Дубликаты не найдены

+59

Очень праздный чиновник думает о далёком будущем через 200 лет, в котором у него все до сих пор хорошо.

раскрыть ветку 5
+28

нам ещё 73 года светлого будущего ждать

ещё комментарии
+22
Родись вы на 2 столетия позже, вас бы посадили за экстремизм.
+26
Иллюстрация к комментарию
раскрыть ветку 11
+29
Иллюстрация к комментарию
раскрыть ветку 2
+5

Джейсон Стленин

раскрыть ветку 1
+3

Ну пить явно стали меньше, а вот воровать, наверно, больше и наглее.

-6
Ну это во всём мире и не надо быть умным, чтоб так сказать.
-26

в наше время этот хуй работал бы на Дожде и обивал пороги америконского посольства за грантами.

раскрыть ветку 5
+9
Иллюстрация к комментарию
+6

Хз, шлюхи с первого тебе нравятся больше?

раскрыть ветку 1
0

Какую хуйню вы несёте)

раскрыть ветку 1
ещё комментарии
+8

Так и 200 лет не прошло

раскрыть ветку 3
+4

+1. У нас есть еще шанс на Прекрасную Россию Будущего.

Иллюстрация к комментарию
раскрыть ветку 2
0
Комментарий удален. Причина: данный аккаунт был удалён
-2

Кто знает, на этой фото он шутит, или реально выдаёт за то что его так облили зеленкой? Не может же быть чтобы настолько очевидный бред гнали.

+5

согласна - плюсанула -- но.. причем тут поэт ??

раскрыть ветку 1
+9

Писатель- прозаик!

Про каких таких заек!?

+3

Чехов великий писатель.И как любой хороший писатель мог предвидеть будущее.А читать его произведения-истинная радость для ума и сердца:


Лежит она, эта книга, в специально построенной для нее конторке на станции железной дороги. Ключ от конторки «хранится у станционного жандарма», на деле же никакого ключа не нужно, так как конторка всегда отперта. Раскрывайте книгу и читайте:


«Милостивый государь! Проба пера!?»


Под этим нарисована рожица с длинным носом и рожками. Под рожицей написано:


«Ты картина, я портрет, ты скотина, а я нет. Я — морда твоя».


«Подъезжая к сией станцыи и глядя на природу в окно, у меня слетела шляпа. И. Ярмонкин».


«Кто писал не знаю, а я дурак читаю».


«Оставил память начальник стола претензий Коловроев».


«Приношу начальству мою жалобу на Кондуктора Кучкина за его грубости в отношении моей жене. Жена моя вовсе не шумела, а напротив старалась чтоб всё было тихо. А также и насчет жандарма Клятвина который меня Грубо за плечо взял. Жительство имею в имении Андрея Ивановича Ищеева который знает мое поведение. Конторщик Самолучшев».


«Никандров социалист!»


«Находясь под свежим впечатлением возмутительного поступка… (зачеркнуто). Проезжая через эту станцию, я был возмущен до глубины души следующим… (зачеркнуто). На моих глазах произошло следующее возмутительное происшествие, рисующее яркими красками наши железнодорожные порядки… (далее всё зачеркнуто, кроме подписи). Ученик 7-го класса Курской гимназии Алексей Зудьев».


«В ожидании отхода поезда обозревал физиогномию начальника станции и остался ею весьма недоволен. Объявляю о сем по линии. Неунывающий дачник».


«Я знаю кто это писал. Это писал М. Д.».


«Господа! Тельцовский шуллер!»


«Жандармиха ездила вчера с буфетчиком Костькой за реку. Желаем всего лучшего. Не унывай жандарм!»


«Проезжая через станцию и будучи голоден в рассуждении чего бы покушать я не мог найти постной пищи. Дьякон Духов».


«Лопай, что дают»…


«Кто найдет кожаный портсигар тот пущай отдаст в кассу Андрею Егорычу».


«Так как меня прогоняют со службы, будто я пьянствую, то объявляю, что все вы мошенники и воры. Телеграфист Козьмодемьянский».


«Добродетелью украшайтесь».


«Катинька, я вас люблю безумно!»


«Прошу в жалобной книге не писать посторонних вещей. За начальника станции Иванов 7-й».


«Хоть ты и седьмой, а дурак».

Жалобная книга (Чехов)

раскрыть ветку 1
+2

Не предвидел он многих вещей.

Времена просто не меняются толком.

0

У меня еще никогда так от текста в глазах не рябило

0

Ммда, а "Из жизни земского врача" превратились в истории службы скорой помощи. Похоже.

0

Человеческий мозг удивительная штука, крайне поднаторевшая в уходе от тяжелых переживаниях. Иногда его надо подтолкнуть, как например при децимациях, но как правило с самооправданием он прекрасно справляется и сам.

Мы отринули свободу в тот день, и с великим облегчением. С того момента мы жили с настоящей свободой, свободой ткнуть в кого-то другого и сказать: «Мне приказали! Это они виноваты, не я». Свобода. Помоги, Боже, сказать: «Я только выполнял приказ».
0

Ну в наше время вполне обоснованно надеяться на лучшее будущее, которое наступит через 200.

К тому времени заменим почти всех мелких чиновников на искусственный интеллект.

раскрыть ветку 4
+1

Чиновники сами себя добровольно заменят на ИИ, ага, щас.

раскрыть ветку 3
+1

Крупные чиновники заменят мелких.

Чем меньше воровства снизу, тем больше достается начальству.

раскрыть ветку 2
Похожие посты
27

Встретимся снежным летом (часть 3, окончание)

Часть 1

Часть 2

Litmarket (полный текст для удобства)


Все было белым, насколько хватало глаз.

Инна протянула руку, пытаясь поймать снежинку, но та исчезла, раньше, чем коснулась ладони. Было только поле, голое и неприкаянное, покрытое снегом, из-под которого не пробивалась ни одна травинка. А небо… Его словно не было. Было что-то вязкое, постоянно меняющее форму, не низко, но и не высоко. Просто было.

— Эй! – крикнула Инна, но не услышала своего голоса.

Неужели это и есть посмертие?

Только что она была в городе своего детства, видела мать. И себя, маленькую. И честно говоря, надеялась, что ей позволено будет остаться там. Но теперь…

Инна попыталась осмотреть себя. Руки, тело… Но они исчезали, стоило посмотреть на них пристально. И возникало ощущение, что она видит одновременно и детскую ручонку, и старческую кисть, и руку тех времен, когда была в расцвете – на ней даже блистало обручальное кольцо. И мысли… Инна вдруг поняла, что помнит абсолютно, от первого удара своего сердца, до последнего. Жизнь раскрылась перед ней; раскрылась и смерть.

И теперь Инна стояла, глядя в переменчивое небо – оно было таким же, как она – цельным. Он первого дня мира, до последнего – это было одно и тоже небо. Как от рождения до смерти идет один и тот же человек, несущий в себе прошлое, настоящее и будущее.

Можно было остаться здесь. По сути, никто отсюда никогда и не уходил. Но некоторые все же выглядывали на иной слой бытия. Засыпая здесь, они просыпались в мире, который называли реальным. И делали там то, что называли жизнью. Этот процесс был прост и естественен, так было всегда. Каждый может выбрать: жить или находиться в безвременном мире вечной зимы.

Но иногда сама Долина Вечного Сна соединялась с другими реальностями, принося свои вьюги и хаос, меняя время местами. Почему? Кто знает. Быть может иногда желания спящих становятся такими сильными, что могут соединять миры? Инна чувствовала, что желание защитить старшую сестру, помочь ей уйти от гнева матери как-то способствовало приходу призрачного снега. Боль, раскаянье, смирение, принятие – все перемешалось. А потом – резко, как вспышка, пришло понимание. Нужно было вернуться в мир, чтобы кое-что доделать. Выход отсюда был только один. Инна легла на землю, свернувшись клубком и закрыла глаза. Стало тепло…

***

На опознание Кристина пошла одна.

Надя порывалась пойти с ней, к тому же страшно не хотелось оставаться в одиночестве, но внучка настояла:

— Нет. Тебя со мной не пустят. А я не хочу, чтобы осталась одна среди незнакомых людей, не хочу, чтобы попала в беду. Хватит с меня того, что я не усмотрела за бабой Инной.

За эту ночь Кристина словно стала старше. Ей было 24, и до сих пор в голове гулял ветер. Она меняла мужиков, которые, как один, постоянно ей изменяли; не могла долго работать на одном месте и всем отвечала одно: "Я ищу себя".

Но за эти сутки, когда она потеряла любимую бабушку и нашла другую, заблудившуюся во времени, что-то изменилось. Надя все-таки задремала на диване, и когда она, в полудреме, открывала глаза, то видела одну картину: Кристина сидит возле окна, то курит, то просто крутит зажигалку и губы девушки сжаты, а взгляд направлен далеко вглубь себя.

Кристине достаточно легко было поверить, что Надя – ее бабушка. Фото. Рассказы Нади. Пусть баба Инна и не уточняла, как потеряла старшую сестру, но кое-что все же рассказывала – про отца, бросившего их, про мать. В наше время легко поверить в чудеса. Книги, фильмы, телепередачи –подсознательно мы уже готовы ко многому, хоть зомби-апокалипсису, хоть к перемещениям во времени. Во что Кристина не могла поверить, так в то, что баба Инна пропала безвозвратно, что именно ее сбила машина на трассе. Нет! Бабушка должна быть вечной, неизменной… Немного ворчливой и всегда доброй. Она должна увидеть свою пропавшую сестру! Должна! Иначе зачем это все…

И терзала еще мысль, что баба Инна тоже потерялась во времени. Что если она ушла в ту же дверь, через которую прошла Надя? И куда она отправилась? В прошлое? В будущее, где у самой Кристины уже внуки? Была во всем этом страшная безысходность, которую не перескочить, не объехать, а только встречать лицом к лицу. И Кристина поняла: нужно быть сильной. Нужно взять ответственность.

Так что, рано утром, она отправилась в полицию, а оттуда – в морг, на опознание.

***

Надя пыталась понять этот мир.

Кристина, еще вечером упомянула, что СССР больше нет. Это она и сама поняла, еще когда они бегали по городку, в поисках Инны. Полиция вместо милиции, куча вывесок на иностранном языке. Похоже, страну захватили. Кто, когда? Американцы? Англичане? Снова была война с немцами?..

С другой стороны, все ходили свободно и на угнетенных не походили. У многих были телефоны без провода, прямо в кармане, в которых, к тому же были вмонтированы маленькие телевизоры и проигрыватели – наверняка страшно дорогие. Или нет? Надя никак не могла понять: бедно живет ее младшая сестра или наоборот, очень богато: цветной телевизор, чайник, сияющий подсветкой, огромный холодильник, прекрасная плита. Даже туалет не на улице, а в доме, как в городской квартире. Вода, проведенная в дом, и не нужно идти с ведром до колонки. Или теперь все так живут?..

Технические чудеса удивляли, но Надя чувствовала себя очень одиноко. Да, здесь не было матери с прутом. Но не было и подруг, не было Андрея, того студента, из-за которого поднялся сыр-бор. Самое главное, здесь теперь не было Инны. Как бы хотелось ее обнять! Ведь не важно сколько лет прошло. Но она пропала. И Надя чувствовала, знала, что это не случайно. Она пришла сюда через 50 лет, но все равно разминулась сестрой…


***

"Господи, если ты есть. Пусть это будет не баба Инна, пусть не она…"

Кристине сначала показали одежду – и девушка облегченно выдохнула, нет, чужая. А потом привели посмотреть на женщину, до подбородка накрытую белой простыней.

— Это не бабушка. Точно.

Кристина вышла из морга и сразу закурила. Ее всю трясло от пережитого стресса, но сквозь туман страха пробился луч надежды. По крайней мере, бабушка жива. Скорее всего.

По дороге из морга, она зашла на квартиру, где жила с мужчиной – забрать забытые вещи.

Тихо открыла дверь своим ключом, осмотрелась. Вокруг какой-то хлам, полное ощущение раздрая. И самое неприятное – это был ее раздрай. И в квартире, и в жизни. Жила, словно во сне, не просыпаясь…

Потихоньку вошла в комнату, где спали двое, витал запах перегара. И с этим она хотела связать свою жизнь?..

Взяла сумку, начала складывать, то что забыла.

Мужчина проснулся. Силился, что-то сказать, но мучился сильным похмельем.

— Ключи оставлю в прихожей, - сказала Кристина, - Не забудь закрыть за мной дверь. Райончик тут сам знаешь, не бей лежачего. Еще украдут вас.

Сказала это и пошла на выход, поражаясь сама себе. Ни злости, ни ревности, просто спокойное понимание, что все сделала правильно.

Вслед раздался крик: "Займи полтос!". Но Кристина уже вышла, ни разу не оглянувшись.

***

Инна вышла на оживленную улицу.

Все было незнакомым. Женщина попыталась вспомнить, где находится и не смогла. Кто она? Что здесь делает?

На улице стояло лето, припекало солнце, шумела листва. Но зачем она здесь?..

"Я ищу сестру, - вдруг вспомнила Инна, - Мама послала меня искать Надю! Где же она может быть?".

— Бабушка, с вами все хорошо? – над ней склонилась какая-то женщина, - Может "Скорую"?

— Да… - медленно проговорила Инна, - А где сейчас нахожусь?

В ее голове, словно фильм, мелькали картинки, хаотичные, смутные, но очень важные. Очень.

Женщина ойкнула и вдруг коснулась виска, на котором была странная штуковина, похожая на змейку.

— Здравствуйте. Я нахожусь возле центрального парка, тут женщина, судя по всему память потеряла. Возможно нужна медицинская помощь. Без биометрии. Вообще ничего. Да. Да. Конечно, подожду.

А Инна смотрела вокруг, узнавала и не узнавала. Вот, вроде бы Бабья Гора виднеется, значит она у себя в городке, но что за место?

— Милая, тут ведь дома были, пятиэтажные, верно?

Женщина задумалась:

— Честно говоря, не помню… А, слушайте, да, были. Их сносили, я маленькой была. А вообще тут парк, старый уже…

— А какой сейчас год?

Женщина вздохнула.

— 2062.

Через несколько минут приехали врачи.


***

— Это не баба Инна, точно, - Кристина налила себе чаю, устало села на диван, зажав кружку в ладонях.

— Думаешь, она… Ушла, как я?

Девушки переглянулись и одновременно опустили взгляд.

— Если она попала туда, в прошлое… Что с ней будет? - тихо спросила Кристина.

— Наверно, милиция заберет, - медленно сказала Надя и с болью посмотрела на внучку, - В интернат отправят… Наверно. Я не знаю…

— Я буду продолжать искать, - твердо сказала Кристина, - Я не сдамся.

— Я тоже.

— Тебе… Очень тяжело будет… Привыкнуть. Столько поменялось…

— Но прутом по лицу меня бить не будут, верно? – Надя усмехнулась одним уголком рта.

— Я обещаю.

Посидели в тишине.

— Рассаду нужно высадить. Инна старалась, нельзя, чтобы труд пропал, - Надежда прикрыла глаза ладонью, - Нужно начинать с малого. Ценить то, что есть.

— Да, - Кристина кивнула, - Я сегодня это очень хорошо поняла. Радоваться простому. Что солнце светит. Что не бабушка… Там лежит. Что есть… Надежда.

— Что? – переспросила задумавшаяся Надя.

Девушки секунду смотрели друг на друга, а потом рассмеялись.

***

Инна гуляла по саду.

Она уже свыклась с тем, что все стало другим. 50 лет вперед, как единый шаг, но сил на удивление уже было. Разум словно спал, ей все казалось, что она посреди снежного поля, чего-то ждет…

Сиделка присматривала сразу за всеми гуляющими – везде в саду были камеры. И если кто-то уходил далеко, у него в ухе раздавался мягкий голос, который просил вернуться. И люди подчинялись.

Инне "биометрию" ставить не стали – из-за возраста было опасно. Поэтому, если бабушка уходила далековато, к ней спешила живая сиделка, которая за руку вела ее, куда нужно.

Вот и сейчас, молоденькая девочка, Оксаночка, бежала к ней:

— Инна Константиновна, сюда не нужно идти, не уходите далеко. Скоро обед.

— Оксана, ты это видишь?

— Что?

Сиделка задрала голову, чтобы увидеть, что показывала баба Инна.

— Снег идет, - с удивлением сказала она, - Надо же.

— Снег… - женщина вздохнула, - Ты иди, я еще немножко погуляю перед обедом. Далеко не уйду, обещаю.

Через несколько минут земля затряслась.

И снова, все изменилось.

К лучшему.

Показать полностью
57

Встретимся снежным летом (часть 2)

ЧАСТЬ 1


Кристина устала плакать и просто сидела, глядя в одну точку, изредка судорожно вздыхая и шмыгая носом. Телефон молчал. Бабы Инны нигде не было.

Весь день крутилась только одна мысль: "Какая дура, зачем я отпустила бабу посреди ночи!". И безысходность, тугая и холодная, сжимала все внутренности. Где в этом городишке можно потеряться?.. Вариантов не так уж много и один хуже другого.

В полиции приняли заявление о пропаже, но чувствовалось, что особого рвения в поиске бабушки ждать не стоит.

— Будем осматривать мусорный полигон... Лесок прочешем. Сами знаете, сколько вокруг города ям...

Весь день Кристина бегала по городку, показывая фотографию бабы Инны.

— Константиновна пропала?! – люди ужасались, качали головами... И все. Ни информации, ни желания помочь с поисками.


Темнело. От бабушки не было ни слуху, ни духу.


Кристина похоже задремала как была сидя на стуле. Потому что подскочила от шума хлопнувшей двери, как от выстрела.


Полоумная Надя вошла в дом и осторожно присела на край дивана, положив ладони колени. Глаза ее были полны страха и слез.


Кристина скрипнула зубами от злости. Еще и эту... родственницу нужно врачам сдать.

И без нее день выдался страшным и тошным. Но дурочка эта объявилась, когда точно не ждали...


— Скажи еще раз, какой сейчас год? – голос Нади сильно дрожал, она делала над собой усилие, чтобы не разрыдаться.


Кристина с ненавистью выдохнула:


— 2012.


По Надиным исполосованным щекам заструились слезы. В который раз.


— Откуда ты только взялась, а? – Кристина устало прикрыла глаза, – Почему так всегда - если что-то плохое случается, то жди еще и еще всякой дряни?


Надя не ответила.


С утра она голосила, что ищет Инну и маму. Кристина не особо тогда удивилась - далеко не всех родственников она знала и мало ли кого какая нелегкая принесет. Разбираться было некогда - баба Инна все не возвращалась и нужно было что-то срочно предпринимать.


Но то, что девчонка не в себе, стало очевидно очень быстро.


— Ты из психушки наверно сбежала, решила у бабы Инны перекантоваться? – Кристина встала, включила чайник.


Надя, не переставая плакать, помотала головой.

— Нет. Я здесь живу. С мамой и сестрой Инночкой. Где они? Почему все так?..

Повисла тишина, лишь шумела закипающая вода.


— А может я и правда спятила, – тихо проговорила Надя, – Или сплю.


Кристина хотела ответить ей что-нибудь резкое, но щелкнул закипевший чайник и девушка просто достала чашку.


— Эй, ты чай будешь? Или кофе? Может есть хочешь? Вроде бы суп оставался.


Надя не успела ответить - раздалась резкая неприятная трель.


— Слушаю! – Кристина с волнением присела на стул. И действительно – слушала, кусая губы и прижимая к груди сжатый кулак. Мрачнея с каждой секундой


— Это из полиции, - проговорила она, после того, как молча просидела несколько минут, – Вроде бы бабу Инну видели утром на окраине, возле трассы. И может... Они сами еще не знают... Короче. Нужно...


Лицо девушки скривилось, она всеми силами сдерживала истерику.


— Вроде бы утром там женщину сбили, просят приехать на опознание, – голос Кристины упал до шепота, – Они сами точно не знают, баба Инна это или нет...


Девушки молчала посмотрели друг на друга. А потом обнялись и заревели.


****


Инна Константиновна очнулась от того, что кто-то молодецки хлестал ее по щекам.

Открыв глаза, она сначала увидела голубое небо, в через секунду - мужское лицо.


Память с годами угасала, что уж поделаешь. 58 лет - еще не старость, но все чаще баба Инна ловила себя на том, что помнит прошлое гораздо лучше того, что было, например, в прошлом месяце. Хахаля Кристины она видела, но встретившись с ним на улице, вряд ли бы узнала. А вот Палыч...


Он почти не менялся с годами. Разве что складка между бровей становилась глубже. И в 84 году, когда его хоронили, все шептали: "Такой молодой... Кто ж знал, что все так выйдет...". Инна тогда видела его в гробу: морщина почти разгладилась и бывший председатель горисполкома выглядел не на 60, а сильно моложе. Почти как прямо сейчас.


Баба Инна ходила последние годы в церковь, но в бога она не особо верила. Не так воспитана была. Да и не хотелось ей ни в рай, ни в ад. Но если бы было такое место, где можно с Наденькой свидеться...

Видно, время пришло.


— Бабуся, может в больницу тебя? Или домой? Ты где живешь?


Андрей Палыч смотрел на женщину с нарастающим беспокойством.


— Больницу? А что, тут и больницы есть?


Мужчина посмотрел на нее внимательно:


— Вот нелегкая...


И стал помогать подняться.


— Ничего, бабулечка, ничего. В том году у меня тестя удар разбил, я и не такого насмотрелся. Адрес-то свой точно не помнишь?


— Помню, еще как помню. Индустриальный переулок, 12.


— Индустриальный... Катька – дочка что ли твоя?


— Катя – это соседка.


— Вон как... А как зовут тебя, помнишь?


— Все я помню, Палыч, – Инна с усилием оперлась на забор, – А ты сам-то помнишь что-нибудь про себя?


Председатель передернул плечами. Старуха не в себе, точно. У тестя похожее было: тут помню, там не помню, а иногда и вовсе рассказывал про то, чего нет – то шпионы за ним охотились, то жена отравить хотела. Эх, старость...


— Давай подвезу тебя домой, а?


Инна Константиновна кивнула, вздыхая: врали, стало быть, попы про тот свет. И бок ушибленный болит, на который ночью упала, и голова. Еще и Палыч со своим драндулетом. Молодой совсем. А она сама - старая.

Как же так?


****


Ехали не торопясь. Инна Константиновна качала головой, дивясь загробному миру. Как будто в молодость вернулась! Все как раньше. Даже на месте "хрущевок" бараки стояли, она уж и забыла, что они там были. Совсем малой туда бегала, за что от матери влетало по первое число...


— Индустриальный, 12, - Палыч помог женщине вылезти из машины, — Давай, бабуся, не болей. Я потом соседке скажу твоей, чтобы присматривала...


И уехал.


Баба Инна молча смотрела на свой дом. Узнавала и не узнавала.


В окне качнулась занавеска – кто-то выглянул, привлеченный шумом машины.


Через минуту вышла женщина.


Инна Константиновна побледнела, загрохотало уставшее сердце.


— Мама?.. - прошептала она, прижимая ладонь к сердцу.


— Вам кого, бабушка?


Из-за спины Катерины Никитичны выглядывала девочка, лет 8 или 9. Светлые волосы растрепались, заплаканные глаза с подозрением блестели.

— Инка, а ну марш домой, живо!

Инна увидела себя.


Мир вдруг закачался и разбился в дребезги.


****


На опознание нужно было ехать рано утром, но из-за нервов девушкам было не до сна.


Кристина сначала поминутно бегала курить на улицу, а потом просто махнула рукой и поставила банку с окурками на кухне.


— Ты не куришь?


Надя еле заметно покачала головой.


— А с щекой что?


— Мать прутом перетянула.


Кристина присвистнула.


— Лихо.


Помолчали.


— Баба Инна меня всегда защищала, - Кристина, скривившись, затянулась, – Когда мать руки распускала. Я, считай, у нее и выросла. Бабулечка моя...


Затряслись плечи, спина, но слез уже не было.


— Я вообще случайно сегодня заночевала у нее. Разоралась со своим козлом... Мы возле завода квартиру снимаем. Ур-род, сука. Изменил мне прямо в нашей кровати! Прихожу, они там кувыркаются, одни жопы голые мелькают. Представляешь?


Надя не представляла.


— Ну, я к бабушке... как всегда. Снег еще этот повалил...


Надя вздрогнула:


— Снег я помню. Мать меня утром выгнала... А вечером снег пошел. Мы уже огород посадили...


Девушки одновременно посмотрели на ящики с рассадой, которые баба Инна с вечера занесла из теплицы.


— А за что выгнала-то?


— Ни за что.


Кристина понимающе хмыкнула.


— Это у тебя из стресса память чудит, я такое по телику видела.


— Что?..


— По телику. Передача есть, где люди про свои бзики рассказывают, психологи потом это обсуждают.


Надя потрясла головой, словно отгоняя что-то.


— Я ничего не понимаю...


Кристина внимательно на нее посмотрела. Эта Надя и правда похожа на бабушку в молодости. Надо фотки достать...


Потушив сигарету, она полезла на антресоли, достать толстый альбом со старыми фотографиями.


Альбом лежал под какими-то коробками, которые опасно накренились, стоило их коснуться. Кристина одной рукой ухватилась за альбом, другой принялась запихивать рухлядь внутрь. Грохотнуло; все повалилось на пол.


— Твою налево!


Надя кинулась помогать.


Через некоторое время девушки сидели прямо на полу и перебирали фотокарточки.


— Это я в школу пошла... Прикинь, очки тогда носила! – Кристина чуть улыбнулась, глядя на себя лопоухую, в очках, с огромным букетом. Рядом – бабушка и мать.


— А вот отец, я его почти не помню... Тетя Ира, тетя Тома... Это я не знаю кто, может с маминой работы... А это... - Кристина взяла в руки очень старую фотографию, наклеенную на картонку.


— Это моя мама молодая, – прошептала Надя; на ее щеках проступил нездоровый румянец. Она с удивлением смотрела на цветные снимки и незнакомых людей, на жизнь которая так незаметно перескочила, но больше всего ее поразила эта старая фотография. Словно живое доказательство, что все это не бред, не сон, не наваждение.


Что все правда.


Рядом лежала еще одно фото, совсем потертое. На нем были две девочки в школьных платьях. Надя хорошо его знала: оно висело напротив маминой кровати, возле зеркала.


— Вот я, а вот Инночка...


Кристина выхватила у нее фотографию. Посмотрела на снимок. На Надю. Снова на снимок; затем перевернула. На обороте была расплывшаяся чернильная надпись: "Дочери Надежда и Инна, на добрую память для папы".


— Мать отцу хотела карточку отдать. Год назад. Он не взял, - сказала Надя, опустив голову.


Кристина прижала ладонь ко рту и с ужасом смотрела то на фото, то на свою двоюродную бабушку, сидящую напротив.


Litmarket

Показать полностью
90

Встретимся снежным летом

В июне неожиданно ударил мороз и выпал снег; с этого все и началось.


Бабушка Инна Константиновна весь вечер, причитая, переносила из теплицы в дом ящики с невысаженной рассадой. Кое-что еще можно было спасти, но большую часть растений мороз убил безвозвратно.

Баба Инна проклинала на чем свет стоит весь мир: синоптиков, которые только бают про какое-то там потепление; заводы,что портят природу, погодное оружие, про которое писали в газете; батюшку Петра, что плохо молился и даже ленивую соседку Катю. Она-то до сих пор ничего не высадила, а значит вся рассада у нее дома, на теплом подоконнике, живая и здоровая.


Пересчет капустных ростков принес сильную душевную муку, поэтому баба, перекрестившись, добавила себе в вечерний чай ложку коньяка и уселась перед выключенным телевизором, размышлять – где добыть новую рассаду.


На улице все холодало.


Было 9 часов вечера, когда баба Инна встала, подошла к окну и увидела морозный узор, затянувший все стекло, словно в канун Нового года. При том, что по календарю уже больше недели было лето.


Ледяные завитки отсвечивали красноватым в лучах заходящего солнца, сквозь них был виден куст цветущей черемухи.


"Побьет морозом все, - думала баба Инна и сердце ее стучало быстро-быстро, - И цветы, и листья и каждую травинку. Летом все голое стоять будет. Как... Как тогда".


От страшного воспоминания подкосились ноги и женщина почти упала на стул. Что же это такое, неужто все опять?!


Многое Инна Константиновна пережила за свою жизнь. Что-то помнила хорошо, что мельком. Но то страшное лето, грянувшее 50 лет назад, никогда не забывала, оно словно застряло в ней осколком и болело без конца.


"Какого же числа это было?" - с тревогой думала баба Инна, оторопело глядя в заледеневшее окно. В голове мелькали картинки, яркие и четкие, будто все было вчера. И было это в субботу, точно, в субботу. Потому что вечером они собирались в баню...


Слезы подкатили, стало жарко и тесно в груди.


— Наденька, золотце... - прошептала Инна, – Что же тогда случилось?


На улице завывал ураган, ломая цветущую черемуху.


***

По заснеженному полю шла молодая девушка, практически девочка, одетая лишь в легкое желтое платье. Она шла, словно незрячая, вытянув правую руку вперед, будто что-то нащупывая перед собой, а левую руку она прижимала к лицу. Девушку трясло.

Внезапно она остановилась, позволив метели закружиться вокруг себя. И закричала.

***

Инна Константиновна уже лежала в своей кровати, все утирая бегущие слезы, когда в окно постучали.

— Кого нелегкая... - бормотала женщина, обуваясь и накидывая на плечи теплый плащ.

На улице все кружила метель. На крыльце была наледь; лишь непонятно откуда шел сильный цветочный запах.

— Кто? – крикнула Инна Константиновна, подойдя к калитке.

— Баб Инн, это я.

— Кристина?! А ты чего здесь?

В приоткрывшуюся калитку нырнула девушка, волоча за собой чемодан.

— Баб Инн, давай в дом зайдем, у меня сейчас все отвалится от холода.

— Так ты бы еще легче оделась, - баба Инна со скепсисом посмотрела на внучку в коротенькой юбке и тоненькой кофточке, - Можно было просто голышом пойти, чего это ты растерялась?

Но Кристина уже забежала в дом, бросив чемодан в сенцах.

Инна Константиновна со вздохом закрыла калитку на щеколду и пошла вслед за внучкой.

***

Кристина была укутана в теплое одеяло, напоена горячим чаем и положена спать. На малейшую попытку спросить, что случилось, девушка разревелась, впрочем, быстро затихла.

Холод, усталость и стресс сделали свое дело – едва допив чай, она уснула.

Баба Инна занесла ее чемодан в дом (неужели в нем не было вещей потеплее?), подоткнула непутевой внучке одеяло, и сама пошла спать. Она уже примерно догадывалась, какой рассказ ее ждет по утру. Что-то в стиле: "Козел, опять водил баб, а я ему сказала, что ты меня больше не увидишь и побежала, в чем была к тебе, бабуля. Теперь буду жить с тобой, пока не найду очередного козла, ну или этот не извинится". Сценарий был старый, отработанный. Разве что до этого Кристина все же старалась одеваться по погоде, когда бежала в ночь. Это, конечно, аномально, когда утром +20, а к вечеру -7, но какая-то соображалка должна была появиться к 24 годам?

Впрочем, судя по тому, как Кристина себя вела, ум у нее не появлялся, а лишь усыхал.

Кое-как пристроив гудящие ноги, баба Инна стала засыпать, решив принять все стоически – и дурную погоду, и дурную внучку. Судьба, что теперь сделаешь...

... Около трех часов ночи, дом сильно затрясло. Со звоном полетели на пол фарфоровые статуэтки, загрохотали перевернутые стулья. Баба Инна упала с кровати, больно ударившись боков об угол комода, а через несколько секунд заверещала Кристина, тоже скатившаяся с дивана.

И все стихло.

— Землетрясение, баб Инн!

Они выскочили на улицу, задыхаясь и потирая ушибленные места. Метель стихла, было заметно теплее. Тут и там слышались голоса соседей, тоже выбежавших в исподнем. Люди переговаривались, замирая от страха и не зная, что делать: землетрясения здесь были большой редкостью.

Инна Константиновна стояла, как оглушенная. Господи, и тогда тоже был толчок! Что же это?!

Минут через двадцать, убедившись, что вроде бы все стихло, люди начали расходиться по домам.

Кристина потрясла бабушку за плечо – та присела на скамейку и смотрела перед собой, словно забыв где находится. В неверном свете фонаря, ее лицо выглядело мертвенно-бледным.

— Баб Инн, ты чего? Пошли домой, холодно же.

Инна Константиновна подняла на нее взгляд. Такой, что внучка отшатнулась.

Почти минуту женщина молчала. А потом проронила:

— Иди в дом. Я подышу еще немного, может прогуляюсь.

— Прогуляешься?!

— Иди, ничего со мной не станется. Подбери там, что попадало.

— А если еще раз толкнет?!

— Не толкнет. Иди, точно себе что-нибудь застудишь.

Баба Инна поднялась, запахнула поглубже теплый плащ и побрела по улице, сгорбившись и шаркая ногами.

***

Девушка в легком платье все шла вперед.

Светлые волосы растрепались по плечам, хотя когда-то они были заколоты в высокую прическу. По исполосованным щекам текли слезы. Вьюга кружилась вокруг нее, не давая ничего увидеть. Но людей не было. Никого...

И тогда девушка легла прямо на заснеженную землю, свернувшись клубком и закрыв глаза. Страх, одиночество и холод отступили. Ей стало тепло.

***

Июнь 1962 года начался с того, что подорожали продукты, а Надька, ети ее в душу, втрескалась в студента, которого отправили в этот городишко на практику.

Когда мать узнала, что дочка пришла домой за полночь, после посиделок с этим городским придурком, она пошла в огород, срезала прут и приговаривая: "А ну, иди сюда, шалава малолетняя!" начала гоняться за Надькой по двору.

Инка кинулась на перерез матери, ухватила ее за талию и завыла тонким голосом:

— Не надо, мамочка, не трогай ее, не надо!..

— А ну, отойди, отойди, говорю! Сейчас тоже перетяну прутом, так что мало не покажется!

Но Инка висела на матери, как клещ, сжав кулачки и зажмурив глаза. Надька успела выбежать за калитку, держась за щеку, на которой наливалась багровая рассечина от прута. Бить мать умела очень ловко.

Было ранее утро и соседи, кто успел выйти из дома на работу, все видели.

— Катерина Никитична, прибьешь девку ненароком!

— Так и надо этой засранке! Поделом! – мать, тяжело ступая, вышла вслед за Надькой, - Слышишь меня, сука? Я тебя предупреждала или нет? Предупреждала?! Еще когда ты со своим Митьком крутила?! Мне шалав в доме не нужно! Проваливай к своему хахалю!

Инка, услышав такое, заголосила дурниной:

— Мама, мамочка, зачем, не надо, не выгоняй ее!

Инке было восемь лет и больше всех на свете она любила старшую сестру Надю. Больше матери.

Надежда в прошлом году окончила школу и поступила в ПТУ на швею. Статная и красивая – вокруг нее вились парни, а соседки исходили ядом, придумывая слухи. Как только сплетни доходили до матери, Надя ходила в синяках, с исполосованными прутом ногами.

На деле, Надя страшно боялась парней. И слухи про Митька, про остальных были просто враньем.

Но в этот раз она и правда влюбилась, и впервые сидела с молодым человеком так долго. Он ее даже в щечку не поцеловал, но матери это было не доказать. Она люто ненавидела всех "шалав" с тех пор, муж ушел от нее к молодухе. Инке тогда было четыре годика.

Что-то сделалось тогда с головой у Екатерины Никитичны.

Сейчас Надя стояла, даже не пытаясь вытирать жгучие слезы, стекавшие исполосованным щекам. Страшная боль – и физическая, и душевная накрыла девушку. И она побежала. Прочь по улице, прижимая ладони к лицу.

— Не возвращайся, шалава! – крикнула ей вслед мать.

Больше никто Надю никогда не видел.

***

К вечеру сильно похолодало, пошел снег.

Екатерина Никитична сидела, прислонившись спиной к стене и, скривив в отвращении губы, смотрела на фотокарточку, висящую возле зеркала. На ней были Надя и Инна в школьной форме.

Инка все плакала, забившись возле печки, скулила как щенок, которому перебили лапы.

— Хватит ныть! Лучше иди поищи свою сестру-проститутку.

Инна замерла.

— Ты возьмешь ее обратно?

Мать промолчала, сжав губы в тонкую нитку, но девочке и не нужен был ответ. Она вскочила и, как была, побежала на улицу.

— Платок накинь, холодает! – крикнула ей мать, но Инна уже выскочила на улицу.

Сначала она побежала к Надькиным подружкам, потом к ПТУ, потом к общагам, где по слухам жил тот самый студент. Никто Надьку не видел. Нигде ее не было.

Инка плакала, умоляла, чтобы позвали Надю. Она решила, что сестра таится, из-за страха перед матерью. Но все лишь разводили руками и говорили:

— Иди домой, замерзнешь.

И правда, становилась все холоднее, хлопьями пошел снег. Инка вернулась домой, не солоно хлебавши.

Мать, не разговаривая с младшей дочерью, протопила баню, сходила, помылась и села за стол ужинать.

Инка и Надя обычно ходили в баню вместе, и сейчас девочка просто не знала, что ей делать. Страшная мука накрывала ее каждый раз, когда она представляла, что Надя больше не вернется домой. Где она будет жить? Как теперь все будет?

... Поздно ночью дом затрясло.

А к утру снег растаял, будто его и не было.

Вместе с ним навсегда пропала Надя.

***

Инна Константиновна шла по улице, вспоминая все это, случившееся ровно 50 лет назад. И как тогда, ее накрыло болью, снова она шептала:

— Надя... Наденька... Сестричка...

Начало рассветать.

Стремительно теплело, снег превращался в лужи.

Баба Инна остановилась возле чужого забора – в темноте она добрела почти до края городка. Нужно было передохнуть, прежде чем идти обратно.

Она медленно огляделась, будто видя свой город впервые в жизни. Что-то было не то...

Мимо проехал "Москвич", каких она давно уже не видела. Такой у председателя горисполкома когда-то был, точь-в-точь. Надо же...

— Бабуся, все хорошо?

Их окна притормозившего автомобиля высунулся мужчина. Инна Константиновна словно окаменела.

— Палыч, ты что ли?!

— Я, бабуся, я... Эй, ты чего!

Баба Инна упала без чувств.

***

Надя вышла к материнскому дому. Все было как в тумане. Она знала только, что страшно замерзла и устала. Пусть высечет еще раз, пусть. Больше все равно некуда идти.

Дом изменился.

Вроде тот же, вот и табличка с адресом... Когда его успели перекрасить? Мать, что ли со злости взялась за ремонт? А где деньги взяла и краску?.. И что за чашка на крыше?..

Надя подергала калитку. Закрыто.

Что сейчас? Утро или вечер? Мать, поди на смене, дома только Инка. Это хорошо, может получится хоть немного поспать...

Надя, шатаясь, словно пьяная, зашла в палисадник и постучала в окно. Перед глазами все плыло.

Калитка открылась, вышла полураздетая девица.

— Я думала, это баба Инна, - сказала она, - А ты кто такая?

Надя в отупении смотрела на Кристину.

— А где мама? – наконец спросила она.

— Уехала в Москву, - ответила девушка, имея в виду свою мать.

— В Москву?! Когда?! Зачем?!

— Лет пять назад. Нет, ты кто такая?

Надя не могла ответить ни слова, просто в изумлении смотрела на размалеванную девку.

Внезапно раздался громкий звук, вроде музыки, только очень странный. Девка полезла в карман, достала что-то вроде бруска, прижала к уху:

— Иди в жопу, урод. Забудь мой номер!

И раздраженно засунула брусок в карман штанишек, коротких как трусы.

— Ну так что, ты кто такая?

У Нади потемнело в глазах от ужаса.


Litmarket

Показать полностью
720

Время бежит

Есть у меня старенький айпод, котоый одно время практически заменял мне телефон. Еще учась в институте, я его использовал в качестве секундомера и таймера на лабораторных работах. В последнее время, использую его по прямому назначению в машине. Сейчас открыл там часы и слегка удивился. Секундомер работает с момента последней практической работы. Это при том, что я на нем год назад менял батарейку. В общем, на данный момент это примерно 933 дня. С помощью онлайн калькулятора дат получаем, что секундомер работает с 7 февраля 2017 года. Пожалуй, пусть и дальше считает)

Время бежит Фотография, Время, Прошлое
Похожие посты закончились. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: