Найдены возможные дубликаты

Отредактировал PinkPanther 1 год назад
+54
Иллюстрация к комментарию
+578

В автобусе мужик спрашивает у малыша:

- Мальчик, как тебя зовут?

- Алкаша.

- И я алкаш! А откуда ты едешь?

- Из лагеля.

- И я из лагеря! А куда ты едешь?

- Я - к бабе.

Мужик с удивлением:

- Хм! И я к бабе!

- К чьей?

- К своей!

- А-а-а! А я к чужой.

раскрыть ветку 44
+297

Зачем малыш едет к чужой бабе?

раскрыть ветку 27
+157

Глазастый!!

раскрыть ветку 6
+32

Там такая история, в лагере у малыша заметили дефект речи, и отправили в логопедический центр к Саре Абрамовне Бабе. Естественно она ему не родная.

раскрыть ветку 8
0
К тете он своей едет.
-7

Малыш - то едет к своей.

раскрыть ветку 5
-5
Бабушка наверное имелось ввиду ))
раскрыть ветку 2
-7

В оригинальном анекдоте, дополнение, что баба это бабушка. Это не тру.

ещё комментарии
0

— Эх! Хороший кореш! Но алкаш...

-26

- Девушка делает минет парню, и тут в комнату заходит мать девушки, видит все это

раскрыть ветку 14
+105

Для продолжения куда-то надо отправить смс?

раскрыть ветку 9
+28

И говорит. -Доча ,ты сейчас сожрёшь моих внуков!

раскрыть ветку 2
+3

...и желает ей приятного аппетита.  Ибо времена нынче сложные, а пять таких парней и дочь кормить ее надо.

ещё комментарии
+34

помню свои младые годы и лагеря, за смотрящего у нас пионервожатая катила, а директор лагеря так вообще тот ещё вурдалак был

раскрыть ветку 15
+19
А у нас был нанятый из местных, музыкант - ведущий всяких вечеров, как бы сейчас назвали - аниматор.
Этот аниматор в своей коптерке пацанов постарше, поодиночке обучал науке дрочева, и на собственном примере показывал.
раскрыть ветку 5
+52
Хуясе анимация!
+13
И вспомнив это сейчас тебя вдруг как молнией поразило: "Так ведь это он не нам показывал, а нашими ручонками себе...!!!"
раскрыть ветку 1
+2
Предлагал ему самому или им помочь?
раскрыть ветку 1
+48

Я мелким шкетом был в пионерлагере, но на вожатую мы такими глазами смотрели, что она отводила взгляд. И, да, мы хотели ее всем отрядом.

раскрыть ветку 8
+10
Барабанщик Ринат был у вас?
раскрыть ветку 3
+3

Понятно теперь, чё старший отряд так зырил.

-11
Мелкие шкеты и хотели=нестыковка
раскрыть ветку 2
ещё комментарии
+28
Иллюстрация к комментарию
раскрыть ветку 4
+19

Картинка смешная, а ситуация страшная

раскрыть ветку 2
0
ЯННП
раскрыть ветку 1
+8

Мужик: Доктор, у меня проблема  - во время секса слетел презерватив...

Доктор: Ерунда, срать пойдешь, он сам вылезет.

+22
Иллюстрация к комментарию
+16

Ну хз, иногда и в реальности детские лагеря те еще местечки.


В  детстве ездила на базу отдыха, половина была отдала под детский летний лагерь. В начале 2000х знакомая девочка из отряда рассказывала, что проснулась от того, что другая девка залезла к ней на кровать и перед ее глазами держала ножницы, якобы тыкала.

Другие девки дрались, потому что не могли поделить, кому достанется первый красавчик Рубенчик.


Так что в каждой шутке…

раскрыть ветку 1
0

У нас был лагерь для детей сотрудников жд, в целом относительно адекватный. И как-то крутые ребята с нашего лагеря втихаря ушли до соседнего тот чей не помню, но когда пришли рассказывали что там реально как в тюрьме, чуть ли не с битами все ходят и кастетами я конечно подумал шутят и эта детская натура, а потом узнал, что в тот лагерь стекались дети окраин нашего города, пользующихся дурной славой и где улицы жили реально по понятиям так что может и реально было.

+3
Иллюстрация к комментарию
+3
Заголовком всю тему спалил.
раскрыть ветку 1
-3

Никто не читает заголовки

+5

В этой связи вспомнилась комедия "Большой Стэн"

Иллюстрация к комментарию
+2

Но о каком лагере говорит батя почему-то знает

+5

Два грузина пошли в баню но был один кусок мыла , один случайно уронил...

Так и не помылись..

раскрыть ветку 2
0

А ведь какая пара могла бы получиться

раскрыть ветку 1
+5

так они и не помылись потому что чувства нахлынули

+1
ТС ,ну кто так заголовки пишет , прикол понял раньше чем посмотрев последний фрейм
+1

А я так в лагерь и не попал... Эх, жаль немного.

раскрыть ветку 3
+2

так что тебе мешает сейчас попасть?

раскрыть ветку 2
+3

Законопослушность наверное

раскрыть ветку 1
+1

Блять, школьники, а ну кыш вконтакты. Бегом блять!

раскрыть ветку 1
0
Нельзя, они их замкнут
0

"...Здорово, бедолаги, куда скатку кинуть?"

Иллюстрация к комментарию
раскрыть ветку 1
0

о дорохов, недавно увидел в одном индийском фильме как он по-русски матерится, эта была вся его роль, русского мафиози играл, как его там.. алькапончика напомнил 😀

0

Я не в этот лагерь еду, а в Гулаг...

0
Ха, будто в детлаге иначе.
0

Три раза перечитал начало, пока не понял, что первой буквы "Е" нет.

0
Это какой-то новый мем писать стремные шутки на фоне стоковых фоток?
0
Меня батя точно так же наставлял. Помогло.
0

Контракционнный?

раскрыть ветку 3
0

Мне даже интересно, что должно происходить в таком лагере.
Если что - концлагерь это концентрационный лагерь, типа, лагерь для сбора определенный людей (изначально просто местного населения и военнопленных)

раскрыть ветку 2
0

Там всех сжимает ебаный шакал.

0

Там концентрируют, сгущают и сублимируют.

+1
хороший совет .На мыло можно наступить и разбить голову...
0

Ну если дети постарше то что-то подобное могло быть

0

....но за совет спасибо

-8

В лагерь пацан едет, ну вы поняли, да? Ну типа как зеки сидят-в лагере тоже! ААААААА!
Смешно? Ну смешно же?

раскрыть ветку 2
+2

Ха-ха ха, ха....ха... Нет, не смешно...

0

Это правда жизни.

-8

Я сегодня был в суде, судился с УФСИН.... 😁😁😁😁 Ну таких редкостных дебилов я давно не встречал 😁😁😁😁😁😁

раскрыть ветку 3
+15

Судя по количеству смайликов, они тоже

раскрыть ветку 2
+4

Ставлю на то, что уфсин не проиграл. Ну минимум ничья.

раскрыть ветку 1
ещё комментарии
-4
И я из лагеря! А куда ты едешь?
- Я - к бабе.
Мужик с удивлением:
- Хм! И я к бабе!
- К чьей?
- К своей!
- А-а-а! А я к чужой.

к своей бабе, Ваш кэп
раскрыть ветку 2
0

в диалоге и написано, что к своей

раскрыть ветку 1
0
Хотел ответить человеку выше, но нечаянно написал сюда, извиняюсь
Похожие посты
2299

Не переживайте, я вам так рожу

Только что.


Приехали дети. С внучкой. 5 лет.


Предыстория. Ходит в детский сад. Там появился ухажер, Артем. Проходу не дает. Так вот. Приходит домой и за ужином родителям заявляет.

- Мам, пап. Мне замуж уже можно? Артем мне нравится.

- Ну, как то рановато тебе. Надо детский сад закончить, потом - школу. Потом в институт  поступить надо, а там уже и замуж можно.

- Это долго?

- Долго.

- Ну лан...

Поговорили и забыли...


Так вот. Сегодня у деда с бабкой за ужином.

- Дед. Меня замуж зовут, а мама говорит рано. Можно?

- Правильно говорит.

- Мама говорит что надо сад, потом школу, потом какую то фигню а потом замуж.

- Ну, правильно говорит.

- Ну так я уже старая буду, кто меня возьмет? Ладно. Я ВАМ ТАК РОЖУ! БЕЗ ЭТОЙ ФИГНИ.


Бабка разбила чайник.


Занавес.


Всем добра.

110

Шпаргалка о воспитании

1. Под воспитанием понимают передачу ребёнку «правильных» принципов жизни: как жить, с кем быть, как себя вести.


2. Правильное воспитание – научить ребёнка свободе, при которой он через свой опыт сможет ответить на эти вопросы.


3. Дети не слушают родителей. Дети на них смотрят.


4. Поэтому ни один совет «не пей», «не кури», «не ругайся» не будет работать, если родители делают полностью противоположное.


5. То же относится к психологическим привычкам. Если родители тревожны, им не убедить ребёнка «не переживать». Покажите пример правильных реакций, и он перестанет переживать.


6. Оберегать ребёнка от откровенных опасностей нужно примерно до 7 лет. Мышление ребёнка до этого момента «эгоцентрично», он не понимает, как кто-то может думать не так, как он. Поэтому он ждёт, что окружающие будут нести ответственность за его действия.


7. После 7 лет, и особенно после 12, ребёнок должен сам познавать мир. Без указаний, как правильно. Если родители дали правильный пример, ребёнок научится воспринимать любой опыт и будет знать, когда обратиться за помощью.


8. Правильный пример это:

1) открытые и регулярные проявления чувств (как к ребёнку, так и между родителями);

2) интерес к любым стремлениям ребёнка без навязывания мнения со стороны;

3) безусловная любовь.


9. Что такое безусловная любовь? Это одинаковая любовь при любых (!) условиях:

1) когда ребёнок достигает успехов в том, что ему нравится;

2) когда ребёнок совершает ошибки;

3) когда ребёнок ничего не делает.


10. Если не соблюдать эти правила, ребёнок вырастет с ожиданием, что только определённое поведение заслуживает внимания окружающих. Например, если тебя хвалили только за победы, ты будешь бояться совершать ошибки и не научишься отдыхать.


11. Ребёнка нужно любить любым и всегда.


12. Родитель хочет, чтобы его ребёнок был в безопасности. Но полная изоляция от внешнего опыта сделает ребёнка неспособным решать проблемы и нести ответственность за свои решения. Ребёнок должен учиться ошибаться.


13. Ребёнку не нужна «мотивация» что-то делать. Он должен научиться доверять своим интересам и пробовать то, что ему нравится. Без прямых наставлений «сверху».


14. Для психического здоровья ребёнка важна только одна вещь – психическое здоровье родителей. Никакие другие методы и способы не помогут сделать ребёнка счастливым и подготовить его к взрослой жизни.


15. Поэтому лучший совет родителям – разберитесь со своими тараканами, и детям не придётся разбираться с психологическим наследством.

Показать полностью
72

Записки зека. Часть-10. «Зечки – тоже человечки»

Ну что, друзья, настало то самое время, когда ненадолго забудем суровые басы Кучина, Круга, Наговицына и прочих культовых исполнителей «блатных» хитов и вспомним приятные женские тембры голосов, не менее культовых групп и исполнителей, к примеру, «Вороваек» - «Мамочка – воровочка, мамайка-воровайка» или «Зечки – тоже человечки и томятся их сердечки». Сегодня я расскажу, как живут в колониях-поселениях заключенные прекрасного пола. Есть ли у них льготы, как обстоят дела в отношениях с зеками-мужчинами, ну, и, по традиции, пару-тройку судеб.


Это записки зека, человека, впервые попавшего в колонию поселение по ст. 264.п.1 (неоднократная езда в нетрезвом состоянии). Пишу все свои части лишь для того, чтобы предостеречь от необдуманных поступков, способных сломать жизнь Вам и вашим близким. Яркий и резонансный пример последнего времени – ДТП с участием известного актера Михаила Ефремова. Как всегда оговорюсь – в этических целях все имена, фамилии, прозвища изменены. Ну, или почти все.


Все зечки в колонии - поселении, где я отбывал, жили в бараке исключительно на первом этаже. Подниматься на второй этаж им категорически запрещалось под страхом все того же ШИЗО. Хотя, к слову сказать, за весь мой срок в ШИЗО ни одна барышня там не побывала. Они отделываются выговорами и перспективой перережимиться в обычную женскую колонию. В Забайкальском крае она находится в городе Нерчинск (ФКУ ИК-11). Подниматься на второй этаж (где хаты для мужиков) можно в трех случаях – генеральная уборка барака, визит в медицинский кабинет, визит к руководству колонии или на определенный допрос. Во всех остальных случаях – жесткое табу. Бдительные сотрудники в дежурной части строго следят за этим по камерам видеонаблюдения.


В остальном общаться с зеками не запрещено и каких-то ограничений ни в части самой администрации, ни в части самих зеков попросту нет. То есть, дамы свободно могут курить в общей беседке с зеками, вести разговоры. В столовой также нет запретов на столы и прочее – тут же могут пообедать зечки, убрать за собой, протереть стол и за ними дальше могу сесть трапезничать мужики.


В баню барышни ходили в свой, определенный «женский» день, по желанию некоторые ходили два. Основные статьи, за которые отбывала прекрасная половина человечества – 158 («воровайки»), 264 (дтп-шницы), 157 (алиментщицы) и 159 (мошенницы, в основном проворовавшиеся бухгалтерши). Именно по убыванию в том порядке, в котором написал.

Я специально начал иронизировать – «барышни», «дамы», «прекрасная половина человечества».

Сейчас опущу всех с небес на землю – на 80% все зечки – это «невиданной красоты» женщины, на которых, как говорят, без слез не взглянешь. Чтобы понимать картину – представим средних лет бомжиху с вокзала, отмоем ее, подстрижем и приоденем. Не будем давать пить долгое время – и вот она – среднестатистическая зечка. Но, сразу скажу, что остальные 20% - случайные гости в местах лишения свободы и внешность ничем не отличается от тех женщин и девушек, которых мы ежедневно видим на улицах, в троллейбусах и так далее. Кстати говоря, заметил, что в основном они так и держатся своими «семьями», согласно социальному статусу на воле, уровню интеллекта, внешних данных.


Самым колоритным персонажем, за время моего отбывания стала Наташа по прозвищу Чапа. Чапа – потому как это одно из самых распространенных собачьих имен и она действительно была похожа на маленькую дворовую лохматую кудлатую собачку. Наталья была без 2 передних зубов, с сильно кривыми оставшимися, шепелявила и была очень страшна внешне. Нет не так – она была невообразимо страшна внешне. Ей было 23 года, на воле у нее остались двое детей, но остались они ее ждать будучи распределенными по социальным учреждениям, ибо Чапу лишили родительских прав. Она не скрывала, что на свободе не только бухала, но и принимала сильнодействующие препараты в виде каких-то таблеток. Чапа могла свободно рассказать и про «лирику» и про многое другое и своими познаниями в этой теме гордилась. Родилась она в сибирской глубинке, в забитой деревне. Единожды, будучи в краевом центре, она и совершила проступок, за который ее посадили.


В один из жарких июльских вечеров 2015-го года, Чапа приехала в город и испугалась социальных масштабов, ее пугали машины, толпы людей, красивые неоновые вывески и стеклянные витрины магазинов. С радости, а может, просто имея зависимость, она пропила все имеющиеся у нее деньги и ехать обратно было совершенно не на чем. Мозг Чапы начал думать в экстренном порядке. Нет, она не пошла грабить магазины, лавки, да и, наверное, вряд ли бы у нее что-то получилось. Чапа вспомнила наконец-то, что она женщина (какая бы не была) и решила на этом сыграть. Найдя на окраине города палатку с фруктами, Чапа воодушевилась, поправила прическу, и пошла знакомиться с узбеком. Вы спросите, откуда я знаю все эти подробности? Из личного дела, которое мне давала прочитать сама Чапа с просьбой написать «извинительное письмо» (такое делается, в случае сбора пакета документов на УДО).

Узбек угостил Чапу дыней, пожаловался, что вот уже как два года не был на Родине и очень соскучился по женской ласке. Как вы уже догадались, Наталье этого и надо было. Узбек закончил свой рабочий день, сложил остатки непроданного товара в салон грузового японского микроатобуса и они отправились с Натальей к нему на дачу – за город. По дороге кокетливая


Чапа предложила купить ей пять банок «Яги» и уже со всей этой «праздничной снедью» они поехали завершать свой путь. Не буду долго описывать, как они сидели и что у них там происходило, но вскоре узбек, то ли от усталости, то ли от пары-тройки глотков «яги» уснул мертвым сном.


Дождавшись этого, Чапа сначала аккуратно вытащила у него из кармана спортивных штанов

новый телефон «Самсунг» (кстати, купленный в кредит), потом она посчитала, что этого мало, допила одним глотком оставшуюся «вкусняшку» и полезла в карман узбека еще раз. В этот раз она похитила оттуда дневную выручку (около 30 тысяч рублей) и ключи от микроавтобуса. А дальше самое гениальное – вышла с дачи, закрыла дверь с обратной стороны на висячий замок, тихо открыла ворота и пошла в машину. Здесь опять оговорка для понимания – в Сибири и на Дальнем востоке 80% всех автомобилей праворульные и с автоматической коробкой передач, поэтому управлять ими могут даже дети. Не исключением оказался и наш случай – грузовой микроавтобус был с автоматической коробкой, и уже через пять минут Чапа подъезжала к федеральной трассе. Как сейчас помню строчку из дела – выезжая, не справилась с управлением, задела левую опору ворот и «оставила» бампер там же. Видимо, на память узбеку об их недолгих отношениях. Каково же было удивление Чапы, когда в машине, она обнаружила еще деньги и опять же «совершила кражу».


Выехав на федеральную трассу Чапа ехала как могла, но не рассчитала одного момента – как раз в 7-ми километрах от дачного отворота находился пост ГИБДД. Неизвестно чем бы закончилось дело, поедь она в другую сторону. Заметив гаишников издалека, Чапа прижалась к обочине метрах в 100 и жестко втупила – включила «аварийку». Вышла из машины и пошла пешком в обратную сторону вдоль трассы, надеясь поймать попутку.


Естественно, завидя невдалеке микроавтобус на «аварийке», сотрудники тут же восприняли это как знак с просьбой о помощи, сели в «патрульку», подъехали и увидели открытую заведенную машину. Вокруг никого. Наверное, и вы, будь сотрудником ГИБДД, сразу бы поняли, что дело неладное. А тут, к тому же, вдалеке силуэт удаляющегося тела. В это время проснувшийся узбек, вылез через окно и побежал будить соседей. Взял у них телефон и наяривал пальцами по клавиатуре, набирая 112. Чапа сидела на заднем сиденье патрульного автомобиля – круг замкнулся. За угон и хищение денежных средств суд назначил Наталье 3,5 года. Здесь тоже интересный факт – села она не сразу – суд длился около 2,5 лет. Дело в том, что узбек написал заявление, но на суд не являлся и на допросы к следакам не ходил – через 10 дней он, видимо, с горя, прыгнул на самолет и улетел в свой аул. Чапа уже было обрадовалась отсутствию наказания, но узбек вернулся, его допросили, состоялся суд и сейчас Чапа «радовала» колонию своим присутствием.


Чего только я не насмотрелся – и как она таскала за волосы своих «семейниц», и как дралась с ними и многое другое. Особенно интересно было наблюдать, как накрашенная Чапа дефилировала перед зеками, желая привлечь внимание. Но все только ржали – зрелище то еще. На что она надеялась, давая мне написать «извинительное письмо» я не знаю – УДО ей точно не светило. Кстати, ей не раз и не два администрация грозилась подстричь волосы на лысо. Такое редко, но применяется, к особам с жесточайшим нестабильным поведением.


Тут многие, наверное, захотят прояснить деликатный вопрос – есть ли связь между зечками и зеками интимного характера. Здесь вопрос глубокий, но поясню. Во-первых, администрация это категорически запрещает (с целью предотвращения болезней передающихся половым путем). Во-вторых – я описал внешние данные большинства зечек. Третье – многих зеков на воле ждут красавицы-жены, которые к ним регулярно ездят. А вот, что касается, если заключенные обоих полов симпотизируют друг другу и не являются обремененными узами брака – тут возможно.


Как говорится – «без палева». Например, в бане, или за баней, в туалете – главное, чтобы не долго и в слепой зоне видеокамеры. К примеру, та же Чапа регулярно имела секс с работником гаража. Они друг друга стоили.

Оговорюсь, и скажу, что туалет у барышень отдельный – с замочком. Прежде чем зайти в женскую хату, дежурный обязан постучаться. Женщинам не запрещается пользоваться косметикой (не ярко), государство им выделяет средства личной гигиены (это которые совсем личные), которые выдает отрядник.


Еще кратко две судьбы – Ольга, была без прозвища – симпатичная девушка, отбывающая за ДТП со смертельным исходом. По доброте души взялась подвозить коллегу после работы и, зимой, на скользкой дороге не справилась с управлением – автомобиль перевернулся, коллега погибла на месте. Ольга вылезла без царапинки. Расследование, суд – 2 года ровно. Ольга много плакала, но постепенно привыкла и далее даже проявляла лидерские качества в женском коллективе. Отношений с мужчинами не имела, но охотно поддерживала разговоры, ибо жить в одиночку – можно свихнуться. Работала уборщицей в «управе» – зарабатывала на УДО. Я освободился раньше, поэтому о дальнейшей ее судьбе мне ничего не известно.


И еще один случай – завезли, как мы их прозвали, «Бонни и Клайда» - муж и жена. Откровенно спившиеся. Мужа поместили сразу в карантин, жену – в женскую хату (карантин зечкам не положен). Зечки долго между собой спорили куда ее определить – вонючую бомжиху в хате никто иметь не хотел. В результате они выпросили у дежурного ключи от бани и пошли толпой мыть «Бонни».


Причина отбывания «Бонни и Клайд» олицетворяет всю Россию. Бонни и Клайд спиз#или в

поезде два комплекта постельного белья. А так как до этого уже были судимы, суд дал им не условный срок, а реальный в виде, внимание, «лишение свободны в колонии-поселении сроком на 14 дней». Т.е. получается, муж освободился сразу из карантина (в нем сидят две недели перед «поднятием» на барак), и вместе с любимой они вновь отправятся домой. Самое интересное – они были счастливы, ибо по выходу государство выплатило им по 750 рублей. Я слышал, как «Бонни» рассказывала такой же собеседнице о своих планах на будущее. Она подсчитывала сколько на 1500 рублей (750+750) можно купить боярышника и на сколько дней им его хватит. Занавес.


Друзья, не повторяйте моих и чужих ошибок. Берегите себя.


Предыдущий части тут:

Записки зека

«Записки зека: карантин- Часть-2».(продолжение)

Зона ЗК. «Записки зека: карантин- Часть-3».(продолжение)

«Записки зека: карантин- Часть-4». (продолжение)

Записки зека. Часть 5 – «поднятие» на барак. (продолжение)

Записки зека. Часть 6. Жизнь «на бараке». (продолжение)

Записки зека. Часть-7. «Комната воспитательной работы».  Продолжение

Записки зека. Часть-8. «Работа – волк».(продолжение)

Записки зека. Часть-9. «Побег»

Записки зека. Часть-10. «Зечки – тоже человечки» Млс, Тюрьма, Лагерь, Длиннопост, Текст, СИЗО, Зеки
Показать полностью 1
82

Записки зека. Часть-9. «Побег»

Ребят, не злитесь, что так долго. Данная тема выходит в местной многотиражке. И они выкупают права на текст. Это жизнь. Потому вернулся из тайги и пишу.

Только на Пикабу публикую исключительно после выхода в газете. Какие-никакие, а копейки там. Газета «Вечорка».

Ниже тема. Если надо будет пруфы, загуглите – Побег, Забкрай, апрель 2018 года. Местная пресса пестрила. Итак, сам текст:


Ох и популярны стали на ТВ криминальные программы – прямо карнавал преступности – «Следствие вели», «Хроники Московского быта», «Легенды советского сыска» и сотни других. Моя серия рассказов также имеет отношение к криминалу, потому как рассказываю подлинные истории быта, судьбы людей, отбывающих свой срок, от первого лица. Пишу с одной целью – чтобы многие задумались, не совершали ошибок и не попадали в места лишения свободы. Все герои и истории реальны. Вымышлены лишь имена и прозвища из этических соображений.


В прошлый раз я рассказал про работу зеков в колонии-поселении и о том, как на нее просятся сами осужденные – время за работой летит незаметнее и срок проходит быстро. Но не всегда зеки просятся на трудовую деятельность с вышеописанным желанием. Иногда – это часть продуманного плана для побега, как случилось именно в тот раз.


Серега Конь – прозвище естественно от фамилии Конев – был высоким худощавым парнем с выпученными глазами. Эти глаза часто бегали, и создавалось впечатление, что он чего-то боится, причем постоянно боится. Сидел по статье 228 («наркота»), помимо этого, еще в его «послужном списке» было «СОЧи» (самовольное оставление части). Одним словом – классический «автоматчик» (или наркоман-дезертир). Постоянно тусовался рядом с лидерами, не гнушаясь быть откровенной «шестеркой». Эта роль его вполне устраивала – его никто не трогал, он «шестерил». Наверное, привык так делать в армии.


К Коню регулярно на короткие свидания ездила его подружка – на длительные их не пускали из-за отсутствия штампа в паспорте, за то на всех коротких, при любой возможности, она приезжала. Нужно ли говорить, что в любой удобный момент Конь ей еще и звонил – не более 15 минут в день с помощью уфсиновской связи «Ариадна». Серега постоянно носил её фотографию и зачастую хвастался перед теми, с кем общался.


Продолжалось это более полугода, Конь был счастливым, но, в определенный момент времени, стал каким-то мрачным, поникшим. Подружка более не ездила на свидания и в очереди на телефонный звонок Серега не записывался. Когда его спрашивали, мол, чего «кастрюлю на голову надел»? (замкнулся в себе) он небрежно бросал, что подруга разорвала их отношения в одностороннем порядке, сказав, что встретила другого. Попытки поговорить по телефону заканчивались провалом – она сменила номер.

Так получилось, что, несмотря на «побегушную» статью (СОЧи), Коня все-таки вывели «помогайкой» на хоздвор. Как раз шел сезон забоя скота на мясо и рабочие руки были очень нужны. Среди десятков заключенных, которых вывели колоть коров и свиней, оказался и Серега Конь.


Чтобы вы понимали картину, расскажу, что есть скотный двор и повторюсь как туда выводят зеков. Утром, за зеков с любого объекта работы расписываются соответствующие офицеры, ответственные за тот или иной вид деятельности, зеков выводят и проверяют каждые два часа. Т.е. ворота колонии-поселения открылись и зек, фактически, оказывается на воле. Заборы есть, но они «для галочки» - старые ветхие, деревянные, прогнившие и с дырками. Чтобы сломать этот забор или сделать в нем дырку, даже пинать не надо было – достаточно просто толкнуть штакетину от себя.


«Помогайкой», именно на хоздвор, Конь просился неспроста – объект расположен обособленно и зайдя на хоздвор сразу видна федеральная трасса. Буквально метрах в 100. Чем непреминул воспользоваться Серега. Улучив момент, когда началась суета по забою, он, пользуясь полным отсутствием дежурных, вылез с другой стороны и побежал в сторону федералки, как выяснится позже, надев снизу на себя нормальную «человеческую» одежду.

Тем временем на бараке начали происходить чудеса – по громкоговорителям резко заиграли позывные на внеплановый просчет (поверка). Это происходило очень редко и в основном при чрезвычайных происшествиях. В остальное время – строго по расписанию – 9 раз в день. Все уже почувствовали неладное. Дальше – больше. Количество людей в форме УФСИН на поселке прибавлялось в геометрической последовательности. Опера, ДПНК, дежурные, начальники, кинологи. Зеки мало что понимали, приняв весь этот хаос за обычные учения (их также регулярно проводили среди сотрудников).


Кинологи залетели в каптерку, где взяли сумку Сереги Коня (все сумки с бэйджиками, как на самих зеках – с фамилией, статьей, сроком). Из сумки Коня вытащили майки и носки, дали понюхать собакам. Вот тогда все стало понятно. Постепенно, одного за другим опера начали вызывать «близких» Коня, его «семейников» и по часу допрашивать, мол, что говорил Серега, рассказывал ли о намерениях, как себя вел и прочую лабуду. Естественно, будучи скрытным,


Серега никому ни о чем не рассказывал, кроме как о конфликте с подругой. Кто-то об этом донес и все встало на свои места. Начали пробивать адрес и телефон подруги через близких родственников, через личное дело, через звонки, которые он делал и которые, конечно же, фиксируются. Тем временем над поселком, над полями и лесом, что рядом, уже летали вертолеты на низкой высоте. Такой низкой, что с самого поселка была видна их специфическая расцветка и надпись большими буквами на хвосте – ПОЛИЦИЯ.


Отступлюсь и скажу, что буквально на каждом утреннем просчете, как только я «заехал» в колонию, начальник постоянно твердил про 313 статью УК РФ и чем она чревата. 313 – это побег из места лишения свободы, из-под ареста или из-под стражи, совершенный лицом, отбывающим наказание или находящимся в предварительном заключении.

Кроме дополнительного срока до 4-х лет она предусматривает еще материальный иск – все финансы, которые будут потрачены на поиски сбежавшего зека, лягут как раз на его плечи. Есть еще один нюанс – пойманный в течении, по-моему 12-ти часов (а может и чуть больше – я не юрист), зек не считается сбежавшим. Он понесет наказание дисциплинарное (возможно, и перережим), но беглецом считаться не будет.


На бараке ситуация накалялась. Сотрудников уже было раз в 5 больше, чем самих зеков. Осужденных поверяли каждые пол часа (не знаю зачем). В барак заходить запретили. Все стояли на плацу. Каптерку, сам барак, баню, «кочегарку», все рабочие объекты «подкидывали» в жестком порядке («шмонали»). Нашли много «запрещенки», несколько человек ходом отправились в ШИЗО, собаки продолжали бегать по полю, лесу, в самом поселке.


Тем временем, Серега Конь, выйдя за забор, сиганул в сторону федеральной трассы М-55. Не каждый дальнобой знает, что в этом месте находятся колонии. Воспользовавшись этим, Конь доехал до ближайшего населенного пункта с дальнобоем «автостопом», а там по «цепочке» на других дальнобойщиках поехал к своей возлюбленной, которая его скоропостижно кинула в амурных делах.


Вот пишу эти строки, и по сюжету, как в песне Ивана Кучина (кстати, Кучин также родом из наших краев) «Слышишь лай, то за мной, псы идут по пятам. Как раз по пятам за Конем шли псы, но «пяты» его закончились на Федералке.


На следующее утро все надеялись увидеть Серега Коня в ШИЗО. Надеялись потому, что это значило бы, что его поймали раньше 12-ти часов и побегом это считаться не будет. В то время осужденные называли Коня за его поступок не иначе как «дебил» и «##здастрадалец». Но, увы. Серегу Коня привезут только вечером, прямиком в ШИЗО. Заведут быстро и тихо, скрюченного раком.


Потом выяснится, что Конь все же успешно добрался до места жительства своей барышни. Переговорил с ней, ни к чему они не пришли, она наотрез отказалась ждать его из МЛС и еще раз напомнила о своем новом возлюбленном. Конь вышел на улицу, сел на лавку, закурил, закурил еще раз и прямо там, на лавке, прилег. Он больше никуда не бежал. Он тупо ждал, когда за ним придут.


Почему Серега Конь оказался у своей дамы сердца раньше сотрудников УФСИН для меня до сих пор остается загадкой. Могу предположить, что жила она не по тому месту, где было обозначено в личном деле Сереги, а в каком-то ином, которое знал только он. Знаю точно, что у его сестры и у его родителей после побега полиция была уже через пол часа.


Смотрите, казалось бы, зек, которому оставалось сидеть 1 год (и то, если по УДО, то раньше) тупо сбежал. Ну, сбежал и сбежал – что такого. А нет – все гораздо серьезнее. В населённых пунктах и городе в этот момент полиция ввела режим усиления. Полиции на улицах стало в разы больше.


Радио и ТВ-новости (местные) не переставали твердить об «осторожности» и «сбежавшем заключенном». Просто «сбежавший заключенный» в воображении многих ассоциируется с неким злым дядькой, а-ля Доцент из «джентльменов Удачи». Серега Конь явно ни внешне, ни по агрессивности, ни по характеру к таким не относился. Но! Это же новость и сенсация для СМИ.

Закончилось все печально и для Сереги Коня. Он отсидел месяц в ШИЗО в одиночке, дожидаясь суда.


Суд к основному, не отбытому сроку, добавил ему 3,5 года строго режима. Таким образом, из поселка он напрямую поехал в лагерь строго режима. Плюс материальный ущерб в пользу УФСИН за его поиски. А оставалось – ОДИН год. А в случае УДО – месяцев шесть. Вот так иногда люди ломают себе жизнь из-за необдуманных поступков.


От этого случая пострадало несколько зеков – во время внепланового «шмона» нашли много чего запрещенного. Эти зеки тоже поехали на перережим. В колонии сократили количество коротких свиданий. Больше зеки в поселке никогда не видели Серегу Коня и ничего про него не слышали. А вскоре и вовсе о нем забыли.


Берегите себя, не совершайте ошибок.

Записки зека. Часть-9. «Побег» Зеки, Длиннопост, Лагерь, Тюрьма, Млс, Побег, СИЗО, Зона
Показать полностью 1
131

Записки зека. Часть-8. «Работа – волк».(продолжение)

Буквально пару дней назад, выйдя на балкон для планового отравления никотином, увидел душещипательную картину в современном стиле – на детской площадке собрались подростки, или даже дети – на вид всем максимум лет по десять.


Поставив возле себя беспроводную колонку они с трепетом слушали чей-то гнусавый голос под мелодичный бит, который вещал про «людское». Забавно, конечно, наблюдать подобное зрелище, особенно если учесть, что их разговоры сплошь и рядом пестрили отборными русскими матами.


Может, если конечно, они продолжат «развивать» свои интересы в данном направлении, им доведут, что материться - очень не «политткоректно» для порядочного человека с истинными понятиями. Но пока они только начали познавать устои уличной (читай – криминальной) жизни и слушать подобные полублатные песни низкого качества в кругу своих сверстников – судя по всему, большая гордость.


Оставим эту тему с подростками и их интересами к криминалу в столь раннем возрасте иным авторам, я же продолжу свою серию постов на «Пикабу» о жизни в местах лишения свободы. Я попал в колонию-поселение за свой проступок, никогда не будучи хоть малейшим образом связанным с «той стороной». И пишу об этом с целью заставить задуматься многих и не совершать ошибки, о которых, будете жалеть не только вы сами, но и близкие люди. Все имена и фамилии в данном тексте – вымышлены, но имеют настоящих реальных прототипов. Жизнь этих людей, быт, законы и устои в колонии – все от первого лица.


Начало тут:

Записки зека

«Записки зека: карантин- Часть-2».(продолжение)

Зона ЗК. «Записки зека: карантин- Часть-3».(продолжение)

«Записки зека: карантин- Часть-4». (продолжение)

Записки зека. Часть 5 – «поднятие» на барак. (продолжение)

Записки зека. Часть 6. Жизнь «на бараке». (продолжение)

Записки зека. Часть-7. «Комната воспитательной работы».  Продолжение


Не реклама, но очень понравился текст автора, отписавшегося в комментах, тоже про МЛС:

Тюрьма. Вид изнутри. часть 0


Хоть меня и минусят, но подписчиков становится невероятное количество. Особо интересны комменты так же «бывалых».


Ребят, сразу предупрежу – восьмая часть – не последняя, но следующая будет с опозданием, ибо еду в тайгу – грибы, ягоды. Я же сибиряк. А там только спутниковые тлф – звонить –то дорого, не говоря уже о интернете. Вернусь и продолжу. Направляйте мои мысли своими вопросами в комментах.


Хочу в следующей части описать настоящий побег из поселка и что случилось с тем пареньком. И как вертушки летали над лагерем с надписями «УФСИН». И как собакам его вещи из каптерки давали нюхать, чтобы след взяли. И как потом он ждал 1,5 месяца в ШИЗО перережим. Дураку надо было отсидеть всего-то 1,5 года (сидел по 228). По УДО и того меньше. Как же он покалечил себе судьбу. Ладно, отвлекся. Итак.


В прошлый раз рассказал немного о досуге зеков, как заключенные отвлекаются от повседневной серости, забываются в редкие моменты просмотра телевизора и прочие радости. Сегодня речь пойдет о трудовой деятельности.

Сразу следует оговориться – колония поселения это место для «первоходов». Другими словами – людей с еще не вовлеченным в понятия и прелести жизни за решеткой. Поэтому работа, в отличие от, скажем, обычных колоний – в радость. В это же самое время работа для закоренелого зека – неприемлема.


Работы в колониях немного, поэтому зеки сами просятся на нее. И просятся рьяно – во-первых, время летит незаметно, во-вторых можно снискать себе возможность освободиться раньше срока – за примерное поведение по УДО.


Как правило, характер работы везде одинаков – скотный двор (свинарники, коровники и т.д.), питомники для собак, производство (продукты питания, полуфабрикаты – зависит от конкретного места отбывания), кочегарка, грузчики на выездные объекты, грузчики на территории самой колонии –поселения по принципу «расконвойки» для зека. Из «неприемлемых» работ – баландер (работник столовой), завхоз, поломойка. Есть каста и ниже – ассенизатор – формируется из разряда «ежиков» (обиженных).


В местах, где мне довелось быть – «поломойка» был один – жирный, круглый, в больших очках с толстыми линзами Митя Бидон. Каким образом он попал на эту «престижную» должность история умалчивает. Но каждый Божий день по три раза он мыл полы во всем бараке (за исключением туалетов – это вотчина «ежика»). Так я его и запоним – постоянно стоящего раком с тряпкой в руке.


Митя Бидон отбывал за ДТП, в котором оказался виновником. В результате этого ДТП погиб мотоциклист, которого Митя сбил и проехался по нему всеми четырьмя колесами старой «Тойоты Короны». К слову сказать, остается также загадкой кто Бидону вообще выдал водительское удостоверение, ибо с таким зрением садиться за руль – это уже преступление. Но факт остается фактом – суд «насыпал» ему 4 года, из которых он более двух с лишним лет исправно три раза в день стоял раком и мыл полы. Причем исходя из поведения и мировосприятия, было понятно, что Митя Бидон еще и дурачок.


Крыша ехала прямо на глазах – в свободное время он увлекательно переписывал в тетрадку взятые из библиотеки книги строчка в строчку. Приставал на прогулках к зекам с вопросами, мол, могут ли собаки заниматься сексом впятером и очень любил на голубом глазу пересказывать посмотренные накануне по телевизору передачи. Игорь Прокопенко с канала РЕН ТВ очень бы обрадовался, узнав, что у него есть такой закадычный поклонник. Бидон ни с кем не дружил, чурался большинства зеков. Жрал в столовой отдельно.


Именно жрал – с дебиловатой улыбкой чавкая на все помещение. Раз в месяц к поломойке приезжали престарелые мать и отец. В это счастливое для него время он чавкал в столовой уже не с обычной баландой, а с колбасой, держа в руке полностью палку, не умудрившись даже порезать ее на куски. При всей своей «необычности» Митя Бидон до сумасшествия любил свою работу – он натирал полы до блеска, умывальники в комнате для умывания просто сверкали. Он заказывал у родителей средства для мытья полов и всех поверхностей (за их же деньги) и дни напролет «пидо#ил» все до сияния. Это был смысл жизни Бидона в колонии. Он считал себя избранным.


Самая тяжелая работа, безусловно, в колонии у грузчиков. Те, кто работал на выездных объектах уезжали, порой в 8-9 утра. И возвращались ближе к отбою. Их увозили на базы УФСИН на «Ларгусах», где они непрерывно разгружали фуры. Сорванные спины, изнеможение и прочие радости грузчика – цена, которой они зарабатывали себе досрочное освобождение. В грузчики брали только физически сильных зеков, хотя и среди них многие попросту не выдерживали. Тогда многих переводили на кочегарку. Но и там работа у последователей Виктора Цоя была не легче. Можно только представить что происходит с легкими осужденных при постоянном нахождении в котельной. Занятно, что периодически администрация учреждения практически поголовно устраивала курсы кочегаров с обязательной аттестацией – без нее допуск в котельную был строго запрещен. Для этих целей поселение посещал преподаватель одного из забайкальскиъ средних учебных заведений – «учитель».


После короткого курса осужденные для галочки сдавали экзамен и получали аттестаты разной степени. Чтобы представить весь колорит данного экзамена, опишу подлинную историю, имевшую место быть как раз на «экзамене». Комиссия в составе «учителя», замполита, и какой-то молодой барышни в форме УФСИН. Последним «сдает» зек Коля Рукоблуд, которому достался вопрос «колосниковые решетки» (элемент гарнитуры топки отопительной печи или котла для паровой системы отопления).

Рукоблуд исправно ходил на все лекции учителя и, пользуясь редким случаям, отсыпался на них. Может быть, он и хотел узнать что-то новое про котельную, но не мог в силу своей недоразвитости. Когда Колю вызвали рассказывать билет, он честно признался, что ничего не знает. Разговаривал он как раз с той барышней в форме и диалог выглядел примерно так:


- Николай, не задерживайте нас всех, выходите, рассказывайте про эти решетки (не отрывая взгляд от телефона).

- Я ничего не знаю

- Я тоже мало что знаю и понимаю в этих котельных. И что? Возьмите у кого-нибудь записи и прочитайте их нам

- Я не умею не читать, не писать. И у кого какие записи? Никто ничего не писал.

- Ну что вообще вы можете сказать про решетки?

- Ну, что они «небо в клеточку».

- Вот видите! Знаете же. Можете когда захотите. Молодец. Сдали.


Коля Рукоблуд получил удостоверение, допуск к котельной и проработал на ней целых два дня. Потом за какой-то конфликт с администрацией был помещен в ШИЗО. После ШИЗО его увезли в суд на перережим. Больше Рукоблуда никто не видел и куда его этапировали осталось загадкой.

Работа на свинарнике также не была из легких – четыре осужденных и около 150 свиней – удовольствие еще то. И это не только уборка и чистка за свиньями, но и полный цикл их жизни – кормление, кастрация, забой, выхаживание поросят, совокупление свиноматок с производителем и многое другое. В качестве бонуса у «свинопасов» была своя баня, в которой они мылись каждый день после работы.


Добрались до самого интересного – многих интересует вопрос – сколько получают осужденные за свою работу. Встречал даже мнения, что «а че, работаешь себе, деньги никуда не тратятся, отсидел – вышел с приличной суммой». Ох, какое это заблуждение.

Давайте по порядку. Каждому работающему зеку в бухгалтерии спецчасти заводится счет. На этот счет раз в месяц перечисляется «заработная плата» - в размере, порядка, 15-18 тысяч. Из этой суммы вычитается все, что можно – питание (да-да, за баланду с капустой еще надо платить), проживание в бараке («апартаменты по-арестантски»), коммунальные платежи за тепло и воду. Все что остается – от 3 до 5 тысяч рублей - зек может тратить по своему усмотрению. Но, на руки сумма не выдается – она так и лежит на счете. Воспользоваться средствами можно только на «отоварке». Т.е. существует определенный список (расписанный на листах и именуемый среди осужденных «прайсом»). По этому списку можно заказать товары – «хозка», чай/курить, «банки» (консервы), пряники/конфеты, носки, трусы. Самое дорогое в прайсе – матрац, подушки.


Занятное в данном ситуации то, что те, кто не работает, соответственно не платит ни за проживание, ни за питание и так далее – в данном случае за него платит государство. Вот такие двойные стандарты – хочешь раньше выйти – иди работай, практически бесплатно. Иначе весь твой срок за тебя будут платить налогоплательщики. Кстати, многие не заказывают ничего на «отоварке», переводят деньги родным на карты. Делается это по специальному заявлению в бухгалтерии, которое передаются через отрядника (в нашем случае упитанного борова звали не иначе как «отрядница).


Есть еще один нюанс, если у работающего зека есть моральный ущерб, который нужно выплачивать пострадавшей стороне, то из этих оставшихся пяти тысяч вычитывается и он. Т.е. на его выплату уходит от 500 до 1000 рублей. Со стандартным иском, скажем, в миллион рублей (при том же ДТП по ст.264) за пару лет при благополучном стечении обстоятельств осужденный может выплатить целых 24 тысячи рублей, или около 2% долга. Так что миф пострадавшей стороны, мол, «засажу тебя в тюрьму, будешь работать и выплачивать» - реально миф. Многие из зеков так и говорят – остался бы на свободе, мог бы перечислять в месяц, избавляясь от присужденного долга, гораздо больше. Но, это уже как говорят – совсем другая история.


В следующий раз я продолжу рассказывать о быте жизни за колючей проволокой. Берегите себя, не совершайте ошибок как я. Спасибо за ваши коменты.

Записки зека. Часть-8. «Работа – волк».(продолжение) Текст, Зеки, Лагерь, Тюрьма, Зона, Совесть, Раскаяние, ФСИН, Длиннопост
Показать полностью 1
239

Записки зека. Часть-7. «Комната воспитательной работы».  Продолжение

Иногда наблюдая, как супруга смотрит фоном сериал «След» на известном телеканале – невольно улыбаюсь – в конце, в большинстве случаев, присутствует стандартная развязка – «обложенный» со всех сторон подозреваемый «колется» и сам в подробностях повествует о своем преступлении, а зачастую и о тех, с кем его совершал. Это называется «сделка со следствием». Вот и у нас в хате отбывал свой срок человек, которого сдали подельники. Но, обо всем по порядку.



Это серия постов для «Пикабу», где я рассказываю, как отбывал наказание в колонии-поселении Сибири (ныне – Дальний Восток). Все, что я описываю – чистой воды правда, единственное что меняю из этических соображений – имена, фамилии, прозвища. Это судьбы людей, законы и мир мест лишения свободы. Я продолжу рассказывать про быт и устои колонии, про редкие минуты радости осужденных, про просмотр телевизора в определенные часы по режиму и игры в шахматы и нарды.


Начало тут:

Записки зека

«Записки зека: карантин- Часть-2».(продолжение)

Зона ЗК. «Записки зека: карантин- Часть-3».(продолжение)

«Записки зека: карантин- Часть-4». (продолжение)

Записки зека. Часть 5 – «поднятие» на барак. (продолжение)

Записки зека. Часть 6. Жизнь «на бараке». (продолжение)


Спасибо тем, кто понял суть постов и не минусует. Хотел сегодня написать одну часть, но коммент вот этот заставил еще написать (внизу скрин сделал)


Спасибо тебе, martin138613 и всем. Ради таких отзывов и пишу.


Так совпало, что в нашей хате отбывали наказания два полярных человека – один ограбил почту, второй когда-то на воле в ней работал (конечно же, в разных районах края, в разных отделениях). Но сам факт этого уже вызывал улыбку. Как раз того, кто ее ограбил, звали Вася по прозвищу «Русское лото» и при следствии его с потрохами сдал подельник, поведав все подробности и отделавшись условным сроком.


Русскому лото дали 5 лет – но не за грабеж почты, а по совокупности преступлений – в послужном списке Васи были и другие статьи. Уникальность этого человека заключалось не в том, что он «выставил» почтовое отделение в селе, а как это происходило. Проломав стену в учреждение, Русское лото с подельником принялись распаковывать посылки и бандероли. Не найдя особо ничего ценного, кроме нескольких тюбиков парфюма, пары футболок и прочей мелочи из посылок интернет-магазинов, они быстро осмотрелись и увидели лотерейные билеты известных ныне марок, продающихся на каждом углу, в том числе в почтовых отделениях. Как некоторые уже, наверное, поняли именно за них Вася и получил кличку. Так вот, спустя время


Василий проверил билеты и нашел даже немного выигрышных, с которыми пошел получать выигрыш. Номера билетов при продаже строго переписываются в пачках и появившегося в райцентре Васю тут же «приняли». Русское лото был грузен, спал «на пальме» (верхний ярус шконки), много курил и был в авторитете. Решал вопросы, стремился к лидерам и имел среди них вес. Смотрел за «кичей» - чтобы находящиеся там зеки не оставались без предметов первой необходимости и курева.


Курево в ШИЗО, как правило, переправлялось в хлебе. Т.е. баландер заранее нарезал хлеб, туда компактно помещались запаянные в полиэтилен сигареты, несколько спичек и вместе с обедом или ужином «добро» доставлялось на радость узникам.

Я уже много раз упоминал о «киче», но ни разу не говорил о том, как именно назначается срок пребывания. Совершив какое-либо нарушение режима («шатнув режим»), судьба зека решалась на административной комиссии. Такая собиралась в среднем 1 раз в неделю и о ее проведении сообщалось на одной из утренних поверок с перечислением фамилий осужденных. Нарушившие режим, зеки представали перед комиссией, в основном, состоящей из начальника колонии-поселения, начальника отряда, начальника самой колонии и психологов. В зависимости от тяжести нарушения назначалось от 1 до 15 суток. В редких случаях осужденному назначалось предупреждение с занесением в дело. В данном случае в «кичу» он не заезжал, но в личном деле запись о «нестабильном поведении» незамедлительно появлялась. После решения административной комиссии зек мог иногда неделями ждать, когда его закроют в одиночку на предписанный срок в «кичу» – камеры ШИЗО не резиновые и всегда переполнены народном. Свято место - пустым не бывает.


Кстати, как я уже говорил, наличие предупреждений и отбываний в ШИЗО напрямую влияет на УДО. Многие наивно полагают, что заслужить условно-досрочное освобождение можно только «сотрудничая» с администрацией». Сейчас расскажу как есть – во - первых, отказ или поддержка в УДО – решает суд, куда зек пишет ходатайство. Суд в данном случае располагается по территориальному признаку колонии. Написал заявление – ждешь месяц на его рассмотрение, приходит повестка. Зека ведут на «процесс» - все они свершаются посредством видеоконференц-связи.


Осужденного закрывают в большую клетку, на него направляют видеокамеры, и перед глазами стоит большая плазма. Весь судебный процесс происходит в режиме реального времени – техника дошла и до этого. Ну а дальше как решит судья – отпускать раньше или нет. Но и тут есть свои подводные камни – представитель администрации, также присутствующий на онлайн - суде может как поддержать удовлетворение ходатайства, так и нет. Об этом его тоже спрашивает судья, изучив личное дело зека. Ну а в этом самом личном деле может всегда появиться все что угодно – при желании, администрация колонии в праве докопаться до чего угодно – начиная от неправильной формы одежды и заканчивая обращением не по предписанию, если так можно выразиться.


Это я отвлекся – вернемся в нашу колонию-поселения и посмотрим, как проводят досуг зеки. Одно из центровых развлечений – игра в нарды. Наверное, каждый хоть раз видел нарды, которые делают «на промке» (промышленная зона в колонии) сами зеки – резные, полированные, с необычайной красотой «зариками» - кубиками. Сколько угодно вариантов самой игры – длинные нарды, короткие. Время тянется незаметно – что и нужно осужденному.


Тут следует добавить, что кроме нард, в колонии свободно можно играть в шашки и шахматы. В редких случаях их изымает администрация при глобальном негативе, бунтах, волнениях или массовом нарушении режима.

Выйдя из карантина – мой товарищ Индеец сразу начал приобщаться к игре в нарды. И здесь в один прекрасный момент к нему подошел смотрящий за карантином Матрос и начал разговор – «Вот смотри, Индеец, ты сел играть. А ты в курсе вообще за игру в колонии? Что ты вообще об этом знаешь, почему не поинтересовался? Тебе же сказали – ходить - общаться, а ты бежишь садиться за игру. Говори что знаешь?».


Индеец не знакомый ни со сленгом, ни с криминальным миром в принципе, начал что-то невнятно мямлить про то, что «мы просто сели поиграть на интерес». Как же он ошибся. В понимании большинства людей, не бывавших в местах лишения свободы, «играть на интерес» - это играть просто так. Спешу переубедить. Просто так – это «играть БЕЗ интереса». А вот в первом случае это значит на что-то. В тот раз индейца просто отстранили от игры и заставили вновь идти интересоваться у бывалых зеков законами и порядками, прогуливаясь по плацу (локалке).


В большинстве случаев зеки играют в нарды на сигареты. Иногда на блок сигарет. Смысл и особенности игры на интерес в том, что при выигрыше и получении своего, допустим, блока курева, зек обязан какую-то часть – на свое усмотрение закинуть в «общак». Обычно, с блока в нашей колонии-поселении осужденные сбрасывали по три пачки. Матрос неспроста подошел с этим вопросом к Индейцу – карантин всегда хочет курить и ему, как смотрящему, нужно эту хату «греть».


Кроме прочих развлечений, у зеков по определенному временному режиму можно посещать «пэвээрку» - комнату воспитательной работы. Что-то вроде комнаты отдыха.

«Пэвээрка» представляла собой уютно сделанную большую, просторную комнату с лакированными лавками, поклеенными обоями, свежей краской и даже «бордюрчиками» по краям. В углу стояла плазма с ТВ-тюнером и возможностью смотреть цифровое ТВ. В другом углу – божничка. Образы, иконы, свечи, библия, брошюры про христианство и прочая религиозная символика. Далее – на стенах – полки с книгами. Все книги со штампами, проверены цензорами. Но, как и везде, работа данных цензоров иногда дает сбои – в библиотеке было две книги, наличие которых подтверждало данные мысли – первая – откровенная «блатная романтика» - со сленгом и сюжетом о тюрьме с явным негативным отношением к администрации. Вторая – про жесткие убийства, с описанием всех подробностей и мерзостей, также сплошь и рядом кишащую словечками типа «мусора» - это самое мягкое из всех. В основном же библиотека представляла собой набор книг двух категорий – классика – Чехов, Горький, Толстой и прочие и всевозможные детективы а-ля Донцова. Не редкостью в данной библиотеке было встретить и работы сибирских писателей.



Также в комнате отдыха осужденных стоял диван и кресло. Но занять там место было довольно проблематично, потому зеки рассаживались по лавкам. Посередине стоял стол, за которым зеки тут же играли в шахматы и нарды. Что смотреть по ТВ решалось спонтанно. Представьте в голове картину – сидят порядка 50 мужиков в «пэвээрке» и дружно смотрят в телевизор. Остановились, скажем, на каком-то фильме и все дружно решают – смотреть или «идти дальше по каналам». Пульт находился у бывалых – тех, кто уже долго сидел с большим сроком. Психологическая особенность в том, что редко когда не приходили к единому мнению. Ведь для осужденного главное не то, что на экране, а просто на какой то момент забыться от мысли где ты находишься. Ну и, опять же, скоротать время. Новоиспеченных выходцев из карантина не пускали в «пэвээрку» по 1-2 месяца. Чтобы попасть в заветную комнату сначала нужно познать все законы и устои колонии, а также познакомиться со всеми зеками. Вплоть до имен.

В этой же «комнате воспитательной работы» проходили собрания зеков, про которые я еще напишу, проходили и те самые административные комиссии на выписку «кичи», о котором написал выше.


Здесь стоит добавить, что все эти блага цивилизации, в том числе ремонт были приобретены и сделаны руками и возможностями самих осужденных. Потому все так уютно – все затачивалось под себя.


Почему –то в памяти всплывает небольшие разговоры перед отбоем – зеки из хаты в хату ходят друг к другу в гости, что-то рассказывают, обсуждают, шутят, доводят информацию. Ну и вместо спокойной ночи, в большинстве случаев банальный стих – «день прошел и срок короче. Спи, браток, спокойной ночи».


В следующем посте я продолжу рассказывать о жизни человека, впервые попавшего в колонию-поселение. Я никогда не был связан с криминальным, блатным миром и то, что я увидел своими глазами – подробно описываю. Может кого-то это убережет от необдуманных поступков, за которые туда и попадают. Берегите себя. Спасибо, что подписываетесь на меня. Задавайте вопросы, я всегда на связи. Для минусовщиков – я не писатель. Пишу как есть в голове. На счет двух высших - 1. Социология и ПОВТАС (программное обеспечение вычислительной техники и автоматизированых систем).


Из комментов еще ответ на общий вопрос - 264 - это не всегда убийство по ДТП. Я отбывал по пункту 1 (не часть, а пункт) - рецидив езды в нетрезвом состоянии. Меня останавливали 3 раза. 1. Штраф. 2. Общественные работы. 3 Колония. Кроме себя и своей машины я никого не угробил. Бог отвел.


В прошлый раз выложил телефон и меня предупредили, что здесь так не делают. Может модераторы не удалят почту - RSNregion@mail.ru. Пишите, если есть вопросы, буду рад ответить.

Записки зека. Часть-7. «Комната воспитательной работы».  Продолжение Текст, Лагерь, Тюрьма, СИЗО, Поселение, ФСИН, Длиннопост
Показать полностью 1
104

Записки зека. Часть 6. Жизнь «на бараке». (продолжение)

В фильме «Вокзал для двоих» главный герой, заключенный Платон Рябинин, отпрашивается у начальника исправительно-трудовой колонии для свидания с женой, которая сняла комнату в поселке, расположенном в 10-ти километрах от самого поселка для свидания. И тот отпускает.


Без конвоя, без ограничений. Все мы этот фильм видели и единственное, как хотелось бы прокомментировать данную картину – сейчас таких порядков уж точно не существует. Может, при советском режиме и было, но только не сейчас. В наше время аналоги ИТК – колонии-поселения – закрытые объекты, передвигаться зеки могут только либо с конвоем, либо по территории поселка. Исключение – выход «на работу», которая располагается в радиусе 100 метров, да и то, через каждые 2 часа дежурные проверяют заключенного.


Это серия постов, в которой я рассказываю на собственном опыте, как, не имея ничего общего с криминальным миром, впервые столкнулся с местами лишения свободы. Пишу с одной целью – предостеречь Вас от необдуманных поступков и не ломать себе судьбу. Как всегда оговорюсь – все имена, фамилии и прозвища вымышлены. Но за этими вымышленными именами скрываются реальные люди и судьбы, с которыми я отбывал наказания в колонии-поселении.


Первые части тут:


Записки зека

«Записки зека: карантин- Часть-2».(продолжение)

Зона ЗК. «Записки зека: карантин- Часть-3».(продолжение)

«Записки зека: карантин- Часть-4». (продолжение)

Записки зека. Часть 5 – «поднятие» на барак. (продолжение)


В прошлый раз я закончил на рассказе про «кичу». По выходу из ШИЗО зеки встречают освободившегося нехитрым застольем. Варится чифир, зачастую не в «хапках» - железных кружках, а в целых кастрюлях и разливается по кружкам. Обычно для этих целей используется чай из общака. Оттуда же берется барабульки (конфеты) и сигареты. «Торжество» проходит в столовой и занимает не более 5-7 минут. Зеки оперативно сдвигают столы, разливают заранее сваренный чай, быстро выпивают и расходятся в курилку. Речей здесь не бывает. А если и бывают, то очень короткие. Администрация такие сборища не приветствует и все происходит за считанные минуты. Столы сдвигаются в прежнем порядке и столовая приобретает прежний вид.


Столовая для зека – одно из немногих мест, где можно скоротать время. Но и здесь есть лимиты – все по распорядку, хотя, что бывает очень и очень редко, администрация смотрит на данный режим посещения сквозь пальцы. Единственное, когда туда нельзя зайти – во время приема пищи осужденных из карантина, во время санитарной обработки помещения, и, соответственно, после отбоя.


Как я уже писал, в столовой есть отдельные столы для обиженных в углу. За них порядочным мужикам садиться нельзя и об этом нюансе предупреждают сразу и всех при первом посещение харчевни. У «обидосов» отдельный чайник, плитка, посуда. Когда обиженный приходит, например, за едой, он подает миску не в общее окно раздачи, а ставит прямо на пол, рядом с баландером (работником кухни). Тот не дотрагиваясь половником, кидает что есть. Мыть свою посуду в раковине «ёжикам» (обиженным) запрещено – после обеда свои миски они несут «на парашу» и под стоковыми водами их ополаскивают.


Все кто первый раз оказываются в колонии понимают, что прожить на местном рационе достаточно сложно. И если нет передач от родственников – дела совсем плохи. Опишу приблизительное меню на день. На завтрак из самого вкусного бывает манная каша. Иногда – варенное яйцо. Чай. На обед – сечка с вареным салом, баланда, треть буханки хлеба и чай. Ужин – опять баланда, на второе иногда та же сечка. Хлеб, чай. Кстати, судя по «чесотке» (слухам) чай всегда дают с бромом. Но достоверно подтвердить этот факт не могу, как и исключить, но привкус чай все же имеет специфический. Единственное глобальное отличие в меню бывает раз в году – 31 декабря. В Новогоднем меню зека – пара столовых ложек винегрета, кусочек пирога.


Продержаться калорийно на данном меню здоровому мужику не представляется возможным. Иногда кушать то, что дают откровенно невозможно. Здесь в некоторых случаях выручает приправа. Зеки ложками засыпают ее в баланду, или в сечку и тогда это блюдо хотя бы становится не противно потреблять в пищу. Глутамат натрия делает свое дело.

В связи с подобным рационом, «семьи» сами готовят себе еду, в основном на обед. Для этих целей предусмотрено 2 плитки с 4 конфорками на весь барак. Поэтому время приготовления строго оговаривается заранее. В основном варят кашу – тушенка с какой-либо крупой. Духовка регулярно используется для сушки сухарей. Правда, в моем случае был зек – любитель выпечки – Зося – который из маргарина, муки, яиц и сахара выпекал нехитрые печеньки для своей «семьи». Ну а у кого готовить было вообще не из чего, ел или то, что дают, или «пропилен» - так осужденные называют заварную лапшу.



Обедают также «семьями». Тут следует сделать уточнения – «семьи» - группы зеков, объединенных либо общими интересами, либо постоянным общением, либо с одной местности. Они складываются стихийно. Бывает, осужденного выдворяют из «семьи» по каким-то конфликтам или разногласиям или наоборот приглашают. Таким образом, за одним небольшим столом, хоть это и неудобно, могут сидеть и по 10-12 человек, добавляя стулья. «Семьи» имеют общие продукты, общие ящики для их хранения в шкафах в столовой и еще много чего общего – но, продолжим о столовой.


Кроме печки, у зеков есть в наличии «микроволновка» и немного чайников. Их количество ограничено и «затянуть» дополнительные – сильно проблематично – все чайники описаны по маркам. Если происходит поломка, то выхода два, либо ремонт, либо затягивание чайника той же марки путем переговоров с дежурным или просто пить чай, который дают три раза в день.

Все места для хранения продуктов должны быть подписаны. Это ящики в шкафах, где написаны ФИО и содержимое ящика. В принципе, администрация смотрит на эти записи только при глобальном «подкидывании» (проверках) и если в ящике нет фамилий или списка – все «откатывается» в коридор прямо на пол. Естественно, любой порядочный зек поднимать упавшее на пол не будет. Но, как я уже когда-то писал, приходиться «лавировать» со списком.


Сами понимаете, набор продуктов в данных боксах постоянно меняется – «передачки» заезжают регулярно и переписывать список не хватит ни бумаги, ни скотча, ни моральных сил. Поэтому, зачастую, список пишется не по количеству, а по наименованию: «Консервные банки», «Крупы», «Чай», «Сахар», «Миски», «Кружки», «Ложки» и т.д. Т.е. расписывать сколько у тебя банок с той же «сайрой» никто не будет. Но по режиму это положено.


В большинстве случаев при передачах, а о них мы еще много поговорим, досмотрщики не берут скоропортящуюся продукцию. Но бывают и исключения – например, в заводской упаковке. Или сырокопченую колбасу. Такие вещи хранятся в холодильнике в подписанных пакетах. Два раза в неделю баландер размораживает его. Часто бывает, что тот или иной пакет не находит своего хозяина. Кто-то либо забывает, либо, имея короткий срок, освобождается.


После приема пищи зеки самостоятельно моют свою алюминиевую посуду в раковинах. В качестве дезинфекции используются средства для мытья посуды, взятые из «общака». Если что-то осталось в тарелках недоеденным - ссыпается в отдельный бак – в последствии, баландер вываливает его за пределы поселения, следуя, естественно, под конвоем. Отходы идут бродячим псам.


Но, перенесем воображение опять в нашу хату, куда нас с Индейцем подняли после карантина. Первое, что мы там увидели – старого деда, читавшего в углу книгу – Геннадьевича. И уж коль скоро в каждой части я описываю судьбу того или иного зека – закончим сегодняшний пост именно Геннадьевичем.


Стасу Геннадьевичу, как оказалось, 65 лет. В таком преклонном возрасте судьбы сыграла с ним злую шутку. Зеки любили старого и уважали. И не только за его преклонный возраст, а за то, что тот всегда был при сигаретах и добр душой. Всяк просящий курево никогда не получал отказы, поэтому «паломничество» в нашу хату к Старому – такое прозвище он имел – не прекращалось.


Понятно, что Старый сигарет не жалел и это ему с лихвой возвращалось бумерангом – те же сигареты при случае и возможности ему возвращали, а также никогда не трогали в случае каких-либо конфликтов, а порой и защищали. Так как дед был стар и родом из деревни, мог сказать какую-то чушь, за которую другому бы зеку предъявили, а так не долго и «заиметь момент по жизни». Ну, к примеру, заходит как то в хату два зека. Просто в гости, пообщаться – в колонии это обычное дело. И тут, один из гостей, зевает, подтягивается, и как бы произносит мысли вслух – «Скучно, чем бы заняться?». На что Старый, на минутку отрываясь от чтения книги Балябина, зачем то вставляет свой комментарий – «а ты вот к нему (показывает на второго) на колени сядь и на х#ю у него крутанись. Сразу обоим повеселеет». Сами понимаете, какие разборки бывают за такие «базары». Тем более «базары» при свидетелях. Но на сходке решили Старого не трогать, ибо старость надо уважать, да и с умом дед уже не в ладах. Ну, и, конечно, опять же – бесплатный «автомат по выдаче сигарет», коим являлся Старый.


Геннадьевич жил опять же в северной сибирской деревне, недалеко от мест, где жил Индеец. Раз в месяц к нему приезжала бабка – жена. Ее звали Люся и поэтому, когда зеки по какому-то поводу в сердцах говорили фразу «е#ать ту Люсю», дед расстраивался (слово «обижался» я не пишу - среди осужденных или арестантов так говорить запрещено – сами понимаете почему). Бабка привозила Старому немерянно сигарет «Винстон красный», колбасы, много банок (консервов), крупы и мыльно-рыльные. На длительные свидания Геннадьевич жену не приглашал – строго отрезал – доживете до моих лет, поймете почему. После этой фразы Старый мрачнел и удалялся в курилку, злобно комкая в руке пачку сигарет.


Геннадиевич сидел за смерть в результате ДТП. Ехал на тракторе с телегой, доверху набитой сеном. Насколько доверху – кто был в деревне - поймет. И надо же было такому случиться, что по дороге он встретил соседа из своей деревни, который «голосовал». Будучи добряком, Геннадьевич остановился, и в тесной кабине видавшего виды «Белоруса» оказалось уже два человека. На несчастье деда, пассажир был настолько пьян, что на очередном ухабе тупо вывалился из неплотно закрытой двери в движении, и уже через секунду на него наехало колесо телеги, о весе которой я приблизительно дал понять. Старому «насыпали» 2,5 года.

В следующий раз я продолжу рассказывать про жизнь в колонии-поселении, про ее законы, жизнь и судьбы людей. Берегите себя.

Записки зека. Часть 6. Жизнь «на бараке». (продолжение) Текст, Лагерь, Зона, Поселение, ФСИН, Тюрьма, Зеки, Длиннопост
Показать полностью 1
94

Записки зека. Часть 5 – «поднятие» на барак. (продолжение)

Я никогда не стану Президентом Российской Федерации. Не стану учителем, хоть и являюсь им по одному из двух высших образований, и не смогу избираться депутатом. Все банально - имею судимость и о том, как я отбывал свой срок – как раз мои записки зека, начатые ранее тут:


Записки зека

«Записки зека: карантин- Часть-2».(продолжение)

Зона ЗК. «Записки зека: карантин- Часть-3».(продолжение)

«Записки зека: карантин- Часть-4». (продолжение)


Напомню, что по этическим соображениям, все фамилии, имена и прозвища полностью изменены. Однако, все судьбы, скрывающиеся за этими псевдонимами – реальны. Также, как и то, что все описанное мной – чистой воды правда.


Сразу по выходу из карантина почувствовалась некая «свобода» - ходить и перемещаться не по периметру закрытой ограниченным пространством хаты, а «летать» по более широкой площади (локалке) – вот оно счастье. На первом этаже колонии-поселении были – комнаты «баб» - зечки, наряду с зеками отбывающими по стандартным статьям – воровство, алиментщицы, мошенничество, угроза убийством, наркота.


Всех «мужиков» «поднимали» на второй. Скрутил наспех и неумеючи свой же карантинный «рулет» и вперед, в неизведанное. Так случилось, что окончание моего двухнедельного заточения в карантинном блоке совпало с датой вызволения еще одного зека – Степана Боярского – он всегда представлялся просто и уныло – «Степа, кличут Индейцем». Сходство с индейцем было одно – вечно красная рожа, еще не успевшая отойти от потребления суррогата на воле.


Индеец отбывал по человеческим моралям ни за что. Иногда так бывает – по-человечески вроде как зек и не виноват, а по закону – «шьют по полной». Всю жизнь Степа прожил в далекой северной окраине Сибири. Места настолько глухие, что попав в колонию-поселение, Степа чувствовал себя немного дико. Цивилизация и ее представители были для него чужды, ограничивая его сознание родным селом из нескольких изб, расстояние от которых до райцентра было более 150 километров.


Индеец промышлял охотой. Он на несколько месяцев уходил в тайгу, при чем один и без средств связи, и занимался добычей того, что предусмотрено временем года – птицы, белки, зайцы, соболи, изюбри и прочая живность, расплодившаяся среди густых вековых сосен, кедров и берез.


Пушнину сдавал, обрабатывая сам, мясо где-то оставлял на семью, где то также за небольшие деньги продавал перекупщикам. Индеец ставил капканы. И вот как раз здесь надо оговориться и сказать, что приобретение капкана – именно хорошего капкана – для охотника не только дело чести, но и выливается в неслабую копейку.

Вы спросите – ну, сколько может стоить даже самых хороший капкан? Да, стоит может и не такие бешенные деньги, особенно для любителей, но когда речь идет о 50-100 капканах? А если их постоянно надо докупать, ибо зверь, зачастую крупный, либо ломает этот механизм, либо скрывается вместе с «неожиданной напастью» в горизонт. А ехать за ними? В райцентре не всегда удавалось поживиться этим изобретением каменного века.


Так вот, в один прекрасный момент краснорожий Степа стал замечать, что кто-то снимает добычу с его капканов. Наглым немужским образом. Опять же замечу, что у каждого охотника своя «сфера влияния» - свои тропы и так как в вышеописанной тайге охотников совсем немного, ранее подобных проблем не возникало. А тут на тебе – прожив три дня в зимовье, Степа идет осматривать капканы и помимо их опустошенности замечает явные человеческие следы 43 размера. В те места могли забрести только два бывалых знатока таежных закутков – он и лесник Харитоныч. Вернувшись в село, Индеец для храбрости вознакатил пару-тройку пузырьков «боярышника» и смело двинулся к своему «коллеге», мучимый злостью и жаждой мести. А далее между ними состоялся приблизительно следующий диалог:


- П%дор ты, Харитоныч, н%х так делаешь?


- Это мой лес, и я в нем охотился когда ты еще ссался в пеленки, или во что ты там другое ссался.


В принципе, возможно было и еще несколько не литературных фраз, но они уже не важны – Индеец до полусмерти избил Харитоныча и прихватив горло руками посоветовал – сдашь ментам – задушу. Понял?


Забрав все имеющиеся дома ружья Харитоныча он ушел с горя допивать боярышник. Месяц в тайге был проведен зря и надо было как – то смотреть в глаза жене и ребятишкам.

Видимо осознав, что поход с заявлением будет не только местью, но и возможностью долгое время быть единоличным хозяином местной тайги, Харитоныч, не дожидаясь утра, договорился с соседом и поехал в ближайший опорный пункт полиции, куда, собственно, на следующий же день привезли и самого не до конца проспавшегося Индейца. Суд в последствии «насыпал» краснорожему 5 лет.


Кстати, спустя месяца 2-3, при «шмоне», когда администрация «подкидывала нашу хату, у Индейца изъяли какую-то «мохнатку» - как он объяснил талисман на удачу. Это был то ли беличий хвост, то ли кусочек из шерсти соболя. Потом все зеки дружно над ним ржали и спрашивали, что он делал с этой «мохнаткой» по ночам и какие были ощущения.

Хата встретила нас практически полным отсутствием народа. В углу сидел обрюзгший старик и особо не обратив на нас внимание продолжал читать Василия Балябина «Забайкальцы» в видавшем виде переплете. Разговорившись со старым, спустились с небес на землю – даже здесь в хатах запрещали лежать на кроватях – только сидеть на табуретах. Гулять – сколько хочешь – по плацу, до курилки – везде, где за тобой четко бдят камеры видеонаблюдения.


Чтобы в голове у Вас вырисовалась картина поясню, что вся площадь, вместе с бараком, курилкой, баней, каптеркой занимает не более 100 квадратных метров. А может и меньше. В математике я не силен. Скажу лучше по другому - от одного края плаца до другого по четко расчерченным линиям – 133 шага. Шаги, которые до самой смерти останутся у меня в голове. Это не просто шаги – шаги, когда тоскуешь по любимой и родным, когда сердце щемит по скуке о детях и ничего не можешь поделать. Тот момент, когда истинно – повторю истинно - переоцениваешь как ты жил. Делишь жизнь на «до» и «после». Вокруг – зеки, не всегда добрая администрация, а ты остался один на один с собой. Только сильное желание вернуться к обычной жизни не ломает человека, заставляя быть им до конца. Все – «минутка философии» закончилась и обещаю больше не поддаваться нахлынувшим эмоциям. Только описание и только судьбы – не более.


Познакомившись со старым, он оказался Геннадьевичем, мы с Индейцем выпросили у него пару сигарет и пошли «гулять». Как вы уже, наверное, догадались, гулять нам долго не дали – в курилке к нам подошел смотрящий. Объявил, что по «отписке» у нас все ровно, и посоветовал одно – «а теперь – ходите общайтесь».

«Ходить общаться» - это познавать устои колонии, познавать законы в этом замкнутом мирке и знакомиться с остальными зеками. Уже тогда я отчетливо заметил, что все осужденные держатся определенными группами – «семьями», но к этому мы еще вернемся.


Тут же при курении подошел и Матрос – смотрящий карантина – «подогрел» Примой из «общака» и уверенно повел на экскурсию. Матрос «выделил» нам места под верхнюю одежду в раздевалке – как правило, они становятся пустыми после «освобожухи» очередного зека. Сводил в баню, указал на какие крючки можно вешать одежду, где нельзя. Какие тазики можно использовать, а к которым не стоит даже приближаться. Какие умывальники для «мужиков», за каким столом нельзя сидеть в столовой, и что ни в коем случае не садиться на отдельно стоящую лавочку в курилке. Все это были «владения» обиженных.


Сказать что кто-то сильно заметил наш выход – ничего не сказать. Да, кто-то интересовался прошлой жизнью, кто-то спрашивал «за понятия и их знания», но все быстро утихомирилось и мы автоматически влились в «общую массу». Обычно, про вышедших из карантина говорят – «одел кастрюлю на голову» - это означает, что человек подавлен внутренне и обосабливается. На помощь приходят зеки – «ходи общайся».


В ходе общения бывалые рассказали и показали «святые места» осужденных – вот специально не буду их описывать, чтобы не прививать блатную романтику. Скажу только одно – одним из «святых» мест является «кича» (ШИЗО). Почему? Как мне объяснили, потому что там «зеки страдают за ВАС же, а вы тут просто так гуляете». К «киче» вернемся» позже. Как я узнал в тот же день – еще не западло «заряжаться» - это проносить в ж#опе запрещенные предметы. В ту же кичу, тому же баландеру (работнику кухни).

Семь в раз в сутки зеков просчитывали. Почему так много – сказать сложно и вернемся к поднятой ранее теме, что на других режимах, скажем на общем или в тюрьме, просчитывает 2-3 раза.


Просчет представляет с собой полное построение всех осужденных рядами – каждый уже знает свое место. Нам с Индейцем его тоже выделил смотрящий, пододвинув кого-то из зеков. Весь состав строится на плацу, на просчет приходит либо отрядник, либо начальник колонии-поселения. Иногда заглядывает сам начальник колонии (всей, та, которая с общим и строгим режимами и которая находится в 100 метрах). Вечерами вместо начальника присутствует ДПНК – дежурный помощник начальника колонии.

ДПНК меняются и бывают самыми разными и по званию и по должности. В редких случаях, как правило, при угрозах неподчинению (в зависимости от настроений и волнений зеков) – приходят и опера в полном составе. Вся «команда» администрации выстраивается напротив шеренги осужденных и дежурный начинает поверку, тусую в руках карточки зеков – называет фамилию, тот выкрикивает из толпы свое имя и отчество и выходит из строя, перемещаясь в шеренгу напротив (за дежурным). Все четко по расчерченным линиям. И не дай бог осужденному оказаться без головного убора, без бейджика, в тапочках или еще с какими-то нарушениями режима. Просчеты проходят и в дождь, и в лютый мороз, при ураганах, в знойную жару. После просчета - короткая речь от администрации по текучке и все опять же дружным строем расходятся восвояси.


На моей памяти был только один случай неповиновения зеков – когда после просчета смотрящими было дано четкое распоряжение – не расходиться, пока не придет начальник поселения. Вопросов к нему была масса – на сленге зеков это называлось «закручивать гайки». Уже через пять минут все толпу осужденных окружила опергруппа. Зная свою работу, и зная, кроме личных дел, кто и кем является в колонии, они не без труда выдернули зачинщиков. Разговор с начальником тогда состоялся, но уже в бараке. Зачинщики спустя сутки сидели по кичам. Забегая наперед скажу, что отписку им дали кому на трое суток, кому на 15.

В следующий раз я расскажу, как встречают зеки освободившихся из «кичи», как устраивают «застолье» с чифиром, «барабульками» (конфетами) и сигаретами. И как иногда в киче остаются на полтора месяца. Более месяца в одиночной камере, где кроме узкого окна, пристегивающейся к стене шконке и «очка» нет ничего – способно сломать психику любого человека.


Я пишу, чтобы те, кто ведут незаконный образ жизни, знали наперед, с каким адом им предстоит столкнуться. И чтобы лишний раз задумались, стоил ли так ломать себе судьбу. Берегите себя.

Записки зека. Часть 5 – «поднятие» на барак. (продолжение) Текст, Зона, Лагерь, Тюрьма, Колония, Зеки, ФСИН, Длиннопост
Показать полностью 1
88

«Записки зека: карантин- Часть-4». (продолжение)

Начало тут:


Записки зека

«Записки зека: карантин- Часть-2».(продолжение)

Зона ЗК. «Записки зека: карантин- Часть-3».(продолжение)



Это серия постов бывшего зека, в которой я рассказываю подлинную жизнь в одной из колоний-поселений России. Пишу с одной целью – задуматься молодежи об идеализации блатной романтики, а людям в возрасте – поразмыслить о последствиях поступков, которые можно «нарубить с плеча». Ну а тем, кто отбывает – никогда не повторять своих ошибок. В прошлых постах я уже подробно расписал как меня осудили на два года, как произошло первое знакомство с колонией и какие эмоции преследовали меня на протяжении всего этого времени. Сегодня я закончу рассказывать про карантинную «хату», в которую свежеиспеченных зеков закрывают на 2 недели. Еще раз напомню, все написанное здесь – реальная жизнь за колючей проволокой, настоящие герои и судьбы – изменены лишь имена и прозвища в этических целях.

Изначально попав в карантин, я подумал, что это новомодные введения УФСИНа и каково же было мое удивление, когда много позже прочитав книгу (не стих, а книгу) «Во глубине сибирских руд» (прочитав тут же, в колонии) я осознал - подобное место существовало еще когда сажали каторжных революционеров. В частности, в данной книге описывается попавший в карантин идейный питерский деятель, причем описывается настолько подробно, как будто сам автор побывал в том месте в далеком прошлом.


Вернемся к карантину наших дней, где я уже находился вторую неделю. Как уже писал – сигареты при входе в хату изымались и курить можно было только при мгновенных трехразовых прогулках по 10-15 минут. Курево хранилось в сейфе в дежурной части и при выводе на свежий воздух любой зек, имеющий сигареты, мог взять их оттуда в присутствии дежурного и также вернуть после прогулки. Как правило, табак был не у всех и курили запасы вновь прибывших. Но и они быстро иссякали. И вот тогда курить начинали с «общака». Контактировать общей массе зеков с карантинными нельзя – поэтому украдкой сигареты через приоткрытое окно приносил смотрящий за карантинной хатой – Матрос.

Первое впечатление о Матросе – неоднозначное – невысокий парень, самовлюбленный и разговаривающий исключительно на языке, сплошь и рядом кишащими блатными выражениями. Было видно, что Матрос мечтал о чем-то выше в иерархической лестнице колонии, чем быть просто смотрящим за карантинной хатой, но возможность ему эту никто не давал. Он носил короткую футболку, зачем-то демонстрируя свои хоть немного и подкаченные, но достаточно хилые бицепсы.


Как правило, «общаковские» сигареты были весьма посредственные – либо китайские подделки известных брендов, раскурить которые требовалось больших усилий, либо питерская «Прима». Некоторым вновь заехавшим зекам перейти с какого-нибудь компактного «Винстона» на «Приму» без фильтра было достаточно сложно, поэтому одна такая сигарета порой раскидывалась на троих. Закинутое в карантин с «общака» курево «ныкалось» от глаз сотрудников. Как правило – это ножки кроватей, полые внутри – к сигаретам привязывались нитки и они спускались в эти пазы. Сверху отверстие закрывалось стойками от верхних ярусов кроватей и, таким образом, найти табак было достаточно проблематично. Некоторые прятали в сетку матраца верхнего яруса, маскируя лоскутами. Стандартная «нычка» - пачка в дырке под линолеумом. Рядом ставился табурет и неровность пола сходила на нет.

Время от времени в карантин наведывались служащие спецчасти с какими-то бумагами. Заходила и психолог – выдавала тесты с целью выявить склонных к суициду или побегу. Занятно было наблюдать, когда не особо одаренные зеки списывали «галочки» в ответах друг у друга, не желая читать и вникать в суть вопросов. А их было много. По 200-300. Также психолог разъясняла некоторые тонкости УДО и предлагала в случае необходимости свою помощь.


Наверное, надо добавить, что «психологиня» была хоть и небольшого роста, но очень обаятельной и с красивым женским голосом. Стоить ли говорить, что помимо похотливых взглядов соскучившихся по женской ласке зеков, после ее ухода она еще долго была предметом обсуждения в плане естественных предпочтений мужчин. Зеки спорили и рассуждали о тонкостях женской красоты - и все это не смотря на отчетливо зияющее на безымянном пальце левой руки психологички обручальном кольце. При всей ее обаятельности осужденные не спешили открывать психологу свою душу.

Зато «открывали душу» друг другу. Вспоминается еще один случай – бывалый зек, отсидевший в свое время в 90-х – Паша - Нога. Кличку свою получил из-за сломанной и искривленной ноги – природа патологии так и осталась не раскрытой. Он хромал и постоянно жаловался на боли в колене. Нога был большим и грузным, с него постоянно тек пот и он ходил с носовым платком, время от времени вытирая лоб. Будучи не первоходом, Нога был молчалив, временами в сердцах сокрушаясь, как он попал в этот «детский сад». Павел был «кухонным разбойником» - подгуляв дома, он «гонял» свою жену с топором, которая не придумала ничего лучше, как пойти и написать на него заявление в полицию. Ногу осудили по «ну погоди» - 119 статья УК РФ. Еще до суда жена бегала и слезно просила вернуть ей заявление – оставаться без мужа явно не хотелось. Но – правоохранительная и судебная системы уже включили свои механизмы без обратного действия и Нога заехал на полтора года в колонию-поселение. Стоит ли говорить, что практически каждый день к нему приезжала та самая супруга с баулами провизии на свидания.


Иногда, сидя на жесткой деревянной табуретке и отсидев все мягкое, что есть на #опе, Нога мечтал, как освободится и закроет жену дома в подвале, оставит ей одну табуретку и будет давать только еду. Чтобы она полностью прочувствовала все то, под что его подвела. Когда он это говорил, то мечтательно и заговорчески улыбался. Нога освободился раньше меня и иногда мне представлялась его жена в подвальном полумраке, сидящая на табуретке рядом с вереницей закатанных в трехлитровые банки огурцов и помидоров.

Настал момент моего знакомства с администрацией. Через это проходит каждый – начальник колонии лично беседует и «присматривается» к заключенному. Насколько от него ждать «подвохов», что за человек и чем занимался на воле. В моем случае - дежурный привел в кабинет, где сидели трое в сине-пятнистой форме – майор – начальник колонии-поселения, старлей – начальник отряда (отрядник) с отрешенным взглядом и еще один человек, до селе мне не известный - в погонах капитана внутренней службы. При появлении зека в подобных местах он должен представиться по своеобразному регламенту – ФИО, статья, дата начала и конца срока, а также иметь при себе удостоверение зека (его оформляют в спецчасти и любое передвижение без него по территории поселения запрещены и чреваты выговорами).



Оговорюсь и скажу, что мое присутствие никоим образом не потревожило внимание тех, к кому я пришел. Лишь спустя время, закончив свои разговоры, сотрудники посмотрели в мою сторону. Холодно и сердито. Почему-то чувствовалось внутреннее волнение. Вопросы опять же были стандартными – чем занимался на воле, где и с кем проживаю. Начальник бегло просмотрел глазами по диагонали мое личное дело и перевел взгляд на капитана – тот предложил пройти в медицинский кабинет. Для чего я не понял – хвори не чувствовал, на здоровье не жаловался.

Капитан представился Ильей Александровичем. Это был человек, по которому сложно определить его возраст – с одной стороны, вроде как и молодой, с другой – мальчишкой его точно не назовешь. Высокий, коренастый, хорошей физической формы, с короткими черными глазами и такими же чернющими бровями. Складывалось впечатление, что человек имеет корни, отличные от сибирских – в чертах прослеживалось больше чего-то может даже болгарского. Вид более чем суровый и серьезный. Как сейчас помню – единственное, что «гасило» в нем эту суровость – добрые глаза и вполне адекватная речь. Речь далеко не глупого человека, явно прочитавшего за свою жизнь не одну книгу и ясно выражающего свои мысли. Мы находились в медицинском кабинете, который он зачем-то закрыл на ключ. На врача капитан явно не походил и тут я почувствовал неладное. От своих «коллег» по карантину, отбывающих наказание не впервые я наслушался много тем, что делает администрация с непонравившимися или провинившимися зеками. Первое, что тогда подумал – «бить не должны».

- Раньше выйти хочешь? – капитан начал свой диалог с вопроса в лоб. И не дожидаясь продолжил – если хочешь – надо сотрудничать. Согласен?

Это был опер. Тот, который с коллегами еще не единожды будут «подкидывать» колонию в поисках запрещенки. Он вопросительно смотрел на меня и отвечать пришлось также мгновенно и экспромтом.

- Против шерсти я не пойду. Мне 2 года сидеть. И сидеть надо нормально.

Опер молча подошел к двери, открыл ее и передал меня конвою. Вдогонку бросил – «Ты думай, жизнь твоя и решать тебе».

На этом мое знакомство с администрацией прекратилось. Вернувшись в карантинную хату я заметил потоп – из сортирной дырки фонтаном бил ручей, сдобренный утренними отходами зеков коричневого цвета. Дежурный принес трос и грубо отрезал – «не хотите сидеть в дерьме, пробивайте».


Упущение смотрящего карантина было в том, что он не довел до зеков - браться за данный трос категорически запрещено «обычным» мужикам. Подобной работой в колонии занимаются «ежики» - обиженные. Не зная этого, Копченный, работающий на воле сантехником, и еще один зек-алиментщик- Вася Кудрявый сквозь лужи говна пошли пробираться к источнику вонючего водопада. Свое дело они сделали, но уже к вечеру весь поселок гудел, желая выяснить кто же схватился за трос, не дождавшись обиженного. Копченного и Васю Кудрявого поставили под вопрос – их судьбу должны были решить «выше» - смотрящие самой колонии. Но и в этот раз судьба повернулась лицом к Копченному, который уже попадался на сигаретах. Каков уж был вердикт смотрящих я не знаю. В курсе только, что разговоров было много и в конечном итоге и Копченного и Кудрявого оставили в общей массе.


Вторая неделя в карантине подходила к концу. За это время я перечитал практически половину той скудной библиотеки, которая там имелась. Читали все – книги брали даже те, кто просто смотрел картинки, ибо занять себя было абсолютно нечем, а «рожи» просто опостылели друг другу. Хорошо запомнил, что с удовольствием перечитал Чингиза Айтматова из школьной программы. Интересно, эти книги до сих пор там?

На завтра мне предстояло «подниматься» в барак. Что меня там ждет? Почему все зеки, которых видно из карантина в окно такие мрачные и суровые? Какая судьба меня постигнет? Ночью я не мог уснуть, мучимый этими вопросами. Но о выходе из карантинной хаты я расскажу уже в следующем посте.


Также из серии моих рассказов вы узнаете чем питаются зеки, кто готовит им еду, и где они ее хранят. Расскажу о крысах, которые воруют продукты и сигареты и как их вычисляют. Что становится с крысами? Чем живет общая масса и много другой информации, которая навсегда отобьет у Вас желания попадать в месте лишения свободы. Берегите себя. Пишу от всей души.

«Записки зека: карантин- Часть-4». (продолжение) Зеки, Колония, ФСИН, Тюрьма, Лагерь, Карантин, Длиннопост
Показать полностью 1
91

Зона ЗК. «Записки зека: карантин- Часть-3».(продолжение)

Друзья, я рад, что стало столько подписчиков. Ночь напролет пишу третью часть. Предыдущие, ссылки:

«Записки зека: карантин- Часть-2».(продолжение)

для тех кому трудно утром встать


Итак, третья часть.



Зона ЗК. «Записки зека: карантин- Часть-3».

(продолжение)

Чехов в своем рассказе «Палата номер 6» в виде диалога врача и пациента интересно расписал границы мира – они у нас в голове. И не важно где ты находишься – в открытом мегаполисе или закрытой душной камере (в случае Чехова – в палате). Главное, как именно человек воспринимает действительность. Что для тебя границы мира? Иногда эти границы могут сильно и резко сузиться. И происходит это в местах лишения свободы.

В прошлых постах я описал как «заехал» в колонию-поселение, как осудили и бегло начал рассказ о карантине, в который помещают зеков на две недели с целью «акклиматизации». Есть еще одна цель – администрация «присматривается» к заключенным, делая выводы - что от них ждать в дальнейшем. Сегодня я продолжу эту серию статей.

Оказавшись в карантине, помимо всего прочего бросилось в глаза то, что все сидят на стульях или ходят. Ни один человек не лежал. Казалось бы – вот они кровати, но… есть большое НО. Согласно режиму лежать на кровати запрещено в дневное время и вообще, кроме часов после отбоя. Никак – не прилечь, ни облокотиться, ни прислониться. Только стул – или хождение по периметру хаты карантина. И не приведи Господь тебе уснуть или задремать – нарушение режима – «кича». Три «кичи» - перережим и здравствуй колония общего режима. А то и строгого – как решит суд. Конечно, это непривычно – за две недели #опы зеков принимают форму седалища табурета, зад деревенеет и становится частью стула. Именно в отбой, когда ложишься хоть на скрипучую и провисающую пружинами кровать понимаешь – вот оно то, чего не ценишь в повседневной жизни. Жизни, которая была так недавно.

Уже через час после моего появления в карантине показался дежурный – положил на стол машинку для стрижки. Молча посмотрел на меня, на машинку и вышел. Машинка предназначалась мне. Кто-то из зеков взял нехитрое устройство, усадил меня на все ту же табуретку и через 5 минут я был абсолютно лысым. По-другому нельзя – длинна волос не должна превышать двух сантиметров. Посмотрев в зеркало я окончательно убедился в том, что теперь я «настоящий заключенный». Узник совести.

Шли дни, проходили шмоны, редкие прогулки, длившиеся по 10-15 минут были глотками свежего воздуха. За эти 15 минут некоторые заядлые курильщики успевали выкурить по 4 сигареты, ибо они изымались при досмотре на входе в хату – в карантине курение запрещено. Хотя, где запрещено, там всегда найдутся лазейки. В сортире, под самым потолком, была вентиляционная шахта, а в ней годами проделываемая зеками дырка. То есть дыра, которую невозможно заделать. Для полноты картины скажу, что окно в сортир – большое стеклянное и насквозь просматривается через стекла в дежурной части. Карантин для того и сделан напротив дежурной части, чтобы сотрудники видели зеков как рыбок в аквариуме. Но и при таком раскладе удавалось покурить. Дежурный – человек, а человеку нужно и в туалет сходить и в телефоне может отвлечься, а то и вовсе пообедать. Вот тут зеки по очереди и курят, заталкивая губы с выходящим дымом чуть ли не в саму шахту. Но иногда происходит непредвиденные ситуации, а порой и комичные. Одну не могу не вспомнить.

Копченный, длинный жилистый и смуглый мужик, лет 40 от роду, отбывающий по статье «ну погоди» (угроза убийством – 119 статья УК РФ), сто раз оглянулся, проверил отсутствие дежурного на посту и, не предупредив никого, вытянулся в стойке сурка – ногами стоя на приунитазном пространстве, губами впиваясь в вентиляционную шахту. Обычно в таких случаях зеки предупреждают о своих намерениях и просят кого-то постоять на «атасе» – дежурный может войти в любую секунду. К слову сказать Копченый и так был придурковатого типа, и жил в своем мире – мире, где вместо мозга телом заправляет то, что от него осталось в следствии алкогольных возлияний. Простыми словами – сильно «затянутый». И, надо же было такому случится, в момент, когда Копченный наполнял организм никотином резко лязгнул замок, открылась решка (решетка перед входом в хату) и на пороге появился дежурный. Моментально почувствовав запах сигаретного смога, он без лишних слов направился прямиком в отхожее место. Но и у Копченного сработали остатки разума - он не придумал ничего лучше, как мгновенно присесть над зияющей дырой, что должно быть унитазом. Открыв дверь, и увидев полные ужаса глаза Копченного, между ними состоялся диалог, который останется в моей памяти на всю жизнь:

- О! Коптеев! Ты че, ср#шь тут?

Онемевший Копченный, сидящий на корточках в позе «орла» только утвердительно мотнул головой.

- Как то странно ты ср#шь, Коптеев. А че штаны не снял? В штаны прямо что ли валишь? Долго терпел? Вижу долго – аж дым из носа и #опы валит…

В прошлых статьях я рассказывал, что бывают обычные дежурные и «свои» - в данном случае оказался свой. Он громко поржал, захлопнул дверь карантина и удалился. Пожарная тревога в этот раз не включилась администрацией. Копченный остался в хате, хотя «кича» ему светила стопроцентная.

Обошлось в этот раз, но не обошлось в другой. Именно в следующий раз при аналогичной ситуации, только уже с другим зеком, дежурный включил пожарную тревогу. Для всей колонии это значило только одно – свернуть матрац в «рулет» и с ним, в руках на перевес, выбежать на плац для внепланового просчета. Удовольствие, скажу, то еще. Говорят, в былые времена за подобное непослушания с никотином в карантине, зеков заставляли бегать по плацу с теми же матрацами. То есть не тех зеков, кто покурил в карантине и кто там находится, а тех, кто живет в бараке, в общей массе. А теперь представьте последствия таких вылазок. Эти обезумевшие глаза на плацу, сотни глаз, держащих тяжелые «рулеты» и с бешенной яростью смотрящие в окна хаты карантина, вычисляя «виновника торжества». Таким образом администрация боролась с вредными привычками зеков в течении этих двух недель изоляции.

Три раза в день в карантин заглядывала и сама администрация – это были так называемые просчеты (поверки). Заходили всегда разным составом. В обед считали, как правило, просто дежурные с начальником отряда – или отрядником. Утром практически также. А вот вечером всегда приходят именитые гости – начальник поселения, сам начальник колонии, но как правило «гостем» на просчетах был ДПНК (дежурный помощник начальника колонии). Это, конечно, не те просчеты, что в бараке, но имитация их имела место быть – нас готовили. К чему – обязательно узнаете, читая серию моих статей про колонию. При поверке зеки выстраиваются в шеренгу, и дежурный по хате произносит речь дословно следующего характера:

«Осужденный – ФИО – статья #, начало срока, конец срока – происшествий в карантине не выявлено». «Дежурными» по хате обычно выставляются кому все по барабану – потому как говорить данную фразу администрации считается не приемлемо. Поэтому кто как может, тот так и выкручивается. Некоторые тупят и молчат, другие говорят через слово или невнятно. Отчет перед администрацией является «западлом». Опять же, если дежурный по хате не отчитался – «кича». Здесь, как любят выражаться зеки, приходиться «лавировать».

Наверное, настало время вводить героев в серию моих статей. Их будет не много. Я не буду описывать всех подряд – это будет скучно. В большинстве своем случаи у всех заурядные – как в фильме – украл, выпил – в тюрьму. По 158-ой статье. Эта самая распространенная статья в поселении. Такие люди со своими историями банальны. Ну, есть и уникумы, чьи истории заставляют задуматься. Еще раз повторюсь – про тяжелые статьи, например -105-ая убийство, с которыми я столкнулся впоследствии в СИЗО при этапировании, я расскажу позже, а сейчас говорим об обывателях «барака» поселка, где сидят от трех дней и до семи лет (максимум, который был при мне). Как повторяют зеки – «год – не срок, два – урок, три - …дальше не помню, ибо мой срок был именно два года. Я не буду называть реальные имена, фамилии и клички. Наверное, потому, что это не этично – чужие судьбы. Но будьте уверены, истории и люди, о которых я сейчас и в дальнейшем расскажу – реальны. Я с ними жил, находился в их среде, наблюдал за ними, со стороны подмечал повадки и поведение.

Еще когда только дежурный завел меня в карантин в самом начале – в глаза бросился взгляд и лицо человека. Это лицо не перепутать не с чем – откровенная схожесть с известным маньяком Андреем Чикатило была потрясающая. Тот же безумный взгляд, очки, дьявольски кривая улыбка. Это был Валера Шаповалов и он был моложен своего двойника – ему было 30. Естественно, как и в большинстве случаев, из-за очков имел кличку «фара». Беглого взгляда на поведение Валеры было достаточно, чтобы понять, что он, как бы это помягче выразиться, дебиловатый. Тот случай, когда диагноз 7Б виден без всяких подтверждений. Валера отучился в школе в забитом забайкальском селе 3 класса, после чего по инвалидности стал обучаться дома. Вернее, якобы стал. Читал он плохо, писал еще хуже, говорил заикаясь. Речь была скудной, кругозор ограниченный. Как бывает обычно у таких людей, с неполноценным интеллектом – имел хорошую физическую форму и недюжую силу. К примеру, при проведении ПХД (уборки) Валера мог в одни руки передвигать тяжеленные кровати, с которыми едва справлялись трое. Или напилить в баню пол «КАМАЗА» дров опять же один, используя тупую пилу на две ручки для двоих. На воле получал пенсию по инвалидности – зрение было никудышным (носил очки невероятной толщины) и подрабатывал грузчиком в местном сельпо. Калымил. Отбывал Валера наказание по 167 статье – порча чужого имущества. Выяснилось, что Фара был когда-то женат, прожил в браке счастливых два месяца, после чего узнал, что жена ему изменяет. В деревне это узнать не сложно. Не придумав ничего лучшего, Фара смочил носовой платок бензином и пошел к «резвящимся» выяснять отношения. Просканировав окна и увидев безутешных любовников, фара подпер двери в дом бревном, заложил под крыльцо смоченный в горючем платок и поджог. Ушел дворами. Ни о чем не думал. На утро Шаповалов уже сидел в районном КПЗ и давал показания. Любовники сбежали через окно – не пострадали. Дом полностью сгорел, вместе с надворными постройками и находящимся там скотом. Суд «насыпал» Фаре 5 лет колонии-поселения и полтора миллиона штрафа в качестве компенсации за причиненный вред. Суд оказался гуманным. Ему не стали «впаивать» иные статьи, сделав скидку на его дебильность. В карантине Фара всегда молчал и только иногда посмеивался своей улыбкой аля Чикатило.

Зекам нравилось подтрунивать над Фарой, не зная, что он был женат. Любили спрашивать - была ли у него когда-нибудь женщина или он в этой жизни познал только как «душить гуся». Фара молчал, улыбался. Было видно, что все происходящее он воспринимает как минимум на 60% - не больше. Да и то в своем измерении.

В следующем номере я продолжу описывать свое пребывание в одной из колоний-поселений Забайкальского края. Цель моих статей – заставить задуматься людей перед тем, как совершить правонарушение и развеять мир «блатной романтики». Я буду много рассказывать – вы узнаете как раскидывают по хатам из «общака» «чай-курить», с кем можно чефирить, а с кем нельзя, как происходит «отоварка» зеков продуктами на деньги, которые они зарабатывают на немногочисленной работе. Я расскажу почему в тюрьме в одной камере сидят поселенцы и матерые уголовники- убийцы, как раскидывают в СИЗО по разным боксам петухов, красных, мужиков. И как проходят прогулки под крытой крышей. Берегите себя.

Зона ЗК. «Записки зека: карантин- Часть-3».(продолжение) Зона, Лагерь, Тюрьма, СИЗО, Колония, Длиннопост
Показать полностью 1
177

«Записки зека: карантин- Часть-2».(продолжение)

Всяк заезжающий в колонию-поселение новый зек наивно полагает, что в данном «учреждении» охотливо идут на уступки и отпускают на выходные домой. Хотя бы тех, кто хорошо себя ведет, не нарушая режима. Хотя бы тех, кто живет по близости с местом отбывания. Спешу развеять этот миф – коль скоро ты пересек ворота колонии, выйти ты сможешь либо по окончанию срока (по звонку) в худшем случае, либо в лучшем – по УДО – опять же в случае отсутствий нарушений режима. А не нарушить его – это как танцевать по осени на бочке с виноградом и не раздавить ни одной ягоды.

Карантин встретил меня хмуро и уныло. Адресованный вопрос «Ровно ли все по жизни», о котором я писал в прошлом номере газеты, предполагал ответ на вопрос – нигде ли я не «накосячил». А таких косяков, поверьте, может быть масса – начиная от прошлой жизни и заканчивая жизнью в той же тюрьме (СИЗО). Помимо слов зека, его проверяют дополнительно. Для этого есть смотрящий за карантином. У всех новых зеков при выводе в столовую (отдельной группой при карантине – не сталкивая с основной массой) интересуются ФИО, годом рождения, местом жительства, отбывал ли ранее и если отбывал, то где. Это называется «отписка». Особенно ловко «отписка» работает как раз на тюрьме, где связь безгранична – начиная от «местных телефонов» - что-то наподобие детских телефонов на проводах времен СССР и заканчивая кабурами – специальными отверстиями в стенах камер для общения зеков между собой.

Ну а уж если были в твоей жизни «неровности» - тебе ставится отдельная кровать и питание за отдельным столом. Для таких в колонии отличные от других стулья, места, лавочки, тазики, траектория движения. У них своя работа и свои хаты. Данная каста называется «обиженные». Опять же некоторые наивно полагают, что обиженные – это гомосексуалисты. Не обязательно. Больше скажу - в большинстве случаев не всегда. «Угнать» в обидосы могут за конфликт между зеками, за любой непонятный момент. Ниже петухов разве что фуфлыжники – проигравшиеся в карты и не отдавшие долг. Кстати при движении по колонии обиженный имеет свой крючок в раздевалке и не имеет права дотрагиваться хоть краем одежды до остальных зеков. Иначе сам же об этом пожалеет. На просчете они стоят отдельно. Вопрос очень тонкий и сложный и я обязательно вернусь к нему и напишу как живут «обидосы» в колониях.

Но вернемся к нашему карантину. После отписки в столовой, меня вывели дежурные и «передали» завхозу. Сразу скажу, что быть завхозом и «баландером» (человек в столовой на раздаче) в колонии не приветствуется. Как сейчас модно говорить – «от слова совсем». Все потому, что завхоз вроде как помогает администрации (в том числе носит им белье и матрацы на ночь), а баландер – обычный шнырь.

Завхоз – молодой парень – показал на каптерку и предложил сходить за «рулетом». Как вы уже догадались – «рулет» - это скрученный матрас и постельное белье, включая одеяло. Одеяло в каптерке были исключительно двух видов – тонкое с дырками и, наподобие армейского, которое теплое, но колючее и очень «кусается». Видя мой вопросительный взгляд и желание взять именно теплое одеяло, завхоз остановил – «не для тебя». Это в дальнейшем я обзаведусь подобным теплым одеялом, пообещав в качестве благодарности немного сигарет, а пока мне предстояло две недели холодных мартовских ночей при слабом отоплении.

Еще когда мы только выдвинулись с завхозом, заметил «хвост». Здание каптерки и общежития (а по совместительству и «офисом» администрации, включая дежурную часть) расстояние не более ста метров и не увидеть группу зеков, следовавших за нами с завхозом через плац, было не возможно. Завхоз устранился, и я оказался практически в кругу молодых и не очень людей, излучающих некий, как мне показалось, негатив.

- Охранником нигде не работал? Военным не был? – отрезал чей то сиплый и наглый голос. Вроде как вопрос банальный, но как оказалось серьезный.

- Нет, не работал

Вопрос служил ли я в органах правопорядка, был бы глупый и зеки его не задают, ибо понимают, что в подобных случаях зек заезжает на «красную» зону. А вот к военнослужащим относятся с точки зрения опять же «неприемлемо». В большом мире романтики таких называют «погонами». При моем сроке «погонов» было четверо – двое сидели по статье 228 – не вдаваясь в подробности УК скажу, что за «наркоту». Лишние граммы травы при перевозке, изъятие и т.д. Двое других отбывали по статье, как ее принято называть среди зеков - «СОЧИ» - по другому от аббревиатуры «Самовольное оставление части», ну или по-русски – дезертирство. Кстати, обычно отбывают наказание по месту прописки, в нашем случае один из погонов был из Питера. На редкость умен – помогал писать всем ходатайства (в добровольно-принудительном порядке) и прочие юридические тонкости. Судят «погонов» военный суд, а тот, как ни странно, ни имеет ни малейшего снисхождения к своим бывшим подопечным и врубает «максималку» по сроку. Происходит это в 99% случаев. То есть если статья предусматривает наказание, скажем, от года до пяти, то военный суд обязательно «насыпет» пятерку. И не всегда колонии-поселения. Режим (поселение-общий-строгий) уже зависит от судьи. Почему так происходит – мне до сих пор не понятно. Могу предположить, что защитники и милитаристические лица страны не должны уподобляться грязи. Но, люди они такие люди. К слову скажу, что завхоз был как раз «погоном» и имел «СОЧИ». Именно поэтому его и назначили на эту «престижную» должность.

Задав еще немного нейтральных вопросов в каптерке зеки окончательно убедились, что к криминальной среде я не отношусь, «плохо себя не вел» и более не представляю для них интереса. Материализовавшийся опять откуда-то завхоз показал место где закинуть сумку (все стеллажи были переполнены) и предложил закурить.

Забегая наперед скажу, что курить с завхозом можно и иногда даже нужно, ибо человек он полезный. Но вот курить «одну на двоих» или докуривать, оставлять – не по понятиям. Как говорят зеки «потом не вывезешь за это». Покурили, перебросились парой слов. Завхоз оказался не глупым и подобно мне далеким от криминального мира.

Каптерка представляла собой большую гору сумок, аккуратно расставленных на деревянных самодельные стеллажи. В сумках зеки хранят все то, что нельзя хранить в прикроватных тумбочках в хатах. А хранить в этих тумбочках можно – практически ничего – зубная щетка, паста, туалетная бумага, документы, мыльница, не более 3 пачкек сигарет, 1 книга, катушка ниток и еще пара-тройка мелочей. Все остальное в каптерке. Если зек осмелится набить тумбочку чем-то более другим, хоть пусть даже более тремя пачками сигарет – нарушение режима. А нарушение режима это что – правильно, «кича» - одиночный карцер. А что такое одиночный карцер (пусть даже один) – это занесение в личное дело, нарушение режима и – до свидание, УДО. Вы спросите – да кто проверяет эти тумбочки – «шмоны» происходят постоянно. «Подкидывают» тумбочки, матрац с постелью, всю хату и все отверстия в ней – начиная от дырок в линолеуме, страниц в книгах и заканчивая обследованием оконной рамы. На моей памяти остался случай, когда выписали не «кичу», а предупреждение одному пухлому, который по своей дурости не доел хлеб в столовой, а запасливо убрал его в тумбочку накануне внезапного «шмона». В ходатайстве на УДО администрация ему отказала. Дело в том, что администрация не разбирается в структуре нарушений – хлеб это или не дай Бог неучтенная иголка, спрятанная в подушке – она смотрит сам факт наличия нарушения и от этого пляшет. Как сложилась в дальнейшем судьба этого пухлого сказать не могу – я освободился раньше него.

Вернувшись в карантин, я принялся заправлять постель. И тут очередная новость – постели тоже заправляются «по понятиям». Нет, не как в армии по сантиметрам, а именно по понятиям – «по белому» или «по черному». В первом случае ты заправляешь постель действительно как в армии (согласно памятке, тут же висящей в карантине). Во втором случае – абы как. Тем самым ты выражаешь протест администрации и причисляешь себя к миру «зоны». Обычно так делают уже сидевшие зеки или стремяги. Незаправленная постель – нарушение режима. И, как уже описано выше – «кича».

Как всегда хотел написать менее развернуто, но сами понимаете – это просто невозможно. Это другой мир. Другая реальность. В следующем номере я продолжу рассказывать как я провел эти две недели в карантине – почему можно сидеть только на стульях, как бреют наголо и кто от этого отказывается, как «греют» карантин зеки и почему в нем никогда не останешься без сигарет (хотя курить в карантине строго запрещено), а также куда зеки прячут эти самые сигареты. Как проходит ПХД и как три умывальника (один из которых нерабочий) и 1 унитаз справляются с толпой зеков по утрам. Как стираются прямо в карантине и еще много другого.

Это серия статей человека, отбывавшего наказание в одной из забайкальских колоний поселений. Я расскажу много интересного и в дальнейшем – как я разгадывал сканворды с убийцами в тюрьме, как зеки чефиром встречают праздники и «вписки», как коробок спичек повлиял на судьбу человека и еще много интересного. Пишу с одной целью – предостеречь людей от необдуманных поступков, поступков в нетрезвом состоянии и напомнить, что перед тем как употреблять алкоголь ключи от автомобиля лучше съесть.

«Записки зека: карантин- Часть-2».(продолжение) Зеки, Лагерь, Пьянка, Тюрьма, Совесть, СИЗО, Длиннопост
Показать полностью 1
124

Записки зека

«Там по периметру горят фонари…» - слова из припева хита «вечного» Наговицына почему-то враз начинают по-другому звучать в мыслях и восприниматься когда попадаешь как раз туда, где по периметру горят настоящие фонари, где собаки, где заборы и где «свободу» вроде как и видно – а не возьмешь «ногами».

Это будет серия постов, в которой я расскажу, как идеализированная «блатная» романтика перестает быть оной, разбившись о быт заключения, понятия, условия, искалеченные прямо там судьбы и многое другое. Я расскажу про поверки и проверки, про отношения с сотрудниками, про «семьи», гигиену и может, даже расскажу про побег, который случился когда я отбывал. И поверьте, это будет не тот побег, который устроил Майкл Скофилд в известном сериале «Побег». В нашем случае суровых российских реалий будет все гораздо прозаичнее и печальнее. Поведаю о редких мгновениях просмотра телевизора, перечня книг в библиотеке и о свиданиях. Да, тех самых, где, как поет тот же Наговицын – «на свиданке хата для двоих». Про культуру пития «чая», про запрещенные предметы, про этапирование, про «шмоны», кичу и все, что с этим связано. А еще о работе в колонии и как зеки сами просятся выйти на нее, умоляя администрацию хоть должность помощника на той же пилораме. Это будет повествование человека, первый раз осужденного, или как говорят «первохода», попавшего туда, про что вспоминать сейчас не хочется. Но это был отрезок жизни, ее часть и может данный текст пойдет на пользу тем, кто все еще идеализирует тот мир и пытается в него всеми силами попасть.

Не секрет даже за пределами Забайкалья, что край наш исторически стал каторжным, может это и есть злые шутки генов, делающих свое дело и диктующих молодежи их нынешнее поведение и устои. Но в лирику вдаваться не буду, а начну. Просто сразу возьмем и перенесемся к воротам одной известной забайкальской колонии-поселении. Вы спросите почему я не называю ее номер? Да потому что в них настолько все одинаково, что называть номер просто не имеет смысла. Как бы сказали инженеры – «по типовому проекту».

Попал я туда не случайно и узником совести стал далеко не просто так. Писать, что, мол, каждый ошибается, я не буду – глупо. Скажу одно, 90% отбывающих в колонии-поселении зеков совершили свой поступок в состоянии алкогольного опьянения. Я не исключение. Только подельником в моем случае стал – мой собственный автомобиль, на котором я и совершил преступление. А чтобы изначально и в дальнейшем не возникало вопросов – мое преступление предусмотрено статьей 264-ой УК РФ, за которое суд назначил мне наказание (сейчас будет строчка «казенным» текстом) в виде двух лет лишения свободы с отбыванием в колонии-поселении.

Обычно с таким приговором зеки поступают в колонию двумя путями – либо приезжают «до места отбывания» самостоятельно, либо через тюрьму. Для уточнения терминологии скажу, что тюрьма – это не общее название мест лишения свободы, «тюрьмой» называют СИЗО. Сами понимаете, во втором случае из СИЗО этапируют спецтранспортом, а в первом случае, зачастую, подвыпившие зеки приезжают и чуть ли не заваливаются с призывом «вот он я, забирайте».

Про СИЗО и этап я еще много что расскажу, а пока вернемся к нашим воротам перед колонией-поселением. Старенькие, с гербом и символикой УФСИН. С бетонными блоками змейкой перед ними – на непредвиденный случай.

Вот так, с сумочкой, собранной подобно больничной с вещами первой необходимости и мыльно-рыльными, я и зашел за ворота. Все как во сне – то, что я выйду из этих же ворот очень не скоро я даже не думал. Вернее – не хотел думать.

На КПП встретил низкорослый парень-зек с беджиков на груди, на котором значилось – ФИО, статья, дата начала и окончания срока. Зек был без охраны и очень недобро на меня посмотрел. «О, расконвойник, - подумал тогда я, - буду себя хорошо вести – стану таким же и с этой теплой мыслью пошел оформляться в спецчасть – так мне указал зек с КПП.

После двух часов стандартных процедур – фото, документы и 101-м разом «откатывания» «пальчиков» дореволюционным способом (о сканерах, подобных тем, что стоят в миграционной службе там еще не узнают как минимум пару десятков лет) все было оформлено. Вскоре появился конвоир – опять же молодой улыбчивый парень в пятнистой форме и мы пошли извилистой весенней тропой куда-то в сторону жилых зданий.

По дороге шли молча. Опять ворота, опять замки, лязганье замков, «стакан» и – конвоир обернулся и с той же улыбкой произнес – «ну вот ты и дома…».

Отвлекусь на секунду и скажу про конвой. Возможно, из тех же блатных песен я слышал, что их называют и «вертухаями» и «дубаками» и более грубо. Сразу скажу – за весь срок называли их только по отчеству - так заведено. Это естественно относится только к дежурным. Дежурные делятся на «хороших полицейских» и «плохих полицейских» - как в фильме. Все они придерживаются регламента службы, просто некоторые из них делают кое-какие послабления зекам. Об этом тоже напишу. При моей отсидке «хороших» дежурных был – …один. И как в последствие оказалось, именно он меня и «принимал» от спецчасти до колонии.

За большими заборами и колючими проволоками – общежитие, большее похожее на военную казарму. Вроде все чисто, побелено, а серо, уныло. Внутри сразу на входе – с одной стороны дежурная часть. С другой – «аквариум» - огромное окно, изолированных в карантине.

В дежурке полный досмотр. Да полный. Сначала сумка – мои железные кружки, ложки, вилки «ушли в доход казино» - посуду можно только алюминиевую (она легкая и зеки не прибьют друг друга в случае драки). Вилки – нельзя. Про ножи и открывашки – молчу. Костюм защитного цвета также перешел «в зрительский зал» - его «откатали» - одежда военного цвета или любого пятнистого, хаки – запрещена. Любимая книга Обручева «Земля Санникова» оказалась без печати колонии – цензор не проверил – изъяли. Лекарственные препараты – в отдельный пакет (где маркером я написал свою фамилию) и в сейф. С носками, трусами и парой-тройкой трикушек наряду со спортивным костюмом я пошел в карантин.

Карантин – это место, где зеков держат 2 недели не для выявления болезней, а скорее для акклиматизации. Хотя, за эти 2 недели и был этап в СИЗО для анализов. По сути – карантин – большая «хата» на 20-30 мест и много зеков, которые ходят туда-сюда. Увидев новенького, все уставились на меня. Степенно расселись на стульях. Интерес был неподдельный – такому количеству народа просто тесно в замкнутом помещении – прогулка всего 3 раза в день по 5-7 минут. И опять стены. Посмотрев на уставившиеся на меня лица я понял, что моя «блатная» жизнь началась. А началась она с хриплого баса, сидевшего по середине с нагловатой рожей «пузана» - бас спросил четко и уверенно:

- По жизни все ровно? Сам кто по жизни?

Записки зека Тюрьма, Лагерь, Колония, Понятие, Осужденные, ИК, Наговицын, Длиннопост, Текст
Показать полностью 1
1075

Когда не хочешь быть плохим родителем 12

Собственно, сейчас общаюсь с родителями детей не лично, а через сообщения в группе ВК, что не позволяет родителям переходить на личности и немного дистанцирует меня от них. Ну и ко всему, я могу отредактировать сообщение прежде чем отправить, что позволяет сформулировать сообщения максимально нейтрально, но иногда я все равно впадаю в ступор, как переформулировать все мое негодование. Вечерний чат с родителем ребенка. отдыхающим в лагере (М-мамка, Я-я)

М - У меня девочка в полном унынии. Участвует во всех конкурсах, не берут никуда. Такой жёсткий отбор? Так ведь детям участие главное.

Я - Никакого жесткого отбора, проходил просмотр на гала-концерт, так как мы не можем сделать 400 номеров, чтобы все дети выступили. Во всей остальной деятельности дети участвуют без какого-либо отбора.

М - Она танцевала вроде и пела на просмотре. Но никуда не прошла. Вот и расстроилась. Я не понимаю просто, как так можно - везде участвуют одни и те же. Да, другие очень талантливы, но почему они везде. Неужели Машенька не достойна вообще никуда. Она бьётся как рыба об лёд, чтобы заработать хоть один диплом, все безрезультатно. Вообще никуда не взяли, даже на гала-концерт. У неё уже комплекс неполноценности, она только и повторяет, что она ЛОХ. Сжальтесь над девчонкой. Разве вы не видите, что выбирают одних и тех же. Надо и другим давать шанс.

Последний крик отчаянья. Скажите, почему она вообще никуда не подходит? Она действительно лох?

Мы со второго класса в лагерях, но с такой стеной никогда не сталкивались. Ребёнок активный, а тут сделали из неё неудачницу, которая везде пытается, но НИКУДА не подходит. Забрать её у меня нет возможности.

Я - Вожатые не в силах запретить ребенку где-то участвовать, да им это и не нужно. На гала-концерт проходил отбор, из 400 детей выбрали 20 участников, так выпало, что вашего ребенка среди них не было. Но это пока единственный отбор, который проходил в лагере, во всей остальной деятельности участвуют ВСЕ дети

М - Неправда. На гала-концерт понятно, что самые талантливые. Но на другие мероприятия! Ее никуда не выбирают на главные роли. Да, скажу ей что она и есть неудачница.

Значит моя самая не достойная, раз участвуют Все, кроме неё.


Тут я охренела от того, что мать так спокойно написала мне о том, что ее ребенок неудачник. Но потом все прояснилось


М - Так Вы ей не поможете?

Я - Если Вы так настраиваете ребенка, то как мы можем помочь? Мы стараемся задействовать детей в самой разнообразной деятельности.

М - Не я так настраиваю. У неё уже крик отчаянья. Поддержать её совсем не надо? Взять на какую-нибудь главную роль? Чтобы ребенок не чувствовал себя ущербным?


Тут пазл сложился. Мать готова опустить своего ребенка в глазах незнакомого ей человека, только чтобы выбить ей какие-то главные роли в лагерных постановках. Понятно, что бедной Машеньке она бы скорее всего это не написала, и рассчитан этот театр только на то, чтобы вызвать у меня жалость, но это все равно очень мерзко, как по мне.

2393

Лагерный бизнес

Увидел несколько постов про детей-предпринимателей и вспомнил свою историю.
Сколько себя помню у моих родителей был домик в селе. Покупался изначально для матери отца (моей бабушки) чтобы она жила поближе, но она категорически отказывалась переезжать. В итоге у нас появилась так называемая дача и в мою жизнь ворвалась просто безумная масса сельских приключений. Одно из моих любимых занятий в селе было - ловля ящериц. Многие почему-то их боятся, а мы их ловили целыми ведрами. Выбирали себе по самой красивой и отпускали остальных. Но придя домой даже самая красивая ящерица предательски отпускалась мамой на волю) Но умение ловить ящериц росло у меня феноменально, и именно это умение и пригодилось мне гораздо больше чем я ожидал.
Меня отправили в детский лагерь на море. Я не помню каким именно образом так получилось, но большинство обитателей были маленькими урбанистами и навыками деревенской молодежи не владели в принципе. Однажды идя длинный путь к морю я заметил ящерицу. Я очень быстро ее поймал и даже не стал никому хвастаться, просто шел себе с ящерицой в руках к морю. Для меня это была обыденность. Один мальчик заметил ее и пришел просто в дикий восторг. Практически сразу он предложил мне за ящерицу целых 2 гривны, что на момент того времени (2004-2005 год, точно не скажу) были довольно неплохие деньги. Помню что всего родители дали мне в лагерь около 100 гривен на все время, и это уже было немало. В ту же минуту как я продал ящерицу я понял - в ближайшие дни я буду торговать ящерицами и заработаю кучу денег.
На следующее утро я встал гораздо раньше вожатых и побежал на ближайшую полянку. Я отдолжил в туалете тазик уборщицы и буквально за час наловил ящериц. В моем отряде я не стал продавать их, а пошел сразу в отряд более младших детей (Ох, как же тогда была существенна эта разница. Чувствовал себя просто дядькой в сравнении с ними, а по факту год-два разницы). Половина ящериц продалась за минут 5. Остальную же половину быстро продать не удалось, а ходить с ними весь день мне было лень и я их отпустил. На этом я считал свой бизнес окончен. Заработал денюжку и ушел на пике, так сказать). И тут на следующее утро произошло то, чего ну я совсем не ожидал. Все кто купили у меня ящериц до этого пришли ко мне за новыми. Вожатая оказалась недовольна их новыми питомцами и заставила всех их выпустить на волю. Молодняку же питомцы нравились и они хотели купить новых.
3 дня вожатые не могли вычеслить неуловимого продавца ящериц. Он будто был криминальным гением и всегда был на шаг впереди них. Ладно, меня просто первое время не искали) Когда вожатые наконец-то поняли, что ящериц дети покупают а не ловят сами - меня нашли очень быстро. Я помню что из этого пытались сделать просто гигантскую проблему. Меня водили к директору и звонили родителям, и мне было безумно страшно. Когда мне позвонил отец - я чуть не умер от того как билось мое сердце. Папа позвонил мне, спросил правда ли то, что ему рассказали про меня. Как только я признался - папа просто начал дико хохотать в трубку) Мне не передать какие положительные эмоции я испытывал в тот момент. Отец всю жизнь работал в продажах и он испытывал за меня гордость)
Больше ящериц я не продавал, от греха подальше. Но это теперь любимая история моего папы)
Прошу прощения, что такой длинный пост) Можно было сократить, но захотелось поделиться именно так) Всем спасибо, всем хороших продаж)

581

Дети войны.

Во время Великой Отечественной войны детей и подростков угоняли на принудительные работы в Германию. Пройдя через фашистский плен, некоторым из малолетних узников посчастливилось вернуться домой. Воспоминаниями о жизни в трудовых лагерях с корреспондентом поделились жители Смолевичского района.
Мария Рящикова: «Чтобы уснуть, клала в рот кусочек глины»

Дети войны. Великая Отечественная война, Дети, Плен, Лагерь, Память народа, Длиннопост

Мне было пять лет, когда нашу семью вывезли в трудовой лагерь. Мы жили в то время в деревне Жабыки Оршанского района. Она находилась недалеко от железной дороги. Во время войны нацистам было удобно гнать пленных на Брест, а затем везти их через Польшу в Германию.

Дети войны. Великая Отечественная война, Дети, Плен, Лагерь, Память народа, Длиннопост

Марии Рящиковой посчастливилось вернуться из фашистского плена.


Помню, как каратели пришли к нам во двор и приказали собираться. Моя двоюродная сестренка Таня, которая жила вместе с нами, взяла с собой балалайку. Одного нациста это очень разозлило: он ударил Таню, выхватил балалайку и разбил ее об угол.
Нас вместе с другими пленными погрузили в теплушки для перевозки скота и куда-то повезли. Невозможно было ни присесть, ни прилечь. В вагоне толпа людей — словно селедок в бочке. В Бресте нас пересадили на «студебеккеры» и отправили в Германию. В сентябре 1943-го мы оказались в трудовом лагере «Дюшендорф» в городе Мелле.
Мама и бабушка работали на железной дороге, им помогала 9-летняя Таня. Жили в вагончиках. В каждом стояло несколько кроватей, стол, шкафчики. Убежать нельзя: за всем наблюдали немецкие охранники с собаками.
Однажды после обстрела железнодорожного состава в дом одного из немецких «бауэров» привезли раненых. Не знаю, «наших» или германцев. Истекающих кровью людей сгрузили на пол, а потом сортировали на живых и мертвых. До сих пор помню, как детей из трудового лагеря заставляли убирать за ними кровь…

Дети войны. Великая Отечественная война, Дети, Плен, Лагерь, Память народа, Длиннопост

Сегодня Мария Петровна живет в деревне Кривая Береза.


Кормили в лагере очень плохо. Давали пустой суп из брюквы или сои. Выжить помогла русская девушка Полина. Она работала неподалеку, у фермерши Пранды. Когда Полина узнала о нашей семье, она стала потихоньку нас подкармливать: оставляла еду в поле, а мама, когда охрана не могла видеть, ее забирала. То яблочко нам принесет, то кусочек хлеба.
Недалеко от лагеря был сад зажиточного немца. Вместе с другими ребятишками я помогала ему собирать груши и яблоки. Фермер обращался с нами очень грубо: обзывал свиньями, толкал в спину. Мы молчали: мама дала строгий наказ не открывать рта… И я не ожидала, что «бауэр» — так называли местных фермеров — разрешит взять с собой яблоки. Чтобы унести больше, я сняла свое пальтишко и сделала из него сумку: застегнула пуговицы, а горловину завязала косынкой. Туда положила яблоки и волоком потащила домой. Немец только удивлялся детской смекалке.
Нашу семью вместе с другими пленными освободили союзные войска. Американцы агитировали русских ехать в Аргентину рубить тростник. Мама с бабушкой отказалась. Осенью 1945-го мы вернулись на родину. В Бресте встретили родственника, который работал на таможне. Он знал, что ехать нам некуда, но сказать не решился.
Вернулись в родную деревню, а нашего дома нет. Сгорел. Уцелела только швейная машинка. Мама с бабушкой выкопали землянку, в ней мы прожили больше года. Помню постоянное чувство голода. Чтобы уснуть, клала в рот кусочек глины.

Потом приехал мамин брат и забрал нас к себе. А чуть позже с войны вернулся отец. Слабый, худой… Устроился шофером на спиртзавод в деревне Станиславово Дубровенского района.

На завод прислали нового инженера — Льва Тимофеевича. Он одолжил нам денег, на которые мы купили корову — черненькую Лыску. Бабушка ее как увидела — начала плакать: корова была вся серая от вшей. Мы нарвали полыни, наделали жгутов и вычесали телочку. Выпоили ее, выкормили и потом не могли ею нарадоваться: корова стала такой молочной, красивой. Со временем купили поросенка, посеяли огородик. Чтобы выжить, работали от зари до темна. Там же я вышла замуж, а в 1964 году переехала в Смолевический район. Теперь живу в деревне Кривая Береза. За свою жизнь не раз слышала, как молодое поколение сетует на судьбу. А я, вспоминая детство, думала: люди, не гневите Бога! Хорошо, что вам не довелось пережить то, что выпало на нашу долю…


Любовь Бута: «Карателям оставалось только бросить спичку»

Дети войны. Великая Отечественная война, Дети, Плен, Лагерь, Память народа, Длиннопост

В 1945-м Любовь Буту освободили из трудового рабства.


Во время войны мы вместе с односельчанами прятались на болоте. Однажды пришла женщина и стала звать нас вернуться в деревню. Она убеждала, что гитлеровцы никого не тронут. Поверили, отправились домой. Рядом с деревней нас и схватили фашисты.
И сегодня наворачиваются слезы, когда вспоминаю военное время. В 1944-м нашу семью вместе с другими жителями деревни Чисти-Товарищеские, что на Витебщине, схватили фашисты. Беспомощных людей согнали в сарай и заперли. Возле каждого угла снаружи сгрузили солому.

Карателям оставалось только бросить спичку.
Готовились к худшему, но приехал немецкий офицер и отдал другой приказ. Людей выпустили, выстроили в шеренгу, затем разделили на две группы. Одну загрузили в вагоны и отправили в Австрию. В мае 1944 года я, мама и брат с сестрой оказались в концентрационном лагере №299 в городе Грац. А оттуда нас вывезли на принудительные работы в хозяйство помещика вблизи города Вольсберг. Больная сестренка Вера осталась в родной деревне. Когда она умерла, ее похоронили соседи.
Мама, Софья Матвеевна, очень просила, чтобы нашу семью не разлучали. Удивительно, но нацисты вняли ее просьбе. Мы жили и работали у помещика Ганца. Кроме советских пленных в его доме работали девушка-украинка и парень-француз. Спали мы на лестничной площадке. Помню, как было холодно: плюнешь, а слюна замерзает.
День начинался с крика «ауфштейн!», что на немецком означало«вставать!». Я бежала кормить телят, а мама спешила на утреннюю дойку коров. Приходилось выполнять всю домашнюю работу. Брат Павлик сек ельник, а сестра Надюша помогала на кухне. Ее, как самую маленькую, жалели и иногда подкармливали. Остальным доставался салат из одуванчиков и фасоли, блинчики на постном масле. Три раза укусишь — и ничего нет.
У помещика мы жили недолго. В мае 1945-го нас освободили американские войска. Мне тогда исполнилось 15 лет. Помню, как кричала «ура!». Не представляете, какое это было счастье!

Дети войны. Великая Отечественная война, Дети, Плен, Лагерь, Память народа, Длиннопост

Люба с сестрой Надей.


В Минск приехали осенью. Страшное было время: нищета, воровство. Павел нес чемодан, а у мамы за плечами была небольшая котомка. К брату подошел мужчина и предложил свою помощь. Павел согласился, а тот схватил чемодан и убежал. Потом я увидела, как какой-то мальчишка пытается разрезать мамину сумку. Я стала кричать, и воришка убежал. Увидев это, прохожий мне шепнул: «Больше так не делай. Могла остаться без глаз».
Вернулись в деревню — а в нашем доме живут другие люди. Какое-то время делили с ними крышу над головой. Питались впроголодь. Не выжили бы, если бы не односельчане. То колбаски принесут, то картошки, то сала. Мама устроилась на ферму. Позже и я начала работать: пасла телят, трудилась в поле. Со временем мы завели собственное хозяйство — козочек, свиней, кур.
В конце 1950-х вышла замуж. У меня родилось трое детей, теперь уже есть и внуки.

Дети войны. Великая Отечественная война, Дети, Плен, Лагерь, Память народа, Длиннопост

После смерти старшего сына переехали в деревню Грива Смолевичского района, затем моего Николая Егоровича перевели на ферму в Драчково.  В этой деревне мы и остались. Богатая на события была жизнь, насыщенная. Многое, конечно, забывается, но войну, как ни старайся, из памяти не стереть.

Автор: Анна Халдеева
https://www.mlyn.by/2019/07/zastavlyali-vycherpyvat-krov-o-c...

Показать полностью 5
Похожие посты закончились. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: