю.

Далее Саксон Грамматик указывает, что во время длительного отсутствия Одина, его место на троне Асгарда занимают Вили и Вё, его братья. И Грамматик, и Стурлусон (в «Саге об Инглингах») говорят о том, что Фригг «была с братьями Одина» (в оригинальных текстах нет формулировок типа «делила ложе»). Некоторое время скандинавоведы полагали, что богиня Фригг может рассматриваться здесь, как образ власти (или даже народа), которая предана правящему богу (трону), кем бы он ни был. В тоже время хорошо известна древнескандинавская традиция, согласно которой жену погибшего в свой дом забирал его брат. Однако эта традиция не подразумевает никаких сексуальных отношений, речь идет лишь о том, что брат берет на себя ответственность и заботится о женщине.


Трансформация образа Фригг, исследования и аналогии

Одно из имен Фригг звучит как Хлин («Hlinn»), что означает «защитница». Тем же именем ранние германцы называли липу, которую они традиционно использовали для изготовления щитов. То есть утверждение о том, что Фригг миролюбивая богиня и напрямую не относится к воинской сфере, может являться заблуждением.

Кроме того, по одной из версий предводителем валькирий является вовсе не Один, а как раз Фригг. Известно, что вращением веретена богиня способна управлять воинами, заставляя их бросаться в атаку или останавливаться. Кроме того, в процессе сейда она может влиять на исход сражения (текст «Песнь валькирий»).

Жилище богини Фригг называется Фенсалир, что в переводе означает «болотный чертог». Но некоторые скандинавоведы переводят «fensalir» как «водный чертог» или «морской чертог». Кроме того, Х. Эллис-Девидсон в своей работе «Lost Beliefs of Northern Europe» пишет, что традиционные подношения Фригг (локоны волос, куски льна и домашняя утварь) часто находят у каменных алтарей на берегах различных водоемов, причем датируют их первыми веками нашей эры .

Фригг – богиня домашнего очага Скандинавия, Мифология, История, Длиннопост

В разное время и в разных регионах Северной Европы скандинавская богиня Фригг была известна под именами Перта («Perchte»), Хольда («Holda») и Фрау Год («Fru Gode»), причем под именем Фрау Год (обычно эту форму переводят как «госпожа вод») она присутствует в позднегерманском фольклоре, управляя Дикой Охотой вместе со своим супругом Вотаном. Некоторые исследователи полагают, что Фрау Год выступает здесь не супругой, а фактически женской ипостасью Вотана-Одина.

В свою очередь германская Петра (или Берта) следила за тем, насколько хорошо пряхи выполняли свое дело и успевали ли они закончить свои дела к Йольским празднествам. Подобно «оригинальной» Фригг, Берта в этом смысле выступает покровительницей и охранительницей социальных норм и традиционных устоев. И кстати, живет она в озере (вспоминаем «морской чертог» богини викингов). В работе «Teutonic Mythology» Ягоба Гримма говорится о том, что Берта (равно как и ее более поздний вариант – Хольда) помогает трудолюбивой пряхе, наполняя веретено за одну ночь. Нерадивой пряхе, которая ленится работать, Берта поджигает веретено.

В данном контексте не стоит забывать о сакральном значении прядения, которое, вероятно, имело вполне конкретную связь с сейдом (тут вновь стоит вспомнить сюжет из «Песни валькирий»). Однако позже образ скандинавской богини Фригг, как мистической пряхи, всплывает уже в христианизированной Европе под именем Святой Люсии (в некоторых источника ее так и называют – Люсия-пряха). Вальдемар Лингман в своей работе «Traditionswanderungen Euphrat-Rhein II» говорит о том, что Святая Люсия наказывает девушек, которые не трудились в течение года, или же пряли в ее персональный день (13 декабря).

Также Лингман описывает традицию, по которой в день Святой Люсии самую красивую девушку наряжали в платье нежно-белого цвета, укутывали красным шерстяным шарфом, а на голову водружали корону из «вороньих ягод», между которых устанавливалось девять небольших свечей. Девушка посещала каждый дом в деревне, поднося его хозяевам «gløgg» (алкогольная настойка с медом и травами). Вероятно, если Остара у германских народов являлась «летней богиней», несущей свет и тепло, то в зимний период те же функции выполняла Фригг-Перта-Хольда-Люсия.

В плане археологии средневековые образы Фригг представлены достаточно хорошо. К примеру, на фресках из Обервейшена богиня держит в руке веретено, а на барельефах из Вельшингена в руках у Хольды предмет, который исследователи определяют как прялку.


Фригг в асатру

Богиню Фригг иногда рассматривают как предводительницу норн или идис (стихийных духов). В этом контексте нельзя не вспомнить титул Фрейи – Ванадис («Vanadis» или «Wanadis»), что значит «дочь ванов». В тоже время словоформа «dis» вполне вероятно может восходить к форме «idises», которая как раз и обозначает духов идис. То есть титул Ванадис на самом деле больше подходит Фригг, чем Фрейе (если, конечно, исключить версию, что это одна и та же богиня).

Фригг – богиня домашнего очага Скандинавия, Мифология, История, Длиннопост

На сегодняшний день не сохранилось исторических сведений относительно вопроса о том, какие животные, деревья или растения были посвящены Фригг и какие символы (кроме веретена) считались ее сакральными эмблемами. Но последователи асатру считают ее деревьями липу (этот момент был пояснен выше), а также бук (традиционно соотносимый с руной Перт) и березу. Любопытно, что в Голландии долгое время существовало поверье, согласно которому дети, которые плохо себя вели, получали в дар от Святого Николая березовые пруты. При этом Николай изображался как седобородый странник в остроконечной шляпе и синем плаще (очевидная аналогия с Одином). И там же, в Голландии, по древней традиции над входом в дом новобрачных размещались березовые ветви (оригинальные ритуалы описаны в работе Ф. Асвинн «Leaves of Yggdrasil»).

Также логичным выглядит предположение о том, что животным богини Фригг могла быть овца, ведь именно овца дает шерсть для пряжи. У Рихарда Вагнера в «Гибели богов» в повозку Фригг запряжены как раз овцы, и овца же становится «жертвой для Фригг», чтобы она «сделала хороший брак». Камнем Фригг в асатру считают горный хрусталь, ее металл – серебро, а цвета – белый и светло-голубой. Однако это уже не реконструкция, а эзотерические гипотезы, которые не подкреплены никакими фактами.

Тем не менее, трудно переоценить роль Фригг в скандинавской мифологии и культуре народов северной Европы. Очевидно, образ этой богини возник еще в первых веках нашей эры и уверенно просуществовал до позднего средневековья. И хотя в действительности мы многого не знаем о подлинном образе богини, исследования этого вопроса продолжаются.


Проект "РУНАРИУМ"

Канал на Ютубе

Группа в ВК
Дзен-блог

Показать полностью 6
51

Один – владыка Асгарда

Один – верховный бог скандинавской мифологии, великий провидец и непобедимый воин, отец богов и людей, создатель всего сущего. В германской традиции известен как Вотан, помимо прочего выполнял функции бога войны и наряду с Тюром почитался как бог победы. Многие исследователи полагают, что в раннесредневековой Скандинавии Один был покровителем военной аристократии, тогда как, например, Тор выступал богом простых воинов, в частности – наемников тингаманов.

Один – владыка Асгарда Скандинавия, Мифология, Скандинавская мифология, История, Бог, Один, Длиннопост, Яндекс Дзен

В скальдических сагах Одина называют Отец богов, конунг Асгарда, волхв Асгарда, Отец дружин, Всеотец, Всевеличайший, Высокий. Кеннинги и хейти (художественные метафорические приемы, широко применяемые в скандинавской поэзии) Одина разнообразны и зачастую их этимология не совсем ясна. Тем не менее, очевидно, что Один безусловно был самым почитаемым богом древнескандинавского пантеона. При этом согласно «Старшей Эдде», он часто принимал облик странника в широкополой шляпе и темно-синем плаще, и путешествовал по мирам Иггдрасиля, включая Мидгард, мир смертных.

Один – сын Бёра (первого аса, который в свою очередь был сыном первочеловека по имени Бури) и Бёстлы (женщины из рода инеистых великанов, которую называют матерью асов). У Бёра и Бёстлы были и другие сыновья – Вили и Вё. Вместе с Одином они убили Имира, который был первым живым существом во Вселенной. Из тела Имира Один, Вили и Вё сотворили обозримый мир.

Один – владыка Асгарда Скандинавия, Мифология, Скандинавская мифология, История, Бог, Один, Длиннопост, Яндекс Дзен

Один имел немало легендарных потомков, самый знаменитый из которых – Тор, защитник Мидгарда, бог грома и бури. Тор был рожден от Одина и Йорд (женщина-ётун, образ матери-земли у древних скандинавов). У «восточной принцессы» по имени Ринд от Одина родился сын Вали (покровитель растительного мира), а у великанши Грид – Видар (безмолвный бог мщения). Легендарный страж Асгарда, Хеймдаль (другое его имя – Риг) также является сыном Одина «и девяти матерей».

Еще один знаменитый потомок Одина – Тюр (однорукий бог храбрости и воинской доблести), рожденный от великанши (имя ее неизвестно), которая приходилась сестрой Гюмиру, инеистому великану из Нифльхейма, который часто путешествует вместе с асами в эддических сагах. При этом «официально» супругой Одина является Фригг (богиня домашнего очага). У этой пары было три сына – Бальдр Прекрасный (любимый сын Одина), Хёд (слепой бог судьбы) и Хермод («посланец богов», вроде греческого Гермеса или римского Меркурия).


Имена Одина – генезис и семантика

Согласно песням «Старшей Эдды», у Одина было множество имен, которые он неоднократно называет при самых разных обстоятельствах. Важно отметить, что это отголосок древнегерманской традиции, согласно которой первое имя давалось человеку при рождении, но впоследствии он мог неоднократно менять его. В частности, некоторые имена давались за воинские подвиги, другие – за достижения в ремеслах. Также в разных регионах человек мог называться разными именами, и в таком случае он использовал «не оригинальное» имя, как оберег. Германцы и скандинавы верили, что, зная имя человека, можно навести на него ворожбу или недуг. Поэтому если человек, впервые прибыв на новое место, назывался новым именем, он, таким образом, защищал себя.

Один – владыка Асгарда Скандинавия, Мифология, Скандинавская мифология, История, Бог, Один, Длиннопост, Яндекс Дзен

Кроме того, многочисленные имена Одина являются следствием уже упомянутых поэтических приемов, хейти и кеннингов, при которых объект называется не собственным именем, а иносказательно, косвенно. Наиболее известны следующие имена Одина: Гримнир, Хрофт, Ганглери, Харбард, Трор и Од. Од занимает здесь особое место, потому что фактически это не имя Одина, так именовалось его смертное воплощение, которое полюбила Фрейя.

В «Старшей Эдде» Один говорит о том, что в разных местах его знают как Эгира (также зовут одного из морских скандинавских богов), Херьяна, Хьяльмбери, Текки, Триди, Туда, Хара, Уда, Хельблинди, Свидрира, Ялька, Фьёльнира и так далее. Всего в «Старшей Эдде» насчитывается 54 имени Одина. Каждое из этих имен имеет свою собственную этимологию, иногда – достаточно запутанную, но зачастую – вполне очевидную. Большинство имен указывает на характерные особенности и выдающиеся черты аса, многие имеют дословный перевод вроде «воинственность», «мудрость», «коварство», «один глаз», «надвинутая шляпа», «седая борода» (более подробно – см. «Старшую Эдду» в переводе А.И. Корсуна с комментариями М.И. Стеблин-Каменского). К примеру, имя Гримнир дословно означает «скрывающийся под маской», Альфрёдр значит «Всеотец», Игг можно перевести как «пугающий», а Фьёльнир означает «меняющий облик». Все эти определения идеально описывают Одина.

Один – владыка Асгарда Скандинавия, Мифология, Скандинавская мифология, История, Бог, Один, Длиннопост, Яндекс Дзен

Что касается происхождения основного имени Одина (Вотана), то данный вопрос до сих пор сохраняет свой дискуссионный статус. Впервые форма Водан (Wodan) появляется на Нордендорфской фибуле (VI-VII века). Вероятно, слово Wodan может быть соотнесено с верхненемецким Wuotan, старо-шведским Othin и старо-исландским Odhin. Наиболее популярная версия гласит, что все эти формы произошли от прагерманских слов Wodanaz и Wodinaz, что дословно можно перевести как «в ярости». При этом существуют две версии толкования оборота, либо «ярость» в данном случае подразумевает «гнев», либо указывает на сексуальное возбуждение, необузданное желание (см. работы Рено-Кранца).

Ж. Дюмезиль полагает, что имя Одина происходит от древнескандинавской формы ôdhn, которая соответствует готскому слову wôds («неистовый») и немецкому wut («ярость»). Однако Дюмезиль в своих работах также упоминает англо-саксонскую форму wôth, что в переводе означает «песнь», хотя в данном случае значение образа может быть многоплановым (например, песнь как боевой азарт). Многие сходные формы в других индоевропейских языках также обозначают вдохновение, ярость, неистовство, сильное любовное чувство, страсть, поэзию.


Символы и атрибуты Одина

Строго говоря, у Одина нет каких-то особых символов, которые могли бы однозначно идентифицировать его. Разве что Валькнут (дословный перевод со старо-норвежского «узел павших»), он же – Сердце Хрунгнира, символ воинов, погибших в бою и отправившихся в Асгард, чтобы встать плечом к плечу со Всеотцом. Также зачастую в Сети встречается информация о том, что символом Одина является Трискеле. Это ложное утверждение (см. статью о Трискеле на Рунариуме). Тем не менее, у Всеотца есть немало характерных атрибутов, в частности, это особые магические вещи, артефакты, которыми владел только сам Один.

Один – владыка Асгарда Скандинавия, Мифология, Скандинавская мифология, История, Бог, Один, Длиннопост, Яндекс Дзен

Первый такой артефакт – Гунгнир, копье, не знающее промаха, которое для Гримнира выковали темные альвы. Другой знаменитый атрибут Одина – восьминогий конь Слейпнир, что движется быстрее ветра, сын Локи и жеребца Свадильфари. Также Одину принадлежит магическое кольцо Драупнир (некоторое время было у его сына Бальдра). Зачастую ему приписывают обладание легендарным кораблем Скидбладниром (который вмещает все воинство Асгарда, а сам может складываться до размеров ладони), но согласно «Младшей Эдде» этим кораблем обладает Фрейр.

Одину служат два чудовищных волка – Гери («жадный») и Фреки («прожорливый»), и два бессмертных ворона – Мунин («память») и Хугин («мысль»). Всеотец – владыка Асгарда, высшего мира асов, его личные палаты – Вальхалла, в них пируют бессмертные воины, эйнхерии (в поздней традиции – асгардрейден). Они выступят с Одином в день Рагнарёк, чтобы сразиться с Хель и ее армиями мертвецов. В этот день Один падет в битве с Фенриром, но его сын Видар отомстит за отца, сразив адского волка.


Мифологемы Одина: источник мудрости, бог повешенных, даритель рун

Широко известен миф («Старшая Эдда», песнь «Речи Высокого») о том, как Один пронзил себя собственным копьем и провисел так вниз головой 9 ночей (именно ночей, а не суток) на Мировом Древе. Этот великий акт самопожертвования позволил Одину открыть мудрость рун. Но также в этой части «Речей Высокого» Один говорит о восемнадцати «песнях силы» (заклинаниях), которые долгое время ассоциировали именно с рунами. В частности, Гвидо фон Лист полагал, что речь здесь может идти о 18-рунном датском футарке.

Один – владыка Асгарда Скандинавия, Мифология, Скандинавская мифология, История, Бог, Один, Длиннопост, Яндекс Дзен

К. Медоуз упоминает интересный миф о том, как именно Один обрел знание о рунах. Согласно этому мифу, с Иггдрасиля упали девять веток, образовав замысловатый рубленый узор. Всмотревшись в этот узор, Один увидел в нем скрытые закономерности и вычленил 24 символа, которые дали начало всей группе рунических алфавитов европейского севера. Один подарил руны людям, чтобы они могли узнавать волю богов, суть происходящего вокруг и грядущее. Сегодня этот футарк принято называть общегерманским, так как впервые он встречается на археологических артефактах ранних германских племен с датировкой в диапазоне I-IV века нашей эры.

Другой знаменитый миф из «Младшей Эдды» Снорри Стурлусона рассказывает о том, как Один отдал свой правый глаз великану Мимиру, хранителю источника мудрости у корней Мирового Древа, чтобы получить дар провидца. Именно поэтому очень часто в эддических песнях Одина называют одноглазым. Также в «Саге об Олафе Святом» упоминается уникальная особенность Одина – он никогда не ест, лишь вкушает «мед поэзии» в Вальхалле.

Один – владыка Асгарда Скандинавия, Мифология, Скандинавская мифология, История, Бог, Один, Длиннопост, Яндекс Дзен

Кстати, «мед поэзии», источник творческой силы людей и асов, также добыл Один. Согласно эддической легенде, когда асы и ваны заключили мир после «первой войны», они смешали свою слюну и так появился карлик Квасир. Но вскоре Квасир был убит другими карликами, которые перемешали его кровь с медом и тем самым получили знаменитый «мед поэзии», каковой позже достался великанам в качестве выкупа (так карлики защитили свой народ от турсов). Один проник в дом великана Суттунга, хранившего мед, просверлив отверстие в стене и пробравшись через него в обличье змеи. Затем Гримнир соблазнил великаншу (дочь Суттунга), охранявшую мед и в облике орла понес его в Асгард. Но в пути он расплескал часть «меда поэзии» (он нес его в клюве), и те из людей, которым удалось отведать меда, стали скальдами. Также Один и сам проглотил немного напитка и то, чем он впоследствии опорожнился, по легенде досталось в дар бесталанным поэтам.

Известны более поздние легенды о том, как Один на Слейпнире в окружении эйнхериев проносится над полем битвы, даруя победу наиболее достойным. В Средние Века этот поэтический образ преобразился в знаменитую «Дикую Охоту», воинственную армаду мертвецов, что появляется над землей (чаще – в бурю или метель), как предзнаменование великой войны.

Один – владыка Асгарда Скандинавия, Мифология, Скандинавская мифология, История, Бог, Один, Длиннопост, Яндекс Дзен

Один реальный и мифологический, «Мистер Среда»

Согласно работам Снорри Стурлусона, Один был вполне реальным историческим персонажем, который правил обширными территориями к востоку от Дон, имел владения «в стране турок и к югу от Уральских гор». Затем Один переселился в Данию, оставив править Асгардом братьев Вили и Вё. «Страну саксов» он разделил между своими сыновьями: Вегдег получил восточные земли, Бальдр стал править Вестфалией, а Сиги стал конунгом в землях франков. Потом Один дошел до Ютландии (которую Снорри называет Рейдготланд), оставив там править своего сына Скьёльда. Затем он достиг Швеции, где основал легендарный город Сигтун.

Также Один правил Норвегией, а затем оставил там править своего сына Сэминга. Конунгом Швеции он назначил другого своего сына – Ингви (родоначальника знаменитого рода Инглингов). При этом полумифический образ Ингви тесно связан с богом Фрейром (см. статью о Фрейре на Рунариуме). Позже Данией стал править внук Одина – Фроди.

Любопытно упомянуть теорию Тура Хейердала, который полагал будто Асгард Одина – это античный город Танаис в Приазовье. По мнению Хейердала Один был вынужден увести свой народ на север из-за давления римлян в первые века нашей эры. В контексте этой теории также стоит вспомнить утверждение Г.В. Вернадского о том, что слово «асы», по всей вероятности, происходит от названия ираноязычных племен асов-аланов, как раз обитавших в Приазовье.

Один – владыка Асгарда Скандинавия, Мифология, Скандинавская мифология, История, Бог, Один, Длиннопост, Яндекс Дзен

Лотте Хедеагер полагает, что исторически Одина не существовало, но его эддический образ навеян скандинавским скальдам великим завоевателем гуннов Атиллой. По мнению Хедеагера у реального Атиллы и мифологического Одина много общего, хотя большинство исследователей не согласны с этой версией, видя образ Атиллы в другом персонаже древнескандинавского эпоса (Атли из легенды о Сигурде и Брюнхильде). Также существует теория о том, что после христианизации Скандинавского полуострова в попытке сохранить Одина местное население воплотило древнего бога в образе старика Клауса (имя означает «победитель народов»), который позже был сращен в народном сознании с Николаем Чудотворцем и стал всемирно известным Санта-Клаусом.

В заключении стоит упомянуть о том, что древние скандинавы называли среду «днем Одина». Согласно М. Элиаде они переняли у римлян семидневную неделю и стали называть дни недели именами богов. Так Одину досталась среда: Wuotanestac на древневерхненемецком, Woensdag на нидерландском, Wednesday на староанглийском и Odinnsdagr на древнескандинавском. Сегодня широко известен оригинальный образ «Мистера Среды» из работ Нила Геймана.


Проект "РУНАРИУМ"

Канал на Ютубе

Группа в ВК
Дзен-блог

Показать полностью 8
794

Мойры, богини судьбы (худ. Павел Игнатьев)

Крайняя справа - Клото, отмеряет нить жизнь; слева от неё - Лахесис, распределяет нить жизни; на переднем плане - Атропос, обрезает нить жизни, что приводит к смерти человека.

Мойры, богини судьбы (худ. Павел Игнатьев) Мойры, Древнегреческая мифология, Богиня, Картина, Искусство, Мифология
55

Бальдр Прекрасный:миф об умирающем боге

Бальдр Прекрасный:

миф об умирающем боге в интеркультурном контексте.

Опыт деконструкции и художественного мета-анализа


Бальдр Прекрасный – младший сын Одина, один из самых часто упоминаемых персонажей Старшей Эдды. В Младшей Эдде Снорри Стурлусон пишет, что Бальдр был «самым добрым, самым мудрым и самым честным из асов». Также Стурлусон отмечает, что скандинавы сравнивают Бальдра с растением, известным как дикая ромашка, и называют это растение Челом Бальдра (вид Tripleurospermum inodorum, Трёхрёберник продырявленный).

Самый известный миф, связанный с Бальдром, это миф о его гибели, ставшей первым событием в цепи обстоятельств, приведших в итоге к Рагнарёку, уничтожению мира. Наиболее подробно этот миф описан в Стурлусоновой Эдде, хотя есть много текстов, так или иначе ссылающихся на него или описывающих отдельные фрагменты (среди них саги Старшей Эдды – «Прорицание Вёльвы» и «Сны Бальдра»).

Бальдр Прекрасный:миф об умирающем боге Скандинавия, Мифология, История, Викинги, Бальдр, Видео, Длиннопост

Оригинальный эддический миф о Бальдре

Согласно этому мифу, Бальдр очень боялся смерти, и в какой-то момент увидел ее во сне. А так как его сны всегда сбывались, он поспешил предупредить об этом свою мать – Фригг, супругу Одина. Тогда Фригг взяла нерушимую клятву с каждого предмета в мире – живого и неживого – что он не причинит Бальдру вреда (цитата из Младшей Эдды: «С огня и воды, с металлов бранных, камней и деревьев, болезней и ядов, птиц и зверей…»). Единственный предмет, с которого богиня не взяла клятву, это омела – взглянув на молодой побег, Фригг решила, что он слишком юн и безобиден.


Момент с омелой показателен, потому что в действительности под этой метафорой скрывается традиция, распространенная среди древних германцев и раннесредневековых скандинавов. Согласно этой традиции, молодые люди не имели права давать никаких клятв, потому что еще не обрели достаточно жизненного опыта и устойчивых взглядов на окружающий мир (по М. Каплану «Еще раз об омеле»).


Клятвы, взятые Фригг, сработали буквально – ни один предмет теперь не мог убить или хотя бы ранить Бальдра, он стал неуязвим. И асы быстро превратили это в развлечение – они стали бросать в Бальдра различные предметы, но они все время отскакивали, а бог лишь улыбался. Локи, будучи классическим трикстером, не мог пройти мимо этой ситуации, поэтому обернулся одной из служанок Фригг и пришел в ее покои. В разговоре с богиней Локи ненавязчиво увел тему в сторону Бальдра и выведал у Фригг, что она не взяла клятву с побега омелы. Причем в мифе упоминается конкретный побег – «что растет на западе от Вальхаллы».

Локи сорвал побег и по одной версии мифа сделал из него копье, по другой – стрелу (различные версии появились потому, что эддические тексты найдены в разных списках и так как у них были разные составители и переводчики, эти тексты зачастую сильно отличаются). Затем Локи дал эту стрелу-копье Хёду, брату Бальдра, слепому богу судьбы. До этого Хёд стоял в стороне и не принимал участие в развлечениях богов, потому что не видел Бальдра и не смог бы в него попасть. Но Локи вручил ему импровизированное оружие и сказал, что направит Хёда в нужную сторону. Хёд, который страстно желал принять участие в необычной забаве, сразу согласился.

Бальдр Прекрасный:миф об умирающем боге Скандинавия, Мифология, История, Викинги, Бальдр, Видео, Длиннопост

По одной из версий, Хёд метнул омеловое копье в Бальдра, по другой – он лишь держал лук, а тетиву с омеловой стрелой натягивал Локи. Так или иначе, но омеловый прут поразил Бальдра и он умер. Многие упускают этот момент, но в мифе также упоминается, что Один и другие асы по какой-то причине не могли наказать Хёда сами. Для этого Всеотец и «принцесса с востока» Ринд зачали ребенка, который вырос за один день. Его назвали Вали и он довольно часто упоминается в эддических текстах, однако везде прямо говорится, что он был рожден с конкретной целью – убить Хёда. Что он и сделал в первый же день своей жизни.

Еще важно отметить, что во всех списках Старшей Эдды Локи не связывают со смертью Бальдра, поэтому вполне вероятно, что это лишь более поздняя интерпретация мифа (возможно, вариант самого Стурлусона). По поводу смерти Бальдра в Младшей Эдде сказано: «Так величайшее несчастье стряслось для богов и людей». Тело Бальдра асы омыли и перенесли на его ладью, которая называлась Хрингхорни (в переводе с древнескандинавского – «с кольцом на форштевне»). Это была самая красивая и большая ладья во всем Асгарде, но она оказалась столь тяжела, что асы не сумели сдвинуть ее в воду. Для этого они пригласили великаншу Хюрроккин (в переводе «сморщенная от огня») и она легко столкнула ладью в море, при этом бревна, положенные под ладью, вспыхнули, а по всей земле прокатился грохот.

Когда о смерти Бальдра узнала его жена Нанна, у нее разорвалось сердце и она мгновенно умерла. Ее тело уложили рядом с телом мужа на ладью. Затем ладью подожгли и далее в Младшей Эдде присутствует любопытная фраза (цитата): «Тор освятил ладью Мьёльниром». До этого тот же оборот упоминается в мифе о путешествии Тора в Утгард, но там Тор освещает своих мертвых козлов, чтобы вернуть их к жизни. Соответственно, можно предположить, что могучий ас таким образом попытался вернуть брата из мертвых.

Эпизод с похоронами Бальдра в точно описывает ритуал похорон у скандинавов. Тело умершего укладывалось в корабль/лодку, вместе с ним туда же укладывались предметы одежды, доспехи и оружие. Затем корабль отталкивали от берега и поджигали. Более поздний вариант этого ритуала – когда умершего хоронили в земле (при этом тоже в лодке), а место захоронения огораживали камнями, выкладывая их в форме корабля.

В описании похорон Бальдра есть еще два коротких эпизода. Первый – во время ритуала сожжения рядом пробегал темный альв Литур (в переводе – «цветной»), Тор пнул его ногой и тот погиб, угодив в огонь. С чем связан этот эпизод – неясно. Второй момент – перед тем, как ладья с Бальдром отчалила от берега, Один нагнулся к сыну и прошептал ему на ухо фразу, о которой также говорится в более древнем тексте «Речи Вафтруднира» из корпуса Старшей Эдды. Что именно сказал Один сыну – неизвестно, и на это указывает великан-мудрец Вафтруднир («Никто никогда не узнает, что шепнул ты сыну, на костре лежащему»). Возможно, этот эпизод указывает на сакральную часть ритуала погребения, сведения о которой до нас не дошли.

Один и Фригг, не в силах примириться со смертью Бальдра, посылают в мир мертвых Хельхейм другого своего сына Хермода Храброго. Хермод отправляется в путешествие на Слейпнире, восьминогом скакуне Одина. Он пересекает мост Гьялларбру («золотой мост»), переброшенный через реку Гьёлль, что отделяет Нифльхейм от Хельхейма. Затем проезжает через Железный Лес Ярнвид, в котором родился Гарм и народ троллей, и оказывается в Хельхейме. Хермод рассказывает Хель, что проститься с Бальдром пришли даже инеистые великаны, столь любим он был всеми живущими. Хель ответила, что если Бальдра действительно любили все, то каждый сейчас проливает по нему слезы, и если это правда – она вернет сына Одина в мир живых.

Бальдр Прекрасный:миф об умирающем боге Скандинавия, Мифология, История, Викинги, Бальдр, Видео, Длиннопост

Хель взглянула на Девять Миров и увидела, что каждое живое существо плачет по Бальдру. Каждое, кроме великанши Трекк (имя с древнескандинавского переводится как «благодарность»). Хель показал Трекк Хермоду и сказала, что не может отпустить Бальдра. При этом в Младшей Эдде на этот счет говорится: «Люди полагают, будто то был Локи» (имеется ввиду великанша Трекк). Однако нет никаких указаний на то, что трикстер действительно причастен к этой ситуации.

Хермод забирает у Бальдра (который воссоединился в Хельхейме со своей женой Нанной) магическое кольцо Драупнир, которое Один вложил в ладонь сына на погребальной ладье. Хермод передает это кольцо Всеотцу, как доказательство того, что он действительно был в Хельхейме и видел Бальдра. И тут важно отметить один момент – Один посылает Хермода в Хель лишь после того, как тело Бальдра сожжено. То есть, вероятно, в посмертный мир, как полагали скандинавы, может попасть лишь надлежащим образом погребенный человек. Это согласуется с мифами о драугах – восставших мертвецах, которые в ряде случаев восстают как раз потому, чтобы не были правильно похоронены.

Еще один знаковый момент – Бальдр с женой попадают не Вальхаллу к Одину и не в Фольквангр к Фрейе, а именно в Хель. Согласно эддическим текстам, Хельхейм – удел тех, кто умер от старости или болезни. Тех же, кто погиб в битве или иным образом, но при этом вел достойную жизнь, ждут чертоги Асгарда. Отсюда неясно, почему же Бальдр попал именно к Хель? С другой стороны, когда Хермод встречает его, Бальдр вовсе не опечален своей гибелью, он улыбается, обнимая Нанну, то есть вполне вероятно, что посмертная жизнь в Хельхейме не так уж плоха.

По оригинальному эддическому мифу после гибели Бальдра начинается Фимбульвинтер (в переводе – «великанская зима»), а все миры Иггдрасиля охватывают хаос и войны. После финальной битвы на равнине Вигрид, когда Сурт сжигает Вселенную, Бальдр и Хёд возвращаются из мира мертвых и примиряются. Вместе с сыновьями Тора Моди и Магни, а также с двумя смертными Лив и Ливтрасир они будут строить новый мир.

Бальдр Прекрасный:миф об умирающем боге Скандинавия, Мифология, История, Викинги, Бальдр, Видео, Длиннопост

Другие версии мифа о Бальдре

В «Деяниях данов» Саксона Грамматика этот миф рассказывается иначе, причем Грамматик утверждает, что это исторический факт. По этой версии, Бальдр и Хетеус соперничали за руку Нанны, дочери короля Норвегии. Так как Бальдр был по этой версии полубогом, Грамматик говорит, что обычная сталь не могла причинить ему вреда. Кроме того, на стороне Бальдра сражались Один и Тор. Тем не менее, Хетеусу каким-то образом удается победить Бальдра в эпической битве и тот сбегает. А Хетеус берет Нанну в жены.

Через много лет Бальдр и Хетеус вновь встречаются на поле битвы, и Бальдр был уверен, что в этот раз победит своего давнего соперника. Однако тот был вооружен магическим мечом, который дал ему Мимир, по этой версии – лесной сатир. Меч назывался Мистилтейн, что в переводе означает «омела». Хетеус наносит Бальдру смертельную рану и спустя три дня ужасных мук тот умирает. Также по этой версии Бальдр не был сожжен, его похоронили в кургане, выложив по периметру камни в форме корабля.

Гибель Бальдра упоминается в трех условно-исторических хрониках (условно – потому что в полной мере подтвердить их истинность мы не можем). Это Хроник Летренс («Lejrekrøniken»), Анналес Лунденс («Lundeårbogen») и так называемая Утрехтсткая запись. Все три текста приводят разные варианты этой истории, но во всех трех Бальдр в итоге умирает.

Бальдр Прекрасный:миф об умирающем боге Скандинавия, Мифология, История, Викинги, Бальдр, Видео, Длиннопост

Миф об умирающем боге – аналогии в других культурах

Миф о Бальдре – традиционный не только для европейских, но также для азиатских культур древности. Этот тип мифа в культурологии называют «миф об умирающем боге». Сюжет его прост – всеми любимый бог или полубог в результате трагических (либо коварных) событий погибает, а затем так или иначе возвращается к жизни, что приводит к концептуальным переменам в мире смертных. В случае с Бальдром все довольно масштабно – с его гибелью фактически гибнет весь мир, а с его возвращение из мертвых мир также возрождается.

Первая очевидная аналогия – греческий миф о Дионисе, боге плодородия. Согласно этому мифу, Дионис был растерзан титанами, но затем вернулся в мир живых еще сильнее, чем был, по одной из версий после перерождения он даже получает трон Зевса. С этим мифом связано огромное количество ритуалов, которые проводились в Аргосе, Тенедосе и десятках других городов Древней Греции. Оригинальный миф подробно описывается в Орфических мистериях, а в Тенедосе во время празднования возрождения Диониса бог призывался священным гимном и принимал образ свирепого быка, который наводил ужас на врагов.

Бальдр Прекрасный:миф об умирающем боге Скандинавия, Мифология, История, Викинги, Бальдр, Видео, Длиннопост

Другой греческий миф об умирающем боге (более поздний) – это миф об Адонисе. Адонис – сын Кинира и Смирны, бог красоты и чувственных наслаждений. Этот миф имеет несколько версий, но ключевые моменты сходны – Адонис был убит на охоте магическим вепрем (образ которого, по одной версии принял Арес, по другой – Персефона). Затем Афродита, влюбленная в Адониса, спускается в подземный мир и возвращает его. По другой версии это делает Артемида. Также есть вариант мифа, в котором Адонис изначально воспитывался Персефоной, потому что Афродита принесла его в подземный мир, боясь, что Кинир по какой-то причине убьет сына. Персефона полюбила Адониса, и когда Афродита пришла забрать его, Персефона отказалась. Суд богов вершил этот спор и в итоге Зевс решил, что полгода Адонис будет жить с Персефоной, а вторую половину года – с Афродитой.

Аналогичный римский миф – история о гибели Вакха, который у римлян был полным аналогом Дионса, то есть отвечал за плодородие и виноделие, был известен своей красотой и воинским искусством. По этому мифу Вакха разрывают чудовища, жарят его тело на огне и съедают. Однако через три дня Вакх воскресает в образе Загрея («Великого охотника») и повергает своих врагов. Под именем Бакхос он известен в Лидии (Малая Азия), где существует аналогичный миф об убитом и воскресшем боге.

Бальдр Прекрасный:миф об умирающем боге Скандинавия, Мифология, История, Викинги, Бальдр, Видео, Длиннопост

У сирийцев и финикийцев аналогом Диониса-Бахуса выступал Таммуз. У этих народов есть аналогичный миф о гибели Таммуза, ради воскрешения которого его возлюбленная Иштар спускается в подземный мир и возвращает его. Миф о Таммузе и Иштар в различных версиях был известен в Аккаде и Вавилоне. Варианты мифа отличаются нюансами, но суть всегда одна – Таммуз погибает, но затем возвращается и мир смертных переживает новое рождение.

Аналогичный миф существовал и в Персии, в рамках зороастрийского культа огнепоклонников. По этому мифу, бог света Митра гибнет от рук Ахура-Мазды, но затем возрождается и для смертных начинается новая эра добра и справедливости (пока Митра мертв, миром правит жестокий Ахура-Мазда и это время характеризуется как период хаоса и тьмы).

Наконец, нельзя не вспомнить древнеегипетский миф об Осирисе. Его гибель различается в разных вариантах мифа, но почти всегда его убивает Сет, один из верховных богов Гилиополиса, который приходится Осирису братом (прямая аналогия с Бальдром и Хёдом, которые также были братьями). В дальнейшем Исида воскрешает Осириса, но мир смертных наследует не сам Осирис, а его сын – справедливый солнечный сокол Гор. С правлением Гора для Египта начинается период расцвета (после упадка в период правления Сета), а Осирис становится правителем дуата – посмертного мира, в который попадают все смертные.

Также можно вспомнить Телепина у хеттов, минойского Арес-Диониса, Сераписа у поздних эллинов, Ярило у славян и десятки других богов, которые умирали и возрождались, принося перерождение всему миру. Ну и само собой нельзя не упоминать христианского Иисуса, миф о смерти и воскресении которого очевидным образом навеян всеми этим гораздо более древними мифологическими сюжетами. И это лишь подтверждает, что Библия – сборник ибримских/иудейских мифов, но никак не религиозный или тем более исторический труд.

Бальдр Прекрасный:миф об умирающем боге Скандинавия, Мифология, История, Викинги, Бальдр, Видео, Длиннопост

Интерпретация мифа об умирающем боге

Практически все современные исследователи (например, Д. Фрэзер в его работе «Золотая ветвь» и Д. Харрисон в книге «Prolegomena to the Study of Greek Religion») сходятся во мнении, что миф об умирающем боге закономерен для абсолютного большинства культур древности, потому что он отражает цикл сезонного перерождения природы. Для экваториальных регионов, не знающих суровой зимы, речь идет о циклах земледелия, а для Древнего Египта это очевидно цикл ежегодного разлива Нила, который удобрял пахотные земли и без которого был невозможен хороший урожай.

Есть еще один любопытный аспект. Во многих мифах об умирающем боге так или иначе присутствует цифра 3 – Бальдр возвращается через три года Фимбульвинтера, а Бахус возрождается на третий день после своей смерти. Причем по современному календарю Бахус умирает 21 декабря, а возрождается соответственно 24-о. И да, Иисус, как известно, тоже воскрес на третий день, и тоже в декабре (по новому стилю – 7 января). Этот факт легко объясним астрологическим явлением, которое сегодня мы называем Зимнее Солнцестояние.

Это явление начинается 20 или 21 декабря и заканчивается ровно через трое суток. До момента Зимнего Солнцестояния солнце каждый день встает над горизонтом все ниже и ниже, то есть условно опускается. После Солнцестояния солнце начинает подниматься, с каждым днем оно все выше над горизонтом. Но в эти три дня с 20-21 по 23-24 декабря оно висит строго на одной высоте. Соответственно, период до Зимнего Солнцестояния древние народы определяли как время условного упадка, постепенной гибели мира, а период после этого события – как всеобщее возрождение сил природы. Именно это событие как раз и отражено в метафоре об умирающем и восстающем боге. И отсюда же – цифра 3.

Диаметрально противоположной точкой для всех древних народов (славян, греков, кельтов) выступало Летнее Солнцестояние, соответственно происходящее с 20-21 по 23-24 июня. Это астрономическое событие также отмечено праздником во всех культурах (например – русальная неделя и Купала у славян).

Бальдр Прекрасный:миф об умирающем боге Скандинавия, Мифология, История, Викинги, Бальдр, Видео, Длиннопост

Таким образом, миф о Бальдре Прекрасном действительно архитипичен для мировой культуры. У скандинавов он закономерно принял самобытную форму, и особенно ценен тем, что подробно описывает похоронный обряд той эпохи. Это яркий эпический сюжет, который наглядно демонстрирует непосредственную зависимость древних народов от природных циклов. Поэтому нет ничего удивительного в том, что эти циклы так или иначе обожествлялись и находили метафорическое отражение в локальных мифологических концепциях.

Хотя некоторые исследователи (например, Д. Мэллори) высказывают версию о том, что архитипичность мифа об умирающем боге обусловлена вовсе не циклами природы и астрономическими событиями. Согласно этой версии, некогда существовала единая индоевропейская культура с общим мифологическим базисом. Но после того, как индоевропейцы раскололись на отдельные народы, каждый из этих народов начал интерпретировать оригинальные сюжеты на собственный лад, что частично обуславливалось климатическими особенностями региона и историческими событиями.

На данный момент эта версия является гипотезой, так как подтвердить ее не представляется возможным. Однако нельзя отрицать, что в ней тоже есть рациональное зерно, и может статься, что возрождающийся Бальдр Прекрасный – это лишь воплощение какого-то гораздо более древнего божества, которое умирало и возвращалось мир уже под десятками имен.


Список литературы:

• Александр Корсун «Старшая Эдда. Древнеисландские песни о богах и героях».

• Александр Корсун «Старшая и младшая Эдда. Песнь о Нибелунгах. Беовульф».

• Merrill Kaplan «Once More on the Mistletoe».

• Hilda Davidson «Gods and Myths of Northern Europe».

• Siegfried Gutenbrunner «Die germanischen Götternamen der antiken Inschriften».

• Rudolf Simek «Dictionary of Northern Mythology».

• Thomas Calvin «An Anthology of German Literature».

• Tryggve Mettinger «The «Dying and Rising God»: A Survey of Research from Frazer to the Present Day».

• Джеймс Фрэзер «Золотая ветвь».

• Владимир Пропп «Русские аграрные праздники».

• Сергей Токарев «религия в истории народов мира».

• Елеазар Мелетинский «Мифы древнего мира в сравнительном освещении».

• Алексей Лосев «Античная мифология в ее историческом развитии».

• Джеймс Мэллори «Индоевропейские прародины».


Источник

Канал на Ютубе

Канал на Твиче

Группа в ВК

Дзен

Инстаграм

Показать полностью 9
44

Сколько волка не корми, или Сводный анализ мифологического образа Фенрира

Волк Фенрир – одно из самых узнаваемых хтонических чудовищ германо-скандинавской мифологии, наряду с Ёрмунгандом и Хель. Примечательно, что все трое – дети трикстера Локи и воинственной великанши Ангрбоды. Есть версия, что волк-пес Гарм – еще одно чадо вышеупомянутой пары, либо же он – воплощение Фенрира (как Од – воплощение Одина).

Фенрир был самым младшим сыном Локи и в отличие от Ёрмунганда и Хель, асы позволили ему остаться в Асгарде. Но волк быстро вырос до ужасающих размеров и единственным, кто отваживался кормить чудовище, был бог победы и воинской доблести Тюр. Фенрир не проявлял признаков агрессии и, судя по тексту эддических песен, сблизился с Тюром. Однако волк был настолько огромен и силен, что асы решили перестраховаться.

Сколько волка не корми, или Сводный анализ мифологического образа Фенрира Скандинавия, Мифология, История, Фенрир, Чудовище, Видео, Длиннопост

Согласно «Младшей Эдде», темные альвы выковали из стали неразрушимую цепь («лединг»), но заставить Фенрира по собственному желанию влезть в оковы оказалось не так уж просто. В итоге асы одолели Фенира хитростью, мол, сильный он, спору нет, но не настолько, чтобы порвать гномью цепь. Однако Фенрир порвал лединг. И другую цепь он тоже порвал, хотя она была вдвое прочнее первой (называлась «дромми»). На третий раз подземные мастера создали настоящий шедевр – цепь Глейпнир состояла из «корней гор, женской бороды, кошачьих шагов, птичьей слюны, дыхания рыбы и медвежьих нервов». Как не трудно догадаться, в этом поэтическом описании скальды заключили вещи и явления, которых, как они полагали, не существует в природе.

Фенрир почуял опасность и не согласился надеть Глейпнир. Но Тюр вложил в пасть волку свою правую руку и сказал, что если Фенрир не порвет цепи, а асы откажутся их снимать, волк может смело лишить своего друга возможности сражаться. Так младший сын Локи познал предательство. Фенрир не сумел разорвать звенья Глейпнира и асы естественно отказались снимать путы. Волк в ярости откусил Тюру правую руку.

Затем асы взяли конец Глейпнира и протянули его сквозь неподъемную каменную плиту Гьёлль (также называется река, что окаймляет Хельхейм). Плиту закопали в землю, а сверху поставили огромный камень, а над камнем насыпали курган. В пасть Фенриру вставили меч таким образом, чтобы рукоятка уперлась под язык, а острие – в небо. Волк хрипел и рычал, но не мог сжать челюсти, так что из его пасти постоянно бежала слюна, обратившаяся рекой Вон.

Сколько волка не корми, или Сводный анализ мифологического образа Фенрира Скандинавия, Мифология, История, Фенрир, Чудовище, Видео, Длиннопост

В «Прорицании Вёльвы» сказано, что так Фенрир будет лежать до тех пор, пока не наступит Рагнарёк. Тогда могучее чудовище разорвет наконец свои путы, проглотит Луну и Солнце и погрузит мир в Фимбульвинтер, трехлетнюю зиму. Любопытно, что более ранние мифы описывают освобождение Фенрира иначе: волк Хати проглотит Луну, а волк Сколль пожрет Солнце, это вызовет ужасные катаклизмы и землетрясения, в результате скала, к которой привязан Фенрир, рухнет и он вырвется на свободу.

Справедливо задать вопрос – почему Один сразу не убил Фенрира, хотя знал (от все вёльвы Хейд), что именно чудовищный волк сразит его во время последней битвы на равнине Вигрид? В «Старшей Эдде» Всеотец поясняет свое решение: «Так чтили боги святилище свое, что не решились осквернять его волчьей кровью». Довольно лицемерное замечание, если учесть вероломство асов и их предательство в отношении волка, который фактически никому не желал зла.

Во время Рагнарёка Фенрир действительно убьет Одина, но за Всеотца отмстит его сын – Видар, он пронзит Фенрира мечом, либо разорвет ему пасть (в эддических текстах параллельно упоминаются обе версии гибели Фенрира от рук Видара).

Сколько волка не корми, или Сводный анализ мифологического образа Фенрира Скандинавия, Мифология, История, Фенрир, Чудовище, Видео, Длиннопост

В древнескандинавском языке для обозначения имени Фенрир используются слова ФЕНРИР, ФЕНРИСЮЛЬФР И ХЬЁДВИТНИР «fenrir», «fenrisúlfr» и «hróðvitnir». Fenrir – это имя собственное, Fenrisúlfr переводится как «Фенрир волк», а Hróðvitnir означает «прославленный волк». Также иногда Фенрира именуют Vanagandr, что значит «чудовище реки Вон». Предположительно само имя «Фенрир» происходит от старо-норвежского «fen-dweller» (дословно – «обитающий в топях болот»). Все это явно подчеркивает хтоничность образа.

Многие скандинавоведы (например, Р. Симек) полагают, что Фенрир был единственным волком-антагонистом в скандинавской мифологии, а Гарм, Сколль и Хати – это лишь его другие имена, либо воплощения. Тем не менее, данная версия поддерживается далеко не всеми исследователями.

Точное происхождение мифологического образа чудовищного волка неизвестно, а его антагонистичность выглядит странной, так как у скандинавов и германцев культ волка был силен во все эпохи – начиная с римского железного века, через эпоху переселения народов и вплоть до раннего средневековья. Например, об ульфхеднарах (дословно «в вольчей шкуре»), неистовых воинах, посвятивших свою жизнь Одину, упоминает еще древнеримский историк и хронист Тацит. При этом влияние Фенрира на раннехристианскую культуру очевидно. Так М. Шапиро пишет, что знаменитая «пасть ада» (популярный средневековый иконографический образ) является прямой отсылкой к пасти Фенрира.

Сколько волка не корми, или Сводный анализ мифологического образа Фенрира Скандинавия, Мифология, История, Фенрир, Чудовище, Видео, Длиннопост

Фенрир оказал огромное влияние на современную культуру, чудовищный волк встречается в книгах, фильмах и даже комиксах. О нем пишут стихи и песни, его образ переделывают в самые удивительные вариации, он выступает то врагом всего сущего, то настоящим героем, то «супер-компьютером» (это уже к Петру Воробьеву). Трудно сказать, что раннесредневековые скальды хотели передать нам через образ Фенрира. Резюмируя вышесказанное, повторюсь – изначально волк не желал никому зла, но его боялись за великую силу, которой он владел. Его предали, и он отомстил уничтожением мира. Знакомый сюжет, не так ли?..


Источник

Канал на Ютуб

Канал на Твиче

Группа ВК

Дзен

Инстаграм

Показать полностью 3
38

Ликбез по скандинавской мифологии, Боги - Часть II

Вёлунд

Бог-кузнец, имеет множественные аналоги в других мифология, например – Гефест у греков, Сварог у славян. Вполне вероятно был одним из древнейших богов у древних скандинавов, но, как я упоминал в предыдущей лекции, в какой-то момент власть над Асгардом была «узурпирована» Одином и другими асами.

Сохранилось всего несколько текстов, упоминающих о Вёлунде, это «Сказание о Вёлунде», «Песнь о Гидрёке» и поэма «Сетования Деора». У Стурлуссона Вёлунд не упоминается, при этом лингвистический анализ показал, что «Сказание о Вёлунде» – самый древний текст эддического корпуса.

О Вёлунде известно, что он великий кузнец и он покалечен (хром, как и Гефест). Также в одном из текстов лабиринт назван «домом Вёлунда», что является еще одной отсылкой к греческим мифам, но уже не к Гефесту, а к Дедалу – создателю лабиринта, великому изобретателю. Кстати, Вёлунд тоже умеет летать, и тоже благодаря механическим крыльям.

В Англии сохранился мегалитический курган, который называют «Кузница Вёлунда». Также в поздних английских поэмах говорится, что Вёлунд – король альвов (неясно – светлых или темных), именно он выковал Эскалибур, Грам, Бальмунг, Мимунг и ряд других легендарных клинков.

Позже во время христианизации Скандинавии образ Вёлунда был демонизирован, а имя его видоизменилось до формы Воланд. Именно его Гёте называет Мефистофелем в «Фаусте». Также Воланд встречается у Шекспира («Сон в летнюю ночь») и в «Сказках старой Англии» Киплинга. Разумеется, этот ряд можно продолжить знаменитым булгаковским образом дьявола.

Ликбез по скандинавской мифологии, Боги - Часть II Скандинавия, История, Мифология, Бог, Видео, Длиннопост

Ньёрд

По происхождению – ван, отец Фрейи и Фрейра. Покровитель моря и моряков, ветра, благополучной погоды, богатства и удачи. Оказался в Агсарде после войны асов с ванами в качестве гостя-заложника. Упоминания о Ньёрде многочисленны – «Старшая Эдда», «Младшая Эдда», «Книга Хаука» и тд. В Исландии вплоть до XX века сохранялась обережная клятва «Фрейр, Ньерд и всемогущие асы да помогут мне», ее произносили перед выходом в море. А в Норвегии до XVIII века бытовала поговорка «Благодарим его, Ньерда, за хорошие времена», ее произносили при удачной рыбной ловле.

Предположительно, Ньёрд был тесно связан с культом плодородия у древних германцев (возможно, под именем Нертус). В дальнейшем с развитием кораблестроения и морской экспансией, перенял черты морского бога. Предположительно, как и Вёлунд, изначально занимал одну из ключевых позиций в пантеоне, позже уступив Одину и другим асам. Также в мифах упоминается некая сестра-жена Ньёрда, о которой ничего не известно.

В Эддах Ньёрда зовут «князем людей» и «лишенным злого умысла». В «Речах Вафтруднира» сказано, что после Рагнарёка Ньёрд «вернется к ванам». То есть, во-первых, Ванахейм похоже переживет Гибель Богов. А во-вторых, её переживёт как минимум Ньёрд.

В «Речах Скирнира» говорится, что мать Фрейра (отцом которого назван Ньёрд) – Скади, богиня зимы и охоты. В «Перебранке Локи» коварный бог обвиняет (именно обвиняет) Ньёрда в том, что он был «пленником на востоке». Некоторые исследователи считают это ошибкой переводчика, потому что на востоке от Асгарда располагался Ванахейм. В том же эпизоде Локи упоминает о том, что жена Ньёрда приходится ему сестрой, однако нет подтверждения тому, что речь идёт о Скади (о ее связи с Ньёрдом еще раз говорится в «Саге об Инглингах»).

Также в эддических текстах неоднократно упоминается богиня Ньёрун, связанная с морем. Возможно, это как раз сестра-жена Ньёрда, либо его аналог, либо даже изначальный образ (как в случае с Фарбаути, который предшествовал Тору как бог-громовик).

Ликбез по скандинавской мифологии, Боги - Часть II Скандинавия, История, Мифология, Бог, Видео, Длиннопост

Эгир

Он же – Хлер. Еще один бог моря. Но если Ньёрд был покровителем моряков и удачи, то Хлер воплощал воду как стихию, которую нельзя контролировать и с которой нельзя договориться. Происхождение Хлера неизвестно, в Эддах его называют то йотуном, то человеком, то «морским великаном».

Эгир не живет в Агсарде, но он часто посещает пиры асов и приглашает их к себе. Вероятно, почитался как бог спокойного моря и попутного ветра. Именно его жена – Ран, богиня штормового моря. Эгира знали и древние германцы, сохранились сведения, согласно которым они перед выходом в море приносили в жертву морскому богу десятую часть добычи. Его второе имя – Хлер – переводится как «дающий пристанище» или «укрывающий». А само слово Эгир означает «море».

У Эгира было девять дочерей, имена их связаны с тем или иным состоянием моря («цепкая вал», «мятежная волна» и тд). Любопытно, что в сказании о Садко у Морского Царя тоже девять дочерей.

На основании древнеанглийских легенд и лингвистического анализа смежных фольклорных элементов предполагается, что атрибутом Эгира было копье (аля трезубец Посейдона).

Ликбез по скандинавской мифологии, Боги - Часть II Скандинавия, История, Мифология, Бог, Видео, Длиннопост

Ран

Уже упомянутая супруга Эгира, богиня штормового, опасного, непредсказуемого моря. Важно отметить, что в Ран и Эгира верили только в Норвегии, на юге их место занимал Ньёрд, объединивший, по всей видимости, оба образа.

В эддических текстах упоминается магическая сеть Ран, при помощи которой она вылавливает утонувших моряков. Собственно, именно благодаря этой сети Локи, одолжив ее у богини моря, сумел поймать темного альва Андвари (легенда о Хрейдмаре и его сыновьях).

Ран часто упоминается в скальдической поэзии, в основном она старается помешать или причинить вред морякам. Отчасти перенимала функции Хель, но в контексте моря – именно к ней попадали погибшие моряки.

Ликбез по скандинавской мифологии, Боги - Часть II Скандинавия, История, Мифология, Бог, Видео, Длиннопост

Йорд (или Ёрд)

Первая жена Одина, мать Тора, происходит из рода йотунов. Предположительно – воплощение земли, возможно почиталась как богиня плодородия. Другое имя – Фьоргюн, оба имени переводятся как «земля». Древние германцы знали Йорд под именем Хлуданы (образ матери-земли).

Вероятно, имела бога-дуаду по имени Фьоргюнн (с двумя «н» на конце). Мотив богов-близнецов в целом распространен для германо-скандинавской мифологии, примеры – Улль и Улла, Фрейр и Фрейя, Ньёрд и (возможно) Ньёрун.

Что интересно, в «Младшей Эдде» матерью Йорд названа Нотт – богиня ночи, а отец – Анната (о нем ничего не известно). Еще один любопытный факт – в «Языке поэзии» Стурлусон называет Йорд соперницей Фригг, законной супруги Одина.

Ликбез по скандинавской мифологии, Боги - Часть II Скандинавия, История, Мифология, Бог, Видео, Длиннопост

Хель

Дочь Локи, которой Один даровал власть над миром мертвых (собственно этот мир так и называется – Хельхейм, то есть «земля Хель»). В Хельхейме у Хелль есть чертог Эльёднир, о нем в «Старшей Эдде» говорится следующее: «это место, где всегда идет дождь». В мир Хель попадают умершие от старости или болезни, а также те, кто после смерти по той или иной причине не были выбраны в Вальгаллу или Фольквангр.

Древние германцы знали Хель под именем Хелла. В «Старшей Эдде» говорится, что облик богини «мрачный и жестокий», одна половина ее тела черно-синяя, а другая – мертвенно бледная. Хель играет ключевую роль во многих мифах, включая миф о гибели Бальдра, где она соглашается вернуть сына Одина в мир живых, если каждое существо в девяти мирах будет плакать по нему. Плакать отказалась только великанша Трекк, есть версия, что это был сменивший обличье Локи. В итоге, Хель не вернула Бальдра.

Древнескандинавское слово Хель («Hall» и его множественные производные – «kel», «helle» и тд.) переводится как «зал», но вероятно восходит к протоиндоевропейской форме, которая переводится как «скрытый». Также английская форма «hell» (ад) вполне вероятно произошла от имени Хель.

В поздних христианских текстах (Евангелие от Никодима, Повесть о Святом Варфоломее) Хель представлялась, как владычица Преисподней. А в Житии Святого Варфоломея Дьявол обращается к Иисусу, называя его «тот, кто воевал против нашей королевы Хель». Многие исследователи приписывают Хель функции посмертного судьи (Кали в индуизме, Анубис у древних египтян).

С 2017 года в Исландии детям запрещено давать имя Хель (особое постановление Комитета личных имен Исландии).

Ликбез по скандинавской мифологии, Боги - Часть II Скандинавия, История, Мифология, Бог, Видео, Длиннопост

Вили и Вё

Братья Одина, дети первочеловека Бури и инеистой великанши Бёстлы. Вё с древнескандинавского переводится как «жрец», этимология имени Вили неизвестна. Вместе с Одином Вили и Вё убили великана Имира, создав из частей его тела окружающий мир.

Также Один, Вили и Вё втроем создали время (смену дня и ночи) и задали цикл движения небесных объектов (Солнца и Луны). Прогуливаясь однажды вдоль морского побережья, они увидели два дерева и сотворили из них первых людей, дав им имена – Аск (ясень) и Эмбла (ива). Вили дал им разум и способность двигаться, Вё «подарил облик», дал речь и органы чувств, а Один вдохнул в них душу.

В «Саге об Инглингах» говорится, что в отсутствие Одина Вили и Вё правили Асгардом и «брали себе» его супругу Фригг. Однако этот фрагмент не нужно понимать превратно – у скандинавов существовал обычай, согласно которому если муж отсутствовал или погибал, за его женой присматривали его братья (именно присматривали, то есть обеспечивали кровом и пищей, ничего более).

Ликбез по скандинавской мифологии, Боги - Часть II Скандинавия, История, Мифология, Бог, Видео, Длиннопост

Квасир

Квасир родился из слюны асов и ванов, когда они заключили мирный договор. Этимология имени неизвестна, но М.И. Стеблин-Каменский предполагает, что основа этой словоформы – «квас», слово, у древних скандинавов обозначавшее хмельной напиток.

По Стурлусону, во время заключения перемирия каждый из асов и ванов подошел и плюнул в котел «в знак мира». Далее сказано, что «из знака мира» боги «сотворили человека». Этим человеком и был Квасир. Стеблин-Каменский предполагает, что этот миф – отсылка к технологии приготовления растительного хмельного напитка, который делался из забродившей слюны (вероятно, предварительно человек пережевывал некое растение).

Квасир путешествовал по мирам и учил мудрости всех, кто хотел учиться. Снорри пишет, что не было вопроса, на который Квасир не знал бы ответа. Однако когда он был в Свартальвхейме, темные альвы пленили его и убили, а кровь вылили в котел, в котором до этого был медовый напиток. Кровь Квасира смешалась с медом и получился напиток, который «любого делает скальдом или ученым».

Очевидна косвенная аналогия между Квасиром и индуистской Варуни – демоном опьянения, который также олицетворяет амриту – напиток божественной мудрости.

Ликбез по скандинавской мифологии, Боги - Часть II Скандинавия, История, Мифология, Бог, Видео, Длиннопост

Нотт

Богиня-персонификация ночи, под тем же именем известна древним германцам. Имя «nótt» переводится как «ночь», в неизмененном виде присутствует во всех скандинавских языках (вероятно, от этой же словоформы берет начало английское слово «night»).

Сын Нотт – Дагр, воплощение дня («dagr» переводится как «день»). Отец Дагра и муж Нотт – Делинг («Dellingr» в переводе «рассвет»). Согласно «Видению Гюльви», Один поселил Нотт и Дагра на небе, дав им по колеснице. Они объезжают небосвод друг за другом, что для древних скандинавов объясняло смену дня и ночи.

Ликбез по скандинавской мифологии, Боги - Часть II Скандинавия, История, Мифология, Бог, Видео, Длиннопост

Форсети

Бог справедливости и примирения, древним германцам (в частности – фризам) был известен под именем Фосит. В Эдде Стурлусона сказано, что Форсети – прекрасный сын Бальдра и Нанны. Его чертог зовется Глитнир («сияющий»). Вероятно, как-то был связан с Тюром, богом победы, который предположительно изначально занимался у скандинавов судебными вопросами.

Считается, что суд Форсети – высший суд, и он всегда может примирить враждующих. Особенно сильно его культ был распространен на востоке Норвегии. Известна всего одна легенда, непосредственно связанная с Форсети. По этой легенде, когда Карл Великий пытался дать племенам фризов письменные законы, к ним пришел «человек с золотым топором на плече», обучил их законам и исчез. В мифе говорится, что это был Фосит и пришел он с острова Фоситланд, где бьет священный источник.

Ликбез по скандинавской мифологии, Боги - Часть II Скандинавия, История, Мифология, Бог, Видео, Длиннопост

Мимир

В «Старшей Эдде» ничего сказано о происхождении Мимира, но говорится, что он жил с асами и помогал им в войне с ванами. После заключения перемирия именно Мимир вместе с братом Одина Хёниром был отправлен как ванам как гость-заложник. Неизвестно, что потом произошло в Ванахейме, но Хёнир стал правителем этого мира, а Мимир лишился головы. Голова, однако, не умерла – Один забальзамировал ее и при случае просил совета (в частности – у Головы Мимира Один спрашивает, что ему делать во время Рагнарёка).

Также широко известен другой эддический миф, согласно которому у одного из корней мирового древа Иггдрасиль находится Колодец Мимира (он же – Колодец Мудрости). Некоторые исследователи полагают, что Норны (богини судьбы) обитают именно у Колодца Мимира. Потому что источник, возле которого по классическому мифу живут Норы, называется Урд («прошлое»), а с именем Мимира лингвисты связывают староанглийское слово «память» («mimorian»).

В этом эддическом мифе говорится, что однажды Один пришел к хранителю источника – Мимиру, и попросил дать ему испить из источника, чтобы получить великую мудрость. Мимир потребовал взамен правый глаз Одина и ас сразу согласился. Испив из Колодца Мимира, он обрел дар провидения, а глаз так и остался лежать на дне источника. При этом неясно, в какой момент Мимир стал хранителем источника, в «Младшей Эдде» есть эпизод, где он пьет мед из рога Хеймдалля.

Ликбез по скандинавской мифологии, Боги - Часть II Скандинавия, История, Мифология, Бог, Видео, Длиннопост

Нанна

Мать Форсети, супруга Бальда. Предположительно связана с культом плодородия, возможно – богиня покровительница молодых девушек. Некоторые исследователи считают Нанну одной из ипостасей Фрейи.

Отец Нанны – Непр, предположительно обозначение какого-то природного явления. Согласно мифу о Бальдре, когда сын Одина умер, у Нанны разорвалось сердце и ее положили вместе с ним на погребальный костер.


Утгарда-Локи

Правитель Утгарда (в переводе «внешнее огороженное пространство»). Утгард не входит в состав девяти миров Иггдрасиля, а происхождение и род занятий его правителя неизвестны. Известно лишь, что он правит великим народом, силы которого превосходят силы асов. Ему служат огонь и старость, он управляет мировым змеем Ёрмунгандом. Мастер иллюзий, возможно изначально это был изгнанный из Асгарда Локи. Встречается только в одном эпизоде «Младшей Эдды» – путешествие Тора в Утгард.


Гулльвейг

Богиня-колдунья, упоминается в «Прорицании Вёльвы». Асы пронзали Гулльвейг копьями и трижды сжигали, но каждый раз она снова возрождалась, становясь все красивее. Также в «Прорицании Вёльвы» сказано, что «Гулльвейг живет до сих пор». Одно из ее имен – Хейд, что значит «ведьма» или «слава». После того, как ее сожгли в третий раз, Гулльвейг обрела магические способности – она «творила волшбу жезлом своим» и «умы покорялись воле ее».


Фарбаути

Один из богов, почитавшихся скандинавами до асов. Вероятно – ван. Почитался как бог-воплощение грозы, его сын – Логи (в переводе – «огонь»). Вероятно, является прообразом Тора, бога-громовика.

Ликбез по скандинавской мифологии, Боги - Часть II Скандинавия, История, Мифология, Бог, Видео, Длиннопост

Балист

Брат Локи, возможно – сын Фарбаути и Лаувейи, вероятный перевод имени – «успокаивающий молнии». Упоминается в «Младшей Эдде», где сказано, что у Локи было два брата – Балист и Хельблинди. Причем Хельблинди – одно из имен Одина. И это либо ошибка переводчика, либо исконный пласт скандинавских мифов существенно отличается от того, что известно нам.


Хермод

Часто в эддических текстах его называют Хермод Храбрый. Сын Одина, которого тот послал в Хельхейм вернуть Бальдра. Предположительно выполнял функции посланца богов (как греческий Гермес).


Норны

Богини Судьбы, определяют жизнь и смерть всех живых существ – и людей, и асов. В скальдических текстах также упоминается оборот – Сестры Вюрда, потому что «вюрд» («wyrd») переводится как «судьба». Имена норн – Урд, Скульд и Верданди.

Урд переводится как «прошлое», эту норну изображают седой старухой. Именно Урд предрекает Одину гибель во время Рагнарёка. Верданди переводится как «становление», часто ее связывают с образом настоящего, изображается как женщина средних лет. Скульд – переводится как «долг» или «будущее», самая молодая из норн, изображается как молодая девушка.

Ликбез по скандинавской мифологии, Боги - Часть II Скандинавия, История, Мифология, Бог, Видео, Длиннопост

Источник

Канал на Ютубе

Канал на Твиче

Группа в ВК

Показать полностью 13
59

ЦАРЬ ЭДИП И ЕГО КОМПЛЕКСЫ

Мало кто из героев древнегреческой мифологии может сравниться по известности с Эдипом. Разве что, Геракл, Одиссей или Ясон – предводитель аргонавтов. Но, по глубине и мощи моральных страданий, выпавших на долю простого смертного, Эдип, пожалуй, вне конкуренции. Не ведая, что творит, он убил собственного отца и женился на собственной матери.

ЦАРЬ ЭДИП И ЕГО КОМПЛЕКСЫ История, Древнегреческая мифология, Психоанализ, Фрейд, Комплексы, Длиннопост

Эдип был сыном царя Фив Лая. Долгое время у Лая и его жены Иокасты не было детей. Он очень страдал по этому поводу и решил обратиться к дельфийскому оракулу. Тот предсказал, что у царя родится сын, который убьет его самого. Таково было наказание, назначенное богами Лаю за то, что когда-то он обесчестил юного Хрисиппа, сына царя Пелопа. Напуганный предсказанием, Лай начал избегать близости с женой. Однако, Иокаста напоила его вином и сумела завлечь на супружеское ложе. Когда мальчик родился, Лай тут же решил избавиться от него. Он проколол новорожденному сухожилия и велел бросить его в лесу на горе Киферон.


Однако пастух, которому поручили совершить черное дело, сжалился над младенцем. Он отнес его царю Коринфа Полибу и его жене Меропе, у которых не было собственных детей. Из-за ран на лодыжках они назвали мальчика Эдипом (т.е. «с опухшими ногами») и воспитали как родного сына.


Антуан-Дени Шоде. Пастух Форбас, нашедший младенца Эдипа. 1801.

ЦАРЬ ЭДИП И ЕГО КОМПЛЕКСЫ История, Древнегреческая мифология, Психоанализ, Фрейд, Комплексы, Длиннопост

Когда мальчик подрос, до него дошли слухи, что он всего лишь подкидыш и найденыш, а не царский сын. Эдип не хотел в это верить и отправился за правдой к дельфийскому оракулу. Вместо ответа оракул подтвердил страшное предсказание об убийстве своего отца. Своим отцом Эдип считал Полиба, поэтому решил не возвращаться в Коринф. В тесном горном ущелье он повстречался с громоздкой колесницей, которая не хотела уступать ему дорогу. Завязалась словесная перепалка, быстро перешедшая в драку. Эдип не сдержался, перевернул колесницу и ударил противника посохом по голове. От полученной травмы обидчик скончался. Это был Лай, царь Фив и отец Эдипа. Впрочем, сам Эдип об этом даже не догадывался.


Эдип убивает Лая.

ЦАРЬ ЭДИП И ЕГО КОМПЛЕКСЫ История, Древнегреческая мифология, Психоанализ, Фрейд, Комплексы, Длиннопост

Он продолжил свой путь и на подступах к Фивам встретился со Сфинксом - чудовищем с лицом и грудью женщины, телом льва и крыльями птицы.


Сфинкс. Аттическая мраморная стела, ок. 530 г. до н.э.

ЦАРЬ ЭДИП И ЕГО КОМПЛЕКСЫ История, Древнегреческая мифология, Психоанализ, Фрейд, Комплексы, Длиннопост

Сфинкс давно терроризировал жителей Фив и пожирал тех из них, кто не мог разгадать его загадку: «Кто из живых существ утром ходит на четырех ногах, днем на двух, а вечером на трех?». Эдип смог дать правильный ответ: «Человек, потому что он ползает на четвереньках в младенчестве, твердо стоит на двух ногах в молодости и опирается на палку в старости". Посрамленное чудовище бросилось вниз со скалы, а благодарные горожане избрали Эдипа своим царем. Причем, в жены ему выдали Иокасту, вдову пропавшего без вести царя Лая.


Ж.Энгр. Эдип и Сфинкс.

ЦАРЬ ЭДИП И ЕГО КОМПЛЕКСЫ История, Древнегреческая мифология, Психоанализ, Фрейд, Комплексы, Длиннопост

Так сбылось пророчество, данное Эдипу в Дельфах. Он прожил со своей женой Иокастой около двадцати лет и родил от нее четверых детей. В наказание за кровосмесительный брак боги наслали на Фивы моровую язву. Они пообещали помиловать жителей, если те найдут настоящего убийцу Лая. В ходе расследования личность Эдипа была полностью установлена. Узнав страшную истину, Иокаста повесилась, а Эдип выколол себе глаза ее золотой застежкой.


Э.Тудуз. Эдип над телом Иокасты.

ЦАРЬ ЭДИП И ЕГО КОМПЛЕКСЫ История, Древнегреческая мифология, Психоанализ, Фрейд, Комплексы, Длиннопост

Эдип, ослепляющий себя.

ЦАРЬ ЭДИП И ЕГО КОМПЛЕКСЫ История, Древнегреческая мифология, Психоанализ, Фрейд, Комплексы, Длиннопост

Он покинул город в сопровождении своей дочери Антигоны и долго странствовал по стране, преследуемый богинями мщения Эриниями. Свой последний приют слепой старец нашел у царя Тесея в священной роще поселения Колон.


Антонин Бродовски. Эдип и Антигона в изгнании.

ЦАРЬ ЭДИП И ЕГО КОМПЛЕКСЫ История, Древнегреческая мифология, Психоанализ, Фрейд, Комплексы, Длиннопост

Миф об Эдипе породил целую традицию в мировой культуре: трагедии Софокла, П.Корнеля, Вольтера, В.Озерова, драмы П.Шелли, Г.Гофмансталя, А.Жида, Ж.Кокто и мн. др. Занимательный сюжет стал основой целого ряда философских и естественнонаучных трудов Ф. Ницше, К. Леви-Стросса и др.

ЦАРЬ ЭДИП И ЕГО КОМПЛЕКСЫ История, Древнегреческая мифология, Психоанализ, Фрейд, Комплексы, Длиннопост

«О сограждане фиванцы! Вот пример для вас: Эдип,

И загадок разрешитель, и могущественный царь,

Тот, на чей удел, бывало, всякий с завистью глядел,

Он низвергнут в море бедствий, в бездну страшную упал!

Значит, смертным надо помнить о последнем нашем дне,

И назвать счастливым можно, очевидно, лишь того,

Кто достиг предела жизни, в ней несчастий не познав.» Софокл. Царь Эдип.

Пожалуй, не менее значительный вклад в популяризацию мифа об Эдипе невольно внес Зигмунд Фрейд. Эдипов комплекс – ключевое понятие теории психоанализа, заключается в бессознательном или сознательном сексуальном влечении к родителю противоположного пола.

ЦАРЬ ЭДИП И ЕГО КОМПЛЕКСЫ История, Древнегреческая мифология, Психоанализ, Фрейд, Комплексы, Длиннопост

Согласно классическому пониманию, на ранней стадии развития мальчик стремится вытеснить отца и занять его место. При этом он тщательно подавляет свое влечение, т.к. опасается наказания и мести. В свою очередь, отцы видят в сыне будущего опасного соперника. Лай пытается избавиться от Эдипа потому, что опасается за свое будущее. В этом он повторяет действия богов. Как известно, Сатурн пожирал своих детей, которые могли сбросить его с вершины божественного Олимпа.


Известный психоаналитик Алиса Миллер обратила внимание, что и сам З.Фрейд зачастую оказывался заложником своей теории. В 1912 г. он высказал громкое неодобрение методами своего ближайшего ученика Карла Юнга, что едва не привело к крушению карьеры талантливого ученого. Более того, познакомившись с автобиографической книгой К.Юнга «Воспоминания, сновидения, размышления», З.Фрейд заподозрил автора в скрытом желании устранить учителя.

COPYRIGHT © Александр Сосновский

Показать полностью 9
100

Ликбез по скандинавской мифологии, Боги – Часть I

Один

У древних германцев известен под именем Вотан. Бог-воин, бог-чародей. По одной из версий был богом военной аристократии (бондов, ярлов, конунгов) в противовес своему сыну Тору, который почитался как бог-покровитель простых воинов. Асгардские чертоги Одина называются Вальхалла, воинский рай средневековых викингов. Другие имена – Всеотец, Всевеличайший, Высокий, Отец дружин, конунг Асгарда.

Происхождение Одина двояко. Его отец – Бёр, сын первочеловека Бури (некоторые исследователи отождествляют его с Имиром). Его мать – Бёстла, из рода инеистых великанов. Вместе с братья Вили и Вё Один убил первочеловека Имира и из его тела создал мир. С начала времен Один правит Асгардом (мир богов асов) и оберегает Мидгард (мир смертных).

В эддическом эпосе нередко упоминается, что Один постоянно приходит в Мидгард в образе одноглазого странника в синем плаще и широкополой шляпе. Свой глаз Один отдал Мимиру, хранителю источника мудрости у корней Иггдрасиля. Взамен он получил дар провидения.

Один – единственный из асов, кто владеет магическими практиками – сейдом, спа и гальдром. Он научился им у Фрейи, тогда как остальные отказались обучаться у Госпожи Ванов. Это спорный момент, потому что в обществе средневековых скандинавов магия являлась прерогативой женщин. Мужчина, который был уличен в магических практиках, уподоблялся женщине и получал статус эрги – то есть бесправного. Он терял все имущество, его можно было убить без хольмганга (поединка чести).

Широко известен эддический эпизод, где Один сам себя принес в жертву. Он пронзил себя собственным копьем и трое суток провисел вниз головой на стволе Иггдрасиля в поисках некоей трансцендентальной истины. На исходе третьей ночи с Мирового Древа упало несколько ветвей, они образовали замысловатый рисунок, в котором Один увидел 24 рунических символа. Один подарил знание о рунах людям Мидгарда.

Один владел копьем Гунгнир, чей удар невозможно отразить, восьминогим скакуном Слейпниром (сын Локи) и кольцом Драупнир. Это золотое кольцо каждый вечер «давало» семь золотых колец того же веса. Кольцо фигурирует в ряде мифов, включая фундаментальный для скандинавской мифологии эпизод о смерти Бальдра.

В эддических и скальдических текстах у Одина несколько десятков имен и еще столько же хейти и кеннингов (метафорических определений). Известно одно из воплощений Одина – смертный по имени Од, возлюбленный Фрейи.

В Рагнарёк Один будет биться с Фенриром и проиграет, но его сын – Видар, бог мщения – в следующее мгновение сразит чудовищного волка.

Ликбез по скандинавской мифологии, Боги – Часть I Скандинавия, История, Мифология, Бог, Видео, Длиннопост

Тор

У древних германцев известен под именем Донар. Сын Одина и великанши Ёрд (вероятно – воплощение земли). Технически Тор – один из немногих «чистокровных асов», потому что для большинства других богов Асгард не является Родиной. Тор почитался как воин и громовержец, главный защитник Мидгарда. В Асгарде его чертог зовется Трудхейм.

Культ Тора тесно связан с воинской культурой Скандинавии. В частности, Тор в мифах описывается как высокий, светловолосый и голубоглазый ас. Поэтому викинги, которым «не повезло» родиться блондинами, активно отбеливали волосы составами на основе щелока (что, кстати, убивало всех вшей и прочую живность, могущую жизнь в волосах человека).

Символ Тора – его молот Мьельнир, выкованный темными альвами, на письме он обозначался трех- или четырехлучевой свастикой (поздний вариант – трискеле/трискелион). Молот Тора – самая частая находка среди подвесок в раннесредневековой Скандинавии (также есть несколько находок на территории Руси, например – в Старой Ладоге).

С Тором связано огромное количество эддических мифов. Самые известные – схватка с мировым змеем Йормунгандом, поединок с великаном-големом Хрунгниром и поход в Утгард (мистический мир за пределами мира, хозяину которого, Утгарда-Локи, служит сама смерть). Тор часто путешествует в Йотунхейм, схватки с великанами – основной вид времяпрепровождения для доблестного аса. Он путешествует на колеснице, запряженной двумя бессмертными козлами (один из которых теперь хромает – миф о Тьяльве и Рёскве).

Супруга Тора – прекрасноволосая Сиф (которая впоследствии из-за проделок Локи вместо своих волшебных получает золотые волосы). От Тора у Сиф было двое детей – валькирия Труд и сын Моди. По другому мифу, Моди – сын Тора и великанши Ярнсаксы, которая также родила Тору еще одного сына – Магни. Моди и Магни окажутся одними из немногих асов, которым посчастливится пережить Рагнарёк (при этом Магни наследует молот Мьельнир).

Тор вспыльчив, неуемен в еде и ратном искусстве, фактически –архетип викинга. У Тора в разы меньше эпитетов, чем у Одина, среди них выделяется один – триждырожденный. Вероятно, с ним связан какой-то древний миф, который не дошел до нас (нужно понимать, что Эдды были написаны лишь в XII-XIII веках, тогда как мифология викингов начала формироваться среди древних германцев еще до эпохи переселения народов).

В Рагнарек Тор будет биться с Йормунгандом и победит его, но тут же сам умрет от яда Мирового Змея.

Ликбез по скандинавской мифологии, Боги – Часть I Скандинавия, История, Мифология, Бог, Видео, Длиннопост

Локи

Самый спорный бог скандинавского пантеона. Не путать с Логи – это совсем другой персонаж, причем с древнескандинавского именно «логи» переводится как «огонь», отсюда путаница, в результате которой Локи ошибочно называют богом огня. Другие имена Локи – Лофт и Лодур.

Происхождение Локи неизвестно (сразу разочарую вас – он точно не инеистый великан). Строго говоря, существует лишь одна версия о происхождении Локи – согласно этой гипотезе, он относится к поколению изначальных богов, первых детей Имира, которые жили еще до Одина и его братьев. Вероятно, его отец – Фарбаути, бог неясного происхождения, возможно – воплощение грозы.

Первая жена Локи – великанша Ангрбода, родила ему трех детей – великого змея Ермунганда, владычицу мира мертвых Хель и чудовищного волка Фенрира, которого асы хитростью пленили и с освобождения которого начнется Рагнарёк. Вторая жена Локи – Сигюн, архетип женской верности. У Локи и Сигюн было два сына – Вали и Нарви, их постигла жестокая судьба. Когда Локи окончательно достал асов, они обратили Вали в волка и натравили на Нарви, которого волк порвал. Затем кишками Нарви асы привязали Локи к подземной скале, а над его головой поместили королеву змей. Яд с клыков змеи капал на лицо Локи, причиняя ему невыносимые страдания, при этом Локи ворочался в муках и так скандинавы объясняли землетрясения. Сигюн же старалась постоянно держать над мужем чашу, собирая яд, но периодически чаша переполнялась и пока Сигюн относила ее, чтобы вылить, Локи страдает. Его страдания продлятся до самого Рагнарёка.

С Локи связано огромное количество мифов, не меньше, чем с Тором. Самые известные – миф о строительстве нерушимой стены вокруг Асгарда (когда Локи превратился в кобылу и родил Слейпнира от великанского жеребца), миф о золотых волосах Сиф, миф о том, как темные альвы создали величайшие артефакты для асов – копье Гунгнир, молот Мьельнир, корабль Скидбладнир и тд. При этом самый показательный миф описан в песне «Перебранка Локи» из «Старшей Эдды». Там Локи обвиняет каждого из асов во лжи, лицемерии и нарушении законов, которые они же сами проповедуют. Например, Фрейю он обвиняет в распутстве, а Одина в том, что он обучился женской магии, недостойной мужчины. Обвинения Локи столь же жестоки, сколь и справедливы.

Есть версия, что в более ранних мифах, которые не сохранились, Локи не был привязан к скале кишками сына, его просто изгнали и он в итоге стал тем самым Утгарда-Локи, великим мастером иллюзий, силы которого во много раз превосходили возможности любого аса.

В Рагнарёк Локи вместе с Хель и Суртом возглавит войско великанов, мертвецов и чудовищ. Сам он сойдется в поединке с Хеймдаллем и они убьют друг друга.

Ликбез по скандинавской мифологии, Боги – Часть I Скандинавия, История, Мифология, Бог, Видео, Длиннопост

Тюр

У древних германец известен под именем Зио (или Сио). Однорукий бог победы и воинской доблести. Сын Одина и либо Фригг, либо безымянной великанши, сестры Хюмира. Самый известный миф, связанный с Тюром, это миф о пленении Фенрира.

Изначально Фенрир жил в Асгарде, но когда асы увидели, до каких размеров вырос волк, они стали опасаться его. Один решил сковать волка волшебной цепью, но Фенрир был настолько силен, что сойтись с ним в поединке «постеснялся» даже владыка асов. Асы хитростью пленили волка, опробовав на нем три разные цепи, выкованные темными альвами. Третью цепь волк не захотел надевать, пока Тюр, с которым они были дружны, не положил волку в пасть свою правую руку в знак доверия. Лишь тогда Фенрир позволил надеть на себя цепь и когда раскрыл обман – откусил Тюру руку.

То есть Тюр с одной стороны не задумываясь пошел на жертву ради своего народа. С другой – предал Фенрира, потому что был единственным асом, которому волк доверял. Кстати говоря, не будь этого предательства, вполне вероятно, что волк не сражался бы в Рагнарёк на стороне своего отца.

С Тюром связана руна Тейваз из общегерманского футарка (не путать с руной Турисаз). Это руна победы, мужчины, воина.

Ликбез по скандинавской мифологии, Боги – Часть I Скандинавия, История, Мифология, Бог, Видео, Длиннопост

Бальдр

Нередко упоминается в варианте – Бальдр Прекрасный. Первый (младший) сын Одина и Фригг. Описывается, как самый красивый ас, при этом его воинские качества зависят от региона – в Исландии он вполне себе обычный бог-воин, тогда как в Дании к войне Бальдр не имел никакого отношения.

С Бальдром связан один и ключевых эпизодов древнескандинавской мифологии. В какой-то момент бог начал видеть сны, пророчившие ему смерть. Он рассказал об этом матери и Фригг взяла клятву со всех существе и вещей в мире, что они не причинят ее сыну вреда. Фригг не взяла клятву только с ростка омелы, который показался ей слишком слабым, чтобы нести опасность.

Так Бальдр обрел абсолютную неуязвимость и асы часто забавлялись, метая в него стрелы, копья, камни и другие предметы. Локи хитростью вызнал у Фригг про омелу, срезал с нее прут и сделал из него стрелу. Затем вручил стрелу слепому богу судьбы Хёду (брат Бальдра), который тоже хотел повеселиться, стреляя в Бальдра, но не мог этого сделать из-за своей слепоты. Локи дал Хёду стрелу и указал направление. Хёд поразил Бальдра и тот умер.

Дальше следует описание похорон Бальдра и путешествие Хермода Храброго (еще один сын Одина) в Хельхейм, чтобы просить Хелль вернуть Бальдра. Хель отказалась (хотя не совсем отказалась, но это отдельный объемный миф). Бальдр вернется в мир живых только после Рагнарёка – он примирится со своим братом Хёдом и они окажутся единственными асами, пережившими гибель богов (плюс Моди и Магни, сыновья Тора).

Ликбез по скандинавской мифологии, Боги – Часть I Скандинавия, История, Мифология, Бог, Видео, Длиннопост

Хёд и Улль

Хёд – сын Одина и Фригг, почитался как бог судьбы. Кроме мифа о Бальдре Хёд упоминается в нескольких эддических эпизодах. Он слеп, но силой не уступает другим асам. Мастерски владеет луком (правда не совсем ясно – как, потому что если бы он мог хорошо стрелять, используя другие органы чувств, он бы и в Бальдра стрелял без проблем, тогда план Локи не удался бы).

Из-за того, что Хёд – бог-лучник, его часто путают с Уллем. Улль – сын Тора и Сиф, под этим же именем был известен древним германцам (Торсбергский наконечник ножен, II век нашей эры). Хёд несколько раз упоминается в Эддах, в частности – он 10 лет правил Асгардом вместо Одина, пока тот странствовал по Мидгарду. Чертог Улля называется Идалир (Долина Тисов). В «Гренландских речах об Атли» упоминается некое кольцо Улля и нерушимая клятва именем Улля.

Ликбез по скандинавской мифологии, Боги – Часть I Скандинавия, История, Мифология, Бог, Видео, Длиннопост

Фрейя

Прекраснейшая из богинь Асгарда, вопреки распространенному заблуждению – вовсе не жена Одина (исключая интрижку с его смертным воплощением Одом). У древних германцев (возможно) известна как богиня, которую Тацит в «Германии» назвал Исида Суэби. В Асгарде у нее свой чертог – Сессрумнир, самое прекрасное место в Девяти Мирах.

Также Фрейя правит Фольквангром (вероятно это отдельная область Асгарда, в центре которой расположен Сессрумнир). Фольквангр – это место, куда Фрейя забирает половину павших воинов (вторую половину Один забирает в Вальгаллу). Зачем воины Фрейе – совершенно неясно, на этот счет в эддических текстах нет никаких пояснений. Но есть версия, что мужчины нужны ей для вполне очевидных целей…

Имя Фрейи означает «благородная госпожа», ее другое имя – Ванадис («госпожа ванов»). По происхождению Фрейя – ван, дочь Ньёрда из Ванахейма. После войны между асами и ванами, когда два народа наконец заключили мир, было принято решение обменяться пленными (скажем так, гостями). Так Фрейя со своим братом Фрейром оказалась в Асгарде.

В позднем скандинавском фольклоре ваны известны как ваниры, предположительно это более древний пантеон богов, существовавших до асов. По этой версии, ваны представляли собой более примитивные образы, олицетворяя слепую стихию, тогда как асы куда человечнее (в смысле похожи на людей, а вовсе не гуманны).

Фрейя – покровительница женщин, занимающихся магией (сейдом и спа), также покровительница пророчиц вёльв. Одновременно она командует валькириями, выступая богиней войны (что роднит ее с аккадской Иштар, уже упомянутой Исидой и некоторыми другими богинями). Путешествует Фрейя на колеснице, запряженной двумя рысями. Может обращаться соколом благодаря особому артефакту – плащу из соколиных перьев.

Широко известен миф о Брисингамене – ожерелье, которое отковали темные альвы. По этому мифу Фрейя завидовала красоте Фригг и обратилась к альвам, чтобы они сделали ей самую красивую вещь во всех Девяти Мирах (по другой версии, она просто прогуливалась и случайно встретила альвов, которые как раз закончили работу над ожерельем). Так или иначе, но альвы согласились отдать ожерелье Фрейе только если она проведет ночь с каждым из них (а было их четверо).

На этом миф не заканчивается, но на данный момент его финал не важен. Важно, что этого мифа нет в Эддах и нет ни одного другого эпизода, который подтверждал бы «ветреность» Фрейи. Так как миф о Брисингамене присутствует только в одном списке XV века, есть версия, что это не оригинальный скандинавский сюжет, а более поздняя придумка христианских мессионеров, решивших столь нехитрым способом опорочить образ богини. Тем более, что в самом мифе много нестыковок, например – Один там назван мужем Фрейи, чего на самом деле не было. Закономерен вопрос – почему тогда Локи обвиняет Фрейю в распутстве? Ответ не менее закономерен – обе Эдды записывались христианами и в одной только Стурлуссоновой Эдде его христианская отсебятина видна невооруженным взглядом.

Ликбез по скандинавской мифологии, Боги – Часть I Скандинавия, История, Мифология, Бог, Видео, Длиннопост

Фригг

Супруга Одина, мудрейшая из асов, почиталась как богиня материнства, любви и семейного очага. Происхождение Фригг точно неизвестно, по одному мифу ее отец – инеистый великан Нат, по другому – Фьоргун, бог-громовик, о котором кроме имени не сохранилось никаких сведений.

В Эддах сказано, что Фригг обладает пророческим даром, ее символ – веретено, архетип человеческой судьбы, которую плетут три норны (Мойры у греков, Парки у римлян). В древнескандинавском слово «прялка» записывается как «Friggerock», дословный перевод – «веретено Фригг».

Самый известный эпизод, связанный с Фригг, это уже упомянутый миф о Бальдре Прекрасном. Также есть спорный поздний миф, в котором Фригг крадет у Одина золотой слиток, чтобы темные альвы (без них никуда) выковали для нее прекрасное ожерелье. Этот миф встречается в частности у Саксона Грамматика в «Деяниях данов» и многие исследователи не считают его оригинальным, полагая, что Грамматик выдумал эту историю, опять же – с целью очернения образа скандинавской «языческой» богини.

Другие исследователи полагают, что изначально Фригг и Фрейя были одной и той же богиней, и это объясняет многие сюжетные нестыковки в Эддах.

Ликбез по скандинавской мифологии, Боги – Часть I Скандинавия, История, Мифология, Бог, Видео, Длиннопост

Фрейр

Брат Фрейи, соответственно тоже сын Ньёрда и по происхождению ван. Так как Ньёрд после «обмена заложниками» с ванами стал приемным сыном Одина, то Фрейр технически – внук Всеотца. Фрейр – единственный, кому Один позволял сидеть на троне Хлидскъяльв, с которого можно обозревать все миры.

Фрейр почитался как бог плодородия, лета и солнечного света, красотой не уступал Бальдру. Ему принадлежит вепрь Гуллинбурсти (был столь же быстр как Слейпнир Одина) и волшебный корабль Скидбладнир, который мог перевозить целое войско, но по необходимости складывался и помещался в карман.

С Фрейром связан один интересный миф. Однажды, сидя на Хлидскъяльве, он увидел красавицу Герд, дочь великана Гюмира, и полюбил ее. Однако Фрейр не мог покинуть Асгард (Один, как это часто бывало, отсутствовал, а кому-то нужно было приглядывать за хозяйством), поэтому за Герд он послал своего слугу Скирнира, дав ему с собой яблоки вечной молодости из садов Идунн, кольцо Драупнир и свой солнечный меч (увы, но названия этого клинка фольклор почему-то не сохранил). Скирнир пережил массу приключений и в итоге привез Герд в Асгард. Она стала Фрейру отличной женой и в благодарность щедрый бог подарил Скирниру тот самый меч.

Так любовь сгубила прекрасного бога, потому что в Рагнарёк он выйдет биться с огненным великаном Суртом, владыкой Муспелльхейма, и проиграет ему, ведь у него не будет волшебного меча.

Ликбез по скандинавской мифологии, Боги – Часть I Скандинавия, История, Мифология, Бог, Видео, Длиннопост

Хеймдалль

В эддических текстах Хеймдалль имеет массу эпитетов, самые частые – «защитник богов» и «светлейший из асов». Иногда его называют сыном Одина, но в «Старшей Эдде» и в ныне утерянном тексте «Заклинание Хеймдалля» говорится, что он – сын девяти сестер-девственниц. У Ньёрда, бога морей, как раз было девять дочерей (аля славянский Морской царь), так что Хеймдалль вполне может быть его сыном, тогда по происхождению он тоже ван.

Хеймдалль видит на огромные расстояния и у него чуткий слух (в «Старшей Эдде» сказано, что «белый ас» слышит, как растет трава и шерсть на овцах). Его главная задача в Асгарде – оберегать Биврест, радужный мост. Живет он в чертогах Химинбьерг (Небесные Горы). Хеймдаллю принадлежит уникальный артефакт – золотой рог Гьяллархорн, зов которого слышен во всех Девяти Мирах. Когда Хеймдалль увидит, что войска Хель, Локи и Сурта приближаются к Асгарду, он затрубит в Гьяллархорн и асы со своими союзниками соберутся на равнине Вигрид для последней битвы.

Любопытно, что в «Старшей Эдде» Хеймдалль также пьет из Гьяллархорна мед поэзии, но в «Младшей Эдде» из него пьет Мимир. С Мимиром связан и другой интересный эпизод – в эддических текстах сказано, что у источника мудрости, который он хранит, рядом с глазом Одина лежит «слух Хеймдалля». Тем не менее, не сохранилось мифов, разъясняющих эти эпизоды.

Другое имя Хеймдалля – Риг. Согласно «Песне о Риге», которую часто включают в корпус текстов «Старшей Эдды», именно Риг/Хеймдалль создал первых людей, а не божественная триада – Один, Вили и Вё. Этот факт подтверждается в «Прорицании Вёльвы», где Хеймдалль назван прародителем человеческой расы.

Ликбез по скандинавской мифологии, Боги – Часть I Скандинавия, История, Мифология, Бог, Видео, Длиннопост

Проект "РУНАРИУМ"

Канал на Ютубе

Канал на Твиче

Группа в ВК

Показать полностью 10
70

Хель – богиня мертвых

В скандинавской мифологии Хель – богиня, которая правит Хельхеймом, миром мертвых. Название этого мира «Helheim» с древнескандинавского переводится как «Земли Хель». Хельхейм иногда сокращенно называют по имени его правительницы.

В эддических текстах говорится, что к богине Хель отправлялись те, кто «не пал в славной битве» и не был избран Одином в Вальгаллу или Фрейей в Фольквангр. К Хель отправлялись люди, умершие от старости, болезни или в результате несчастного случая.

Впервые богиня Хель появляется в «Старшей Эдде», собранной из в большинстве своем утерянных раннесредневековых источников, позже о ней пишет Снорри Стурлуссон в «Младшей Эдде» (сборник XIII века). Также Хель упоминается в «Саге об Эгиле» и «Круге Земном», записанных соответственно в IX и X веках. О богине смерти говорится в «Деяниях данов», фундаментальном труде средневекового хрониста Саксона Грамматика (XII век). Также изображения Хель присутствуют на брактеатах эпохи Великого переселения народов.

Хель – богиня мертвых Скандинавия, История, Мифология, Хель, Видео, Длиннопост

Первые упоминания, аллюзии и аналогии

В обеих Эддах, а также в «Круге Земном» говорится, что Хель – дочь Локи, при этом во всех трех текстах встречается оборот «отправиться к Хель» в значении «умереть». Именно поэтому общепринято определение, согласно которому Хель – богиня смерти.

В «Видении Гюльви» (часть «Старшей Эдды») рассказывается, что сам Всеотец решил судьбу Хель, даровав ей власть над мрачным царством, расположенным в самом сердце Нифльхейма. Там же говорится, что одна половина тела богини – черно-синего цвета, а другая половина – мертвенно бледная, общий облик Хель характеризуется как «мрачный и жестокий». В «Стурлусоновой Эдде» также упоминается о том, что у богини Хель несчетные мириады подданных и в ее руках сосредоточена великая власть, она играет ключевую роль в эпизоде с воскрешением Бальдра.

Сегодня существует множество теорий относительно происхождения образа Хель. Ряд исследователей, включая М. Белла и Х. Хюльма, проводят параллели между Староанглийским Евангелием от Никодима (XI век) и средневековой скандинавской Повестью о Святом Варфоломее (XIII век). Примечательно, что в этих текстах Хель также является богиней, но не Хельхейма, а христианской Преисподней в ее ортодоксальном представлении.

Существуют версии, согласно которым богиня Хель восходит к образу некоего индоевропейского женского божества, вероятно, связного с культом плодородия. Я. Гримм в связи с этим соотносит ее сразу с тремя индуистскими богинями – Бхавани, Кали и Махакали. Есть и другие версии, согласно одной из них богиня Хель – лишь поздняя персонификация Хельхейма.

Хель – богиня мертвых Скандинавия, История, Мифология, Хель, Видео, Длиннопост

Этимология и генезис имени

В древнескандинавском языке слово «Hel» употребляется в двух контекстах – как имя собственное для женского фольклорного персонажа и как обозначение одноименной локации, принципиально важной для всей древнескандинавской космогонии. Это слово имеет родственные словоформы во всех языках германской группы, вплоть до староанглийского «Hell», что значит «ад» (как и в современном английском).

В старофризском аналогом древнескандинавской Хель («Hel») является форма «Helle», в старосаксонском – «Hellia», в древневерхненемецком – «Hella», в готском – «Helja». Согласно доминирующей версии, все эти формы пришли из протогерманского, в котором существовало слово «haljō» (или «xaljō»). Переводится это слово как «скрытое место» и в свою очередь восходит к протоиндоевропейскому глаголу «kel», что значит «скрывать» (по К. Уоткинсу «Словарь индоевропейских корней»).

Любопытно, что древнескандинавское слово «Hel» этимологически связано с формой «Hall», что значит «зал» (например, «Valhöll» или «Вальхалла», в переводе – «Залы мертвых»). Протогерманская форма «hallō», из которой позже появился «hall», восходит к корню «kol», являющемуся вариацией уже упомянутого «kel».

Есть и другие версии происхождения этого слова из древнеанглийского и даже готского языка.

В протогерманском языке существовали понятия «xalja-rūnō» и «xalja-wītjan», которые позже встречаются у Иордана как «haliurunnae». В. Орел полагает, что оба слова означают «колдунья» и соответствуют древнеанглийскому «helle-rúne» (иногда переводится как «некромант»). Предтечей этих форм Орел считает форму «helli-rūna», переводимую как «магия» и имеющую хорошо отличимый элемент «runa», которым позже стали обозначать собственно руны.

У. Леман идет еще дальше, проводя аналогию между готским «haliurunnae» и протогерманским «rinnan», которое может означать «идти» или «бежать». В результате, формы «xalja-rūnō» и «xalja-wītjan», по всей вероятности, можно перевести как «тот, кто путешествует нижний мир».

Хель – богиня мертвых Скандинавия, История, Мифология, Хель, Видео, Длиннопост

Другие упоминания и описание образа

В «Прорицании Вёльвы» из «Старшей Эдды» нижний мир именуется «Залами Хель», а в «Речах Гримнира» упоминается, что Хель живет под одним из трех корней древа Иггдрасиль. В «Речах Фафнира» Сигурд, стоя над умирающим драконом, говорит фразу «Хель возьмет тебя».

В «Гренландских речах Атли» фразы «на полпути к Хель» и «тебя возьмет Хель» упоминаются в значении «смерть». В саге «Сны Бальдра» говорится, что Один за своим мертвым сыном едет «в высокие залы Хель». Таким образом, справедливо утверждение о том, что для позднесредневековых скандинавов Хель действительно была богиней смерти или даже ее персонификацией.

В саге «Речи Хамдира» богиня Хель именуется «женщиной-троллем», но ни в одном другом источнике подобных определений не встречается.

Подробнее о происхождении и судьбе Хель мы узнаем из «Младшей Эдды», в частности – в «Видении Гюльви» Высокий (Один) рассказывает о том, как у Локи родилось трое детей – Фенрир, Йормунганд и Хель, и воспитывались они в Йотунхейме. Всех детей коварного бога ждала незавидная судьба, что же касается Хель, то ее Один «бросил» в Нифльхейм и «дал ей власть на девятью мирами, ибо она управляет судьбами тех, кто отправился к ней из-за болезни или старости».

Там же Высокий дает внешнее описание Хель и говорит, что она очень жестока. Он рассказывает о просторных залах с высокими стенами и могучими воротами в огромном царстве богини смерти. Высокий упоминает волшебные нож и блюдо, которые вместе зовутся «Голод», а также слугу и служанку Хель, которых зовут Ганглати и Ганглет (оба имени означают «медленно передвигающийся»). Чертог богини Хель Один называет Эльёднир («Éljúðnir» на древнескандинавском), это слово можно перевести как «место, где идет дождь».

Порог Эльёднира называется Фалландфорд («Fallandaforad»), что в переводе означает «подвергаться опасности» и, очевидно, указывает на наличие некоей ловушки. Ложе, на котором спит богиня Хель, называется Кор («Kor»), что с древнескандинавского переводится как «кровать болезни». Занавески в чертогах богини смерти Хель зовутся Бликъяндабьёл («Blikjandabōl»), что дословно значит «сверкающее бедствие» (по Д. Бьёку).

Затем следует легенда о Бальдре, в которой богиня Хель гостеприимно встречает Хермода Храброго, но не соглашается просто так вернуть любимого сына Одина в мир живых. Далее говорится, что во время Рагнарека «все люди Хель» придут вслед за Локи на поле Вигрид.

Также в «Младшей Эдде» упоминается несколько кеннигов с использованием имени богини Хель. Например, «спутником Хель» называется Бальдр, а «отцом Хель» – Локи. В поэме «Рагнардрапа» использован кениннг самой Хель – «сестра чудовищного волка».

В «Саге об Инглингах» из «Круга Земного» богиня Хель упоминается в связи со смертью шведского конунга Диггви, который умер от болезни. В поэме «Перечень Инглингов» (не путать с самой сагой) при упоминании короля Норвегии Хальвдана Хвитбейна, богиня Хель называется «хранительницей могил». В «Саге о Харальде Сигурдсоне» фраза «то, что дала Хель» используется как кеннинг смерти. Также богиня Хель, как персонификация смерти, упоминается в последней строфе «Саги об Эгиле».

В «Деяниях данов» Саксон Грамматик пишет, что за три дня до гибели Бальдру явилась Прозерпина, но в ряде переводов вместо имени древнеримской богини используется оборот «богиня смерти». Некоторые исследователи, включая Э. Дэвидсон и Я. Гримма, полагают, что в данном случае Грамматик ассоциирует Прозерпину с Хель.

Хель – богиня мертвых Скандинавия, История, Мифология, Хель, Видео, Длиннопост

Археологические артефакты с изображением богини Хель

В работе А. Пеща «Frauen und Brakteaten – eine Skizze» говорится о брактеатах эпохи Великого переселения народов, в частности – об артефактах IK14 и IK124, на которых изображен всадник, движущийся под уклоном вниз, что условно указывает в направлении подземного (нижнего) мира. Под всадником располагается женская фигура с посохом и скипетром, которая, вероятно, является владычицей подземного мира, богиней Хель.

На некоторых брактеатах типа Б, самым известным из которых является артефакт с условным названием «Braceate Fakse», Р. Симек в работе «Словарь северной мифологии» определяет три фигуры – Бальдра, Одина и либо Хель, либо Локи. Но так как третья фигура воздевает руки в приветственном жесте в направлении Бальдра, предполагается, что это все-таки Хель.

Хель – богиня мертвых Скандинавия, История, Мифология, Хель, Видео, Длиннопост

Анализ средневековых источников и мнения скандинавоведов

В уже упомянутом Староанглийском Евангелии от Никодима, которое сохранилось в двух списках XI века, некий персонаж женского пола вступает в спор с Сатаной, приказывая ему покинуть свое жилище. М. Белл в работе «Hel Our Queen: An Old Norse Analogue to an Old English Female Hell» говорит о том, что в тексте Евангелия однозначно упоминается древнескандинавская Хель, которую исследователь соотносит с более поздним фольклорным образом Фрау Хильды, богини сельского хозяйства и женских ремесел.

По тексту древнескандинавской повести о житии Святого Варфоломея (список XIII века) христианский Дьявол скрывается в одном из «языческих кумиров», с которым Варфоломей имеет некую духовную связь. Пытаясь обмануть Варфоломея, Дьявол обращается к Иисусу, называя его «тот, кто воевал против нашей королевы Хель». В дальнейшем оборот «королева Хель» больше не упоминается. М. Белл в своей работе пишет, что вполне вероятно для средневековых христиан Северной Европы подземным миром (Преисподней) правил вовсе не Дьявол-Сатана, а Хель, образ которой не спешил покидать народное сознание даже после тотальной христианизации региона.

И. Гримм на основании северогерманских легенд делает вывод о том, что Хель, в средневековье воплощавшая в себе страх, смерть и жестокость, изначально являла собой некое женское божество, общее для всех индоевропейских культур. По мнению исследователя, Хель была не столь жестока и страшна, вероятно, она выполняла функции посмертного судьи, выступала богиней плодородия и, возможно, справедливости. В этом контексте Гримм соотносит богиню Хель с германской Нертус и индуистской Кали.

Также И. Гримм полагает, что трехногая лошадь Хельхест из датского фольклора изначально являлась скакуном Хель, на котором богиня смерти путешествовала по кладбищам и поднимала мертвецов. Вероятно, Хель могла почитаться, как хранительница кладбищ (аналогия с «хранительницей могил» из «Перечня Инглингов»), при этом Гримм отмечает, что исконно в северной мифологии полубогини в иерархии сверхчеловеческих существ стояли выше полубогов. Хель он называет именно полубогиней, а не богиней в полном смысле этого слова (возможно, имеется ввиду класс низших божеств).

Х. Дэвидсон высказывает иное мнение. В ее книге «Roles of the Northern Goddess» говорится, что для скандинавов Хель была тем же, чем Смерть как персонификация соответствующего явления была для англичан. Исследовательница полагает, что речь идет о поэтизированном образе смерти, который, однако, вполне вероятно может иметь под собой конкретного мифологического персонажа, существовавшего изначально, а не появившегося впоследствии.

Х. Дэвидсон на основе изученных источников составляет такой образ богини Хель: ужасная обликом, всегда обнаженная, с губами, обмазанными кровью, с лоскутами человеческой плоти на теле и с головами мертвых в руках. Далее Дэвидсон говорит, что пришедшие к Хель считают ее своей матерью и бесконечно ей преданы.

Д. Линдлоу утверждает, что образ богини Хель не может быть четко прослежен вне сочинений Снорри Стурлусона, на что Х. Дэвидсон возражает очевидной аналогией между древнескандинавской Хель, а также ирландскими Дабд, Махой и Морриган. Исследовательница видит в этом прямое указание на реальную возможность существования древнего образа богини смерти. Р. Симек дополняет это заключение упомянутыми изображениями на брактеатах IV-VII веков.

Богиню Хель также связывают с другими женскими персонажами древнескандинавской мифологии – богиней штормового моря Ран, которая забирает себе погибших моряков, и богиней Гивьюн, к которой попадают девушки, умершие девственницами.

Хель – богиня мертвых Скандинавия, История, Мифология, Хель, Видео, Длиннопост

Образ богини Хель в современной культуре

Сегодня образ древнескандинавской богини Хель нашел широкий отклик в массовой культуре. К примеру, Хель под своим древневерхненемецким именем Хелла появляется в одноименной серии комиксов Марвел, а также в экранизации комиксов о Торе. Существует несколько музыкальных групп под названием «Hel», две из Германии, одна из Швеции и одна из Нидерландов.

Также в честь богини Хель назван один из астероидов в поясе между Марсом и Юпитером. Образ богини Хель в том или ином виде присутствует во многих компьютерных играх, включая World of Warcraft, Hellblade: Senua’s Sacrifice, Smite, EVE Online, Tomb Raider: Underworld.

Любопытно отметить, что в польской провинции Померания есть портовый город Хель, на гербе которого изображен ключ. Герб города может являться отсылкой к той самой первичной словоформе из протоиндоевропейского языка со значением «скрывать».

Любопытно, что постановлением Комитета личных имен Исландии с января 2017 года в этой стране детям запрещено давать имя Хель.


Источник

Канал на Ютубе

Канал на Твиче

Группа в ВК

Показать полностью 6
75

Орфей "по ту сторону баррикад"

Автор: Александр Муллагазиев.


Наверное, все помнят Орфея. Того славного парня, который круто пел и лучше всего давал соло на своей чудесной лире. Он был сыном даже не маминой подруги, а самого Апполона и, надо сказать, успешно оправдывал звание отпрыска одного из самых почитаемых богов всея Эллады.


История любви Орфея и Эвридики – самая печальная, самая романтичная, самая-самая… Но мало кто знает, что именно этот прекрасный юноша стал одним из первых приверженцев ТНН и научил суровых фракийских мужиков крепкой мужской любви. «А как же Эфридика?», спросите вы. Да из-за этой мадмазели Орфей и перешел в «другую команду»!


В общем, дело было так. Орфей, конечно, с рождения не особо задумывался, чтобы «перепахать задний дворик» ближнему своему, даже несмотря на то, что его отец был знатный ходок по мальчикам. Орфей рос обычным полубожественным гетеро парнем, совершал подвиги, играл на лире, пел, а потом действительно влюбился в прекрасную Эвридику. Правда, как известно, любиться у них вышло не так уж и долго, Эвридика отправилась гулять куда не следует, её куснула гадюка и юная красавица быстренько отбыла в царство к Орфеевому двоюродному дедушке Аиду.


Орфей не долго думая отправился за ней, с великим трудом один из немногих живущих он смог пробраться в царство мертвых, очаровать самого Аида и попытался вызволить свою женушку, но… Прекрасной Эвридике оказалось слишком сложно следовать четкому ТЗ, она обкосячилась и, как следствие, осталась мертвой на веки вечные, чем окончательно разбила хрупкое Орфеево сердечко. Вот тут парень и пошел во все тяжкие.


Согласно старине Овидию, выбравшись из царства мертвых и вдоволь поплакав, Орфей оправдано заявил, что Эвридика, так-то, не очень умная женщина, на неё столько усилий потрачено, а она, значит, утопила в Стиксе все полимеры. Да и вообще все женщины, в принципе, не очень умные (кроме богинь, конечно, от этих можно и леща получить). В общем, все проблемы из-за баб, а кто спит с девчонкой – тот сам девчонка. Сказано – сделано, от всех женщин Орфей успешно навсегда закрылся как от недостойных. Но тут возникла небольшая проблемка, дело в том, что полубожественные сексуальные желания тоже нужно удовлетворять, а использовать для этого отвергнутых женщин как-то не комильфо. Вот тут то и пригодилось крепкое красивое мужское… Плечо. В общем, во время этого самого душевного откровения, Орфей как раз был во Фракии, так что фракийские мужчины первыми испытали на себе всю силу полубожественного «вмешательства». Орфей научил фракийцев «мужской любви», потом эти дела дошли и до центральной Эллады и, как гласят легенды, именно с тех пор греческая фаланга столь уязвима с тыла.


Долго ли коротко ли гействовали Апполон и фракийские мужики, но тут на горизонте появились новые персонажи(ки) – менады. Менады или вакханки это вообще, конечно, тема для отдельного разговора. Сейчас про них достаточно будет сказать, что эти девчонки были наглухо отбиты даже по меркам Древней Греции и постоянно творили всякую дичь. Ну на то они и последовательницы бога буйств и алкоголя, с другой стороны. Так вот, эти самые вакханки однажды страшно воспылали стастью по отношению к прекрасному Орфею. Орфей же, как я и говорил, строго придерживался принципа ТНН и от своих идеалов не отступился, даже несмотря на недобрую славу «подкатывавших» барышень.


В общем, Орфей крепко накрепко ударился в гейство и женоненависничество, а за это об Орфея ударились розги и прочие подручные предметы. Короче говоря, забили менады Орфея до смерти. Не стоило ему забывать, что опасными и отбитыми женщинами в Греции были не только богини. Хотя в целом, конечно, довольно странный способ сексуального удовлетворения со стороны менад, тут не поспоришь.


Вот так погиб один из самых романтичных героев Эллады, от рук перевозбужденных последовательниц бога пьянств и веселья. Менадам, кстати, это дельце с рук тоже не сошло, даже несмотря на то, что обычно им прощали все их «безобидные» шалости. Своих нетолерантных последовательниц Дионис превратил в дубы (бревна). Фракийские мужчины тоже не остались в стороне, все-таки крепкую мужскую любовь Орфея они на себе прочувствовали больше всех других. С тех пор фракийские женщины носят татуировки на лицах в знак позора всего женского рода погубившего одного из величайших людей во всей Греции.

Ну а Орфей сохранил ненависть к женщинам и после смерти. Еще бы, сначала женушка так жестко факапится, а потом тебя вообще убивают похотливые озорные девы. Бррр. В общем, парни, если вас обидят женщины, вы знаете, кому можно излить свои страдания.

Орфей всегда смотрит на вас с небес, ведь его душа назло всем женщинам планеты переродилась в чудном созвездии Лебедя, которое находится недалеко от созвездия его тоже вознесенной волшебной Лиры.


А ведь такого мужика погубили, эх…


P.S.

Редкое фото: милые вакханки сажают Орфея на вилы за то, что он их не хочет. Цвета восстановлены.

Орфей "по ту сторону баррикад" Cat_cat, История, Древняя Греция, Мифы, Древнегреческая мифология, Длиннопост

Источник: https://vk.com/wall-162479647_142526

Автор: Александр Муллагазиев.

Личный хештег автора в ВК - #Муллагазиев@catx2, а это наш Архив публикаций за февраль 2020

Показать полностью 1
92

Одиссея

— Как-то это неправильно, — пробормотал Одиссей, входя в стальные чертоги богов.


Чертоги были округлой формы и отличались богатством, блеском и невиданными устройствами, которые иногда молчали, а иногда двигались, издавая странные звуки. Те, кто уже бывали здесь, сходились во мнении, что боги обладали невообразимым могуществом, способным уничтожить любого смертного в мгновение ока. Тем не менее, было ясно, что они, в общем, расположены к людям и часто им помогали.


— Одиссей! — воскликнул Гермес. Златокудрый бог был одет в облегающие одеяния, которые блестели, словно металл, но металлом не были. В руках он держал прямоугольную пластину из прозрачного вещества, похожего на застывший лед. Лоб и часть глаза Гермеса прикрывал сложной формы узор из такого же вещества. Одиссей решил, что это головной убор, чтобы уберечь бессмертного от жаркого солнца Аттики.


— Уважаемый Гермес, — произнес Одиссей заученную формулу, — мне сказали, что вы сможете мне помочь.


Бог рассмеялся.


— Конечно, смогу! Я здесь как раз для этого. Давай присядем, дорогой мой человек.


Они опустились на гладкие отполированные камни, которые, судя по весу, никак не могли быть камнями. Гермес зачем-то погладил свою прозрачную табличку. На стенах проступили яркие письмена, которые временами (когда Одиссей не смотрел на них) двигались, а вверху загорелись маленькие факелы, не дающие тепла. Воистину, владения богов полны чудес, немыслимых для простых смертных!


— Итак, сын Лаэрта, чем я могу быть полезен? — улыбнулся Гермес. Это был вообще очень улыбчивый и доброжелательный бог, не в пример мстительным титанам вроде Океана и Гипериона, от которых невозможно было допроситься ничего, кроме жестоких морских бурь или палящего зноя.


Одиссей откашлялся.


— Уважаемый Гермес, дело в следующем. Как вы, возможно, знаете, только что закончилась Троянская война…


— Да-да, — кивнул бессмертный, постукивая пальцами по ледовой пластине. — Десять сезонов, большой финал, невероятный успех у зрителей…


— Э-э… и мы, ахейцы, одержали в ней славную победу…


— Благодаря тебе, милый Одиссей, исключительно благодаря тебе! Эта военная хитрость с конем была просто великолепна, мы аплодировали всем Олимпом…


— Но вот какое дело… — Одиссей помолчал. — В общем, не очень хорошо, что войне пришел конец. Добыча, конечно, добычей, а слава — славой, только мне-то теперь домой возвращаться, а там…


Он махнул рукой. Гермес с видом напряженного внимания глядел на него и кивал.


— Я сам с Итаки, как вы знаете… Бывали у нас? Островок — переплюнуть можно, там и живет-то всего сотни четыре человек. Но считается отдельным царством, а я, понятно — натуральным царем. Только что это за царь, который правит тремя деревнями и собственным дворцом, а всех дел у него — только охотиться на зайцев да задирать хитоны нимфам? Это и не царь вовсе, а обычный сельский староста. Вот только старостой быть мне не по вкусу.


Гермес все еще кивал, но при этом не отрывал взгляда от таблички. Одиссей почувствовал, что теряет внимание бога.


— Понимаете, на войне я был героем. Вы сами говорите, хорошо себя показал, воины меня уважали… Даже сыны богов не чурались сидеть вместе на пирах — Ахилл, Диомед, Менелай, Агамемнон, хотя тот-то был просто старый брюзгливый старик…


— Да-да, — вежливо сказал Гермес. — И что бы ты хотел конкретно от меня?


Одиссей с ужасом понял, что не знает, как объяснить.


— Вы… боги говорили, что им нравится смотреть на приключения смертных. А теперь приключение закончилось, и, выходит, вам скоро станет скучно…


— Нет-нет, — покачал головой Гермес. — Закончилось конкретно это приключение. Но у нас уже готов к запуску показ с китайского полигона — династия Шан очень перспективно себя ведет — потом есть Египет, где у молодого Рамзеса есть все шансы стать новой звездой, кое-какие наметки в Пенджабе… в общем, шоу продолжается, дорогой Одиссей. Шоу продолжается, но уже на других экранах.


— Но я? Как же я? — воскликнул царь Итаки. Он чувствовал себя обманутым.


Гермес скептически смерил ахейца взглядом. Собрался было что-то сказать… но вдруг нахмурился и наморщил лоб, как бы вспоминая. Или планируя. Глаза его затуманились.


— Авторский проект, — пробормотал он. — Малый бюджет, фокус на одном человеке… Одиночка против дикого мира вокруг… Круглосуточная трансляция… Почему бы и нет? Хм… Одними природными катаклизмами сыт не будешь, но это поправимо… Может сработать. Да.


— Да, — повторил он с чувством, глядя на Одиссея с каким-то хищным выражением. Так хорошая хозяйка смотрит на кусок мяса, прикидывая, сколько бульона из него может получиться. — Что ж, милый Одиссей… думаю, твое желание о том, что приключение не должно заканчиваться, вполне осуществимо.


— Всесильный Гермес… — привстал с мнимого стула ахеец, но тут же был усажен на него мановением ладони бессмертного.


— Сюжетно мы это оформим просто: возвращение домой. Вечная тема, так что зрителям понравится. Преодолевая разнообразные препятствия и препоны, героический царь — здесь можно быстро перечислить твои подвиги из «Осады Трои» — в конце концов прибывает в родную Итаку.


Гермес постучал пальцем по табличке.


— Тут лучше условиться сразу. Сколько сезонов… то есть, сколько лет ты готов путешествовать по морям и волнам, прежде чем доберешься до дома?


— На все воля богов! — с энтузиазмом воскликнул Одиссей. — Если войну пережил, то морскими странствиями меня и подавно не напугать.


— Еще десять лет? — задумался бессмертный. — Многовато, конечно, хотя если подойти с воображением…


Он принялся водить пальцами по нашлепке на глазу и бормотать. Нет сомнений, так боги сносились со своими братьями на далеком Олимпе.


— Арти? Слушай, кто из легких на подъем племен у тебя есть на востоке текущего театра? Галлиполи, Эдирне, вот эта часть… Да, подожду.


— Посейдон Кронович, мое почтение… интересуюсь насчет сильного шторма между Критом и Пелопоннесом… Чтобы молнии, и светящаяся под луной вода, и девятый вал, и ужас на лицах матросов… Нет, не сейчас. Нет, пока не согласовано. Конечно, утвердят. Ну… Я вас услышал. Всего доброго.


Гермес сморщился, как пролежавший целый день под солнцем финик.


— Старый бюрократ… Да, Арти, девочка моя… Только киконцы? Хорошо, мобилизуй их там. Да, и я тебя… извини, параллельный… Гефест, приветствую! На ловца и зверь бежит: твои танкеры еще ходят через Босфор? Я думаю сделать с ними эпизод… Черт, жаль… А водозаборники у Скиллы работают? Чудненько. Мы попользуемся ими, лады?


На лбу у бога выступил пот, но голос звучал все так же бодро.


— Посейдон Кронович? А можно мы еще позаимствуем вашего циклопа? Он же на Сицилии сейчас? Хорошо, благодарю душевно! Амон? Это Гермес, с Олимпа… Разреши привлечь ваших камнеметателей буквально на один эпизод? Да, тех самых, диких. Которые людей едят. Отлично. Благодарю.


Закончив последний разговор, бог шумно выдохнул и сделал страшные глаза.


— Ну, на первые три сезона сценарий в основном понятен. Что-нибудь еще добавим, конечно, по мелочи… А дальше я тебя закину знаешь куда? Нет, не знаешь — через Гиб… то есть, через Геркулесовы столбы, в Иберию и Галлию. Экзотика!


— Я даже не слышал об этих островах, уважаемый Гермес, — проговорил Одиссей, которому вдруг пришло в голову, что он ввязался во что-то очень скверное, и от него самого теперь зависит очень мало. С другой стороны, разве не таковы всегда были отношения бессмертных и людей?


Гермес еще больше приободрился.


— Это еще что! Доберешься до самой Огигии! Это такой остров, весь зеленый, чертовски дождливый… Я там жил когда-то. Жители сплошь пьяницы, но все до единого славные парни, вот увидишь. Ты обживешься, накопишь сил, построишь корабль — и вернешься обратно, на свою Итаку!


Одиссей кивнул. Эта часть нравилась ему куда больше.


— В финале нужна битва, — продолжал Гермес. — Просто вернуться домой и зажить счастливо ты не можешь. Не тот персонаж, да и аудитория не оценит. Ну, что ж, придется поубивать кого-нибудь. Скажем, захватчиков, пришедших на твою землю. Или, может, коварную жену-изменщицу?


— Бессмертный Гермес! Пенелопа верна мне!


— Ладно-ладно, пускай верна… тогда перережешь ее любовников. Их будет сто двенадцать, как раз хватит на целый эпизод. Кровища, внутренности крупным планом, стрела в горле… ну, да сам знаешь, что я тебе рассказываю.


Гермес откинулся назад и с удовольствием оглядел сверкающие чертоги.

— А назовем мы все это «Приключения хитроумного Одиссея». Нет, лучше «Возвращение Одиссея».


— Может быть, просто «Одиссей»?


Гермес наморщил лоб.


— Слишком просто. Народ не поймет. Хотя… «Одиссей». «Одиссей». Нет, все же чего-то не хватает, какого-то намека, оттенка значения… Спасибо за идею, дружище, я с тобой еще свяжусь, а сейчас мне еще кое-что нужно будет уточнить…


Бессмертный уже не видел его, он разговаривал с невидимыми собеседниками и радостно смеялся наступлению пока смутного, но захватывающего будущего, полного дивных чудес и невероятных приключений.


…Предопределенность висела тяжким бременем.


Царю Итаки больше не хотелось путешествовать.


Показать полностью
59

Следы древнего народа из ямальской мифологии нашли на Таймыре

Красноярские археологи сделали на Таймыре серию уникальных находок. Часть из них могут быть следами древних обитателей Арктики - легендарного народа сихиртя, память о котором у современных северных народов сохранилась только в мифах, рассказали ТАСС специалисты ООО "Красноярская геоархеология".

"Это самые восточные памятники западных культур, которые были распространены на Ямале, вдоль всего побережья Северного Ледовитого океана, и которые связывают с легендарными сихиртя. Сведения о них содержатся в ненецких преданиях. Отличительной особенностью их называется то, что они жили в земле. В бухте Макарова нами зафиксирована каркасно-земляная постройка и очень много орудий труда, в том числе из бивня мамонта. Датируется это XIV веком, недавно из Калифорнии пришли [результаты] радиоуглеродного анализа", - рассказал ТАСС директор "Красноярской геоархеологии" Данил Лысенко.

Таинственная культура

Бухта Макарова расположена на северо-западном побережье Таймыра, в Пясинском заливе Карского моря. Семь веков назад в этих широтах было гораздо теплее. Примерно в XV-XVI веках началось похолодание, известное в науке как Малый ледниковый период, оно принесло в Сибирь арктические холода.

По словам Лысенко, обитатели поселения в бухте Макарова охотились на белых медведей, нерп и морских зайцев (млекопитающих семейства тюленевых). Это единственное известное на Таймыре поселение древних людей, не связанная с добычей дикого северного оленя.

В бухте Макарова есть и древнее святилище, где на отвесной скале древние жители этих мест приносили в жертву лапы и головы медведей, оленей, крылья птиц. "Достаточно древний и архаичный обряд, который, видимо, ненцы переняли у прежнего населения – сихиртя", - сказал Лысенко.

В своих мифах ненцы описывают сихиртя как маленьких людей со светлыми волосами и глазами, которые живут в "сопках", пасут "земляных оленей" (мамонтов), ездят на собаках, ловят рыбу, занимаются кузнечным делом и выходят на поверхность только ночью. Они сильные шаманы, иногда роднятся с местными народами. Двери в жилища сихиртя обозначены "рогом" (бивнем мамонта). Столь подробно описанный фольклорный образ позволяет ученым предполагать, что в Арктике существовал народ, который был предшественником оленеводов-кочевников.

"Аналогии имеются на полуострове Ямал – это памятники, выявленные исследователем Арктики Валерием Чернецовым в 1929 году. Это круг западных аналогий, связанных с досамодийским населением северных окраин. Впервые настолько далеко на восток удалось продлить какую-то культуру, какой-то народ, живший в довольно позднее предрусское время", - сказал Лысенко.

Гипотезы и факты

В XIX веке в российской науке была популярна гипотеза о существовании культуры, представители которой обитали на огромной территории Арктики: от Аляски до Западной Сибири. Валерий Чернецов, описывая свои находки, предполагал, что быт древнего народа оседлых морских зверобоев был близок хозяйству и культуре предков эскимосов и оседлых чукчей. От этой гипотезы отказались в конце ХХ века, анализ накопленных артефактов показал очень большое различие между древним населением Ямала и морскими зверобоями Берингова пролива.

Позже появилось предположение о том, что представления о сихиртя связаны с народами европейского Севера. В шестидесятые годы прошлого века археологи нашли на Ямале древнее городище Бухта Находка, которое вскоре стало известно как "городок сихиртя". Масштабные археологические раскопки там были проведены только после 2000 года. Ученые пришли к выводу, что постройки этого средневекового городища, основанного во второй четверти XIII века, аналогичны домам с деревянным каркасом и покрытым дерном, которые в средние века возводили жители Исландии и саамы на севере Европы. Найденные там постройки внешне напоминают небольшие сопки, внутри которых оказались длинные деревянные дома.

Лысенко предположил, что, вероятно, сихиртя принадлежали к досамодийскому населению Арктики. Ученый отметил, что, возможно, они связаны с саамами.

След таинственного воина

Возможно, с этим населением связана гораздо более древняя таймырская находка – погребение VII-VIII века в устье реки Гальчихи. Ученые осторожно говорят, что пока еще разбираются с обнаруженными там артефактами. "Вопрос еще предстоит решить. Это разные хронологические периоды, разные эпохи, разное время", - пояснил директор Красноярской геоархеологии.

Найденные предметы позволяют сделать несколько гипотез. В числе находок – чаша из серебра и белой бронзы, вероятно, иранского происхождения, булгарское серебро, украшения в виде гагар из бронзы. Одна из самых интересных находок в погребении - кольчуга. По словам Лысенко, так далеко на севере подобные доспехи еще не находили. Он отметил, что плетение кольчуги очень похоже на гораздо более поздние русские изделия XI века.

Участник экспедиции Николай Степанов рассказал, что открытие совершено на одной из сопок. Человеческие останки в этом месте ученые не нашли, что археологи связывают либо с особенным обрядом захоронения, либо какими-то явлениями, в результате которых кости не сохранились.

Археологи говорят, что эти и подобные им находки свидетельствуют о торговых связях местных жителей. "Все эти народы были сосредоточены не только на получении пищевых ресурсов, но и на товарном производстве, связанном в первую очередь с пушниной, добычей песца. Нам предстоит понять, куда этот песец поставлялся", - сказал Лысенко.

Он также отметил, что в русских летописях отмечаются походы новгородцев на восток за пушниной, в так называемую Югру. Ее границы, где она начиналась и заканчивалась, неизвестны. Не исключено, что и поселение в бухте Макарова испытало какое-то русское влияние.

https://nauka.tass.ru/nauka/7556961

Показать полностью 1
64

Самсон (по версии ADN)

Самсон (по версии ADN) Авторский рассказ, Опус, Мифы, Атеизм, Самсон, Мифология, История, Длиннопост

Сорок лет чуваки с пейсами шаробродились за Моисеем по жаркой пустыне, вытравливая из себя рабский дух, но через время сей народ опять таки вляпался и оказался в лютом загоне. На сей раз у филистимлян. И так продолжалось целых сорок лет. Моисей уже задолбался вертеться в гробу, вспоминая о мозолях, которые он натер об песок в пустыне, подыскивая место для чекина с надписью «Земля Обетованная».


Жалко ему было, что труды его похерены, и обратился он к Иегове с просьбой помочь избранному народу пропетлять и на этот раз. В Небесной Канцелярии резолюцию утвердили и направили на землю Ангела-оплодотворителя в поисках суррогатной матери. Легких путей никто не искал, поэтому была выбрана бесплодная дамочка, которая была замужем за Маноахом. (Подкину идею придуркам-проповедникам из «Новой хронологии», что из Маноаха можно сделать Мономаха и накормить этим свежим псевдонаучным дерьмом своих последователей).


Выполнив возложенную на него черновую работу, Ангел полетел обратно докладывать о выполненной задаче, предварительно сказав родителям, чтобы их мелкий никогда не стригся, подарив им самоучитель по заплетанию дрэдов, ибо заплетая своему чаду косы можно было нарушить его мужскую систему наведения «свой-чужой» со всеми вытекающими от сюда заднеприводными последствиями.


В положенный срок шкет сам катапультировался из чрева матери, сделав кульбит в воздухе, что свидетельствовало о его недюжей силе и проворности. Мамаша была невероятно рада, что сын избавил её от всех без исключения прелестей родов в полной антисанитарии со вытекающими последствиями. За то, что сын родился сам, его назвали Самсон (видимо дочь назвали бы Самадочь).


Чтобы не доказывать каждому дураку кто первый парень на деревне, Самсон вышел на площадь и как Арни рисонулся горой мышц. Все поняли, что с этим качком-переростком надо быть повежливее и Самсон стал ходить в авторитетах. Ему заплели семь дрэдов и он стал слушать рэгги да выращивать какие-то зелёные кусты.


Вскоре Самсон достиг того возраста, когда люди начинают делать глупости, то есть влюбляться непойми в кого. Один раз молодой раста отправился в Фимнафу за удобрениями для своих необычных кустов. Там он запал на филистимлянку, и мучимый спермотоксикозом, решил на ней жениться, чем вызвал совершенно дикие говноиспарения от всей еврейской общественности. Самсон отнёсся к этому положительно и положил на мнение сограждан, отправившись свататься к своей невесте.


По дороге в Фимнафу Самсона, на свою беду, встретил лев. Бушующие гормоны сделали своё дело, и Самсон в два счета показательно разорвал льву хлебало, вызвав трепет у всей округи. Филистимлянине приняли Самсона как родного, но не от большой любви, а следуя закону самосохранения, ведь многие из людишек вспоминают про хорошие манеры лишь при общении с тем, кто способен порвать им хлеборезку.


Пока филистимлянине готовились к свадьбе, Самсон отнефиг делать, а так же, чтобы потешить своё ЧСВ, решил сходить посмотреть на растерзанного им пару дней назад льва. Притоптал он и офигел от увиденного. Вместо целого роя мух, стаи ворон и адского штэфана от разлагающейся животинки, Самсон увидел, что труп облюбовали пчёлы, обильно наполнив его мёдом.


Самсон испил того медку, смачно лакая прямо из туши льва. Это зрелище, по своей мерзости, может затмить только хом-видео гиены с ослом. Итак, подкрепившись, Самсон вернулся к невесте аккурат на роспись. Далее был семидневный пир, на третий день которого Самсон заспорил с тридцатью брачными друзьями, что если они отгадают его загадку, то с него им 30 нарядов и 30 пар обуви, а если не угадают, то с них. Подозреваю, что в таких пьяных спорах с Самсоном был заинтересован только сам Самсон, ибо буйный пьяный великан абсолютно ни у кого не вызывает желания с ним спорить.

— Ладно, задолбал, алкаш перекачанный! Трави свою загадку! - раздраженно сказали Самсону тридцать брачных друзей.

Ну тот и выдал:

— Из ядущего вышло ядомое, и из сильного вышло сладкое

(Как тебе такое, Илон Маск?).


— Нижуя себе губу загадочка! - подумали многие гости и захлопнули свои рты, понимая, что отгадать этот полурандомный набор слов было просто нереально. Больше всех расстроились брачные друзья, поэтому они начали кидать предъявы отцу невесты, и отведя его за угол сказали:

— Сышишь? Хрен старый! Нафиг ты сюда нас позвал? Чтобы нас развели как лохов? Завязывай бегом с этим «Что?Где?Когда?» и пусть твоя дочка выведает отгадку. Иначе сожжём тебе хату.


Пришлось жене Самсона пыхтеть как на кастинге у Вудмана в его лучшие годы. В итоге только на седьмой день Самсон сдулся и как последний пилоточник рассказал жене разгадку, которую она тут же рассказала бате, а тот поведал ответ брачным друзьям, уже в серьез раздумывающих над тем, где поблизости купить спички.


Когда Самсону вывалили правильный ответ, в нем проснулась маленькая розовая принцеска, он дурканул и поджав губки, убежал в город Ашкелон, где отмудохал 30 отфонарных чуваков, снял с них одёжку с тапками, и побежал обратно, чтобы ответить за базар перед брачными друзьями. Отдав проигрыш, Самсон сказал, что какое-то время хочет побыть один, и свалил от филистимлян к бате с мамкой, да к травушке-муравушке.


Голод не тётка, а спермотоксикоз не дядька, поэтому когда евреи стали заниматься жатвой, Самсон, чтобы откосить от работы, решил совместить полезное с приятным, и проведать свою иностранную жену. Когда он вернулся в Фимнафу, то узнал, что пока «он искал себя», его невесту «переженили» на другом, решив, что Самсон навсегда потерялся от неё.


Чтобы замять конфуз, ему предложили сестру помоложе и покрасивее. Был бы на месте Самсона кто-то другой, то на этом историю можно было бы заканчивать. Но Самсон принял решение в своём духе — он решил извести на кал всех филистимлян и как последний дебил со злобным гомерическим смехом убежал в лес. Там он поймал 300 лисиц, прицепил к их хвостам пылающие факелы и пораскидывал их по полям да виноградникам, уничтожив таким образом весь урожай, обрекая филистимлян на голод. Сам же Самсон свалил в горы, откуда удобнее было наблюдать устроенные им пожары.


Когда филистимляне сообразили, за что им такие траблы, то они сожгли тестя Самсона с его дочерью, пытаясь таким образом в очередной раз уладить конфликт. Но Самсону было пофиг и он принялся шкодничать в окрестностях Ашкелона, убивая всех, кто ему попадался. Жители настолько очковали выходить за городские стены, что решили запереть городские ворота.


Решено было напасть на соплеменников Самсона, дабы хоть те смогли угомонить этого античного партизана. План сработал, и вскоре в горный штаб имени Самсона, явилось три тысячи соплеменников, чтобы те заглянули ему в глаза и спросили: «Доколе, блть, ты будешь себя вести как собака бешеная?!?!».


Заиграла тревожная музыка и Самсон усмехнулся улыбкой маньяка, которой позавидовал бы любой Джокер Ганнибалович Чекатило. Он преклонил перед народом одно колено, и вытянув вперёд две руки, сказал:

— Держите меня семеро, и ведите сдаваться к филистимлянам. Только не бейте по лицу, а то я в будущем буду плохо смотреться на памятниках архитектуры.


Когда связанного типочка привели к филистимлянам, то он как Халк разорвал веревки и принялся убегать. Филистимлянине погнались за ним, вытянувшись в длинную колонну бегущих.


А сейчас будет моё любимое место.


Безоружный Самсон бежал по дороге пока не увидел свежую ослиную челюсть (Правильно! Рога и копыта то для лохов!). Схватив её, Самсон развернулся на 180 градусов и стал в боевую стойку. Я думаю, что за всю историю существования все вместе взятые ослы в мире не убили больше людей, чем эта челюсть. А убил ей Самсон тысячу бежавших за ним филистимлян. Согласитесь, что даже Джон Уик со всеми своими навыками рукопашного и огнестрельно боя, нервно курит в сторонке.


Дальше всё пошло как по маслу: «И стал он судьей Израиля во дни Филистимлян двадцать лет». Но Самсона потянуло на баб. Ну а дальше пошла всем известная попса. Он запал на некую Далилу, которая выведала у Самсона секрет его силы, вызвала барбера, который забалабенил Самсону стильную стрижку под ноль. За тысячу сто сиклей серебра она скинула филистимлянам координаты Самсона.


Осмелевшие филистимлянине не заставили себя долго ждать, и повязали дряблого как соплю Самсона. Хорошенько относковав, а потом выколов Самсону глаза, филистимлянине взяли его к себе в зоопарк Газы, где драконили его пока у того не отросли волосы и он не помножил на ноль колонны в храме. Рухнувшая крыша похоронила под собой Самсона и овердофига филистимлян.


Издревле в раю диавол уязвил Адама женщиною… женщиною мужественнейшего Самсона ослепил…

Показать полностью
87

Байки из подземки: опасные гастроли

Так уж получилось, что у меня тут образовался маленький тупичок. Лыжи не едут Одиссей не пишется, подписчики не уходят, совесть жрёть со страшной силой. Так что я решилась выложить малеха  своих аидско-хулиганских рассказов из цикла "Хроники невидимки" (они же"Байки из подземки"). Общий посыл всех историй: это было в Аиде, аэды ничего не узнали, у царя подземного таки есть шлем невидимости, и ваааще - все было не так, а иначе! Ежели зайдет - доброшу еще. Ну и да, над чем же издеваться для начала, как не над самой лиричной и нежной античной историей про Орфея и Эвридику? Нежно любящих саму историю  - просьба простить)


Вообще-то, Аид, царь подземный славился своей проницательностью. Поскольку в чтении по глазам достиг такого искусства, что мог, мельком глянув на тень, буркнуть «Воровал у бабушки пирожки — не видать тебе Элизиума». Или сходу определить по выражению физиономии Гермеса — чем порадует поверхность на этот раз (от появления новых героев до заявления Геры, что она уйдет на край света и будет там жить).


Но в этот раз на скорбном лике Психопомпа застыла настолько глубокая, трудноопределяемая хтонь, что Владыка подумал только: «О как».

Судя по прибитости Гермеса — поверхность на сей раз решила подбросить что-то из ряда вон.

«Зевс, война, новые герои, Геракл, Зевс, — перебрал в уме Владыка. — Ссоры на Олимпе, Гера, нашествие пьяных кентавров, новое чудовище вроде Тифона… возможно — ссоры на Олимпе из-за Геракла и пьяного нового чудовища. Или просто…»


— Зевс? — выдохнула Персефона, которая основательно привыкла, что если уж что-то на Олимпе случается — Громовержец к этому окажется каким-то боком.

Гермес помотал головой, глядя на Владычицу с внезапной жалостью. Потом преодолел последние шаги и сообщил раздельно и трепетно:


— У вас. Скоро. Будет. Орфей.

— Будет — вылечим, — отмел Владыка решительно. Потому что мало ли какую хворобу с поверхности принесут.

— Так ведь это же хорошо? — оживилась Персефона. — Царь мой! Ходят слухи, что Орфей — лучший кифаред среди смертных и поет почти как Аполлон! Рассказывают, что его музыка способна разжалобить даже скалы — и вообще, он победил своим сладкозвучным пением сирен во время похода аргонавтов.

— Послушаем, — лаконично буркнул Владыка, который досыта накушался разной сладкозвучности на Олимпе (от постоянно что-то воспевающего Аполлона до Зевса, который мог под хорошее настроение перекинуться в петуха и устроить братьям утреннюю побудку после вчерашней пирушки).


Гермес неопределенно закряхтел и с мученическим видом заметил, что говорят — оно-то, конечно, разное, но молва, она, как бы это сказать, совсем немножечко преувеличивает, да и вообще…

— Что, не лучший кифаред? — подозрительно осведомился Владыка.

— Ну — Орфей-то утверждает, что лучший… — протянул Гермес, зачем-то грустно лупя себя по уху. — И, понимаешь ли, Владыка, с ним как-то… боятся спорить.


Пока царь и царица мира подземного переваривали это заявление, Гермес набрал в грудь воздуха и приступил к душераздирающему повествованию.

Неписаное правило, по которому недостаток таланта в поэте-живописце-певце восполняется количеством апломба, в рассказе Гермеса заиграло новыми красками. По этому самому рассказу выходило, что Орфею при рождении случайно достался апломб как минимум сотни других кифаредов. Что и оказалось с лихвой компенсированным за счет таланта.

На ушах будущего дарования, говорил Гермес, справляли буйную мистерию титаны (не только с плясками, но и с соревнованиями в беге-прыжках-борьбе). Голосом Орфея можно было обратить в бегство ко всему привычного Пана (а на высоких нотах — озадачить Тифона). Когда Орфей шел и пел — это действительно могло разжалобить скалы, потому что они не имели ног для бегства и вынуждены были оставаться и слушать.


Смертных у Орфея получалось разжалобить даже лучше. Послушав пару песен, смертные живо стонали: «Ах, это слишком прекрасно для нас, несчастных!» — и откупались серебром, золотом. Или пытались забросать кифареда цветами, в тщетной надежде, что это приглушит звук.

Окрыленный Орфей обозвал себя самым сладкозвучным певцом в Элладе и начал свое победное шествие к вечной славе.

— Почему он не вызвал на поединок Аполлона? — заинтересовалась Персефона. — Неужто герои нынче так скромны?


Гермес поглядел на царицу кисло. По одному виду можно было заключить, что Орфей и скромность — два понятия, не уживающиеся в одной Ойкумене. Примерно как «Зевс и верность» или «Гермес и честность».

«Пф, тоже мне, было б с кем соревноваться», — заявил Орфей, когда ему как-то раз предложили вызвать Мусагета на этот самый поединок.

Владыка, который о чем-то напряженно размышлял, поднял палец.

— У Орфея был брат, — припомнил он. — Тоже кифаред. Проходил лет десять назад.


Гермес закивал. И поведал душераздирающую историю Лина — в случае с которым малое количество апломба было компенсировано абсолютным слухом. От брата и его музыки Лин дальновидно держался подальше — и даже взялся обучать Геракла пению, бормоча невразумительное «Страшнее я все равно уже ничего не услышу»…

— …ну, а потом он получил от брата послание. Мол, Орфей собирается пожить неподалеку от него, «поделиться опытом и спеть тебе все свои новые песни». Ну, Лин, вроде как, пошел и сходу стукнул Геракла… — Гермес поскреб затылок и развел руками: — Самоубийство!


Владыка уважительно кивнул. «Самоубился об Геракла», — звучало свежо и оригинально.

Психопомп вздохнул и продолжил жутковатую повесть. Кифара Орфея звучала в этой повести, надрывая сердца и заставляя кровоточить уши. Слушатели честно предупреждали, что такого наплыва прекрасного не вынесут, и да, сейчас мы сложим о тебе легенды, только иди уже, поиграй природе, авось, простит.

Путь Орфея как великого певца был наполнен мертвыми белками, падающими с деревьев, и сатирами, боящимися показаться на глаза.


— Ну, а потом Ясон начал собирать в поход аргонавтов, и Орфей оказался в числе остальных героев… то есть, его брать-то не хотели, но тут он взялся за кифару — и…

Ясон, по словам Гермеса, оказался героем практичным и знающим — куда применять неистовую силу творчества Орфея. Начиная от мотивации команды в духе «Вот сейчас быстро гребем между этих скал, а то Орфей споет», до прицельного сбивания песнями Стимфалийских птиц. Но особенно блеснул Орфей талантом, когда на обратном пути аргонавты доплыли до сирен.

— … в общем, Ясон и его команда уже заслушались и развернули корабль, но тут кифару взял Орфей… и сирены бросились вниз со скал, — Гермес немного подумал и еще раз развел руками. — Самоубийство.


Дальше повесть стала менее жуткой и почти семейной: вернувшись домой героем, Орфей сходу женился на не успевшей увернуться Эвридике (имело место коварное оглушение мелодией). Но семейного счастья молодые хлебнули недолго: как-то раз Эвридика на лугу встретилась со змеей, а дальше… тут Гермес развел руками в третий раз.

— Самоубийство? — удивилась Персефона. Владыка же молча нахмурил брови и движением двузубца призвал к себе скорбную тень Эвридики.


В глазах у тени жила правдивая история о танце на лугу, о выползшей погреться змее… и об ожесточенном тыкании оной змеей в собственную ногу под аккомпанемент шепота: «Кусай, зараза. Фас, кому сказано! Кусь! За гидру, за Химеру… с-с-скотина, кусай скорее, он же сейчас найдет и запоет».

Змея в воспоминаниях тени мученически таращила глаза в нежелании кусать бешеных нимф.

— Гм, — выдал Владыка уже с некоторым уважением. — Ты сказал, что он скоро будет у нас. Почему?


— Самоубийство? — шепотом подсказала Персефона.

Гермес закатил глаза, как бы говоря потолку «Да если бы!». И поведал, что Орфей ну очень был расстроен смертью возлюбленной Эвридики. И решил дерзко отправиться в Аид и возвратить Эвридику обратно в жизнь… Здесь Гермес запнулся, глядя, как тень Эвридики пытается схорониться под владыческим троном.


— Угу, — определился Аид, легким движением двузубца отпинывая тень обратно в зал.

Гермес набрал воздуха в грудь повторно и приготовился озвучить варианты. Вариантов у Гермеса было много — от построения системы хитроумных ловушек до объявления эвакуации в подземном мире или опрокидывания на подземный мир чаши Гипноса. И да, есть же еще на худой конец и Тартар. И если разжиться тысчонкой талантов воска…

Психопомп заткнулся, не начав говорить. Обнаружив на лице подземного дядюшки мрачную ухмылку, говорящую «Вызов принят».

— Свиту надо будет предупредить, — озабоченно вздохнула Персефона. — Обрадуются…

В подземном мире внезапно повеяло культурной программой.


* * *


Шествие Орфея по подземному миру началось бодро, торжественно и эпически. Постанывая: «Эвридика, о-о-о-о-о, я верну тебя, Эвридика», кифаред прошагал к Стиксу. Где и был встречен сперва в штыки. В смысле, в весло.

— Я человек творческий, — заявил Орфей, глядя на весло, которым тыкал в него хмурый Харон. — Денег с собой нет. Но могу рассчитаться натурой.

Весло неопределенно повисло у Харона в руках. Лодочник осторожно попятился на нос своей посудины. Орфей вдохновенно остекленел глазами, ударил по струнам и завел:


Если вдруг друг и не друг оказался, а Пан козлоногий —

Ты его в горы тяни и оставь в них его на неделю.

Сразу поймешь, кто такой, если жив будет он и приветлив,

Если же мертв будет он — вот и нет никакой тут проблемы…


Харон, обнимая весло как лучшего друга, попятился на нос лодки, бормоча, что нет, оплаты-то не надо, а особенно натуры, и можно он лучше погребет, вот как-то просто подальше.

Естественное намерение погрести подальше споткнулось на середине реки о простейший факт: Харон обнаружил, что Орфей от него не удаляется. Потому что сидит на корме лодки.

— Я человек творческий, — гордо сообщил Орфей, и кифара прозвенела зловеще.


Сказку я вам расскажу о богине Селене,

Что виновата во всем, потому что она голубая…

Харон с одиноким и тоскливым криком попытался совершить прыжок веры за борт. Но сандалия, зацепившаяся за уключину, подвела.

Основная часть Харона грустно и безнадежно булькала что-то водам Стикса. В лодке оставались отчаянно дрыгающиеся пятки.

— А вот эту, — сообщил им затуманенный творчеством Орфей. — Я сочинил недавно — ах, этот порыв вдохновения!


Выйду я ночью с кентавром во многоширокое поле —

Тихо пойдем я и он под сияющим звезд покрывалом.

Нет ни сатиров, ни нимф, ни прекрасных во всем олимпийцев —

Только вдвоем мы с кентавром по полю неспешно шагаем…


Харон совершил немыслимую акробатику, ухитряясь грести из положения «Наполовину погружен в ледяные воды». Ледяные воды, остро прочувствовав накал творчества, помогали и сами толкали лодку.

— А знаете, с чего я начал свое творчество? — хищно сообщил Орфей теням, которые встретились ему на берегу.

Тени не знали и за это жестоко поплатились. Орфей оглянулся в поисках аудитории.

Аудитория нашлась в лице (точнее, в морде, а еще точнее — в мордах) Цербера, пытавшегося переварить убойную дозу медовых лепешек. Цербер явно не был знаком с музыкой и нуждался в просвещении.


О беспощадный Эрот, ведь никто меня страстно не любит!

Не приласкает никто, даже ласковый взор не подарит —

Что мне осталось? В саду светлоокой Деметры

Сесть на траву и объесться червями от скорби…


После первых аккордов Цербер обнаружил в себе тонкий слух. После половины песни — еще и творческую, ранимую душу. К концу песни одна голова пыталась перебить певца истошным воем, а две других судорожно затыкали уши остатками медовых лепешек. Хвост-дракон тем временем высказывался за однозначное «Бежать, залезть на дерево, я на такое не подписывался».

— Животное, — надрывно сказал Орфей, когда вой стража ворот затих вдалеке. — Что оно может понимать…


Впереди были асфоделевые поля и Области Мук.

Очень скоро тени могли в полной мере оценить раскаты донельзя фальшивого тенора:


Белые розы — шипов беззащитная нежность!

Что же творит с вами ярость Деметры холодной?

И для чего замерзать она вас заставляет,

Ваши цветки заметая снегами от горя?


Тени оценили и честно пытались сперва жевать асфодели, потом хором стенать, потом толпами валить во второй раз к Лете — за двойной порцией. Орфей подгонял их добрыми творческими возгласами: «Я подарю вам то, что незабываемо». Тени рыдали при мысли о том, что Лета может не помочь.

Поля Мук, в отличие от полей асфоделя, вынесли испытание творчеством с достоинством. Дело ограничилось перебитыми пифосами данаид и засоренным колодцем. Колодец был засорен именно данаидами, попытавшимися в нем скрыться от силы искусства.

Тантал силы искусства счастливо избежал, воткнув голову в песчаное дно реки, на котором стоял.


Сизиф попытался провести атаку за все хорошее, оседлав камень и боевито катясь на нем на несладкоголосое дарование. Дарование увернулось, всхлипнуло и добило Сизифа в спину песней о невесте, которой повезло, потому что вскоре жених будет тратить ее приданое.

— Варвары, — оскорбленно вздохнул после этого Орфей и направился искать ценителей своего творчества.

По пути творчеством были жестоко травмированы несколько мормолик и две случайно подвернувшиеся гидры.


* * *


— Я человек творческий, — надрывно сказал Орфей, извлекая из кифары причудливые звуки. Казалось, кто-то пытает дикую кошку — или дикого Диониса. В глазах у Орфея горело непреклонное «Ща спою!»

Аид, который в задумчивости певца созерцал, чуть пожал плечами и дал отмашку начинать. Свита вытянула шеи. Гермес тихо выполнил защитный жест — он так и не смог оставить дядю на растерзание музыке.

— Это песня — о моей безграничной любви! — пафосно-рыдательным тоном выдал кифаред.


Хочешь — достану тебе этих странных оранжевых фруктов?

Хочешь — прочту наизусть я тебе «Илиаду» Гомера?

Хочешь — повеют сейчас смерти черные крылья

Над головою соседей, что спать нам мешают?


Персефона после первых же строк склонилась на грудь к мужу — непонятно, то ли смахивая слезы, то ли так просто было удобнее. Танат чуть приподнял брови, показывая, что текст, в целом, одобряет. Свита восхищенно загомонила.

Что-то было не так. Допев песню, Орфей нервно потренькал струнами. Не было ни благодарных обмороков, ни предложений «Отдать за такую красотищу все и сразу». Правда, Эмпуса свалилась на пол в мгновенных конвульсиях, но тут же подскочила и проорала: «Воооо продирает!»


— Гм, — сказал царь подземный. И показал жестом — мол, есть что-то еще?

— История о великой любви! — уже менее решительно отозвался Орфей.


Долго я буду свою гнать в полях колесницу.

Остановлю средь лугов, где цветов изобилье.

Там соберу я букет, чтобы в дар преподнесть деве юной,

Что мое сердце украла, как Гермий — стада Аполлона…


Гермес покивал со слезами на глазах — и это было не чувство признательности. В рядах подземных раздались сдавленные стоны и торжествующие вопли: «Ха-а-а, продержался только две песни, продул спор!» Керы, кажется, развернули какой-то плакатик, на котором кровью было намалевано о том, как они любят певца.

Что-то определенно было совсем не так. Орфей выдохнул и взялся за свою лучшую композицию — после нее случайно подвернувшиеся певцу Грайи в голос жалели, что у них один глаз и один зуб, а не одно ухо:


Слух преклони — жил когда-то несчастный художник,

Скромно расписывал амфоры в домике старом,

Только влюблен в Мельпомену он был, музу драмы,

Ну, а она лишь цветам отдала свое сердце…


Поднатужившись, Орфей на особо жалостном моменте о море цветов взял высокое «си». Вдоль стен треснули светильники. Трех Эриний сбило с крыльев.

Владыка выразил на лице легкую заинтересованность.

— А есть что-нибудь про песиков?

Через два часа Орфей значительно осип.


* * *


Не беспокойся, сказал я тебе, нас они не догонят:

Пеший едва ли сумеет догнать колесницу…


На последней строчке великий кифаред дал петуха, сам это услышал и озадаченно примолк.

Среди свиты царили вдумчивые настроения — кто-то спорил насчет «Да нет, Пан тут рядом не валялся», кто-то звал Гекату с нюхательной солью, кто-то гордился своим бесстрашием. Персефона стойко блюла позицию у мужа на груди. Владыка стойко сохранял скучающую мину.

— Ладно, — сказал он наконец. И, подумав, прибавил: — Ты приходил только показать свое искусство?


Глаз певца тихо дернулся. Творческий человек осознал, что забыл попросить обратно Эвридику.

На просьбу Аид откликнулся с пониманием и всучил возлюбленному рыдающую тень, дав наставление — не оглядываться.

— Я напишу об этом новую песню, — хрипло пообещал кифаред, вызвав нервный вздох у Гермеса.

Через мучительный промежуток времени отзвуки кифары начали затихать в отдалении. Психопомп потрогал распухшие уши и неверящими глазами вперился в царя подземного.


— Владыка — как?!

— Пф, — ответил Аид со скукой на физиономии. — Ты слышал, как поет Геракл?

— Ну-у-у издалека…

— Так вот, у него это наследственное.

Аид не стал говорить, что всех трех братьев-Кронидов счастливо объединяло полное отсутствие музыкального слуха. Что позволяло в славные деньки юности леденить сердца врагов на примирительных пирах и ходить в тройные психологические атаки.


— Н-но… Владычица?! — поразился Гермес.

— А что — Владычица, — хмыкнула Персефона, переставая затыкать правое ухо гиматием супруга и выпрямляясь на троне. — У меня — мама.

Когда Деметра прощалась с родимой дочуркой — возле ее пещеры старались не пролетать птицы.


— Н-но Танат?!

Бог смерти не откликнулся. Он плавно водил точильным камнем по мечу и пребывал в альтернативно прекрасном мире холодного оружия, выпадов и ударов.

— Н-но Гип… — Гермес взглянул на подозрительно благодушного Гипноса и принюхался к густому маковому аромату. — А, ну да. Но Владыка, неужели ты так и отпустишь тень Эвридики в жизнь… и никак не отмстишь за пострадавших подданных?

Пострадавшие подданные расходились и расползались, делясь впечатлениями — «Таких-то ужасов и у нас не насмотришься!» «Меня на четвертой аж до печенок прохватило!»

Владыка двинул бровью, как бы говоря — «Обижаешь».


В руках у него неизвестно откуда появился шлем невидимости.

…обратный путь Орфея проходил даже слишком гладко. По пути он сипло сочинял под нос новую песню:


Я обернулся внезапно — узреть я хотел бы,

Не обернулась она, чтоб узреть — вдруг и я обернулся?


Но оборачиваться на всхлипы следующей за ним Эвридики отказывался категорически. Даже на шепот «Ой, кажется, я не могу идти дальше». Даже на просьбы повернуться лицом и спеть.

Цербера не было, зато у ближайшей ивы тревожно похрустывали под чем-то тяжелым ветви. Харон перевез кифареда и тень Эвридики с такой скоростью, будто на олимпийских играх все же ввели состязания по скоростной гребле.


Надежды Эвридики таяли с каждым шагом к свету.

— Сейчас, — напевал себе под нос Орфей, — сейча-а-а-ас, дорогая, мы выйдем отсюда, а потом я тебе спою все свои новые песни…

— Да не вопрос, — согласилась вдруг Эвридика из-за спины хмурым басом. — Мы еще с тобой и дуэтом споем.


После чего предполагаемая Эвридика напела строчку о колеснице Гелиоса, которую нарисовал на воске мальчик, желающий мира. Слегка ушибленный этим чудовищным звуком, Орфей тихо выронил кифару и обернулся…

— Муа-хахаха!!! — возопила счастливая тень Эвридики, сунула суженому под нос кукиш и форсажно удалилась к Лете.


Потрясенный Орфей сперва вышел из подземного мира, потом что-то осознал, обернулся…

И наткнулся глазами на валун там, где раньше был вход. На валуне красовалась однозначная надпись.

— В каком смысле — неприёмный день?! — возмутился кифаред. — Я — человек творческий!..


* * *


— В общем, это очень печальная история, — сказал Гермес и промокнул уголок глаза углом хламиса. — Просто понимаете… Орфей скорбел, и тут, непонятно почему, мимо проходил Геракл…

Владыка выразил на лице легкое изумление. Танат пробормотал, что да, известно — вечно этот герой мимо проходит, а потом…

— …а потом Геракл решил утешить друга. И спел.


«Да неужели?» — говорили полные искреннего незнания глаза Владыки.

— Ну, а Орфей… в общем, пошел и убился об вакханок, — Гермес развел руками и хотел добавить что-то о самоубийстве, но передумал и добавил: — Геракл.

— Быстро развивается, — жизнерадостно заметила Персефона.

— Примем, пристроим, — лаконично отозвался Владыка, не замечая вопрошающих взглядов племянника.


— И вот еще, — решился тот. — Я никак не могу понять: а что заставило его тогда обернуться?

Владыка подземного мира слегка пожал плечами. Персефона прыснула в кулачок и тихо предположила:

— Сила искусства.

Показать полностью
94

Тесей и дорога в Афины

Тесей и дорога в Афины Рассказ, Авторский рассказ, Юмор, Черный юмор, Мифология, Древнегреческая мифология, Стеб, Опус, Длиннопост

Афинский царь Эгей, несмотря на то, что был половым агрессором, детей так и не заимел, хоть и перееимел пол Греции и имел славу похлеще чем Вудман и Лысый из Brazzerz вместе взятые.


Народец уже начал потихоньку обсуждать темку про то, а не лишняя ли у их царя первая буква в имени? Хоть к геям в те времена относились нормально, Эгей себя к ним нифига не относил, поэтому лихо заморочился и решил посетить оракула, жившего в Трезенте, который по совместительству был мужским лекарем-пекарем.


После гадания на двух пальцах в известном месте у Эгея, Оракул посоветовал чуваку хоть пару дней никого не драть, ибо его семя тупо не успевало созревать. Но Трезентский царь, у которого остановился Эгей, не хотел, чтобы у его гостя появился наследник, поэтому царь, в сопли Напоил Эгея и как любящий античный отец приказал собственной дочери Эфре покувыркаться с гостем.


Папкино слово в те времена было закон, даже несмотря на то, что у Эфры на этот вечер уже была набита стрелка с её хахалем — Посейдоном, поэтому Эфра, как добропорядочная дочь, сначала размялась с бухим Эгеем, выполнив папкино поручение, а потом уже оттянулась по полной с Посейдоном. Не мудрено, что после такого паровоза она вскоре поняла, что беременна.


Не взирая на то, что Эгей в том процессе был всего лишь на разогреве, но в Трезентском ЗАГСе решили не портить себе статистику, и в графу «отцовство» вписали сразу два имени — Посейдона и Эгея, полностью пренебрегнув дедовским законом: «Кто последний, тот и папа».


Эгей, узнав, что наконец-то станет отцом, спрятал под огромным камнем для сына меч и тапки, скинув Эфре смской координаты закладки, и повелел, что когда мелкий вырастет и окрепнет настолько, что сможет сдвинуть тот камень, то пусть берет режик и топает в его тапках к нему в Афины.


Мелкий родился молодцом — полметра в кэпке и 3,5 кг весом. Назвали шкета —Тесеем, но мамка Тёсю не сильно жаловала, ведь её пробивала жуткая стыдоба от вспоминаний о той весёлой ночке, в которую он был зачат, поэтому, когда Тесею пришло время идти к папке, то она зажала сынку денег на билет на корабль, поэтому пришлось Тёсику чесать пешкадралом.


Если ранее дорога в Афины была безопасной потому, что Геракл от нефиг делать отправил всех чудищ в античную Красную Книгу, то на момент тесеевого движения, уже как несколько лет все дороги кишили разными упырями, а всё из-за того, что Геракл отъехал в сексуальное рабство к Омфале, где носил женские платья, и чуть не был оприходован из-за этого Фавном. Естественно, что в отсутствии сильной руки вся нечисть повылазила и драконила местное греческое население.


Поэтому чапая в Афины, Тесей проломил башку гиганту Перифету, забрав его железную дубинку. Соснул и «Сосносгибатель» Синис, который развлекался тем, что сгибал сосны и привязывал людей к ним, после чего отпускал сосны и людей разрывало на две части. Тесей проделал с ним его же фокус, и довольный результатом, решил мочить последующих упырьков их же методами.


Скирон, который заставлял путников мыть себе ноги на краю скалы, а затем пинком скидывал их в бездну, тоже полетел к своим жертвам держась за зад после увесистого пендаля, угодив прямо в пасть гигантской черепахе.


Прокруст укладывал своих жертв на кровать, подбирая её так, чтобы она была им либо мала, либо велика. Если кровать была велика, то он растягивал своих жертв, если мала, то обрубывал. Тесей сам положил его на кровать и Прокруст знатно прохрустел всеми своими костьми, от чего и воткнул в адовых муках, хорошенько перед смертью рассмотрев свой собственный копчик.


В общем Тесей развлекался по дороге в Афины как мог, кромсая вымирающие виды злобных чудиков направо и налево, поэтому перед тем, как явиться к отцу, он решил отправиться к алтарю Зевса-Мэлихия, чтобы обменять добытые очки опыта на полезные скиллы и армор, ибо Тесей порэпанной пяткой чувствовал, что в Афинах ждут его новые, более крутые испытания, но это уже другая история.

Показать полностью
1676

Проблема

Проблема: ребенок, которому предсказано погубить какого-то царя


Греческое решение: отдать ребенка максимально ненадежным слугам, которые вместо убийства оставят его на тропе максимально дружелюбных кормящих самок диких зверей недалеко от жилища максимально жалостливого бездетного пастуха


Еврейское решение: убить всех младенцев

Проблема Мифология, Ветхий завет, Библия, Древнегреческая мифология
616

Все проблемы в греческих мифах начинаются с...

Ты — древнегреческий воин. Проведя четыре месяца на войне, ты возвращаешься домой и узнаёшь, что твоя жена на третьем месяце беременности. Так что ты отправляешься в поход с великой целью: дать по морде Зевсу.
________________________
В самом начале похода ты встречаешь ещё одного парня с похожей проблемой. Вы решаете объединиться, ибо у двух смертных больше шансов врезать Зевсу, чем у одного.

Миновав две деревни, вы встречаете женщину, у которой после "отношений" с Зевсом остался сынок — злобный получеловек-полувепрь. Она разделяет вашу ярость и просит взять её с собой.

К горе Олимп ты подходишь с огромной устрашающей армией обманутых/совращённых смертных, выросших без отца полубогов, жаждущих мести мифических чудищ и одной швеи (но ты почти уверен, что это переодетая Гера).

У Зевса не было ни единого шанса.
___________________
Хочу книгу про это. (Прим.пер.: я тоже хочу)

Оригинал: https://www.instagram.com/p/BqaRpqEhikC/?utm_source=ig_share...

175

Авгиевы конюшни

Согласно древнегреческой мифологии, элидский царь Авгий был сыном Гелиоса (бога Солнца). Дабы обеспечить ребёнку безоблачное существование, отец одарил его несметными стадами коз, быков и лошадей. Всё это бесчисленное поголовье жило на скотных дворах (конюшнях), построенных на берегу реки Алфей. Навоз же и прочие отходы просто сбрасывались работниками в воду. И всё бы хорошо, но, к несчастью, мелководный Алфей катил свои волны через Олимпию – место обитания полчищ спортсменов, где каждый вечер, наметавшись дисков и набегавшись, атлеты приходили к реке для омовения. Вид же дурно пахнущих кучек, проплывавших по течению, мягко говоря, несколько портил настроение олимпийцев. Несчастного скотопромышленника ругали на все корки, жаловались в храмах его отцу, а некоторые горячие головы обещали даже пустить стада под нож. Авгию ничего не оставалось, как, вообще, прекратить убирать навоз.

По истечении 30 (!) лет положение на скотных дворах стало катастрофическим. Бесчисленные болезни, разносимые мириадами мух, выкосили добрую треть стад. Крестьяне, не выдерживающие смрада разлагающихся отходов, грузили скарб на колесницы и бежали в другие земли. Зловоние поселилось даже в дворцовых покоях. Обеспокоенный Авгий объявил, что готов отдать десятую часть скота тому, кто сможет справиться с возникшей проблемой. Каково же было изумление царя, когда явился некий Геракл, заявивший, что задача ему по плечу. Хитроумный герой ранним утром завалил камнями русло Алфея, а вечером разрушил плотину. Ревущий поток в мгновение смыл все нечистоты со скотных дворов и унёс их в Ионическое море. Тонны навоза стремительно миновали Олимпию, не нарушив сна уставших за день спортсменов. На следующее утро Геракл явился за расчётом. Вот тут-то между ним и Авгием разгорелся скандал. Царь никак не мог взять в толк, что за день трудов сезонному рабочему надо отдать десять процентов своего состояния. Геракл же настаивал на том, что работа выполнена, а сроки никак не оговаривались…

Авгий прогнал Геракла, а тот, полыхая праведным гневом, вернулся с войском, штурмовал дворец и убил гелиосового сына.

С тех пор в языке появилось крылатое выражение «Авгиевы конюшни», означающее, что быстрота и рвение при выполнении какого-либо задания, неизменно приведёт к конфликту с работодателем.

Похожие посты закончились. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: