Найдены дубликаты

+14

В тот момент, когда она решила, что 47 - это много, уже было поздно!

+55

Анжелинка, конечно, перестаралась,.. аж смотреть больно на её коленки!

Худеть нужно постепенно и правильно, без рвот и другого экстрима)

раскрыть ветку 25
+29
Ей никогда не нужно было худеть даже , она всегда была стройной. Полно тех , кому надо, но они не худеют )))
раскрыть ветку 3
+13

Согласна) Она всегда была стройной спортивной красоткой) Мода на "истощенных" чрезмерно худых девушек проходит наконец-то)

раскрыть ветку 2
+7

Старенькая она просто

раскрыть ветку 11
+34

Ну да, все ж старенькие именно так и выглядят..))

раскрыть ветку 5
+4
Она просто на наркоте худеет.
-2

Сам ты старенький! Ей всего 44 года и это, вероятнее всего, лет на 10 младше твоей маман. Старенькая бля...

раскрыть ветку 3
+3
Так, обычно, онкобольные выглядят.
ещё комментарии
+1

У некоторых само по себе телосложение худощавое.

-1

Я слышал что она так выглядит из-за наркоты.

+9
Как-то слишком хорошо выглядят волосы у Джоли для человека с проблемами.
+10

Худеть нужно осторожно. Нужно ведь не только вес сбросить, а и организму не навредить. Мне вот 30, а я меньше 40 вешу. При этом никогда на диетах не сидела. Но блин, поддерживать здоровье с таким весом дорогого стоит. То тут, то там вылезают болячки. То давление, то по женски. Поэтому в таких случаях нужно внимательно следить за здоровьем, периодически посещать врача. И вообще, такой вес это не комильфо, очень сильно давит эмоционально реакция окружающих. Я очень долго не могла смириться с тем, что у меня такое тело. И размер носишь 38. Так что говорю на своем опыте - такой вес нифига не смешно и финансово затратно.

раскрыть ветку 5
+9

Как я тебя понимаю. 31 год, вешу 41 кг. Здоровье, кстати, хорошее. Ничего не беспокоит. Но как же бесят окружающие своими вопросами: "ты болеешь? У тебя глисты может?" Вот, блин, юмористы! Со мной все прекрасно! Это мой ЗДОРОВЫЙ вес. Я ем прекрасно, нет проблем с аппетитом. Более того, я прекрасно пережила беременность, без проблем родила здорового ребенка. И все равно, найдется человек, который скажет: "что ты какая худенькая?". Почему сказать жирному, что он жирный - невежливо, но можно говорить худому, что он худой? Бесит, блин.

раскрыть ветку 4
+4

Про бараний вес не спрашивали? Я уже устала от шуток типа "вон в машине детское кресло, оно для тебя". Нет ну серьезно. Про глисты и болезнь тоже спрашивали. И каждый, каждый пытается дать совет "нужно больше кушать". Бесит, серьезно, без них же не догадаюсь, на воде и хлебе сижу целыми днями

раскрыть ветку 3
+1

После анорексии психика страдает?

Вот всегда считал, что сначала у людей крыша едет, а потом уже все другое прилагается

раскрыть ветку 1
0

И после тоже. У меня были истерики, когда я все же начала есть, от того, что начала поправляться. Очень неприятная штука рпп.

+1

Какая же она была красивая в молодости а потом пошла дичь - куча приемных детей, удаление груди,анорексия.

раскрыть ветку 1
+12
Приемные дети, которым дадут хорошее образование и уход - это хорошо, хоть ради пиара, хоть во славу Сатаны)). Анорексия была на нервной почве - у нее сильно башня съезжала после поездки в голодающие страны - там реально умирали дети и хрен что поделаешь. После этого она впала в депрессию, отказывалась от еды и т.п. А грудь удалила по мед.показаниям, т.к. вся женская линия ее семьи умерла от жесткого быстроразвивающегося рака. Врачи предупредили ее, что не особо помогут, если начнется, и что риск очень велик, она решилась удалить одну грудь. И мы бы никогда об этом не узнали, ей же имплант вставили. Но она решила не скрывать, т.к. много женщин умирает от этого рака или остается без груди и без импланта.
0

а чо, печеньку можно?

0

Ёоопта, что с богиней случилось, когда она так отощала?

-2
Даже не знаю, мне кажется если бы она вот так не похудела, то поправилась бы. В той же форме вряд ли бы осталась
-10

Обожаю, когда мужики рассуждают на тему похудения

раскрыть ветку 7
+12

Ну да, все мужики-диетологи сразу пошли нахуй, все худеющие или когда-либо худевшие мужики пошли с ними, а все просто любящие рассуждать обо всяких вещах без практики вообще кубарем покатились.

Похудение -- привилегия женщин?)

раскрыть ветку 6
+4

Мужикам проще похудеть, женское тело гораздо менее охотно расстается с жыром:(

раскрыть ветку 3
+4

Всю жизнь боролся с лишним весом, слежу за исследованиями на эту тему, но всё побоку - ведь я мужик и не понимаю)

раскрыть ветку 1
-20

Имхо худеть надо только если за 60кг перевалила, и то только если хочется.

раскрыть ветку 5
+7
Зависит от роста и фигуры. У кого-то при 60 всё лишнее в груди и попе, а у кого-то и при 50 пузико вылазит.
раскрыть ветку 2
+1

Небольшое пузико не так уж и страшно. Характер важнее.

раскрыть ветку 1
0
А если рост 170+?
раскрыть ветку 1
0

Логично предположить что тогда не надо. Я вообще имею ввиду что важность маленького веса сильно переоценена, оттого и получаются такие случаи, что девушки хотят весить 45 и меньше килограмм, хотя на это нет причин ни эстетических, ни медицинских, а получают руки/ноги как тростинки и проблемы со здоровьем.

-32

Хуй знает. Парень. Месяц по 5 раз в день. Ничего плохого не произошло

-37
Жрать надо меньше. Есть метод Майи Плисецкой. Перед едой выпить стакан прохладной воды. Много уже не съешь и энергия на нагрев пищи лишняя потратится. Она говорит, что ела что хотела и балетной форме это не мешало.
раскрыть ветку 18
+29

Врала/вымысел тупых журналюг


Привыкла есть по малу с детства. Привыкла не есть сладкое и печеное с детства. Привыкла себя ограничивать - жёсткий самоконтроль.

Некоторые на это способны.

А те, кого родители не пытали балетом?

Бабушки пекли пирожки, мама оладушки и блины, по праздникам разные торты, тортные соревнования среди двоюродных сестёр во время дней рождения.

Хочешь - мороженое.

Хочешь - кукурузные палочки.

Хочешь - белок с сахаром взбить миксером, когда в кармане пусто и дома шаром покати.

Бегали, прыгали, обмен веществ был ядерный.

А теперь, когда тебе 25+ и больше - хуюшки.

Съела булочку : +сантиметр

Съела пирожочек: +два

Съела пельмешек: + три

раскрыть ветку 6
+19
35+ посмотрела на булочку - плюс кг)
раскрыть ветку 1
+3
Белок то за что?
раскрыть ветку 2
-6
Не в обмене дело,а в затратах калорий,жрут сидя весь день вот и толстеют,есть можно хоть сало без хлеба ,лишь бы тратить больше чем ешь.
ещё комментарий
+9
Точно.
Если ты опять голодный - ебани воды холодной !
раскрыть ветку 1
+4

Если голоден совсем, подогрей воды и лапшички кинь туды.

+9

Угу-угу. Холодная жидкость ускоряет перистальтику и вся пища не переварившись отправляется в кишечник и там продолжает гнить и "перевариваться", забивая его всем этим добром. Чувство голода никуда не девается, есть хочется снова. Отличный совет от тупых для тупых.

+6

Плесецкая ебашила как не в себя, как и все,  кто служит балету, что на воде и маленьком количестве калорий, очевидно, не очень возможно.

раскрыть ветку 1
+3

Вот да, знакомый, работающий в Мариинке говорит, что балериночки жрут и ещё как. Просто когда танцуешь по 8 часов в день - результат налицо)

+1
Говорят, что кур доят.
0
энергия на нагрев пищи

Так вот он, секрет!

Надо просто пищу перестать разогревать в микроволновке и жрать холодную прямо из холодильника.

раскрыть ветку 3
0
Можно и жить в холодильнике, калории на нагрев тушки пойдут
раскрыть ветку 2
0

Таких как ты с этими методами надо в минусах топить.

ещё комментарии
Похожие посты
115

Чипсы вместо любви

История девочки, у которой внутри была пустота, а она ее ощущала как лютый голод

Чипсы вместо любви Булимия, Анорексия, Психология, Реальная история из жизни, Пищевые расстройства, Длиннопост

Лену в школе никто не звал по имени, только «жируха», «жиробасина» и «свинья». Когда она, раскрасневшись, бежала по лестнице, одноклассник тыкал пальцем: «Смотрите, свинья красная несется!» — остальные в голос смеялись. Травля — это ведь смешно.


Иногда Лена просилась выйти с урока, пряталась за углом школы и позволяла себе разрыдаться. Громко, размазывая слезы по щекам. Чтобы потом снова зайти в школу, сделать вид, что все в порядке, и попробовать учиться.


Ленина мама Диана в школьные годы тоже была полной, и ее тоже обижали одноклассники. Она помнила, каково это, когда сидишь на первой парте, а одноклассник, сидящий позади, сует тебе жвачку в волосы и шепчет «жи-ро-ба-си-на» так, чтобы ты слышала, а учитель не слышал. Хотя если и услышит, вряд ли вступится. Учителям в школе редко хватает авторитета, чтобы прекратить травлю. Мама говорила Лене: «Меня тоже в классе обижали, я же выжила!»


Если бы рядом с ними тогда была психолог Елена Михайлова, то объяснила бы Диане, что эти слова — не поддержка. Эти слова матери значат: «Я тебе не помогу, терпи!»

«МЕНЯ ТОЖЕ В КЛАССЕ ОБИЖАЛИ, Я ЖЕ ВЫЖИЛА!» — ЭТО ЗНАЧИТ, ЗА ПОМОЩЬЮ ОБРАЩАТЬСЯ НЕ НАДО, ТЕРПИ

Когда на рынке выбирали одежду, Диана ворчала: «Это тебе не подойдет, у тебя ноги толстые!», «А здесь, посмотри, как некрасиво живот обтянуло!» Потом они приходили домой, и мама критиковала Лену за объемы порций: «Ну сколько можно жрать? Когда ты уже наешься?!»


Таким странным образом она пыталась помочь дочери похудеть. Ленина мама решила, что это можно сделать через стыд и ограничения. И ошиблась.


На крики про большие порции Лена реагировала злостью и местью: закрывалась в комнате и ела чипсы, чтобы доказать себе, что может не слушаться маму. Ела все больше и все больше обижалась, злилась, ненавидела. Снова и снова оставалась с этими чувствами наедине, потому что рядом не было никого, кто бы выслушал, не осудил. Мама кричала, чтобы Лена перестала есть, Лена сжималась от злости и продолжала набирать вес.


Психолог Елена Михайлова могла бы объяснить Диане, что именно так устроена булимия. Если у подростка внутри психологическая пустота, она ощущается как лютый голод. Но психолога не было рядом.


Диана попробовала иначе помочь дочери. Пришла к Лениному учителю физкультуры и рассказала, как сама подростком не могла лазать по канату. И как учительница выдвинула ультиматум: «Пока не залезешь, весь класс будет сидеть и смотреть, как ты на этом канате болтаешься». Диана попросила Лениного учителя физкультуры: «Пожалуйста, сделайте так, чтобы с моей дочерью такого не произошло!» Учитель услышал и никогда не заставлял Лену делать непосильные упражнения. Это немного облегчило Лене жизнь. Но ни Диана, ни учитель не умели рассказать девочке про этот свой сговор. Не знали, как сообщить Лене, что думают о ней. И Лене казалось, будто всем наплевать.


А в сентябре, в начале одиннадцатого класса, Лена попала в больницу, в гинекологическое отделение. Попасть туда в шестнадцать лет девочке, которая еще не занималась сексом, очень страшно. Страшно даже просто сесть в гинекологическое кресло. Лена не понимала, почему так волнуется мама, и эта неизвестность усиливала стресс. Через несколько лет мама ей сказала, что врачи подозревали рак яичников. Все обошлось, но из-за гормональных таблеток Лена за две недели набрала 15 килограмм. Когда пришло время идти в школу, Лена померила все блузки, платья и брюки — все было мало, не застегивалось, не налезало.


Потом был выпускной. Красивых платьев Лениного размера не нашлось. С купленным некрасивым платьем она ехала в автобусе и беззвучно плакала. Поговорить опять было не с кем.


Потом Лена поступила в медицинский институт. И на первом курсе поставила себе цель — похудеть. Сидела на диетах, голодала, бегала по стадиону, отжималась и подтягивалась до изнеможения. Похудела. Но это не сделало ее жизнь лучше. На тренировки Лена загоняла себя ненавистью: «Вставай, жирная свинья! Посмотри на себя, какая ты толстая! — говорила она себе. — Побегала? Нет, не молодец. Тебе еще много работать, чтобы ты прилично выглядела!» Так, на ненависти и злости Лена прожила полгода, а на первой сессии снова от стресса и переедания набрала вес.


Но вот однажды Ленина мама увидела по телевизору передачу с участием психотерапевта и предложила Лене сходить на прием. Сами по себе эти мамины слова были поддержкой. Впервые смысл маминых слов был: «Я очень хочу тебе помочь. Но не могу. Зато знаю, кто может». На первом сеансе психотерапевт спросил: «Что случилось?» — «Я очень люблю пожрать!» — просто ответила Лена. «Да кто ж не любит!» — засмеялся он. Через полгода терапии Лена обнаружила, что ест все, что хочет, не думает о еде, и что она… похудела.


Сейчас Лене 23 года. Она все так же учится в медицинском, а еще — на психотерапевта. Она не стала худой, зато поняла: вес и фигура не играют никакой роли ни в дружбе, ни в любви. Лене повезло. Она смогла пережить травлю в школе и неуклюжие мамины попытки помочь. Примириться с собой Лене помогли не диеты и не занятия спортом, а психолог.


«Проблемы с пищевым поведением возникают, когда еда начинает выполнять не функцию восстановления энергии, а какую-то другую, — говорит психотерапевт, клинический психолог, специалист фонда психологической помощи подросткам Елена Михайлова. — Например, функцию утешения, снижения стресса или становится способом сказать «нет», отстоять личные границы, ощутить контроль над своей жизнью.


Расстройства пищевого поведения, анорексия и булимия возникают всегда из-за дефицита в эмоциональной сфере. Анорексия, отказ от еды, ограничительное поведение — часто выполняют функцию восстановления контроля над жизнью. Если, к примеру, родители подростка разводятся, то ребенок ничего не может сделать, не понимает, от чего зависят события его жизни, и тогда отказ от еды — это способ восстановить управление хоть чем-то. Иногда в этом случае родители обращают внимание на ребенка, и он получает вторичную выгоду: отказ от еды становится способом контролировать ситуацию, влиять на свою жизнь.


Булимия возникает тогда, когда подросток (и взрослый) не может распознать своих потребностей. Если подростка в этот момент остановить и спросить: «Что ты чувствуешь?» — он скажет: «Не знаю». И думает, что хочет пирог или гамбургер, а на самом деле, может быть, хочет, чтобы его обняли и пожалели. Здесь задача психолога — после того как восполнена потребность ребенка в безопасности и принятии — развивать у подростка чувствительность к себе и своим потребностям. А задача родителей: дать понять ребенку, что его чувства (любые!) приемлемы, допустимы, разрешены, и что с ними можно жить. Что каким бы ребенок ни был, его не бросят, что родители всегда и во всем будут за него.


Вот этого Лене и не хватало, эту потребность она восполняла едой. Когда началась эта травля в школе, даже мама не умела быть человеком, который безусловно на Лениной стороне.


Текст: Виктория Микиша

Взято из журнала "Такие Дела"

Показать полностью
50

Немного личного и жизнь в остром отделении психиатрической больницы.

Ох. Даже не знаю, с чего начать.

Думаю снова вернуться к лечению. Пока сижу "обдолбанная" фенозепамом, снова понимаю, что у меня серьёзные проблемы и их необходимо лечить. Самое главное - успеть дойти до психиатра, пока моя картина мира снова не сместилась.

На днях был срыв. Родные выкинули нашего, или, как они любили его называть - моего кота. Просто отнесли к коттеджному посёлку и оставили его там. После я пыталась его найти - бесполезно.

Меня назвали "моралисткой ху*вой", если говорить честно и без прикрас, брезгливо поплёвывая в мою сторону. Себя обозвали героями. Я вот не шучу, реально. Героями. Меня сорвало. Чуть не разбила дверь, орала так, что повредила горло, посылала всех в пешее. Меня оставили в покое и под таким импульсом я чуть не наглоталась психотропов, остановило то, что найдут же - а там снова острое отделение. Под следующим импульсом просто хотелось покалечить уже их самих. Было жаль, что моей агрессии и конституции РФ хватило лишь на дверь.

Мать провоцировала, дескать, нападай, размажь меня об стену - запихну в психушку тогда.

Я не знаю, что у них в головах. Но лечиться почему-то нужно только мне, они-то нормальные, а я с диагнозом и позорный псих.

Так считает человек, который в мои подростковые годы нападал на меня, душил, пытался выкинуть в окно, пытался разбить мою голову о стену. В детские годы дважды пытался сдать меня в детдом за сбитые настройки на пульте. Мать, то есть. Мамой я её уже давно перестала называть по объективным причинам. Моралисты найдут стопятьсот причин, почему я не права, и флаг им в руки.


Теперь о самом посте. Не знаю сама, просто ли делюсь своей историей или же пытаюсь изжить триггер, который мешает мне снова обратиться за помощью. Поехали.


В первом посте я упомянула, что дважды лежала в ОПС - отделении пограничных состояний и дважды - в остром отделении.

Немного подробнее об этом.

Когда я впервые пришла к психиатру, меня приняла молодая девушка Яна. Она слушала меня почти час, а может и больше, задавала тонну вопросов, которые и "раскрутили" меня на откровенность, а в конце и вовсе случилось самое неожиданное - она мне поверила и сказала, что мои проблемы более чем реальны. Это было как чудо. Так же она пробилась сквозь все мои предрассудки и страхи, с боем уложив меня в ОПС.

Пограничные состояния сравнимы с санаторием. Свободный вход и выход на территорию, в определённые часы отпускают куда угодно - погулять по городу, съездить к родным. Ноутбуки, телефоны, любые вещи разрешены. Условно нельзя острые-колющие и под наблюдением личные препараты типа витаминок и противозачаточных. Острые-колющие спокойно проносятся в вещах и хранятся в тумбочках, так как лежат там люди полностью адекватные и тихие - депрессии, панические атаки, фобии. Приглядывать за витаминками никому не хочется, поэтому их просто отдают пациенту и говорят пить как продолжали, если они не мешают лечению.

Никто ни к чему насильно принудить не может, хочешь - ешь, хочешь - питаешься сам. Возле палат был холодильник, просто приписываешь продуктам своё имя и кладёшь.

Так как лежала я с анорексией, то есть меня никто не мог заставить, а в холодильнике хранилось только молоко для кофе. Лежал в том же отделении один чудесный мужчина - мягкий, улыбчивый; по вечерам, когда все собирались потрепаться на скамейке, он рассказывал просто убойные истории, дискуссии о них затягивались до самого отбоя. Как служил в Монголии, как с мужиками ловили морских черепах, когда есть хотелось немилосердно - из запомнившихся тем. Этот дядька всё с той же милой невинной улыбкой по моему разрешению тыбзил у меня молоко, как я это тогда называла. Щедрость вообще моя практически клиническая черта - откармливала соседок фруктами, разбазаривала с-ума-сойти-какие-дорогие чаи.

Каждый день лежала под капельницами с витаминками. Когда надоедало лежать, дотягивалась и откручивала их до максимума, чтобы "поскорее слилось".

Назначили кломипрамин (основной аналог анафранил, антидепрессант) и кветиапин - нейролептик, в моём случае от расстройств сна.

Эффект был странный - для человека незнакомого с препаратами - и на самом деле довольно обычный. Ходила как под наркотиками, немножко эйфории, спала часов по четырнадцать в сутки. Ловила галлюцинации. Это напрягало главврача, она уверяла, что от моих препаратов не может быть галлюцинаций.

Пациентом я была одним из худших - нарушала режим, постоянно сбегала, закатывала скандалы. Даже месяца не прошло, как я подписала отказ от лечения и смылась в закат домой.

Дома резко стало хуже, началось прессование матерью и мужем, они высмеивали меня, издевались. Сбежала от них обратно в ОПС, не прошло ещё двух недель. Спустя неделю главврач подняла вопрос о переводе меня в острое отделение, так как у меня галлюцинации, я сумасшедшая, они помочь не могут. Напугала меня до предела, я и не пискнув подписала все бумаги, за мной пришли и разрешили взять с собой лишь пару-тройку вещей, остальное должны были забрать домой родственники.


Я мало что помню из времён первого посещения острого отделения. Сохранилось чёткое ощущение, что попала в ад. Меня тут же после длительной бумажной волокиты стали накачивать клопиксолом в больших количествах. Как мне говорили пациенты - хуже может быть только галоперидол.

На этих таблетках я не стала овощем, вопреки стериотипам. Словила паркинсонный синдром и поэтому впридачу стали давать противопаркинсонные. Постоянно текла слюна, просто вот отвлечёшься - всё, поплыл. (с)


Абсолютно сумасшедший взгляд, буквально глаза на лоб лезли. Кто помнит героя Брэда Питта из "Двенадцати обезьян" - вот примерно так же, только не косила. Депрессия усилилась в разы, меня-в-истериках прятали от медсестёр соседки по палате, без них бы я не выжила. Если плачешь ТАМ - ну, в целом, можно подписывать смертный приговор. Просто страшный аппетит. Как человек так же страдающий булимией могу сказать - я видел всякое д*рьмо, но такое...

Такого страшного жора не было ни до ни после в моей жизни, хотя булимический голод - это та ещё штука, страшно рассказывать.


Под таблетками мало что запомнила из событий, но запомнила общий режим.

Подъём в восемь, дальше все моют полы, умываются, приводят себя в божеский вид и всей толпой нас вели на завтрак. Потом приём таблеток, после - курение. Когда лежала в первый раз, утром выдавали две сигареты, в обед три, на ужин две. Потом свободное время до обеда, процедуры повторяются, свободное до ужина, снова процедуры. Плюс таблетки перед отбоем, у кого были проблемы со сном. В свободное время можно спать, читать, заниматься на тренажерах - была отдельная комната отдыха, там лежали пара обручей, стояла беговая дорожка, штука для качания пресса, велотренажёр, там же стояли книги. Ничего интересного, да и читать на таблетках было невозможно, никто из нас не мог - просто сконцентрироваться на минуту было уже победой. Так, по абзацу за пару часов раз в сутки я и читала там.


Чего нельзя. Нельзя было практически всё. Нельзя хранить пакеты - можешь натянуть на голову, завязать и сдохнуть. Шампуни, гели, крема и разрешенная косметика хранились в отдельной комнате - можешь выпить и сдохнуть. Всё острое-режущее запрещены полностью, нам стригли ногти раз в неделю сами санитарки. Зеркальца - только крохотные и небьющиеся, можешь разбить, вскрыться и сдохнуть. Пилочки и щипчики для бровей иногда (!) можно было хранить вместе с косметикой. Можешь выколоть глаза и выжить.

Зато, что мне всегда нравилось, окна запирались лишь на щеколды и решёток на них не было. Аллилуйя во имя защиты жизни психбольных!


Моешься только под наблюдением раз в несколько дней. Максимум можно попросить выдать шампунь и помыть голову под краном. Туалет - три унитаза за низкими перегородками и без дверей, постоянные очереди, все друг с другом общаются, ржут и просят передать туалетную бумагу. Стеснение проходит после первого раза.


Посещения родными три раза в неделю, по часу-полтора. Приезжали кормить домашней едой и привозили передачки или какие-то разрешённые вещи. Забирали одежду на стирку, привозили обратно. Мне как-то привезли огромный скетчбук, карандаши и сухую пастель. Ничего сложного или художественно-ценного я выдать была не в состоянии, поэтому просто сидела и раскрашивала страницы в разные, сочетающиеся между собой цветовые пятна. Было увлекательно, а по выходу - ярко, нежно и красиво, хоть это и всего лишь пятна. Иногда меня хватало на тюльпаны или вербу. Один нарисованный мной тогда тюльпан в духе "за пять минут левой пяткой под паркинсоном и без знания, что такое вообще тюльпаны" до сих пор висит на шкафу. Муж рассказывал - когда приехал домой с этим рисунком, чуть не расплакался.


В пять был "чай". У нас самая распространённая фраза после обеда была: "Ты не будешь спать? Разбудишь тогда на чай?". Шёл с кружкой к столу выдачи, получал чай и рафинад из своих запасов, потом шёл к другому столу с кипятком, где его тебе наливали. На чай многие собирались группками, вытаскивали все свои припасы и организовывали маленький "стол". Это было событием, уступавшим по значимости лишь курению - так как на нём можно было выйти на улицу под конвоем, на участок 20х20 с заборами, подышать свежим воздухом, увидеть небо. Хоть на пять-пятнадцать минут, но всё же.


Теперь о худшем. Я понимаю, что на такой работе быстро перегораешь и всё такое, но санитарки и многие медсёстры были просто зверьми. Нас держали за тупой психованный скот. Было много всего страшного, но самый запомнившийся, резанувший душу случай произошёл с Розой.

Роза была интеллигентной старушкой, худенькой, слабенькой, светленькой. Кожа её была столь "хрупка", что синяки оставляли даже нажатия пальцем. Её, как невменяемую, постоянно заставляли сидеть на посту вместе с санитарками, на диване или креслах. Там было несколько таких пациенток. Роза не осознавала реальность. Она думала, что только сегодня обратилась к врачам и её вот-вот должна забрать любимая доченька домой, к родным, к семье. Иногда она плакала и повторяла - выпустите меня, позовите доченьку. Когда она пыталась встать - только пыталась, так как мышцы уже были атрофированы - на неё срывались всем скопом, материли и привязывали вязками к дивану. Тогда ничего не понимающая Роза начинала кричать, очень-очень тонко и пронзительно - "помогите! помогите мне! помогите мне пожалуйста, помогите!". Эти крики были слышны во всём отделении и могли продолжаться час. Это страшно ломало. Спастись от её криков нигде было нельзя.

Однажды один такой приступ я застала, просто проходя мимо поста. На Розу кинулись с вязками, и одна санитарка заорала на неё: "Да сдохла уже твоя дочь давно! На кладбище лежит, черви её жрут!". Тогда Роза даже не кричала. Она молча плакала. А санитарки непонятно как отмазывались перед психиатрами - ведь Роза постоянно вся была в синяках и огромных гематомах. И как я узнала позже, лежала она там уже несколько лет.


Нечеловеческое отношение и немотивированная жестокость довольно сильно сломали меня тогда. Лежать нужно было минимум месяц, но я не отлежала и его. Родные чудом вытащили меня оттуда.

Слезать с таблеток нужно было медленно, несколько дней уменьшать дозу. На это время мне выдали клопиксол, противопаркинсонное нужно было покупать самим.


Тут произошла стратегическая ошибка. Всегда, ВСЕГДА выполняйте предписания врача.

Семьёй мы подумали, что ничего страшного не случится, а покупать огромную упаковку за несколько тысяч рублей, когда нужны всего лишь с десяток таблеток - неразумно. Я была только за.

Первый день прошёл нормально, я отходила от кошмаров острого, пребывала в шоке, что могла есть когда хотела, курить когда хотела и гулять где хотела. Туалет за закрытой дверью... боже... я просто сидела на полу в одиночестве и слушала тишину, и это был непередаваемый кайф. И чай. ЧАЙ КОГДА УГОДНО! На тяжёлых таблетках кофе нельзя, но чай! Напиток богов. В любое время. И сигареты. Первое время курила каждые пять минут, потом успокоилась и дошла до прежней пачки крепких в день.

На второй день пришла полярная лисичка. Я утянула мужа гулять, плюс ему нужно было зайти куда-то по делам. Первые десять метров я удивлялась, что очень странно подворачивается нога. Потом стала конкретно так спотыкаться. Наступила странная немеющая боль, ногу просто сворачивало в сторону. Муж отправил меня домой - мы успели пройти пятьдесят метров - и эти метры я шла минут тридцать. Нога просто отказала. Я её подволакивала, скача на другой, которую тоже начало вести. Шею стало заламывать в угол, несовместимый с жизнью, была дикая боль и невозможность вернуть голову в прежнее состояние или смотреть на дорогу. Я видела только небо и дома за спиной. Почти плакала от безысходности, но до квартиры доковыляла, скрюченная и вывернутая вся как человек с церебральным параличом.

Там мать хоть как-то расслабила мышцы массажем и уложила в постель, крючило меня так же. Ходить я почти не могла. Весь остаток дня муж провёл в поисках нужного препарата, и уже на следующий день я могла ходить лишь немного хромая. Потом прошло и это.

После окончания приёма ещё месяц текли слюни. Ночью, на людях, стоило просто отвлечься - и всё. И безумный взгляд. Я носила тёмные очки, а когда смотрела в зеркало - оцепеневала от ужаса.

И воистину страшная депрессия, оставшаяся на память.

От противопаркинсонного были ещё более худшие побочки, и продлились они дольше.

Всё это было ранней осенью, выписалась я пятнадцатого сентября, а оклематься смогла только к декабрю, благодаря флуоксетину и одному поистине чудесному коту, с которым связана одна хорошая история.


Всё вышенаписанное - цветочки. Теперь я расскажу о ягодках.

Галлюцинации - вполне нормальная, не самая распространенная, но всё же нормальная побочка от анафранила. А как позже мне признались родственники, спихнули меня в острое отделение не из-за галлюцинаций, а из-за того, что я ничего не ела, а там бы меня заставили. Родные знали, главврач сказала им об этом. Меня уверила в том, что я сумасшедшая.

После этого состоялся диалог в духе:

- ЧТООО?!

- Что?


Если кто скажет, что так мне и надо, всё равно ведь с поехавшей кукушкой - представьте, что человека с бронхитом лечат от рака лёгких. Химия, там, лучевая. Это вот то же самое.


Теперь в анамнезе я имею диагноз F23.2 - острое шизофреноформное психотическое расстройство. Симптомы продолжаются от пары дней до максимум - месяца. У меня галлюцинации прошли за неделю. Ещё бы, я ведь бросила пить анафранил.


В следующем посте опишу второй случай моего попадания в острое. Оно было справедливо, заслуженно и на самом деле, несмотря ни на что, о нём остались только светлые воспоминания и несколько странных рассказов, написанных мною там.

Показать полностью
182

Бабушкины пирожки

Однажды 18-летняя девчонка на спор ничего не ела несколько дней. Надолго запомнила возникшее тогда состояние легкости и эйфории, почти счастья.

Переехала из дома в Питер: дождь, одиночество, депресняк. Думала: похудею до 43 и то чудесное состояние вернется снова. И больше никто не скажет "ты - пухлая". Решила: яблоко и пакет кефира в сутки, не больше.

Держалась две недели. Затем в офис, где она работала, принесли на продажу домашние пирожки. Их запах напомнил о родительском доме: бабушка пекла такие же. Все бросились их покупать, она сдержалась. В обеденный перерыв грызла своё яблоко. Когда работа закончилась, стрелой помчалась к ларькам. Полностью потеряла контроль над собой: навернула две шавермы, десяток пирожных, шоколадки... После этого лежала, скорчившись, и плакала. Мучилась от боли в животе, невыносимого презрения и ненависти к себе.


Спрашиваю её: ну съела бы тогда тот пирожок, и что? Зачем суицид было совершать? - Как-то само так вышло, говорит..


Вывод: что-то очень хочется? - ну съешь это, нафига себя гнобить; отработаешь потом кругами по парку. Заморачиваешься по поводу срывов? – сделай их контролируемыми. т.е. планируй: сейчас сорвусь и съем столько-то. А не так что: расстроилась, задумалась, сожрала пол холодильника…а потом стала жрать себя поедом за срыв и слабоволие.

Похожие посты закончились. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: