5

Могила для грешных (предупреждение - длиннопост)

В крохотном провинциальном городишке, затерянном где-то среди безумных переплетений федеральных и местных трасс, жизнь текла ровно и спокойно. Люди рождались и умирали, женились и разводились, воспитывали детей и ходили на работу.
В таких местах есть что-то чарующее. Они завораживают размеренностью и покоем бытия, основательностью и степенным говором местных жителей. Разве может сравниться задымленный мегаполис, вечно спешащий и задыхающийся от быстрого бега, с неторопливостью провинции, надрывные гудки сдавленных в пробках автомобилей - с тихим шелестом листьев в городском парке, а гул и грохот в битком набитом метро - с задорным смехом ребятни и стуком костяшек домино во дворе?

Здесь душа наслаждается жизнью. Тихой, спокойной, лишенной наносной мишуры псевдостатусности и карьеризма, жизнью в самом обычном городе, без знаковых памятников архитектуры и зодчества, если не считать, конечно, недавно построенную церковь.

Единственной достопримечательностью был заброшенный парк. Когда-то он был огромным лесом, в центре которого расположилось немаленькое болото. После войны деревья вырубили, провели мелиорацию, и от былого величия остался только небольшой, с гектар, массив и крохотное болотце, окруженные частной застройкой.

По вечерам по огибающему пролесок тротуару гуляли молодые мамы со своими чадами, на небольших лавочках предавались воспоминаниям пенсионеры, а влюбленные самозабвенно целовались, скрывшись за деревьями от любопытных глаз.
- Игорь, хватит, - девушка смущенно отстранилась, - люди смотрят.
- Валюш, какие люди, мы здесь одни, - парень обнял спутницу и что-то шепнул на ухо.
- Как Серафиму? – тихо переспросила она.
- Даже сильнее, - утвердительно кивнул юноша.
- Ну что, мужики, за любовь?

Между вековых елей расположились несколько мужчин, незаметно наблюдавших за воркующей парочкой. Цвет лиц компании не оставлял сомнений в том, что это завсегдатаи ресторана «Зеленый градус» (как называли парк местные жители). Наливал неофициальный лидер «клуба постоянных клиентов» – Федор, по прозвищу Терминатор. В трезвом состоянии – довольно милый человек, но после принятия на грудь – безголовое торнадо, по уровню наносимого ущерба сопоставимое разве что со взбесившимся бронетранспортером. Свою кличку он получил, наверное, еще в ясельном возрасте, расколотив окно в первый же день пребывания в садике.
- Федя, ты зачем продукт переводишь, - возмутился тщедушный мужичонка, увидев, как собутыльник выплеснул за спину треть стакана.
- Традиция такая, - хмыкнул Терминатор, - чтобы Серафиму умилостивить.
- Лучше бы в меня влил, - не унимался собеседник.
- А потом ночью домой не дойдешь, утащит хозяйка болотная в трясину, будешь за её конем присматривать, так что молчи. Ну что, между первой и второй перерывчик небольшой?
Компания согласно закивала головами.

Под бульканье вина, влюбленный шепот и крики малышей наступал вечер. Гуляющие потихоньку стали расходиться по домам, а солнце, изрядно намаявшись, старательно укрывалось облаками за горизонтом.
С болотца по парку стал расползаться густой белый туман. Вкупе с наступающей темнотой, поваленными кое-где замшелыми стволами и криками ночных птиц, создавалась сюрреалистичная картина, достойная стать фоном для голливудских ужастиков. Но завсегдатаев мистика не пугала, тем более что в головах уже приятно шумело и пошли традиционные разговоры «за жизнь», изредка прерываемые шлепаньем ладоней – комары вылетели на ежевечернюю операцию «донор».

- … по ночам она выходит из болота и бродит между деревьями, - самозабвенно рассказывал Федор, наливая вино в подставленные стаканы, - и если встретит грешника, то говорит…
- Опять?
- Ай!
Бутылка выскочила из рук, сопровождаемая испуганным ревом лося, тоскующего по самке. Мгновенно протрезвевшая компания со страхом оглянулась.
- Тьфу на тебя, начальник, - с трудом уняв нервную дрожь, просипел Терминатор, - до инфаркта доведешь, продукт зря пролил только. Эх.
- Сколько раз говорить, прекращайте устраивать попойки, и без вас проблем хватает, - так некстати появившийся заместитель начальника местного РОВД в сопровождении двух сержантов смотрел на перепуганных ценителей крепленых напитков, - заканчивайте и расходитесь по домам.
С недовольным бурчанием мужики стали собираться.
- Бутылки пустые не забудьте.
- Тимоха утром заберет, - вяло возразил кто-то в ответ.
- Не заберет, - улыбнулся капитан, - он второй день только у вокзала круги наматывает, сюда носа не кажет. Боится.
- От вас прячется, или Штанга с Орифлэймом решили бизнес отжать? - загоготал Терминатор, - лучше бы гопоту эту погоняли, чем мешать трудовому народу в законный выходной…
- Так, или через три минуты я наблюдаю исключительно тоскующие деревья, или кто-то займётся уборкой мусора в ближайшие недели две. Время пошло! Бутылки в руки, руки в ноги, ноги в дом, бегом, марш!

Когда недовольный ропот разбегавшихся мужиков затих вдалеке, замначальника повернулся к сержантам: - К болоту еще сходим и в отдел.
- Товарищ капитан, смотрите, забыли, - один из сержантов показал туда, где расслаблялась отправленная по домам компания.
На примятой траве сиротливо лежала закупоренная бутылка вина с романтическим названием «Вечерний звон».
- Может, оставим на опохмел какому-нибудь страдальцу, суперприз, - усмехнулся второй.
- Пусть лежит, - согласился офицер, - пойдем.

Ночной парк в городе пользовался недоброй славой. И виной тому были не ночные мрачноватые пейзажи, а «потенциально преступные» элементы, которые, пребывая в состоянии тихой задумчивой радости после выпитого, могли прогуляться по близлежащим улочкам на предмет экспроприации всего, что плохо лежало, или потрясти мелочь из тех, кто не научился убегать и драться. Поэтому здесь частыми гостями были сотрудники местного РОВД, проводя профилактическую работу среди «контингента», дабы снизить количество мелких и не очень правонарушений.

Справедливости ради нужно отметить, что и криминогенная обстановка города также подчинялась незыблемым законам провинциальной жизни. Держась на неизменном уровне, она лениво колебалась в диапазоне «статистической погрешности», что, впрочем, не избавляло сотрудников РОВД от подобных ночных рейдов.

Стоя на выходе из парка, капитан несколько минут прислушивался:
- Больше никого?
- Вроде да, - неуверенно подтвердили сержанты.
- Тогда в отдел, доложим шефу.

Начальник местного ГОВД, майор Иван Владимирович Пересыпкин, сидя в прокуренном кабинете, удивлялся превратностям судьбы. Буквально несколько минут назад (в кои-то веки!) ему позвонил сам глава областного управления внутренних дел. Поздравил с ростом эффективности работы подразделения, похвалил за раскрываемость, казалось, безнадежных «глухарей», намекнув в конце беседы на погоны подполковника. Конечно, при условии, что наметившаяся тенденция будет сохранена в обозримой перспективе.
Вот об этой обозримой перспективе и размышлял Пересыпкин. В противоположность клишированному образу недалекого сотрудника внутренних дел, начальник ГОВД обладал аналитическим умом и цепкой памятью. Достаточно сказать, что за годы службы он поименно знал всех более и менее активных, как их называли сотрудники отделения, парковых «робин гудов», и составил четкую схему работы по мелким правонарушениям, учитывающую десятки факторов6 от времени суток до места преступления.

Благодаря этому, работа подчиненных майора, как правило, заключалась в целенаправленном поиске наиболее активных сторонников тезиса «Ленин завещал делиться» и тех, кого тянуло на практике убедиться в кулачном бою, что «есть ещё порох в пороховницах». После очередного ЧП сотрудники, вооружившись рекомендациями начальника, без лишней траты времени и сил, практически в течение суток определяли «героя дня» и, взяв под руки, доставляли в кабинет шефа.

С кем-то из задержанных майор ограничивался профилактической беседой, некоторых закрывал на сутки, а неподдающихся вразумляющим речам отправлял в местный дворец Фемиды, где его старый друг, городской судья, со вздохом выносил суровые и не очень приговоры.
- Разрешите? – в открытой двери показалось лицо заместителя.
- Заходи, Сергеич, докладывай.
Сняв фуражку, капитан устроился на стуле и закурил:
- Разогнали Терминатора, прости, Федьку Семенова, с компанией, больше никого не было.
- Уверен? – недоверчиво прищурился майор.
- Абсолютно. С ребятами дошли до болота, там покрутились – никого, что, кстати, странно, - задумчиво протянул капитан и неожиданно улыбнулся, - сам же хотел чего-то серьёзного, вот и получи.

В душе Пересыпкин был полностью согласен со своим однокашником и другом, волею судьбы ставшим верным помощником и надежным замом. Обычная каждодневная рутина по поиску зачинщиков пьяных драк или мелких воришек не добавляла в копилку оперативной работы ни грамма опыта. Виновные были известны чуть ли не с первых минут. Поэтому втайне Иван Владимирович мечтал о каком-либо громком происшествии в городе, чтобы его подчиненные, в конце концов, смогли встряхнуться и применить на практике полученные когда-то знания и навыки следственной работы. - Да тут мистика какая-то, - почесал переносицу майор, - и преступления нет, как такового, теоретически, мы радоваться должны.
- А практически, - добавил Сергеич, - имеем нездоровые слухи по городу и гостя - идиота.
- Кого? – удивился Пересыпкин.
- Приехал тут, - ухмыльнулся капитан, - специалист по контактам с потусторонним миром. Уже прием ведет, порчу снимает, в общем, ничего необычного. Уже на болоте наши местные телевизионщики днем репортаж сняли. Собираются и по областному показать. Чуть не забыл, мои поговорили с Тимохой.

Городская знаменитость, бомж Тимофей, по вечерам традиционно промышлял сбором бутылок в парке. Однако последние несколько дней стеклянная тара оставалась неубранной, потому что её потенциальный владелец отказался от прибыльного бизнеса, предпочитая курсировать исключительно в людных местах.
- Не тяни, что узнали, - начальник РОВД с интересом привстал.
- Повторил слово в слово Штангу. Кстати, отец Николай, батюшка наш, звонил сегодня. Тимоха к нему в служки просится. Клянется быть всегда чистым, трезвым и воспитанным. В деньгах не нуждается, готов работать за еду.
- Да ну, - удивился майор.
- Ну да, - подтвердил заместитель, - кстати, вот, нашли в парке.
На стол были аккуратно выставлены пять полных, и столько же пустых бутылок из-под пива.
- Значит…
- Значит, - поддакнул Сергеич.

Задумчивую атмосферу прервал резкий звонок внутреннего аппарата. - Пересыпкин, - схватил трубку начальник, - что? Сейчас.
Глядя на округлившиеся глаза друга, капитан понял, что произошло экстраординарное событие.
- Давай быстро вниз, - подтвердил опасения майор, - Терминатор отделение штурмует.
- Чегоооооооо? – Сергеич, забыв фуражку, бросился к двери.
- По-моему, безумие заразно, - вслед хлопнувшей двери сказал Иван Владимирович и взял со стола два исписанных листа бумаги.

Три дня назад в кабинет начальника отдела несмело вошли двое закадычных друзей - гопников, неисправимых хулиганов и нарушителей общественного порядка. Витька Штанга, огромный бугай с накачанными мускулами, и Серега Орифлейм, прозванный так за то, что первым его «клиентом» оказался тщедушный распространитель всем известной и надоевшей косметики. За плечами парочки были не один десяток приводов, административные аресты и даже по году условного срока. При этом друзья были довольно неглупыми парнями, тот же Орифлэйм в свое время серьёзно увлекался историей, а Штанга и сейчас оставался неплохим шахматистом. Поэтому в иной обстановке они свободно переходили с «гопарьского» диалекта на вполне приличный литературный вариант родного языка.
Смущенно бурча, ребята попросили принять у них заявления. Иван Владимирович, усадив визитеров, положил на стол чистую бумагу и ручки. А через двадцать минут, ознакомившись с написанным, не поверил глазам.

Убористым почерком друзья подробно расписали все свои и не только грехи за последние несколько лет. Драки, мелкие грабежи, случаи сбора «дани», все было перечислено дотошно, с указанием подробностей, деталей и примерных сумм изъятого. Оба заявления заканчивались одинаково: «Вину свою осознал полностью, готов возместить ущерб и понести заслуженное наказание».
Списывать подобное поведение на муки совести майор не спешил. Психология преступника, вне зависимости от тяжести совершенного, всегда одинакова: не сознаваться до последнего. Чем же тогда мог быть вызван поток откровений, некоторыми деталями озадачивший даже видавшего виды Пересыпкина? Непонятно, но, с другой стороны, и не критично.

Волновало то, что в городе стали происходить необъяснимые события. И причиной их был парк. Дожидаясь с новостями своего заместителя, Иван Владимирович закурил и еще раз вернулся к рассказу, услышанному от друзей - гопников.
***
Вечерние сумерки медленно опускались на вековые деревья. Где-то задумчиво зудели комары, а вечно недовольный филин, сидя на ветках, громко ухал, жалуясь на судьбу и двух непрошенных гостей, расположившихся под его гнездовьем.
- Штанга, открывалка есть?
- Че понтуешь? Слабо зажигалкой открыть? – под громкий смех синхронно чпокнули вылетевшие пробки.
Филин с интересом склонил голову, принюхиваясь к запаху местного пива.
- Давай.
Тихий стеклянный «бздынь» окончательно убедил птицу в том, что вздремнуть пару лишних минут перед ночной охотой не удастся – друзья явно настроились на долгий расслабон.
- А не хило пошерстили сегодня, - затянувшись сигаретой, хмыкнул Орифлейм.
- Ещё бы, - пробубнел Штанга, - мобилу только зря не отжали.
- Да ну тебя, подал бы этот хмырь заяву — и все. Пересыпыча не знаешь? Вычислит, и пойдем уже не по условке, а по - серьезному, оно надо?
- Ладно, давай.

Тихо выматерившись, филин вспорхнул и скрылся в наползавшем тумане. Друзья же, не обратив внимания на возмущенную птицу, продолжали наслаждаться жизнью. Тем более что рядом терпеливо ждали своей очереди ещё шесть бутылок. Темноту изредка разрывали огоньки сигарет, да тихий смех нарушал ночное спокойствие.
- Штанга, ты про демона слышал? – Сергей сделал глоток и с наслаждением затянулся.
- С Промышленной? Которому я нос сломал?
- Да нет, про болотного, здесь живет. Бабки как-то трепались.
- Клоун, и ты веришь? Им абы полялякать, скучно, вот и сочиняют, - хмыкнул Виктор. - Дай зажигалку.
- Не сочиняют, - глядя на освещенное вспышкой пламени лицо друга, протянул Орифлейм, - говорят, что давно когда-то здесь барин жил. Богатый очень. У него даже конь был, маленький, этот…
- Пони, - подсказал Штанга.
- Ага. Детям своим купил зверюшку. Говорю ж, богатый. Женат он был на простолюдинке, Серафиме. Любовь у них там какая-то невероятная случилась. Кстати, тетка сама все по дому делала, поэтому прислугу не держали.
- Как бабка рассказываешь, - отхлебнув пива, хмыкнул друг.
- Не перебивай. И вот как-то раз барин с детьми уехал куда-то, а Серафима осталась. Тут, короче, беспонтовые местные гопари решили потрясти клиента на бабки. Дождались, когда хозяин с мелкими свалил, и вломились в дом. Тетка с пони гуляла рядом с болотом, далеко от хаты, красота, шерсти – не хочу.
- Ну?
- Гну. Не нашли ничего, тогда схватили они Серафиму и давай пытать, где золото.
- Чет пацаны по беспределу пошли.
- Я ж говорю – беспонтовые. В общем, молчит баба. Привязали её к коню мелкому, и утопили обоих в трясине, чтоб не проболталось никому. Потом уже, когда барин домой вернулся и жену не нашел, солдат пригнали, жандармы всех на уши поставили. Обещали заплатить, если кто расскажет, куда Серафима пропала с конем. Но никого не нашли.


(продолжение в комментариях ниже)

Автор - Андрей Авдей

Источник-https://vk.com/four_ls

Могила для грешных (предупреждение - длиннопост) Текст, Длиннопост, Ужас, Призрак, Проклятие, Могила, Прикол

Найдены дубликаты

+2

- Но почему призрак пробудился? С чем это связано? Вопрос риторический. И мы зададим его нашему гостю, специально приехавшему экстрасенсу высшей квалификации, магистру международной академии магии, бакалавру института потусторонних взаимодействий, Великому Триптиху всемирного союза целителей, колдунов и парапсихологов, Исидору Ведьмоедову.


Камера с готовностью повернулась в сторону одетого в расшитый серебристыми рунами балахон мужчины, совершавшего непонятные пассы руками.


- Господин Ведьмоедов, позвольте вас поблагодарить за принятое приглашение. Мы ценим, что вы сумели вырвать несколько дней, отложив в сторону горящие вопросы и прием посетителей, которые, по слухам, записываются к вам за несколько месяцев.


Маг самодовольно кивнул, глядя черными глазами прямо в камеру.

- Линзы, - вынес вердикт майор.

- И накурился, - добавил зам.


- Как ведущий специалист по потустороннему миру я просто не мог не приехать, - начал мужчина, - ведь оказывать помощь нуждающимся – истинное предназначение тех, кто обладает редчайшим даром общения с иными существами.


- Скажите, что вы думаете о происходящем? Уверен, жители города с нетерпением хотят узнать истинную причину пробуждения Серафимы.


- И мы тоже, - буркнул Сергеич.

- Всю ночь на ментальном уровне я общался с душами предков и своим учителем, великим Брахманом тринадцатой ступени, имя которого знают только посвященные, к числу которых принадлежит и ваш покорный слуга.


Самодовольная улыбка и такой же поклон сопровождались сдавленным матом, вырывавшимся сквозь сжатые зубы заместителя начальника РОВД.

- И что они вам рассказали, отрылась ли истинная причина выхода Серафимы на охоту?

- Город погряз во лжи, разврате и сладострастии. Его каменные джунгли безжалостно топчут энергетические поля великих духов, испокон веков живущих на этих землях. Люди не видели посылаемых знамений, бывших не чем иным, как предупреждением. Своим безразличием жители города разозлили иной мир, чаша терпения древних богов иссякла, и возмездие вырвалось из глубин болота, которое станет могилой для всех грешников, волею судьбы попавших в лапы демона.


- Простите, что перебиваю, но зрителей очень интересует также и вопрос бездействия городских правоохранителей.

Маг снисходительно улыбнулся:

- Сущности, выпустившие Серафиму, способны переселяться в любые физические тела

- Вы хотите сказать, что… - ахнул корреспондент.


- Поехали, - майор выключил телевизор.

- Он у меня поговорит, я ему этих сущностей натолкаю полную…, - с готовностью вскочил капитан.

- Успокойся, мы в больницу, - Пересыпкин снял трубку внутреннего аппарата – машину, быстро.

- Так быстро забрали, - удивился заместитель, - только экстракекса или корреспондента тоже?

- Если бы, - рассмеялся майор, - навестим нашего старого друга.

***

- Валюш, ну что ты дуешься, - за столом небольшого кафе сидела молодая пара. Задумчиво глядя на полупустые бокалы вина, юноша тяжело вздохнул:

- Валь.

- Что, - девушка демонстративно посмотрела на часы, - поздно уже, мне пора.

- Кому ты веришь? – парень сделал ещё одну робкую попытку задержать спутницу.

- Я верю своей лучшей подруге, она вас видела вместе.

- Да она просто завидует, неужели непонятно?

- Непонятно, как можно клясться в любви и встречаться на стороне с этой, - девушка всхлипнула.

- Господи, - парень одним махом допил вино, - ну как мне тебя убедить.

- Никак, - Валентина решительно встала, - все кончено.

- Подожди, - внезапная догадка осенила юношу, - я знаю, кто сможет подтвердить мою невиновность.

- И, - девушка на секунду остановилась.

- Серафима.

- Ты хочешь встретить её пони? Ненормальный, - Валентина улыбнулась.

- Если он не фыркнет, значит, я невиновен, - парень протянул руку, - идем?

* *

- Приветствую зараженных иными сущностями, - заведующий психоневрологическим отделением местной больницы встретил друзей громким хохотом.

- Уже видел? - фыркнули офицеры.

- Да весь город видел, присаживайтесь, - хозяин кабинета гостеприимно махнул рукой, - чай, кофе, спирт? Святую воду не предлагаю по понятным причинам.

Друзья не выдержали и рассмеялись.

- Зачем пожаловали?

- Саш, – начал майор, - мы по делу. Ты с нашими жертвами пообщаться успел? Что думаешь.

- Думаю, что психически они вполне нормальны, естественно, в пределах допустимой погрешности.

- Хочешь сказать, - вступил в разговор Сергеич, - что они на самом деле что-то видели?

- Конечно, - кивнул врач, - если бы только один пациент – количество возможных диагнозов было бы неограниченным, но шестеро.

- Четверо, - поправил Пересыпкин.

- Шестеро, - повторил завотделением, - час назад ваши ребята привезли еще двоих. Подобрали в парке, девушка с парнем. Оба без сознания. Когда пришли в себя, что-то бормотали про Серафиму и пони. Вкололи успокоительное. Пускай отдохнут.

- Значит, все-таки призрак? – майор задумчиво почесал переносицу.

- Не значит, - хмыкнул врач, - может, по пятьдесят?

- Уж лучше кофе, - хором выдохнули офицеры.

***

Солнце робко выглянуло из-за горизонта, сильно удивившись свету в окне заведующего отделением больницы. Заглянув сквозь неплотно завешенные шторы, оно увидело что-то возбужденно обсуждавших троих мужчин, сидевших за заставленным пустыми чашками столом.


- Но если первые были в состоянии алкогольного опьянения, то последняя пара - исключение, - не соглашался майор.

- Они тоже выпили, пусть и немного, - улыбнулся доктор.

- Хорошо, - вступил в дискуссию капитан, - а как объяснить вызовы по всему городу, за вчерашний вечер почти сорок человек видели эту чертову бабу с её ненормальным пони.

- А сколько настоящих свидетелей НЛО, - парировал завотделением, - мужики – это же чистой воды психология. Чудаков тысячи, а самыми удивительными из них только у меня две трети палат занято. Чем невероятнее событие, тем больше появится свидетелей и очевидцев, своими глазами видевших будь то прогулки динозавра по тротуару или зеленого человечка, сидящего на трубе котельной и орущего матерные частушки.

- Но дыма без огня быть не может, - Пересыпкин не сдавался, - что могло вызвать массовые галлюцинации.

- Белочка в смокинге, - рассмеялся врач, - Вань, ну ты же в школе любил физику. Вспомни свойства воды в различных агрегатных состояниях.

- Воды? - не понял майор.

- Точнее, пара, или тумана, на худой конец, - заведующий отделением с хрустом потянулся, - преломление света, искажение звука, может, стоит оттолкнуться от этого?

- Преломление света, говоришь, - начальник ГОВД несколько секунд внимательно смотрел в окно, - Господи, какой же я идиот.

И вскочив, он бросился к двери, кинув на ходу капитану:

- Поехали!

**

Из палаты тихо вышла высокая стройная девушка. Остановившись у дивана, она ласково тронула за плечо дремавшего юношу:

- Игорь?

Молодой человек открыл глаза и вскочил:

- Как ты, Валюш.

- Все хорошо, - девушка улыбнулась.

- Валь, знаешь, после того вечера в парке, я все понял, в общем, - парень на секунду запнулся и решительно стал на колено, - выходи за меня замуж.

- Ты действительно ненормальный, - тихо рассмеялась Валентина, - я…

***

-.. пристрелю к чертовой матери и вас, Михайловна, и вашу козу ненормальную, - майор в исступлении размахивал руками, стоя перед ошарашенной старушкой и не менее удивленной козой, - кто вас надоумил ей фонарик к рогам привязать, а?

- Сама, - ответила пенсионерка, - она ж научилась открывать калитку, и по вечерам в парк сбегает. Как в темноте её найти-то, вот и приспособила, где свет увижу, бегом туда. И не кричи тут, ишь разорался.

- А синий цвет откуда? – не унимался Пересыпки.

- Да специально чернилами подкрасила лампочку, чтобы ярким светом людей не перепугать, - улыбнулась Михайловна.

- Господи, да вы весь город перепугали, - начальник ГОВД устало присел на колодку, - из области даже генерал звонил.

- Серафима, иди сюда, моя хорошая, - старушка ласково почесала козе за ухом, - такая у него работа, подчиненным спуску не давать. А ты, Вань, успокойся. Может, молочка выпьешь, тепленького?

Глядя на корчащегося от хохота заместителя, майор махнул рукой:

- А давайте.

***

- Что тут у тебя, Пересыпкин?

Дверь с грохотом распахнулась, и в кабинет вошел глава областного управления.

- Здравия желаю, товарищ генерал, - вскочил майор.

- Да садись, - гость с шумом пристроился на стуле и снял фуражку, - докладывай.

- Отчет в управление отправил, все в норме, с демоном разобрались, раскрываемость растет, уровень…

- Ты мне ваньку не валяй, по существу говори, что, как, почему. Кстати, чем у вас начальство угощают?

Иван Владимирович посмотрел на холодильник и, улыбнувшись, предложил:

- Товарищ генерал, а вы любите козье молоко?  

+2

* *

Начальник ГОВД занимал свой пост вполне заслуженно. И погоны майора носил тоже не зря. Следующие несколько дней весь состав отдела ночевал на работе, а матери, жены и невесты, вздыхая, приносили своим мужчинам перекусить и свежие рубашки.


Как и ожидал Пересыпкин, «грандиозный шухер» начался с самого утра. Узнав, что Штанга, Орифлейм, а затем и Терминатор, сдались, как по команде, с повинной один за другим пошли все «робин гуды». Каялись, писали признания, просили прощения и клялись впредь быть исключительно законопослушными гражданами. На планерках майор выслушивал отчеты об очередных раскрытых «глухарях», снижении количества правонарушений и традиционно пустом парке.


Отдел сбился с ног, опрашивая всех, кто проживал рядом со злополучным местом, но дело загадочной Серафимы не продвинулось вперед ни на йоту. Никто ничего не видел, не замечал, не обращал внимания.


Собственно, в сложившейся ситуации были и свои плюсы. Резко пошли на спад вызовы, связанные с правонарушениями – по вечерам жителя города, напуганные слухами о жутком привидении, предпочитали находиться в квартирах, предпочитая узнавать новости по местному телеканалу. Правда, тут же возникла проблема другого рода - то в одном, то в другом месте неравнодушные граждане замечали страшную болотную бабу со своим неизменным спутником – рогатым пони. Наряды срывались в указанные места, но, к сожалению, безрезультатно.


- И эта свистопляска продолжается второй день, - измученный заместитель, бросив помятый китель на спинку стула, с наслаждением прихлебывал горячий кофе, - через час ребята ещё раз прочешут парк, как раз стемнеет к тому времени.


- Но согласись, - майор покосился на телефон, - не бывает дыма без огня. Значит, что-то в этом парке есть, не зря народ даже рядом ходить боится.


- Кроме Михайловны, - улыбнулся капитан.

Пересыпкин согласно кивнул головой:

- Её точно ничто не испугает.

Валентина Михайловна, бодрая семидесятипятилетняя старушка, заслуженно носила звание почетного жителя. В годы войны она была связной партизанского отряда, дважды попадала в руки гестапо и дважды каким-то чудом вырывалась из лап неминуемой смерти. После освобождения родного города ушла на фронт медсестрой. Вернулась в звании лейтенанта медслужбы, затем закончила мединститут и до пенсии работала терапевтом местной поликлиники.


Двое детей Михайловны уехали в столицу, муж несколько лет назад умер, поэтому все свое время она посвящала небольшому подсобному хозяйству, по вполне приемлемой цене продавая желающим овощи с собственного огорода, козье молоко и сыр собственного приготовления. И только 9 мая, когда женщина выходила на парад в своем выгоревшем кителе, жители видели совсем другого человека. Не милую старушку, а боевого офицера, награжденного орденом Красной звезды и медалями «Партизану Отечественной войны» 2-й степени, «За отвагу», «За освобождение Варшавы».


- Она заметила что-нибудь необычное? – майор, предвидя ответ, все же с ожиданием смотрел на зама.

- Ничего, - вздохнул капитан, - посмеялась. Сказала, верить перепуганным алкашам – последнее дело. Кстати, ты новости смотришь?


Ответить не дал резкий звонок.

- Слушаю, - Пересыпки взглядом показал на потолок.

- Ты новости смотришь? - проревело из трубки.

- Никак нет, товарищ генерал, не до них сейчас.

- Уважь начальника, выдели минутку, включи телевизор, - трубка нервно дергалась в руках начальника ГОВД, вибрируя от децибел, летевших с другого конца провода, - мне уже из министерства звонили, что у тебя происходит?

- Ситуация под контролем, проводятся необходимые…

- Значит так, майор, хотя так и хочется сказать – капитан, - от генеральского крика аппарат вздрогнул и попытался покончить самоубийством, бросившись со стола, - даю день сроку, чтобы ни о бабе, ни о свинье рогатой я не слышал, иначе – пеняй на себя. Отбой.

- Сам? – сочувственно спросил капитан.


- Минуй нас пуще всех печалей и барский гнев, и барская любовь, - вместо ответа продекламировал Пересыпкин и щелкнул пультом телевизора.  


- А мы ведем репортаж из самого загадочного и таинственного места нашего города, - камера крупным планом показывала задумчиво булькающее болотце.

Судя по яркому солнцу, сюжет был снят в полдень.


- Как вы уже знаете, - невозмутимо продолжал голос за кадром, - демон, точнее, демониха, мирно спавшая здесь несколько сотен лет, неожиданно проснулась и вышла на охоту. Паника среди жителей нарастает, а доблестные сотрудники внутренних дел развлекаются исключительно вечерними патрулированиями освещенных мест. Совпадение? Не думаем. Возможно, легендарная болотная баба и наши правоохранители состоят в каком-то тайном сговоре? Иначе чем объяснить показное равнодушие тех, кто по долгу службы обязан, подчеркиваем, обязан защищать и охранять покой честных законопослушных граждан.


- Может, его на наркотики проверить, - предложил капитан.


- Нельзя, - вздохнул майор, - четвертая власть. Тронешь – поднимут такой вой, что вместо Тимохи будем бутылки в парке собирать.  

+2

- И че? – хмыкнул Штанга.

- А ниче, - Орифлейм запустил пустую бутылку между деревьев, - барин продал все и приказал вокруг болота высадить лес, потом детей забрал и уехал куда-то. А тетка, говорят, стала болотной хозяйкой. Обиделась она сильно на жителей, не сдавших убийц, и поклялась, что болото станет могилой для грешников. С тех пор по ночам с пони бродит по парку, ищет. Глаза у обоих синим горят, у коня рога на голове выросли. Если кого встретит и зверь этот фыркнет, значит, её клиент, - хана. Утащит в болото.


- Во налепил, - заржал Виктор, - не гони волну, Серега. Придет к нам, угостим пивом и тетку, и пони заодно, чтобы не фыркал. Ты куда?

- Ща приду.

-Смотри там, не попади в демона, обидится.

- Пошёл ты.

И под громкий гогот друга Орифлейм скрылся в тумане.


Отойдя метров сто и пристроившись возле дерева, Сергей огляделся. Сквозь белесую пелену к нему жадно тянули свои скрюченные пальцы огромные великаны. Листья, тихо шелестя, под зловещее уханье филина сбрасывали на землю капли воды. Где-то раздавалось потрескивание веток, а со стороны болота донесся громкий вздох. Уняв нервную дрожь, парень заставил себя усмехнуться:

«Пиво дало в голову, вот и мерещится».

- Эй, ты живой? – крик друга заставил вздрогнуть. Тысячи мурашек тут же побежали по всему телу.

- Дебил, - рявкнул Орифлейм, - хорош ржать. Ща приду.


Закончив свои дела, он повернулся и замер. Туман медленно обволакивал все вокруг, сияя призрачным светом. Сергей не сразу понял, что наступила тишина, даже смех Штанги доносился приглушенно и словно издалека. Густая пелена становилась все плотнее и плотнее, заставляя легкие работать на пределе ради нового глотка воздуха. Волна леденящего ужаса накрыла парня с ног до головы. Ещё недавно бесстрашный и наглый Орифлейм мгновенно покрылся холодным потом, ручейки которого потекли вниз, смывая капитально измученных непрерывной беготней мурашек. Натужно хрипя, Сергей хотел закричать, но сумел выдавить из себя только сдавленное «кхэээээээээээээээ».


Впереди что-то было. И оно шло к дереву. Медленно, уверенно и спокойно. В ушах тихо зазвенели колокольчики. От страха ноги приросли к земле, и парню оставалось, трясясь мелкой дрожью, смотреть вперед широко раскрытыми от ужаса глазами. Свет становился все ярче и ярче, переливаясь от белого до... синего?


«…стала эта Серафима болотной бабой. По ночам выходит из болота со своим пони и бродит по парку, ищет грешников».

Воспоминания о рассказанной в шутку полудетской страшилке заставили сжаться.

«Глаза у обоих синим горят, а у коня на голове …».

Рога.

Они вынырнули неожиданно, в нескольких метрах от дерева. Сергей почувствовал, как по ногам побежали горячие ручейки, колокольчики в ушах зазвенели сильнее.

- Вот ты где!

От злобного шипения, прорвавшегося сквозь плотный туман, зашевелились волосы.

«Надо было помолить…»

Эта мысль была остановлена раздавшимся рядом торжествующим фырканьем.

- Кто ты, - с трудом пропищал парень.

- ….ма!

От демонического рева пронзительный звон в ушах наконец-то прекратился, укрыв Сергея мягким одеялом спасительного обморока.

* *

- Ты где пропал? – Штанга допил бутылку и всматривался в густой туман, - але?

Но тишину нарушил только шелест крыльев пролетевшего мимо филина.

- Серега!

- Угу, - раздалось над головой.

- Заткнись, - оборвал птицу парень, - эй?

Виктор закурил и прислушался. Ни звука, только пернатый собеседник копошился в ветвях, да тонко зудели комары.

Неожиданно тишину прорезал громкий крик.

- Что за фигня, - Штанга поднялся и решительным шагом направился туда, где, по его мнению, был Сергей.

-Не умеешь пить, не берись. Лошара, уснул, небось, или на лягушку наступил и обделался со страху, - бормотал парень, продираясь сквозь заросли молодых деревьев, - блин.

Какая-то ветка, возмутившись таким бесцеремонным обращением, распрямившись, больно ударила по рукам.

- Серый, ты где?


Сквозь плотный туман впереди смутно угадывалась какая-то возня, но рассмотреть не удавалось. Штанга похлопал по карманам – зажигалки не было.

Будто поняв возникшую проблему, на ночное небо, покачиваясь, выползла полная луна, и озарила серебристым светом парк и его обитателей. Хотя лучше бы она этого не делала.

- Вот же, - прошептал Виктор и замер.

Метрах в пяти угадывалось неподвижное тело, над которым сосредоточенно копошилось жуткое существо. Что-то бормоча и тряся взлохмаченными космами, оно склонилось над лежавшим. В нос ударил тошнотворный запах гнили и старого мусора.

Почуяв, что рядом есть еще кто-то, создание подняло голову и зарычало.

- Уйди, аааааааааааааааа, - во всю силу молодых и ещё не окончательно прокуренных легких заорал парень.

- ААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААА!

От мощного крика замерли комары, и даже филин на несколько секунд прервал свой ужин, заинтересованно прислушиваясь. Затем, что-то проугукав, птица продолжила трапезу. В конце концов, ей не привыкать, мало ли что происходит в ночном парке.

Виктор на секунду остановился, чтобы набрать воздуха.

- АААААААААААААААААААААААААААААААААА.

Перепуганное создание орало не хуже Штанги.


Парень подошел ближе и неожиданно отвесил смачную оплеуху лохматому привидению:

- Че орешь, придурок.

- А ты, - писклявым голоском возмутилось создание, на проверку оказавшееся Тимохой.

Облегченно выдохнув, Виктор присел перед телом:

- Эй, Серега, ты что? Отойди, а?

Последняя фраза была адресована Тимофею, заинтересованно крутившемуся рядом и распространявшему амбре давно немытого тела.

- Серый, очнись, - Штанга похлопал друга по щекам, - ау?

- Господи Иисусе, Пресвятая Богородица…

- Братуха, просыпайся.

- Серафима, - с трудом прошептал Орифлейм.

- Что? - Виктор наклонился к другу и прислушался.

- и святые угодники, простите мя грешнаго…

- Заткнись, - рявкнул Виктор на бомжа.

- …ибо грешен я пред Господом нашим…

- Ты что, оглох, - Штанга поднялся, чтобы успокоить Тимоху ещё одной оплеухой, но только пискнул:

- Мама.


Впереди туман переливался сполохами синего света, озарявшего медленно приближавшиеся рога. За ними смутно угадывались женские очертания, сопровождаемые злобным фырканьем.

- Это же, - ни к кому не обращаясь, прошептал Штанга.

- Серафима! – рев демона вывел парня из ступора.

Взвалив на плечо друга и схватив за руку нервно икающего бомжа, с криком «Валим отсюда» Виктор гигантскими прыжками бросился прочь. Хлестали по лицу ветки, хлюпала под ногами вода, но Штанга несся, как ветер, подгоняемый злобным фырканьем и выматывающим душу воплем:

- Серафима!

* *

- Можно? - в дверь заглянул взмыленный заместитель.

- Заходи, Сергеич, рассказывай, что там, - майор отложил бумаги и с наслаждением откинулся на спинку кресла.

- А ты не догадываешься, - улыбнулся капитан, - Терминатор у дома вспомнил о целой бутылке и решил вернуться.

- Ну да, - буркнул начальник, - разве можно оставить такое богатство беспризорным. Что говорит?

- Потребовал посадить в камеру, предложив взамен взять на себя все «глухари». Поставил условие – чтобы свет горел постоянно. Кстати, поклялся, что больше пить не будет.

- Опять Серафима? – Пересыпкин вздохнул.

- Думаю, да, - согласно кивнул Сергеич, - что делать будем, командир?

- Поехали домой, мне кажется, в ближайшие несколько дней жены нас не увидят. Как говорил один герой – «мы накануне грандиозного шухера».

+1
Мне понравилось.:-)