13

Моё тело шло вперед...

— Та-ак, теперь подпишите здесь и здесь, и ваш счёт будет открыт. И ещё кое-что… – служащая банка скользнула рукой под стол, ища что-то в одном из его ящиков. – В связи с тем, что вы – стотысячный клиент нашего банка, мы дарим вам одну из безделиц с символикой наших спонсоров. Одну секунду… Вот, прошу.


Служащая протянула мне старенькие цифровые часы, на каждой трети кругового ободка которых было высечено по букве. L-K-Y. Интересно…


— Ваша карточка будет готова завтра – вам нужно будет посетить центральный филиал. Не волнуйтесь, вам не придётся стоять в очереди – только скажите одному из служащих, что вы за карточкой. – Служащая одарила меня ослепительной дежурной улыбкой.


— Хорошо, спасибо, хорошего дня!


Это был самый обыкновенный будний день, из разряда тех, которые не оставляют никакого отпечатка в сознании, которые нужно дожить, только чтобы прыгнуть рыбкой в омут сновидений. Люди принимали участие в ежедневном флешмобе в честь Роберта Броуна, снуя туда-сюда по улицам города. Мои мысли старались их копировать, заставляя меня погружаться в них, – впрочем, как и всегда.


Карточка в банке нужна была мне для работы. Работа умственного характера, оклад сильно выше среднего по стране – единственное, что периодически приходилось выходить на ночные смены. Место очень не хотелось покидать, но хмурая, массивная льдина грядущего университета грозила потопить Титаник моих надежд на платежеспособную жизнь, вселяя в меня некоторую долю беспокойства. Сколько я смогу продержаться, совмещая её с образованием, прежде, чем мой мозг взбунтуется от перенапряжения и откажется работать? Я не мог сказать этого наверняка.


Более того, у отца сохранялась крайне нестабильная ситуация с его бизнесом, и в случае возникновения новых проблем, на меня ляжет львиная доля содержания нашей семьи. Из-за этой нестабильной ситуации ругань и скандалы дома стали обычным делом, поэтому я предпочитал проводить время на работе. Семейные узы трещали по швам, и с этим срочно нужно было что-то делать.


За размышлениями я и не заметил, как прошёл весь путь от банка до своей квартиры. Взвесив все за и против, я решил принести ужин в жертву Морфею, чтобы он забрал меня к себе как можно скорее. Всё-таки, устал за день как собака.


Про подарочную безделушку и думать забыл…


***


— Чёрт, да где же этот филиал… – мобильные карты под страхом пыток не хотели загружать область с нужным мне адресом. Как обычно, я оставил всё на последний момент, и мне нужно было поторопиться, так как они скоро закрывались.


На левом запястье красовались подаренные вчера часы с надписью LKY на ободке. Предварительно поругавшись с отцом, я нашёл на балконе подходящий для них резиновый ремешок, и сейчас они прекрасно дополняли мой образ «мне плевать, как я выгляжу, главное, что не в грязном». Немного покопавшись, я настроил на них время с точностью до десяти секунд… По непонятной причине, как бы я ни старался поставить точное время, оно откатывалось на десять секунд назад.

Сбоку от циферблата была ещё одна заевшая кнопка, которую я, даже со своей нервной привычкой постоянно теребить что-то пальцами, так и не смог нажать.


— Женщина, извините, вы не подскажете, как дойти до филиала %банк_нейм%? – обратился я к женщине средних лет, что шла мне навстречу.

— А, что?! А, извините, вы меня напугали. Просто идёте дальше до %улица_нейм%, затем поднимаетесь наверх, пока не увидите здание банка.

— Хорошо, спасибо, до свидания! – попрощался я с женщиной и, сверившись со временем, поторопился дальше.


Стоило мне дойти до следующего перекрёстка, как мой слух резанул отрывистый звук тормозов и звук сбитого машиной пешехода. Я обернулся, и мои опасения подтвердились – женщину, с которой я только что говорил, сбила легковая машина.


С этого момента время стало течь как-то невообразимо медленно – я видел, как из машины выходит покачивающийся водитель с вылезшими на лоб глазами, видел, как проходившие мимо люди останавливаются и поворачиваются в сторону трагедии, видел, как неспешно возносится к небесам дым из двигателя автомобиля.


Во мне, как и, думаю, во всех людях, находившихся поблизости, играло какое-то невыразимо мерзкое чувство, смесь шока и беспокойства. Именно его испытываешь, когда наблюдаешь чужую смерть.


От нервов я начал дёргать циферблат часов на запястье. И вдруг та самая заевшая кнопка просела под моим указательным пальцем…


— ...а, извините, вы меня напугали. Просто идёте дальше до %улица_нейм%, затем поднимаетесь наверх, пока не увидите здание банка.

— Хорошо, спасибо, до… – стоп, что за херня? Я же говорил это только что. Что за дичь…

— Женщина, погодите! – спохватился я. – Ообратив на себя её внимание, я уверенно выдал:

— Вы не хотите поговорить о Боге?

— Что?.. – я заметил, как выражение её лица медленно меняется с нейтрального на презрительное.

— О Боге, об истинном нашем властителе Иегове. Секунду, я дам вам брошюрку… – я сделал вид, что ищу что-то в своём рюкзаке.

— Нет-нет, я спешу, извините, – поспешно выдала женщина и отвернулась от меня.

— Покайтесь, Судный День близок! – бросил я ей вдогонку.


Этих нескольких секунд хватило, чтобы задержать её. Мимо на высокой скорости пронеслась та самая легковушка, скрывшись в размытой стране, что за пределами моего зрения.


Переведя дух, я принялся размышлять. Видимо, каким-то непостижимым образом я вернулся в прошлое на десять секунд назад. Скорее всего, это как-то связано с этими старенькими часами. Действительно, они показывали то же время, что и в конце прошлой беседы с женщиной. Десять секунд разницы с временем, которое показывала светодиодная вывеска какого-то ломбарда, возле которого я остановился.


«Да ну их к чёрту, эти глюки. Всё из-за стресса», – решил я и ускорил шаг к банку. Часы, впрочем, решил больше не трогать.


***


— Добрый день, вы дозвонились в службу поддержки клиентов %компании_нейм%! Как я могу вам помочь?


— Вы, ублюдки, говорили мне вчера, что моя посылка придёт к вечеру вчерашнего дня, и что я вижу? Ваша грёбаная коробка так и не объявилась! Вы хоть знаете, что за эти деньги я могу купить весь ваш отдел в анальное рабство минимум на неделю?!

— Мэм, послушайте, работа службы доставки не зависит от нашей компании…

— Да меня не ебёт, что там от чего зависит! Вы должны были доставить её в указанный на сайте срок! Да я вас…


Пока клиент выдавал свою гневную речь, я задумчиво крутил в руках циферблат часов на запястье. Может, мне вчера не померещилось, и эти часы действительно вернули меня в прошлое? Стальной ободок игриво блестел в ярком свете монитора, и я решил опробовать часы ещё раз:


— Мэм, слушайте, как вас зовут?

— Эрика…

— А не пойти ли бы вам нахер со своими проблемами, Эрика? Ваши истории уже доебали меня, одна интереснее другой.

— Чего… – кажется, я мог видеть, как она побагровела по ту сторону телефонной связи.

— Адиос. – сказал я и повесил трубку.


Естественно, разговор записывался, и, скорее всего, я только что потерял работу. Найдя пальцами кнопку сбоку циферблата, я всем сердцем понадеялся на то, что вчера меня посетили не глюки, и продавил её указательным пальцем.


— ... слушайте, как вас зовут?

— Эрика…


Неужто?! Сработало?


— Эрика. Вы абсолютно правы – мы оказали вам сервис неподобающе низкого уровня и приносим вам за это глубокие извинения. Мы благодарим вас за сообщение об этой проблеме и хотели бы, чтобы вы остались удовлетворённым покупателем. Давайте сделаем так: я верну вам стоимость доставки и сгенерирую в системе скидочную карту на 25 процентов для вашей следующей покупки. Идёт?

— Ну ладно. – Она явно была довольна моим предложением.

— Благодарим за понимание и хорошего вечера, – с этими словами я повесил трубку и вернулся к размышлениям.


Первым делом я решил проверить список спонсоров своего банка. Не найдя в нём ничего похожего на надпись на ободке, я вбил её в поисковую строку гугла. Сначала поисковик решил, что я опечатался, но я настоял на правильности введённого. Гугл выдал мне некий форум религиозного уклона, на котором тамошние обитатели вскользь упоминали то, что я искал, связывая предметы с символикой “LKY” то ли с индейцами майя, то ли с древними шумерами. Один из постояльцев говорил, что найти одну из таких вещиц – редчайшее везение, которое, однако, вскоре может обернуться страшным проклятием… Ну и дичь.


До меня наконец дошло осознание. Я управляю временем! Я бессмертен и неуязвим! О каком проклятии может идти речь? Я принялся мечтать о применении своего открытого дара, больше не вспоминая о странном предостережении с форума. Кто этих верующих разберёт?..


***


Всю последующую неделю я воплощал то, что успел намечтать, в жизнь. Первым делом я здорово отыгрался на аппарате бюрократии, посетив все госучреждения и громогласно обматерив всех стоящих в очередях и работников вместе с ними, в паре мест даже подарив охранникам смачных пинков под зад. Из раза в раз, когда кипящий конфликт простым нажатием кнопки обращался вспять, по моей спине проходил табун мурашек, мощный электрический импульс, зажигавший во мне огни вседозволенности и азарта. Я неуловим, как ниндзя! Вневременной ниндзя! Покажите мне подростка, который не мечтает о чём-то подобном.


Затем, немного покопавшись в настройках часов, я обнаружил, что можно отматывать время назад вплоть до текущей минуты, но предыдущего дня. Отмотав настройки до одного часа, я смог наслаждаться вечными “ещё пятью минуточками” утром, когда нужно было вставать на работу.


Наигравшись погромами в универмагах, лапаньем незнакомых девушек на улице и прочими бесчинствами, я стал промышлять азартными играми, в особенности рулеткой. Схема была проста: если моя ставка не выигрывала, я просто отматывал время назад и пробовал ещё раз. Было очень забавно наблюдать за меняющимся выражением лиц крупье, когда дурачок, поставивший солидную сумму “на зеро” всё-таки выигрывал. Таким нехитрым способом я очень быстро нажил себе небольшое состояние.


В общем, я наслаждался своим могуществом по полной.


***


В какой-то момент я стал замечать, что часы активизируются сами по себе, без моего контроля, перенося меня на пару секунд назад. Минутный осмотр заставил меня напрячься – кнопка снова заела и не реагировала на мои нажатия, однако могла “включать” часы сама по себе. Так, стали отменяться мои удачные ставки в казино, да и мир вокруг меня стал периодически “глючить”, что заставляло меня заметно нервничать. Однако я продолжал лихорадочно прожимать кнопку и верил, что рано или поздно она поддастся, и моё могущество вернётся.


Спустя некоторое время она наконец-то поддалась, я перенёсся на минуту назад…


...и оказался в двух метрах от ревущего гудком грузовика, который ехал по дороге, что я минуту назад безрассудно перебежал. Изумление и шок обездвижили меня, и мне оставалось лишь наблюдать за своим железным Хароном, стремительно надвигающимся на моё тщедушное тельце.


***


Когда яркий белый свет перестал меня слепить, я разглядел человеческий силуэт, обладатель которого обращался ко мне:


— О, здравствуй.

— З-здрасьте, – неуверенно протянул я.

— Тебе, наверное, интересно, где ты, что с тобой произошло и прочая-прочая. Не буду юлить – ты умер. И часы на сей раз тебя не спасут.


Незнакомец наигранно горько вздохнул и затем продолжил:


— Должен предупредить, я не какой-то архангел Михаил, который пришёл проводить тебя в ад или рай или что-то подобное. Однако я тот, кто подкинул тебе твои волшебные часики.


Пару раз за каждую историческую эпоху я подкидываю подобные чудесные вещи случайным представителям человечества, а затем наблюдаю за их поведением. Скажу прямо – ты меня не разочаровал. Ты вдоволь наигрался своей способностью, не так ли? А наблюдение того, как безрассудно и уверенно ты сеял хаос вокруг себя, зная, что последствия тебя не коснутся, доставило мне особое удовольствие.

— Но знаешь ли ты, что каждый раз, когда ты возвращался в прошлое, ты раздваивал реальность, возвращаясь на развилку между отменённым вариантом будущего и возможным, который тебе предстояло прожить вместо отменённого? Увы, я перфекционист, и не могу оставить столько незавершённых вариантов реальности. – Незнакомец покачал головой.


Ужас медленно конденсировался во мне, пока мой собеседник продолжал:


— Поэтому, я снова дарю тебе жизнь! Десятки жизней! Сотни жизней! Сколько ты там раз нажимал на эту кнопку! Не каждый удостаивается и второго шанса, тебя же ждёт их неограниченное количество! Скажи, ты не рад?


Я представил, сколько страданий кроется в разной мере в каждом из откатанных назад вариантов, и осознание ужаса ситуации хлынуло во мне бурным водопадом.


— Ну-ну, по лицу вижу, что рад, – незнакомец осклабился и протянул мне руку. – Можешь начинать уже сейчас.


— И запомни. – Незнакомец выдержал паузу. – С большой силой всегда приходит большая ответственность. Всегда.


В мгновение ока обстановка переменилась, и на месте моего собеседника оказалась женщина средних лет:


— Просто идёте дальше до %улица_нейм%, затем поднимаетесь наверх, пока не увидите здание банка.


Я обречён.


— Хорошо, спасибо, до свидания, – само по себе вырвалось из меня.


Я обречён.


На моей руке, словно в насмешку, красовались те самые часы на запястье, показывая абсолютно точное время. Кнопки сбоку от циферблата словно никогда и не было.


Моё тело само шло вперёд, само развернулось на звук аварии, которую я уже когда-то проживал. Или не проживал ни разу. Перед моими глазами проносился весь необъятный объём предстоящих мне страданий.


Я обречён.


Так Локи получил ещё одну душу.

Моё тело шло вперед... Ночное чтиво, Чтиво, Длиннопост

Дубликаты не найдены

+2
Прошу простить, не дочитал. Слишком разрезали мой усталый мозг сложные метафоры. А мой, кот, застывший, как мировой океан во время Ледникового периода, сидит на моих коленях, словно невинная и обиженная судьбою юная девчушка рядом с богатым и влиятельным, но таким старым и уродливым хрыщом, одобренным незажиточной и бедной одинокой матерью...
З.Ы. Возможно, привык, что в горячем слишком много информативных постов, не обессудьте.
раскрыть ветку 1
+2

графоманство - моя дрожь. спасибо, что честны с собой и с миром:)

0
А шутка и правда в стиле Огненного Аса )))
Похожие посты
62

По привычке.

Несмотря на раннее утро в кафе на берегу маленькой речки было многолюдно. Большинство копалось в планшетах, ноутбуках, сидели где поодиночке, где небольшими группами. В дальнем углу группа молодых людей в ярких футболках и джинсах увлеченно болела за неизвестную Александру команду, чей матч крутили на большом панельном экране.

Яшин поморщился и посмотрел на часы – до назначенного времени было ещё двадцать минут. Решив заказать кофе он поднял руку, но на полпути замер в нерешительности. Можно ли тут подзывать официантку или нужно всё делать самостоятельно? Не будет ли это нарушением каких нибудь законов Союза? В конце концов это же эксплуатация...

Его сомнения благополучно разрешились тем, что к нему подкатила стройная девушка лет шестнадцати на роликах и в форменной одежде. Грудь её украшал значок принадлежности к пионерам.

— Что будете заказывать? – деловито осведомилась она и раскрыла блокнот.

— Э... – только и смог произнести Яшин, пытаясь отвести глаза от значка.

Девушка вопросительно приподняла бровь.

— Чашку кофе, — нашёлся Яшин, — Пожалуйста. – добавил он спохватившись.

— Хорошо. – голубая юбочка официантки замелькала промеж столиков и пропала за дверями кухни.

Яшин опёрся подбородком на руку и погрузился в раздумья. Стоило ли оно того? Безусловно стоило. С тех пор как он продвинулся в своих исследованиях по логике автоматических управляющих систем от него буквально не отлипал куратор отдела разведки... Наверняка он и подкинул ему в кабинет тот странный пакет, содержимое которого было загадкой для Яшина даже сейчас. Нет, всё таки не зря он хранил все свои разработки лишь в памяти... По крайней мере ему было что предложить проверяющему лицу на границе с Союзом. Несколько тетрадных листов, которые он исписал мелким убористым почерком ушли надо полагать на проверку специалистам. То, что сотрудник таможни отправил его в кафе после полученного звонка на свой коммуникатор, а не прогнал восвояси очень обнадёживало.

— Ваш кофе, — девушка аккуратно выставила на столик небольшой поднос с кофе.

Яшин потянул носом, аромат был замечательный. Если в Союзе варят такой кофе то уже это было достаточным аргументом в пользу эмиграции. То, что Александр пил до этого было неприятной на вкус и цвет бурдой, которую по какому то недоразумению отнесли к кофе.

— Спасибо, — Яшин привычно потянулся за бумажником, чтобы заплатить и снова замер. Деньги то его здесь совершенно бесполезны!

Девушка продолжала стоять рядом, но видно было как у неё на переносице уже начала появляться характерная складочка.

— Карту гражданина, будьте добры, — потребовала пионерка.

— Но зачем? – опешил Яшин, — Я слышал, что у вас в Союзе всё бесплатно.

— У вас нет карты? – сразу посуровела пионерка.

— Есть, — соврал Яшин, — Но я не понимаю зачем я должен её предъявлять.

— Для статистики, — ответила девушка, требовательно протянув руку.

— Понимаете, я тут недавно... – начал оправдываться Яшин.

Пионерка недолго думая схватила висящий на груди свисток и громко засвистела.

Несколько молодых парней сразу повскакивали с мест, шумно отодвигая стулья и спустя мгновение Яшин оказался окружён со всех сторон.

Мысли заметались. С одной стороны он был достаточно крепок, чтобы раскидать эту шоблу в два замаха, но с другой стороны это означало бы крест на гражданстве.

— Не дергайся и всё будет хорошо, — пообещал стоящий к нему ближе парень, спешно прикрепляя на держатель к груди небольшой прямоугольник камеры. Прямо поверх значка. Так поступило ещё двое стоящих поодаль и пионерка.

— Карту гражданина предьявите, — повторила пионерка, — Бузить не советую.

— Но... – начал было Яшин, — У меня...

— Вот его карта, товарищи! – протиснувшийся сквозь окружение атлетически сложенный мужчина в кремового цвета костюме поднял руку с небольшой пластиковой картой красного цвета со звездой в центре – эмблемой Союза.

Пионерка скептически хмыкнула, но мужчина тут же предьявил нечто развеявшее её скепсис. Хорошо узнаваемое даже клиническими идиотами удостоверение сотрудника Госбезопасности.

— Хорошо, — кивнула пионерка и снова протянула руку, — Карту.

Безопасник отдал ей карту и весело подмигнул Яшину, мол всё будет в ажуре. Не тушуйся, мол.

Официантка вставила её в считыватель, ознакомилась с данными и фотографией после чего тут же вернула.

Сразу потеряв интерес импровизированные дружинники рассосались по своим местам и продолжили отдых. Яшин промокнул платочком лоб и отпил из чашки.

Безопасник пододвинул к нему карточку.

— Вот, держите и старайтесь не терять. Впрочем, если даже и потеряете, небольшая беда. Перевыпустим в течении суток. Однако, это очень важная вещь, старайтесь без неё не выходить. Я имею в виду, что здесь на границе с контролем весьма строго. Неспокойно знаете ли, многие хотят приобщиться к бесплатным благам, шмыгнув через границу. Должны понимать, в общем.

— А что это они себе на груди крепили? – спросил Яшин, пряча карту гражданина себе в карман рубашки. Внутренне он ликовал, но лицо держал строгое.

— Это микрокамеры. Любой гражданин может осуществлять ряд действий относимых к легальному насилию. Однако, задерживать вас без записи события не имеет права никто.

— Даже вы? – умехнулся Яшин, отпив из чашки. Кофе был хорош.

— Мои средства фиксации более технологичны и миниатюрны, — улыбнулся безопасник и прикоснулся к узлу галстука, — Видео и звук пишутся с момента начала смены и до самого её конца непрерывно. Потому что я всегда должен быть готов к тому что мне придётся применять силу. А вот эти пареньки если бы вас стукнули не имея записи то это было бы для них весьма плачевно. Любое насилие в Союзе карается весьма сурово.

— Тоталитаризм, — усмехнулся Яшин и тут же замер. Говорить такое при безопаснике!

— Отнюдь. Просто поддержание порядка. Коммунизм всё же не декларирует абсолютной свободы. И вы напрасно замерли, говорить вы можете почти всё что угодно и где угодно. У нас нет абсолютно никакой ответственности за сказанное.

— Даже если я сейчас крикну что кафе заминировано?

— Даже в этом случае вы не понесете ответственность за слова. А вот за ущерб причиненный ложным вызовом сапёрной бригады – понесете в полной мере.

— Ну вот!

— Что "вот"?

— За слова же.

— Нет, за ущерб. Вы полагаете ложный вызов бригады не наносит ущерба? Потраченный бензин, моторесурс техники, рабочее время сотрудников – всё это, если не принесло пользы становится ущербом. Остальное – софистика. Вы вот при мне можете клеймить позором Генерального Секретаря Союза и я даже бровью не поведу. И вовсе не потому, что я якобы его не уважаю или он мне неприятен, а потому что это исключительно ваше мнение которое не считается вредным согласно уголовному кодексу.

— И что много статей у вас там? В кодексе, – спросил Яшин с иронией, ожидая услышать как минимум трёхзначное число.

— Три.

— Что? – Яшин едва не поперхнулся глотком кофе.

— В Уголовном кодексе Союза всего три статьи. Первая – за попытку выноса из Союза материальных ценностей, вторая – за умышленное повреждение и порчу общественных материальных ценностей и третья – за виновное причинение физического вреда гражданину Союза. В тексте третьей статьи как вы видите нет указания на умысел потому что причинение вреда может быть и неумышленным, но даже если нет умысла то без ответственности деяние не останется.

— И это всё? – удивился Яшин.

— Всё.

— Но погодите, это же какие то общие фразы...

— Градация преступлений, каковая используется в капиталистических странах ставит своей целью разделение преступлений на категории с целью удобства определения ответственности. А сама ответственность различна не столько из-за стремления к справедливости, сколько из-за коррупционной составляющей, чтобы в огромной бюрократической путанице на преступлениях и их фабриковке можно было спокойно зарабатывать. У нас в Союзе каждый гражданин знает эти три статьи с самого детства, а покажите мне того, кто в состоянии запомнить несколько сотен сходных и различающихся порой одним словом статей уголовных кодексов капиталистических стран.

— То есть у вас одна и та же ответственность и за кражу и за поджог?

— У нас нет ответственности за кражу поскольку всё что вы видите вокруг принадлежит Народу. Нет никакого смысла красть у самого себя. Если вам что-то нужно, то вы это берете.

— То есть я могу прямо сейчас взять у того парня планшет?

— Хахах, — рассмеялся безопасник, — Я так часто слышу этот вопрос, что мне иногда кажется, что с планшетами в странах победившего капитализма полный швах. Нет, взять материальную ценность, которую в данный момент времени использует другой гражданин без его разрешения нельзя. За это предусмотрена административная ответственность в виде семи суток лишения общегражданских прав. Уголовная кстати ответственность гораздо строже, за материальный ущерб и насилие вас лишат общегражданских прав на месяц, за убийство вообще разберут на органы.

— То есть как это на органы? – вытаращился Яшин.

— А вот так, — улыбнулся безопасник, — Поймите, товарищ, если все материальные блага в стране бесплатны, то соответственно бесплатны и вещи, использование которых сопряжено с опасностью для других. Поэтому необходимы механизмы сдерживания. Каждый должен осознавать ответственность за то, что он делает. Нет никаких ограничений например в виде ПДД, но каждый понимает, что если он случайно попадёт в ДТП то сядет в бетонный мешок на месяц...

— В бетонный мешок?

— А, вы же не знаете. – безопасник сложил руки в замок и выразительно посмотрел на Яшина, — Тюрем в том смысле как вы их понимаете в Союзе совершенно нет. У вас заключенные отбывают свои сроки в относительном комфорте. Я не стану разглагольствовать об ошибочности такового подхода...

Громкий звон разбитого стекла прервал его на полуслове.

Вытянув голову в направлении шума Яшин разглядел, что в дверях заведения стоит, пошатываясь, в хлам пьяный субьект с арматуриной. Сама дверь, представляющая собой большое стекло на металлической раме была разбита.

— Коммуняки херовы, — изрек пьяница глубокомысленно, — Понастроили дверей, честному человеку пройти негде.

Безопасник подмигнул Яшину и полез за пазуху.

Яшин внутренне содрогнулся решив было, что сотрудник полез за пистолетом.

"Сколь мало стоит в Союзе человеческая жизнь..." – подумал он.

— Вот смотрите, — безопасник придвинулся чуть ближе и оказалось, что из кармана он вынул всего навсего мобильный телефон с широким экраном, — Это изображение с камеры над входом. Сойчас отмотаем...

Коснувшись картинки справа он слегка сдвинул палец влево и видео начало отматываться назад. Вот складываются вместе осколки дверного стекла, вот пьянчужка засовывает арматурину обратно в штаны, вот он совершает странные движения как будто отплясывая.

— Вот! – сотрудник запустил видео снова, — Смотрите, будучи в подпитии...

— А вы не вмешаетесь? — забеспокоился Яшин, поглядывая в сторону дверей, где уже собралась толпа. Профессиональным глазом он машинально отметил, что в этой толпе присутствуют знакомые все лица. Ровно те же, что не так давно стояли вокруг него.

— Куда? – не понял безопасник, - А! Полноте, товарищ, это же простейшая ситуация. Дружинники и прочие граждане сами разберутся. Смотрите. Будучи в изрядном подпитии товарищ потерял карточку. Дверь его конечно же не впустила, а подождать, чтобы пройти за кем-нибудь как это сделали например вы ему не позволил алкоголь.

Яшин не мог представить, что оказывается на входе есть какая то система считывания, но вспомнил, что действительно прошёл следом за какой-то женщиной просто придержав дверь.

— Я предупредил вас, чтобы вы носили карточку ибо без неё в Союзе буквально и шагу не ступить. Все двери во всех зданиях снабжены автоматическими запорными устройствами. Это неизбежная мера против нелегальной миграции, которая кстати достаточно эффективно работает. Граждане не имеющие карточки выявляются очень быстро и выдворяются.

Яшин не мог не признать, что это выглядит разумно.

— Вот сейчас мы видим, что до гражданина начинает доходить, что же он совершил. Собравшаяся толпа собственным влиянием поборола алкоголь в его мозгу и осмысление ситуации приведет к двум вероятным событиям. Первое – товарищ продолжит нарушать закон и тогда вон тот товарищ сбоку... Видите? Он уже извлек тазер и готов его применить. Поскольку него на груди я вижу камеру применение тазера абсолютно легально и осмысленно и за любой ущерб преступнику он отвечать не будет. Второе... А... Вот, товарищ, что называется осознал и сдаётся. Это хорошо. В старые времена он бы так легко не сдался, потому что ему грозило в худшем случае суток пятнадцать в относительном комфорте. Здесь же он даже будучи пьяным понимает, что овчинка не стоит выделки грубо говоря и попытка сопротивления может привести к ещё более серьёзным последствиям. Скажем вместо месяца отсидки в камере он досопротивляется до разборки на запчасти или его вообще застрелит абсолютно легально какой-нибудь доброохот вроде того парнишки с тазером. Негуманно? Да. Но коммунизм и не заявлял о гуманном отношении к тем, кто даже простейшие правила человеческого общежития выполнять не желает.

На экране было видно как один из горожан извлек пластиковые наручники и ловко стреножил пьяницу по рукам и ногам. Тут же подьехала патрульная автомашина и нарушителя запихнули на заднее сиденье. После чего все поснимали нагрудные камеры и вернулись к прерванным занятиям.

— У вас много снимают... – произвнёс Яшин.

— Да, — согласился безопасник, — Потому что могут и потому что понимают свой гражданский долг правильно. Чем больше устройств зафиксировало событие, тем меньше вероятность того, что кто-то будет осуждён по ошибке или по оговору.

— И куда его теперь? – кивнул Яшин на изображение с камеры как будто там ещё кто-то был.

— Отвезут в товарищеский суд, где товарищи ознакомившись с данными камер вынесут решение. Ситуация однозначная так что решение наверняка будет стандартным – месяц лишения общегражданских прав с отбыванием в одиночной камере. Вот кстати, о камерах...

Безопасник несколько раз пощёлкал кнопками мобильника и вывел на экран изображение изнутри как показалось Яшину абсолютно пустого бетонного куба два на два метра единственным антуражем которой была металлическая дверь и два крана на противоположной стене. Окаймленная металлом дырка чуть сбоку надо полагать олицетворяла собой нужник.

— Это стандартная камера заключения. Коммунизм дал гражданам полный доступ ко всем имеющимся благам в стране поэтому самым страшным и эффективным наказанием соответственно будет лишение нарушителя этих самых благ. Если хотите знать моё мнение то я считаю абсолютно правильным то, что государство устранилось от обеспечения заключенных всеми благами в полном обьёме. Кроме разве что питательной пасты из отходов пищевой промышленности и воды. Потому что все ресурсы государства по моему мнению и я в этом мнении не одинок должны расходоваться на законопослушных граждан, а не на отребье. Отбывающий наказание человек лишен любой связи с внешним миром, у него нет прогулок, он никак не контактирует ни с другими заключенными ни с персоналом, нет ни библиотек, ни иных источников информации. Даже кровати и той нет. Дверь открывается только два раза – в начале и в конце отбытия и это вшито на программном уровне в плату замка. Если с человеком там что-то произойдёт, инсульт скажем, дизентерия, простуда, то никто ему не поможет. И каждый, повторяю каждый, в Союзе это знает потому что один из государственных каналов напрямую и круглосуточно транслирует самые любопытные видео из камер заключения.

— А если бы это был ребенок?

— То я бы ему не позавидовал.

— Это же бесчеловечно! – вознегодовал Яшин.

— Зато справедливо. Трудящиеся Союза трудятся добровольно и им неприятно было бы знать, что плодами их трудов пользуются и преступники.

— Я не знаю даже что и сказать.

— Да и стоит ли? – снова подмигнул ему безопасник и широко улыбнулся.

По привычке. Ночное чтиво, Чтиво, Длиннопост
Показать полностью 1
Похожие посты закончились. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: