"Красная Шапочка" - как хороший конец победил плохой⁠⁠

Красная Шапочка пришла в Россию в 1768 году.

В этот год была издана книга под названием «Скаски о волшебницах с нравоучениями» - это и были знаменитые "Сказки матушки Гусыни" Шарля Перро, переведенные Львом Воиновым и посвященные семилетней Наталье Нарышкиной, дочери Льва Нарышкина - двоюродного племянника Петра Первого и самой яркой звезды тогдашнего императорского двора.

Перевел Лев Воинов француза, честно говоря, в меру сил и способностей - достаточно привести названия: «Об обвороженных девицах», «О некотором человеке с синею бородою», «О батюшке котике в шпорах и сапогах», «О корчаге, в которой золу содержут», «Рикет в косе» и т.д. Но вот конкретно Красной Шапочке повезло: в отличие, например, от Золушки, она сразу стала Красной Шапочкой и никакого другого имени не носила. Вот первая страница сказки «О девочке в красненькой шапочке».

Несмотря на посвящение юной Нарышкиной, книга «Скаски о волшебницах с нравоучениями» была вовсе не детской, она адресовалась взрослой аудитории. Детский вариант сказок Шарля Перро с длинным названием «Повести волшебныя съ нравоученïями, на Россïйскомъ и Французскомъ языкахъ, сочиненныя Господиномъ Перольтомъ для детей» вышел только через несколько десятилетий, в 1795 году.

Девочке Наташе Нарышкиной к тому времени было уже за тридцать, она давно вышла замуж за графа Соллогуба, имела массу поклонников, в том числе князя Потемкина, и славилась при дворе своими сиськами.

Извините.

Как писали современники, "была знаменита своей пышной красотой". Прошу простить, я не специально, просто уж больно дело громкое было, как говорил Шарапов. В феврале 1787 года, во время таврического путешествия Екатерины Второй, когда императорский двор зимовал в Киеве, австрийский посланник граф Людвиг фон Кобенцль давал бал. И на этот самый бал графиня Соллогуб явилась в платье с таким обширным декольте, что произвела настоящий фурор, а граф Румянцев не сдержал реплики: «Ей Богу, нельзя лучше представить искушения».

К сожалению, о статях столь выдающейся женщины мы можем судить только по силуэтному портрету.

Но я отвлекся. Вернемся к Красной Шапочке.

В первых переводах Красной Шапочки царствовала классическая версия Шарля Перро с раздеваниями, поеданием живьем и плохим концом.

Но в 1826 году в журнале Н. И. Греча и Ф. В. Булгарина «Детский собеседник» выходит перевод Василия Жуковского (хотя, скорее всего, перевод был сделан его племянницей, известной детской писательницей Анной Золтанг).

Тогда впервые к трагической сказке Шарля Перро был приделан счастливый финал сказки братьев Гримм - с проходящим мимо охотником, разрезанием живота волку и извлечением оттуда живых и невредимых бабушки и Красной Шапочки.

С этого момента и начинается Великая Битва Плохого и Хорошего Концов. Переводов делалась масса, кто-то следовал за правдой жизни и буквой оригинала и потому убивал всех, другие оказывались сторонниками хэппи-энда и вспарывали волку живот.

Позиции адептов плохого конца изрядно усилил другой классик русской литературы Иван Тургенев, которого даже вынесли на обложку:

Его вариант перевода завершался классически:

Красная Шапочка разделась и легла в постель. Её очень удивило, что без платья бабушка такая странная. — Она и говорит:

— Бабушка, какие у вас длинные руки!

— Это, внучка, чтобы получше тебя обнимать.

— Бабушка, какие у вас длинные ноги!

— Это, внучка, чтобы получше бегать.

— Бабушка, какие у вас большие уши!

— Это, внучка, чтобы получше тебя слышать.

— Бабушка, какие у вас большие глаза!

— Это, внучка, чтобы получше тебя видеть.

— Бабушка, какие у вас большие зубы!

— Это, чтобы тебя съесть!

И с этими словами злой волк бросился на Красную Шапочку и съел её.

Битва шла на равных весь девятнадцатый век, но вспомнить особо нечего

На удивление, по-настоящему ярких переводов даже в период Серебряного века не появилось.

Выделяется разве что «Красная шапочка», изданная в авторской серии художника и детского писателя Валерия Каррика. Он был из лагеря "счастливоконечников", но финал у Гриммов не заимствовал, а придумал свой - до съедения Шапочки дело не дошло, помешал вовремя появившийся охотник. А бабушку просто вытрясли из волка. Эпичная картина "Волка тошнит бабушкой" - ниже.

Зато Серебряный век заложил традицию "вольных вариаций на тему Красной Шапочки", которая станет доминирующей в советских экранизациях сказки. Одним из первых "импровизаторов" стал Валерий Брюсов, который отметился стихами про Красную шапочку, я процитирую только начало:

«Красная шапочка! Красная шапочка!

Девочка, что ты спешишь?

Видишь, порхает за бабочкой бабочка,

Всюду и прелесть и тишь.

Что там уложено в этой корзиночке?»

«Яйца, и сыр, и пирог…

Ах, по росе как промокли ботиночки,

Путь так далек, так далек!»

Девочка дальше бежит все поспешнее,

Волка боится она…

Кто на пригорке сидит? – то нездешние?

Ах, это сам сатана...

Но на этом не остановился, и сочинил еще и одноименную одноактную пьесу, действие которой происходит в современности.

Но о перепевах Красной Шапочки позже, давайте сначала закончим с войной плохого и хорошего концов.

В начале ХХ века "плохоконечники" были близки к тому, чтобы одержать безоговорочную победу - практически все издаваемые переводы или пересказы «Красной шапочки» Шарля Перро заканчивались гибелью героини. Эта тенденция продолжалась и в первые годы Советской власти: Красная Шапочка жалостливо помирала в брюхе волка даже в изданных в 1918 году "Сказках Шарля Перро для самых маленьких детей" (перевод Е. Лилиной).

Ну да, ну да, в те годы в реальной жизни творилось такое, что поедание старушки никого, похоже, не шокировало.

Ну а когда войны закончились, началась кампания борьбы со сказкой, о которой я рассказывал в первой книге, и с 1926 года сказки Шарля Перро тупо перестали издавать.

Триумфальное возвращение состоялась в 1936 году, когда вышло сразу пять новых переводов сказки про Красную Шапочку.

Перевод сказок братьев Гримм по заказу Маршака делали для Ленинградской редакции Детгиза обэриуты Введенский и Хармс, правда, в итоге в вышедшей книге переводчиком был указан только А. Введенский.

Но гораздо большую роль в судьбе Красной шапочки сыграл перевод сказки Перро, сделанный известным фольклористом и писателем Михаилом Булатовым.

На всякий случай - Булатов это тот самый человек, который адаптировал народные сказки для детского чтения и после этого стал одним из самых издаваемых советских писателей - тираж только прижизненных изданий составил более 5 млн экземпляров, а ведь он и до пятидесяти не дожил. Если вы читали в детстве "Теремок" или "Маша и медведь" - почти наверняка вы знакомы с творчеством Михаила Александровича.

Так вот, именно Михаил Булатов учинил переворот. На фоне почти полной победы "плохоконечников" в своем пересказе сказки Перро после поедания Шапочки он вставил еще один короткий абзац:

"В это время мимо домика проходили дровосеки. Они услышали шум, вбежали в домик и убили Волка. Потом разрезали ему живот, и оттуда вышли Красная Шапочка и ее бабушка, — целы и невредимы".

Этим Булатов вызвал натуральную бурю. Его ругали везде. Ответственный секретарь журнала «Детская литература» (и будущий главред "Мурзилки") А. П. Бабушкина писала: "Конец сказки Булатов совершенно искажает <…>. Этот конец, заимствованный Булатовым у бр. Гримм, разрушает всю идею сказки Перро. <…> Нам даже трудно понять, какие соображения здесь были у Булатова, — неужели только ложная педагогическая боязнь дать «страшное» детям?".

В следующем издании сказки, вышедшем в 1937 году, счастливый конец у булатовского перевода отрезали, а переводчика забанили - в ближайшие годы почти все переводы этого автора выходили анонимно (два издания 1937 г., 1941 г. и 1945 г.).

Но Михаил Булатов, как я уже говорил, был гениальным литературным редактором (и - кстати - очень приличным человеком, в 1941 году "белобилетник" Булатов ушел добровольцем в народное ополчение Куйбышевского района Москвы, а потом работал фронтовым корреспондентов в газете «Красный воин»).

Он действительно знал какое-то "птичье слово" - почему-то дети запоминают его адаптации сказок сразу и навсегда.

Так случилось и с "Красной Шапочкой". Булатов просто первым понял, что времена изменились - и дети изменились вместе с ними. Именно его перевод со счастливым концом пользовался максимальным спросом и вскоре стал самым издаваемым.

А потом эта позиция была закреплена и на официальном уровне - после 1946 года в СССР больше не издавали «Красную Шапочку» для детей с плохим концом.

И все наши лучшие художники - Дехтерев, Алякринский, Булатов с Васильевым и другие - иллюстрировали перевод, который заканчивался памятными многим людям словами: "Потом они распороли ему брюхо, и вышли оттуда Красная Шапочка и ее бабушка — обе целые и невредимые".

_______________________

Моя группа во ВКонтакте - https://vk.com/grgame

Моя группа в Телеграмм - https://t.me/cartoon_history

Моя страница на "Автор.Тудей" - https://author.today/u/id86412741