233

Меч в североевропейской культуре VIII - XI вв

авторы С. А. Васютин, И. А. Кабурнеев.

Меч в североевропейской культуре VIII - XI вв Лига историков, Меч, Европа, Средневековье, Длиннопост

Мечи получают сравнительно широкое распространение у древнегерманского населения Северной Европы в эпоху Великого переселения народов (поздний римский век). Судя по археологических находкам, наиболее часто встречались три вида мечей. Первый - длинный обоюдоострый римский меч, который правильнее называть «кельтским», потому что такие мечи для конных воинов создавались по кельтским образцам (кельтский оригинал в литературе называют «спата») и нередко кельтскими же кузнецами. Образцовые находки таких «кельтских» мечей были обнаружены в погребении № 2 в Кюндбю и Билдсё на о. Зеландия, в болотах в Торсбъерге (Южная Ютландия), Вимозе, Нидаме (Нюдам) и многих других местах.

Меч в североевропейской культуре VIII - XI вв Лига историков, Меч, Европа, Средневековье, Длиннопост

Мечи из Нидаме


Гораздо реже среди скандинавских находок встречались короткие мечи, своими размерами напоминавшие римские «гладиусы». Тетьим видом меча был сакс (лангсакс, скрамсакс) - боевой однолезвийный нож длиной обычно около 50 см. Его популярность объяснялась тем, что он был значительно дешевле и легче в изготовлении, чем кельтские мечи. В целом археологические исследования свидетельствуют, что среди мечей, обнаруженных на территории Скандинавии и Ютландии преобладало импортное оружие, разными путями попавшее на север.

Меч в североевропейской культуре VIII - XI вв Лига историков, Меч, Европа, Средневековье, Длиннопост

Скрамасакс и прорисовка узора на клинке


Стоит обратить внимание на то, что уже в первой половине I тыс. н. э. меч воспринимался германцами не просто как оружие, а как сакрализован-ный объект, который входил в состав жертвенных кладов. В некоторых случаях, как, например, клад в болоте Нидам, число мечей достигало сотни и более. Причем большинство мечей было найдено согнутыми и с глубокими зарубками на клинках. Мечи также представлены в элитных захоронениях древних германцев. Как и в случае с кладами, в болотах в ряде захоронений такие мечи были предварительно согнуты и уже не годились к употреблению. В то же время находки парадных мечей в некрополях германских вождей предположительно говорят о том, что погребенные вожди-воины должны были появиться в потустороннем мире с оружием и другими предметами сопроводительного инвентаря. Отсутствие мечей в рядовых захоронениях может гипотетически объясняться традицией передавать оружие сыновьям, родственникам или знатным воинам за определенные заслуги перед семьей покойного. Во всяком случае подобные факты не редкость для раннесредневекового периода. По всей видимости, в эпоху Великого переселения народов сколько-нибудь единой традиции употребления оружия в погребальных ритуалах еще не возникло.

Меч в североевропейской культуре VIII - XI вв Лига историков, Меч, Европа, Средневековье, Длиннопост

Германский варвар, 5 век н.э.


Мечи, сходные по форме с меровингскими мечами (вероятно, привозные или являющиеся подражанием), известны по погребальным памятникам вендельского периода (VI - VIII вв.). Название периоду дали курганы знаменитого некрополя Вендель в Средней Швеции. Вендельское оружие, в том числе и мечи, были отделаны с исключительной пышностью и великолепием. Торжественное и парадное такое оружие вряд ли предназначалось для боя. Скорее, они служили для церемониальных выездов и ритуалов, связанных с регулярными сборами народного ополчения, которые совпадали как с религиозными праздниками, так и с собраниями тингов. Г. С. Лебедев образно охарактеризовал эту эпоху словами из «Старшей Эдды». По его мнению, только современник Инглингов (в вендельский период династия в Упсале - главном административном и религиозном центре Средней Швеции) мог воскликнуть:


У нас семь палат,

полных мечами,

их рукояти

в резьбе золотой...

Меч в североевропейской культуре VIII - XI вв Лига историков, Меч, Европа, Средневековье, Длиннопост
Меч в североевропейской культуре VIII - XI вв Лига историков, Меч, Европа, Средневековье, Длиннопост

Меч из Саттон Ху


Ведущее место в наступательном комплексе меч занимает в «эпоху викингов», принятая западноевропейская хронология которой охватывает период с 793 по 1066 гг. Восточноевропейское направление экспансии викингов можно ограничить серединой VIII - первой половиной XI вв. В этот период во всей Европе получает распространение так называемый ранний каролингский меч, продолжавший традиции меровингского меча. Специалистами он характеризуется как «одно из основных и, безусловно, наиболее эффективное оружие Европы в VIII-ХIII вв. Типичный каролингский меч при средней длине 75 - 110 см отличался выдающимися рубящими характеристиками, прочностью, надежностью и легкостью конструкции. Прототипные и основная масса собственно каролингских мечей создавались в рейнских мастерских, активно импортировалась и воспроизводились в Скандинавии, на Руси и во многих других регионах Европы.


Мечи эпохи викингов состояли из пяти частей: кованого стального лезвия; гарды, расположенной возле лезвия; затем шла плоская рукоять меча, сужающаяся от лезвия вверх; вторая крестовина или эфес и, наконец, треугольный, полукруглый или многогранный набалдашник (навершие), с помощью которого сбалансировался меч. По середине плоскости клинка с двух сторон проходил жёлоб (дол). Он создавал ребра жесткости, что делало меч прочным, и одновременно более легким.

Меч в североевропейской культуре VIII - XI вв Лига историков, Меч, Европа, Средневековье, Длиннопост

Меч почти всегда использовался для рубящих, а не колющих ударов. Он весил от 0,9 до 1,3 кг и обычно его держали только в одной руке, хотя смелый боец мог отбросить щит или перевесить его на спину и использовать обе руки, чтобы нанести более сильный удар. Как говорил датский хронист Саксон Грамматик: «В старину в сражениях люди не стремились быстро и беспрерывно обмениваться ударами; бывали перерывы и определенная очередь в ударах; весь поединок заканчивался несколькими ударами, но удары эти были ужасны. Почиталась скорее мощь, нежели число ударов».


Мечи викингов часто имели своеобразную заточку. Оттачивалась только верхняя треть клинка, нижние две трети слабо или вообще не затачивались. Воины, парируя удары, подставляли нижнюю, слабо заточенную часть клинка, а наносили удары верхней частью. Таким образом, острое лезвие меча предохранялось от поломки и зазубрин.

Меч в североевропейской культуре VIII - XI вв Лига историков, Меч, Европа, Средневековье, Длиннопост

Для меча в первую очередь было необходимо негнущееся лезвие, так как во время боя лезвием меча наносились тяжелые удары; как колющее оружие меч в раннее средневековье практически не использовали. Для того чтобы добиться необходимой прочности, нужно было увеличить содержание углерода в доступной кузнецу железной руде (поскольку оно было слишком низким). Этого добивались с помощью сложной и красивой техники, известной как «узорчатая ковка» или «узорная сварка» (дамаскирование), известной задолго до эпохи викингов. Такая технология изготовления мечей применялась еще в I тыс. н. э. Лезвие меча состояло из множества тоненьких брусков (полос) железа, «упакованного» в угли, которое раскаляли добела, пока его поверхность не впитает достаточно углерода и не превратится в сталь (хотя основа при этом оставалась железной). Сердцевина брусков была темной, а стальная поверхность - более светлой. Затем, для более равномерного распределения стали, железные полосы складывали вдвое, охлаждали различными способами, а затем проковывали; потом снова складывали вдвое и снова проковывали. Наконец, такой пучок перекрученных брусочков сваривали. Получалась центральная часть клинка. К ней приваривали две полоски из наилучшей стали, которые образовывали режущие края. Затем весь клинок полировали и придавали ему форму. В ходе этого процесса в центральной части клинка образовывался узор: переплетающиеся полосы стали и простого железа выглядели как клубящиеся светлые и темные волны, как извивающиеся змеи или ветви. Конечно, цель сварки была чисто практической, однако полученные змеиные узоры придавали оружию не только эстетический вид, но и превращали его в символ доблести героя, придавала мечу мифологический смысл, связь со змеиным жалом.

Меч в североевропейской культуре VIII - XI вв Лига историков, Меч, Европа, Средневековье, Длиннопост

Скандинавский меч, 9 век

Меч в североевропейской культуре VIII - XI вв Лига историков, Меч, Европа, Средневековье, Длиннопост

Работа современного кузнеца


Поэтому так популярен сюжет о змеиных мечах в североевропейской эпической традиции:


Также герою стало подспорьем

То, что вручил ему вития Хродгаров:

Меч с рукоятью, старинный Хрунтинг,

Лучший из славных клинков наследных;

(были на лезвии, на крови закаленном, зельем вытравлены узорные змеи)...


Сюжет о мечах со змеиными узорами часто фигурирует в эпической литературе Скандинавии и Англии, а также в скальдических произведениях. Лезвие меча «пестрое, как змеиная кожа» упоминается и в «Беовульфе». Вполне уместное сравнение меча со смертельно ядовитой змеей продолжало использоваться еще долго после того, как «узорчатая ковка» ушла в прошлое.


Если содержание углерода в клинке было достаточно высоким, то его можно было сделать еще

тверже посредством закалки. Для этого меч снова раскаляли и затем охлаждали - так быстро и резко, как только было возможно, погружая его в какую-нибудь жидкость. Неизвестно, какая именно жидкость использовалась. Вполне вероятно, что это была не просто вода, поскольку в таком случае вокруг раскаленного клинка слишком быстро образовался бы «барьер» из пара, который мог помешать ему охладиться мгновенно. Высказывались предположения, что это могло быть масло, мед или влажная глина.

Меч в североевропейской культуре VIII - XI вв Лига историков, Меч, Европа, Средневековье, Длиннопост

Процесс закалки был строго охранявшейся профессиональной тайной кузнецов.


На поясе Нидуда

Меч мой сверкает, его наточил я

Как можно острее

И закалил

Как можно крепче;

Мой меч навсегда От меня унесли,

Не быть ему больше в кузнице Вёлунда.

Меч в североевропейской культуре VIII - XI вв Лига историков, Меч, Европа, Средневековье, Длиннопост

Вёлунд, бог-кузнец, современны арт


В Северной Европе широко была распространена вера в то, что мечи закаляли в крови, и такие мечи были гораздо опаснее обычных. В «Беовульфе» говорится, что один необыкновенно благородный клинок был «закален в крови». Наконец, лезвие меча затачивали и всю его поверхность делали гладкой и блестящей с помощью какой-нибудь некрепкой кислоты (уксуса, мочи или дубильной кислоты), в результате чего «узоры» на поверхности выступали еще ярче. Возможно, именно из-за этой обработки кислотой поэты иногда упоминают о «яде» в связи с оружием, поскольку нельзя считать, что оно в буквальном смысле было отравлено. В одной поэме из «Старшей Эдды» описывается меч Сигурда Вёльсунга, причем, судя по всему, имеется в виду именно процесс изготовления: «Был клинок в огне закален, капли яда таил он в себе... ».


К концу IX столетия в континентальной части Западной Европы, а затем и не ее севере, на смену ранним каролингским мечам пришли мечи нового типа (поздние каролингские мечи), с гораздо более высоким содержанием углерода (до 75 %). Углерод равномерно распределялся по всему клинку, так что в «узорчатой ковке» нужды больше не было (хотя мечи в такой технике изготавливались еще достаточно долго). Возможно, это улучшение произошло в результате того, что стали доступны более высококачественные руды. Видимо, усовершенствовалась и конструкция плавильных печей. Новые лезвия были не только прочнее, но и легче. У этих мечей были более длинные клинки, которые резко сужались к концу лезвия. В связи с этим центр тяжести у них ближе к рукояти, поэтому ими было легче не только наносить резкие рубящие удары, но и колоть. Также такие мечи можно было гораздо быстрее поднимать после удара и превращать передний удар в боковой, применяя гораздо меньше сил, чем с мечом старой конструкции.


Появление таких мечей совпало с возникновением нового способа клеймить лезвия, на которых

часто встречается имя "+VLFBERHT+"

Меч в североевропейской культуре VIII - XI вв Лига историков, Меч, Европа, Средневековье, Длиннопост
Меч в североевропейской культуре VIII - XI вв Лига историков, Меч, Европа, Средневековье, Длиннопост

Мечи с именем этого мастера встречаются по всей Европе. Впервые такие мечи появляются незадолго до 900 года. Их продолжали изготавливать на протяжении более 200 лет, видимо, потомки и ученики первого Ульфберхта, чье имя продолжали использовать в качестве фирменного знака. По распространению мечей «Ульфберхта» кажется вероятным, что изготовлялись они где-то в Рейнской области (которая и в последующие века славилась своими мечниками) и что они импортировались в Скандинавию через Хедебю. Вторая группа мечей - с метками INGELRII - начала появляться в Скандинавии в X веке; считается, что они франкского происхождения. Однако встречались и мечи-подделки с искаженными именами мастеров. То, что подделывали две различные марки, доказывает, что эти клинки считались лучшими из всех; иначе в воспроизведении клейма не было бы никакого смысл. Неизвестно, существовали ли в Северной Европе какие-либо центры, где в достаточном количестве изготовлялось высококачественное оружие. Археологические данные свидетельствуют о том, что квалифицированные мастера работали в Англии, но в Скандинавии точные аналоги рейнским и франкским мечам не изготавливались. Здесь преобладали мечи худшего качества, сделанные из местного озерного железа.


Самые лучшие мечи завозились в Скандинавию из Рейнланда. Карлу Великому пришлось наложить запрет на экспорт мечей и лезвий из своих владений из-за тех разрушений, которые совершали викинги на севере. Следует отметить, что ему пришлось особо запретить церкви экспортировать великолепное оружие, производимое ее общинами, ибо поначалу они считали, что данный запрет на них не распространяется!

Меч в североевропейской культуре VIII - XI вв Лига историков, Меч, Европа, Средневековье, Длиннопост
Меч в североевропейской культуре VIII - XI вв Лига историков, Меч, Европа, Средневековье, Длиннопост

Судя по западноевропейским и восточным источникам, меч был обязательным атрибутом скандинавского воина и купца. Так, арабский путешественник Ибн Фадлан описывает свою встречу с русами (викингами) в Булгаре и указывает, что «у каждого из них имеется секира, меч и нож, и он никогда не расстается с тем, о чем мы упомянули. Мечи их плоские, с бороздками, франкские».


Меч являлся символическим предметом. В руках конунга он олицетворял власть. Полученный в награду за подвиги меч, как и изделия из драгоценных металлов, были символами удачи и доблести. В Скандинавии на свадьбе жених и невеста обменивались мечами, меч мужа потом хранили для его сына.


Меч был неразрывно связан с воином, причем избранным героям соответствовало избранное оружие. В эпосе они словно бы изначально предназначались друг другу, словно ждали «встречи» друг с другом. Так, Беовульф, вступивший в бой с матерью Гренделя в болотных глубинах, когда понял, что меч Хрунтинг не может причинить чудовищу вреда, находит другой меч, который ждал его в доме Грен-деля со времен существования великанов. В то же время из других примеров видно, что рано или поздно меч героя начинает жить своей собственной жизнью, не зависящей от него.


Нынешний владелец меча обладает им временно, он - всего лишь один из длинной цепочки людей, владевших этим предметом, который станет достоянием его потомков. Таким образом, меч осуществляет преемственность поколений и связь между героями, но он же может послужить и причиной трагедии. Но не только меч мог влиять на человека, которому он принадлежал, герой также передавал часть собственных качеств мечу. Вот почему из всех даров, которыми удачливый конунг мог одарить своих соратников, делясь с ними собственной силой, отвагой, везением, самым лучшим являлся меч. Закономерно, что он вызывал наибольший страх, ведь любой человек с мечом в руке олицетворял собой силу и власть.

Меч в североевропейской культуре VIII - XI вв Лига историков, Меч, Европа, Средневековье, Длиннопост

Изображение каролингского меча из штутгартской псалтыри, ок. 830 года.


С другой же стороны, чужой меч воспринимался как нечто опасное, к чему не стоит даже прикасаться, дабы не накликать беду. Интересно, что пришедшее в Северную Европу христианство даже не пыталось бороться с этим совершенно языческим обожествлением оружия. Напротив, оно использовало его в своих целях: разрешив приносить на нем клятвы в судебных поединках, священники приравняли его к Евангелию. Очень нескоро второе смогло вытеснить первое. Как и положено легендарному наследству, мечи викингов имели имена, часто столь же резкие и выразительные, сколь вычурны были их эфесы. Например, Gramr (Неистовый), Grísíдa (Серые бока), Gunnlogi (Пламя битвы), Fotbitr (Пожиратель ступней), Leggbir (Пожиратель ног), Skrofnung (Укус), Nadr (Гадюка) и Naegling (Пронзающий).

Меч в североевропейской культуре VIII - XI вв Лига историков, Меч, Европа, Средневековье, Длиннопост

Император Священной римской империи, король Германии, король Италии (с 973 года) Оттон II Рыжий с мечом каролингского типа


Меч для викинга был больше, чем просто оружие, клинок берегли и передавали по наследству, на нем произносили клятвы и его именем проклинали врагов, жених и невеста обменивались мечами на свадьбе, мечом конунг одаривал удачливого и успешного воина, совершившего подвиг на поле брани, передавая ему частицу собственной силы, славы и везения. Потерять меч было величайшим позором, равным по значению трусости. Меч был вместилищем духа воина, его силы и его вторым я. После смерти владельца его меч, следовал за усопшим воином в могилу. Таким образом, мы можем говорить о сложившемся в эпоху викингов скандинавском культе меча.

Найдены возможные дубликаты

+16

75% углерода? Это что за убер-чугуний?? О_о

раскрыть ветку 3
+8
Тоже глаз резануло. ТС, углерода не должно быть больше 2%, насколько помню материаловедение. Обычно1-1,5%.
+3
Нанотехнологии, забытые и секретные, практически кристаллы алмазов вплавленные в железо. )
+2
Наверняка имелось ввиду 0,75% углерода, но нолик укатился
+8
У Беовульфа было два меча. Один из них ему 'подогнал' его бывший соперник Унферт (имя которого символично и можно его перевести как "Сеющий смуту").
"...Были на клинке, в крови закалённом, вытравлены сплетенные змеи".
Проблема в том, что это скальдическая поэзия и кеннинг. А это значит, что слова могут обозначать не то, о чем говорится и 'ahyrded heaþoswate' можно перевести не как "закаленный в крови", а как "проверенный в битве".
Разумеется, я могу ошибаться, можно мордой меня натыкать в то, что я не занимаюсь староанглийским профессионально и уж не мне критиковать переводчиков, но тогда хотелось бы услышать альтернативное мнение.
+4
Имена мечей связанные с ногами заодно и на технику боя намекают)
+4

Интересный пост

+4
Причем большинство мечей было найдено согнутыми и с глубокими зарубками на клинках.

Это ритуальное уничтожение, "убийство" оружия. Такие мечи приносились в жертву или ложились в захоронения, чтобы дух оружия сопровождал покойного.

По середине плоскости клинка с двух сторон проходил жёлоб (дол).

Кровосток!11

раскрыть ветку 12
+9
Именно дол.
"Кровостоком" его называют полные невежды.
Начнем с того, что наличие дола на клинке никак не сказывается на вытекании крови из мяса, в которое воткнут клинок и закончим тем, что речь в посте идет о мечах, предназначение которых - наносить рубящие удары.
Дол нужен для облегчения клинка, для его балансировки и увеличения эстетической составляющей.
Также еще считается, что для уменьшения трения в ножнах и добавления клинку жесткости - но тут мнения расходятся...
Нет в конструкции клинков такого элемента - кровосток! Это факт.
+4
С ритуальным убийством правда, кровосток фантазии, дол проковывается для дополнительной жёсткости
раскрыть ветку 7
+3

Шутка же

раскрыть ветку 1
+1
Насчет жесткости - сопромат говорит несколько иное...
раскрыть ветку 4
+1
Первое общеизвестно, а за второе будете гореть в аду
раскрыть ветку 2
+2

"Какой ты чувствительный мальчик, Томми"

Просто шутка.

раскрыть ветку 1
+3

Однако встречались и мечи-подделки с искаженными именами мастеров.

уже тогда АлиЭкспресс существовал:)

-9

Блеать. Рим в 0 уже империей был, а эти только в 8 веке научились меч в руках держать.

раскрыть ветку 4
+10

Кто эти? Римляне спаты у кельтов скопипастили. Эти - это в том числе и твои предки. 

ещё комментарии
ещё комментарии
Похожие посты
539

Не "проклятый старый дом"

Самые старые из сохранившихся средневековых жилых домов в Европе.


На острове Стреймой, который входит в состав Фарерских островов (Дания), сохранилась постройка под названием «Королевская ферма». Деревенский дом был построен в XI веке. Его нынешние обитатели, семейство Паттурсонов – представители старинного рода, владеющего зданием с XVI века. Это уже 17-е поколение арендаторов старинного дома, который до сих пор официально принадлежит королю Дании.

Не "проклятый старый дом" Лига историков, Дом, Средневековье, Архитектура, Длиннопост
Не "проклятый старый дом" Лига историков, Дом, Средневековье, Архитектура, Длиннопост

Дом, расположенный в Авероне (Франция). Упоминания об этой постройке датируются еще XIII столетием. Здание имеет необычную форму – в верхней части оно шире, чем в нижней. Историки считают, что таким образом первый владелец дома сумел обойти закон того времени. В средневековой Франции жилые дома власти облагали налогом в соответствии с их площадью, а поскольку её измеряли в районе основания здания, можно было схитрить и сделать второй и последующие этажи более вместительными, не переплачивая за лишний метраж.

Не "проклятый старый дом" Лига историков, Дом, Средневековье, Архитектура, Длиннопост

Деревянный дом 12-13 века в городе Динан, Бретань, Франция.

Не "проклятый старый дом" Лига историков, Дом, Средневековье, Архитектура, Длиннопост

Два средневековых дома 14-го века. Рю Франсуа-Миро, Париж.

Не "проклятый старый дом" Лига историков, Дом, Средневековье, Архитектура, Длиннопост

"Zum Riesen" отель в городе Мильтенберг, Германия, 1411 год. Сама старая немецкая гостиница.

Не "проклятый старый дом" Лига историков, Дом, Средневековье, Архитектура, Длиннопост
Показать полностью 5
241

Траурное кольцо. Memento Mori

В 16-17 веке были популярны траурные кольца (Mourning ring), которые носили в память о тех, кто умер. На них часто наносили имя и дату смерти человека, иногда образ или девиз. Их изготовление оплачивалось умершим или его наследниками, вносилось в завещание.

Траурное кольцо. Memento Mori Лига историков, Кольцо, Европа, 17 век, Memento mori

Очень часто кольца содержали прядь волос покойного (внутри, если они были полые, или под кристаллом).


Это золотое эмалированное траурное кольцо изготовлено в память о смерти Samuel Nicholets из Hertfordshire, умершего 17 июля 1661 года. Снаружи кольцо покрыто черно-белой эмалью с черепами и двумя гербами, один из которых (герб), принадлежал умершему. Кольцо полое - и через эмаль видна прядь волос. Надпись внутри кольца: "Samuel Nicholets умер 17 июля 1661 Христос - моя доля.”

источник

1300

Тяжесть - это хорошо. Тяжесть - это надежно

Шестопер (ок. 1500, Германия). Длина 49,5 см. Из Государственного исторического музея (Москва).

Тяжесть - это хорошо. Тяжесть - это надежно Лига историков, Шестопер, Холодное оружие, Средневековье, Германия

Скоба - это крепление на пояс, так сказать "belt clip". 

Тяжесть - это хорошо. Тяжесть - это надежно Лига историков, Шестопер, Холодное оружие, Средневековье, Германия
193

Как обрести любовь женщины? Бесплатно, без смс и регистрации

Сомневаетесь в себе и не знаете, как подойти к красивой девушке? Демоны Бэл и Эбал легко решат эту проблему! Историк, переводчик Вадим Сеничев перевёл Мюнхенский манускрипт XV века,  ценные советы по практической магии.

Как обрести любовь женщины? Бесплатно, без смс и регистрации Лига историков, Средневековье, Магия, Манускрипт, 15 век, Длиннопост

Западноевропейское Средневековье, вопреки распространённому заблуждению, было не столько эпохой диктата Церкви над всеми аспектами жизни человека, сколько временем всеобщей религиозности, принимавшей разные формы и очертания. Порой её проявления кажутся невероятными и даже невозможными в привычном нам мире феодализма, монастырей и римских пап. Однако европейское Средневековье – это также и мир ересей, иногда охватывающих целые страны и народы, мир алхимиков, вполне открыто и легально практикующих.

Как обрести любовь женщины? Бесплатно, без смс и регистрации Лига историков, Средневековье, Магия, Манускрипт, 15 век, Длиннопост

Источники эпохи, к которой относится сам трактат, демонстрируют, что магия и алхимия были частыми спутниками человека, в том числе и в его повседневной жизни. Вот несколько заклинаний и советов, которые были записаны в домовой книге, принадлежавшей Николасу Полю[14], личному врачу Сигизмунда Австрийского (Nuremberg Hausbuch (MS 3227a), хранящейся в архиве города Нюрнберг.


В нем мы встречаем вполне безобидные заклинания:


"Носи желчь косули или оленихи с собой, чтобы завоевать расположение господина, или добавь её в напиток красивой дамы.

Дабы ты не проиграл в бою, напиши на трёх листах: Михаил, Гавриил, Рафаил.

Чтобы не выпадали волосы, смешай жареных льняных семян с маслом и намажь голову.

Чтобы не грешить в ночи, смешай мёд с мукой и намажь на него.(!)

И от червей в животе, положи 15 гвоздей в вино."

Как обрести любовь женщины? Бесплатно, без смс и регистрации Лига историков, Средневековье, Магия, Манускрипт, 15 век, Длиннопост

Кроме того, в тексте содержатся советы по изготовлению фейерверков, уходу за лошадьми и рецепты лекарств. На примере таких сборников, составлявшихся обычно для бытовых нужд, видно, что магия, даже будучи запретным и предосудительным занятием, интересовала массового читателя в Священной Римской Империи.


Манускрипт, озаглавленный «Liber incantationum, exorcismorum et fascinationum variarum» (кодировка Codex Latinus Monacensis 849), что означает «Книга разнообразных заклинаний, экзорцизмов и зачарований», хранится в Баварской Государственной Библиотеке города Мюнхен. Он состоит из 156 листов рукописного латинского текста с вкраплениями немецкого и одним заклинанием на итальянском языке.


Уникальная черта Мюнхенского манускрипта – непосредственное обращение к демонам и потусторонним силам. Разделы, касающиеся гадания, создания иллюзий и воздействия на людей не обходятся без прямой связи с демонами, владыками разных стихий и обладателями нужных сверхъестественных умений.

Как обрести любовь женщины? Бесплатно, без смс и регистрации Лига историков, Средневековье, Магия, Манускрипт, 15 век, Длиннопост

Заклинание из манускрипта для обретении женской любви :


"Это хороший эксперимент, проверенный и работающий. В нем призываются Бэл и Эбал.

На пятый день вымойся и облачись в новые чистые одежды, а на закате напиши на ребре Bel и Ebal, а между ними своё имя и имя дамы, которой желаешь обладать. После положи ребро в огонь, который смог бы полностью испепелить его, и когда оно начнёт трескаться, произнеси заклинание, для получения желаемого:

Взываю к вам, духи ада, Бэл и Эбал, чьи имена я написал на этом ребре и что горят сейчас в огне. Всеми силами неба и земли, ангелами, владыками стихий, Херувимом и Серафимом и всеми под солнцем, чтобы вы не имели покоя, а сердце ваше было объято пламенем, чтобы вы не могли есть, пить, спать, смеяться или плакать, ходить или совершать любую работу, к которой прикоснётесь, прежде чем выполните желание моего сердца. И я заклинаю вас, Бэл и Эбал, именем Господа, Иисусом Христом, всем Святым, и силой Господа, и Провидением, землёй и морем и глубинами, милостью, тьмой и ночью и Судным Днём, чтобы её любовь ко мне воспылала так, как ваши сердца объяты огнём сейчас, чтобы не могла она ни спать, ни есть, ни стоять, ни лежать, ни плакать, ни смеяться, ни делать никакой работы, пока она не исполнит желаний моего сердца. Также заклинаю вас, Бэл и Эбал, чьи имена горят в огне истинной жизни, святым Богом, что создал Адама и Ему из праха земного и вдохнул в них дух. Кто провидит прошлое, настоящее и будущее, имеет ключи от небес, кои закрывает и отворяет, закрывает — и никто не отворит. Тем, кто умер и воскрес, кто есть начало и конец, альфа и омега, первый и последний, пусть никогда etc., заклинаю вас, о Бэл и Эбал, чьи имена пылают в огне, именами Господа: Ely, Elov, Eleon, Tetragramaton, Tupanoel, Fabanoel, Sabaoth, Sathay, Adonay, заклинаю вас, благодатью господа Иисуса Христа, вошедшего через закрытые двери к ученикам, заклинаю вас, Бэл и Эбал, чьи имена пылают в огне, терновым венцом, что носил Господь на своём челе, ранами от гвоздей на руках и ногах его, кровью, что лилась как вода из груди его, слезами Пресвятой Девы Марии, смертью и погребением Христа, Воскресением и Вознесением Христа, чтобы вы не имели покоя, пока не возгорит любовь в сердце дамы, и не сможет она уснуть, есть или пить, стоять или сидеть, плакать или смеяться, делать любую работу до тех пор, пока не исполнит желаний моего сердца и не сможет мне отказать. Этим повелеваю вам, именем того, кто живёт и правит вечно над всем. Аминь, Аминь, Аминь."


У кого получится, отпишитесь в комментариях ;)


источник и источник

Показать полностью 3
121

Первые русские студенты за границей

В начале XVII столетия, русский верхний слой, боярство и знать, уже не глядел волком на иностранца. Тяжеловесное, расшитое золотом, укутанное мехами и высокошапчатое боярство, хотя по прежнему относилось несколько иронически к иностранным послам, облеченным в легкий атлас и шелк с лентами, с обтянутыми икрами и в башмаках на манер бабьих, но все-таки это спесивое боярство уже чувствовало, что «немец» куда далеко обогнал его относительно образования, развития промышленности и торговли.

Первые русские студенты за границей Лига историков, Московская Русь, 17 век, Студенты, Европа, Длиннопост

Сама история подготовила и развила этот новый взгляд на иностранцев в русском более образованном слое. Византия уже давно проникла в Россию в книгах, и в иконописи, и в религии; Софья Палеолог уже в конце XV столетия привезла с собою многих иностранцев; в самой Москве, в Яузской слободе, на виду всего православного народа, шумела целая колония немцев, занимавшихся разными хитрыми художествами и живших до того достаточно, что жены их не ходили иначе, как в шелках и бархатах.


Бояре, ходившие «в послех» к иностранным государям, рассказывали чудеса о благолепии и диковинах посещенных ими стран и городов.

В войске русском служили на ряду с другими немцы, поляки, литовские казаки, шотландцы, датчане, шведы и греки.

Первые русские студенты за границей Лига историков, Московская Русь, 17 век, Студенты, Европа, Длиннопост

Свои "идеи просвещения" Годунов простер до того, что хотел даже основать университеты, но эта мысль не пришла в исполнение. Зато исполнилось другое дело, не менее новое и смелое для той эпохи, — это посылка молодых людей в иностранные земли «для науки разных языков и грамот».


Молодые люди, в числе 18 человек, были посланы в разные страны — во Францию, Любек и Англию в 1601-1602 годах.


О посланных во Францию неизвестно ничего — пропали ли они или воротились? — вероятнее, что пропали.


Посланные в Любек в царствование Бориса Годунова не возвратились; об них вспомнили только при Василии Шуйском и спросили любекских бургомистров и ратманов.


Бургомистры и ратманы Любека ответили царю в ноябре 1606 года:


«Чиним ведомо вашему царскому величеству, что прежней царь и великий государь Борис Федорович блаженные памяти, как третево году были послы наши на Москве, и как отпущены с Москвы, и едучи к Новугороду, прислано к нам русских пятеро робят, чтоб наши послы тех робят взяли в Любку (Любек) учити языку и грамоте немецкой, и поити, и кормити, и одежду на них класти; и мы тех робят давали учити, и поили, и кормили, и чинили им по нашему возможенью все добро; а они не послушливы, и поученья не слушали, и ныне двое робят от нас побежали, неведомо за што... Бьем челом, штоб ваше величество пожаловали отписали о достальных трех робятах, ещо ли нам их у себя держати, или их к себе велите прислать»...


Неизвестно, присланы ли молодые люди из Любека обратно.


О посланных в Англию молодых боярских детях мы имеем из разных источников более сведений.

Первые русские студенты за границей Лига историков, Московская Русь, 17 век, Студенты, Европа, Длиннопост

В июне 1600 года «имянитый английской гость Иван Ульянов» (так переделали русские имя Джона Мерика, члена английской фактории в Москве) свез через Архангельск из России за море двоих иностранцев: «Францовского немчина Жана Паркета, лет в 18, да Англиченина Ульяна Колера, лет в 15, робята молоди, а на Москве учились русскому языку».


Через два года тому же «верному человечку» Ивану Ульянову были поручены и четверо русских боярских детей: «Микифор Олферьев сын Григорьев, да Софон Михайлов сын Кожухов, да Казарин Давыдов, да Фетька Костомаров для отвоза в аглинскую землю для науки латынскому и аглинскому и иных разных немецких государств языков и грамоте».


30-го июля, 1602 года, отплыли из Архангельска русские юноши «в Лундун» просвещаться и обучаться наукам, напутствуемые строгими наказами родителей не прельщаться заморщиною, не забывать родины и прилежно учиться.


По свидетельству «Московской хроники» Мартина Бера, молодые люди скоро выучились всему, что им было наказано, но возвращаться в Россию и не думали!.. Верно они научились многому такому, чего не имели в виду в Москве, посылая их на чужбину.


Так или иначе, но проходит установленное время для их пребывания заграницей, а их нет, как нет; проходит шесть и, наконец, десять лет, а наших молодых ученых и след простыл.

Первые русские студенты за границей Лига историков, Московская Русь, 17 век, Студенты, Европа, Длиннопост

Борис Годунов так и умер, не дождавшись своих молодых специалистов; поцарствовал два месяца сын его Федор; блеснул, как метеор, отважный самозванец, посидел на престоле Василий Шуйский, сунул нос королевич Владислав, и наконец взошел на царство Михаил Феодорович Романов.


О молодых людях, посланных за море, и забыли среди внутренних смут и неурядиц.


Когда все успокоилось и пришло кое-как в порядок, посольский приказ вспомнил, наконец, и о юношах, отосланных в Англию, где в этот период тоже переменилась царствующая особа — вместо Елизаветы был королем Иаков, сын Марии Стюарт.


Новый государь, Михаил Феодорович, уже через четыре месяца после своего воцарения, 30-го июня 7121 (1613) года, послал дворянина и наместника шацкого Алексея Ивановича Зюзина да дьяка Алексея Витовтова «для своего государева и земского дела итти к английскому королю Якубу в послех (послах)».


В наказе, данном этим послам, были вспомянуты, наконец, и молодые люди, посланные десять слишком лет назад в Англию в науку, но не торопившиеся воротиться из "поганой земли", где даже ни «службы велелепной, ни проповеди красной узрети и услышати не можно».

Послам велено было, так или иначе, воротить этих эмигрантов.


Приводим любопытные места из этого наказа, касающиеся первых русских студентов, посланных заграницу — это прекрасный образец наших старинных дипломатических переговоров.


«Да память Алексею Ивановичу да дьяку Алексею: в прошлом (имеется ввиду не предыдущий год, а 10 лет назад) 7111 году при царе и великом князе Борисе Федоровиче всеа Русии посланы из московского государства в аглинскую землю для науки латынскому и английскому и иных разных немецких государств языков и грамоте Гришка (Микифор?) Олферьев сын Григорьев с товарищи пять человек».


Из этих строк мы видим, что за давностью лет русские забыли даже имена посланных молодых людей и Никифора Григорьева называют Гришкой, а также перепутывают и число их — говорится о пяти, тогда как послано в Англию было четверо.

Первые русские студенты за границей Лига историков, Московская Русь, 17 век, Студенты, Европа, Длиннопост

В посольском наказе, далее, было приказано установить и причины их неприезда.


«А позадавнели (Задержались. Шикарно правда?) они в аглинском государстве потому, что Московском государстве по грехом от злых людей была смута и нестроенье; а ныне по милости Божией, и великого государа нашего царского величества доброопасным (!) премудрым разумом и счастьем, и милостивым призреньем ко всем его царского величества подданным, московское государство строитца и вся добрая деетца. И они королевсково величества думные люди тех царского величества подданных, которые в аглинском государстве жили для науки, отдали-б всех ему, ц. в. послу, Алексею Ивановичу, да дьяку Алексею Витовтову, а они их возьмут с собою и поставят пред царским величеством. Да как королевские думные люди Гришу (?) Олферьева с товарыщи им дадут, и Алексею Ивановичу, да дьяку Алексею взяти их к себе и велети им у себя быти и взяти их с собою к государю, к Москве».


Это приказывалось на случай благоприятного исхода переговоров о беглецах, но русские думные люди предусмотрели и затруднения.


«А будет, королевские думные люди тех государевых людей Гриши Олферьева с товарыщи отдати не похотят и скажут про которого, что умер, или сам, своею охотою поехал куды для науки з гостьми в которые дальные государства, и того им неведомо, есть он жив или нет, а хотя и жив, и его ждати долго».


На такие отговорки нашим послам велено было отвечать следующее:


«И Алексею Ивановичу да дьяку Алексею говорити: чтоб они дали им тех, которые ныне здеся в аглинской земле. А будет которово судом Божиим не стало — и в том воля Божья; а которые в отъезде в дальнем государстве, и им (послам) для царского величества промышляти о том; в то государство, где которой послан, отписати, чтоб его оттоле вскоре взяти, и всех их сыскав, которые живы, им (послам) отдати».

Первые русские студенты за границей Лига историков, Московская Русь, 17 век, Студенты, Европа, Длиннопост

Но, как видно, все старания и убеждения русского посольства не привели ни к чему на этот раз: русских эмигрантов англичане не выдали, и Алексей Иванов Зюзин вернулся в Москву без молодых ученых.


Но дело об английских студентах на этом не кончилось: русскому государю слишком была чувствительна, обидна и даже непонятна такая потеря своих подданных. Бедные специалистами государство, не могло скоро примириться с такой утратой.


Попытка воротить их повторилась через восемь лет после посольства Алексея Зюзина. Дворянин Волынской и дьяк Марко Поздеев, посланные в Англию, снова усиленно просили о выдаче молодых людей (теперь ставших уже взрослыми и солидными людьми) и наводили о них справки, но вернуть их и на этот раз не удалось, а по наведенным справкам оказалось:


«Подлинно ведомо, что те дети боярские Никифор Олферьев сын Григорьев, да Софонко Кожухов с товарищи четыре человека в аглинской земле задержаны неволею, а Никифорко Олферьев и веры нашея православные отступил и, несведомо по какой прелести, в попы стал или буде над ним учинили то неволею...».


Так на этом «учинили неволею» и кончили свои тщетные попытки воротить молодых людей из-за моря.


Предположение о «невольной» их задержке русским представлялось всего более вероятным, тогда как факт поступления Никифора Алферьева Григорьева в англиканские пасторы свидетельствует, что если не все, то некоторые, действительно учились в Англии, а, получив образование, не захотели возвращаться на родину..

Первые русские студенты за границей Лига историков, Московская Русь, 17 век, Студенты, Европа, Длиннопост

Из всех, посланных в Борисово время молодых людей за границу, вернулся только один, как глухо говорят некоторые источники, да и то неизвестно — который. По Мартину Беру — это некто, именем Димитрий, данный шведским королем в переводчики генералу П. Делагарди, а другие рассеялись по Европе...


Вот каков результат первой попытки послать русских юношей за границу для обучения наукам,  судьба этих первых русских студентов.


Текст воспроизведен по изданию: Первые русские студенты за границей // Исторический вестник, № 7. 1881

Показать полностью 6
88

Злободневный доспех

Кольчужная защита лица, Германия, 15 век.

Злободневный доспех Лига историков, Кольчуга, Маска, Доспехи, Европа, Средневековье, Длиннопост
Злободневный доспех Лига историков, Кольчуга, Маска, Доспехи, Европа, Средневековье, Длиннопост

С III века до н. э. до начала XIV века н. э., кольчуга, была преобладающим и наиболее эффективным типом доспеха, известным в Европе. Начиная примерно с середины XV века, кольчуга использовалась в сочетании с полной пластинчатой броней для заполнения промежутков между пластинами.


Вес этой кольчужной маски и горжета - 1502,5 г

Показать полностью 1
399

Питание в средневековой Европе. Гастрономия и "пряное безумие"

Питание в средневековой Европе. Рим и варвары

Питание в средневековой Европе. "Terra et silva"

Питание в средневековой Европе. Цвет хлеба

Питание в средневековой Европе. Перелом

Питание в средневековой Европе. Знать и простолюдины. Город и деревня

Питание в средневековой Европе. Гастрономия и "пряное безумие" Лига историков, Питание, Средневековье, Европа, Пряности, Кулинария, Длиннопост

В начале XIII в. папа Иннокентий III в своей обличительной речи "О мирской суете" ("De contemptu mundi") не пощадил грех чревоугодия и новые формы обжорства, плоды безумных человеческих страстей. Недостаточно уже вина, пива, сидра: "производятся новые эмульсии, новые сиропы"; недостаточно вкусной еды, которая приходит к нам с деревьев, с земли, с моря, с неба: "все требуют, все покупают пряности и ароматы".

Питание в средневековой Европе. Гастрономия и "пряное безумие" Лига историков, Питание, Средневековье, Европа, Пряности, Кулинария, Длиннопост

На самом деле речь не идет о нововведении в полном смысле этого слова. Обильное употребление специй было с давних пор распространено в европейской кухне (изысканной, разумеется): уже в IX–X вв. наблюдается значительный приток специй на западные рынки, в Италию и Францию, и документы показывают растущий интерес к таким продуктам, как имбирь, корица, галанга, гвоздика, которыми римская кухня пользовалась мало или вовсе не пользовалась, ограничиваясь почти исключительно перцем (о чем свидетельствует поваренная книга Апиция). Другие пряности сперва появляются в трактатах по диететике в основном как целебные средства: так, в VI в. Анфим в своем послании "Наставления о пище" предписывает употребление имбиря, неизвестного Апицию. Из медицинской сферы специи мало-помалу переходят в сферу гастрономическую - такой переход обнаруживается часто, так происходит со многими продуктами.

Питание в средневековой Европе. Гастрономия и "пряное безумие" Лига историков, Питание, Средневековье, Европа, Пряности, Кулинария, Длиннопост

Когда в XI в. походы и завоевания крестоносцев делают контакты с Востоком более тесными, приток специй становится еще обильнее и находит благоприятную почву для распространения в Европе, которая уже начинает жаждать новых ароматов и вкусов. Особенно повезло венецианским купцам, которые долго заправляли этой сферой торговли.

Питание в средневековой Европе. Гастрономия и "пряное безумие" Лига историков, Питание, Средневековье, Европа, Пряности, Кулинария, Длиннопост

Кулинарные книги XIII–XIV вв. представляют собой первую письменную кодификацию как этой, так и других гастрономических программ. Так чем же все-таки вызвано пристрастие к пряностям?


Чтобы ответить на этот вопрос, следует вначале, опровергнуть ложное представление, которому повсеместно верят, хотя ученые с фактами в руках доказали его полную несостоятельность. Имеется в виду представление о том, что широкое употребление специй (или злоупотребление, согласно этим поспешным и кичливым суждениям) было вызвано необходимостью скрыть, замаскировать, "закамуфлировать" специфический привкус продуктов (в особенности мяса, с которым преимущественно и ассоциируются пряности), слишком часто плохо сохранившихся, если не вконец испорченных. До сих пор еще считается, будто специи служили для хранения мяса - но и то и другое представление ни на чем не основаны. Во-первых, богатые люди (а речь идет о них и только о них, коль скоро дело касается таких экзотических и дорогостоящих продуктов, как пряности) потребляли свежайшее мясо, по возможности дичь, убитую в тот же день (вспомним, как Карлу Великому ежедневно готовили жаркое из дичи на вертеле), или мясо, купленное на рынке, но также очень свежее, поскольку тогда скот забивали ежедневно, по требованию клиентов: животных пригоняли в город живыми.

Питание в средневековой Европе. Гастрономия и "пряное безумие" Лига историков, Питание, Средневековье, Европа, Пряности, Кулинария, Длиннопост

То же самое касалось рыбы - ее либо ловили в реках, либо покупали на рынке; некоторые разновидности, например угри или миноги (они пользовались наибольшим спросом), доставлялись живыми от места, где их вылавливали, к месту продажи. К тому же в поваренных книгах ясно сказано, что специи следует добавлять после варки, "как можно позже", читаем мы в "Ménager de Paris" XIV в. Не выдерживает критики и утверждение о том, что с помощью специй продукты "консервировали": в ходу были другие способы продлить век мясу и рыбе. Этому служили техники соления (прежде всего), сушки, копчения. И специи тут были ни при чем, хотя бы потому, что потребление солонины было типичным прежде всего для питания бедняков, социального слоя, который специй не видел в глаза. Не то чтобы богачи совсем ничего не знали о мясе, обработанном для длительного хранения, но в общем и целом мы должны признать, что социальный слой потребителей специй в основном совпадает со слоем потребителей свежего мяса лучшего качества.

Питание в средневековой Европе. Гастрономия и "пряное безумие" Лига историков, Питание, Средневековье, Европа, Пряности, Кулинария, Длиннопост

Другое объяснение снова уводит нас к диететическим представлениям того времени: все врачи признавали, что "теплота" специй благоприятствует перевариванию пищи, ее "варке" в желудке. Недаром их стали употреблять не только как приправу к еде, но и в форме конфет в конце трапезы, за столом или в собственной комнате, перед сном. Такие "комнатные пряности" должны были обязательно находиться рядом с постелью короля: в XIV в. в "Предписаниях" ("Ordinacions") Педро III Арагонского они перечисляются среди немногих действительно необходимых вещей (вода и вино для питья, свечи и факелы для света). Мы хорошо знаем, сколь многим обязаны разные гастрономические нововведения, начиная с тех же самых конфет, фармацевтической науке и практике; знаем также, что соображения здоровья играли важнейшую роль в выборе пищи. Однако верно и другое: как в прошлом, так и сегодня те, кто стремится к новизне (потреблению новых продуктов, экспериментам с новыми вкусами), любят тешить себя научными обоснованиями, отыскивать рациональную мотивацию, которая могла бы оправдать их прихоти.

Питание в средневековой Европе. Гастрономия и "пряное безумие" Лига историков, Питание, Средневековье, Европа, Пряности, Кулинария, Длиннопост

"Попробуйте-ка, - пишет Дж. Ребора, - переварить причитающуюся вам часть бульона или соуса "на XII персон", в котором сварены [согласно рецепту из одной итальянской поваренной книги XIII в.] 26 граммов гвоздики, 3 мускатных ореха, перец, имбирь, корица и шафран; унции гвоздики хватит, чтобы приготовить сильное обезболивающее, а мускатный орех в чрезмерных количествах вызывает отравление". Трудно понять такие излишества, руководствуясь разумными соображениями, - их диктуют прихоти и фантазии. А еще необходимость выставлять роскошь напоказ: цена пряностей, недоступная для большинства, уже достаточная причина для того, чтобы они стали объектом вожделения. Почему мы хотим икры или копченой семги? Недаром в кулинарных книгах, адресованных городской буржуазии (например, в книгах, выпущенных в Тоскане в XIII–XIV вв.), предписывается еще более обильное употребление специй, чем в кулинарных книгах, бытующих в придворно-аристократической среде (при дворе Анжуйской династии в Неаполе или, еще раньше, во Франции).

Питание в средневековой Европе. Гастрономия и "пряное безумие" Лига историков, Питание, Средневековье, Европа, Пряности, Кулинария, Длиннопост

Буржуа более, чем вельможа, испытывает необходимость в том, чтобы подчеркнуть свое богатство, показать всем, как высоко он поднялся по социальной лестнице. Кроме того, если бы речь не шла прежде всего о роскоши, был бы не вполне понятен смысл моральных обличений, которые то и дело звучат в XII и XIII вв.; вспомним инвективы папы Иннокентия. Употреблением пряностей в вине (pigmentorum respersa pulveribus) укорял клюнийских монахов Бернард Клервоский; Петр Достопочтенный в своих "Статутах" вовсе запретил его. Это не помешало использовать специи в фармакологии и медицине: в аптечном шкафу больницы в Клюни - предписывал "Устав" Ульриха - всегда должны присутствовать перец, корица, имбирь и другие "полезные корни". Так что нельзя недооценивать силы тогдашних медико-диететических убеждений; но не только в этом, даже не преимущественно в этом, кроются причины "бума" пряностей в европейской гастрономии XIII в.

Питание в средневековой Европе. Гастрономия и "пряное безумие" Лига историков, Питание, Средневековье, Европа, Пряности, Кулинария, Длиннопост

Уже было указано на две социальные сферы (буржуазия/знать, город/двор), в которых на рубеже XIII в. появляются кулинарные книги. В обоих случаях ясно и недвусмысленно указывается, для кого они предназначены: "подай сеньору", "поднеси сеньору", читаем мы в придворных рецептариях, например, Анжуйской династии; тосканские книги, наоборот, предполагают небольшое общество "богатых" сотрапезников (такой эпитет обычно не прилагался к родовитой знати): "XX богатых и благородных господ", "XII богатых весельчаков" и так далее. И все же не они являются прямыми адресатами подобных произведений. Сборники рецептов, очевидно, обращены к профессионалам: поварам на службе у сеньора или "богача" либо содержателям таверн. К ним обращены рекомендации и советы: пирог с угрями "немного остуди, иначе богатые обожгут рты"; равиоли "делай в очень тонком тесте, иначе богатым не понравится". Им советуют не переварить нарезанную кусками миногу, "чтобы куски не развалились", и не слишком сильно ее солить, так как она от природы соленая.

Питание в средневековой Европе. Гастрономия и "пряное безумие" Лига историков, Питание, Средневековье, Европа, Пряности, Кулинария, Длиннопост

Им предоставляется право по своей воле разнообразить вкусы и ингредиенты блюд, в зависимости от того, что предлагает рынок и что требуется в данную минуту. "Относительно вышесказанного, - читаем в одной итальянской книге XIV в., - умелый повар может решать по своему усмотрению, что-то изменять в блюдах или окрашивать их как ему вздумается". А вот немецкая поваренная книга: "По этому рецепту можно приготовить и другие продукты". Даже отсутствие указания на количество ингредиентов, характерное для многих европейских сборников рецептов, по-видимому, связано с тем, что они адресованы профессионалам: повара знают, что приготовление пищи - искусство сугубо творческое и экспериментальное и что установленные "дозы" нужны прежде всего дилетантам и начинающим. И не случайно, что те немногие справочники, в которых такие указания имеются, принадлежат - по крайней мере, в Италии - к "буржуазному" разделу подобной литературы. Может быть, причина в том, что "богатые весельчаки" пристально следили за биржей и предпочитали учитывать расходы. А может быть, в городе кулинарные книги находили более разнообразный и потенциально более широкий круг читателей, выходивший за рамки чисто профессионального, в который входили - читаем в новелле Джованни Серкамби - "такие мастера поваренного искусства, какие с помощью книг и собственного умения изобретают столь лакомые блюда, что их заведения дают большой доход и процветают".

Питание в средневековой Европе. Гастрономия и "пряное безумие" Лига историков, Питание, Средневековье, Европа, Пряности, Кулинария, Длиннопост

Разумеется, то была кухня не на каждый день, а главное, кухня не для всех: качество ингредиентов (начиная с пряностей) и сложность приготовления отсылают нас, без всякого сомнения, к элитарной гастрономии. Но среди элиты описанная кухня становилась реальностью. "В этот день, - рассказывает Салимбене Пармский о визите короля Людовика IX в монастырь миноритов в Сансе, - мы сначала ели черешни и самый белый хлеб. Потом мы ели молодые бобы, сваренные в молоке, рыбу, раков, паштет из угрей, молочную рисовую кашу с миндалем и корицей, жареных угрей под великолепным соусом, и пироги, и творог, и фрукты по сезону, поданные как подобает и в большом изобилии". Это - строго постный обед, не слишком роскошный; но блюда более или менее такие же, какие мы находим в сборниках рецептов, начиная с "белого яства", "бланманже", блю́да, возможно, арабского происхождения, в состав которого входят только ингредиенты белого цвета (рис, миндальное молоко и т. д.).

Питание в средневековой Европе. Гастрономия и "пряное безумие" Лига историков, Питание, Средневековье, Европа, Пряности, Кулинария, Длиннопост

Европейские поваренные книги предлагают многочисленнейшие его варианты, как скоромные (с куриной грудкой), так и постные (с рыбой или, как в данном случае, только с растительными ингредиентами). Несмотря на то, что каждый раз предлагаются разные ингредиенты (проанализировав 37 рецептов "бланманже", содержащихся в английских, французских, итальянских и каталонских поваренных книгах, Ж.-Л. Фландрен не нашел ни одного повторяющегося), можно все-таки сказать, что в этом случае, как и во многих других, речь идет об "интернациональном" блюде, входящем в то гастрономическое койне, какое европейская культура, похоже, выработала между XIII и XV вв. И то и другое представляется бесспорным: общие черты, повторяющиеся продукты и приправы, обмен между различными территориями и вклад каждого в общеевропейскую кухню, с одной стороны; с другой - местные особенности, региональные или национальные, которые наводят на мысль о ранней дифференциации кухонь разных стран: "разница во вкусах и способах приготовления - обильные свидетельства которой появляются с начала XVI в. в трактатах по диететике, в работах, посвященных еде, и в путевых заметках - возникла, не дожидаясь Возрождения и Реформации" (Фландрен). Сами современники это осознавали, как то показывают названия многих блюд: "бульон по-английски", "бульон по-немецки", "бланманже по-каталонски"…

Питание в средневековой Европе. Гастрономия и "пряное безумие" Лига историков, Питание, Средневековье, Европа, Пряности, Кулинария, Длиннопост

Среди характерных блюд "новой" европейской кухни следует, конечно, назвать пироги, мода на которые широко распространилась во всех странах и практически не имеет аналогов в античной традиции. Особенно пироги с начинкой, крайне разнообразные по составу и носящие самые разные названия (pastello, pastero, enpanada, crosta, altocreas и т. д.), имели, по-видимому, необычайный успех: мясо, рыбу, сыр, яйца, зелень… все можно туда положить слоями, или кусочками, или однородной массой в виде паштета, а потом прикрыть корочкой из теста. Такую гастрономию определяет или, по меньшей мере, поощряет доступность печи, а значит, подобная кухня тяготеет к выходу за пределы дома; ее естественная среда - это главным образом город с его сетью пекарен, тех самых печей, в которых, согласно источникам (статутам, новеллам), горожане постоянно готовили себе пищу.


Было ли то элитарным новшеством, широко распространившимся в народной среде, или же народным изобретением, перешедшим в элитную гастрономию, но пироги стали в середине XIII в. характернейшей чертой европейской кухни - во всяком случае, городской. Даже во время голода 1246 г., когда хлеб пекли из льняного семени и "находили его очень вкусным", жители Пармы не пожелали отказываться от пирогов, правда готовили их почти без начинки, лишь с небольшим количеством трав и корешков, накладывая один на другой полупустые слои теста

Питание в средневековой Европе. Гастрономия и "пряное безумие" Лига историков, Питание, Средневековье, Европа, Пряности, Кулинария, Длиннопост

Хватало и закусочных, и "поварен", где пироги (и другие блюда) можно было купить готовыми. "Обычно я не приглашаю гостей, - утверждает пизанский ремесленник в новелле Джованни Серкамби, - а если кто и явится ко мне на ужин, то я пошлю к повару за вареной курицей". Но тем самым вырисовывается некая спираль, объединяющая высокую кухню с кухней народной: блюда, предназначенные для знати или для богатой буржуазии, часто проходили через "фильтр" домашних поваров или городских трактирщиков и булочников, которые явно не принадлежали к высоким слоям общества; ежедневно происходил обмен опытом и знаниями, возможно, "при посредстве" поваренных книг, на которых мы останавливались. Одним словом, "кухня - не изобретение господствующих классов, а их потребность, которую удовлетворяет искусство народа" (Дж. Ребора); ничего удивительного в том, что "часть рецептов, предназначенных для знати и богатой буржуазии, сделалась всеобщим достоянием, возможно, в менее дорогостоящем варианте": например, кладется меньше специй или их заменяют душистыми травами, настоящими "пряностями бедняков", в изобилии растущими в каждом огороде.

Питание в средневековой Европе. Гастрономия и "пряное безумие" Лига историков, Питание, Средневековье, Европа, Пряности, Кулинария, Длиннопост

Кажется, будто в том, что касается питания, homo sapiens выработал в течение веков удивительную способность физиологической приспособляемости, сообразуя свои потребности с имеющимися ресурсами, то обильными (например, в охотничий сезон), то скудными. Отсюда его способность есть много, даже чересчур, но также и довольствоваться малым (разумеется, до определенного предела). Эта черта, биологически присущая человеческому роду с тех пор, когда он жил, наряду с другими хищниками, за счет добычи, повлияла на особенности культуры.


В Позднее средневековье, с началом эпохи географических открытий, "горизонты" расширяются, появляются новые игроки: рис, гречиха, маис, картофель и т.д. Складываются современные нам политические нации и, соответственно, национальные кухни.


На этом я заканчиваю серию постов о питании и еде Средних веков в Европе, содержанием которой стали главы книги итальянского историка Массимо Монтанари (р. 1949) - историка-медиевиста, специалиста по истории питания, преподавателя Болонского университета и единственного в своем роде Университета гастрономических наук "Голод и изобилие. История питания в Европе".

Показать полностью 14
288

Питание в средневековой Европе. Знать и простолюдины. Город и деревня

Питание в средневековой Европе. Рим и варвары

Питание в средневековой Европе. "Terra et silva"

Питание в средневековой Европе. Цвет хлеба

Питание в средневековой Европе. Перелом

Питание в средневековой Европе. Знать и простолюдины. Город и деревня Лига историков, Питание, Средневековье, Европа, Город, Деревня, Знать, Простолюдины, Длиннопост

Хотя площади лесов и сокращались, они все же не исчезли совершенно, кое-где крупные массивы сохранялись многие века, иные существуют и поныне. Зато происходило вот что: повсеместно урезались права пользования лесами. По мере демографического роста и сокращения невозделанных земель все более яростной становилась борьба за использование этих последних; социальная напряженность возрастала, и все четче определялись привилегии, связанные с прерогативами власти: методами более или менее жесткими, с большей или меньшей исключительностью право пользования лесными ресурсами перешло к наиболее сильным социальным слоям, а более слабые оказались обделенными. В странах, где существовала сильная единоличная власть, таких как Франция или Англия, контроль за использованием лесов сосредоточился в руках короля и связанной с ним аристократии. В других краях лакомым куском завладели те, кто осуществлял власть на местах: владельцы замков, епископы, аббаты, города - там, где экономические и общественные условия способствовали их развитию.

Питание в средневековой Европе. Знать и простолюдины. Город и деревня Лига историков, Питание, Средневековье, Европа, Город, Деревня, Знать, Простолюдины, Длиннопост

Первые стычки из-за пользования лесными ресурсами происходили еще в VIII–IX вв. Монастыри подчиняли местных жителей своей власти, добиваясь контроля над этими пространствами, лишая доступа к ним сельские общины. В X–XI вв. на сцену в основном выступают светские сеньоры: в этот период складывается аристократическая олигархия, подчиняющая людей и земли своей власти, не только держащая под надзором администрацию и суд, но и присваивающая себе контроль над производственной деятельностью. Отношения с крестьянами становятся все более напряженными: сеньоры требуют больше, чем прежде, уже не только в частном порядке (как землевладельцы), но и взимая подати от имени властных структур. Даже церковное и монастырское имущество (люди, земли, скот, съестные припасы) подвергается насильственному разграблению.

Питание в средневековой Европе. Знать и простолюдины. Город и деревня Лига историков, Питание, Средневековье, Европа, Город, Деревня, Знать, Простолюдины, Длиннопост

В эти-то смутные времена сеньоры и присваивают себе права на пользование невозделанными землями. Повсюду множатся заказники, в которых деревенским жителям охотиться запрещено, - охота возводится в ранг привилегии: с тех самых пор браконьеры приравниваются к классовым врагам и преследуются с особой жестокостью. Выпас скота тоже строго регламентируется: право на траву и на желуди (то есть использование травы для выпаса овец и желудей для откармливания свиней) обставляется различными условиями и ограничивается; то же относится и к праву на сбор колосьев - прежде после сбора урожая на стерню можно было свободно выгонять скот. В XIII–XIV вв. подобные права "практически исчезли на большей части холмов и равнин Центральной и Северной Италии", как и в других европейских странах, в районах, наиболее пригодных для земледелия. Они сохранились (и надолго) в окраинных областях, но нигде уже не играли такой решающей роли, как в прежние времена. Города, которые кое-где в Европе, например в Центральной и Северной Италии, успешно оспаривали у земельной аристократии права на владение территорией, тоже приняли участие в этой всеобщей экспроприации, предоставив целые лесные массивы в исключительное пользование cives (горожан).

Питание в средневековой Европе. Знать и простолюдины. Город и деревня Лига историков, Питание, Средневековье, Европа, Город, Деревня, Знать, Простолюдины, Длиннопост

Крестьяне относились к этим событиям с вполне понятным неудовольствием. В пределах возможного они пытались противостоять переменам, как показывают судебные документы начиная с IX в.: бесконечная череда жалоб, тяжб, унижений. Иногда им удавалось защитить свои права, как-то договориться с сеньорами (так, некоторые сельские общины в Северной Италии в XII в. завоевали (или отвоевали) право на охоту на общественных землях). Но чаще эти права грубо и окончательно отбирались. Во всяком случае, права на пользование невозделанными землями очень долго, несмотря ни на что, пребывали в центре внимания крестьян. На них останавливается Вильям де Жумьеж, хронист XI в., рассказывая о крестьянском восстании, залившем кровью герцогство Нормандию в 996 г.: "Единственное внятное проявление самосознания, упомянутое хронистом, - ярко выраженное желание крестьян пользоваться по своему усмотрению лесами и водами". Восстание было подавлено с чрезвычайной жестокостью Раулем, графом Эвре, дядей герцога Ричарда II. Особую жесткость в защите привилегий знати мы находим в Англии, где король оставляет за собой право на "большую" охоту (олени и прочие крупные животные), а местные сеньоры довольствуются монополией на охоту малую. Имея в виду сложившуюся ситуацию, "легко представить себе, что популярность красочных легенд о таких героях, как Робин Гуд, отражает не только притягательность жизни, полной приключений, протекающей вдали от цивилизации, но и утопическую картину мира, в котором можно свободно пойти на охоту и добыть мяса". Доступ к природным ресурсам останется основным требованием крестьян и в последующие века: это проявится и в английском восстании 1381 г., и в 1521 г. в Германии.

Питание в средневековой Европе. Знать и простолюдины. Город и деревня Лига историков, Питание, Средневековье, Европа, Город, Деревня, Знать, Простолюдины, Длиннопост

Что касается модели питания знати, то все больше атмосфера застолья, привлекает внимание новой аристократической культуры. Еду предпочитают более изысканную, тщательно приготовленную, радующую вкусом, запахом, цветом. Не столько аппетит (обладание которым все же остается важнейшим свойством знатного человека), сколько способность выбирать, отличать хорошую еду от плохой станет знаком достойного вхождения в куртуазную жизнь. Граф-отшельник из "Тиранта Белого" (знаменитого романа Жоанота Мартореля) отказывается наконец от суровых лишений и возвращается к жизни дворянина, его подвергают различным испытаниям; вот одно из самых существенных: "…много блюд поставили перед ним на стол, и он, человек опытный и мудрый, ел только хорошую еду, а к другой не прикасался". Так же точно с большого золотого блюда, на котором были поданы сласти, он взял только засахаренные фрукты. Неудивительно, что в XIII в. в Европе появляются первые образцы поваренных книг, жанра, следы которого затерялись после позднеримского пособия, приписываемого Апицию (пост об Апиции). Это - самое явное и ощутимое проявление вновь проснувшегося интереса к еде как удовольствию.

Питание в средневековой Европе. Знать и простолюдины. Город и деревня Лига историков, Питание, Средневековье, Европа, Город, Деревня, Знать, Простолюдины, Длиннопост

Питание низших слоев с этого времени основывается преимущественно на продуктах растительного происхождения (зерновых и овощах), а потребление мяса (особенно дичи, особенно свежего мяса, но и мяса вообще) становится привилегией и все более воспринимается как status-symbol. Однако, в рационе питания европейских крестьян в XII–XIII вв. все еще остается достаточное количество мяса. Около 1130 г., адресуя Элоизе и ее монашенкам в Параклете письмо, полное советов по поводу того, как организовать материальную и духовную жизнь сестер, Пьер Абеляр объясняет, каким образом обязательное воздержание от мяса, столь яро пропагандируемое традиционным монашеством, может само по себе привести к греху чревоугодия: в самом деле, мясо - распространенный продукт, каждый может достать его без особых хлопот; это - гораздо более "обычная" еда, чем рыба, которой монахи привыкли его заменять; рыба "тем дороже, чем реже встречается по сравнению с мясом, так что беднякам и вовсе недоступна; к тому же она менее питательна"; одним словом, рыба - лакомство для изысканных вкусов и тугих кошельков.

Питание в средневековой Европе. Знать и простолюдины. Город и деревня Лига историков, Питание, Средневековье, Европа, Город, Деревня, Знать, Простолюдины, Длиннопост

Равновесие между численностью населения и количеством ресурсов остается хрупким, нестабильным; продолжающаяся раскорчевка лесов и аграрная колонизация, знак возрастающей и не находящей удовлетворения потребности в пище, - наилучшее тому доказательство. Но как следствие - накапливаются богатства, более широкие слои населения получают такие возможности потребления, даже роскоши, какие в предыдущие века доставались очень немногим. Около 1250 г. Европа достигает высшей точки этого расцвета, начавшегося примерно столетием раньше; расцвета частичного, социально ограниченного, но все-таки вполне ощутимого.


В 1255 г. святой Бонавентура может написать в своем трактате, что проблема голода осталась в прошлом, и порадоваться достатку, который выпал на долю его поколения. Разумеется, не стоит обобщать (какие-то три года спустя Матфей Парижский уверяет, что в Англии умерли от голода 15 тысяч человек), и все-таки оптимистические высказывания отражают социальный и культурный климат.

Питание в средневековой Европе. Знать и простолюдины. Город и деревня Лига историков, Питание, Средневековье, Европа, Город, Деревня, Знать, Простолюдины, Длиннопост

Город начинал играть главную роль в координации управления; он был осью, вокруг которой вращалась не только политическая, но и экономическая жизнь всего государства, местом, куда стекались сельскохозяйственные продукты и всяческие виды продовольствия; они скапливались на складах крупнейших собственников, но большей частью поступали на рынок. "Ты, что держишь под началом снабжение продовольствием, не минуешь городов, а окажешь предпочтение им, их вящему чревоугодию". Аграрный подъем IX–XI вв. сопровождался новым расцветом рыночной торговли, в основном локальной: деревни, замки, монастыри стали центрами возобновившегося обмена. Местные сеньоры не замедлили присвоить себе вновь появившиеся излишки. В некоторых районах, например в Италии и Фландрии, это явление приобрело ярко выраженный урбанистический характер, и "сеньорами" как раз стали города, вокруг которых вновь начала выстраиваться сельская экономика. Новая форма городского феодализма (город – «коллективный феодал») распространилась на прилегающую территорию, ресурсы которой стали оцениваться главным образом с точки зрения рынка и городского потребления.

Питание в средневековой Европе. Знать и простолюдины. Город и деревня Лига историков, Питание, Средневековье, Европа, Город, Деревня, Знать, Простолюдины, Длиннопост

Риккобальдо из Феррары в конце XIII в., описывает эпоху императора Фридриха II как время, когда "обычаи и нравы итальянцев отличались грубостью"; тогда "пища была скудная, и горожане ели свежее мясо всего трижды в неделю. В обед они варили мясо с овощами, а на ужин подавали то же мясо холодным". Обратим внимание прежде всего на количественный аспект: для горожанина XIII в. есть свежее мясо трижды в неделю - признак нищеты и скудости (а к этому "малому" количеству мяса следует прибавить, по крайней мере, ветчину). Не так уж это и мало, но Риккобальдо (и горожанам, его современникам) такое количество не кажется достаточным.

Питание в средневековой Европе. Знать и простолюдины. Город и деревня Лига историков, Питание, Средневековье, Европа, Город, Деревня, Знать, Простолюдины, Длиннопост

Даже крестьяне - те из них, кто, воспользовавшись возможностями, какие предоставляет особо динамичная фаза развития экономики, сумел разжиться землей и деньгами, - стремятся питаться лучше, сравняться в образе жизни с сеньорами и горожанами. В Германии XIII в. старый крестьянин Хельмбрехт (герой одноименной повести в стихах Вернера Садовника) советует сыну придерживаться "подобающего ему" мучного рациона, утверждая, что мясо и рыба предназначены для господ: "Ты должен жить тем, чем живу я, тем, что твоя мать тебе дает. Пей воду, дорогой мой сын, вместо того чтобы красть деньги на вино… Неделя за неделей твоя мать варит тебе пре красную пшенную кашу: ею ты должен наедаться досыта, а не отдавать за гуся краденого скакуна… Лучше, сын, смешивать просо с овсом, чем есть рыбу, покрыв себя позором". Но сын не согласен: "Сам пей воду, отец мой, а я хочу пить вино; сам ешь свою кашу, а я хочу жареной курицы".

Питание в средневековой Европе. Знать и простолюдины. Город и деревня Лига историков, Питание, Средневековье, Европа, Город, Деревня, Знать, Простолюдины, Длиннопост

Законодательное вмешательство городских властей (единичные предписания, официальные статуты) распространяется на все этапы производственного процесса: производится надзор над полями, выносятся распоряжения, направленные на повышение плодородия почв; контролируется крестьянский труд, кропотливо расписанный по месяцам и дням; контролируются процессы переработки продуктов, разрабатываются некие нормативы, прежде всего для мельниц и печей; рынок контролируется за счет варьирования таможенных пошлин - они понижаются или повышаются в зависимости от намерения поощрить импорт или экспорт. Подробно расписываются полевые работы: сколько раз и в какое время пахать поле; каким количеством навоза удобрить поле; какие культуры возделывать (особое внимание уделяется пшенице, поскольку горожане не хотят другого зерна). Меняется взгляд на крестьянина, он уже не только подневольный человек, объект угнетения (таким его понимала традиционная знать), но и человек трудящийся, способный больше производить и больше зарабатывать: взгляд на вещи через призму выгоды - новый аспект европейской культуры, утверждаются с XI–XII вв. в "буржуазных" слоях.

Питание в средневековой Европе. Знать и простолюдины. Город и деревня Лига историков, Питание, Средневековье, Европа, Город, Деревня, Знать, Простолюдины, Длиннопост

Например, знаменательно, что Паганино Бонафеде, болонский землевладелец и агроном XIV в., останавливается только на выращивании пшеницы, опуская такие культуры, как просо и сорго, поскольку "чуть ли не каждый знает, когда их следует сеять". Фуражное зерно (так именовались в Италии второстепенные злаки) способен возделывать каждый, а вот пшеницу - нет, возделыванию пшеницы людей надо учить. Точно так же все внимание сосредоточено на пшенице и в английских трактатах XIII–XIV вв., в частности в известном труде Уолтера из Хенли: в них не столь явно защищаются интересы городов, но отчетливо видна ориентация на денежную экономику и рынок.

Питание в средневековой Европе. Знать и простолюдины. Город и деревня Лига историков, Питание, Средневековье, Европа, Город, Деревня, Знать, Простолюдины, Длиннопост

Именно в этом контексте мы должны оценивать феномен нового обращения к пшенице, характерный для сельского хозяйства Европы и проявившийся более или менее отчетливо в разных ее частях в XII–XIII вв. Пшеница стала самой важной зерновой культурой как для городских жителей, так и для владельцев земельных угодий; притом деревенские жители продолжали питаться "фуражом". Но в хлеб горожан тоже проникают второстепенные зерновые (а также бобовые и каштаны). Приведем один пример из множества - Болонское уложение 1288 г. различает три основных типа муки: чистая пшеничная (за ее помол берут налог в 4 денария за корзину), "смешанная" (2 денария) и мука из бобов и пшеницы (ее, очевидно, считали смесью высокого качества, поскольку за помол платили по 3 денария). Понятно, что это касалось только низших слоев городского населения, да и то не всегда: от пшеницы и от белого хлеба, которые сделались чем-то вроде status-symbol в городском режиме питания и образе жизни, отказывались лишь по необходимости.

Питание в средневековой Европе. Знать и простолюдины. Город и деревня Лига историков, Питание, Средневековье, Европа, Город, Деревня, Знать, Простолюдины, Длиннопост

Для городских слоев голодные времена означали carum tempus, "времена дороговизны", и эта зависимость от рынка, которая обычно гарантировала более высокий и разнообразный уровень потребления, чем в деревнях, в трудные моменты делала положение горожан более опасным по сравнению с крестьянами, предоставленными самим себе, но непосредственно связанными со средствами производства. Достаточно примеров, когда вследствие крайней скудости припасов становится трудно удовлетворить нужды бедняков - и тогда привилегиям наступает конец, городские ворота закрываются, и не только деревенские жители не могут попасть внутрь, но и городскую бедноту выгоняют вон. "Однажды в Генуе была страшная дороговизна, и скопилось в ней множество бездельников, более чем в какой-либо другой земле", тогда власти снарядили корабли и пустили по улицам глашатаев, которые кричали, "пусть, мол, бедняки отправятся на берег, там будут раздавать казенный хлеб"; огромная толпа скопилась на пристани, не только городские бедняки, но и чужие "бездельники". Представители коммуны сделали вид, будто хотят разделить их: пусть горожане взойдут на один корабль, а чужаки - на другой. Все поднялись на борт. И тут же весла были спущены на воду, и всех бедняков (настоящих и мнимых) отвезли на Сардинию. "И там их оставили, как и следовало поступить, и в Генуе кончилась дороговизна".

Питание в средневековой Европе. Знать и простолюдины. Город и деревня Лига историков, Питание, Средневековье, Европа, Город, Деревня, Знать, Простолюдины, Длиннопост

В последующие века не будет недостатка в аналогичных примерах, описанных в хрониках и предписанных законом, - примерах "буржуазной жестокости".


В следующей части о зарождении европейской кулинарии и пряностях...

Показать полностью 14
282

Питание в средневековой Европе. Перелом

Питание в средневековой Европе. Рим и варвары.

Питание в средневековой Европе. "Terra et silva".

Питание в средневековой Европе. Цвет хлеба.

Питание в средневековой Европе. Перелом Лига историков, Питание, Еда, Средневековье, Европа, Экспансия, Длиннопост

В 883 г. в инвентарной описи монастыря в Боббио - одного из самых богатых и влиятельных в Северной Италии - отмечены 32 новые усадьбы, сданные в аренду; в предшествующей описи 862 г. о них упоминания нет. Эти новые усадьбы расположены в лесной зоне, которую монахи лишь недавно решились возделывать. Знаменателен тон, в котором составлен документ; монастырские власти как будто пытаются оправдать произошедшее: "мы пошли на это по необходимости", вследствие того, что император Людовик II урезал основные владения обители.

Питание в средневековой Европе. Перелом Лига историков, Питание, Еда, Средневековье, Европа, Экспансия, Длиннопост

Только по необходимости (propter necessitatem) пришлось вырубить деревья и расширить площади возделываемых земель. В этих словах запечатлелось глубокое противоречие, присущее экономике Италии - да и всей Европы - начиная как раз с IX в.: с одной стороны, наличествует желание сохранить невозделанные пространства, чрезвычайно важные для повседневного поддержания жизни; с другой - возникает неизбежная необходимость лишиться их, когда демографическое давление превышает определенные пределы. "Зерновые или мясо: выбор зависит от количества людей".

Питание в средневековой Европе. Перелом Лига историков, Питание, Еда, Средневековье, Европа, Экспансия, Длиннопост

Один гектар леса может прокормить одну или двух свиней, один гектар луга - нескольких овец, один гектар пашни, даже учитывая смехотворные урожаи тех времен (вплоть до XIV в. они редко превышали сам-три), дает определенно больше. Уже не говоря о том, что зерно хранится легче и дольше, чем мясо (при оптимальных температуре и влажности просо можно хранить 20 лет), из него можно приготовить более разнообразную пищу. Таким образом, возделывание целинных земель - до определенной степени "вынужденный выбор" (В. Фумагалли), и он ощущается как таковой, особенно в начале, когда происходит ломка традиционных моделей экономики.

Питание в средневековой Европе. Перелом Лига историков, Питание, Еда, Средневековье, Европа, Экспансия, Длиннопост

Дело в том, что интеграция между двумя секторами производства (аграрным и основанным на лесных выпасах) не осуществилась до конца: земледелие и животноводство сосуществовали повсюду, но тяглового скота было мало, и навоз оставался в лесах; скорее всего, по этой причине урожайность оставалась низкой, что заставляло расширять посевные площади; луга сводились к необходимому минимуму, а вместе с ними сокращалось и стойловое животноводство, которое могло бы обеспечить большее число голов тяглового скота и большее количество навоза: складывался порочный круг, и выхода из него не предвиделось. Пока демографическое давление не ощущалось, система работала, но малейший прирост населения опрокидывал шаткое равновесие, на котором она основывалась. Экстенсивный характер производства не находил иного выхода, как только расширение возделываемых площадей и разрушение природной среды.

Питание в средневековой Европе. Перелом Лига историков, Питание, Еда, Средневековье, Европа, Экспансия, Длиннопост

Вначале это осуществляли с великой осмотрительностью. Лес, который, согласно договорам землепользования IX в., необходимо вырубить, определяется как "неплодородный" - по отношению, надо понимать, к пастбищному хозяйству: то есть лес, который не производит желудей и другого корма для скота. В X в. ритм преобразований замедлился, может быть, потому, что был достигнут какой-то результат; но с середины XI в. стал еще более интенсивным и оставался таковым до последних десятилетий XIII в. В большинстве случаев это была медленная, неуклонная, чуть ли не робкая (так и хочется сказать: почтительная) эрозия; только в отдельных областях колонизация приобрела поистине разрушительный характер. Так или иначе, но перелом, вне всякого сомнения, свершился: упоминания о только что распаханных целинных землях - novalia или гипса - в документах после 1050 г. множатся с огромной скоростью.

Питание в средневековой Европе. Перелом Лига историков, Питание, Еда, Средневековье, Европа, Экспансия, Длиннопост

Эрозия леса (или в некоторых случаях полная его вырубка) - не единственный результат усиления аграрного сектора в экономике. Сам лес окультуривается, "приручается": именно в этот период во многих областях Центральной и Южной Европы отмечается наибольшее распространение плодовых каштанов, выведенных из дикорастущих видов и часто посаженных на месте прежних дубовых рощ. Причина такого выбора очевидна: каштаны можно смолоть в муку, их роль в питании подобна роли зерновых. Не зря же каштан называют "хлебным деревом".

Питание в средневековой Европе. Перелом Лига историков, Питание, Еда, Средневековье, Европа, Экспансия, Длиннопост

Основные этапы процесса колонизации (первая волна в IX в., настоящий потоп - между XI и XIII вв.), по-видимому, тесно связаны с теми кризисами производства и потребления пищи, о которых нам известно. Если не считать локальных неурожаев - а о них нельзя забывать в эпоху, когда потребление в огромной степени зависело от местного производства, - источники сохранили память о 29 общеевропейских неурожаях между 750 и 1100 гг.: в среднем по кризису на каждые 12 лет. Но наблюдается (как заметил П. Боннасси, который и произвел эти подсчеты) значительный хронологический разброд: похоже, неурожаи наиболее часто случаются во второй половине VIII в. (6 лет) и в IX в. (12 лет); становятся реже в X в. (всего 3 года, в первой половине века) и снова свирепствуют в XI в. (8 лет). Аналогичные результаты получаются при исследовании неурожаев на региональном или национальном уровне: в любом случае получается, что на XI век пришлось больше всего бедствий. Для Франции перечень, составленный в XVIII в. (к этим данным, конечно, следует относиться с осторожностью, но общая картина вряд ли слишком искажена), насчитывает в XI в. 26 неурожаев: ни в одном столетии за всю историю страны они не достигают такой цифры (только в XVIII в., в течение которого случилось 16 неурожаев, можно наблюдать подобную драматическую картину).

Питание в средневековой Европе. Перелом Лига историков, Питание, Еда, Средневековье, Европа, Экспансия, Длиннопост

В 1032 и 1033 гг., рассказывает хронист Рауль Глобер, "голод распространился по всем частям света, угрожая гибелью чуть ли не всему роду человеческому. Погода стояла такая переменчивая, что никак нельзя было выбрать времени ни для посева, ни для жатвы, особенно по причине наводнений… Из-за беспрерывных дождей земля так размокла, что три года подряд нельзя было пропахать ни единой борозды, куда опустить семена. Ко времени жатвы сорняки и вредоносные плевелы покрывали поля. Где урожай был наилучшим, из модия зерна выходил четверик [то есть зерна собирали меньше, чем было посеяно], а из четверика едва выходила горсточка зерен. Этот злостный неурожай имел начало на Востоке; опустошив греческие земли, он явился в Италию, потом перекинулся в Галлию и наконец поразил все области Англии. Все слои населения страдали от недостатка пищи; богатые и зажиточные люди чахли от голода, как и бедняки; притеснения, творимые власть имущими, прекратились перед лицом всеобщего бедствия. Если на продажу выставлялось немного еды, продавец мог заломить цену, какую хотел, и на нее соглашались… Тем временем, истребив и четвероногих, и птиц, люди, терзаемые голодом, стали употреблять в пищу всякое мясо, даже падаль и прочую дрянь. Иные, дабы избежать смерти, поедали дикие коренья и водоросли, но тщетно: никто не избежит гнева Господня".

Питание в средневековой Европе. Перелом Лига историков, Питание, Еда, Средневековье, Европа, Экспансия, Длиннопост

А вот печальные сцены антропофагии: "В те времена - о горе! - неистовый голод принудил людей к тому, чтобы пожирать человеческое мясо, что крайне редко, по слухам, случалось в прежние времена. Те, кто был посильнее, сбивались в ватаги, хватали прохожих, расчленяли их, варили мясо на огне и поедали. Многие из тех, кто переходил с места на место в поисках пищи, бывали зарезаны ночью в домах, где находили приют, и становились пищей хозяев. Очень многие подзывали детей, показывая какой-нибудь плод или яичко, заманивали в укромное место, разрезали на мелкие кусочки и пожирали. Не счесть мест, где и трупы вырывали из могил, дабы утолить ими голод. Так распространилось это безумие, что даже скоту было безопаснее бродить без присмотра, нежели человеку. Как будто стало уже обычным делом есть человеческое мясо, некто явился с кусками его на рынок в Турню и выставил их на продажу, словно обыкновенное мясо животных. Этот человек, когда его задержали, и не отрицал вины; его тут же крепко связали и сожгли на костре. Мясо зарыли в землю, но другой человек вырыл его ночью и съел; его сожгли тоже".

Питание в средневековой Европе. Перелом Лига историков, Питание, Еда, Средневековье, Европа, Экспансия, Длиннопост

Все сильней становится зависимость от урожаев, все более серьезными последствиями грозят погодные условия, неблагоприятные для земледелия, по мере того как выбор, сделанный в пользу выращивания зерновых, ставит свои условия растущему населению. Период установления этой новой реальности в производстве и питании - именно XI в. - особенно отмечен напряженностью и разрывом связей: речь идет о том, чтобы создать новое равновесие, по-настоящему заложить основы аграрной культуры, которая в предшествующие века только начала формироваться. Отсюда и трудности, и провалы, и успехи, и трагедии неурожайных лет, распространение новых болезней, связанных со злоупотреблением зерном. Например, в X и XI вв. в Европе свирепствуют эпидемии эрготизма (кожного заболевания, вызванного употреблением "рогатой", то есть пораженной токсичным грибком, спорыньей, ржи), особенно ярко выраженные в 1042, 1076, 1089, 1094 гг. Потом приходит время успехов: начиная с XII в. частотность и интенсивность неурожаев снижается, ситуация с продовольствием улучшается.

Питание в средневековой Европе. Перелом Лига историков, Питание, Еда, Средневековье, Европа, Экспансия, Длиннопост

Таким образом, начало аграрной экспансии совпадает - в XI в., как это было в меньших масштабах в IX в., а потом повторится в XVI и XVIII вв. - с периодом возрастающих продовольственных затруднений, непреодолимых в рамках сложившегося равновесия разных отраслей производства. Можно ли заключить из этого, что экспансия земледелия - ответ на нехватку еды? Вспомним инвентарную опись из Боббио: "Мы пошли на это по необходимости".


В X–XI вв. на сцену в основном выступают светские сеньоры: в этот период складывается аристократическая олигархия, подчиняющая людей и земли своей власти, не только держащая под надзором администрацию и суд, но и присваивающая себе контроль над производственной деятельностью. В следующей части будут рассмотрены противоречия между знатью и простолюдинами, городом и деревней...

Показать полностью 10
560

Питание в средневековой Европе. Цвет хлеба

Питание в средневековой Европе. Рим и варвары.

Питание в средневековой Европе. "Terra et silva".

Питание в средневековой Европе. Цвет хлеба Лига историков, Питание, Европа, Средневековье, Еда, Хлеб, Пшеница, Рожь, Длиннопост

Римское хлебопашество было ориентировано на пшеницу как дорогой продукт, предназначенный для сбыта в городах (от городского спроса во многом зависел выбор сельскохозяйственных культур). После кризиса III в. положение вещей постепенно менялось: по мере того как рынок замирал, возрастала роль натурального хозяйства; пшенице, выращивание которой требовало немалого труда и при этом не сулило больших урожаев (они сокращались из-за упадка техники земледелия), стали предпочитать зерновые второстепенные, но более стойкие и надежные: рожь, ячмень, овес, спельту, просо, сорго…

Питание в средневековой Европе. Цвет хлеба Лига историков, Питание, Европа, Средневековье, Еда, Хлеб, Пшеница, Рожь, Длиннопост

Большинство этих злаков были известны уже много веков и иногда использовались для питания человека, а не только как корм скоту. Некоторые были выведены в те времена: например, рожь, которую римские агрономы воспринимали исключительно как сорняк. Плиний считал ее продуктом "определенно скверным, годным лишь на то, чтобы утолить голод", и порицал жителей западных Альп, которые употребляли этот злак в пищу. Тем не менее этот "определенно скверный" продукт в последующие века завоевал невероятную популярность на всем Европейском континенте и вплоть до X–XI вв. оставался самым распространенным из всех видов зерновых. Причина очень простая, тот же Плиний не преминул ее назвать: "Рожь родится на любой почве, давая урожай сам-сто, и сама солома служит удобрением".

Питание в средневековой Европе. Цвет хлеба Лига историков, Питание, Европа, Средневековье, Еда, Хлеб, Пшеница, Рожь, Длиннопост

Такая урожайность, конечно, граничит с легендой, но причины преобладания ржи над пшеницей очевидны: более устойчивая, рожь растет где угодно; сегодня ее выращивают даже на больших высотах; в VI–X вв. ее сеяли в долинах и на склонах холмов, чтобы легче было собирать урожай. Вместе с рожью - вперемешку или чередуя - сеяли многие иные злаки: поликультура - другая мера, направленная на то, чтобы снизить зависимость от погодных условий, поскольку высаживаемые параллельно растения имеют разные циклы роста, - особенность, характерная для тех веков и проявлявшаяся повсюду. Пшеницу тоже выращивали, но в небольших количествах, и она предназначалась для высших классов.

Питание в средневековой Европе. Цвет хлеба Лига историков, Питание, Европа, Средневековье, Еда, Хлеб, Пшеница, Рожь, Длиннопост

Противопоставление этих двух продуктов, ярко выраженное с социальной точки зрения, подчеркивается цветом: пшеничный хлеб - белый, а ржаной (или выпеченный из других злаков) - черный. Первый предназначен для господ и считается предметом роскоши. Черный хлеб - пища крестьян и рабов. Он мог выпекаться из ржи, из спельты, из смеси; сложная типология устанавливала соответствия между качеством продукта и статусом потребителя, будь то положение в обществе (зависимое или главенствующее), будь то воля к покаянию и самоуничижению. Отсюда символическое значение некоторых поступков: например, епископ Лангра Григорий в виде покаяния ел овсяный хлеб (по общему суждению, наихудший), но, чтобы не впадать в гордыню, выставляя напоказ свои лишения, ел его тайком, пряча под пшеничным хлебом, которым угощал сотрапезников, делая вид, что и сам его ест (таким образом заодно и подчеркивая достоинство своего звания).

Питание в средневековой Европе. Цвет хлеба Лига историков, Питание, Европа, Средневековье, Еда, Хлеб, Пшеница, Рожь, Длиннопост

Очевидно, однако, что критерии оценки различались в разных странах; так, например, ржаной хлеб мог определяться как vilissima torta во французской географической и культурной среде, а в немецкой среде к нему прилагали эпитет pulchrum, "прекрасный". Во всяком случае, каких бы оценок ни заслуживал "черный" хлеб в Центральной и Северной Европе (даже на севере Италии), все это резко сходило на нет в южных областях, где в большей степени сохранились посевы пшеницы (и вообще римская экономическая модель), что обеспечивало потребление белой муки в более широких слоях общества.

Питание в средневековой Европе. Цвет хлеба Лига историков, Питание, Европа, Средневековье, Еда, Хлеб, Пшеница, Рожь, Длиннопост

Не менее значимым оказывалось противопоставление свежего и черствого хлеба (первый был привилегией немногих, выпекался только в крупных монастырях и при дворах знати), хлеба более или менее заквашенного (овсяный хлеб не поднимается, поскольку мука из этого зерна бедна крахмалом), а также между различными способами выпекания: в печи, у кого она была, но в большинстве случаев в особых формах на открытом огне или в пепле. В последнем случае речь идет скорее о лепешках, чем о настоящем хлебе. "Хлеб, который пекут, переворачивая его в пепле, - пишет Рабан Мавр, - это лепешка". Но его все равно называют "хлебом", как называют "хлебом" невероятные изделия, производимые во времена недорода. Само название имеет высокий смысл, оно - священное, даже, может быть, магическое.

Питание в средневековой Европе. Цвет хлеба Лига историков, Питание, Европа, Средневековье, Еда, Хлеб, Пшеница, Рожь, Длиннопост

Очень часто хлеба не было или его не хватало на всех: большая популярность, какую получило в христианской Европе евангельское чудо об умножении хлебов, упрямо приписываемое целой толпе претендентов на святость, означает также спрос, слишком часто не находящий удовлетворения. Преобладание второстепенных зерновых в системе производства приводит к тому, что каши, супы, похлебки начинают играть основную роль в питании большинства. К такому типу приготовления более всего приспособлены ячмень, овес, просо… это зерно для варки, из него готовится pulmenta (еще один ключевой термин в тогдашней гастрономии): так и воображаешь себе котел, подвешенный над огнем на цепи, в нем, бурля, кипят крупы, овощи, зелень, сдобренные мясом и салом. К первоначальному противопоставлению хлебов разного рода и цвета прибавляется - и на долгое время - не менее значимое противопоставление хлеба, с одной стороны, и похлебок и каш - с другой.

Питание в средневековой Европе. Цвет хлеба Лига историков, Питание, Европа, Средневековье, Еда, Хлеб, Пшеница, Рожь, Длиннопост

Тем временем численность населения снова стала возрастать: после нескольких веков спада, а затем застоя, начиная с VII–IX вв. демографическая кривая устремилась вверх. Возможно, это случилось потому, что установился (благодаря интеграции ресурсов, о которой мы много говорили) благоприятный цикл питания. А возможно, причины были совсем иными (демографические механизмы действуют в автономном режиме). Так или иначе, но прирост населения, с одной стороны, опирался на систему производства, которая только что с великими трудами оформилась, а с другой - возникала опасность, что тот же самый прирост населения подорвет эту систему. В самом деле, возросший спрос на еду мог быть удовлетворен - в таком обществе, в рамках такой экономики - только за счет увеличения площади возделываемых земель и усиления роли сельского хозяйства в ущерб другим формам использования природных ресурсов.

Питание в средневековой Европе. Цвет хлеба Лига историков, Питание, Европа, Средневековье, Еда, Хлеб, Пшеница, Рожь, Длиннопост

Работы по раскорчевке лесов, распашке целины, обустройству новых земель, которые начиная с IX в. все более и более интенсивно проводятся по всей Европе и церквями, и монастырями, и сеньорами, и крестьянскими общинами, а позже и городами, означают коренной перелом в способе решения продовольственной проблемы.


Это - начало великого бума. Или, наоборот, кризиса. Об этом в следующей части...

Показать полностью 8
190

Питание в средневековой Европе. "Terra et silva"

Систематическое совмещение сельскохозяйственной деятельности с использованием невозделанных пространств - определяющая черта европейской экономики начиная с VI в. и по меньшей мере до X в. Сочетание этих двух слов, "terra et silva" (земля и лес), часто встречается на картах того времени.

Питание в средневековой Европе. "Terra et silva" Лига историков, Питание, Европа, Средневековье, Еда, Лес, Пашня, Длиннопост

Тесное сосуществование, даже сращение возделанных и невозделанных земель: они располагаются рядом, перемешиваются, заходят одно в другое, создает мозаику ландшафтов, которой соответствует разнообразный и сложный комплекс способов производства: хлебопашество и огородничество, охота и рыбная ловля, свободный выпас скота, собирательство. Вследствие этого сложилась довольно гармоничная и разнообразная система питания, где продукты растительного происхождения (зерновые, овощи, зелень) регулярно соседствовали с продуктами животного происхождения (мясо, рыба, сыр, яйца).

Питание в средневековой Европе. "Terra et silva" Лига историков, Питание, Европа, Средневековье, Еда, Лес, Пашня, Длиннопост

Благоприятное соотношение между численностью населения и ресурсами позволяло достичь приемлемого уровня жизни даже при таком малопродуктивном способе производства, как экстенсивная распашка целинных земель. Отношения собственности никому не препятствовали непосредственно использовать невозделанные земли, даже если они принадлежали королю, или сеньору, или церковному институту: изобилие лесов и пастбищ было таково, что все так или иначе имели к ним доступ. В сводах законов германских народностей, составленных между VI и VII вв., скорее проявляется озабоченность чрезмерным заселением лесов, чем границами пахотных земель; вопросы преимущественного права на охоту и убитую дичь кажутся, если судить по нормативным требованиям, не менее важными, чем защита садов и огородов.

Питание в средневековой Европе. "Terra et silva" Лига историков, Питание, Европа, Средневековье, Еда, Лес, Пашня, Длиннопост

Исходя из такого положения вещей обозначалось тогда и понятие "недорода" - понятие многообразное и сложное. "Недород в лесу" ощущался - и был таковым в действительности - не менее тяжелым, чем "недород на пашне": погодные условия, при которых хорошо размножается рыба, урожай желудей, позволяющий свиньям набрать вес, были не менее важными, чем жатва или сбор винограда. Такой разносторонний характер деятельности ясно виден из рассказа Григория Турского о продовольственном кризисе 591 г. "Приключилась, - пишет он, - великая засуха, уничтожившая траву на пастбищах. По сей причине в стадах и гуртах распространился мор, оставивший очень мало голов. Мор затронул не только домашний скот, но и разные виды лесных животных: множество оленей и прочих зверей убегали в страхе и прятались в самой глухой чащобе". Потом полили дожди, реки вышли из берегов, а сено сгнило; урожай зерна тоже оказался скудным, хотя винограда было вдоволь; что же до желудей, то "они завязались на дубах, но так и не вызрели".

Питание в средневековой Европе. "Terra et silva" Лига историков, Питание, Европа, Средневековье, Еда, Лес, Пашня, Длиннопост

В итальянской инвентарной описи VIII в., где перечислены статьи дохода от земельного владения, непременно уточняется, что оценка произведена с расчетом на оптимальные погодные условия, какие позволили бы зерновым и винограду хорошо расти, желудям вызревать на дубах, рыбам размножаться в проточной воде и прудах. На последний пункт, пресноводную рыбу, тогда обращалось особое внимание, хотя с оглядкой скорее на внутреннее потребление, чем на рынок. Пищу старались находить in loco, и рыбная ловля складывалась как хозяйство болотное (или речное, или озерное), но не морское: это еще одно важное отличие от римской экономики. Вот поэт Сидоний Аполлинарий воспевает щуку, которую римляне ценили мало. А вот Григорий Турский хвалит форель из Женевского озера, "которая бывает весом до ста фунтов"; форель из озера Гарда упоминается в инвентарных описях итальянского монастыря в Боббио. Вот английские осетры и осетры из реки По. Вот угри, которые во многих областях востребованы более, чем все другие рыбы: "Салический закон" упоминает только их. А еще лосось и минога, карпы, лини, бычки, усачи… и раки - опять же пресноводные.

Питание в средневековой Европе. "Terra et silva" Лига историков, Питание, Европа, Средневековье, Еда, Лес, Пашня, Длиннопост

Таким образом, все население могло тогда рассчитывать на различные источники продовольствия; мясо и рыба (и сыр, и яйца) встречались на столе у каждого вместе с хлебом, кашами, зеленью. Пищевой интеграции способствовали и правила церкви, которая запрещала употребление мяса, а в некоторых случаях и всех продуктов животного происхождения, в определенные дни недели и периоды года: подсчитано, что великие и малые посты занимали более 150 дней в году. Этот факт, наверное, трудно объяснить, если выйти за пределы культуры еды, в основном связанной с потреблением мяса, но церковные запреты заставляли чередовать продукты, периодически заменять мясо рыбой или сыром (еще лучше овощами) и животные жиры - растительным маслом. Так церковный календарь влиял на обычаи в потреблении пищи, благоприятствовал сложению более однородной практики в разных частях Европы.

Питание в средневековой Европе. "Terra et silva" Лига историков, Питание, Европа, Средневековье, Еда, Лес, Пашня, Длиннопост

Вместе с тем стали отмечаться важные социальные различия. В центральных и северных областях Европы высшие слои, светские и церковные, восприняли "моду" - иного слова не подберешь - на хлеб, вино и оливковое масло как в собственной практике питания, так и в литургических обрядах. Низшие слои упорно продолжали придерживаться собственных традиций, с которыми иногда связывались, как в случае употребления пива, важные элементы религиозной обрядности. Наоборот, в областях, только что покорившихся власти и воспринявших культуру германских народов, именно высшие слои восприняли их образ жизни и питания (страсть к охоте, высокий уровень потребления мяса), в то время как простой народ так и не отошел от традиционной модели: образ "бедняка", питающегося овощами, который появляется в стольких литературных памятниках эпохи.

Питание в средневековой Европе. "Terra et silva" Лига историков, Питание, Европа, Средневековье, Еда, Лес, Пашня, Длиннопост

Потребление мяса было социально дифференцировано. Немногие могли позволить себе есть свежее мясо: только что убитая дичь каждый день поставлялась к столу Карла Великого (как уверяет его биограф Эйнхард), тот же порядок, должно быть, существовал в домах высшей знати. Крестьяне, озабоченные прежде всего тем, чтобы создать запасы, в основном располагали мясом, заготовленным впрок, более всего свининой и бараниной (свиньи и овцы - единственные животные, которых разводили в значительных количествах); но в северной Европе заготавливался и крупный скот: быки, лошади, волы. Также и дичь - мясо оленя или вепря вялилось или солилось; соль была ценнейшим продуктом, почти незаменимым для повседневного выживания: "полезная, как солнечный свет", - определял ее, вслед за Плинием, Исидор Севильский в VII в. Только иногда, по праздничным дням, на крестьянских столах появлялось свежее мясо домашней птицы - кур, гусей, уток.

Питание в средневековой Европе. "Terra et silva" Лига историков, Питание, Европа, Средневековье, Еда, Лес, Пашня, Длиннопост

Граница между использованием невозделанных земель и их возделыванием, между хозяйством "лесным" и хозяйством "домашним" не столь стабильна, как можно было бы подумать. Эта граница подвижна, она меняет положение: то продвигается вперед, то отступает. Завоевание новых аграрных пространств и наступление возделанных почв - непростой процесс: люди могут передумать и забросить уже освоенные земли. перед нами - картина развития, экономика и культура питания на полпути между собирательством и возделыванием. То же самое можно сказать о животных. Виды, которые мы, не колеблясь, называем домашними, существовали тогда и в дикой природе: на лесного быка (знаменитого тура) охотились в европейских лесах по крайней мере до IX–X вв. Виды, которые мы считаем дикими, были в те времена одомашнены: лангобарды держали оленей около своих домов, и в период случки их рев нарушал покой окрестных деревень (до такой степени, что в VII в. в законах Ротари была предпринята попытка как-то упорядочить содержание оленей). А что сказать о домашних свиньях, которые паслись в лесах и едва отличались - по внешнему виду, по цвету и, скорее всего, по вкусу - от диких кабанов?

Питание в средневековой Европе. "Terra et silva" Лига историков, Питание, Европа, Средневековье, Еда, Лес, Пашня, Длиннопост

Существовал определенный контраст между выбором светской знати в пользу "дикой" природы и выбором в пользу "одомашненного" хозяйства, какой сделал церковный, в первую очередь монастырский мир. "Зачем ты рубишь леса, где я охочусь?" - в бешенстве спрашивает королева Брунхильда блаженного Менелея. О святом Ремигии написано, будто он раздавал отпущенным на волю рабам большие участки леса, который ему подарил король Хлодвиг, чтобы эти люди расчистили их и научились жить за счет обработки земли. Везде в Европе монахи являются зачинателями важных работ по раскорчевке лесов и возделыванию освободившихся земель.

Питание в средневековой Европе. "Terra et silva" Лига историков, Питание, Европа, Средневековье, Еда, Лес, Пашня, Длиннопост

Предприимчивость монахов - за короткое время их обители превратились в самые богатые и могущественные поселения в Европе - сталкивалась с интересами не только предававшейся охоте знати, но нередко и крестьян, упорно приверженных использованию невозделанных земель. Судебная документация IX в., особенно солидно представленная в Италии, содержит многочисленные тяжбы между монахами и крестьянами, касающиеся использования лесных массивов. Лишившись самых жизненно важных своих прав - ибо тяжбы почти неизменно заканчивались поражением деревенских жителей, - общины становились более легкой добычей для сеньориальной власти.

Питание в средневековой Европе. "Terra et silva" Лига историков, Питание, Европа, Средневековье, Еда, Лес, Пашня, Длиннопост

Но факт остается фактом: на юге Европы, даже в самых нищих слоях, мяса стали есть больше, чем прежде, в то время как на севере на столах появился хлеб.


Но мясо оставалось мясом, а хлеб - хлебом. О хлебе следующая часть....

Показать полностью 10
932

Питание в средневековой Европе. Рим и варвары

"В эти злополучные, скудные времена мы не алчем поэтической славы,

ибо алчем хлеба насущного".

Фабий Фульгенций, конец V века н.э.

Питание в средневековой Европе. Рим и варвары Лига историков, Питание, Европа, Еда, Рим, Варвар, Хлеб, Мясо, Длиннопост

История еды, способов производства и моделей потребления тесно связана с историей цивилизаций, многие аспекты которых (экономические, социальные, политические, культурные) всегда имели непосредственную и первоочередную связь с проблемами питания.

Питание в средневековой Европе. Рим и варвары Лига историков, Питание, Европа, Еда, Рим, Варвар, Хлеб, Мясо, Длиннопост

Кризис III в., обострился в IV и V вв., в некоторых странах, например в Италии, его пик пришелся на VI в. То есть "чрезвычайное положение" несколько веков было обыденной реальностью. Кривая прироста населения Европы, резко уходит вниз с начала III в. и продолжает падать до VI в. включительно. Но связь между демографическими данными и условиями питания вовсе не является прямой; она нередко имеет обратный характер, и многие данные указывают на то, что именно в исторические периоды с низким демографическим давлением индивидуальное потребление может быть надежнее обеспечено (и наоборот, демографические взрывы не обязательно связаны с изобилием продуктов). Следовательно,  в V–VI вв. ситуация с продуктами питания не была катастрофической. Неурожаи, болезни, войны - всё, что историки терпеливо воссоздали, опираясь на литературные источники и на хроники, вовсе не обязательно рисует образ Европы на грани катастрофы: это было бы слишком просто.

Питание в средневековой Европе. Рим и варвары Лига историков, Питание, Европа, Еда, Рим, Варвар, Хлеб, Мясо, Длиннопост

Трагедий, конечно, было предостаточно: обильные дожди, заморозки или засуха уничтожали урожай; отряды вооруженных людей рыскали по полям и забирали все, что попадалось под руку; падеж скота лишал людей и пищи, и помощи в труде. Когда продуктов не хватало, приходилось что-то придумывать, прибегать к каким-то иным средствам: травам и кореньям, которые обычно не употребляются в пищу, хлебу "с добавками", мясу самых разных животных. "В этот год, - пишет Григорий Турский, имея в виду события конца VI в., - великий неурожай случился почти во всей Галлии. Многие выпекали хлеб из виноградных косточек или из цветов орешника; другие собирали папоротник, высушивали его, толкли и к этому подмешивали немного муки. Другие проделывали то же самое с луговой травою. А у кого совсем не было муки, те просто собирали и ели разные травы; но им раздувало животы, и они погибали".

Питание в средневековой Европе. Рим и варвары Лига историков, Питание, Европа, Еда, Рим, Варвар, Хлеб, Мясо, Длиннопост

Голод - не обязательно приводит к смертельному исходу; гибельны лишь чрезвычайные, длительные голодовки, а они случаются не так уж часто.


Разнообразие - вот ключевое слово, позволяющее понять механизмы добывания и производства продуктов питания в те века, когда с политическим крушением Римской империи на Европейском континенте начинает складываться новый институциональный, экономический и культурный порядок.

Ресурсов теоретически хватало, нужно было только, чтобы выжившие организовались для их использования. Повсюду простирались леса, естественные луга, болота: невозделанные земли, которые начиная с III в. стали теснить поля почти повсеместно - даже там, где их прежде не было, - сделались основной формой ландшафта. Использование их открывало великие возможности, нужно было только заняться этим на практике. Что европейцы и сделали.

Питание в средневековой Европе. Рим и варвары Лига историков, Питание, Европа, Еда, Рим, Варвар, Хлеб, Мясо, Длиннопост

В римской культуре понятие "невозделанного" несло в себе преимущественно негативный смысл. Лес был синонимом маргинальности, исключения; только маргинал, исключенный, изгнанный, прибегал к лесу как к источнику пищи. Явный приоритет отдается земледелию: полеводство и садоводство были стержнем экономики и культуры как греков, так и римлян (во всяком случае, если иметь в виду господствующую экономическую модель). Зерновые, виноград, оливы лежали в основе всего. Помимо того, немалую роль играли огородничество и выпас овец, рыболовство имело какое-то значение только в прибрежных районах.


На этом и базировалась система питания (сейчас бы мы ее назвали "средиземноморской") - питания преимущественно растительного, основанного на лепешках, кашах и хлебе, вине, оливковом масле и овощах; сюда добавлялось немного мяса, но более всего сыра (овцы и козы не забивались, их в основном держали для молока и шерсти).

Питание в средневековой Европе. Рим и варвары Лига историков, Питание, Европа, Еда, Рим, Варвар, Хлеб, Мясо, Длиннопост

Совсем иными были способы производства и культурные ценности "варваров", как называли их греки и римляне. Кельтские и германские народы, веками жившие в окружении лесных массивов Центральной и Северной Европы, явно предпочитали использовать первозданную природу и невозделанные пространства. Охота и рыбная ловля, сбор лесных ягод, свободный выпас скота в лесу (в основном свиней, но также лошадей и крупного рогатого скота) - основные занятия, характеризующие их систему жизнеобеспечения. Стало быть, не каши и не хлеб, а мясо было первостепенной ценностью в системе питания. И пили они не вино (вино знали только в областях, соседствующих с империей), а кобылье молоко и производимые из него кисломолочные продукты; или сидр, получаемый за счет брожения лесных плодов; или пиво, там, где на небольших полянах, отвоеванных у леса, выращивались зерновые. Для смазывания и для приготовления пищи использовалось не оливковое масло (в руководстве по римской кухне, приписываемом Апицию, упоминается только этот вид жира), а сливочное масло и свиное сало.

Питание в средневековой Европе. Рим и варвары Лига историков, Питание, Европа, Еда, Рим, Варвар, Хлеб, Мясо, Длиннопост

Картина, конечно, не была такой четкой: и германцы употребляли в пищу зерновые, овсяные каши или ячменные лепешки (но не пшеничный хлеб, истинный символ средиземноморской системы питания), и римляне ели свинину (императоры в столице раздавали народу не только хлеб, но и мясо), но это не было системными признаками.


"Они не обрабатывают поля, - пишет Цезарь о германцах, - и их рацион большей частью состоит из молока, сыра и мяса". В начале II в. Тацит сообщает нам, что германцы (во всяком случае, живущие по берегам Рейна) также покупают вино, однако их основным напитком является "ячменный или пшеничный отвар, превращенный посредством брожения в некое подобие вина": пиво - или лучше назвать его брагой, если мы хотим обозначить различие между этой плотной, густой жидкостью и светлым, прозрачным пивом, которое стали получать тысячелетие спустя, подмешивая в него хмель.

Питание в средневековой Европе. Рим и варвары Лига историков, Питание, Европа, Еда, Рим, Варвар, Хлеб, Мясо, Длиннопост

В остальном "пища у них очень простая: дикорастущие плоды, свежая дичина, свернувшееся молоко". В VI в. Прокопий пишет о лапландцах, что они "не пьют вина и не добывают из земли никакой пищи… но занимаются только охотой, как мужчины, так и женщины". Зато малые готы, по утверждению Иордана, знали вино благодаря торговле с соседними народами, хотя и предпочитали молоко. Тот же Иордан (мы все еще в VI в.) рассказывает, что народы Скандинавии "живут одним только мясом"; что гунны не знают иного рода деятельности, кроме охоты.

Питание в средневековой Европе. Рим и варвары Лига историков, Питание, Европа, Еда, Рим, Варвар, Хлеб, Мясо, Длиннопост

Не следует думать, будто гордость за свою пищевую (а в какой-то степени и культурную) особость испытывали только греки и римляне. Кельты и германцы были тоже привержены своим ценностям. Их "животное цивилизации": свинья. Мифология этих народов полна сюжетами, где протагонистом выступает свинья, первостепенный, необходимый для человека продукт питания: вспомним хотя бы ирландскую сагу под названием "Свинья [короля] Мак Дато" - эту гигантскую скотину семь лет выкармливали молоком шестидесяти коров, а потом подали к столу, расположив на ее спине сорок быков.


Схожим образом в германской мифологии представлен загробный мир, рай, где воины, павшие в битвах, насыщаются неиссякаемым мясом Сэхримнира, Великого Вепря, который является чуть ли не источником жизни, самой сущностью еды и питания: "каждый день его варят, а к вечеру он снова цел", говорится в "Эдде" Снорри. Да и корова Аудумла, из вымени которой "текли четыре молочные реки", играет важную роль в мифе о сотворении мира, рассказанном Снорри: опять животное, опять экономика леса и пастбища.

Питание в средневековой Европе. Рим и варвары Лига историков, Питание, Европа, Еда, Рим, Варвар, Хлеб, Мясо, Длиннопост

Новый общественный и политический статус, завоеванный германскими племенами, которые повсеместно - различными способами и в разной мере - стали правящей верхушкой новой Европы, привел к широкому распространению их культуры и менталитета. Ничто не свидетельствует об этих изменениях лучше, чем обычай, распространившийся с VII–VIII вв. в странах с сильным культурным влиянием германцев (в Англии, Германии, Франции, Северной Италии): размеры лесов оцениваются не в абстрактных единицах площади, но исходя из количества свиней, которые могут там прокормиться желудями, буковыми орехами и другими плодами леса (silva ad saginandum porcos)… В этом состояла основная оценка, такие данные считались наиболее полезными. Единица измерения, связанная с производством: аналогично поля измерялись количеством зерна, виноградники - вина, луга - сена. Такое невозможно было вообразить несколько веков назад: человеку, воспитанному в греко-римской культурной традиции, при виде дубовой рощи приходило на ум все, что угодно, только не разведение свиней.

Питание в средневековой Европе. Рим и варвары Лига историков, Питание, Европа, Еда, Рим, Варвар, Хлеб, Мясо, Длиннопост

Мясо становится самым ценным пищевым продуктом. Если у римского врача Корнелия Цельса не возникает сомнения в том, что хлеб - наилучшая и полезнейшая пища, потому что "в нем содержится больше питательных веществ, чем в любой другой еде", то предписания, касающиеся правильного и полезного питания, составленные после V в., гораздо большее внимание уделяют мясу и ставят его на первое место. Вот послание "De observatione ciborum" ("Наставления о пище"), которое врач Анфим, грек по происхождению, живущий в VI в. при равеннском дворе готского короля Теодориха, адресует Теодерику, королю франков. Анфим подробно описывает различные способы ее приготовления: свинина жареная, вареная, запеченная, тушеная. Самая длинная глава посвящена свиному салу: "…излишне говорить о том, как его любят франки". Можно его поджарить, объясняет Анфим, как любой другой кусок мяса, но в таком случае оно станет чересчур сухим; лучше сварить его, остудить и хранить холодным. Есть жареное сало вредно, но им можно сдобрить овощи и прочую еду. "Я слышал, - продолжает он, - будто франки имеют обыкновение есть сырое сало, и, что удивительно, оно так им помогает при всех болезнях, что не требуется иного лекарства".

Питание в средневековой Европе. Рим и варвары Лига историков, Питание, Европа, Еда, Рим, Варвар, Хлеб, Мясо, Длиннопост

Именно в культуре правящих слоев значение мяса, его первостепенная ценность отмечается и утверждается с невиданной силой. В капитуляриях франков две меры наказания рассматриваются как равноценные: лишение оружия и отлучение от мясной пищи; Лотарь в первой половине IX в. назначает ту и другую кару для того, кто запятнал себя убийством епископа.


Однако Европа, путем убеждения или силой, а иногда из соображений выгоды, становилась христианской. А в этой религии хлеб, вместе с вином и оливковым маслом, "елеем", вне всякого сомнения, является основным, центральным символом. Франки, довольно рано примкнувшие к католическому христианскому вероучению, понимая, что это облегчит им проникновение на территорию империи и поможет одолеть соперников, более всего способствовали распространению римско-христианской модели питания в Северной Европе.


В Европе, пережившей нашествия варваров, происходит доселе невиданное слияние культуры мяса и культуры хлеба: в конце концов оба продукта приобретают статус (как в идеологическом, так и в материальном плане) первостепенной и необходимой еды.

Продолжение в следующей части...

Показать полностью 11
457

Ответ на пост «Средневековые замки, которые сохранились до настоящего времени» 

Хороший пост, только ради справедливости я бы добавил еще один замок. Знакомьтесь Hochosterwitz, Австрия

Ответ на пост «Средневековые замки, которые сохранились до настоящего времени» Архитектура, Средневековье, Замок, Крепость, Европа, Красивый вид, Фортификация, Ответ на пост, Длиннопост

Чем же он уникален? Известен с шестого века, в современном виде пребывает уже почти 600лет.С 16 века принадлежит  одной семье (15 поколениям ) которые до сих пор живут в замке. Замок до сих пор охраняется стражей в средневековых костюмах и служат в ней потомки тех кто охранял этот замок столетиями. И  хоть вооружены они холодным средневековым оружием, владеют им мастерски. Замок ни разу не был захвачен и вот почему.

Ответ на пост «Средневековые замки, которые сохранились до настоящего времени» Архитектура, Средневековье, Замок, Крепость, Европа, Красивый вид, Фортификация, Ответ на пост, Длиннопост

Замковый холм возвышается над округой на полторы сотни метров и туда по спирали идет единственная дорога на которой стоят 14 башен с воротами , подьемными мостами и прочими ловушками

Ответ на пост «Средневековые замки, которые сохранились до настоящего времени» Архитектура, Средневековье, Замок, Крепость, Европа, Красивый вид, Фортификация, Ответ на пост, Длиннопост
Ответ на пост «Средневековые замки, которые сохранились до настоящего времени» Архитектура, Средневековье, Замок, Крепость, Европа, Красивый вид, Фортификация, Ответ на пост, Длиннопост
Ответ на пост «Средневековые замки, которые сохранились до настоящего времени» Архитектура, Средневековье, Замок, Крепость, Европа, Красивый вид, Фортификация, Ответ на пост, Длиннопост
Ответ на пост «Средневековые замки, которые сохранились до настоящего времени» Архитектура, Средневековье, Замок, Крепость, Европа, Красивый вид, Фортификация, Ответ на пост, Длиннопост

Немножко вида сверху

Ответ на пост «Средневековые замки, которые сохранились до настоящего времени» Архитектура, Средневековье, Замок, Крепость, Европа, Красивый вид, Фортификация, Ответ на пост, Длиннопост
Ответ на пост «Средневековые замки, которые сохранились до настоящего времени» Архитектура, Средневековье, Замок, Крепость, Европа, Красивый вид, Фортификация, Ответ на пост, Длиннопост

Кстати, для любителей исторической реконструкции, в конце первой декады июля проходит рыцарский турнир. Кто хочет получить приз из рук настоящей графини?  И на прощанье

Ответ на пост «Средневековые замки, которые сохранились до настоящего времени» Архитектура, Средневековье, Замок, Крепость, Европа, Красивый вид, Фортификация, Ответ на пост, Длиннопост
Ответ на пост «Средневековые замки, которые сохранились до настоящего времени» Архитектура, Средневековье, Замок, Крепость, Европа, Красивый вид, Фортификация, Ответ на пост, Длиннопост
Показать полностью 8
2310

Средневековые замки, которые сохранились до настоящего времени

Средневековые замки, которые сохранились до настоящего времени Архитектура, Средневековье, Замок, Крепость, Европа, Красивый вид, Длиннопост, Фортификация

Замок Эльц. Германия.

Построен предположительно в XII веке

Оригинал
Средневековые замки, которые сохранились до настоящего времени Архитектура, Средневековье, Замок, Крепость, Европа, Красивый вид, Длиннопост, Фортификация

Замок Гогенцоллерн. Германия.

Построен предположительно в XI веке.

Оригинал
Средневековые замки, которые сохранились до настоящего времени Архитектура, Средневековье, Замок, Крепость, Европа, Красивый вид, Длиннопост, Фортификация

Замок Де Хаар. Нидерланды.

Первое упоминание датируется 1391 годом.

Оригинал
Средневековые замки, которые сохранились до настоящего времени Архитектура, Средневековье, Замок, Крепость, Европа, Красивый вид, Длиннопост, Фортификация

Замок Вальзин. Бельгия.

Построен предположительно в XIII веке.

Оригинал
Средневековые замки, которые сохранились до настоящего времени Архитектура, Средневековье, Замок, Крепость, Европа, Красивый вид, Длиннопост, Фортификация

Замок Алькасар. Испания.

Первое упоминание датируется 1120 годом.

Оригинал
Средневековые замки, которые сохранились до настоящего времени Архитектура, Средневековье, Замок, Крепость, Европа, Красивый вид, Длиннопост, Фортификация

Замок Шато-де-Ла-Рошпо. Франция.

XII век.

Оригинал
Средневековые замки, которые сохранились до настоящего времени Архитектура, Средневековье, Замок, Крепость, Европа, Красивый вид, Длиннопост, Фортификация

Замок Боузов. Чехия.

Возведён в конце XIII века.

Оригинал
Средневековые замки, которые сохранились до настоящего времени Архитектура, Средневековье, Замок, Крепость, Европа, Красивый вид, Длиннопост, Фортификация

Замок Хоэншвангау. Германия.

Первое упоминание датируется 1090 годом.

Оригинал
Средневековые замки, которые сохранились до настоящего времени Архитектура, Средневековье, Замок, Крепость, Европа, Красивый вид, Длиннопост, Фортификация

Замок Фуа. Франция.

История замка начинается в 987 году.

Оригинал
Средневековые замки, которые сохранились до настоящего времени Архитектура, Средневековье, Замок, Крепость, Европа, Красивый вид, Длиннопост, Фортификация

Замок Арундел. Великобритания.

Первые упоминания датируются 1067 годом.

Оригинал
Показать полностью 9
975

Меч XIV века, найденный в Тульской области

Пару лет назад в руках ученых музея-заповедника «Куликово поле» оказалась уникальная находка. Меч был найден в Тульской области, в Щекинском районе.

Меч XIV века, найденный в Тульской области Лига историков, Тула, Музей-Заповедник, Меч, Археология, Реставрация, Длиннопост

Ученый секретарь Государственного музея-заповедника «Куликово поле» Алексей Воронцов:


- Такие мечи появляются в эпоху Куликовской битвы и продолжают существовать в первой половине 15 века. В ходе реставрации на клинке удалось найти следы клейм. Чтобы исследовать состояние находки, выявить скрытые повреждения и следы всечки, меч просветили в Москве в рентгеновских лучах. Расчистка и научное изучение инкрустаций все еще продолжаются. Широкой публике эту находку мы представим в Музейном квартале Тулы, на выставке, посвященной Дмитрию Донскому.

Меч XIV века, найденный в Тульской области Лига историков, Тула, Музей-Заповедник, Меч, Археология, Реставрация, Длиннопост
Меч XIV века, найденный в Тульской области Лига историков, Тула, Музей-Заповедник, Меч, Археология, Реставрация, Длиннопост

Сохранением и подготовкой к экспонированию уникального оружия занимается заведующий отделом реставрации и консервации фондов Государственного музея-заповедника «Куликово поле», реставратор по металлу высшей категории Виталий Шмелев:


- Более трех месяцев потребовалось на работу с реликвией. В процессе расчистки были обнаружены остатки трех клейм. Мастером той эпохи была выполнена всечка, скорее всего латунной проволокой. Меч значительно изъеден коррозией, и нам важно остановить химическую реакцию, которая все еще может повредить оружие. Для него потребуется индивидуальная витрина с особым режимом хранения.

Меч XIV века, найденный в Тульской области Лига историков, Тула, Музей-Заповедник, Меч, Археология, Реставрация, Длиннопост
Меч XIV века, найденный в Тульской области Лига историков, Тула, Музей-Заповедник, Меч, Археология, Реставрация, Длиннопост

Меч весит 1232 грамма, его размеры – 101,5 см. Несмотря на свое состояние, он отлично сбалансирован, в том числе и за счет многогранного навершия рукояти.

Меч XIV века, найденный в Тульской области Лига историков, Тула, Музей-Заповедник, Меч, Археология, Реставрация, Длиннопост

У реставратора Виталия Шмелева за плечами более 25 лет работы с историческим металлом. Спасение каждого предмета, который оказывается в его руках, проходит в несколько этапов. Для любой находки составляется программа реставрационных работ, и она защищается на реставрационном совете музея. Находки очищают в ультразвуковой ванне в специальном растворе, при помощи пескоструйной установки, обязательны механическая или ручная обработка щетками и бормашиной, химическая и электрохимическая обработки. На каждом этапе с предмета аккуратно снимают слои коррозии.


Все слои коррозии часто не убирают, иначе предмет будет похож на лунную поверхность, изъеденную кратерами – кавернами. Эти полости при реставрации заполняются полимерными составами. Находка многократно обрабатывается ингибиторами коррозии, замедляющими растравливание металла. По окончании работ экспонаты покрываются специальными составами.

https://btula.ru/fn_576196.html

https://tula.mk.ru/culture/2020/06/24/rovesnika-kulikovskoy-bitvy-predstavyat-na-pervoy-vystavke-v-muzeynom-kvartale.html?utm_source=yxnews&utm_medium=desktop&utm_referrer=https://yandex.ru/news

Показать полностью 4
402

Замок Eltz, Германия

Замок Eltz, Германия Фотография, Путешествия, Германия, Европа, Замок, Средневековье, История, Длиннопост

Продолжаю проводить виртуальные туры для каждого из моих 581 подписчиков.

Сегодня у нас Германия и замок Eltz. Немного истории: Строительство замка началось в 1157 году. За все время своего существования, замок ни разу не был захвачен и ни разу не подвергался бомбежке, что очень положительно отразилось на его состоянии. В данный момент пренадлежит графу Карлу Эльцскому, который следит за состоянием замка и любезно предоставляет возможность для проведения экскурсий.

Замок Eltz, Германия Фотография, Путешествия, Германия, Европа, Замок, Средневековье, История, Длиннопост

Фотографии сделаны на Sony a7rii,  24‑240mm f/3.5‑6.3

Замок Eltz, Германия Фотография, Путешествия, Германия, Европа, Замок, Средневековье, История, Длиннопост
Показать полностью 2
67

Восьмидесятилетняя война. Предыстория первая

Всем привет, дорогие котаны в нашем конце второго десятилетия!

В Новый Год я решил войти с совершенно новым лонгом по довольно разрекламированной Артуро Перес-Реверте теме.

Итак, устраивайтесь поудобнее, сегодня мы, надев чистую белую рубашку и сжав в руке верный клинок, отправляемся туда. В болота и топкие берега Семнадцати мятежных провинций.

P.S. Литературную вставку к статье тоже написал автор.


Туман. Вода. Вездесущая сырость и влага, которая разъедает нитки лучше любого времени или кислоты, из-за чего любой шаг грозит оставить тебя без сапог. Еле-еле тлеющие фитили приходится постоянно поддувать, а полки мушкетов и пистолей затыкать тряпками, густо сочащимися маслом. Чертовы кальвинисты снова открыли шлюзы, из-за чего все пространство до их лагеря превратилось в откровенное болото, разъединившее две армии.


Но нашего maestre de campo такие глупости остановить не могли. На следующий день должна была состояться общая атака на мятежный лагерь, для чего было собрано почти шесть десятков лодок. А чтобы праздник жизни не был испорчен совершенно и заблаговременно в момент переправы, он приказал созвать добровольцев. Нет уж, им не удастся потопить нас переправляющимися. Все решится как встарь, грудь в грудь, клинок в податливое тело. Всего вызвалось на опасное дело два десятка человек, которые получили приказ тихо выбраться на берег и заклепать пушки.

Восьмидесятилетняя война. Предыстория первая Cat_cat, История, Длиннопост, Средневековье, Римская империя, Европа, Феодализм

Encamisada (ночная атака испанцев)


И вот мы идем по грудь, а то и по шею в воде, держа над головой мушкеты, аркебузы и клинки, едва видя даже своих товарищей в этом густом, словно дым от турецкого кальяна, тумане.


— Wie is er? — донеслось спереди.


— Patrol vanuit de zuidelijke kust! — хрипло ответил Вернике.


— Kom binnen! Verdomd weer! — был нам ответ.


Часовой ничего не подозревал до того самого момента, как Вернике подошел и всадил ему кинжал прямо в глаз.


Стараясь не шуметь, мы выбрались на берег. Десять человек, вооружившись киянками и длинными корабельными гвоздями, принялись вбивать их в запальные отверстия. Остальные же прокрались чуть поглубже в лагерь и принялись рубить и стрелять спящих.


— Fuego! — взревел альферез де Сомона. — Corten a los herejes!..


Знакомая картина, не правда ли?)


Когда Восьмидесятилетняя война только начиналась, никто даже и подумать не мог, что она продлится так долго. Это вам не вымышленная «Столетняя война», которая на самом деле является разнообразной цепочкой конфликтов, которые историки объединили в одно событие ради удобства школьных учебников и страниц Википедии. Это была война, из-за которой перекроились карты Европы, абсолютные истины рухнули под тяжестью своей относительной нерушимости, а технические и социальные новинки открыли дорогу Новому Времени.


Но проблема заключается в том, что предпосылки к этой войне кроются настолько в глубине веков, феодальных систем и родственных связей, что нельзя начать отсчет от точной даты, мол, еще вчера все было хорошо, а вот уже завтра стало ясно, что будет война. Нет, все это зрело и тлело в глубине веков и оттого даже дата начала всего этого безобразия легко могла стать другой. Скажем, даже в другом столетии. В другом правящем доме. В другом государстве. Почему бы и нет? Дело лишь в наборе событий и действий, плавно подводящих к данной ситуации. А потому придется, как и обычно, начать очень издалека…

Восьмидесятилетняя война. Предыстория первая Cat_cat, История, Длиннопост, Средневековье, Римская империя, Европа, Феодализм

На карте вполне виден Рейн, Маас и, даже если приглядеться, Шельда. Основные реки региона наглядно


Начнем, пожалуй, с географических описаний. Фландрия весьма удобно и уютно делится на две части рекой Рейн и ее устьем, которое больше похоже на рисунок сумасшедшего. Южная Фландрия — это весьма лесистая местность, достаточно равнинная и через которую проходит (на ее счастье) всего две крупные реки в виде Шельды и Мааса. Северная Фландрия — это дикая чехарда из многочисленных речушек, речек, ручейков, полноводных рек, часть из которых изливается из единого Рейна, а часть притекает совершенно из разных сторон Западной Европы, словно бы Сам Господь Бог решил превратить эту местность в свою сточную канаву.


Часть территории Фландрии, разумеется, входила в состав Римской Империи. Однако римляне не были такими уж идиотами и потому предпочитали не вылезать за границы реки Рейн. Все, что находилось севернее него, населяли племена разнокалиберных германцев, в основном саксов. То же, что оказалось южнее, стало называться Belgica со столицей в Августе Треверовой и Germania Inferior с центром в Колонии Агрипине. Римское культурное влияние в этом регионе было минимальным и передавалось в основном с помощью легионеров и пограничных сил, которые особой культурностью не отличались, равно как и любая другая армия. В ходе демонтажа Западной Римской империи на эти земли переселились многочисленные саксы, не сумевшие продвинуться на юг из-за куда более многочисленных франков.

Восьмидесятилетняя война. Предыстория первая Cat_cat, История, Длиннопост, Средневековье, Римская империя, Европа, Феодализм

Воины саксов


Сразу оговорюсь, что повествование до определенного момента будет идти в основном о южной Фландрии. Почему? Все банально, просто и скучно — до определенного момента все это Голландия, Зеландия и прочие территории просто не представляют никакого интереса и не оказывают никакого влияния на этот вялотекущий процесс народного бунта, безжалостного и беспощадного. Увы.


То, что саксы не смогли продвинуться южнее на более благодатные территории, скажется на них самым прямым образом. К тому времени, как франки то создадут королевство, то его развалят на три части, то снова создадут, их северные соседи продолжали жить в благодатном политическом режиме анархии вождеств. Поэтому, когда во главе государства франков встал великий и ужасный Карл Великий, спаситель католицизма и возродитель Империи Запада во всем ее побитом и обшарпанном «великолепии», у их противников фактически не осталось никаких шансов.

Восьмидесятилетняя война. Предыстория первая Cat_cat, История, Длиннопост, Средневековье, Римская империя, Европа, Феодализм

Карл Великий, Император Запада


Впервые объединенный за 300 лет германо-римский Запад viribus unitis накостылял всем окружающим себя врагам. Досталось и полабам, и аварам, кочевая империя которых рухнула под натиском германцев, болгар и дико недовольных порабощенных славян (открою по секрету, аваров так ненавидели, что перебили полностью). Разумеется, под раздачу не могли попасть и недовольные саксы, которые к тому же упорно старались сохранить свое язычество посреди следующей в русле романского христианства цивилизации.


Тридцать лет саксы противостояли натиску Карла на свои земли. Современные нео-язычники, совершенно ничего не знающие о культуре своих предков и слепо копирующие единственные дошедшие до нас источники в виде скандинавских сказочек, назвали бы этот факт героическим. Автор считает это бредовой глупостью. Но так как у нас мультикультурализм и христиане должны теперь уважать мнения других людей, то назовем это героической глупостью бреда. Но толпа, объединенная по родо-племенному признаку не может соперничать с могущественным государством, обладающим аппаратом чиновников, профессиональной армией и пропагандистской машиной. В свое время это дошло до всех западных славянских племен, которые стали управляться князьями, затем принявшими титул герцогов, а то и королей. Это поняли литовцы, правитель которых Миндовг охотно оперся на более развитую Полоцкую Русь, желающую найти самобытное спасение в бурном море окружающих монголов, рыцарей и поляков, а взамен предоставившую готовые управленческие решения, которые оставалось только перенять. До саксов это не дошло…

Восьмидесятилетняя война. Предыстория первая Cat_cat, История, Длиннопост, Средневековье, Римская империя, Европа, Феодализм

Миндовг смотрит на саксов, как на дурачков


В итоге где-то около 793 года появляется титул «королевского лесничего Фландрии». Фактически, это была должность, которая равнялась по статусу графской, но кроме того она отражала и ту ситуацию, в которой находился его владелец. Его обязанностью фактически становилось выкуривание саксов из лесов и приведение их к покорности и крещению любыми одобренными императором методами. А лесов там было много и Карл их ценил, поскольку древесина — весьма ценный стратегический ресурс.


Что ж, процесс был запущен всей полнотой имперской машины и его было уже не остановить. К 843 году, когда три внука Шарлеманя в Вердене уютно пилили империю дедушки по себе, лесничий Фландии уже вовсю христианизировал край, занимался его экономическим развитием и отбивал атаки норманнов. А так как правителям Восточного Франкского королевства было откровенно плевать на то, что происходит на каком-то дальнем севере их владений, которые их не особо интересовали, то в 864 году в результате сложнейших политических махинаций (включавших в себя похищение королевской дочери и союз с викингами) Бодуэн I Железная Рука провозглашает себя графом Фландрии.

Восьмидесятилетняя война. Предыстория первая Cat_cat, История, Длиннопост, Средневековье, Римская империя, Европа, Феодализм

Статуя графа Боэдуна Первого на здании ратуши города Брюгге


И вот здесь вот и начинается самое интересное. Графство Фландрия, как видно, находится на пересечении парочки торговых путей. Первый путь лежит из глубины Европы к Северному морю через Рейн. Второй примерно аналогичен первому, но только уже ведет к глубинам одной лишь Франции, чрезмерно отрезанной от рейнского пути Лотарингией и прочими территориями. Так или иначе, Граф Фландрии сидел на торгово-денежных потоках и весьма богател, ведя активную внешнюю политику. Со временем графство дробилось все сильнее, ибо феодализм, но свой костяк оно сохраняло весьма упорно и, что самое главное, относительно благополучно.


Кроме торговли изрядный доход приносило ткачество. Английская шерсть уже тогда охотно раскупалась ткачами Гента, Брюгге, Антверпена и других городов, после чего уже в виде тканей расходилась по всей Северной Европе. Разумеется, такой проплывающий мимо рта куш не мог не разыгрывать аппетит как английского, так и французского королей. Англия была кровно заинтересована в том, чтобы сделать Фландрию частью своего государства, так как это был автоматически сняло примерно половину взымавшихся податей и сборов, а ведь где-то там в трюмах входивших в гавани нефов была и королевская шерсть. Франция же желала всеми силами сохранить эту территорию в составе своих владений. Не то, чтобы ее королям что-то перепадало из денег, вращавшихся в том регионе, однако граф все еще был вассалом парижской короны, и это состояние должно было продолжаться.

Восьмидесятилетняя война. Предыстория первая Cat_cat, История, Длиннопост, Средневековье, Римская империя, Европа, Феодализм

Графство Фландрия


Правда, состояние это так и не изменилось не смотря на все Столетние войны. В результате Фландрия оказалась частью территории герцогства Бургундии, однако все равно под властью парижского короля. И здесь мы перейдем к куда более странной и занудной вещи — к сути феодализма.


Итак, что такое феодальная лестница? Вверху король, за ним герцоги, потом графы, затем какие-нибудь бароны, предпоследние рыцари и в самом низу всякие там крестьяне. Они, конечно, формально в лестницу не входят, но именно они занимаются рыцарским обеспечением. Они арендуют феодальные земли и выплачивают все то, за счет чего живут люди ступеньками выше. Вопрос — где тут горожане? Правильный ответ — да нигде. Города, равно как и горожане, совершенно вычеркнуты из любой системы феодального управления. Да, они входят в состав графств, герцогств, а то и баронств, вот только управляются сами собой самостоятельно, при помощи магистратов, советов цехов и прочих организаций. Само собой, все это им досталось небесплатно. Во многих местах свободы доставались им с боем и побиванием местного феодала. В других случаях они выкупались.

Восьмидесятилетняя война. Предыстория первая Cat_cat, История, Длиннопост, Средневековье, Римская империя, Европа, Феодализм

Феодальная лестница (взята из учебника)


Так или иначе, совершенно выходящие за предел феодальной системы города все больше и больше расширяли свои права и свободы, которые в себя включали и возможность распределения получаемых доходов, и различные городские вольности, и даже такая мелочь, как использование определенной системы мер и весов. Разумеется, цеха и магистраты весьма отчаянно защищали завоеванное, не оставляя попытки добыть еще сколько-нибудь за какие-то в общем-то жалкие гроши. Что такое три тысячи ливров по сравнению с, например, правом склада? Особенно для Антверпена, контролирующего выход из Шельды. А он был такой не один. Практически все города Фландрии в той или иной степени оказались почти независимы от своего графа, что приводило к известным событиям, вроде пары битв при Куртрэ. Французские короли поддерживали своего незадачливого вассала, но ситуации это кардинальным образом не меняло. К времени унаследывания этих земель Бургундским Домом, этот регион фактически оказался самоуправляем. И в дальнейшем это еще окажет свое влияние…

Восьмидесятилетняя война. Предыстория первая Cat_cat, История, Длиннопост, Средневековье, Римская империя, Европа, Феодализм

Филипп II смотрит с пофигизмом на то, что его портрет рисуют в стиле фламандской школы


В следующем номере: Фландрия под властью Бургундского дома — от Филиппа II Смелого до Максимилиана Габсбурга.


Источник: Cat_Cat. Автор: Александр Викторов.

Личный хештег автора в ВК - #Викторов@catx2, а это наше Оглавление Cat_Cat (31.12.2019)

Показать полностью 8
709

Черная смерть. Часть вторая

Часть 1.

Бубон чумной (bubo; лат. опухоль) — лимфатический узел, увеличенный в результате воспаления, характеризуется резкой болезненностью и обширным периаденитом с выраженными очагами некроза. — Энциклопедический словарь медицинских терминов

Апеннинский полуостров, лето 1347 года


В Италии эпидемия сначала поразила Сицилию, Корсику и Сардинию (именно на Сицилии находится Мессина, в которую пришли корабли беженцев из Крыма), а затем и портовые города полуострова. Выгодное географическое положение, ориентированность итальянских городов на торговлю, крепкие хозяйственные связи между областями полуострова, наибольшая в Европе степень урбанизации - всё то, что в недалёком прошлом было преимуществами, теперь стало опасными недостатками: Италия пострадала особенно сильно. Имевшие относительно высокий уровень грамотности жители итальянских городов оставили очень большое количество записей о происходящем, включая знаменитый “Декамерон” флорентийца Бокаччо. Вот вам немного отрывков в студию:

...Выздоравливали немногие, большинство умирало на третий день......Бедствие вселило в сердцах мужчин и женщин столь великий страх, что брат покидал брата....Умерший человек вызывал тогда столько же участия, сколько издохшая коза. ...Весь город полон был мертвецов..На переполненных кладбищах при церквях рыли преогромные ямы и туда опускали целыми сотнями трупы, которые только успевали подносить к храмам. Клали их в ряд, словно тюки с товаром в корабельном трюме, потом посыпали землей, потом клали еще один ряд — и так до тех пор, пока яма не заполнялась доверху.... С марта по июль в стенах города Флоренции умерло, как уверяют, сто с лишним тысяч человек. Город в силу указанных обстоятельств опустел."

Вот что пишет об этих же событиях в своей хронике флорентийский историк, политик и банкир Джованни Виллани:

В нашем городе эпидемия разгорелась в полную силу и апреле 1348 году и продлилась до начала сентября того же года. В городе, контадо (ближайшие окрестности) и дистретто (вся городская округа) Флоренции без разбора пола и возраста из пяти человек погибло три или больше, скорее за счет простонародья, чем средних слоев и верхов, потому что беднякам пришлось особенно худо, зараза распространилась среди них раньше, и помощи они получали меньше. В целом по всему миру человеческий род уменьшился в такой же пропорции, судя по полученным нами из многих стран и областей известиям…

Чума продлилась до… дальше Джованни Виллани не смог поставить дату, потому что умер от чумы в самом начале эпидемии. Хронику продолжил его брат Маттео:

... судя по тому, что можно отыскать в письменных известиях, начиная от всемирного потопа на вселенную еще не обрушивалось такой устрашающей кары, как в наши дни. От нынешнего морового поветрия, даже по скромным оценкам, погибло гораздо больше людей, чем от потопа, если сравнить, сколько народу жило тогда и сколько теперь. При этой напасти препоручил Богу свою душу автор "Хроники" Джованни Виллани, гражданин Флоренции, с коим я был связан кровными и духовными узами. И вот, пережив много несчастий и гораздо лучше познав печали этого мира, чем его радости, я, Маттео Виллани, положил в душе приступить теперь к нашему повествованию о горестях и тревогах этого времени, ибо с него начинается обновление века...

Маттео Виллани благополучно пережил ужасы «Черной Смерти», скурпулезно записывая все, что происходило вокруг, и описывал жизнь Флоренции до 1363 года, а потом тоже умер от чумы. Хронику продолжил писать его сын Филиппо Виллани:

На днях паховая чума унесла составителя сей хроники Маттео, который в течение пяти дней боролся с болезнью, благодаря умеренности и воздержности своего характера и образа жизни, но наконец 12 июля благочестиво скончался. Мне же, своему сыну Филиппу, он поручил написать продолжение … чтобы не обрывать повествования. Итак, я постараюсь постепенно дополнить эту историю, занося в нее поступившие ко мне сведения о других событиях, происходящих в разных странах мира.

Такая вот семейная история.


Обратите внимание, второй хронист умер от чумы через 15 лет от первого, в 1363 году, а в прошлом выпуске там было что-то про вторую волну чумы в Мамлюкском султанате, помните? Одно из самых неприятных последствий пришествия Черной Смерти в Европу в том, что она никуда потом не ушла, и осталась кошмарить эти земли ещё века четыре, причем второй и третий заход были ненамного слабее её первого появления.

А ведь уж двадцать лет, как по всем странам она свирепствует, мешкая иногда или обходя некоторые места, но нигде до конца не угасая. Кажется, ушла, но идет назад, обрушиваясь на до времени возвеселившихся. И есть она, если не обманываюсь, знак гнева Божьего за грехи человеческие. Из письма Франческо Петрарки архиепископу Генуи

Сапожник, сборщик налогов и немного писатель из города Сиена:

Я, Аньоло ди Тура, прозванный толстым, похоронил своих пятерых детей и жену своими собственными руками, а также хоронил тех, кто был так мало покрыт землёй, что собаки извлекали тела их и многих таскали по городу.

В Сиенне с началом эпидемии из-за массовой гибели рабочих остановилось строительство большого кафедрального собора, а после того как все устаканилось стало уже как-то не до него.


Так и оставили.

Черная смерть. Часть вторая Cat_cat, История, Длиннопост, Чума, Боезнь, Средневековье, Европа

Недострой из 14 века, наши дни.


Подробное описание всего происходившего в городе оставил Бальтазар Бонаиутти, политик, бизнесмен, и дипломат, который пережил ужасы чумы ребенком, и изложил всё, что помнил, несколько десятков лет спустя, на закате своей жизни:

Почти никто из заболевших не прожил больше четырех дней. Ни врачи, ни лекарства не были эффективными. Когда болезнь входила в дом, часто случалось так, что все в доме погибали. И погибали не только люди, но и разумные животные - кошки, собаки, овцы, волы проявляли те же симптомы и умирали от той же болезни…

Врачи не могли быть найдены, потому что они умерли, как все прочие. А те, кого можно было найти, требовали огромные суммы , прежде чем приняться за дело…

И многие умерли, лишенные исповеди и других таинств, и никто за ними не присматривал. И многие умерли от голода, потому, что когда кто-то слегал с болезнью, прочие в доме, испугавшись, говорили ему: "мы идем за доктором". Спокойно выйдя за дверь, они убегали и больше не возвращались. Брошенные людьми, без пищи, но сопровождаемые лихорадкой, они ослабевали. Их было много, тех, которые умоляли своих родственников не бросать их с наступлением ночи.

Этот источник обращает наше внимание на один важный фактор. Вообще, когда сегодня дают цифры смертности (без лечения) от бубонной формы 60% а от лёгочной 99%, то нужно держать в уме, что цифры эти верны лишь для тех случаев, когда больного есть кому кормить и поить. Каковы шансы выздороветь у несчастного с температурой, бредом, лихорадкой, судорогами, и жуткой головной болью, если не давать ему воды хотя бы дня четыре? Если сам он во время острой фазы болезни в большинстве случаев настолько слаб, что не может даже самостоятельно встать с кровати, не говоря уж о том, чтобы достать воду из колодца или бочки? Если некому развести огонь холодной ночью и некому принести лепешку и кусок сыра? Сколько протянет трехлетний ребенок, у которого погибли родители?


Многие священники и монахи буквально принесли себя в жертву, пытаясь хоть чем-то помочь людям, обходя дома в поисках больных и умирающих, чтобы утолить жажду и голод, облегчить страдания умирающих, принести последнее утешение соборуя, причащая и отпуская в последний путь. Но монахов было мало, и заканчивались они быстро. Совместное проживание в монастырях больших групп людей под одной крышей само по себе было опасным фактором, и те монастыри, братия которых честно исполняла свой христианский долг, были обречены.

"Францисканцы, Доминиканцы и прочие, навещавшие больных, чтобы исповедать их и отпустить им грехи, умирали в столь больших масштабах, что монастыри вскоре стали пустынны... горожане мало что делали, кроме того, что несли мертвые тела для погребения. Возле каждой церкви они выкапывали глубокие ямы, и таким образом те, кто был беден, кто умер ночью, были просто брошены в яму. Утром, когда в яме было большое количество тел, они брали немного земли и засыпали ее сверху; а позже на них положили другие, а затем еще один слой земли, точно так же, как делают лазанью со слоями пасты и сыра» - Микель де Пьяцца

Черная смерть. Часть вторая Cat_cat, История, Длиннопост, Чума, Боезнь, Средневековье, Европа

Лазанья

Черная смерть. Часть вторая Cat_cat, История, Длиннопост, Чума, Боезнь, Средневековье, Европа

Не лазанья


Кипр оказался особенно невезучим. В разгар эпидемии на острове произошло сильное землетрясение, разрушившее многие здания, а приливная волна уничтожила прибрежные оливковые рощи, корабли и причалы, от которых зависела экономика острова. Выжившие островитяне превентивно вырезали своих арабских рабов, чтобы те не воспользовались удачным моментом для восстания, и отступили вглубь острова, «но многие подавленные ядовитым запахом внезапно падали и умирали».


Венецию современники выделяли как город, наиболее последовательно и организованно старавшийся не допустить эпидемии в своих стенах, а затем отчаянно боровшийся с ней. Это упорство во многом связано с личностью дожа Венеции Андреа Дандоло, который с помощью жестоких и четких административных мер смог предотвратить панику и хаос, оставаясь на посту в самые тяжелые для города времена. Правда, не смотря на это в Венеции всё равно умерло около ста тысяч человек, но зато умирали они наиболее организованно в Европе, и применили (возможно первыми) несколько разумных способов борьбы с заразными инфекциями. Про меры по борьбе с чумой у нас будет отдельный выпуск, а пока в результате небольшого апокалипсиса Италия потеряла около половины населения полуострова.


Конец 1347 года, южное побережье современной Франции


"Три галеры из Генуи, груженные специями и прочими товарами вошли в порт Марселя после того, как шторм пригнал их с востока. Они были заражены, и когда марсельцы начали погибать безо всякого облегчения, корабли изгнали из порта горящими стрелами и метательными машинами". Микеле де Пьяцца

Марсель, столица Прованса и морские ворота Франции, потерял около шестнадцати тысяч человек и стал отправной точкой для проникновения Великой чумы вглубь континента, но заслужил славу одного из немногих европейских городов, в котором приход Черной Смерти не вызвал массовой резни евреев.


А помните, в самом начале прошлого выпуска вскользь упоминалось о том, что папа Римский живёт в Авиньоне? Я помню. Просто 1305 году Папой римским стал француз, а потом его преемником стал француз, и его преемником тоже стал француз, и.. ну вы поняли, переезд из загнивающего Рима в молодой и динамично развивающийся французский город напрашивался сам собой. Это из-за того, что королевство Франция всё ещё являлось сверхдержавой, несмотря на пару обидных плюх от англичан, и с 1309 года духовная, культурная и политическая (Святой престол тогда был чем-то вроде ООН) столица мира находилась в Авиньоне. Большой, густонаселенный город с большим количеством монастырей превратился в один из крупнейших городов Европы, а его роль папской резиденции сделала его очень посещаемым центром христианского мира и хорошей добычей для чумы. Неизвестный церковник писал своему другу в Брюгге о том, что половина населения Авиньона мертва, семь тысяч домов заперты и заброшены, одиннадцать тысяч трупов похоронены за шесть недель на одном кладбище, за одну ночь в авиньонском монастыре францисканцев умерли около 700 монахов, а всего за первые три месяца эпидемии жертвами стали шестьдесят тысяч человек, включая 94 членов папской курии. В числе погибших была и Лаура, платоническая муза великого итальянского поэта Франческо Петрарки, который написал на её смерть больше ста сонетов. Роль чумы в поэзии и всё такое.


Климент VI, видя как быстро заканчивается свободное место на городском кладбище, выкупил большой участок земли для организации захоронений, а когда этот участок оказался заполненным, освятил воды реки и и благословил сбрасывать туда трупы. Всё равно могильщики уже не справлялись со своими обязанностями, а складывать умерших в речку казалось лучше, чем просто оставлять их на улицах. И тысячи трупов сбрасывали в Рону, и они тихонько плыли к Средиземному морю, а жители городов вниз по течению пили эту воду, не спеша превращались в трупы и присоединялись к печальному заплыву.


В Авиньоне в то время жил и работал один из самых умных и образованных врачей своего времени Ги де Шолиак. Он предпринял меры для изоляции папы римского в замке, ввел систему карантина и дезинфекции входящей корреспонденции, и в то время как многие другие (ещё более умные и образованные) врачи сбежали из города, он остался и помогал заболевшим. Заразившись чумой, он на пару недель заперся в своей комнате, самостоятельно(!!!) вскрывая и прижигая себе бубоны, и выздоровел.

Великое число погибших началось в нашем случае в январе месяце и продолжалось в течение семи месяцев. Оно было двоякого рода: первое продолжалось два месяца; с постоянной лихорадкой и кровохарканьем; и смерть наступила в течение трех дней. Второе продолжалось все остальное время, также с постоянной лихорадкой, язвами и фурункулами на конечностях, главным образом под мышками и в паху; и смерть наступила в течение пяти дней. И [это] было настолько большой заразой (особенно когда было плевание крови), что не только живя в том же самом доме, но и просто глядя, один человек заразился от другого.

Де Шолиак различает бубонную и легочную форму чумы, и признает особенную заразность и убийственность лёгочной формы.


Чума была постыдна для врачей, которые вообще не могли помочь, тем более что из страха заразиться они не решались навещать больных. Но даже если им это и удавалось, они ничего не достигали и не получали никаких гонораров, потому что все заразившиеся чумой умирали, за исключением немногих в конце эпидемии…

Нет, ну вообще идея насчёт вставать на лыжи была, конечно, скорее правильной чем неправильной. Единственным по-настоящему действенным средством, которое врачи могли предложить для профилактики болезни было cito, longe, tarde («быстро, далеко, надолго») — бежать из зараженной местности как можно быстрее и дальше и как можно дольше не возвращаться. Так что те врачи, что сбежали из города, просто проводили клинические исследования своего самого сильного лекарства на себе.


Де Шолиак (скорее всего) первым провел вскрытие трупов умерших от чумы, толком ничего не осознал (и не мог осознать, потому что ещё не было ни инструментов, ни нормального понимания внутреннего устройства человека) но вообще он пытался, и такие попытки двигали прогресс вперёд. По чуть-чуточке. Ну, ещё пережил этого папу римского и ещё двоих пап, его справочник по хирургии перевели на большинство языков Европы и издали 130 раз (бестселлер), изобрёл инструмент для вырывания зубов и умер от старости. Такие дела.

Черная смерть. Часть вторая Cat_cat, История, Длиннопост, Чума, Боезнь, Средневековье, Европа

Ги де Шолиак. Спас себя и папу римского.


Париж - столица королевства Франция, с населением около двухсот тысяч человек, один из крупнейших городов Евразии и крупнейший в Европе. Огромный город: много людей, много торговцев,много крыс, много рынков, много бродяг, много слухов, много беженцев с юга Франции - некоторые кашляют.


Парижский кармелит де Венет пишет:

"Люди болели два-три дня и быстро умирали, так что на их теле не было признаков болезни. Тот, кто сегодня был в добром здравии, на следующий день был уже мертв и предан земле".

Маршал Шарль де Монморанси изолировал короля Филиппа де Валуа в Лувре, никого не допуская внутрь, а по городу ползли слухи, что король бежал из Парижа. Королева Франции Жанна Бургундская заразилась лёгочной формой чумы во время мессы в соборе Нотр-Дам и спустя несколько дней умерла в Нельском отеле. Через месяц другая Жанна, королева Наваррская (а могла ведь стать королевой Франции, если бы… долгая история) умирает от чумы в своем замке. Чувствуете, да? Чума - это когда нет особой разницы между королём и нищим, чума - это коммунизм.


Возможно, автор бургундского траурного "плача" немного преувеличивает для рифмы, но не слишком сильно - раз такие цифры вообще пришли к нему в голову

«Год тысяча триста сорок восемь

В Нюи из сотни осталось восемь.

Год тысяча триста сорок девять

В Боне из сотни осталось девять»

Ещё в 1343 году авиньонско-римский папа Климент VI объявил, что 1350 год будет "юбилейным", с акциями и подарками владельцам дисконтных карт. Каждый католик, посетивший особый перечень святых мест в Риме и покаявшийся в своих грехах получал полную индульгенцию, и по свидетельствам современников около миллиона! паломников со всех концов Европы устремились в Рим ещё в конце 1349 года. Отправиться в подобное путешествие через охваченные эпидемией земли было отличной идеей - ведь страшный суд вот-вот начнется, отравленные стрелы сыплются с небес поражая грешников, на небе проступают страшные знаки и самое время подумать о спасении души. Группы паломников останавливались на ночевки в монастырях, просили милостыню, смешивались в многотысячные толпы на дорогах Италии, активно делились друг с другом вшами, блохами и кровавыми брызгами чумной пневмонии и в итоге дали старт второй волне эпидемии на итальянском полуострове.

Черная смерть. Часть вторая Cat_cat, История, Длиннопост, Чума, Боезнь, Средневековье, Европа

Посещение чумой. Фрагмент иллюстрации из Stiny Codex, XIV век


Британские острова, зима 1348 года.


Монах Джон из Бридлингтона (совершивший множество чудес и ставший впоследствии святым) писал, что французы были повинны в жадности, роскоши, зависти, обжорстве, гневе, лени и явном отсутствии преданности святым, но главным преступлением, вызвавшим божественное возмездие, несомненно, была неспособность узурпатора французского престола Филиппа VI позволить английскому королю Эдуарду III свободно и мирно пользоваться своим наследством. Интересно, что он не стал вдаваться в объяснения того любопытного обстоятельства, что впоследствии Бог расширил сферу своего возмездия, чтобы зачем-то охватить добродетельных, кротких и богопослушных подданных английского короля.


Англичане с огромным любопытством наблюдали, как за каналом вымирают лягушатники и постепенно догадывались, что необходимо предпринять самые серьезные и решительные меры предосторожности, чтобы неизвестная болезнь не проникла к ним. Именно поэтому в середине августа 1348 года король Эдуард III попросил архиепископа Кентерберийского организовать специальные молебны, а епископам написать приходским священникам письма, чтобы прочитать их в церквях после проповеди. Эти наставления должны были помочь людям справиться с предстоящими невзгодами. Вот что Ральф Шрусберийский, епископ Батский, написал клирикам своей епархии:

«Господь Всемогущий со Своего небесного престола насылает гром, молнию и другие кары, чтобы поразить сыновей Своих, грех которых Он желает искупить. И ныне, когда ужасный мор, пришедший с Востока, бесчинствует в соседнем королевстве, мы должны молиться непрестанно, с верою в сердце и со страхом Божиим, чтобы мор сей не протянул и в наш край свои ядовитые щупальца, не поразил и не пожрал нашу паству. Посему надлежит нам всем обратиться к Господу с покаянием, непрестанно исповедуя грехи наши и читая псалмы»

Не помогло. Британия, как всегда, находилась в наиболее выгодном положении - сидя на островах, им необходимо было лишь контролировать порты, ограничив сношения с внешним миром, но никто же не знал, что всё настолько серьезно.

В этом году в Мелькомб (сейчас это часть города Уэймут), графство Дорсетшир, незадолго до праздника Святого Иоанна Крестителя, подошли два корабля. Один из матросов привез с собой из Гаскони семена ужасной чумы, и через него люди из города Мелькомба были первыми заражены в Англии. — Хроника серых монахов

Черная смерть. Часть вторая Cat_cat, История, Длиннопост, Чума, Боезнь, Средневековье, Европа

Мемориальная доска в городе Уэймут, Англия


«на седьмой год от своего начала, она прибыла в Англию и сначала началась в городах и портах, находящихся на побережье, в Дорсетшире, где, как и в других графствах, сделала страну совершенно лишенной жителей так, что почти не осталось никого живого ... Но в конце концов она добралась до Глостера, и даже до Оксфорда и Лондона, и, наконец, она распространилась по всей Англии и, таким образом, убивала людей, и едва ли не каждый десятый человек остался жив» — Уолтер из Суинбрука, также известен как Джеффри Пекарь, английский летописец, современник событий.

«К нашему великому прискорбию чума унесла такое огромное количество жизней людей обоего пола, что нельзя было найти человека, который бы свозил трупы в могилу. Мужчины и женщины относили детей на плечах к церкви и сбрасывали их в общий ров. От него исходило столь устрашающее зловоние, что люди опасались проходить мимо кладбища» — Уилльям Дин, монах из Рочестера.

Черная смерть. Часть вторая Cat_cat, История, Длиннопост, Чума, Боезнь, Средневековье, Европа

Священник даёт инструкции больным чумой. Из английской энциклопедии "Omne Bonum", 14 век


В Лондоне погибло более 60 тысяч человек, Англия потеряла от трети до половины населения, некоторые населенные пункты опустели более чем на сотню лет, оставшийся без должного присмотра скот поразила эпидемия ящура, урожай в тот год почти не собрали, торговля встала.

Шотландия держалась до конца года. Сначала шотландцы приписывали несчастья соседей их слабости, грозя «грязной смертью» Англии и поздравляя друг друга со своим своеобразным иммунитетом. Но когда они собрались в Селкиркском лесу, чтобы разорить пограничные английские земли, «их радость превратилась в плач, когда карающий меч Господень... обрушился на них яростно и неожиданно, поражая их не менее чем англичан гнойниками и прыщами». В следующем году наступила очередь Уэльских гор и долин, и «наконец, как будто плывя дальше, чума достигла берегов Ирландии, поразив огромное количество англичан, проживавших там». В Килкенни (оказывается, это ещё и ирландский город, а не только пиво) францисканский монах Джон Флинн "на случай, если ещё кто-нибудь останется жив в будущем" писал: «Столь многие умирают от фурункулов и воспалений, от опухолей подмышками". В Ирландии эпидемия, наносящая бо́льший урон в англоязычных и нормандских урбанизированных областях, чем в гэльских-сельских (хе-хе-хе) резко изменила процентное соотношение чужаков и местных, и стала одним из факторов Гэльского возрождения - быстрого переваривания кельтской культурой иностранных влияний.


Урожай смертей, который чума собрала в землях Англии и Франции раз в сто тысячу превзошел их потери на полях столетней войны, заставив стороны по обоюдному согласию временно отказаться от военных действий и посвятить несколько лет усиленному зализыванию ран.


Оставайтесь с нами, впереди нас ждёт неудачная свадьба и сгоревший город.

Черная смерть. Часть вторая Cat_cat, История, Длиннопост, Чума, Боезнь, Средневековье, Европа

Источник: Cat_Cat. Автор: Сергей Ветров.

Личный хештег автора в ВК - #Ветров@catx2, а это наше Оглавление Cat_Cat (02.12.2019)

Показать полностью 8
83

Кацбальгер: мечи и ублюдки

Кацбальгер: мечи и ублюдки Средневековье, Ренессанс, Наемники, Меч, Оружие, Длиннопост, Реконструкция, Ландскнехты

Удивительное дело - история оставила за собой великое множество самых разнообразных видов холодного оружия, и определённое оружие осталось весьма узнаваемо даже для человека, знакомого с историей лишь по школьной программе и массовой культуре. И некоторые виды даже несут в массовом сознании за собой определённый образ - различной степени достоверности. В самом деле, практически у каждого человека слово "шпага" вызывает в воображении образ лихого мушкетёра (а уж если мушкетёр - то из советской экранизации), "рапира" навевает образ Капитана Алатристе и горячих испанцев.


...А вот в ходе недавнего отвлечённого разговора с коллегой, услышал такое мнение, что "меч-бастард - меч средневековых бандитов, разбойников и прочих неприятных личностей". Ведь, дескать, само название "меч-ублюдок" происходит от кругов обращения. Ну, тут долго останавливаться на развенчании этого стереотипа не хочется, скажу просто - слово Bastard обозначает не только конкретного незаконнорожденного сына, но и вообще в широком смысле, нечто нестандартное и нетипичное.

Но статья не об этом казусе - размышления на тему мечей, ублюдков и бандитов сподвигли сесть и написать что-нибудь хорошее про моё любимое Возрождение и мою любимую пехоту.


Для начала, стоит, конечно, иметь в виду, что в Тёмные Века произошёл откат развития военной мысли и оружейного искусства, в связи с чем, армии стали малочисленными, снаряжение относительно технологически простым, но при этом дорогим, из-за чего военное дело долгое время являлось делом элитарным. Ну а меч, как довольно-таки сложное изделие, ещё надолго будет символом воина-профессионала, символом знати. Кстати говоря, возможно и поэтому, библейские персонажи в традиционной иконографии вооружены мечами

Кацбальгер: мечи и ублюдки Средневековье, Ренессанс, Наемники, Меч, Оружие, Длиннопост, Реконструкция, Ландскнехты

Но время не стоит на месте, а вместе с ним двигаются вперёд бок о бок научно-технический прогресс и военная мысль. Изготовление оружия и доспеха становится всё более технологичным (проще, быстрее, массовее), снаряжать и обучать солдат становится проще и дешевле (а военная служба, в свою очередь, становится занятием вполне себе выгодным).

И вот мы подбираемся к вершине развития понятия профессиональных наёмных войск (которые затем будут развиваться в первые регулярные войска), а заодно к основной теме моего рассказа - к Рейслоферам и Ландскнехтам. Рейслоферы - наёмные войска Гельветской Конфедерации (сегодня известная как Швейцария), а Ландскнехты - наёмники Священной Римской Империи (сегодня большая её часть известна как Германия).

Кацбальгер: мечи и ублюдки Средневековье, Ренессанс, Наемники, Меч, Оружие, Длиннопост, Реконструкция, Ландскнехты

Стоит ли говорить, что в это самое время, как никогда ранее, широкие массы солдат-наёмников вооружаются всё более доступным оружием. А здесь хорошо бы сделать ещё одно отступление от оружия и рассмотреть сдвиги в психологии и сознании воинов.


Основой самоопределения наёмника, психологии и, следовательно, отношения к окружающему миру, вне зависимости от рода войск, было чёткое осознание своего особого положения, своей исключительности как члена воинского "класса", с его точки зрения, самого славного и достойного. Понимание "особости" своего статуса имело, впрочем, двойственный характер. С одной стороны, какого бы происхождения ни был ландскнехт, он, как правило, принадлежал к той части населения Германии, которая оказалась "избыточной" в условиях социального кризиса, переживавшегося страной в XVI—XVII вв. и бывшего, собственно говоря, одной из основных причин превращения наёмничества в массовое явление; ландскнехт не мог не помнить о том, что, по существу, является "лишним", изгоем, отторгнутым обществом, не нашедшим себе применения в мирной жизни, что все различие между ним и последним нищим попрошайкой заключается лишь в том, что у него нашлись средства для приобретения вооружения (а то и вообще, натурально в кредит) и смелость, чтобы подвергать свою жизнь постоянной опасности. Даже если наёмник выбирал себе дорогу в жизни сам, ища приключений, славы или в надежде на добычу, он все равно полностью порывал с прежней жизнью, как правило, навсегда. Закономерно рождалось чувство неприязни к "гражданской" жизни во всех ее проявлениях. Конечно, причины этой неприязни, порой переходящей в настоящую ненависть, ландскнехты обычно пытались скрыть даже от самих себя, поэтому они очень редко фигурируют в их песнях. Скрытая зависть находила свое выражение в презрении ко всем невоенным, которые расценивались как домоседы, лентяи и трусы.


Впрочем, всё это с лихвой компенсировалось не только лишь заработком, который, при определённой удаче, был просто фантастическим для простолюдина, но и, как бы мы это назвали сегодня, "социальными льготами и гарантиями". И самая важная, пожалуй даже, ключевая преференция наёмника - его вывод из юрисдикции гражданских, сословных, судов. Ландскнехт подчиняется только своему нанимателю и командиру в одном лице, и старше него - только сам Господь-Бог. В то время, как разговор в суде с простолюдином, как правило, был крайне коротким, ландскнехты собирали самый настоящий суд присяжных, за исключением случаев особо тяжких и безусловно наказуемых  - например, бегства с поля боя или кражи у своего товарища.

Кацбальгер: мечи и ублюдки Средневековье, Ренессанс, Наемники, Меч, Оружие, Длиннопост, Реконструкция, Ландскнехты

Вне сомнений, ландскнехты наслаждались своей совершенной безнаказанностью в таких вещах, за которые простолюдин мигом бы угодил в застенок, если не на плаху - современники неизменно изображают наёмников за азартными играми, в компании женщин лёгкого поведения, с кружками наполненными алкоголем. Интересный пример - в то время как сквернословие было натурально греховным деянием, наказуемым гражданскими и церковными властями, в современном немецком языке сохранилось выражение "fluchen wie ein Landsknecht" - "ругаться как ландскнехт". Да что уж там, даже действовавшая на территории современной Германии инквизиция опасалась лезть в дела военных, спуская многие дела (вплоть до прямых обвинений в колдовстве!), так сказать, "на тормозах".


Но сквернословие и азартные игры - пожалуй, меньшее зло в сравнении с не то, что безнаказанным, а даже, как правило, узаконенным в контракте правом на "изъятие трофеев", натуральное мародёрство и откровенный грабёж всех, кто не принадлежит к "своим" (о чём уже говорилось выше). На долгие годы в народной памяти и песнях останется образ приближающейся компании ландскнехтов как символа страха и бед.

Есть даже версия, что слово "банда" именно в значении "группа преступников" стало употребляться как раз относительно группы ландскнехтов, шедших под общим знаменем (лат. Bandum).


Итак, с "ублюдками" разобрались. А теперь, собственно, про отличительный знак этих самых наёмных ублюдков - меч Кацбальгер.

Собственно, правильнее бы назвать данный тип меча Landsknechtsschwert - что дословно так и переводится "меч ландскнехта" (прекрасный логичный немецкий язык). Но в массовой культуре укрепилось именно более жаргонное название Katzbalger, образованный от фразеологизма "wie die Katzen balgen" - "драться, как кошки", что обозначает грубую, шумную и яростную драку. От себя разве что добавлю, что правильнее было бы перевести Katzbalger как "задира", ибо название отражает не только назначение меча - ближний бой без правил, но и характер и ментальность его носителя, что мы разобрали выше.

Кацбальгер, скорее всего, берёт своё происхождение от швейцарского меча (Schweizerdegen), который, в свою очередь, происходит от традиционного рыцарского меча более раннего периода. Характерная S-образная гарда появляется не сразу, а в процессе скругления традиционной крестовины.

Кацбальгер: мечи и ублюдки Средневековье, Ренессанс, Наемники, Меч, Оружие, Длиннопост, Реконструкция, Ландскнехты

Есть версия, что необходимость скругления гарды появилась из-за характерного стиля одежды ландскнехтов - при совершенни различного рода фехтовальных движений, традиционная крестовина норовит зацепиться за роскошные буфы и вырезы, не только разрывая рукава, но и затрудняя бой.

Традиционный для кацбальгера клинок имеет ромбовидный или линзовидный профиль. Две частые характерные детали - скруглённое острие и многочисленные долы. Таким мечом сложно уколоть, зато он прекрасно подходит для рубки - широкое лезвие усиливает удар, в то время как многочисленные долы позволяют лезвию не застревать в мясе.

Характерные черты имеют и ножны кацбальгера, изготавливаемые традиционно из кожи - во-первых, это скоба в форме подковы на конце, а во-вторых, дополнительные отделения под дополнительный инструмент - от столовых ножей до целого ассортимента слесарного инструмента, необходимого в походе.

Кацбальгер: мечи и ублюдки Средневековье, Ренессанс, Наемники, Меч, Оружие, Длиннопост, Реконструкция, Ландскнехты
Кацбальгер: мечи и ублюдки Средневековье, Ренессанс, Наемники, Меч, Оружие, Длиннопост, Реконструкция, Ландскнехты

Кстати говоря, крайне интересен тот факт, что среди изрядного количества гравюр от современников, не встречается ни одной, где бы изображалось применение кацбальгера в битве (буду рад, если тут меня поправят), что является аргументом в пользу версии, что кацбальгер в большей степени отличительное, статусное оружие, нежели утилитарное-боевое.

Кацбальгер: мечи и ублюдки Средневековье, Ренессанс, Наемники, Меч, Оружие, Длиннопост, Реконструкция, Ландскнехты
Кацбальгер: мечи и ублюдки Средневековье, Ренессанс, Наемники, Меч, Оружие, Длиннопост, Реконструкция, Ландскнехты

Таким образом, за "всего лишь" подтипом меча, скрывается длинная и увлекательная история о самых настоящих бандитах, ублюдках и мародёрах.


Использованы цитаты по С. Е. Александрову, фото МО "Армия Фрундсберга" и свои.

Показать полностью 8
457

Фотосессия "гнёздовских" мечей

Три меча и один макро-объектив. Государственный исторический музей разрешил показать найденные в Гнёздове мечи так близко, как их не видел никто. «Классические» клинки, обнаруженные в XIX веке, хоть и не так крупно, но можно рассмотреть в многочисленных академических статьях, а вот меч обнаруженный в 2017 году так подробно не снимал ещё никто и никогда.

Фотосессия "гнёздовских" мечей Лига историков, Раннее средневековье, Холодное оружие, Меч, Фотография, Гнёздово, Длиннопост

Гнёздовский археологический комплекс – ключевой пункт на пути «из варяг в греки». Это памятник IX-XI веков, расположенный в Верхнем Поднепровье, в 12 километрах к западу от современного города Смоленска. Гнёздово – крупнейший памятник времён образования древнерусского государства и эпохи викингов. Комплекс включал в себя не менее 5000 курганов и несколько поселений. Протяжённость памятника вдоль Днепра – примерно шесть километров. Он расположен на обоих берегах реки и занимает значительную площадь, на которой имеется не менее 8 курганных групп, два селища и городище.

Фотосессия "гнёздовских" мечей Лига историков, Раннее средневековье, Холодное оружие, Меч, Фотография, Гнёздово, Длиннопост

За полтора века раскопок в Гнёздове было найдено не менее 31 меча (целых и во фрагментах), но те, что перед нами, сохранились лучше всего. По большому счёту, даже пролежав тысячу лет в земле, они остаются опасным оружием – заточка до сих пор сохранилась. Их прекрасное состояние позволяет рассмотреть мельчайшие детали устройства и убранства мечей таких типов. А посмотреть здесь есть на что: рукояти – настоящее произведение ювелирного искусства. Ничего не упустить нам помогают комментарии специалиста по древнерусскому оружию Сергея Юрьевича Каинова.

Фотосессия "гнёздовских" мечей Лига историков, Раннее средневековье, Холодное оружие, Меч, Фотография, Гнёздово, Длиннопост

Старший научный сотрудник Отдела археологии ГИМа Сергей Юрьевич Каинов


«Неувядающая классика» – меч, найденный во время первых археологических раскопок Гнёздовского могильника (см.заглавное фото). Этот меч называют «мечом Кусцинского» – по фамилии руководителя экспедиции 1874 года. Меч входил в комплекс погребального инвентаря парного погребения по обряду кремации, совершенного в первой половине Х века. Он был найден вонзённым в землю, что считается характерным для скандинавской погребальной традиции.

Фотосессия "гнёздовских" мечей Лига историков, Раннее средневековье, Холодное оружие, Меч, Фотография, Гнёздово, Длиннопост

Меч Кусцинского относится к типу Е по типологии норвежского исследователя древностей эпохи викингов Яна Петерсена. На территории Древней Руси мечи такого типа пользовались популярностью: на данный момент их найдено около двух десятков. Меч Кусцинского прекрасно сохранился: у него даже двигается одна из двух деталей навершия, что позволяет рассмотреть, как устроена эта часть рукояти. Сейчас основание навершия свободно «ездит» по черену клинка, но раньше оно удерживалось наверху за счёт рукоятки. Она представляла собой две охватывающие черен деревянные дощечки, которые ставились в распор между перекрестием и основанием навершия. Затем эти дощечки обматывались или обтягивались кожей.


Сергей Каинов:


"В момент находки меч был покрыт ржавчиной и окалиной от нахождения в погребальном костре. В XIX веке меч подвергли реставрации методом электролиза, которая выявила очень хорошую сохранность. Cейчас мы можем видеть практически оригинальную поверхность на многих участках.

Если мы говорим про способ орнаментации деталей рукояти, то порядок был следующий. Бралась уже готовая деталь, изготовленная кузнечным способом, и её фронтальная поверхность насекалась очень тонкими вертикальными канавками. Потом в эти канавки забивали серебряную проволоку. Плотность забивки составляла до 20 проволочек на 1 см. Всё эти процедуры проводились по холодному металлу.

Ещё предстоит выяснить, каким способом на поверхности рукояти делали круглые ячейки. Есть два варианта: их или высверливали, или пробивали в горячем металле. Чтобы точно определить, как это было сделано, нужно проводить эксперименты.

Знаменитое клеймо ULFBERHT тоже могло быть сделано двумя способами. Обычно для этого использовали, так называемую, дамаскированную проволоку, скрученную из проволочек с разным содержанием углерода. Первый вариант: сначала на уже выведенной поверхности пробивались канавки, а потом в них вваривались буквы кузнечным способом. Второй вариант: эта проволока могла сразу ввариваться в клинок, без предварительной прорезки каналов."

Фотосессия "гнёздовских" мечей Лига историков, Раннее средневековье, Холодное оружие, Меч, Фотография, Гнёздово, Длиннопост

Рукоять меча состоит из перекрестья и двусоставного навершия (основания навершия и головки навершия).

Обе части навершия полые внутри, что несмотря на внешнюю массивность, позволяло значительно снизить вес деталей.

Фотосессия "гнёздовских" мечей Лига историков, Раннее средневековье, Холодное оружие, Меч, Фотография, Гнёздово, Длиннопост
Фотосессия "гнёздовских" мечей Лига историков, Раннее средневековье, Холодное оружие, Меч, Фотография, Гнёздово, Длиннопост

Все детали рукояти- перекрестие и навершие- крепились на черенке клинка, который проходил сквозь них и расклепывался на верхней части навершия.

Фотосессия "гнёздовских" мечей Лига историков, Раннее средневековье, Холодное оружие, Меч, Фотография, Гнёздово, Длиннопост
Фотосессия "гнёздовских" мечей Лига историков, Раннее средневековье, Холодное оружие, Меч, Фотография, Гнёздово, Длиннопост

Фронтальные стороны перекрестья и навершия покрыты декоративными ячейками круглой формы. Пространство между ними инкрустировано серебряной проволокой.

Фотосессия "гнёздовских" мечей Лига историков, Раннее средневековье, Холодное оружие, Меч, Фотография, Гнёздово, Длиннопост

На клинке этого меча с одной стороны находится выполненное буквами латинского алфавита клеймо ULFBERHT. С обратной стороны так же располагалось клеймо в виде сочетания двух омегообразных знаков и вертикальных столбиков.

Фотосессия "гнёздовских" мечей Лига историков, Раннее средневековье, Холодное оружие, Меч, Фотография, Гнёздово, Длиннопост
Фотосессия "гнёздовских" мечей Лига историков, Раннее средневековье, Холодное оружие, Меч, Фотография, Гнёздово, Длиннопост

Хорошо сохранилась даже заточка лезвий клинка. Общая длина меча – около 99 см, длина клинка – 82 см, ширина клинка у перекрестия 6,4 см, толщина в этом же месте около 5 мм.


Сергей Каинов:


"После находки Кусцинского в Гнёздове было обнаружено ещё 30 мечей – это крупнейшая концентрация на территории Древней Руси. Ни один другой памятник, ни Киев, ни Чернигов, не даёт такого количества мечей, что отчасти объясняется относительно хорошей сохранностью Гнёздовского комплекса.

О месте изготовления мечей мы можем только догадываться. Судя по клеймам, можно предположить, что, по крайней мере, клинки производились на территории современной Германии, где-то на Рейне, где известны железоделательные производственные центры. Но явно были и какие-то другие места производства, например, в Скандинавии. А находки двух мечей с кириллическими буквами позволяют, по мнению крупнейшего отечественного оружиеведа А.Н. Кирпичникова, предполагать, что существовало и русское оружейное производство."


Так же воткнут в землю по скандинавскому обряду, судя по всему, был и второй меч, который мы снимаем. Одна из разновидностей обряда ритуальной порчи оружия предполагала, что клинок ломают и вонзают две части в грунт по-отдельности. Этот меч сохранился фрагментарно. Он найден случайно в разрушенном при строительных работах кургане Гнёздовского могильника в конце XIX века.

Фотосессия "гнёздовских" мечей Лига историков, Раннее средневековье, Холодное оружие, Меч, Фотография, Гнёздово, Длиннопост

По типологии Яна Петерсена меч относится к типу Т-2, основной отличительной чертой которого является орнаментация треугольниками и ромбами, как правило, расположенными в вертикальной и горизонтальной развертках.

Навершие тоже полое.

Фотосессия "гнёздовских" мечей Лига историков, Раннее средневековье, Холодное оружие, Меч, Фотография, Гнёздово, Длиннопост

В отличии от мечей типа Е система скрепления деталей навершия здесь иная. В верхнюю часть навершия впаивалась U-образная скоба концы которой продевались в отверстия в основании навершия и расклепывались снаружи. 

Фотосессия "гнёздовских" мечей Лига историков, Раннее средневековье, Холодное оружие, Меч, Фотография, Гнёздово, Длиннопост

Узор из треугольников и ромбов повторяется на перекрестии.

Фотосессия "гнёздовских" мечей Лига историков, Раннее средневековье, Холодное оружие, Меч, Фотография, Гнёздово, Длиннопост
Фотосессия "гнёздовских" мечей Лига историков, Раннее средневековье, Холодное оружие, Меч, Фотография, Гнёздово, Длиннопост

в Гнёздове наблюдается самая большая концентрация мечей на всей территории Древней Руси. Но в последние тридцать лет наступило затишье. С 1987 года по 2017 год не было найдено ни одного нового меча. И дело не столько в том, что удача отвернулась от археологов, сколько в сознательном выборе специалистов. Последние тридцать лет основное внимание ученые уделяли изучению гнёздовского поселения, параллельно вынужденно докапывая разрушаемые грабителями курганы. Сейчас ситуация с охраной археологического комплекса значительно улучшилась, а на помощь исследователям пришли современные методы, позволяющие определять перспективные объекты будущих раскопок в том числе и в некрополе.


Находка меча в 2017 году стала настоящей сенсацией – первый за тридцать лет, да ещё и неплохой сохранности. Меч удалось извлечь из земли, не потревожив ножен и сохранив деревянную рукоять. Расчистка уникальной находки продолжалась почти сутки, завершали её ночью при свете фонарей – артефакт нельзя было оставлять на открытом воздухе.

Фотосессия "гнёздовских" мечей Лига историков, Раннее средневековье, Холодное оружие, Меч, Фотография, Гнёздово, Длиннопост
Фотосессия "гнёздовских" мечей Лига историков, Раннее средневековье, Холодное оружие, Меч, Фотография, Гнёздово, Длиннопост
Фотосессия "гнёздовских" мечей Лига историков, Раннее средневековье, Холодное оружие, Меч, Фотография, Гнёздово, Длиннопост

Меч по типологии Яна Петерсона относится к типу I для которого характерна треугольная форма верхней части навершия. Видимо в погребении рукоять меча была прикрыта каким-то плащем или другой тканью - она "прикипела" к перекрестью. 

Фотосессия "гнёздовских" мечей Лига историков, Раннее средневековье, Холодное оружие, Меч, Фотография, Гнёздово, Длиннопост
Фотосессия "гнёздовских" мечей Лига историков, Раннее средневековье, Холодное оружие, Меч, Фотография, Гнёздово, Длиннопост

На мече очень хорошо сохранились ножны. основу их составляет деревянный футляр, составленный из двух планок. Внутри футляра шкура, обращенная мехом к клинку. Поверх футляра намотана ткань.


Дальнейшая судьба этого меча представляет собой сложную дилемму: такая сохранность ножен для нашего региона – уникальный случай, поэтому разрушать их нельзя, но и клинок тоже требует изучения. Тем более очень интересно было выявить клеймо мастера, сделавшего этот меч. К сожалению, рентгенография не смогла это сделать – проявились только небольшие фрагменты каких-то знаков. Меч даже возили на КТ в Первую градскую больницу, но там «пациенту» помочь не смогли – для такой задачи аппарату, настроенному на изучение человеческого организма, требуется другое программное обеспечение.


Однако эту находку можно хотя бы рассмотреть и сфотографировать через стекло в вакуумной камере


Фотографии — Иван Разыграев, источник

Показать полностью 21
Похожие посты закончились. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: