11

Комната с выходом (6)

* * *


Во дворе двухэтажного кирпичного дома никого не было, где-то тявкала собака, а из длинного деревянного сарая, что напротив, раздавался натужный петушиный крик. Я огляделся. Влево и вправо тянулась узкая улица с одноподъездными домами-близнецами по одну сторону и сараями да гаражами – по другую. На возвышенности у самого горизонта на фоне тяжелых туч торчали как зубы далекие серые многоэтажки. Наверное, туда-то и надо навострять лыжи.

Беспрепятственно преодолев расстояние в три дома, я лицом к лицу столкнулся с мужиком, выскочившим мне наперерез из-за сарая. Серая телогрейка, кепка и кирзовые сапоги. Широко расставив руки и слегка качнувшись – то ли был пьян, то ли занесло на скользкой грязи, – он хмуро рыкнул:

– Стоять, партизан!

Недолго думая и не сбавляя темпа, я резко свернул в сторону того же сарая. Проскользнул перед самым носом удалого аборигена, едва коснувшегося меня рукой, и, увлекая за собой преследователя, оказался на небольшом пятачке. Отсюда не проглядывалось ни одно из окон домов, как удачно-то. Я развернулся и хладнокровно впечатал свой кулак в щетинистую челюсть. Мутно-серые глаза успели выразить удивление, прежде чем закатиться. Я поддержал мужика за ворот и мягко прислонил к дощатой стенке. Пахнуло перегаром. На губах запенилась слюна, губы беззвучно шевелились. Учинить бы допрос, да риск большой. Маленький шмон обнаружил в кармане рваных штанов складной нож приличного размера. Пригодится. Что-то мне подсказывало: беги.

Я быстрым шагом двинулся вдоль сараев. Кое-где гуляли куры. Людей на удивление не было. Какой-то полувымерший поселок из далекого прошлого. Только ни машин, ни прохожих, ни музыки из окон. На душе было неспокойно, сердце опять бешено колотилось, я почти бежал.

Попетлять пришлось изрядно, перемахивая низенькие изгороди и то тут, то там спугивая стаи воробьев и голубей. Местность постепенно опускалась в низину. Наконец строения закончились. Я перевалился через толстую, обмотанную стекловатой и алюминиевой фольгой трубу. Она тянулась вдоль открывшегося моему взору глубокого оврага. На одном его склоне, конечно, северном, кое-где лежал снег, а внизу в зарослях прошлогоднего камыша поблёскивала журчащая вода. Обойти овраг было немыслимо. За ним открывался пологий подъём и непаханое километровое поле. А дальше, как мне казалось – вожделенная цивилизация с домами-многоэтажками, которых отсюда уже не было видно, их загораживал холм.

Спускаться было легко, даже весело. Но когда под ногами захрустел вмёрзший в лед камыш, веселье закончилось. Болотистое дно оврага, безобидно выглядевшее сверху, и жизнерадостно поблескивающий ручеек, превратившийся теперь в пятиметровой ширины непролазную топь, охладили былой оптимизм. Я побрел в восточном направлении в надежде обнаружить брод, понимая, что совершил непростительную ошибку – прежде чем спускаться, внимательнее надо было изучить пейзаж. Ноги, мгновенно промокшие, проваливались в рыхлый колючий снег, но я всё же шёл; не забывал и поглядывать в сторону злокозненного посёлка.

Во всём происходящем была какая-то сюрреалистичность. Зная город, как свои пять пальцев, определив стороны света, я совершенно не понимал где нахожусь. В голову лезли мысли о провале во времени, параллельных мирах. Одна половина сознания признавала, что это всё чушь, другая находилась в полном смятении.

Внезапно начала кружиться голова. Свежий воздух после спёртой атмосферы таинственного подземелья? Голод? Усталость? Постадреналиновый сидром? Сотрясение мозга? А может, действие препаратов?... Я лихорадочно задрал куртку вместе с водолазкой, ощупал поясницу, даже попытался вывернуться, скосив глаза. Нет, ничего не увидел, хотя бок побаливал. От тычков булавы, наверное. И тут мной овладело отчаяние. Не хватало ещё здесь рухнуть в беспамятстве, когда до свободы рукой подать!

Я решительно снял ботинки, в один из них кое-как вставил портмоне с деньгами, двумя бросками перекинул свою увесистую обувь через камышовые заросли и напропалую пошёл вперед. Находясь в должном настрое, я не чувствовал леденящего ноги холода.


…На середине пути, когда уже невозможно было выдергивать ступни из засасывающей плотной грязи, пришлось упасть и отчасти плыть, отчасти ползти по-пластунски, раздвигая камыш, благо тут его оказалось меньше…


На противоположном берегу подхватив ботинки, скинув куртку и, сочетая с ритмом дыхания шаг, я быстро поднялся по пологому берегу. Обошёл большой снежный блин, и устремился в казавшееся бескрайним поле.


Занять себя мыслями было несложно. Они сами лезли в голову, оставалось их только упорядочить. С чего начался день? Вот вопрос, о который я споткнулся. Не с автовокзала же! Хорошо, что было вчера? Ага, это уже проще. Из Москвы приехал Макс, учились когда-то в одной школе в Бабаевске, оба родом оттуда. Дружили, ссорились, снова дружили. Дрались из-за одной девчонки – Ирки Красновой. В итоге она так никому из нас и не досталась. Потом, окончив школу, мы вместе поступали в Саратовский университет. Снимали квартиру. Прогуливали занятия, баловались пивком, влюблялись в девочек-однодневок. Водили друзей, терзали гитару до утра, слушали итальянцев, старых добрых битлов и Цоя. Шастали к однокурсникам в университетские общаги. Весело было. До половины первого курса. Нам тогда ещё не перевалило за 17.

Макс влип в какую-то историю – до сих пор точно не знаю, да и он подробностей избегал – и сел на 3 года. А я загремел в армию. Отслужил в ВДВ, вернулся в универ, закончил, женился на Светлане, первокурснице медучилища. Она взяла академ-отпуск по случаю беременности, и назад уже не вернулась. Юльке, дочери нашей, сейчас десятый год. А Светка вторым ходит. Осенью рожать.

История взрослого Макса мне мало известна. Знаю, что прямиком из колонии ушёл в Чечню смывать позор кровью. Обошлось, вернулся целым и невредимым, и каким-то образом оказался в Москве. На днях позвонил – как гром с ясного неба, говорит, мой телефон в Интернете нашёл. Ну, конечно, мы со Светланой ЧП открыли несколько лет назад. В каких-то реестрах и телефон домашний высветился. ЧП А.В. Пшебержвицкий. Иди сыщи второго с такой фамилией! Вот Макс и нашёл, думал – однофамилец. Ха! Он думал! Позвонил – оказался я собственной персоной.

Зайти на огонёк можно? – спрашивает. А то нельзя! Кто ж не ностальгирует по молодости? Вот вчера и заявился. По делам, мол, приехал. А по каким, не рассказывает. Всё улыбался да нас со Светкой слушал. Сам какой-то молчаливый стал, загадочный. Не изменился почти, на вид от силы лет 25 дашь. Всё телефон мобильный у него в кармане разрывался, пока он его не выключил. Выпивали? Конечно, выпивали. Пару коньяков уговорили за вечер. А к утру Макс ушел. Остаться отказался. Говорил, ещё заглянет, если время выкроит. Про себя рассказать обещал. И всё. Легли спать. Да и то не сразу. Кофейку попили с моей красавицей, поболтали немного. Чувствовал я себя совершенно трезвым, бодрым. А потом… Потом сразу автовокзал. Или всё же что-то было перед ним?


Поле никак не хотело кончаться. Казалось, пройдено куда больше, чем нужно, а ожидаемых домов ещё не было видно за холмом. Я упорно сопротивлялся желанию оглянуться. Всякое представлялось: и как моя спина в прицеле снайперской винтовки, и как за мной гонятся оборванцы в телогрейках, или едет машина… Хотя последнее мне меньше всего казалось реальным. Не было там никаких машин. Если только автобус, который привёз меня в это проклятое место, или детский паровозик из тоннеля? Ещё допускал возможность встречи с неприятелями на подступах к городу. Но мне уже было плевать.

Одежда на теле почти высохла, ноги, израненные о колючки и острые пеньки сухого бурьяна, не чувствовали боли. Куртка болталась за плечом, ботинки, засунутые в её рукава, колотили по спине.

Когда из-за горизонта показались верхушки домов, сердце радостно ёкнуло. Наверняка с этой точки можно рассмотреть посёлок, оставшийся далеко позади, и я оглянулся…


Я стоял, овеваемый ветром и всматривался вдаль. По коже бегали мурашки, не то от холода, не то от чувства нереальности. Ничего, кроме шапки леса я не увидел. Овраг – да, отчётливо просматривался, его высокий, обрывистый берег, с которого я почти скатился, преодолев теплотрассу. Он выглядел отсюда, с расстояния в несколько километров(!) как тёмно-коричневая губа гигантского рта. А дальше – лес. Лес и ничего больше. Как клочок мха размером, наверное, с тот посёлок. Чуть правее тянулась высоковольтная ЛЭП, а слева телеграфные столбы, обозначавшие трассу, я даже догадывался какую. Теперь я сориентировался. В своё время мы с юной Светой всё здесь исколесили на велосипедах. Однако никакого населённого пункта не припоминалось.

Надев ботинки и куртку, авось досохнут на мне, я опрометью бросился в сторону города.

Через полчаса я уже стоял на остановке в хорошо знакомом мне районе, а ещё через минуту ехал в троллейбусе, подрагивая от холода. Зубы выстукивали мелкую дробь. Из пассажиров на меня никто не смотрел, им не было дела до кого-то другого, как бы этот другой не выглядел. Мало ли бомжей да всяких бродяг?..


В кармане я теребил рукой телефонную трубку. Кроме неё и складного ножа у меня нет ничего в память о случившемся. Ах, да. Ещё куртка, бейсболка и пара синяков. Трезвый и хладнокровный взгляд на ситуацию констатировал бы моё психическое нездоровье или воспалённую фантазию человека, одурманенного галлюциногеном.


…Я завалился в квартиру, почти теряя сознание. Светлана заплакала навзрыд, стаскивая с меня грязную одежду в ванной. «Где ты был? Что случилось, Сашулечка? Все больницы, морги обзвонила… Юленька думала, папку не увидит больше…» – причитала она сквозь слёзы. А я только и смог сказать: «Горячего молочка сделай, ласточка».

Света просидела со мной почти сутки, пока я спал. Несколько раз просыпаясь, пытался что-то рассказать ей, успокаивал, но вновь засыпал под ласковое нашёптывание жены и заботливое поглаживание её рук по одеялу. Несколько раз подходила дочь – «Пупулечка вернулся, папуля любимый…». Её волосы пахли ароматным шампунем, а на лицо моё упали две жаркие слезинки. Мне было хорошо, я порывался встать, но сон валил. Голова утопала в мягкой подушке, прохладное одеяло уютно облегало тело, а в сознание проникали сказочные сновидения. Им не было конца.


* * *


Как рассказала Света, мы легли с ней в тот злополучный день около пяти часов утра. А уже в восемь позвонил человек, якобы от Макса, и попросил меня спуститься, у подъезда ждала машина. Он сказал, что от меня требовалась какая-то помощь, ненадолго, мол, с Максом что-то стряслось. Я спешно оделся и вышел. А вернулся через трое с половиной суток! Удивительно, но Макс, когда был в гостях, не оставил никаких своих координат. Бывает же такое – ни мне, ни Светлане даже в голову не пришло спросить адрес, где он остановился, телефон. Странно.

Трое с половиной суток… С собой у меня – ни часов, ни мобильника, так что время не наблюдал. Субъективно все приключения от автовокзала до момента, когда я оглянулся на поле и увидел вместо посёлка лес, прошло часа три.

Примечателен интересный факт. Света утверждает, что когда я уходил, на мне была совершенно другая одежда, кроме единственного — ботинок.. Сейчас всё чужое, даже нижнее бельё. На голове? Говорит – ничего не надевал. Откуда взялась шляпа, которую я потерял где-то? Есть в доме шляпа? Нет, и никогда не водилась. А длинное чёрное пальто? Тоже нет.

Момента выхода из дома почти не помню, как не напрягался. Какие-то фоновые видения-ощущения – невыносимо громкий звук телефонного звонка, Света отвечает кому-то сдержанно, моё раздражение, что будят так рано, непонимание, что от меня требуется, быстрые водные процедуры, глоток вчерашнего чая или кофе и бегом по лестнице вниз с четвёртого этажа. Да и то как в тумане. Ни сон, ни явь, что-то пограничное между жутким бодуном и бредом в лихорадке.

Родственников у Макса в городе, насколько я знал, не было. В Бабаевске наверяка осталась какая-то родня. Съездить туда? Раньше, когда мой отец был жив, я частенько навещал малую родину. Теперь мама жила со мной, точнее в соседнем доме, и нужда травить душу поездками в Бабаевск отпала.

В надежде выяснить хоть что-то я обратился к товарищу, в распоряжении которого имелись разные электронные клиентские базы. Погореловых – это фамилия Макса – обнаружилось громадное количество. Но зарегистрированных в Багаевске не нашлось. А вот в соседнем селе – Сосновке – аж четверо. Наудачу я набрал номер телефона, значащегося за Иваном Семёновичем – так звали отца Максима. Да и возраст соответствовал. И попал в точку.

Иван Семёнович, конечно, вспомнил меня, но о сыне он лишь сказал, что тот учится в Москве и домой приезжал последний раз на Новый Год. Чтобы не расстраивать старика, я не стал ему признаваться, что на днях встречался с Максимом. Поговорили о том, о сём. Погорелов старший с женой, дочерьми и их мужьями успешно вели фермерское хозяйство. Выражали надежду, что к ним по окончании института присоединиться и сын.

Главное достижение общения с Иваном Семёновичем – сотовый телефон сына, который я беспрепятственно заполучил.

– Слушаю, – незамедлительно ответил друг детства.

– Ну, брат, ты даёшь! Привет, Макс. Ты где?

– А, Санька! Привет! Как номер узнал? Я ведь, верь-не верь, собирался вот-вот позвонить вам.

– Ага, позвонить он собрался! А зайти не хочешь, рассказать что-нибудь?

– Прости, Сань. Я в Москве уже. Дела припёрли.

– Вот те раз. Час от часу не легче. Ты хоть в курсе, что произошло со мной?

Макс ответил не сразу. Это напрягало.

– Чего молчишь? Без тебя мне эту кашу не разгрести. Признавайся-ка, что это за чертовщина? Ведь знаешь наверняка.

– Та-ак… Являлся кто?

– Знать бы кто! Да и являлся ли вообще! Звонок был с неизвестного номера. Через три часа как ты ушёл. Сообщили, что ты в беде, нужна моя помощь, я и полетел…

– Стой. Подожди. Человек назвался?

– Нет, Света с ним говорила. Представился от тебя.

Макс опять молчал. Слышно было его дыхание. Молчал и я. Наконец, на том конце раздался несколько севший голос Макса:

– С тобой сейчас всё в порядке?

– В порядке, если не считать, что я промотался чёрт знает где больше трёх суток, что меня чуть не грохнули, что мне пришлось грех на душу взять… Ладно, не по телефону. А главное, места этого на карте нет.

– Теперь понято. Вся ответственность за произошедшее на мне. Но вот, что я тебе скажу, послушай. Повода для беспокойства нет. Никому ничего не рассказывай – это пока первое и главное. Окей?

– Ну, окей.

– Хорошо, теперь дальше. Со Светой поговори как-то, успокой, и тоже чтобы не распространялась, а если и успела, пусть тему свернёт как-нибудь похитрее, вам там видней.

– Да вроде не успела…

– И наконец, вот что. Наверное, мне следует признать, что я тебя недооценил. Поздравляю.

– С чем?

– С чем… С чем… – чувствовалось, Макс задумался. – Встретиться бы… Так, погоди, – тон его сменился на деловой и возбуждённый. – Это всё здорово, Сань, это просто здорово. Потом поймёшь. Тебе в Москву ехать как – в лом, наверное?

Я не успел ответить.

– Хорошо, я заварил, за мной и ход. Ладно, потерпи день-другой. Я приеду.

– Ближний свет!

– Бешеной собаке семь вёрст не крюк, приеду, друг, не переживай. Тем более я обещал, что слово теперь за мной, – голос Макса и вовсе повеселел. – Только, Сань, я подробности не спрашиваю, но знаю, что у тебя соблазн будет за эти два дня собственное расследование провести, съездить куда-нибудь и прочее. Так вот, ничего не предпринимай, отвлекись, занимайся своими делами и жди меня. Окей?

– Как скажешь. Буду ждать.

– Со своего сотового звонишь?

– Со Светкиного, свой потерял где-то.

– Ну, я Светлане и звякну, как приеду. Или на ваш домашний. Пока!


Хорошо, что предупредил ничего не предпринимать. А ведь я уж собрался на машине съездить к тому лесочку над оврагом. Взял карту, легко нашёл место. Посмотрел спутниковые карты в Интернете. Глухо, как в танке – ни домика, ни огородика, ни дачки. Действительно – клочок лесных насаждений, окруженный линией электропередач и междугородной трассой. Со стороны трассы отделяется еле заметная грунтовая дорожка и спускается прямо к лесу… Она привлекала внимание, волновала. В то же время, мало ли таких вот дорог, ведущих к лесной зоне – грибники, туристы. Ладно. Ждём Макса. Очень прелюбопытненькое приключение маячит. Да ещё эта его фраза: «…я тебя недооценил. Поздравляю».


На следующий день, а он выдался солнечным, тёплым, я на своей «Шевроле Каптиве» поехал с утречка на оптовый рынок, закупить кое-чего для магазина. Затарился, пообщался с приятелями, коллегами-коммерсантами. К обеду управился. Уже садясь в машину, от кого-то из водителей услышал: «Через город бесполезно, пробка там, авария на переезде…». Спасибо за предупреждение и шоферскую солидарность. Хорошо, поедем в объезд, по окружной дороге. К счастью от оптовки есть два пути.

Через два километра я включил левый поворотник, приближаясь к окружной магистрали, посмотрел налево в сторону дома, посмотрел направо. Взгляд мой задержался. Именно там через каких-нибудь пять-семь минут хорошей езды и будет еле заметная развилка, ведущая в лес… Я резко перестроился и свернул в противоположном от дома направлении.

Соблазн был слишком велик, чтобы с ним состязаться. Думаю, хоть к мостку через овраг подъеду, издали на него посмотрю. Времени было навалом, погожий денек бодрил, гнал из души все сомнения, тревоги и суеверия.

Вот сейчас КП ГАИ, и раньше-то пустующий, а сейчас и подавно, небольшой взгорок и спуск к мостку, сразу за деревней, что простиралась слева на довольно обширной территории – отсюда и название: Широковка.

Рядом с КП остановка. Здесь самостийный базарчик испокон веку– на ящичках выстроились в рядок бабули и старички, торгующие всякой снедью. К концу лета и осенью, когда урожай огородов и дары полей-лесов некуда девать, здесь вырастают палатки, навесы и торговля идет куда бойчее, чем сейчас. На остановке – две женщины, мужчина с ребёнком на руках, девушка в ярком платье с сумочкой-портфелем и букетиком красных цветов. Она стоит ближе всех к дороге, словно такси ловит. Я чуть сбавил скорость – со 160 перешёл на 100. До остановки оставалось три десятка метров, глазами я встретился с девушкой, оказавшейся довольно симпатичной. Редкий случай, когда пешеходы смотрят прямо в глаза водителю, а не на саму машину. Внимание отвлеклось на секунду – в зеркало заднего вида я увидел стремительно приближающийся джип, марку не рассмотрел. Фары включены, «кенгурятник» блестит на солнце. По противоположной стороне навстречу ехала колонна фур. Платьице девушки развевалось на ветру.

В этом месте редко кто соблюдает скоростной режим. Дорога широченная, многополосная, гаишников нет. В последний момент я с ужасом увидел, как колонну обгоняет светлый фольксваген-минивен, слишком уж отклонившийся в сторону, рискуя выскочить на встречку. Джип, идущий сзади меня отчаянно и нервно замигал дальним светом и засигналил. Я ещё больше притормозил, прижимаясь к обочине. Но было поздно.

Страшный удар сзади, толчок вперёд, сработали подушки безопасности. Пальцы впились в руль, лицо заслонил упругий белый шар. Скрежет металла, визг тормозов – нога проламывала пол под соответствующей педалью. Женский истошный крик. Моя машина уже остановилась, когда ещё раздавался металлический лязг и хруст стекла слева от меня. Джип протаранил чуть вперёд и влево кувыркающийся минивен. Фуры с ревом, стоном и воем останавливались. Жуткая картина маячила перед глазами: девушка не успела отскочить, её сбивает мой автомобиль, слетевший с трассы от удара сзади сумасшедшим гонщиком в джипе. Конечно, он не смог разъехаться с фольксвагеном, и времени на торможение и манёвр не оставалось ни у того, ни у другого. Впрочем, и у меня – третьего.

Я пытаюсь открыть дверь, её заклинило. Левая рука плохо слушается, резкая боль в локте заставляет зажмуриться. Из-под рукава стекает на кисть горячая кровь. Кое-как освобождаюсь от подушек, перебираюсь на пассажирское кресло. В этот момент дверь справа распахивается, вижу сосредоточенное лицо мужчины, ранее державшего на руках ребёнка.

– Живой? Вылезай!

Я вывалился из салона. Раздавались короткие выкрики дальнобойщиков со всех сторон. Глазами я искал девушку. Её нигде не было. Я наклонился, со страхом глядя под брюхо машины. Ничего. Черный тормозной путь, вспаханный щебень с землей от переднего правого колеса, перескочившего бордюр и стоящего теперь на обочине. Женщины с полными ужаса глазами растерянно оглядывались по сторонам.

– Где девушка? – обратился я к ним, уставясь на промятый бампер, разбитую правую фару и вздыбившийся капот.

Никто не ответил. Подбежавшие два водилы «Камазов» задали тот же вопрос: «Где девчонка-то? Девчонка где?».

– Я сбил её? – ещё надеясь на отрицательный ответ и лелея глупую надежду, спросил я.

– А то, не сбил! Труп, наверное. Да где же она?

Под ногами разбросаны помятые четыре цветочка.

Кто-то копошился возле минивена, лежащего на боку и прижатого крышей к одной из фур в двадцати метрах от меня.

– Здесь трупы, походу, мужики, – сипло пробасил один из водителей колонны. Их тут собралось не менее десятка.

Из распахнутых дверей джипа – это был «Чероки» – уже вынесли чьё-то тело и уложили на асфальт. Внутри оставались ещё пассажиры, слышались стоны.

– Резать надо, не вытащить.

– Позвонили?!

– Да, едут! И менты, и скорая.

Перед глазами плыло. Голова тяжелела всё больше. Шею заклинило. Рука, вероятно, была сломана. Кое-как согнув её, я сунул кисть за куртку, приспустив замок молнии. Вместе с другими мы в растерянности обходили округу – тела девушки нигде не было. В неглубоком кювете нашёлся портфель, и только. Ни деревца, ни кустика. Деревенские торговцы охали, причитали, наперебой рассказывали, как девушка от удара взмыла в воздух и была отброшена на несколько метров вперёд, по ходу движения моей машины, как несчастное тельце кувыркалось в пыли и грязи. Как её белое платьице слилось с цветом земли. Ни у кого не вызывало сомнения, что она мертва. Вот только тело исчезло.

– Как она могла исчезнуть? – почти закричал я и съёжился от боли в голове. – Кто видел её, куда она упала? Вы? И Вы? Идите сюда! Место, место покажите точно. Здесь? Или здесь?

– Мы вон там сидели…

– Я видел, где вы сидели. Вот ты – иди сядь обратно и оттуда покажи.

Сразу двое мужичков и бабёнка засеменили к своим ящикам, оглянулись.

– Ага, сынок, чуть в сторонку, ага, во-во…. Назад чуток… Во! Тута она лежала!

– Тута? И где же она? Вы смотрели на неё всё время, или отвлеклись, может, на что-то? Она не вставала?

Бывалый по всем признакам коренастый и лысый видитель-дальнобойщик включился в разговор со своей версией:

– Правильно бабки говорят. Тут где-то она и упала. Я видел. Только фольксваген на меня с джипом тараном шли, я на них переключился. В шоке она, видать, встала и пошла, бывает такое. Дальше пошукать надо.

Я вместе с ним пошёл «шукать». Потом мы разделились и, меся ещё не подсохшую с ранней весны грязь, осматривали прилежащую к дороге полосу. Следов не было. Не по воздуху же она улетела! Пошла вдоль дороги? Это не осталось бы незамеченным. Столько свидетелей.

Пока другие хлопотали возле пострадавших в джипе и минивене, несколько человек присоединились к нам. Искали уже и на противоположной стороне дороги, хотя представить, как могла девушка проскочить между фурами, растянувшимися на сотню метров, было невозможно.

Вскоре приехали ГИБДД-ешники, дорожный патруль, страховщики, врачи на двух скорых. В первую очередь занялись пострадавшими. В «Чероки» оказалось трое: два женских трупа – молодые девушки – и раненный водитель с переломанными ногами. Работали резаки, без них вытащить несчастного не удавалось. Пьяный салага находился в шоке, ничего связного он сказать не мог. Лобовой удар не оставил шансов ни одному из двух, погибших в «Фольксвагене» – парню, лет тридцати, управлявшему транспортом, и пожилой женщине на переднем пассажирском кресле.

Одна «скорая», наконец, уехала. Вторую удерживали свидетели, утверждающие, что где-то здесь затерялась ещё одна жертва. Сотрудники милиции делала необходимые замеры, составляли схему ДТП, опрашивали всех очевидцев и пожимали плечами. Двое в форме нехотя прошлись вдоль дороги в сопровождении дальнобойщиков. Врачи обработали мне наскоро рваную рану в области локтя и накладывали сейчас мобилизационную шину, предлагая ехать с ними. Я упрямился, надеясь ещё найти сбитую мною девушку. Аварийные комиссары осматривали пострадавшие машины, в том числе мою. «Каско» избавляла меня от лишних беспокойств, все мысли сейчас занимало абсурдное исчезновение девушки. Я рассеянно отвечал на вопросы служивых, внимание которых не обошло характерных повреждений фары, бампера и капота. Картина этих повреждений уж слишком была типична для наезда, куда бы не подевалась жертва. На сколах стекла правого фонаря даже обнаружились следы белой ситцевой ткани. В портфеле лежала стопка тетрадей, косметичка, и какие-то документы, устанавливающие личность владелицы.

Фраза, неосторожно брошенная кем-то из гаишников «Тела нет и дела нет» вызвала моё возмущение, хотя по логике я должен был этому факту только радоваться. В противном случае я – преступник, несмотря на оправдательные обстоятельства случившегося. Правда, скрыть превышение скорости вряд ли бы удалось.

Девушка так и нашлась. Менты оптимистично-цинично подбадривали: «Объявится ещё, успеешь сесть».

Трижды уже звонила Светлана. Как мог успокоил. Товар? Да хрен с ним с товаром. Лежит он себе в салоне и лежит, что с ним станется? Выковыривать, правда придется через изуродованный задок. День был убит. И люди. А рука заживёт. Чёрт меня дернул свернуть не в ту сторону! Сейчас бы уже сидел дома. Предупреждал же Макс…

Но девчушка-то… Кажется, её звали Ириной с какой-то непроизносимой и смешной фамилией, судя по документам в портфеле.

Дубликаты не найдены

+1

Отлично пишете! 👍

Похожие посты
182

Гастроном

Гастроном Мистика, Фантастика, Крипота, Авторский рассказ, Длиннопост

От автора - эта история имеет отношение к вселенной пятого измерения.

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Платон Иванович чем-то напоминал богомола. Стариком его никак не назвать, скорее предпенсионного возраста. Очень высокого роста, каждое его движение медленное и выверенное до хирургической точности. Он мог часами стоять неподвижно наблюдая за нашей работой, а нам так и не удавалось заметить когда он успевал переместиться из одного места в зале где мы работали в другое. В строгом синем пиджаке и брюках, по видимому от другого костюма, поскольку они были ему коротки, он замирал, выставляя напоказ волосатые щиколотки. Обувь, при нас он принципиально не носил. А может у него её и не хватало? Размер ноги был, наверное, пятидесятый. Непропорционально большие ступни. Обычно он наблюдал молча и лишь изредка мы слышали от него — “А это зачем? А почему”?


Нет, сам он нас не раздражал. А вот ноги его до дрожи пугали моего напарника Макса.

— Чего он, босой по мусору ходит? Нормальный человек хотя бы тапки одел, а этот топчется...И всё на нас зырит. Мне его мохнатые ноги уже во сне снятся. В кошмарах. Ночью глаза раскрою — передо мной так и стоят его ноги, — жаловался он мне.


— Он хорошо платит. Под ногами не путается. Я не вижу причин обвинять клиента в излишнем любопытстве, — отвечал ему я.


Это верно, Платон Иванович всегда платил наличными и в срок. Мы, два вечно страдающих от недостатка денег студента, из Архитектурно-строительного, работали в его доме всё лето, и очень рассчитывали поработать ещё. Особенно Макс. Он и так был по жизни жадноватым парнишкой, но в начале сентября его осенила очередная гениальная идея — “как бы ещё сэкономить’?


— “Audi” - куплю, Тёмка, — заявил он мне, — надо только денег, как следует подкопить. Кое-чего родители подкинут, но я смекнул: можно покупать бич-пакеты по акции, сразу коробками, и питаться ими несколько месяцев.


Я его идею не оценил. Узнав какую сумму он хочет сэкономить на продуктах, посмеялся над ним и предложил до кучи отказаться от сигарет, алкоголя и расходов на Машку с параллельного потока. И ещё, пешком ходить вместо того, чтобы бесплатно ездить калымить на моей машине в качестве пассажира. За бензин, он мне сроду не скидывался. Максим надулся и на следующий день, в районе обеда, отказался ехать со мной в дешевую кафешку. Он вытащил из своего рюкзака большую никелированную тарелку и принялся ломать над ней макароны из пакетика. Я посмеиваясь, предложил ему принести из кафе — три корочки хлеба. И тут, словно из под земли появился Платон Иванович.


— Как вы можете есть такую ужасную пищу, Максим?!! — завопил он. — Вы так молоды и уже портите свой организм всякой химией!


— Так это… Усилители вкуса… Перец… — попытался возразить мой напарник. — Готовить, опять же… Лучше дайте кипяточку?


Наш хозяин картинно схватился за голову. Волосы у него голове жёсткие черные и смотрелись неестественно. Мне на секунду показалось, что они съехали на бок. Он лысый и носит парик?


— В моём доме, пожалуйста, не ешьте такую еду! — потребовал он.


— А у меня денег - на получше, нет! — Макс моментально включил жадину жалобно поглядывая в мою сторону. Я сделал лицо кирпичом, намекая чтобы он меня в свои авантюры не впутывал.


— Так, боже мой! Разве это проблема? Пойдёмте со мной — пойдёмте! И вы - Артем? Я приглашаю вас попробовать настоящую еду, а не эту пластмассу! — принялся уговаривать Платон Иванович.


После таких слов я едва не сгорел от стыда. Наглый Макс, носом почувствовавший халяву, изобразил из себя бедную сиротку и потупив глаза разом согласился — “отведать чем бог послал”.


Мне пришлось идти вместе с ними. Нужно отметить, что дом у Платона Ивановича очень большой. Даже не дом. Старинный особняк 19-века. Трёхэтажный: из красного кирпича. Крыт чёрной черепицей. Комнат бесчисленное число. Мы так ни разу полного проекта этого дома и не видели. Как он утверждал — достался ему по наследству. Крепкий, капитальный дом. Потолки в лепнине, некоторые из комнат отделаны резными панелями из морёного дуба и красного дерева. Не дом, а целый музей. И этот музей нуждался в некоторой реконструкции. Хозяин отдавал строителям по одной комнате. Как только заканчивали - предлагал следующую. Он желал наблюдать лично. Каждую комнату он запирал собственноручно и всегда носил с собой целую связку ключей. Он привёл нас на кухню располагавшуюся в полуподвале и на красивый стол из мрамора поставил перед нами две тарелки. На тарелках лежали кусочки чего-то похожего на желе. Только зелёного цвета. Платон Иванович выдал нам по вилке и предложил попробовать. Я злорадно усмехнулся, наблюдая как скисло лицо у Макса, ожидавшего множества дорогих и бесплатных яств. Мы по очереди попробовали.


Вкус у желе, действительно был восхитительный. Я почему-то вспомнил о детстве, о радостных переживаниях, ощущении некоего счастья. Приятного томления в предвкушении обладать какой-то толи игрушкой, толи невиданным ранее пирожным. Но вот что-то такое. Посмотрел на Макса, он судя по блаженству на лице, испытывал похожие чувства. Как он потом мне взахлёб рассказывал — наяву увидел себя за рулём своей “Audi”, а рядом с ним на переднем сиденье первая красавица института - Ленка Баттерфляй и уже без лифчика.


— Что это за вкуснятина Платон Иванович? — восхищённо спросили мы у него хором.


— Если расскажу состав - то вам неинтересно будет, — отвечал он — скажу только, что сие блюдо полностью из натуральных и полезных ингредиентов. В каждой порции: по сто грамм. Ровно.


— Мало. Вкусно, но мало, — с сожалением облизнулся жадный Максим.


Платон Иванович смерил его высокомерным взглядом и объяснил, что это такой вес не случаен. Будь там, хоть на один грамм больше, то мы бы не смогли оценить его по достоинству.


— Моя профессия и духовное призвание - Гастроном! — сообщил он.


Мы с Максом переглянулись в недоумении.


— Так Гастроном - это же магазин?


— Прежде, так называли знатоков вкусной и здоровой пищи. Я, господа, художник, повар, кулинар, географ, археолог, химик и биолог. Всё - в одном лице. Я познал кухни всех народов нашего мира. Я в курсе всех последних новинок экспериментальной кухни. О молекулярной кухне мне известно всё. У меня десятки наград. Все лучшие и знаменитые рестораны борются за право получить мой критический отзыв, и использовать, для повышения репутации.


Больше, в тот день, он нам ничего не предложил. Да нам было и не нужно. Остаток дня мы работали как заведённые. Прилив энергии — жуткий. Вечером, в общежитии, мне еле удалось уснуть. Хотелось действовать, бегать, прыгать. Я едва отогнал от себя желание пойти в ночной клуб. Утром Макс сообщил мне, что он в отличии меня не удержался и в клубе познакомился с обалденной девчонкой. У неё же и ночевал. Ну её, эту Машку — она ему никогда и не нравилась.


На следующий день, Платон Иванович, снова отвёл нас на кухню, где мы попробовали крем нежного бежевого цвета. Вернее, снаружи он был бежевый, а внутри синий. Съев свою порцию, я вдруг отчётливо вспомнил Новый год. Необычный новогодний праздник, а вполне конкретный — мне было тогда семь лет. Отец привёл меня на детский утренник проводившийся у него на работе. Большая пушистая елка сверкала нарядными игрушками. Взрывались хлопушки осыпая собравшихся детей разноцветным конфетти. Огромный дед-мороз с белой до пояса бородой громогласно поздравлял всех с новым годом и дарил подарки. Я так отчётливо погрузился в события праздника, что пришёл в себя уже на рабочем месте.


Макс смеялся надо мной. Он снял на телефон как я стоя на стремянке декламировал детское стихотворение. Но я-то был уверен, что меня поставили на табуретку и я за игрушку этот стих рассказываю дедушке-морозу. Вместо подарка, Макс торжественно вручил мне перфоратор. Придурок!


— Вкусовые рецепторы, порой, творят с нашим мозгом самые удивительные вещи. По настоящему хорошая и вкусная еда способна творить чудеса, — прокомментировал наблюдавший за нами Платон Иванович, — но вы не представляете, сколько отвратительной гадости мне пришлось съесть, чтобы найти подлинные гастрономические бриллианты. Ведь, согласитесь, вы никогда ещё такого не ели?


— Такое блюдо можно приготовить в домашних условиях? — спросил я поражённый до глубины души.


— Э-нет. Радуйтесь, что имеете возможность прикоснуться к тайнам кулинарии. Такое блюдо умеют готовить правильно лишь единицы. Вы не найдёте его в ресторанном меню. Вы можете найти похожий рецепт в кулинарных книгах, но только похожий. Подлинный рецепт можно получить только применив настоящий опыт. Блюдо на 80 процентов состоит из опыта. Понимаете? Даже, если вы получите в руки настоящий рецепт, у вас ничего не получится. Приготовьте его миллион раз и вот тут...Может быть...Вы познаете чудо.


Я пребывал в сомнениях. Вечером, когда мы распрощались с хозяином и сели в мою машину высказал Максу свои опасения.


— Не... Это не наркотики. Ты на утреннике отплясывал со Снежинками и Зайчиками, а я увидел своё будущее. Знаешь, оно просто охренительное! У меня был свой собственный коттедж, бассейн, белоснежная яхта. Тёма, ты бы видел - какие у меня там были тёлки?!!


— А как же Машка?


— Да что ты всё про неё? Она - случайное безобразие на празднике жизни. Плоская как доска. Сисек нет— считай калека!


Целый месяц Платон Иванович угощал нас удивительными деликатесами. Каждый день было что-то новое. Иногда он рассказывал: как и при каких обстоятельствах стал обладателем уникальных рецептов. Некоторые рецепты, по его словам принадлежали личным поварам восточных Императоров, а другие он находил во время археологических раскопок в Мексике и в Перу.


— Самая любопытная кухня - это Экстремальная. — рассказывал он. — Легко съесть пищу подвергнутую термической обработке, а вы бы попробовали живьём? Пальмовый долгоносик, Витчети, гусеницы мопане, муравьи…Их вкус…


Он заметил наши испуганные взгляды и спохватившись перешёл на другие, более понятные продукты.


— Вы зря так переживаете. Просто, подобная еда не разрекламирована в достаточной мере. Например: устриц вы считаете деликатесом и согласны есть их живьём, а вот зелёную гусеницу, которая в сто раз вкуснее и полезнее вам есть не хочется. Вас приучили с детства, что гусеница -бяка, а устрицы повсеместно: еда для аристократов и богачей.


— Устриц, я бы попробовал, — кивал мой жадный напарник.


— Могу устроить, хотя на мой взгляд -это пошлятина. Может быть, лучше оцените жуков-плавунцов? У меня есть любопытный рецепт…


— Насекомых, мы есть...Как-то...Спасибо.. — отказался я.


Платон Иванович редко улыбался, но в тот момент посмотрел на меня очень странно и я увидел на его лице загадочную улыбку.


Через несколько дней я заболел и не мог уже работать у него в доме. Поднялась высокая температура и я пошёл в поликлинику.


В забытье отсидел очередь с пуленепробиваемыми старухами и еле-еле заполз в кабинет терапевта. Врач померил температуру, присвистнул и меня положили в больницу. Температура была под сорок.


Макс звонил мне поначалу. Интересовался моим самочувствием, жаловался, что не справляется один. Я посоветовал ему взять другого в напарники, временно, пока я буду отсутствовать.

Я пролежал в больнице целый месяц. Врачи, первое время, не знали от чего меня лечить. Сделали кучу анализов, а потом сообщили, что нашли у меня редкого кишечного паразита нехарактерного для нашей местности.


— Вы, Артем никакой странной еды, перед тем как заболели, не употребляли? — спросил меня один из лечащих врачей.


И что я ему мог на это ответить? Ещё как употреблял, каждый день и неизвестно что. Ради меня, из столицы вызвали одного известного врача-паразитолога. Он изучил моё состояние, подтвердил диагноз, назначил лечение, но я ещё не скоро пошёл на поправку. От лекарств назначенных мне начались реалистичные галлюцинации.Каждый раз - одно и тоже.


Я лежал на кровати и наяву видел Платона Ивановича вместе с Максом. Они сидели за роскошно-сервированным столом и дегустировали блюда, которые им приносили. Прислуживающих им я не мог разглядеть, они походили на размытые тени. Я наблюдал их мелькание рук, блеск поднимаемых серебряных крышек и мерцание свечей от канделябров.


Максим жмурился от удовольствия пробуя новые блюда, а Платон Иванович торжественно говорил:


— Мы! Мы - то что мы едим! Все мы состоим из того, что съели за всю свою жизнь. Мы накопленный опыт переваренной пищи, хлопот, надежд и переживаний. Я рад, что не ошибся в вас - Максим.

Вы выбрали единственно правильный путь — путь человека познающего истину поглощаемых им продуктов. Мы едим жизнь и познаём её в процессе поедания, в этом нет ничего предосудительного и чем разнообразнее наш рацион тем полнее и насыщеннее наше существование. Весь смысл в еде! Еда — главный стимул развития любой цивилизации. И дело вовсе не количестве, еды должно быть ровно столько - сколько нужно. Чрезмерное употребление ведёт к быстрому ожирению и смерти, а норма еды к процветанию и бессмертию. Вы понимаете, о чём я говорю, Максим?


— Как же, к бессмертию, Платон иванович? — спрашивал мой напарник. — Неужели, можно так жить вечно? Жить и наслаждаться, не зная никаких бед?


— Поверьте мне, я знаю о чём говорю. Я прошёл весь этот путь и повторил его множество раз. Сама библия учит нас этому, но мы не умеем читать её правильно. Мы глотаем слова, а ими нужно правильно насыщаться. Вот возьмите хотя бы пример о чудесах Христовых — пять хлебов и две рыбки, которые он поделил между пятью тысячами людей пришедших на проповедь. Это тайный шифр правильного питания. Не в количестве дело, а в точной массе потребляемого продукта для каждого. И все сыты и довольны.


— Но ведь там было чудо? Там дело было в том, что они раздавали хлеб, а его не становилось меньше? — припомнил Максим.


— Вот и вы глотаете слова не переваривая их. Опять же, об этом вам рассказали. Вы, может быть, даже и не читали библию. Я только привёл пример, один из множества, подводящих нас к главному моменту: почему мы должны вкушать кровь и тело Христово?


— Так..Традиция.


— Нееет. Не традиция. Это наша единственная возможность стать подобными богу. Христос — сын божий и мы должны вкушать тело его. Бог везде. Значит, вкушая жизнь вокруг нас, мы постепенно и сами становимся подобными богу, но это слишком медленный процесс на который не хватит и тысячи жизней. Поэтому клуб, в который я вас торжественно приглашаю, разработал особую, недоступную большинству людей, систему кулинарии позволяющую выделить из великого множества съедобных продуктов тот самый - божественный вкус. Вы пробовали эти блюда — так скажите, они божественные?


— Они неописуемые! Я такого никогда…


— Вот! — торжествующе произнёс Платон иванович — регулярно употребляя такие блюда вы достигните состояния бога и обретёте не только бессмертие. Вы обретёте могущество равное ему.


— А как же Артем. Он тоже ел?


Платон Иванович нахмурился, помолчал и потом с некоторой грустью сказал:


— Так, тоже случается. Не всякий способен принять в себя бога. К сожалению. Сходят с пути. Сомневаются. Не умеют думать желудком, хотя мне искренне жаль. Бог должен жить в каждом из нас.


Он спохватился и победно посмотрел на Максима


— Вы, как раз смогли пройти этот путь! Не думайте о бывшем друге и даже не сомневайтесь в своём выборе! Вы, теперь, человек особого круга. Попробуйте лучше - вон ту розочку. Она приготовлена из…


Обычно на этом галлюцинация и заканчивалась. Я приходил в себя на полу, упавшим в бреду с кровати, либо от отвратительного вкуса потной больничной подушки, которую я жевал.

Максим не навещал меня. Перестал звонить и слать SMS-ки.


Вернувшись в общагу я узнал от соседей, что он съехал на частную квартиру. Машка, с которой он встречался сообщила, что он в край оху...обурел, купил себе новый автомобиль и что она знать его больше не желает.


Я пробовал с ним связаться по телефону, но он несколько дней не брал трубку. Потом прислал мне сообщение на “Вайбер” о том, что Платон Иванович, больше не хочет меня у себя видеть, а у него теперь, более надёжный и трудолюбивый напарник.


Мне было несколько обидно от такого, ведь это я первый нашёл этого клиента. Это я предложил Максу работать на него и между прочим весь строительный инструмент был моим.

Я написал ему и в красках, что он — козёл, и если не хочет проблем, то пусть возвращает всё моё имущество.


На следующее утро, мне позвонил какой-то парень и сообщил, что привёз мне в общагу инструмент от Максима Петровича.

Немного прихренев, от того, что эту сволочь назвали по отчеству, я спустился и забрал свои вещи, попутно поинтересовавшись у парня — не на Максимку ли он ишачит?

Оказалось, что на Максимку. Максимке очень сильно доверяет сам Платон Иванович и теперь у него своя бригада. Они работают, а он только пальцем им показывает - что и как делать.


Мысленно пожелав своему бывшему другу лопнуть, я переложил сумки в свою машину и решил: раз и навсегда забыть о произошедшем со мной как о страшном сне.


Как же я ошибался.


Прошло несколько месяцев. Я полностью оправился после болезни. Придерживался диеты назначенной врачом и с подозрением смотрел на любую незнакомую еду в магазинах. Ел очень мало. Сильно похудел. Нашёл новую подработку, учился и жизнь вроде как налаживалась. О Максе я практически не вспоминал. Как он там? Где живёт? На чём катается? Мне это было неинтересно. Учёбу он забросил. В университете, со слов его однокурсников, он по прежнему числился, но занятия не посещал. Да и зачем? У него, теперь, такой покровитель - не в сказке сказать ни пером описать. С Платоном Ивановичем он горы свернёт и богом станет. Президенты в шеренгу выстроятся, чтобы только прикоснуться к его величеству.


В новогодние праздники я не удержался и посидел вместе с однокурсниками в кафе. Много пили, ели и неожиданно я почувствовал себя плохо. Сославшись на самочувствие, я побежал к себе, в общагу. Жил, в то время один, соседи разъехались по домам. Едва успел в туалет, где меня тут же вырвало. Обессиленный я дополз до своей кровати и тут у меня снова случилось странное реалистичное видение. Я увидел себя на торжественном приёме в доме Платона Ивановича.


Я гулял по большому ярко-освещённому залу, возле стен, по периметру, стояли длинные столы и толпа гостей: мужчин и женщин в маскарадных костюмах развлекали себя беседами и лёгкой закуской. В центре зала играл целый оркестр. Человек тридцать, не меньше. Дамы сверкали украшениями и дарили окружающим белозубые улыбки. Мужчины, все как на подбор, в строгих чёрных костюмах и в масках различных зверей пробовали со столов различную закуску и обменивались впечатлениями. На меня никто не обращал внимания. Тело моё, словно бы пропало.


Незримый я ходил между гостей, слушал их разговоры, но толком не мог понять о чём они говорят. Вроде бы и по русски, но в тоже время и нет. Я не мог уловить ясно ни слова. Я отошёл к столам и увидел на них множество разных блюд, среди которых узнал и те, которыми меня и Макса потчевал лично Платон Иванович.


Больше всего меня поразили официанты прислуживающие гостям.


Они были без масок. Бледные юноши и девушки в униформе. Они, с отсутствующим взглядом, механически наполняли бокалы шипучим светлым напитком из деревянных бочек, но прежде чем отдать гостю они вырывали щипцами у себя зуб, опускали его в бокал и только после завершения такой жуткой процедуры предлагали напиток.


Они безразлично улыбались, а по их красным распухшим ртам стекала кровь. Среди них, я узнал парня подвозившего мне инструменты. Такое впечатление, что ему было всё равно, где он находится и зачем рвёт свои зубы на потеху гостям. Гости воспринимали зубы в бокале как должное. Они выпивали напиток и проглатывали зубы оставляя на столах пустые бокалы. Я обратил внимание, как один из гостей в маске указал на лицо официантки и она безропотно вырезала ножом собственный глаз добавив его в напиток. Он принял бокал из её рук и отошёл от стола, а она осталась стоять, замерев и не обращая внимания на стекающую по её лицу свежую кровь.


Где то глубоко в душе мне показалось такое странное поведение официантов правильным и даже логичным. “Желание гостя - закон для хозяина” - каким бы жутким и неприятным оно не было. Или это кто-то мне произнёс на ухо шепотом?


Оркестр пропал. Музыка стихла. Все гости разом повернулись и посмотрели в центр где сейчас стоял удивительно высокий Платон Иванович в чёрном плаще. В руках он держал маску с длинным птичьим клювом, а рядом с ним был Максим. В белом с иголочки дорогом костюме. Мой бывший друг и напарник выглядел растерянным. Он вжимал голову в плечи и глядел себе под ноги.


Платон Иванович начал говорить.


— Дорогие и любимые мои гости! Мы ждали этот великий момент несколько лет! Сегодня, я рад вам предложить нового кандидата в члены нашего маленького клуба гастрономов и дегустаторов. Этот момент очень важен и для него, и для всех нас. Сумеет ли он проявить себя, достоин ли он быть на вершине пищевой пирамиды? Вкушать все прелести божьего вкуса и замысла? Постичь истинное величие и право называть себя — Человеком?


Максим ещё сильнее потупился. Гости зааплодировали. Платон Иванович надел маску и ободряюще приобнял его.


— Максим! Мы дадим тебе - всё что ты пожелаешь! Любая твоя прихоть будет исполнена! Деньги! Слава! Высокая должность! Любая красавица будет жаждать твоего внимания! Готов ли ты вступить в наш клуб и доказать всему миру — чего ты стоишь?


— Да...Хочу… — смущённо выпалил мой бывший друг.


— Прежде, чем мы тебя примем, должен свершиться древний ритуал. Все, в нашем клубе, через него проходили. Это своего рода - “Инициация”. Как у племён Южной Америки — мальчик должен доказать, что он становится мужчиной. Я готовил тебя к нему всё это время. Каждая порция божественных блюд, на ступеньку приближала тебя к этому удивительному волшебному таинству.


— Вы меня… Чё? — простонал Максим.


— Сейчас увидишь! Не бойся - это не слишком больно! — пообещал Платон Иванович и пока Максим соображал, что к чему, он ударил его кулаком в живот.


Максим упал и покатился по полу. На него налетели несколько гостей и начали пинать ногами. Он закрывал руками лицо, пытался защитить живот, плакал, но его не оставляли в покое. Я отстранённо наблюдал за тем как его избивают. Тот же невидимый голос подсказывал мне, что всё это не просто так, и от Максима чего то пытаются добиться. Вокруг него появилось серебристое сияние. Оно становилось всё сильнее и ярче. Максим засиял, а ещё через секунду в зале появились тысячи серебристых бабочек.


Гости оставили Максима в покое и с радостными криками бросились их ловить. Откуда - то появились сачки. Бабочки кружились вокруг Максима так, словно пытались защитить его, но их подстерегали и ловили прямо голыми руками. Тут же, на месте, их ели. Бабочки, судя по всему, были очень сочные. Во все стороны брызгал серебристый сок. Одна из бабочек уселась мне прямо на нос и я от неожиданности хлопнул себя по лицу ладонью. И очнулся.


Я лежал на полу в своей комнате и дрожал от холода. Сходил, умылся. От алкоголя и отравления не осталось и следа. В животе урчало от голода. Сколько прошло времени? Что это был за сон? И сон ли это был вообще? Я ничего не понимал. Вернулся к себе и тут зазвонил телефон. Посмотрел на номер и даже не удивился. Звонил Макс.


Я поднял трубку.


— Тёма выручай! Помоги мне, брат! Я только тебе одному могу довериться! — услышал я.


— Чего ты хочешь? Денег не дам, — машинально ответил я.


— Да какие деньги. Спрятаться мне надо. Ты не представляешь, что у Платона в доме происходит!


— А что происходит? Бабочки летают?


Максим поперхнулся, но опомнился очень быстро:


— Это не бабочки. Они живые, разумные существа. Они их едят и заставляют меня. Помоги мне!


— Не верю.


— Я тебе сейчас фотку, на “Вайбер” пришлю. Он нас кормил. Подселил паразитов. В каждом из нас, червяк. Этот червяк, тоже разумный. Они идут на его зов. Платон их потом жрёт и продаёт другим. Я, теперь, у него, как приманка для них.


— Неее, ты теперь не нашего круга. Ты - элита. Бабы, деньги, рок-н-ролл. Ты же, так этого хотел? Платон Иванович, тебя, никуда не отпустит. Наслаждайся сбывшимися мечтами!


— Дурак! В тебе, тоже червяк есть. Ты следующий!


— Мой - сдох. Врачи не смогли спасти. Такая потеря, — злорадно сообщил я.


— Хотя бы забери меня из особняка. Не могу я на такое смотреть. Я заплачу - сколько скажешь! — взмолился он.


— Я подумаю, — ответил я и положил трубку.


Ехать, забирать Максима, мне очень не хотелось. Я задумался. Да, он предатель и гад, но заслуживал ли он такого отношения? Ведь мы дружили и когда с ним произошла беда он первым про меня вспомнил. У него и друзей, кроме меня и не было. Тут я увидел фотографию, которую он мне прислал. Живот скрутило от боли.


Там была изображена миниатюрная женщина с стрекозиными крылышками. Нет, не женщина, но очень похожее на неё насекомое. Нет! Мои глаза обманывают меня — это было очень родное и близкое мне существо.Оно было прекрасно. Меня словно ударило током, а потом ещё раз и ещё. Они их ели?!! Этих прекрасных маленьких женщин?!! Этих волшебных фей?!! Чудовища — они их ели живьём! Скрипя зубами от ненависти, я решил спалить этот чёртов дом вместе с его обитателями. Они ещё там, я был в этом уверен. Нужно спасти моих фей, сколько бы их не осталось. Я быстро оделся, выбежал на улицу и сел в машину. Пока она прогревалась я уже составил чёткий план. Макса нужно убить. Он не достоин моих красавиц. Голос в моей голове подсказывал — Оберон должен быть только один!


К дому Платона Ивановича близко было не подобраться. Дорога была перекрыта. Тревожно кричали пожарные машины, полиция отгоняла прохожих. Дом горел. Я бросил свой автомобиль и на негнущихся ногах пошёл к нему. Огонь горел ярко, сердце от боли рвалось на части. Усталый полицейский грубо оттолкнул меня с глупым видом идущего напролом. Он не понимал мою боль. Я не мог уйти. Плевать мне было на сгоревших в доме людей — там, сейчас гибли в мучениях мои прекрасные феи. Я отошёл к машине и мою голову посетила мысль — разогнаться и на скорости протаранить толпу. Смять всех на своём пути. Уничтожить. Я только хотел сесть за руль, но меня кто-то ухватил за ворот куртки и дёрнул развернув в другую сторону. Я увидел перед собой мужчину в маске чёрного зайца. В его глазах отражалось зарево пожара. Он смотрел прямо на меня. Он казался мне знакомым. Словно дальний, далёкий родственник, но я не понимал - откуда?


— Теперь, я понимаю откуда всё началось, — произнёс он.


— Я знаю вас. Вы…


— Это неважно, — перебил он меня, — забирай её и уезжай отсюда.


Он протянул мне фею. Одну единственную. Завёрнутую в платок, замёрзшую, но всё ещё живую. Мою красавицу.


Я бережно принял её и осторожно засунул за пазуху в свою тёплую куртку.


— Спасибо!. — попытался поблагодарить его я, но человек в маске чёрного зайца пропал. Кроме меня на этой стороне улицы никого не было. Да мне это уже, всё равно. Важна - только она. Моя красавица. Моя красавица...

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Так же мои истории прочитать тут - https://vk.com/public194241644
Показать полностью
38

Бремя времени (часть 9)

Предыдущая часть со всеми остальными ссылками Бремя времени (часть 8)

Внизу также ссылка на озвучку



Падение быстро закончилось, больно ударившись затылком я...

... вынырнул из странного кошмара благодаря боли. Она вспыхнула внутри головы резким яростным пожаром, грозящим расплавить мозги. Пронзила в самую глубину, заставляя вцепиться зубами в подушку, чтобы не завыть словно дикое животное. Кое-как разлепил веки, тяжело дыша. Взгляд уткнулся в потолок. В правом углу отклеился кусочек обоев. Уже полгода хочу вообще поменять их, да никак не получается.


Главное что я дома, а не там... всё же это оказалось сном, безумным бредом, порождённым моим уставшим сознанием... Промелькнувшие три недели, смерть друга, психушка, — ничего этого не было, всё лишь затянувшийся кошмар... Я выплюнул подушку, рассматривая на ней кровавый отпечаток. Во рту стоял неприятный привкус, словно прокусил язык или щёку. Может так и есть... сейчас важнее всего то, что я в своей кровати. И руки не связаны. Боль затихала, а сердце перестало колотиться, стук стал опять в обычном ритме. Я вытер потный лоб.

Свернулся комочком, поджав коленки повыше, хотелось заплакать, как маленькому мальчику. Чтобы, как в детстве, на непослушные волосы опустилась рука, ласково взъерошивая их. Чтобы мягкий голос утешающе говорил, что всё будет хорошо, у меня всё получится, не стОит печалиться.


Я даже, почти на секунду, почувствовал это тёплое прикосновение к голове, силуэт рядом с собой, неуловимо расплывающийся в воздухе. Но наваждение столь быстро и пропало. Осталась только грусть, накатившая волной. Тоска и осознание одиночества — пожалуй лишь сейчас они настолько прочно угнездились внутри меня, что на глаза всё же навернулись слёзы.

Что же со мной происходит, почему именно я?


Да, я часто считал себя уникальным человеком, единственным в своём роде. Что больше никто не может испытывать моих ощущений, ни у кого не возникают такие же мысли, никто не думает о том же, что и я. Но со временем пришло осознание, что это далеко не так, и людей, размышляющих подобным образом, огромное множество. Все вокруг представляют себе, что только они самые неповторимые, самые умные, самые прекрасные, а остальные просто бараны, непонятно как проживающие жизни. Так думает и мужик, каждое утро стоящий у магазина, и охранник в нашем офисе, и даже коллега Игорь. Все грустят, что общество не принимает и не понимает их.

Но лишь мне досталась способность проматывать время, свою жизнь... Почему я в этом уверен? Не знаю... но, одновременно,и знаю, что это именно так. Значит я всё же уникальный, как всегда и мечтал?


Почему тогда это не приносит радости, как раньше? Почему дУшу, как никогда до этого, разрывает тоска, хочется продолжить лежать в кровати, жалея себя. Сложно сформулировать, но грустные ощущения перебивает другое... чего я совсем не жажду... тревожные мысли, что всё вокруг ненадёжно, что скоро всё лопнет, как неумело надутый мыльный пузырь, что о таких вещах я уже задумывался и не раз... что даже лежал в такой же позе... и я виноват во всём, что произойдёт дальше...


Приступ дежавю не отпускал, лишь становился сильнее, ярче. Всё происходившее со мной ранее казалось чем-то придуманным, ненастоящим, игрой, быстро наскучившей, и которая должна вскоре закончиться. Это ещё больше заставляло неосознанно тосковать и, одновременно, злиться на такой исход. Хотелось лежать, продолжать валяться на кровати, чтобы вокруг не было лишних звуков, только мешающих моим раздумьям. Я моргнул и, в то же мгновение, ожил компьютер, запустив проигрыватель. Гитарные мелодии заполнили комнату, приглушив остальной шум. Так можно лежать вечно...


— Евгений, ты опять отвлёкся, — заговорила пустота рядом с креслом. — Снова ушёл в своё воображение.

Я закрыл глаза и расслабился. Открыл их. Ничего не поменялось. Почти ничего... кресло сдвинуло ближе ко мне. Я уже ничему не удивлялся — не было испуга или паники, просто апатичное состояние.

— Это действует успокоительное, — доверительно продолжил голос. — А сейчас должны помочь таблетки. Ну же, — подбодрил он. — Ты же чувствуешь, не так ли? Изменения...

Я моргнул, стены комнаты предательски исказились, словно на миг проступило другое помещение— побольше, с книгами на полках и сидевшим в кресле человеком. Остальное не успел разобрать.

— Нет, отстаньте, это опять какой-то бред, — я потряс головой, внутренне понимая, что это не поможет.

— Сосредоточься! — властно сказала пустота.


Окружающая чужая обстановка проявлялась всё сильнее, набирала объём и цветА, а моя комната, наоборот, становилась тусклее, растворялась прямо на глазах — ноутбук на столе уже был настолько прозрачным, словно его почти не существовало, лишь еле уловимые контуры плавали в воздухе. Меня дёрнуло вперёд и я почувствовал, что уже сижу. Всё произошло так быстро, я даже не успел толком осознать рывок. Просто тело переместилось в вертикальное положение.

Затравленно огляделся. Моей квартиры больше не было, призрачные остатки мебели испарились самыми последними. Теперь вокруг меня находились — просторный кабинет, изящная настольная лампа, приглушённый свет которой воздействовал умиротворяюще для уставших глаз, окна, выходившие на кусок парка — там вдалеке виднелись аккуратно подстриженные кусты и пара деревьев, множество книг, расставленные на полках в трёх деревянных шкафах. Сам я расположился в уютном кресле, ощущая спиной упругий материал, по типу кожи. Напротив сидел мужчина в докторском халате, небрежно покачивая ручкой и крутя её между пальцев. Внимательные глаза следили за моей реакцией.


— Хорошо, ты вернулся, — утвердительно произнёс он.

— Что происходит? — страх всё никак не хотел появляться во мне. Лишь небольшое недоумение. Пережив столько всего за короткое время, сознание похоже совсем перестало удивляться.

— Наше общение о твоём детстве прервалось. Видимо, ты опять представлял себя дома. Или разговаривал с выдуманным Сергеем Викторовичем, который якобы твой лечащий врач.

— Его нет, и вас тоже, — нахмуренно произнёс я. — Это снова кошмары.

— Очень не хочется повторять, но видимо придётся. Вчера ночью с тобой произошёл печальный инцидент. Мне позвонили дежурившие охранники, когда уложили тебя обратно в палату. Я так надеялся, что наконец-то ты пошёл на поправку, что мы сообща добились этой ремиссии, улучшения психического состояния! Тебя в последние месяцы перестали мучать кошмары, прекратились навязчивые идеи, что ты умеешь отматывать время вперёд...

— Я могу! — перебил я его. Вскочил с кресла, отчего мужчина непроизвольно сжал кулаки и выронил ручку. — Докажу, что сон продолжается!


Решившись наконец-то воспользоваться силами, боясь последствий, но я всё же прикрыл глаза, представил себя в своей же кровати... утро, выходной день, время часов десять, можно позвонить Кате и решить куда сегодня пойдём... Раньше этого хватало для перемещения... но, открыв глаза, я обнаружил себя всё так же стоящим в кабинете с нелепо вытянутой рукой.


— Сейчас, сейчас, — мой голос дрожал от волнения. Как же так...? — Всё получится.

— Что тут написано? — мужчина приподнялся со своего кресла и протянул лист бумаги. Там большими буквами была выведена короткая фраза "Во сне нельзя читать"

Я пробежался по буквам взглядом.

— Понимаешь, одно полушарие отвечает за сон, другое за чтение, — успокаивающим тоном говорил неизвестный. Мягкий проникновенный голос умиротворял. — Так что ты бодрствуешь. И это хорошо — сбегать в свои фантазии нет смысла, лучше осознать ошибки и начать по-новой покорять весь тяжёлый путь. Я помогу, обещаю.

— Нет! Быть такого не может! Я не мог столько всего выдумать, попросту не мог.

— Наш мозг сложная штука... Евгений, ты почти не помнишь детство, подростковая и юношеская жизнь тоже все в тумане. Вскоре начнут пропадать и другие старые воспоминания, для того чтобы оставить место для новых, но и они долго не продержатся у тебя в голове. Ты часто возвращаешься к ним, прокручиваешь в голове, выстраиваешь там целые сцены и эпизоды... как только ты всё осознаешь, лишь тогда они пропадут. И ты сможешь снова спокойно засыпать по ночам.

— Не верю! — упрямо мотал я головой. Злость от каждого сказанного предложения мужчины всё больше нарастала. Как тогда, когда я испарил бедную девушку... или этого не было?


Мысли разбегались — с одной стороны я хотел поверить неизвестному, что-то заставляло ему доверять, но с другой... с другой ситуация слишком запутанная.

В виски закрутились шурупчики боли. Я застонал и немного скрючился обхватив голову руками.

Как не вовремя... почему она появилась? Возможно... из-за моих недавних попыток показать свои силы? Я сосредоточился, стараясь отрешиться от всего.


— Успокойся, — мужчина оказался рядом, захлопал себя по карманам. — Прими таблетки, у тебя приступ!

— Ты врёшь, — произнёс я с непонятной убеждённостью в своей правоте. Закрыл глаза.


Миг, его тихий вскрик и громкий хруст кирпичных стен, тут же перебивший остальной шум. Мир трясся, крутился вокруг меня, как на чёртовом колесе, было сложно понять где верх, а где низ, пол качался под ногами, содрогался, словно живое существо. Сквозь сомкнутые веки я каким-то образом видел смутные силуэты. В ноздри ворвался запах, который бывает после долгой и упорной работы перфоратором — пыль и мельчайшая бетонная крошка, витающая повсюду в воздухе.

Откуда здесь бетон?


В груди разливала боль при любом малейшем движении, но я боялся открыть глаза. Сделав неимоверное усилие, всё же опустил взгляд вниз — увидеть очаг боли. Кровь, тоненькой струйкой, текла из раны на плече, вторая, практически идентичная, заставляла пылать живот в районе левой почки. В голове молниеносно прокручивались нужные действия, что следовало сделать прямо сейчас — я не знал откуда они берутся, но знал, что это точно сработает... ведь когда-то я их уже совершал. Протянул руку, делая короткий взмах. Словно в замедленном действии, кровь принялась... возвращаться назад, как если бы события стали прокручиваться в обратную сторону! Из ран сами вытолкнулись пули — вначале из живота, а затем и из плеча. Боль была сильной, но на удивление терпимой, я ощущал, что даже могу убрать её, просто за ненадобностью, но эта мысль быстро улетучилась.


Наконец пули полностью вывалились и шлёпнулись на пол небольшими кусочками, чуть не угробившими меня несколько минут назад... Или времени прошло больше? Кровотечение остановилось, раны затянулись, словно их и не было, причём вместе с одеждой. Всё произошло секунд за тридцать. Я поднял глаза, ожидая увидеть милиционера, стрелявшего в меня, но он так и не появился, как и другой, кричавший в рацию о помощи.

Стены мелко тряслись, по ним расходились трещины, становясь всё глубже и шире. Потолок хрустел, лишь чудом не обваливаясь на голову. Где-то внизу ворочалось нечто огромное, потряхивая многоэтажный дом каждую минуту.


Посреди этого хаоса, из темноты коридора, вышел Егор. Походка, мимика лица, быстрые движения рук — всё это было очень похоже на обычное поведение друга. Никаких колюще-режущих ранений тоже нет. Если бы не творящийся вокруг апокалипсис я бы, наверное, даже рассмеялся. Я не стал оборачиваться, чтобы проверить — осталось ли его тело лежать рядом с батареей или бесследно растворилось — снова навалившаяся на меня грусть не дала завершить поворот головы. Даже если оно там есть... какой смысл?


— Мне же это всё снится? Я так и не проснулся, верно? Может... я и не просыпался?

Егор пожал плечами, грустно смотря в сторону. Скрестил руки на груди и привалился к стене, всё сильнее сотрясающейся.

— Всё скоро закончится..., — фразу, которую произносили люди из кошмаров, было трудно воспринимать из уст друга. — Я пытался, но...

— Ты обманываешь меня!

Дом стал постепенно заваливаться в сторону, я почувствовал это, когда пол чуть сместился набок, а кружка поползла к краю стола. Но мне было всё равно, почему-то я верил, что это всё неважно.

— Зачем обманывать..., — Егор продолжал стоять в разрушающемся здании, тоже не заботясь о спасении. — Это всё равно, что говорить — моя рука предала меня. Невозможно по определению. Тебя не обмануть... потому что это некому сделать.

— Ничего не понимаю...

— Понимаешь, — печально произнёс он. — Просто не хочешь признаваться себе... В который раз.

— Чушь, ты говоришь полную чушь, — категорично ответил я.

— Единственное живое существо здесь — ты, дойди до окна и посмотри, что там происходит.


Я не верю ему, но моргаю и непроизвольно перемещаюсь, уже оказываясь прямо рядом с окном. Близлежащие дома рушатся один за другим, с грохотом разваливаются на части, земля вспучивается, вздымается наверх громадными глыбами. Люди внизу не паникуют, молча рассыпаясь в прах за мгновения, ветер уносит их остатки дальше, собирая чудовищный урожай. Некоторые успевают поднять головы в мою сторону, словно зная, где я сейчас нахожусь. Почему-то я чётко вижу каждого и даже большое расстояние совсем не помеха. В последние мгновения жизни они просто смотрят на меня. С немым укором в глазах.

Я не выдерживаю и отворачиваюсь.


— Они... назовём это мельчайшими частичками разума, которые облекли в плоть. По твоему желанию конечно же, — Егор тоже подошёл, безучастно разглядывая творящийся ужас. — И я сам тоже существую лишь благодаря тебе.

— Это всё сон, — твержу я, как заведённый, в который раз за сегодня. Со всей силы ударил себя по лицу. Боль немного отрезвила, но не успокоила.

— Если ты захочешь, то боли не будет. И меня... и всего вокруг. Игра подошла к концу, слишком рано, но тут уже ничего не поделать — я пытался растянуть ещё хоть немного... не получилось.

— Игра?

— В твоём понимании — да. Мне почти удалось заверить тебя, что ты находишься в психушке — это дало бы ещё лишнего времени, мир мог продержаться значительно дольше, но скрытое внутри слишком сильно хотело всё закончить.

— Но почему? — я задавал вопросы, сам не зная зачем.

— Скоро ты всё вспомнишь, как бы не протИвился этому пугающему знанию. А затем произойдёт... Обновление. Перезагрузка. Создание нового. Называй, как хочешь, суть та же. Тебе всё сложнее удержать интерес, со временем ты начинаешь неосознанно менять всё вокруг, необдуманно, на эмоциях, пытаясь улучшить созданное. Понемногу, сам того не замечая, стараясь не нарушать своих правил, но при этом разрушая данную иллюзию, преждевременно заканчивая её.


Где-то совсем рядом было понимание, о чём говорит Егор, стОит лишь протянуть руку, разнести хлипкую преграду в голове и вот оно... но я боялся, не хотел всеми фибрами души открывать эту дверцу.


— Вечность и одиночество лучшие спутники для того, чтобы сойти с ума и ты всеми силами пытаешься как можно дольше оттянуть этот момент, — продолжал Егор. — Скучно наблюдать за пустотой сотни и сотни тысяч лет. Ты создавал разнообразные миры, населённые множеством различных существ — ведь у тебя безграничная фантазия. Проживал бессчётное количество жизней — обычным человеком и императором, управлял странами и уничтожал их в войнах в другой раз без капли сожаления, создавал религии и умирал на кресте, работал до самой старости грузчиком и открывал новые лекарства от болезней, покорял планеты и умирал в детстве, просто утонув в реке — чего только ты не перепробовал. Придумывал сценарии со сверхсилами, создавал кошмарных чудовищ, отправлял себе "обычному" файл на компьютер, который предсказывал будущее, был и мир, где все говорили правду, и мир, где ты якобы попал во временную петлю — всего не запомнишь при всём желании, а запоминать ты хочешь меньше всего. Этого разнообразия всё равно надолго не хватает и происходит... то что сейчас... всё чаще — тебе наскучивает новый мир, начинаешь осознавать неправильность происходящего и он меняется. Очень редко в лучшую в сторону.


Я ошеломлённо молчал, придавленный этим знанием. Первоначально хотел злобно прервать Егора, врезать по морде, выпрыгнуть в окно в конце концов... лишь бы не произошло то, о чём он говорил — полного осознания происходящего. Тонкая дверца в голове, этот образ, пока ещё защищающий меня, еле держалась на петлях, проламываясь под напором изнутри.

Взглянул вниз. Тряска прекратилась, земля улеглась, перестав раскалываться, до самого горизонта исчезли все здания, оставшиеся люди, кажущиеся теперь мелкими муравьями, будто застыли, зависли в воздухе, смотря в никуда и совершенно не шевелясь. Пропали звуки, кроме голоса Егора, яркость словно снизилась до самого минимума — мир вокруг уже казался чёрно-белым.


— Не верю, — мой шёпот оглушающе громко раздался в разрушенной комнате.

— Эту защитную реакцию ты сам и придумал. До последнего не верить, держать барьер в голове, отказываться всеми силами в понимании. Придумал меня — чтобы, когда твой внутренний я неожиданно влезет в игру, я постарался не допустить этого, немного корректируя дальнейшие действия. Сейчас этот мир исчезнет, перестанет существовать. Все оставшиеся "люди" растворятся в пустоте... тебе грустно, но поверь— они не почувствуют боли, не успеют понять, что же с ними произошло.

— А они могут ощущать? Просто пропадут... и Катя тоже?

— К сожалению, да. Не получается сохранить мир, что-то у тебя не выходит. Ты уже давно оставил попытки разобраться с этой проблемой... Выдумаешь новый мир — может даже почти такой же, без особых изменений. И будешь снова пробовать развлечь себя, хоть немного. Но перед этим, на небольшое количество времени, ты всё вспомнишь и осознаешь... если захочешь... Чаще всего ты стараешься не ворошить память.


Мир растворялся на глазах, многоэтажное здание, в котором мы находились, было единственным, что ещё оставалось в порядке. Остальное исчезало, словно стираемое ластиком, уже использованное и ненужное. Егор хмыкнул и тоже перестал существовать, но я знал — он где-то остался, внутри меня... и снова появится, когда это будет нужно.

Опять один...


Тоска навалилась так сильно, что я сжал зубы, чтобы не всхлипнуть. Вечная скука, вселенская тоска— только сейчас я почти в полной мере осознал значения этих фраз. От них веяло пугающим, пробирающим до самых костей, отчаянием. Я готов был испытать страх, боль, злость, но только не отчаяние...

Голову просто разрывало от всё прибывающей информации. Доли секунды... хотя я мог убрать это надоедливое время, растянуть секунды в миллиарды часов. Для меня не существует таких понятий — всё придумано... Но радости это не принесло. Только опустошающую тоску внутри. Грусть и осознание того, что все уловки не помогут. В конечном итоге я всё равно один. Навечно...

И нет смысла жалеть себя. Хотелось поскорее забыться, снова нырнуть в спасительное забытие, прожить любую жизнь, лишь бы не находиться тут, ощущая безграничное одиночество, разъедающее меня изнутри.


"Я могу помочь" — голос в голове. Быстрое понимание, что это Егор — крошечная частица моего сознания, которой я сейчас дал немного свободы. Вспоминаю, что когда-то давно уже делал так, но... плевать, не хочу знать. Нужно, как можно скорее, придумать новое развлечение, иначе я сойду с ума. — "Могу предложить что-то поистине уникальное, только доверьтесь мне"


Я оглушительно смеюсь, стирая весь мир до конца, словно провёл громадной тряпкой. Остался только я и пустота, не имеющая ни размера, ни цвета, ни запаха.

"Как может творец довериться своему созданию?"

И тут же, пока не передумал, соглашаюсь. Лишь бы перестать быть всесильным и всемогущим. Избавиться от терзающих знаний, от этого чудовищного бремени.

"Спасибо, вы не будете разочарованы"


И я расслабляюсь — новый мир разворачивается передо мной, сложно разобрать какие в нём изменения, да я и не хочу... всему своё время.

Время...


Конец

P.S. Рассказ получился практически такой, какой я и хотел – отличающийся от других (нет юмора, вываливающихся внутренностей, чудовищ и маньяков), довольно депрессивный, местами чересчур скучный из-за внутренних монологов героя, ну и немного сумасшедшая концовка. Поэтому каждому самому решать удался ли этот эксперимент.


Ну а тут есть другие мои рассказы в разных жанрах - https://author.today/u/zootehnick/works

Показать полностью 1
276

Детский дом. (рассказ по теме Апельсиновые корки)

Детский дом. (рассказ по теме Апельсиновые корки) Мистика, Крипота, Фантастика, Авторский рассказ, Робот, Длиннопост

Мой рассказ по теме на октябрь "Апельсиновые корки".

--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Галя просыпалась первой, и некоторое время лежала в кровати, слушая как внизу, на кухне монотонно и ласково гудит Муля. Она была очень тихой и не умела говорить, только гудела на разные лады. Галя вздыхала, проверяла зелёный игрушечный будильник стоявший на тумбочке, и подкручивала механизм. Потом тихонько вставала с кровати, на цыпочках подбегала к окну, занавешенному шторами из плотной ткани. Выглядывала в окно. Солнце на небе светило красным. Долго смотреть нельзя - начинала болеть голова. Она поправляла шторы, так, чтобы свет не проникал в комнату, и шла приводить себя в порядок в ванную. Гале было 13 лет. Она, сколько себя помнила, всегда жила в этом доме. Ещё тут жили Панас, Эмма и Вятко. Тоже дети, только младше её. Она была самой взрослой. Муля не в счёт. Муля занималась хозяйством в доме - стирала, готовила, делала уборку. Галя занимала ванную самой первой, а потом шла будить остальных детей по очереди. Панас не любил умываться, его каждый раз приходилось заставлять. Когда она будила его он недовольно бурчал и прятался под одеялом. Если уговоры не помогали, она просто стягивала с него одеяло. Панас демонстрировал голую спину всю в дырках, чесался, возмущался и понуро шёл умываться. В ванной он пробудет недолго и Галя шла будить остальных. Эмма и Вятко брат с сестрой. Они спали вдвоем в одной комнате. Эмма старше своего брата на год. Ей 8 лет. Вятко самый младший ему всего 7. С ними было проще. Эмма стараясь подражать Гале на правах старшей сестры помогала своему брату и приглядывала за ним. Галя только стучала в дверь оповещая о наступлении утра. Эмма выводила заспанного брата и вела в ванную на ходу ругая Панаса, который наверняка повсюду налил воды.


Галя спускалась по лестнице на первый этаж в гостинную и оттуда шла на кухню где готовила еду Муля. Муля очень большая. Она носила чёрный монашеский саван с капюшоном и старалась прятать своё лицо. Среди детей считалось неприличным смотреть ей прямо в глаза, потому что она стеснялась. Отворачивалась и грустно гудела. Она встретила Галю коротко приветственно прогудев после чего махнула рукой в сторону стола. Столовые приборы были уже разложены и Панас сидел на своём месте нетерпеливо болтая босыми ногами. Галя велела ему надеть тапочки, но он в ответ только показал язык. Он младше её на год, но с тех пор как вернулся, ведёт себя очень независимо. Брат и сестра появлялись на кухне, когда Муля уже заканчивала подавать на стол. Дети завтракали и рассказывали друг-другу, что им приснилось ночью. Потом Муля разливала всем чай.


После завтрака на кухне звенел требовательный звонок и дети дружно шли на третий этаж учится. Третий этаж территория Чудилы.


У него четыре металлические ноги и дюжина щупалец. Чудила очень ловкий, но говорит, к сожалению, только лекции. Зато он умеет исполнять различную музыку. На третьем этаже большой зал где стоят парты в три ряда. Есть школьная доска. Там он рисует для детей задачи и демонстрирует наглядный материал. В углу стоит телескоп накрытый зелёной скатертью. Ночью через него можно смотреть на звёзды. Днем же, Чудила к нему никого не подпускает и больно бьёт электрическим током. Такое правило. Галя помнила как давным-давно мальчик Элька не послушался и посмотрел в телескоп прямо на солнце и что потом случилось. Чудила с тех пор всех наказывает ударами электрического тока за любое непослушание. Поэтому на его уроках всегда тихо. Панас перед малышнёй хорохорится и говорит, что ему электричество нипочём, но во время уроков ведёт себя смирно. Они занимают свои места, Галя с грустью оглядывает пустые парты и очередная лекция начинается.


Чудила расположившись на кафедре машет щупальцами и озвучивает очередную тему. Все понимают, что это не его голос. Это всего лишь запись, но Чудила тоже вносит свою лепту. Он рисует на школьной доске фигуры и требовательно гудит. Дети достают из парт тетрадки и записывают очередной урок. Каждый урок длится примерно 45 минут. После каждого урока перерыв.


Всего за день проходит 4 урока. Расписание Чудила выставляет на электронной гибкой бумаге и оповещает заранее. Хотя все четверо учатся вместе, для Гали и Панаса он выдаёт ещё отдельные более сложные задания, которые нужно выполнять в свободное время. Если они их не выполняют или выполняют плохо тоже может последовать наказание электрическим током. Но Чудила не злой. Когда Галя заболела и не могла ходить на уроки, он навещал её в комнате. Проверял температуру и делал уколы, после которых она быстро пошла на поправку. Чудила, больше всех за детей боится. Особенно после того как все сбежали из дома и Муля не смогла их найти. Он даже сам изготовил для них охранника. Пугало. Пугало очень страшный. Он похож на ветвистое дерево, только из железа, и у него круглая с антеннами голова. Днём он бродит по окрестностям и ищет детей, а ночью сторожит дом, чтобы с детьми не случилось ничего плохого.


Когда дети сбежали Галя болела. Поэтому они решили бежать без неё. Она оставалась в доме несколько дней одна, а когда выздоровела, то хотела бежать следом и разыскать остальных, но Муля ей не позволила. А потом Пугало вернул Панаса. Панас теперь и не думает убегать. Говорит, был дурак, показывает спину всю в дырках и считает, что уж лучше жить дома. Другим, говорит, повезло намного меньше.Галя пыталась его расспрашивать, но безрезультатно. Он только чернел лицом и говорил, что лучше ей этого не знать. Потом Пугало нашел Эмму и Вятко. Они долго прятались в своём доме и были сильно истощены. Походили на два скелетика. Муля очень долго их выхаживала. Даже Вятко, теперь понимает, что днём из дома выходить нельзя. Светит красное солнце. К обеду уроки заканчиваются и они вновь идут на кухню, где для них уже накрыт стол. Обедают, а потом расходятся по дому. Эмма ведёт брата играть в детскую. Панас либо присоединяется к ним, либо идёт в подвал играть со Скрытнем. Он с ним давно сдружился.


Скрытень хозяйничает в подвале. Там целый подземный лабиринт. Раньше там у мальчишек был штаб, потому что там много интересного. Скрытень разводит под землёй съедобных жуков, личинок и разных других гадов. У него там целая грибная ферма и множество растений. А ещё там мастерская и закрытое помещение из которого доносится лязг и шум. Со слов Панаса, там генераторы, подающие в дом электричество на всё оборудование. А ещё там холодильники, склад еды, система переработки насекомых в съедобный порошок и питательную массу.

Скрытень управляет всеми механизмами в подвале. Он единственный, кто умеет говорить своим голосом, но говорит за раз не больше одного слова. Гале он не нравится. У Скрытня длинное суставчатое тело с множеством рук и ног. Он выглядит противно и не покидает подвала. Только мальчишкам он интересен, но из них остался один Панас. Галя предпочитает общаться с Мулей. Она хоть и не человек, но с ней интересно. Галя помогает ей убираться в доме, учится готовить, а потом идёт делать уроки. Ещё можно сидеть в большом зале и глядеть в большое окно. Иногда это бывает интересно. Большое окно затемнено, специально. Еще можно выглядывать из других окон, но только когда солнце уходит.


На улице обычно пусто. Иногда только идёт дождь. Можно наблюдать за деревьями или как бродит возле дома Пугало. Когда ему нечего делать, он стаскивает к дому автомобили, копается в запчастях и приносит их к Чудиле, а тот решает нужная деталь или нет. Если деталь полезная, Чудила прячет её в мастерской или отдаёт Скрытню.


Когда Чудила свободен, он обычно тоже находится на улице, чинит большие блестящие панели, ставит новые, таскает различные провода. Галя иногда следит за его работой, но больше всего ей бы хотелось, чтобы другие ребята вернулись. На втором этаже восемь комнат. Теперь живут только в трёх. Раньше было очень весело, а сейчас пусто и тоскливо.


В этот день она после обеда находилась на первом этаже. Включила музыку и наблюдала как Чудила возится у дерева где раньше был домик на дереве. Чудила развешивал праздничные гирлянды. Девочка вспоминала, как раньше по ночам там собирались Клаус, Стэфан и она - Галя. Как самые старшие. Наблюдали окрестности в подзорную трубу и бинокль. Пили чай и ели печенье приготовленные Мулей, которая в домик не забиралась, а терпеливо охраняла их покой стоя внизу. Они веселились, представляя себя пиратами и разбойниками, мечтали, что солнце снова станет прежним и взрослые вернутся. Появятся животные и птицы. Клаус в их компании был самый умный и сильный.


Он рассказывал, что запомнил, куда уезжали их родители, когда солнце стало красного цвета. Рассказывал, как путешествовал со своим отцом по всей стране и что до бункера, где сейчас живут взрослые, можно добраться всего за несколько дней. Но перемещаться можно только ночью. Днём необходимо прятаться в надёжных укрытиях, куда не проникают лучи красного солнца. Он нашёл карты местности в библиотеке и пометил синими чернилами, самые, на его взгляд, лучшие места.


Стэфан возражал ему — он придерживался мнения, что нужно ждать строго отведённый срок, и только после этого приступать к действиям. Клаус на его слова только фыркал. Они давно выучили эту запись наизусть. Чудила включал её на кинопроекторе строго один раз в неделю, чтобы дети не забывали.


Там бородатый взрослый мужчина с усталым видом долго и скучно рассказывал о космосе и о солнце. О том, что их планета проходит через космическое облако состоящее из загадочных частиц. И приблизительное время прохождения составляет: 1522 дня. Пока солнце светит на планету сквозь это облако, у него такой цвет — красный. И что ни в коем случае нельзя попадать под прямой свет такого солнца. Этот свет убивает. От чего было принято решение по всей стране создать такие дома где могли бы жить дети и взрослые под присмотром роботов.

Клаус насмешливо требовал Стэфана показать ему другие такие дома. В округе было множество домов больших и маленьких. Только они были все пустые. Нигде больше людей не было, а если бы они были то уже давно дали бы о себе знать. Не веришь? Включи телевизор — там одни помехи.


Стэфан возмущался говорил, что Клаус плохо слушал лекцию на записи, что из-за облака испортились все передающие антенны и эти споры, порой, продолжались до глубокой ночи, пока обеспокоенная Муля не начинала требовательно и громко гудеть упрашивая детей спуститься и лечь в кровать.


Потом, среди детей начали ходить восторженные слухи о том, что Клаус по ночам уходит делать вылазки в соседние дома. Он возвращался под утро и отсыпался после уроков. Галя восхищалась сильным и смелым Клаусом, хотя рассудительный Стэфан ей нравился больше. Пацаны прятались после обеда в подвале Скрытня и устраивали совещания. Девочек туда пускали не всегда. А потом произошла беда с Элькой. Он так страшно кричал и плакал, когда посмотрел в телескоп. Бегал по классу и зажимал руками свой глаз. Все, кто постарше, пытались его поймать, но не смогли. Он вырывался из рук, а потом как-то сумел выскочить из дома. Хотя днём из дома нельзя выйти. Двери бронированные и открываются только для Чудилы или Мули. А Чудила, в это время был наверху. Все дети сбежались в зал и в страхе смотрели как Элька упал на траву перед домом и катался по земле. От него шёл дым. Чудила, спрыгнул откуда-то с крыши и начал поливать его из огнетушителя пеной, а после подозвал Мулю и они принесли Эльку обратно в дом. Гале, тогда стало плохо от того, что она увидела. Мальчишки постарше, под руководством Клауса завернули тело Эльки в целлофан и унесли в подвал. Потом сказали, что закопали его в подвале.


Через несколько недель Клаус предложил организовать поминки по погибшему мальчику и сообщил, что в подвале среди старых запасов продуктов нашли апельсиновое варенье в банках. Муля для всех детей приготовила вкуснейшие блинчики и они устроили поминальный пир. Все очень радовались варенью, потому что сладостей у них почти не было. Варенье было с маленькими кусочками апельсиновых корок, очень вкусное. Гале понравилось, но на следующий вечер она почувствовала себя плохо и у неё поднялась температура. А пока она болела и Чудила ухаживал за ней, Клаус организовал побег. Как они сбежали и Муля за этим не уследила - оставалось загадкой. Муля никогда не спит. С тех пор она не смотрит детям в глаза. Ей очень стыдно за то, что произошло, а Чудила создал Чучело и отправил искать ребятишек.


Сегодня Галя твёрдо решила посидеть в зале и почитать интересную книжку, под ласковую классическую музыку. Чучело не появлялся уже несколько дней. В зале на столе лежала стопка листов электронной бумаги с множеством рассказов, но она больше любила бумажные книги. Она притащила несколько таких из библиотеки и удобно устроившись на одном из диванов читала, время от времени посматривая за тем, что там происходит на улице. Чудила закончил вешать гирлянды и скрылся. Она слышала как он скрёбётся, забираясь по стене дома на крышу. Может быть, что-то случилось с Чучелом? Но Панас говорил, что Чучелу не страшно даже огнестрельное оружие. Он необычайно прочный и большой. Чудила сделал его таким большим, что он не может пройти в дверь и должен оставаться на улице. Галя, иногда видела, как Чудила чинит его. Приваривает новые железки и антенны, отчего Чучело становится ещё страшнее.

Галя выбрала книжку про красавицу-маркизу жившую в средние века и так увлеклась, что не заметила как подошла Муля. Она потопталась рядом с диваном, погудела, а потом принесла плед и заботливо накрыла девочку.


— Спасибо, Мулечка! — поблагодарила её Галя. Та смущённо отвернулась. Ушла на кухню, а через некоторое время вернулась с тарелкой печенья и стаканом молока. Галя не очень любила молоко, которое, Скрытень делал из тараканов. Но это же Муля. Как не взять?


Муля поставила молоко на столик и отошла. Галя для виду попробовала. Горькое. Лучше уж чаю. Улыбнулась Муле и та кивнув отвернулась, ушла к окну и замерла.

Галя вспомнила про сладкое апельсиновое варенье. Как жаль, что такого уже не осталось. Дети съели всё сладкое уже давным -давно. Скрытень снабжает Мулю сахаром и она готовит им печенье и пирожки, но варенье или конфеты….


Галя мечтательно вздохнула прочитав как героиня книги маркиза кушает воздушное пирожное и оно тает во рту словно сладкое облачко.


Муля грозно загудела и засуетилась возле окна. Галя в тревоге вскочила с дивана и подбежала к ней. Там за окном появился Чучело. Он нёс в железных лапах чёрный свёрток. Навстречу ему выбежал Чудило, быстро выхватил свёрток и побежал к дому. Минуты не прошло как Чудило уже был внутри осторожно положил свою ношу на пол в прихожей. На шум сбежались остальные дети. Панас зачем-то прибежал с железным прутом. Чудила осторожно развернул чёрную ткань и Галя вскрикнула. Внутри скорчившись лежал запёкшийся Клаус стиснув в руках коробочку.


— Сдох - скотина! — услышала Галя голос Панаса.


— Зачем ты так? Он же был нашим другом! — заплакала она.


— Да лучше бы этого гада муравьи сожрали. Хотя ладно. Мы сами его съедим, — злорадно ответил Панас.

Муля протестующе загудела увидев как Панас присел рядом с телом Клауса и с силой вырвал из его рук коробку. Оторвал вместе с пальцами. Почистил. Оглядел.


— Это КПК. Надо только зарядить. В подвале есть зарядка, — сообщил он

.

— Дайте нам по пальчику, — тихо попросила Эмма.


— Да вы что! С ума сошли? Нельзя есть людей! — возмутилась плачущая Галя.


— Их можно. Они сладкие. Мы, когда одни жили, находили погибших и ели. Они очень вкусные. Только надо успеть до насекомых. — объяснила Эмма.


— Держите, — Панас протянул каждому по оторванному пальцу.


Чудила пошевелил в воздухе своими щупальцами и неожиданно выхватил из рук мальчика КПК.


— Отдай! — возмутился Панас, но тот не слушал его. Изучил устройство, потом нашёл в своём теле нишу и вставил в неё.


— Блин! Теперь не узнаем, что там. — обиделся мальчик.


Чудила распрямился и замер. Внутри у него защёлкало.

Муля оттащила Клауса в зал и снова начала заворачивать в ткань.


— Не надо его выкидывать. Мы отнесём его в подвал — заявил Панас.


Муля покачала головой и грустно прогудела.


— Ага, не слушаешься? Приказываю! Отнеси то что осталось от Клауса в подвал, в наш штаб и оставь его там, — в голосе мальчика послышались злые нотки.


Муля покачнулась. Подняла свёрток и ушла.


— Это же Муля! Ты что творишь? — Галя вытерла слёзы и накинулась на него с кулаками.


— Не будь дурочкой! Он это заслужил! — Панас пытался защищаться прутом, но она была сильнее, вырвала оружие и дала пощёчину. Панас присел на корточки и захныкал:


— Ты одна тут дура… Всегда ею была… Не поняла ещё как так вышло, что Клаус детей мимо Мули провёл, а она ничего не сделала?


— Объясняй! — в гневе крикнула ему Галя потом повернулась к Эмме и Вятко — А вы… Прекратите есть пальцы, а то выпорю!


Они послушались её. Панас всхлипывал:


— Он увидел как Элька приказал Муле его выпустить на улицу…


А она тоже дура! Когда ей говорят слово “приказ”, - она слушается… Потом, когда Эльку принесли в подвал он первый понял, что тот… Засахарился и его можно есть… Мы все его ели!


— Даже Стэфан? — от этих слов у Гали опустились руки.


— И Стэфан твой!


Панас вытер нос и уже успокоившись продолжил:


— Нас застукал Скрытень и хотел переработать тело Эльки в компост. Только Клаус был хитрее. Он вызвался сам всё сделать, а нам велел достать банки. Там была давильная машина. Элька только снаружи как карамель, а внутри он жидкий. Мы выдавили из тела начинку, добавили сухих апельсиновых корок для запаха, а корочку оставшуюся сами съели. А вам досталось варенье. Вы все его ели и ты тоже!


— Ты врёшь!


— Не вру! — завёлся Панас — Попробуй его сама если не веришь? Он сладкий! А потом Клаус что-то тебе подсыпал…


— Как?


— Не знаю. Знаю, что подсыпал. Он не хотел, чтобы ты шла с нами.


А когда ты заболела, он сказал всем детям, что нужно уходить. Потому как может начаться эпидемия и Чудила залечит всех до смерти своими уколами. И только он один знает куда идти. В бункер взрослых. Идти всего три дня. Все поверили ему. Даже Стэфан. Он сказал ему, что ты лежишь почти мёртвая. Помнишь Чудила никого не пускал к тебе?


— А дальше?


— Дальше, мы собрали припасы. Клаус приказал Муле выпустить нас ночью, а самой идти нас искать в другой стороне. Мы и пошли за ним. Хотели увидеть взрослых. Он сказал нам, что у взрослых конфет и тортов просто завались. Что мы просто будем объедаться мороженым, а не жрать этих переработанных мух и червяков каждый день. Мы поверили ему, а он…


— Что он?


— Он оказался уродом! Он предал нас! Мы шли за ним три ночи. Днём прятались в брошенных больших зданиях. На нас нападали крысы. Их там целые полчища. А потом, он привёл нас в бывший торговый центр. Я не помню где это. Оставил нас и велел ждать его.


Панас помрачнел и замолчал.


— Рассказывай! — велела ему Галя — Рассказывай до конца!


— Нас нашли и схватили взрослые. Их было очень много. Они схватили всех нас и посадили под замок. И Клаус был среди них.


Он навёл их на нас. А потом… — тут Панас сглотнул слёзы.


— Они били вас?


— Нет. — помотал головой мальчик. — Хуже. Они выкидывали нас по одному на солнце и ели после того как мы там спекались. По одному. Они хотели сладкого. И Клаус нас ел. Он хотел, чтобы его считали взрослым.


— Это ужасно!


— Они смеялись над нами и кидали нам запёкшиеся куски. Они говорили нам страшные вещи. Говорили, что весь мир умер и что мы должны радоваться каждому прожитому дню поедая своих сладких товарищей. Они говорили, что это последний пир прошлой жизни. Потом остались только я и Стэфан.


— Они съели и Стэфана? — спросила Галя.


— Не. Не успели. Пришёл Чучело. Они выкинули нас на солнце, а Стэфан подобрал лист железа и накрыл нас обоих сверху. Солнце палило не так сильно и тогда они начали по нам стрелять. На шум пришёл Чучело и начал убивать их. Они ничего ему не могли сделать. Солнце, только немного обожгло мне спину и оставило дырки. Только вот Стэфан…Клаус боялся, что мы уйдём и стрелял по нам из оружия. Чучело успел защитить только меня, но Стэфана не успел. А потом этот гад убежал и ночью Чучело отвёл меня домой. Так, что нечего нам искать взрослых. Тут наше место.


—….Я верю в этих детей… Я верю, что у них всё получится, — раздался за их спинами знакомый голос. Дети с удивлением повернулись. Говорил оживший Чудила. Голос принадлежал учёному. Тому самому — рассказывающему лекцию о солнце и космическом облаке.


— ...Я не мог сделать для них большего… Государству они были не нужны...Мне так и сказали в министерстве...Не до сирот, сейчас… Я перевёз их в особняк губернатора, тот всё равно уже сбежал и всю последнюю неделю работал, чтобы они ни в чём не нуждались.

Я украл трёх старых военных роботов на брошенном складе и доработал их для выполнения функций учителей и нянек. Они будут заботиться о них... Немного укрепил дом. Свёз туда все окрестные припасы и научил робота-подземного инженера работать на ферме. Еды должно хватить. Самое главное, чтобы они не выходили из дома. Им нужно продержаться. Продержаться пока солнце снова не станет прежним. Я приехал к убежищу слишком поздно. Они избавились от лишних... Все кто попал под воздействие излучения и имеют покраснения на коже были признаны негодными… Я не верю...Они просто избавились от лишних ртов… Прощщщщ…


Повисло молчание. Запись прервалась. Чудила постоял немного раскачиваясь, вздрогнул и как ни в чём не бывало вышел на улицу.

Панас засмеялся:


— Ты поняла? Поняла, да? Клаус домой пошёл! К нам! Назад! Сволочь! Не приняли его в бункере!

Галя обессиленно опустилась на пол.


— И что же нам теперь делать? — спросила она.


— Можно сделать варенье из Клауса. Апельсиновые корки ещё остались. — предложил Панас.

Показать полностью
132

Закрытие темы "Правила, написанные кровью". Объявление новой темы на октябрь

Закрытие темы "Правила, написанные кровью". Объявление новой темы на октябрь Ужасы, Фантастика, Мистика, Челлендж, Объявление, Авторский рассказ

Сентябрь закончился настало время подвести итоги.

По теме "Правила, написанные кровью" - было придумано и выложено два рассказа

https://pikabu.ru/story/do_poslednego_shchelchka_7744511- @MaxKitsch

https://pikabu.ru/story/nikto_i_nikogda_7700313- ваш покорный слуга.

@dzubeikibagami - я надеюсь ты остался доволен?


Мы объявляем новую тему на месяц октябрь - "Апельсиновые корки". 

Тему любезно подкинула - @MoranDzhurich.

Закрытие темы "Правила, написанные кровью". Объявление новой темы на октябрь Ужасы, Фантастика, Мистика, Челлендж, Объявление, Авторский рассказ

К участию приглашаются все желающие почесать своё ЧСВ. Срок сдачи работ до 30 октября.

Ссылки на рассказы можете кидать в комментарии.

Показать полностью 1
44

Погружаемся в комиксы: Strange Tales #41-50 - пятьдесят оттенков пришельцев

Список предыдущих частей Погружения

Список биографий и околокомиксных постов


Странный-престранный привет всем, кто это читает! Знаете, что сегодня за день? Сегодня день погружения! Пора вновь погрузиться в странные-престранные миры Странных Сказок, ведь я всё ещё намерен провести подписчиков от старых комиксов к новым. Напомню, в прошлой подборке Кодекс Комиксов укрепил свои позиции и часть тем стала запретной, надолго покинув комикс. Но от этого некоторые истории, пожалуй, стали только более странными.


Сегодняшний марафон Странных Сказок начнётся с комикса Strange Tales #41 за декабрь 1955 года, и первая же история в нём – путешествие во времени. Знаете, откуда в человеческом мозге большая неиспользуемая часть? Если бы люди умели её использовать, давно бы уже стали сверхлюдьми (знаю, учёные уже утверждают, что мозг используется полностью, но это комикс 1950-х). Так вот, миллионы лет назад на далёкой планете была цивилизация-утопия, на которой жили гиганты мысли, настоящие сверхлюди. Увы, были и среди них алчные, воинственные мудаки. В общем, однажды сверхлюди погрузили всех своих мудаков на одну ракету и отправили на Землю, где те встретили прото-людей, закорешились с ними – да так и акклиматизировались, изрядно отупев. Поэтому сейчас люди тупые, агрессивные и не могут использовать мозг на полную катушку. Вторая история - вариация на тему классики. Рыбак влюбляется в русалку, и настолько к ней привязывается, что понимает – жить без неё не может. Так что он идёт к врачу и делает себе жабры, чтобы жить с любимкой под водой. Не знал рыбак, что русалка в это время у другого врача делала себе ноги и лёгкие, чтобы жить с ним на суше.

Погружаемся в комиксы: Strange Tales #41-50 - пятьдесят оттенков пришельцев Комиксы, Фантастика, Мистика, Marvel, Комиксы-Канон, Длиннопост

В истории под названием «Странная Палка» объявляется человек,обладающий палочкой, с помощью которой можно найти, что угодно – если он сконцентрируется, палочка укажет в направлении предмета, а если он оставит палочку и спрячется, палка сама укажет на него. Странный человек решает продемонстрировать это для учёных, оставляет палку и уходит…к своему звездолёту. Через некоторое время палка начинает вставать (гусары, ну полно вам!) – и указывать на восходящую луну. А бывает и такое: жил да был парень, который постоянно грезил будущим, что донимало отца. Гуляя по улице с одноэтажными деревянными домами, парень представлял на ней небоскрёбы – и однажды увидел их, но отец настоял, чтобы парень сходил проверил голову. Парень пошёл к мозгоправу – и тот прислал отцу письмо: «С вашим сыном всё в порядке, если не считать его зацикленности на прошлом. Ему иногда кажется, что на нашей современной улице с небоскрёбами всё ещё стоят одноэтажные деревянные домики, но курс терапии это исправит». Так кто застрял во времени-то?

Погружаемся в комиксы: Strange Tales #41-50 - пятьдесят оттенков пришельцев Комиксы, Фантастика, Мистика, Marvel, Комиксы-Канон, Длиннопост

Комикс Strange Tales #42 начинается с бодрой истории под названием «Безликий». Её мораль (а в большинстве историй, соответствующих Кодексу, обязана быть мораль) – нефиг завидовать. В общем, жил да был богач, и однажды он сильно повздорил с сыном на почве хобби – и лишил сына наследства. Об этом не знал слуга богача, который надеялся после смерти старика унаследовать его богатство, а наличие законного наследника всё портило. Однажды слуга встретил странствующего волшебника, и тот предложил услугу – сделать слуге лицо наследника. В качестве платы волшебник возьмёт лицо слуги. Отличная идея! Но слуга не знал, что старик лишил «законного наследника» наследства и собирался переписать всё имущество на слугу. Так что всё имущество досталось человеку с лицом его слуги – тому самому фокуснику. Фокуснику, который оказался настоящим сыном богача, ведь именно из-за этого хобби богач вычеркнул сына из завещания.

Погружаемся в комиксы: Strange Tales #41-50 - пятьдесят оттенков пришельцев Комиксы, Фантастика, Мистика, Marvel, Комиксы-Канон, Длиннопост

Остальные истории не менее странные. Скажем, есть агентство, которое ищет таланты. Но ищет небрежно – одного из зашедших «разворачивают», не глядя. А если бы посмотрели, то увидели бы, что это говорящая и поющая обезьяна. Во второй истории в городе объявляется псих, который утверждает, что прибыл с Луны. Он странно одет и странно себя ведёт, рисует летающие города и рассказывает про технику, работающую на атомной энергии. Ну точно псих! И правда, его забирают двое мужчин, представившись работниками психиатрической лечебницы Кейпел. Только после того, как его забрали, у врача появляются сомнения – ведь в списке психушек нет ни одной под названием «Кейпел». И правда, нет…на Земле. А увозят «психа» домой, на Луну, в уютную камеру с мягкими стенами. Потому что только псих может считать, что жители Земли уже готовы к контакту с инопланетянами. Другая история повествует о непостоянстве женщин – красавица всячески гнобит влюблённого в неё профессора, потому что он тощий и слабый. Но он случайно попадает в разлом во времени, проваливается в далёкое прошлое и попадает в рабство, где вынужден заниматься тяжёлым трудом. Впрочем, кормят неплохо. Так что в своё время профессор возвращается уже атлетически сложенным силачом…и узнаёт, что женщина его мечты вышла замуж за другого хилого слабого профессора.

Погружаемся в комиксы: Strange Tales #41-50 - пятьдесят оттенков пришельцев Комиксы, Фантастика, Мистика, Marvel, Комиксы-Канон, Длиннопост

В комиксе Strange Tales #43 повествование начинается с истории «Человек, который жил дважды». Последние секунды жизни мужчины на операционном столе внезапно становятся минутами и часами – время останавливается. Увидев, что весь мир замер, мужчина решает использовать последние часы с пользой для человечества, покидает больницу и идёт делать добрые дела (спасает собаку, которую вот-вот переедет автомобиль, оставляет деньги в доме у бедняков, останавливает перестрелку, оставляет в штабе правительства тайные документы из вражеского штаба и т.д.). Будь это доКодексной историей, было бы расписано, как он сходит с ума в замершем мире – но Кодекс такого не позволяет, так что парень проводит последние часы счастливо и возвращается в больницу, чтобы умереть с улыбкой на лице. Во второй истории отважный мужик бесстрашно спасает человечество от ужасных и злых инопланетян, которые хотели отравить запас воды. Ну, он так думает. На самом деле инопланетяне не были такими уж злыми и хотели высыпать в воду средство, которое сделало бы всех людей на веки вечные невосприимчивыми к болезням. Но мужик это предотвратил (во имя Нургла?).

Погружаемся в комиксы: Strange Tales #41-50 - пятьдесят оттенков пришельцев Комиксы, Фантастика, Мистика, Marvel, Комиксы-Канон, Длиннопост

Третья история – странная история странных родителей и странных детей. Парень, работающий клоуном, хочет семью – но он стерилен, так что своих детей у него не будет. Впрочем, он находит брошенного младенца и начинает за ним ухаживать…но случайно узнаёт, что этот младенец – инопланетный шпион. Клоун уже собирается сдать инопланетного шпиона властям – но подслушивает, как тот говорит с начальством и просит, чтобы его оставили на Земле навсегда, потому что он крепко полюбил своего «папу». История под названием «Таинственная Машина» демонстрирует изобретение мечты для многих. Немецкий изобретатель создаёт механизм, способный превратить любую вещь в сокровище – но ему портит нервы мегера-жена. Однажды, психанув, изобретатель намерен превратить все сокровища жены обратно в мусор – но в панике мегера сама запрыгивает в машину. А выходит из неё…ну, внешне она не изменилась, зато стала доброй, чуткой, ласковой, заботливой и любящей женщиной – такой, какой была, когда изобретатель с ней только-только познакомился.

Погружаемся в комиксы: Strange Tales #41-50 - пятьдесят оттенков пришельцев Комиксы, Фантастика, Мистика, Marvel, Комиксы-Канон, Длиннопост

Теперь-то можно перейти к комиксу Strange Tales #44 за март 1956 года, и в частности, к истории «Человек, который сбежал». В больницу поступает 97-летний старик с кучей болячек, который вот-вот скопытится от старости. Он уже впал в детство и постоянно твердит о том, как его бросил папка. Почему-то врач решает его спасти, чего бы это ни стоило. У старика редкий тип крови – но врач находит донора. После переливания старику становится всё лучше и лучше – он буквально молодеет на глазах. И ему становится любопытно, от кого досталась кровушка. Донором оказывается сам доктор – он объясняет, что пережил взлёты и падения цивилизаций, был свидетелем власти Чингисхана и не только. И он не хочет делиться бессмертием, потому что это не дар, а проклятие – но не спасти собственного сына он не мог. Это доктор объясняет бывшему старику, который к концу монолога врача становится младенцем. И уж теперь-то папка его не бросит…

Погружаемся в комиксы: Strange Tales #41-50 - пятьдесят оттенков пришельцев Комиксы, Фантастика, Мистика, Marvel, Комиксы-Канон, Длиннопост

В следующей истории профессор отбирает двух умных и красивых молодых людей (парня и девушку) для испытания машины для исследования параллельной реальности. Пара заглядывает в параллельный мир – но там им, мягко говоря, не рады, так что молодые решают вернуться в свой мир и жениться вместо всей этой глупости с параллельными мирами. Да, это след Кодекса Комиксов – пропаганда института брака со всей деликатностью шедевра "Дети против волшебников". В истории «Поберегитесь внизу!» группа спелеологов натыкается на страну подземного народа, один профессор сбегает – но за ним увязываются несколько представителей подземных существ и становятся его учениками. В последней же истории разворачивается трагедия – родители не дают пацану играть на чердаке, а ведь только там с ним соглашается играть его друг, которого другие люди не видят. Но друг утверждает, что ему скоро нужно будет исчезнуть – и действительно исчезает, как раз когда родители дарят мальчику пони в надежде, что он перестанет сычевать на чердаке. С точки зрения родителей мальчик просто повзрослел и перестал городить бредни про выдуманных друзей.

Погружаемся в комиксы: Strange Tales #41-50 - пятьдесят оттенков пришельцев Комиксы, Фантастика, Мистика, Marvel, Комиксы-Канон, Длиннопост

А теперь – комикс Strange Tales #45, и сразу с места в карьер история о трёх мечтателях, которые мечтали о временах рыцарства, сражении драконов и спасении принцесс. Идя по пустыне, они увидели мираж с фэнтезийным миром, зашли туда – и не вышли. В следующей истории инопланетяне похищают ребёнка и пытаются у него выпытать, когда будет наиболее выгодное время, чтобы напасть на Землю. Нашли, у кого спрашивать…трусливый мальчик просит, чтобы его отпустили, чтобы он мог посмотреть в календарь – и действительно, смотрит в календарь и сообщает наиболее выгодное, с его точки зрения, время – вечер Дня Независимости (4 июля). Инопланетяне вторгаются – но их отпугивают фейерверки, и инопланетный флот покидает Землю

Погружаемся в комиксы: Strange Tales #41-50 - пятьдесят оттенков пришельцев Комиксы, Фантастика, Мистика, Marvel, Комиксы-Канон, Длиннопост

А ещё жил да был скромный гипнотизёр, тихий и робкий. Однажды он решил себя самого загипнотизировать (хочу быть дерзким, хочу быть смелым), чтобы разжиться богатством. И таки гипнотизирует. И всё ему удаётся, и он богатеет. А потом выходит из транса и понимает, что все свои богатства просто нафантазировал. Ну ок…История «Человек, который вернулся», повествует о профессоре, который научился силой мысли заглядывать в прошлое. Ну и однажды решил заглянуть на много миллиардов лет назад, в момент создания Вселенной. В DC это кончилось тем, что вселенная раскололась на Мультивселенную, а тут профессор всего лишь двинулся рассудком. Когда студенты его растолкали и начали спрашивать «ну чо там», он мог ответить только «Свет, всепроникающий и обжигающий свет!!!». А ещё было такое – одинокому инопланетянину поручили колонизировать Землю. Ну, он высадился и увидел фермера. И спрашивает такой «Пардон, а это Земля?» А фермер ему такой «Пф, не, это Марс». Только табличку «Сарказм» фермер поднять забыл, так что инопланетянин собрал манатки – и улетел. А астрономы после этого отметили странную активность на Марсе (который был принят за Землю) – из ниоткуда начали появляться дороги и города!

Погружаемся в комиксы: Strange Tales #41-50 - пятьдесят оттенков пришельцев Комиксы, Фантастика, Мистика, Marvel, Комиксы-Канон, Длиннопост

Марафон Странных= Сказок продолжается в комиксе Strange Tales #46. Первая история в нём повествует о том, как важно получать полную информацию. Дядька приобретает песочные часы, да не простые – они позволяют путешествовать во времени. Он отправляется в будущее и спрашивает, мол, какой сейчас год. Ему отвечают – семьдесят первый. Офигенно! Прикинув, что к чему, дядька возвращается в своё время и вкладывается в будущее – инвестирует в землю (он в будущем узнал, что инвестиции в землю делают людей богачами). Вернувшись в семьдесят первый, он узнаёт, что его нет в списках инвесторов…по причине давности. Он и не подозревал, что попал не в 1971, а в 2071 год! Во второй истории на Землю прибывает марсианин (все марсиане выглядят, как обычные люди), пугает народ своим необычным методом перемещения (с помощью молний), влюбляет в себя земную девушку – и увозит её на Марс, хоть и суров запрет сердитого отца – он не велит ей замуж выходить.

Погружаемся в комиксы: Strange Tales #41-50 - пятьдесят оттенков пришельцев Комиксы, Фантастика, Мистика, Marvel, Комиксы-Канон, Длиннопост

В истории «Дикий, дикий ветер» моряков пугает поведение корабля – прогнозировали штиль, но паруса надуваются, и корабль сам плывёт, причём вовсе не туда, куда планировалось. Штурвал невозможно развернуть, паруса не убрать. Корабль причаливает к небольшому острову – и моряков там встречают люди и сообщают, мол, сто лет назад на этом корабле произошёл бунт. Корабль плыл в Австралию, но бунтовщики высадили некоторых пассажиров и капитана, отжали корабль себе и отправились на поиски золота в жаркие края.. Сто лет прошло, и теперь на этом островке живут потомки тех пассажиров – и корабль пришёл их подобрать. Всем бы такой ответственный транспорт…история «Не заглядывай» учит не лгать – девочка однажды порвала письмо от отца и солгала, что не получила его, но на самом деле сохранила обрывки в коробке, от стыда. Однажды, уже будучи пожилой тёткой, она тяжело заболела – и в какой-то момент раскрыла правду. Её муж заглянул в коробку – и вместо обрывков письма нашёл пять тысяч долларов. И старушка вспомнила напутствие отца – «просто скажи правду, и все твои неприятности пройдут». В последней же истории люди отправляют роботов в космос, колонизировать далёкую планету. Потом прилетают за ними, мол, ща будем тут жить. Но роботы их разворачивают – мол, нам и самим тут отлично живётся, идите нафиг.

Погружаемся в комиксы: Strange Tales #41-50 - пятьдесят оттенков пришельцев Комиксы, Фантастика, Мистика, Marvel, Комиксы-Канон, Длиннопост

Так что учёные идут нафиг, а мои читатели – в комикс Strange Tales #47 за июнь 1956 года. Жил да был злой бизнесмен-мизантроп. Он ненавидел людей. Однажды ему понадобилась помощь окулиста. Окулист помог. Уж помог так помог…после визита к окулисту богач-мизантроп больше не видел людей. Ну типа, по дорогам ездят пустые автомобили, в пустых ресторанах раздаётся галдёж невидимок, и так далее. Добрым молодцам урок: не бросайтесь фразами типа «глаза б мои его не видели». Странная сказка номер два повествует о том, как Голливуд спас мир. Однажды на Землю высадились захватчики с Нептуна. Но вторжения никто не заметил, потому что они высадились в разгар съёмки экшен-сцены для новейшего фантастического блокбастера. Увидев значительно более продвинутые звездолёты (декорации) и солдат с бластерами (бутафория), пришельцы в панике метнулись обратно на Нептун, постановив, что Земля слишком опасна, её так просто не захватить. Погодите годков семь, на Земле появятся Мстители, Люди-Икс и Фантастическая Четвёрка, вот ТОГДА Земля станет действительно опасной…

Погружаемся в комиксы: Strange Tales #41-50 - пятьдесят оттенков пришельцев Комиксы, Фантастика, Мистика, Marvel, Комиксы-Канон, Длиннопост

В следующей истории под суд попадает учёный. За что судят? Похоже, он подверг опасности своего маленького сына. А учёный и не отрицает – напротив, он утверждает, что это было сделано во имя науки, а наука порой требует жертв (так же оправдывались и Сё Такер, и Бондрюд, ага…). Учёному не жаль сына. Да и чего его жалеть? Его малыш сын – робот, и если он сломается, учёный просто сделает нового! К сожалению, такой позиции придерживаются некоторые люди наяву, по отношению к настоящим детям…а вырастая, дети иногда такой подход и оправдывают. «Да, меня гнобили, за мной не следили, били лютым боем – и ничего, вырос же нормальный, так что правильно поступали». Гхм. Отвлёкся. Последняя же история – короткая зарисовка на тему «не рой другому яму». Диктатор пытается заткнуть диссидента навсегда, выстрелив в него. Но пуля рикошетит и поражает самого диктатора. Ибо нефиг!

Погружаемся в комиксы: Strange Tales #41-50 - пятьдесят оттенков пришельцев Комиксы, Фантастика, Мистика, Marvel, Комиксы-Канон, Длиннопост

Далее на очереди комикс Strange Tales #48 – и история о заброшенном маяке. Беглый преступник, неоднократно скрывавшийся от полиции, решает «залечь на дно» на заброшенном маяке. Будь это до Кодекса, его бы прямо на месте убили призраки или он стал бы умертвием. Но Кодекс действует, так что оказывается, на маяке живут сущности, выпавшие из иного мира, ищут и собирают других таких же сущностей и переправляют их в иной мир. Беглый преступник хочет отправиться к ним, чтобы спастись от преследующего его полицейского – но сам полицейский оказывается гостем из иного мира. Вторая история называется «Человек, который похитил небоскрёб». Ночью, когда в здании никого нет, пропадает один из небоскрёбов. Человек в толпе говорит, что видел странного мужика со шрамом, которым обмерял здание рулеткой. Мужика ловят, когда он обмеряет мост – и он признаётся, что является инопланетянином, и похитил здание, чтобы поучиться новым вариантам строительства. Ну бред же! Впрочем, чтобы всё было честно, перед тем, как сбежать из-под стражи, инопланетянин дарит землянам одно из зданий со своей планеты – левитирующий небоскрёб.

Погружаемся в комиксы: Strange Tales #41-50 - пятьдесят оттенков пришельцев Комиксы, Фантастика, Мистика, Marvel, Комиксы-Канон, Длиннопост

История под названием «Люди в космосе» не кажется такой уж странной. Проблемы на космической станции, но астронавт их решает, выйдя в космос. Странного в ней лишь то, что пока это только фантазии – до полёта в космос, создания космической станции и выхода человека в открытый космос на момент выхода этого комикса ещё довольно далеко. В следующей истории шахрай захотел навариться на формуле супер-лекарства, которую ему дал один старик – но формула оказалась неправильной (или он сам напортачил), и его сильно побили. А старик пришёл к нему и сообщил, мол, я уже 300 лет помогаю людям этим лекарством, а ты пострадал, потому что хотел навариться, теперь мне на два-три поколения придётся залечь на дно. Перед тем, как раствориться в воздухе, старик дал побитому выпить лекарства по правильной формуле – и тому сразу полегчало. В последней же истории малец нашёл на чердаке странное зеркало – но его отобрал злой дядя. Злой дядя увидел в зеркале инопланетный пейзаж – и зеркало увеличилось и позволило в него пройти. Но по ту сторону зеркала была лишь бесконечная пустыня. Злой дядя попытался вернуться – но его в уменьшившемся зеркале увидел пацан, испугался и случайно смахнул зеркало со стола. А оно разбилось.

Погружаемся в комиксы: Strange Tales #41-50 - пятьдесят оттенков пришельцев Комиксы, Фантастика, Мистика, Marvel, Комиксы-Канон, Длиннопост

Таким макаром можно перейти к комиксу Strange Tales #49. Кодекс крепко держится зубами за такие комиксы, так что Странные Сказки всё ещё глубоко нравоучительны. Вот скажем, жадный хмырь находит в джунглях город-утопию, где местный глава может превращать камни в самоцветы. Набрав самоцветов, жадный хмырь сбегает, с большим трудом добирается до цивилизации и вываливает своё «сокровище»…которым оказывается горсть покрашенных камешков. А остался бы в городе-утопии и не гнался бы за богатством – жил бы припеваючи! Вторая странная сказка посвящена рассеянной девушке. Жила-была девушка, любила посидеть в парке да книги почитать. И однажды на Землю высадились пришельцы и начали её донимать. Их план: запугать девчулю своими высокими технологиями, девчуля ломанётся всех оповещать о страшных пришельцах и Земля сдастся без боя. Но…не получилось. Потому что рассеянная девчуля отреагировала в духе «Вы, конечно, забавные, но отвалите, я читаю». Инопланетчики пришли к выводу, что раз Землян не впечатляет их оружие, значит, у Землян есть оружие значительно круче, и их нужно оставить в покое. Так рассеянная девушка спасла мир, сама не подозревая.

Погружаемся в комиксы: Strange Tales #41-50 - пятьдесят оттенков пришельцев Комиксы, Фантастика, Мистика, Marvel, Комиксы-Канон, Длиннопост

История под названием «Не вполне человек» - очень сокращённый и меньший по объёму вариант «Войны Миров» Уэллса. Учёный создаёт робота, но тот оказывается слишком умным, создаёт себе второго робота и намерен поработить человечество. Учёный убивает первого робота, разломав его кочергой – но погибает от пули, которую робот в него всадил. Второй же робот по-тихому сваливает…но под дождём ржавеет и погибает - потенциального поработителя человечества убило что-то, что для людей является совершенно нормальным. А было и такое: жил да был богач, мистер Смит. Жадный шо ппц. И однажды всё, что ему принадлежало или носило его имя, исчезло. Его перестали узнавать, пропали его особняк и его офисное здание, а банковских счетов на его имя вообще никогда не было. Осталась у него только одна монета. Но богач отдал её ребёнку для стабилизации авиамодели – и радостный ребёнок назвал свой самолёт в честь Смита. А затем мир отреагировал на добрый поступок – и Смита вновь все стали узнавать, вернулся его офис и его особняк, и его огромный счёт в банке. Только теперь Смит не будет алчным чмом и будет активно донатить на благотворительность. Наконец, получил урок доброты суровый мужик, который отнял у сына собаку и решил отвезти её очень далеко, чтобы не нашла путь домой и сдохла – но в его машину попала молния и перенесла его и собаку на другую планету. Там его встретили шарообразные инопланетяне и пообещали, что хотят помочь – но их ресурсы ограничены, поэтому помогут он только одному существу, более развитому. То есть, более доброму и самоотверженному. То есть, собаке.

Погружаемся в комиксы: Strange Tales #41-50 - пятьдесят оттенков пришельцев Комиксы, Фантастика, Мистика, Marvel, Комиксы-Канон, Длиннопост

Но и сегодняшний пост уже пора завершать, и для этого отлично подойдёт комикс Strange Tales #50 за сентябрь 1956 года. Молодой учёный изобретает вещество, с помощью которого можно уничтожать любые предметы, разлагая их на атомы – но ему являются видения, странные сущности, которые хотят забрать его на тот свет, несмотря на то, что его час ещё не пробил – потому что такое оружие нельзя выдавать агрессивным людям. Впечатлившись, парень уничтожает всю документацию о своём изобретении и клянётся держать его в тайне. Во второй истории изобретатель (уже другой) создаёт своего робота-двойника, чтобы грабить корованы, и при этом иметь алиби – но в какой-то момент решает, что всё это неправильно, и сбрасывает робота с утёса, а работодателю и невесте признаётся, что был преступником. Робот, впрочем, выжил и начал-таки совершать преступления – но изобретатель его нашёл и добил, расплавив огнём, после чего сдался полиции. А судья постановил – «Крч, очевидно, что всё твоё зло перешло в робота, которого ты уничтожил, понятное дело – ты нормальный, добропорядочный человек. Отпустить немедленно и снять все обвинения».

Погружаемся в комиксы: Strange Tales #41-50 - пятьдесят оттенков пришельцев Комиксы, Фантастика, Мистика, Marvel, Комиксы-Канон, Длиннопост

Однажды на Землю напали агрессивные пришельцы. Чтобы защититься от них, учёные окутали всю планету густейшим туманом, практически непроглядным. В нём нифига не видно и трудно дышать – зато оружие пришельцев против него бессильно. Престарелый отставной генерал, обиженный на своего молодого начальника, по-видимому, решает предать человечество и отключает одну из дым-машин. Пришельцы радостно вламываются на Землю…но не успевают вовремя затормозить или развернуться, и все тонут в океане. Следующая история выполнена в стиле классики Strange Tales. Парень ходит по пустому городу и любопытствует, где все. Реально, вокруг ни души! В какой-то момент парень понимает, что это сон, просыпается – но город действительно опустел. Почему? Неизвестно. На то это и Странные Сказки!

Погружаемся в комиксы: Strange Tales #41-50 - пятьдесят оттенков пришельцев Комиксы, Фантастика, Мистика, Marvel, Комиксы-Канон, Длиннопост

Далее в программе Люди-Икс.

Показать полностью 20
211

Никто и никогда

Никто и никогда Фантастика, Мистика, Челлендж, Авторский рассказ, Длиннопост

Мой рассказ по теме объявленной  уважаемым @MaxKitsch, который был спровоцирован провокатором @dzubeikibagami готов.  Тема месяца: «Правила, написанные кровью».

Пожалуйста - это мой ответ западным историям с реддита. Теперь жду твой ответный ход @MaxKitsch.

П.С - Телефон смысловой нагрузки не несёт.

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------


Моя смена начинается с 6.00. Я прихожу в половине шестого, расписываюсь в журнале и прощаюсь со своими сменщиками. В комнате - десятки мониторов, стол, два кресла и шкаф, где мы берём кофе и сахар. Я раскладываю на столе четыре журнала, включаю кофе-машину, наливаю в свою кружку порцию горячего кофе и сажусь в кресло. Моя работа заключается в наблюдении. Я оператор.


Я пододвигаю ближе к себе два телефона: красный и синий. Проверяю письменные принадлежности. Камеры видеонаблюдения ведут непрерывную запись, но правила для операторов никто не отменял. Они висят на стене, позади меня, нарисованные красной краской на большом белом листе бумаги.


Новичкам рассказывают, что они написаны кровью предыдущего работника, не справившегося со своими обязанностями. Шутят, конечно. Все знают — кровь в темноте не светится. До 7.30, я просто сижу и смотрю, не изменилась ли обстановка в кабинетах со времени моей предыдущей смены. Иногда такое бывает, а сменщикам не положено сообщать об этом.

Камеры расставлены по всему этажу и в кабинетах. Только в туалетах их нет. Я думаю, что это и к лучшему. По ночам из туалета может выползти Раскоряка, а на неё и так не положено смотреть.


Правило № 12 :


При появлении любого постороннего предмета, существа, вещества на этаже, в течении смены, не медленно сообщить по красному телефону и попросить уборщицу. Особенно, если появился Тафт или Раскоряка. Не смотреть на Раскоряку.(долго)


Уборщица приходит вооружённая ведром и шваброй. Она очень большая. Обычно, я вижу только её необъятных размеров бугристую спину в халате мышиного цвета. Она убирает слизистые следы, оставленные Раскорякой, а саму её загоняет обратно в туалет. Однако, сотрудники, работающие на этаже, в туалет ходят. И до сих пор никто не возмущался. Хотя, тут и без того проблем хватает.


Наблюдателей должно быть двое. В прошлую смену мой напарник пропал. Вышел покурить ночью, а потом не вернулся, утром сказали, что он уволился. До конца смены, я вынужден был пялиться в мониторы в одиночку. Тут, даже на минутку отлучиться нельзя. Даже глаза закрывать надолго. На этот счёт есть правило.


Правило № 1:


Покидать рабочее место в течении смены разрешено только при наличии второго оператора. Если вы один - запрещено спать. Отвлекаться на еду, перекуры и туалет. Если вы заснули на рабочем месте, значит вы умерли и больше не работаете.


Полезное правило. Сегодня должны были прислать нового. Интересно - кого на этот раз? Не хочется всю смену провести в кресле. Я слышал, когда-то давно, операторы дежурили поодиночке. Но потом руководство решило, что это слишком накладно. Операторы редко выдерживали полные смены и скоропостижно увольнялись. Большая текучка кадров. Поэтому всегда дежурят по двое.


Пока я размышлял, зашуршала входная дверь и я услышал шаги.


— Привет. Я Лёха. Куда мне тут упасть?


— Привет. Тебя не инструктировали, что тут нельзя называть своё имя? Садись на соседнее кресло. Два журнала твои. Будешь следить за сотрудниками: № 3 и № 4. — не оборачиваясь, ответил ему я.


— Да, чо-то говорили такое... Как тут вообще? — справа от меня уселся молодой коротко стриженый парень.


— Не хуже, чем в других местах, — ответил я. Сейчас должен был прийти на работу Нагула. Я отдал ему сотрудников полегче.


— Хы. Я только дембельнулся. А тут работу предложили. У вас, взаправду, столько денег платят за дежурства? — продолжал спрашивать он меня.


— Правда. Ты правила прочитай, которые у тебя за спиной и запомни их наизусть, — велел ему я, — а то увольняют тут, тоже быстро.


— Ща, — он повернулся и изучил список, после чего засмеялся — Да ладно? Это же полная хрень!


— Не нравится, можешь сейчас выйти и попросить чтобы тебя уволили. Потом, может быть уже поздно, — предложил я.


— Да ну? Нет, если деньги за такое фуфло платят, так я лучше попробую. Тут покурить есть где?


— Есть. Вторая дверь справа. Курим, едим, туалет — строго по очереди. Про телефоны…


— Да мне объясняли — он махнул мне рукой — Сидеть, следить за ботаниками, записывать все, что они делают. Докладывать.


— Хорошо. Вот тебе и первое задание. Их тут четверо. На этаже. Мы следим за всем, что тут происходит. Нагула и Зюзя будут сегодня твои.


— Окей!


Первый на работу приходит Нагула. Высокий. Волосы рыжие у него. Рябой. Потому так и прозвали. У него даже в бейджике, напротив фотографии и номера, написано: Нагула. Он проходит через весь этаж и покрутив носом запирается в четвёртом кабинете. Он не должен покидать свой кабинет до 19.00.


Правило № 8:


Научный сотрудник № 4 не должен покидать свой кабинет до 19.00. Если он покинул своё рабочее место раньше положенного времени, оператор должен незамедлительно сообщить об этом по красному телефону.


Нагулу подстережёт и поймает служба безопасности, в тот момент, когда он подойдёт к лифту и его отправят на переработку. Люки для переработки находятся в общем коридоре и возле лифта. Настоящий, всё равно выйдет из своего кабинета ровно в 19.00.


Интересно, предупреждён ли об этом новичок? На случай возникновения внештатных ситуаций с конфликтными новичками в моём столе лежит пистолет-транквилизатор. Ни разу ещё не применял, но очень хочется.


К моему удивлению, новичок хорошо справился. Проследил приход Нагулы и записал в журнал.


— Теперь, придёт или Зюзя, или Стигмат. — сообщил я. — Тут, бывает по-разному.


— Хорошо. А почему у них клички?


— Да ты сам на них посмотри и поймёшь, — ответил я.


Зюзя была странной молодой женщиной. Всегда неряшливо одета, мятая, непричёсанная. Голова кудрявая, издали, похожа на воронье гнездо. Халат на ней болтается, как на вешалке. Но молодым мужчинам, почему-то, она очень нравилась. Она вышла из лифта держа в руках целую кипу бумажных листов. Пока шла по коридору к себе в кабинет, половина бумаг разлетелась. Она, как обычно, забыла их все собрать. Я заметил как возбуждённо задышал мой новый напарник рассматривая её.


— Ничё такая. Лохматенькая. Сисек нет, но…Я бы её, финтифлюхнул!


— Бумаги в коридоре пересчитай, — посоветовал я, — и запиши в её журнал под № 3. Зюзя, сейчас, будет мыть руки у себя в кабинете. Ровно 50 раз. Следи за ней и считай.


— Она что, дура?


— Твоё какое дело? Твоё дело за ними записывать. На стеночку глянь — если забыл?


Правило №2:


Операторы должны не отвлекаясь наблюдать за всем, что происходит на этаже в рабочее и нерабочее время. Обязательно записывать в журнал все действия, которые будут производить научные сотрудники. Строго по времени. В случае несоблюдения этого правила, оператор будет немедленно уволен.


— Блин, какой-то ты нудный. Ты сам-то служил?


— Я тебе на посторонние вопросы отвечать не обязан. В твою работу входит знать только то, что положено. Делай, что говорят старшие, иначе тебя уволят, — ответил я.


— Да ладно. Не пыли. Щас запишу. — ухмыльнулся он и тут же забывшись спросил. — У этой девочки есть кто? Я бы с ней познакомился.


Я не стал ему отвечать, так как увидел вышедшего из лифта следующего научного сотрудника.


Это был Стигмат.


Стигмат сегодня в новом халате. Ему около сорока.

Прежде чем зайти в свой кабинет, он тщательно рисует кровью треугольник возле двери. Он всегда так делает. У него изрезаны запястья и замотаны бинтами. Я записываю его время прихода на работу и время, когда был нанесён рисунок. Вечером, придёт уборщица и стена снова будет чистой, но перед этим, уходя с работы, Стигмат должен подрисовать под треугольником две прямые линии. Обязательно. Если он этого не сделает то…


Правило № 7:


Научный сотрудник № 2, каждое утро рисует знак треугольник возле своего кабинета. Если он этого не сделал утром, оператор должен немедленно доложить по красному телефону. Перед уходом с работы сотрудник № 2, рисует под треугольником две прямые линии. Если он этого не сделал то оператор также должен об этом доложить. Не исполнение этого правила карается увольнением.


— Да он больной! Он чё, себя специально режет? — прокомментировал  Стигмата мой напарник.


— Понятия не имею. Он всегда так делает. Поэтому и кличка такая — Стигмат. А ты следишь за Зюзей? Сколько раз она руки помыла?


— Да слежу я… Она как в рукомойник упёрлась - так и торчит там. Чистюля.


— Она моет руки с мылом, вытирает полотенцем, потом снова моет руки и так повторяется 50 раз, — терпеливо напомнил я, — вот, на этом экране архив, я включу тебе начало записи с её прихода, а ты параллельно считай. Это не очень важное, но... На общем фоне, оно может сыграть. Для нас главное - это соблюдать правила и сообщать по телефону.


— Вот эта рухлядь?


— Да. И не вздумай поднимать трубку, если телефон начнёт звонить сам.

— Ага, правило № 3. Я помню.


Я повернулся и сверился с правилами. Всё правильно.


Правило № 3:


Если вам позвонят по красному или синему телефону, то вам запрещено поднимать трубку и вступать в какие-либо разговоры с тем, кто находится на другой стороне линии. Это связисты проверяют связь. Вы можете помешать выполнению их служебных обязанностей. Нарушение этого правила карается своевременным увольнением оператора.


Последним на работу всегда приходил Карман. Толстый бородатый мужик, под халатом носивший жилет с множеством карманов. Он был научным сотрудником №1. За ним нужно было наблюдать пристальнее, чем за другими. Но только когда он зайдёт в свой кабинет. Не раньше. В отличии от других сотрудников Карман отличался непредсказуемостью.


Я зафиксировал его время прихода на работу. Потом предложил новенькому кофе. Он отказался.


— Не хочу. Чаю у вас нет?


— Только кофе. Самый крепкий. Ночью он нам пригодится.


— Да чо мне ночь? Дежурство только сутки. Я, бывало, в наряде, трое суток не спал и ничего. Мы чай с пацанами покупали. Пуэр в лепёшках. Пили его и норм. Только, на третьи сутки - носом кровь шла.


— Тут одна ночь, бывает, как целых три. Держи всегда под рукой кружку с кофе. Кружки в ящике под кофе - машиной: выбирай любую.


— Так вы чё, целые сутки в мониторы зырите? А может, я ноутбук принесу или планшет? Фильм посмотрим? Сыграем?


— У тебя мобильный на входе, разве не отобрали?


— Отобрали.


— Мозги, похоже, что тоже. В правилах на стене не написано, что мы не можем приносить сюда личные ноутбук или смартфон, только никто не даст сюда его принести. Там, для этого и стоит охрана и другая служба безопасности.


— А к этим, на этаж, мы ходим или только наблюдаем?


— Да они даже не в нашем здании. По сути, мы не знаем, где они находятся. Сюда, к нам приходят только изображения с видеокамер. Ты, лучше следи за Зюзей. Она, как закончит мыть руки, будет трясти ключами и кричать кодовое слово — “ Рапсодия”. Три раза.


— Да слежу я. Уже 48 раз помыла. Вот дура-то.


— Всё записывай в журнал. За Нагулой, особенно следить не надо. Он будет сидеть в своём кабинете.


— Так и есть. Сидит за выключенным компом и хрустит пальцами, — подтвердил новичок.


— Я тебе и отдал простых, потому что за Карманом и Стигматом надо следить постоянно. Эти предсказуемы. Зюзя активизируется ближе к обеду и будет вытаскивать из своей причёски волосы. В твою задачу входит считать: сколько волосков она выдернет. Кроме того, она любит хлопать в ладоши — записывай: сколько раз она хлопнет? Звук не передаётся, поэтому считать можно только на глаз.


— Карман, это толстый? — уточнил новичок.


— Да. Сейчас он покружится по кабинету. Потом снимет халат и будет раскладывать на столе всякую мелочь. Монетки, карандаши, блокноты и многое другое. Много писать придётся.


— А Стигмат?


— Этот? Будет рисовать на бумажках кровью различные символы. Он тоже проблемный. Если он сложит на столе из бумажек домик, то надо сразу сообщать по синему телефону.


— Правило № 9?


— Оно самое.


Правило № 9:


Если, в течении дня сотрудник № 2 соберёт из бумажек, на которых производит записи, бумажный дом, немедленно позвонить по синему телефону.


В этом случае, на этаже появится доставщик с коробкой пиццы, он постучится в кабинет Стигмата и заберёт бумажный домик, обменяв его на коробку. Стигмат, будет до конца дня, занят пиццей и пребывать в полном спокойствии.


Следующие несколько часов мы почти не разговаривали.


Записывали.


Я был очень занят. Сотрудник Карман не давал расслабиться ни на минуту. Он выложил на свой стол целую груду различных мелких предметов и теперь раскладывал из них на столе хитрый узор.

Слава богу, Стигмат сегодня только рисовал. Наконец наступило время обедать. Оно для сотрудников на этаже святое — они расслабляются. Оставляют свои важные дела и идут по очереди в туалет, а потом в комнату приёма пищи. Первым из кабинета вышел Карман.


— Они есть пошли? — уточнил новичок.


— Да. Теперь и мы можем отдохнуть и покурить по очереди.


— Нагула, так и не покидает свой кабинет — заметил новичок. Он с хрустом потянулся, потом вытянул ноги.


— Он единственный, кто тут не обедает. Нагула появится в коридоре только в 19.00. Иди, кури, а я следующий.


Новичок, пошарил по карманам, удостоверился, что сигареты на месте и пошёл в курилку. Я проверил ещё раз, всех сотрудников и что творилось у них в кабинетах. Всё вроде было в норме, только на рисунках Стигмата было что-то новое: кровью нарисованные человечки, которые совокуплялись между собой. Или он всегда их рисовал? Я обычно не записывал, что именно рисовал Стигмат, важно было только количество. Да и как не старайся — всё равно не разглядишь, все изображения. В любом случае, правил я не нарушал, значит и увольнять меня не за что.

Покурив новичок вернулся. Наступила моя очередь идти в курилку.


Закрыв дверь, я включил вытяжку и с наслаждением закурил.


Сейчас будет немного полегче. Стигмат и Карман - после обеда они ленивые. Карман будет крутить ручку на столе и смотреть в ту сторону, куда она повернётся, а Стигмат, порежет себе палец и будет играть сам с собой в крестики - нолики. Зюзя, в обед, употребляет алкоголь. После выпитого, у неё опухает лицо и она становится похожа на запойную пьяницу. Поэтому такое и прозвище.


“С каких пор Стигмат рисует зелёных человечков”? — подумалось мне — “обычно, только зелёные геометрические фигуры’? И тут меня словно током ударило, а какая кровь у Стигмата? Зелёная или красная?


Я бросил бычок в урну и кинулся назад в операторскую.


— Посмотри на рисунки Стигмата! Срочно! — крикнул я новичку.


— Ща... Размазня, кровью… Тут, не разобрать…


— Кровь, какого цвета, на рисунках? — когда я задавал этот вопрос, у меня потемнело в глазах. Пересохло во рту. Ответ означал только одно…


— Красная. Эй, чо с тобой?


— Всё хорошо, — я шатаясь пошёл к кофе машине и налил себе ещё кофе. — Красная. А точно не зелёная?


— Да сам посмотри.


Я вернулся, сел на своё место и проверил. Рисунки были тёмные, кое-где кровь уже засохла. Красные они или зелёные? Непонятно. Я сел и поглядывая на камеры, где в комнате приёма пищи обедали научники, принялся проверять архив.


— А ты давно работаешь? — спросил новичок.


Я только рассеянно кивнул в ответ.


— А чо у вас за испытательный срок? Сказали — после него зарплату прибавят?


— После испытательного срока, тебе предложат сделать лоботомию. Это очень удобно. Не отвлекаешься на всякие мелочи.


— Чо???


— Да, после лоботомии, тебе оформят инвалидность и хорошо прибавят зарплату. Все, кто долго работают, её уже сделали.


— Хера себе у вас порядки! Не! Я не дам себе мозги ковырять.


— Поработаешь тут месяц и поймёшь, что это не самое страшное, — утешил его я.


Закончив проверять архив, я несколько успокоился. Стигмат рисовал зелёной кровью. В этот момент новичок дёрнул меня за рукав и молча указал на экран.


В комнате приёма пищи, сотрудники, не сговариваясь, рисовали некий знак на столе. Стигмат использовал кровь, Карман фиолетовый маркёр, а Зюзя гречневую кашу и майонез. Закончив наносить рисунок, они не вступая между собой в разговоры, начали убирать и мыть за собой посуду. Зюзя скрылась в женском туалете.


— В первый раз такое вижу. Нужно записать во всех журналах. На всякий случай.


Я поднял трубку синего телефона.


— Алё. Это оператор…


Я доложил о случившемся и попросил в комнату для приёма пищи уборщицу.


Прошло полчаса. Уборщица так и не появилась. Сотрудники вернулись на свои рабочие места. Нагула продолжал хрустеть пальцами. Зюзя, достав из ящика зеркальце и косметичку, пыталась привести своё лицо в порядок. Стигмат играл в крестики нолики. Карман включил два маленьких фонарика и направил друг на друга.


Где же уборщица?


Новичок изъявил желание сходить покурить, я не возражал, но на всякий случай указал ему на правило № 4:


Операторы имеют право на перекур и посещение туалета в течении всей смены, но не более трёх раз за смену. Нарушении этого правила влечет за собой стремительное увольнение.


— Почему стремительное? — прочитав, спросил новичок — Было же незамедлительное?

— Уверен? — с сомнением спросил я, — по-моему, стремительное и было. Так же как и в № 3 — преждевременное увольнение.


— Точно? Я час назад проверял. Было написано в правиле № 3: своевременное увольнение. А сейчас по-другому.


На всякий случай, я подошёл и поскрёб пальцем краску на плакате.


Плакат с правилами был нарисован очень давно. Виднелись следы жирных отпечатков пальцев и пыль. Надпись, никак не могла измениться. В моей голове перепуталось — я не был уверен, хотя знал наизусть все правила, стоило мне только закрыть глаза…


И вот тут я понял, что совершенно не могу их вспомнить.


— Ладно, я курить. По правилам, я могу курить не меньше пяти раз за смену, — услышал я голос напарника и открыв глаза с ужасом прочитал изменившееся правило № 4:


Операторы имеют право на перекур и посещение туалета в течении всей смены, но не более пяти раз за смену. Нарушении этого правила влечет за собой непредумышленное увольнение.


Такого, во время моего дежурства, ещё не случалось. На всякий случай, я перечитал все правила и с облегчением обнаружил, что всё в порядке и я ничего не нарушил. Ладно, работу никто не отменял. Я вернулся к наблюдению и записям в журналах.


Вернулся я вовремя, ибо сотрудник № 1: Карман — выложил на стол зажигалку.


Правило № 5:


Если научный сотрудник № 1 найдёт у себя в карманах зажигалку, немедленно сообщить по синему телефону. Если оператор промедлит до того времени как в кабинете случится пожар ему грозит неминуемое увольнение.


Я поднял трубку синего телефона.


— Это оператор… Сотрудник № 1 достал зажигалку. Срочно примите меры.


Через пять секунд под потолком в кабинете Кармана сработала система водяного пожаротушения и залила его с ног до головы.

Я с некоторым удовольствием наблюдал, как мокрый бородач недовольно фыркает и пытается щёлкать отсыревшей зажигалкой.


— Чо произошло? — с любопытством спросил меня вернувшийся напарник.


Я объяснил и указал на правило № 5.


— Ха, а он чо так и будет в воде сидеть?


— Он сейчас пойдёт в туалет обсыхать и приводить себя в порядок.


До конца дня он будет смиреннее монашки, а пока его не будет, придёт уборщица.


— Так она до сих пор не явилась. Ты же её уже вызвал на столе прибрать?


Действительно. Это было очень странно. Уборщица, всегда проявляла оперативность. На всякий случай, я снова поднял синюю трубку и попросил уборщицу.


— Стигмат, ухо себе отрезал, — между тем сообщил напарник — Звонить?


Я повернулся к нужному экрану. Напарник не соврал. Стигмат действительно отрезал себе ухо и сейчас активно перебинтовывал свою голову. Ухо лежало на его столе, кажется, немного подёргивалось. В правилах об этом ничего не было написано. На всякий случай я перечитал их все. Про ухо и нужно ли об этом сообщать — ничего не было, значит сообщать не надо. Я помнил, что некоторые из операторов, работавшие со мной на смене, сообщали по синему и красному телефону о происшествиях, случавшихся в кабинетах в течении смены, которые не входили в перечень правил, а после этого операторов больше никто не видел.


Отсюда, само собой, у операторов негласное правило: не сообщать - если происшествие отсутствует в списке правил.


Отрезанное ухо в список правил не входило. Или входило? Я пробежался ещё раз глазами по списку. Точно не входило.


Поэтому я записал об этом событии в журнал.

— А сообщать, разве не будешь? Правило № 6? — удивился напарник.

— Как??! — я в страхе повернулся к плакату и увидел…

Правило № 6:


В случае, если в течении рабочего дня и особенно после обеда, научный сотрудник № 2 отрежет себе уши (одно или более) оператору следует немедленно сообщить об этом по красному телефону, если оператор забудет сообщить его ждет невменяемое увольнение.


Моя рука сама дёрнулась к красному телефону и вцепилась в телефонную трубку.


— Это оператор… Тут такое дело…


И я доложил о происшествии, после чего, холодея от страха, повесил трубку.


— Ты поседел. Может, сходишь покурить? — предложил напарник.


— Д-да. Пожалуй, лучше схожу покурить, — голос у меня дрожал.


— А уборщицы так и не было. Бородатый в туалет пошёл, — прокомментировал происходящее напарник пока я шёл к двери, — а Зюзя - то! Ого! Да она просто секси!


Я был настолько потрясён случившимся, что пропустил его последние слова мимо ушей. В курилке, я, дрожа начал повторять в уме все правила. Все 12. Первое... Второе…Третье... Четвёртое….Пятое… Шестое... Всё верно! Ухо!!! Неужели меня теперь уволят?

Седьмое… Восьмое… Девятое… Десятое… Нельзя ставить…


Правило № 10:


Если один из операторов был скоропостижно уволен и вместо него прислали новенького, то ни в коем случае нельзя ставить следить его за научным сотрудником № 3. В случае любых сомнений в его поведении сообщить по красному телефону. Нарушение данного правила оператором, ведёт к скоропалительному увольнению.


Сигарета дотлела и больно обожгла пальцы. Я пришёл в себя.

Мой напарник вёл себя странно? Вроде бы нет? Все облизываются на Зюзю, особенно молодые. Так было - сколько я себя помню. Пока не сделают лоботомию. Тогда успокаиваются. Нужно немедленно сообщить!!!


Я выскочил из курилки и обнаружил, что в операторской было пусто.


Мой напарник исчез. В панике, я бросился к красному телефону:


— Это оператор… Мой напарник новенький. Он пропал, пока я был в курилке. Примите меры.


С той стороны мне откликнулась гнетущая тишина.

Это всё, что я мог сейчас сделать. Я повернулся к плакату и перечитал правила. Всё верно. Правило № 10. Только, я не сообщил, что он вёл себя странно, но и отвлекаться до конца смены мне было нельзя. Может быть, он решил уволиться?


Я раскрыл все журналы и сверился с последними записями новичка.


— <15.45 — мой напарник пошёл курить>.


Почему то он написал это в журнале Нагулы, но зачем?


Я посмотрел на экран, где был кабинет Нагулы. Тот никуда не делся и продолжал хрустеть пальцами. Посмотрел на кабинет Стигмата — он обклеил лицо бумажками. Посмотрел на кабинет сотрудника № 1. Карман прыгал в луже воды. Брызги летели в разные стороны.

Оставалась Зюзя. Я посмотрел… И не обнаружил её на рабочем месте. Зюзя нашлась в комнате приёма пищи. Она разговаривала с новичком. Я… Моя рука сама дёрнулась к красному телефону.


Правило № 11:


В случае, если на этаже обнаружится посторонний и вступит в какие-либо разговоры с сотрудниками работающими на этаже, оператор должен немедленно сообщить по красному телефону. Нарушение этого правила карается безнадёжным увольнением.


...Я не нащупал телефонной ручки. Повернув голову, я обнаружил, что телефоны пропали. Я обшарил стол и под столом. Не было не только телефонов, но и любых намёков на телефонные провода и коммутационные коробки. Они пропали.


Я перевёл свой взгляд на список, но там всё было без изменений.


Немедленно сообщить по красному телефону…


Эта задача не укладывалась в моей голове. Как позвонить на то, чего нет? Раз, нет телефона, должен ли я на него звонить — если я не должен покидать своё рабочее место? Ещё раз, сверившись с правилами, я развернул все журналы и начал записывать в них, всё что сейчас происходило.


Зюзя и новичок целовались. Кажется, он признался ей в любви. Из кабинета № 4 начали один за другим выходить Нагулы, они шли по коридору и уходили в туалет. Один за другим. Всего я насчитал десятерых. Карман в своём кабинете приложил фонарики к своим ушам и открыл рот. Глаза и рот светились разным светом. Очень ярко. Стигмат показывал прямо мне в камеру цифру 13 нарисованную зелёной кровью. Новичок и Зюзя продолжали целоваться. Он повалил её на стол, тот самый, изрисованный в обед совместными усилиями научных сотрудников. На этаже появилась спина уборщицы. Она начала закрывать собой изображения с видеокамер, одну за другой. Я не успевал записывать.


Кажется, возле лифта, я видел Тафта. Я слишком сильно надавил на лист и острием ручки и пропорол его, оставив в журнале сотрудника № 1, уродливую глубокую дыру. Ручка лопнула. Из неё потекла зелёная жидкость. Я же вроде писал синими чернилами?

Мне было некогда. Там в комнате приёма пищи творилось совсем уже непонятное. Вокруг Зюзи и моего напарника собрались Нагулы.


Они водили вокруг стола хоровод, а на столе Зюзя и новичок сливались в нечто единое и чёрное. Куда мне записывать? В журнал Зюзи или Нагулы?


Уборщица уже заполонила половину видеокамер. Я посмотрел на испорченный журнал, оттуда, из дыры мне подмигивал человеческий зрачок, с уголка капало что-то чёрное. Я захлопнул журнал и отодвинул от себя подальше. В этот момент зазвонил телефон.


Я с облегчением повернулся и обнаружил, слева от себя только один. Телефон был чёрного цвета. Он требовательно звонил.

Задачка. В инструкции на стене про такой телефон ничего не было написано. Я перечитал инструкцию и обнаружил в самом низу новое правило.


Правило №13:


Сверился с правилом. Перевёл взгляд на экран. В комнате приёма пищи уже собрались все сотрудники моего этажа. Карман бросил фонарик в чёрную массу, колышущуюся на столе, словно причудливая скульптура, а Стигмат своё ухо.


Всё соответствовало правилу № 13. И когда спина уборщицы уже закрыла собой все камеры на этаже, кроме той, где собрались сотрудники, я поднял телефонную трубку.


— Это оператор….

***************************************

— Господин министр...Наш институт, во главе со мной, получили просто замечательные, убедительные результаты в ходе последних экспериментов… Да! Именно то, о чём вам и рассказываю…. Новый совершенно недоступный Западу метод получения графена…. Научные? У нас собраны лучшие учёные нашей страны! Все, как один, гении! И только благодаря моему личному руководству и вашей протекции, мы смогли сегодня продемонстрировать... Да! Работает! Первые образцы, я на днях смогу предоставить... Потери энергии совсем небольшие.… Представьте себе стоячую волну, происходят некие колебания… Не пытайтесь ничего понять! Понять — нереально!

И как только вы будете привлекать знания, будет осечка... Не будет ничего получаться! Вы запомните главное, когда будете докладывать самому президенту… Никто и никогда, до сегодняшнего дня, не смог добиться подобного!!!

Показать полностью
252

Правила, написанные кровью

Правила, написанные кровью Ужасы, Фантастика, Мистика, Челлендж

@dzubeikibagami призвал нас и мы пришли.


Ваш покорный слуга совместно с @WarhammerWasea,  объявляет месячную (с претензией на ежемесячную) движуху в духе «напиши рассказ на заданную тему».


Правила простые: до полночи 30 сентября написать и выложить никогда, нигде и никак не публиковавшийся до этого рассказ по объявленной теме в фантастическом жанре с акцентом на мистику и хоррор.


Тема месяца: «Правила, написанные кровью».


Сюжет должен быть построен вокруг сложных, возможно абсурдных или противоречивых, правил, невыполнение которых чревато тяжёлыми последствиями.


Никаких призов и плюшек, кроме почёсывания ЧСВ не предлагается.


К участию приглашаются все желающие. Ссылки на работы принимаются в комментариях — в конце месяца мы подобьём и опубликуем полный список.


P.S. Мы приносим свои извинения, если такой пост не соответствует тематике сообщества — мы исходим из тех соображений, что такое мероприятие будет в интересах его подписчиков и авторов.
194

Пограничник Часть -3.Окончание (орден тайги)

Пограничник Часть -3.Окончание (орден тайги) Орден Тайги, Мистика, Крипота, Авторский рассказ, Фантастика, Длиннопост

Пограничник Часть -2. (Орден тайги)

Пограничник Часть -1. (Орден тайги)


-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------


Понятное дело — Ира мне на слово не поверила. Зато поверила собственным глазам и видеозаписям, которые я ей показал.


— До сегодняшней ночи, я думал, что эти безглазые выбирают жертв случайно, но теперь получается совсем другая картина. Ты их чем-то привлекаешь и в покое они тебя не оставят, — подвёл неутешительный итог я.


— Но что-то же надо делать? Они же убьют меня! Нужно идти в полицию!


Я терпеливо объяснил, что мы с доктором только собираем доказательства. Когда их станет достаточное количество, вот тогда и можно будет идти и в полицию, и в ФСБ, и даже к самому президенту. Но пока нас только поднимут на смех.


— Получается, я обречена? Мне теперь и шагу ступить будет нельзя, они могут быть где угодно?


Я предложил утром вместе пойти к Метелькову; может он чем и поможет? А до утра согласился подежурить в подъезде. Хотя в подъезд было в тот момент опасно выходить. Там соседи устроили внеплановое собрание, бурно обсуждая неизвестного ночного засранца. Они громко ругались и уже вызывали участкового.


Ира предложила мне диван. Она жила в двухкомнатной квартире, принадлежавшей её родственникам. В зале диван был свободен.


А ещё заставила принять душ и постирала мою одежду, хотя я и отказывался. Хорошая девушка. Мне она сразу понравилась.

Я, чувствуя себя средневековым рыцарем, лежал на диване и не смыкая глаз берег её сон до самого утра.


Утром она приготовила вкусный завтрак. Мы подкрепились и пошли на поклон к Метелькову. Доктор выслушал нашу историю, почесал затылок и придумал новый план. Я и Ира, временно перестаём посещать институт. Для этого, он через свои связи, быстренько организует каждому академический отпуск. Ира должна пройти обследование у его друга в частной клинике. Если, между жертвами, существует общая связь, то её нужно во чтобы то не стало выявить.

Мне поручалось охранять Иру. Днём и по возможности ночью.


После слова “ночью” — мы с Ирой покраснели.


Метельков выдал нам некоторую сумму наличными. На еду. Я проводил её до клиники и терпеливо дождался пока её оттуда не выпустят. Остаток дня мы гуляли по городу. Разговаривали.


Возле её дома, на неё снова попытался напасть безглазый. Я был наготове и Ира только вскрикнула, когда раздался взрыв. Хорошо, что поблизости не было свидетелей.


— Так мыла не напасёшься! — возмутилась она, стряхивая с одежды останки чудовища.


— Лучше быть грязным, но живым, — вздохнул я, — только, странно всё это: они же территориальные. Я ни разу не видел, чтобы они покидали своё место охоты.


— Может я им нравлюсь? Пошли герой — пока нас соседи не застукали. Чур, я первая - в ванную!


Я предложил ей сидеть дома, пока доктор ищет ответы: почему её преследуют безглазые? Ира продержалась так сутки, а потом потащила меня в кофейню, расположенную на соседней улице, убедив меня, что там продают самое лучшее в мире кофе.

Мне, она заказала кофе по-ирландски, а себе раф. В кафе было очень уютно. Мы сидели за столиком возле окна.


— Ты ночью кричал во сне, — сообщила она.


— Это из-за ножа. Нож поганый. С тех пор как я его ношу, они мне и снятся. В руки брать голыми руками нельзя, умрёшь от боли. Да и в перчатках, ощущения, словно, я сам себя режу.


— Я не дура и всё понимаю. Я видела, как тебя трясёт, когда ты его держишь.

— Угу. Спасибо.


— За что? Это мне нужно говорить тебе — спасибо. Если бы не ты — меня бы уже три раза убили. Знаешь…


Она задумчиво посмотрела в окно и продолжила:


— А этих безглазых, много в городе?


— Около сотни. Я составил карту всех мест где они обитают.


— Тогда у меня есть предложение…


Ира предложила стать наживкой. Чтобы не ждать постоянно нападения от этих тварей, лучше на них напасть первыми. Мне не придётся за ними гоняться — они сами будут подходить к ней, а я, их устранять. Сначала я отказался. На мой взгляд это было очень опасно, но девушки, когда им что-то надо, могут быть очень убедительными.


Этот день мы отдыхали. Готовились. А в следующую ночь — вышли на улицы города. Охота на живца, началась. Днём в городе слишком много лишних глаз. Ира переоделась в камуфляжный костюм. С собой, она также несла сумку с бутылкой воды, запасные пакеты для образцов и сменную одежду. Я шёл следом в некотором отдалении. Мы обходили детские площадки, пустыри, гаражи и промзоны. Методично, один за другим. Безглазые тянулись к Ире, как мотыльки на свет. Я делал своё дело, убивал, она помогала мне собрать образцы и потом мы убегали подальше, чтобы не привлекать внимание.


Когда на следующий день, я приволок доктору битком набитую сумку, он аж присвистнул от изумления.


Это откуда столько? А ну ка, покажи видеозаписи. Мне не хотелось рассказывать ему правду и пришлось рассказать, что столкнулся с большой группой и вырезать их под корень. Запись включить не успел.


— Ты же должен был подопечную охранять? — недовольно сказал он мне.


— Так я, их, неподалёку от её дома и встретил.


— М-да? Удивительно.


Он, вроде как, мне поверил. Ира ждала меня на улице. Потом мы пошли в кино. На фильм ужасов. Смотрели, ели попкорн и смеялись, когда попадались особо страшные сцены, вызывая раздражение других зрителей. Вечером, она уже сама требовала идти на улицу, убивать безглазых. Я предложил денек отдохнуть, ночные вылазки очень сильно утомляли. Тогда она включила музыку и позвала меня танцевать в зале. Мы танцевали, потом, как-то всё переместилось в постель.


— Наверное, это сама судьба нас связала. Нам, теперь, всю жизнь придётся быть вместе, — шептала она, обнимая меня в постели глубокой ночью.


Нам обоим не спалось. Мы лежали на смятом одеяле и разговаривали.


— Угу.


— Не бойся. Я не буду от тебя требовать невозможного. Не буду стоять и ныть над твоей душой, спрашивая, а что будет дальше? Как дальше жить? Думаю, мы сможем приспособиться к такой жизни. На крайний случай, можно уехать туда, где нет людей. Этим чудовищам нужны люди. Нет людей — нет и чудовищ.


— Подумаю над твоим предложением, но надо бы сказать доктору, что мы теперь вместе.


— Согласна. А откуда у тебя столько шрамов на теле? Тебе делали операцию? У тебя на животе такой большой шрам.


Я рассказал про аварию. Как потерял всех родных и что врачи буквально вытащили меня с того света. Как, после всего случившегося, начал видеть параллельный мир, который поначалу принимал за галлюцинации. Так, незаметно для себя, я заснул.


Во сне я увидел огромную птицу колибри. Красную с синим. Она порхала передо мной в темноте, а потом её клюв раскрылся и я увидел множество глаз смотрящих на меня оттуда из глубины…

Я проснулся. Ира сопела рядом уткнувшись головой мне в плечо.

Сердце бешено колотилось.


“Колибри, — думал я, — причём тут колибри”?


Следующей ночью, мы набрали два десятка «фрагов». Метельков, чуть с ума не сошёл, когда мы приволокли целый мешок останков и отчитались о проделанной работе. Сначала, он встретил идею “ловли на живца” — в штыки. Называл нас тупыми малолетками и страшно ругался. Мы с Ирой, его еле успокоили.


Ну, а какая разница? Один я это делаю, или вместе с ней? Так и она под защитой, и безглазых, всё меньше и меньше становится.


Доктор сокрушённо качал головой и говорил, что пора уже с этой авантюрой завязывать. Ему и так, эти образцы, складывать некуда. Все холодильники забиты. Ира спросила — есть ли подвижки: почему её преследуют безглазые? Метельков ответил отрицательно. Сказал: что поднимает данные на других убитых. Ищет медицинские карты и все возможные сходства. Что он подключил, к этому вопросу очень влиятельных людей и скоро всё решится. А пока. он велел нам сидеть дома и не носа оттуда не высовывать. Мы уже и так порядком нахулиганили.


Конечно, мы его не послушались. Для меня была важнее безопасность Иры и других людей, которые могли стать едой для безглазых. Пока там доктор и важные люди решают — мы будем делать своё дело. И следующей ночью мы продолжили охоту.


За три ночи, мы убили около шести десятков тварей. Образцы больше не собирали. Работали на скорость. По утрам, возвращались к Ире домой. Приводили себя в порядок. Заказывали пиццу, суши и валялись в постели до самого вечера. На четвёртую ночь мы поймали всего троих. На пятую - одного. Следующие несколько вылазок прошли впустую. Безглазые пропали. На всякий случай, утром мы наведались в торговый центр, где обитала женщина в красном, но она не появилась. Ира радовалась как ребёнок.


— Это победа! — говорила она. — Нам нужно устроить праздник!


— Если мы расскажем доктору, что не послушали его…


— Так и не будем говорить. Напросимся в гости. Принесём вина и закуски. Я соберу на стол. Сегодня, первый день, когда мы можем наконец вздохнуть спокойно.


Ладно. Всё равно, я только и мечтал, как бы побыстрее избавиться от ужасного ножа. За время его использования, я обратил внимание, что линии на его лезвии стали гореть ярче и меня это беспокоило. Я позвонил доктору. Он не возражал против вечеринки.


Мы накупили продуктов. Приехали к нему. Ира хлопотала на кухне. а я накрыл стол и мы потихоньку от неё распечатали с Метельковым бутылку красного вина. Я попросил пенал для ножа, чтобы убрать его на время вечеринки. Не хотел его постоянно носить с собой. Он сильно раздражал. Доктор указал мне на полку где он лежал, и я с облегчением спрятал там нож и перчатки.


— У меня для вас хорошие новости, — объявил он, когда мы собрались за столом и подняли бокалы, — я связался с одной организацией, которая вас возьмёт под свою защиту. Что-то, вроде программы защиты свидетелей.


— А как же ФСБ? — спросил я и Метельков заверил меня, что работы и в этом направлении ведутся, но всему нужно время, а сидеть в четырёх стенах, может-быть, придётся ещё долго.


Мы выпили. Потом ещё. Потом доктор попросил достать для него трубку и табак лежавшие высоко в серванте.


— Люблю покурить трубку, иногда, — объяснил он. Я выполнил его просьбу. Мы смотрели как он курит. Ира начала расспрашивать его, как так вышло, что он не может ходить.

Метельков замялся.


— Грехи молодости. Я в молодости, порой, совершал и не очень хорошие дела. За некоторые, я до сих пор расплачиваюсь. Врачи извлекли из позвоночника пулю, но ноги так и не начали ходить.


— В вас стреляли? — переживая спросила Ира.


— Вроде того. Это была непростая пуля, — вздохнул доктор, а потом  с печалью  в голосе, сказал:


— А и Б

— Сидели на трубе

— А - упало

— Б - пропало

— Что осталось на трубе?\


— И! — засмеялась Ира. — Это даже дети знают.


— А все думают, что его нет. А оно осталось. И живее всех живых, — доктор выдохнул большое кольцо белого дыма, — впрочем, это уже история прошлых лет. Вы молодые и всё у вас ещё будет хорошо. Оставьте старикам их прошлое и смелее вперёд, не оглядываясь на наши шишки. Набивайте свои шишки и радуйтесь, встречая новые преграды. Мы для того и живём, чтобы их преодолевать.


Мне тогда показалось, что его развезло от выпитого. Ира ушла на кухню готовить чай, а я подошёл к окну. Там, внизу, в полумраке, мне показалось как покачнулся фонарный столб, стоявший возле подъезда. Я протёр глаза. Никакого столба там не было. На кухне, что-то с грохотом упало. Я решил, что Ира уронила кастрюлю и побежал туда…


Дальнейшее, я только и мог, что восстанавливать по памяти.


Я очутился в какой-то больнице, где меня держали прикованным к кровати. Приходили люди, представлявшиеся сотрудниками внутренних органов и показывали мне свои документы. И ещё следователи. Они, демонстрировали мне фотографии, Иры и доктора Метелькова. Тела на фотографиях были изуродованы.


Они утверждали, что нашли кухонный нож и на нём мои отпечатки.Показывали мне фотографии, где я кровью своей любимой рисовал на стенах ритуальные символы.


Я сопротивлялся. Кричал, что не делал этого. Рассказывал, как на самом деле всё происходило, что на нас напал тонкий человек. Это он убил Иру, а потом Метелькова. Это человек умел исчезать, прямо на глазах, всего лишь повернувшись под определённым углом. Он растерзал мою девушку, исчез, а через секунду появился в зале, где схватил Метелькова. Я кинулся к пеналу и хотел защитить доктора, но схватился за нож голой рукой… Я точно не рисовал эти символы.


Но со слов следователя, полиция, вломившись в квартиру, застала меня в луже крови. Якобы, я, улыбаясь, окунал пальцы в кровь и рисовал странный рисунок.


Меня отправили на психиатрическое обследование, где меня конечно признали сумасшедшим. Я смирился и подписал все документы, которые они мне подсунули. Потом несколько месяцев, я провёл в одиночной палате с решетками на окнах и железной дверью. Врачи сказали, что провели моё обследование и у меня серьезное заболевание крови. Каждую неделю мне делали переливание. Несколько месяцев один. Со мной почти не разговаривали. Сплошная тишина.


Только колибри, продолжавшее прилетать ко мне во сне, напоминало, что я всё ещё жив и что-то соображаю. Постепенно кошмары отступили и пришла апатия. Я уже не очень понимал, что они со мной делали. Когда мне сообщили, что лечение прошло успешно и меня переводят в другую больницу, я воспринял это событие равнодушно.


В новой больнице, тоже были жёсткие условия. Покидать территорию корпуса было нельзя. Гулять, только по коридору. За всеми следили агрессивные санитары. Палаты были общие. Иногда, удавалось разжиться сигаретой. Большую часть времени, я просто лежал, уставившись в потолок. Ел, спал, ходил в туалет, принимал лекарства — настоящий санаторий. Потом. как то раз от скуки помог санитару настроить смартфон. Потом, другому сделал электронную почту. Обо мне проведал главврач и решил, пользоваться услугами человека, разбирающегося в компьютерах, на халяву.


Я не отказывал. Чинил компьютеры, менял краску в принтерах, помогал бухгалтеру удалить Амиго. Санитары подкидывали сигарет и смотрели сквозь пальцы если я смолил в туалете. А однажды, в больнице появились монтажники в оранжевых комбинезонах. Они протягивали повсюду провода и устанавливали видеокамеры.


Для обитателей больницы это было целое событие в их однообразной и скучной жизни. Бурно обсуждали: зачем это нужно? В один из дней, главврач пригласил меня к себе в кабинет при помощи санитаров. В его кабинете за компьютером сидел весёлый молодой парень в оранжевой робе, который попросил меня помочь настроить сетевые подключения. Главврач уступил мне место и я сел рядом с монтажником. Монтажник включил блокнот и набрал следующий текст:


— Не говори со мной голосом. Печатай. Они не должны знать. что мы общаемся. Понял?

— Понял, — напечатал я.


— Кто убил доктора Метелькова?


— Тонкий человек. Очень высокий и тонкий. Он доставал головой до потолка.


— Куда делся нож?


— Не знаю. Когда я пришёл в себя, то уже находился в другом месте и знаю только со слов других. А вы кто?


— Сначала ответь на вопрос: ты хочешь свалить отсюда?

— А смысл?


— Например: сможешь отомстить за свою подругу?


Меня начало трясти. Монтажник это заметил и быстро написал:


— Не подавай виду. Жди. Ночью, ты примешь своё решение.


Потом он свернул блокнот, сам включил программу и подозвав главврача, сообщил, что мы закончили и он приносит мне свою благодарность. Санитары увели меня назад в палату.

Ночью меня разбудили. Надо мной стоял санитар. Он посветил мне фонариком в лицо и шепотом попросил идти за ним. Мы прошли через весь корпус и спустились в подвал, где гудела большая раскалённая печь. Я слышал об этом месте. Это был крематорий.


Заключённых пациентов тут попросту сжигали, когда они уходили в мир иной. На носилках, перед печью, лежало чьё-то тело, накрытое простынёй. Тут же находился и тот молодой парень в оранжевой робе.


— Так кто вы такие? — спросил я оглянувшись на санитара и тут увидел, что он на меня не смотрит. Его глаза закатились и сверкали белым.


— Орден тайги. Меня зовут Стёпа, — представился монтажник, — я пришёл забрать тебя из этой помойки.


— Орден?


— Ты стал жертвой деятельности другого ордена. Тамплиеров. Доктор Метельков, который и не Метельков вовсе, долгое время работал на них. Потом он одумался и решил работать на нас, но мы не успели тебя забрать. Тамплиеры подсуетились быстрее.


— Мне, он сказал, что Тамплиеров давно уже нет, — я потёр вспотевший от жары лоб.


— Ещё - как, есть. Обычно, они не ползают на территории России, но ты был особым случаем и они не удержались.


— Объясните? — потребовал я.


— Как скажешь. Тамплиеры мониторят всех особенных людей. У тебя очень необычный организм, такой встречается: один к десяти миллионам. Сам понимаешь — шанс редкий. Из твоего тела сделали алхимическую лабораторию, добавив несколько желёз, которые у обычного человека вызвали бы отторжение и смерть. Для этого инсценировали аварию. Твои родители были живы, когда вас доставали из машины. Их убили позднее. А вот тебя и твою сестру -нет. Тебе сразу сделали необходимые операции, а твою сестру забрали, поскольку её организм ещё недостаточно сформировался. Твои неврозы и способность видеть потустороннее, это факт того, что железы успешно прижились и кровь начала меняться.


— Зачем, всё это? — прошептал я.


— Кровь им была нужна твоя. На её основе готовят эликсир позволяющий рядовым сотрудникам Тамплиеров видеть, тоже что и ты.


— Я не могу…


— Поверить? — усмехнулся он. — Ты ведь, даже ничего толком не помнишь. Ну-ка, вспомни и ответь быстренько: как тебя зовут? Как зовут твою сестру? Твоих родителей?


От такого я остолбенел и судорожно начал вспоминать. Ведь помнил же. Только что помнил…


— Я по твоему лицу вижу, что ты не помнишь, — махнул рукой Степан — Так я продолжу?


— Тамплиеры отправили тебя по врачам, а потом к доктору. Ты ведь не помнишь по каким причинам с ним познакомился? Тебя с ним познакомили. Метельков должен был присматривать за тобой. Они прописали тебе таблетки, усиливающие эффект восприятия, выдали нож из своих запасов и отправили за образцами. Зачем? Обычная рациональность. Чтобы живая лаборатория не простаивала. Из останков существ другого мира можно сделать много ценного и полезного. Метельков решил завязать с Тамплиерами, поскольку они работали на чужой территории и сдал тебя нам, в обмен на сотрудничество. Тамплиеры узнали и в ответ: сдали Метелькова существам из параллельного мира, приказав тебя временно не трогать. Существа из параллельного мира наняли киллера. Безглазые — как ты их называешь, скоро придут за тобой. Тамплиеры выкачали из тебя кровь, забрали всё полезное, что было им нужно и отправили сюда. Вот и весь расклад.


Мысли в голове путались.


— Спасибо, что рассказали.


— Да не за что. Теперь, ты должен принять решение: можешь пойти работать в нашей организации, а можешь остаться тут дожидаться неминуемой смерти. Тамплиерам ты больше не нужен, а нам ещё можешь принести пользу. Если выживешь…


— Если выживу?


— Живые лаборатории, вроде тебя долго не живут, после того как с ними заканчивают Тамплиеры. За свои уникальные свойства твой организм расплачивается продолжительностью жизни. Но мы можем попытаться восстановить тебя. Настаивать не буду. Это твоя жизнь и решения ты должен принимать сам. — объяснил Степан.


Я подумал и согласился. Степан попросил помочь ему сжечь тело лежавшее на носилках, объяснив, что зайти в больницу должны были двое. Выйти тоже. Потом я надел оранжевый комбинезон. Пижама отправилась в печь следом за телом. Мы покинули больницу не вызвав никаких подозрений. Сели в машину. Степан сидел за рулём и мы ехали куда-то по ночному шоссе. А я всё думал — кого же он сжёг в той печи?

--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

По тегу Орден Тайги можно найти все части историй от @NikMatveev @MoranDzhurich

Так же мои истории прочитать тут - https://vk.com/public194241644,

Показать полностью
41

Что почитать о призраках прошлого: мистика, драма и немножко уюта

Осторожно: для создания атмосферы страха и ужаса подборка содержит страшные и ужасные фотографии призраков.

Что почитать о призраках прошлого: мистика, драма и немножко уюта Фантастика, Книги, Длиннопост, Призрак, Мистика

Призраки бывают разными: от бряцающего кандалами «Кентервильского привидения» до кровавой жути в «Багровом пике» дель Торо. Они могут поджидать людей в старых домах, а могут и преследовать их, выпивая жизненную энергию. Впрочем, в одном большинство трактовок сходится: появление призраков нам о чем-то должно сказать (возможно, рядом закопан клад). Но есть и совершенно особенный род призраков – это тени прошлого, как-то связанные с определенными людьми.


Классические страшные истории По, Гофмана, Стокера, Ле Фаню и других литературных гигантов прошлого нам хорошо известны. А что можно почитать из более-менее современной прозы? Просматривайте подборку и предлагайте свои варианты!



Книга №1: Ричард Адамс «Девушка на качелях»

Что почитать о призраках прошлого: мистика, драма и немножко уюта Фантастика, Книги, Длиннопост, Призрак, Мистика

Ричарда Адамса знают в основном по его бестселлеру о кроличьем обществе «Обитатели холмов». «Девушка на качелях» от него разительно отличается - это затягивающая история в духе готической литературы и романтизма XIX века: вспоминается и Дафна Дюморье, и «Джейн Эйр», и «Замок Отранто».


Главный герой, молодой мужчина Алан, работает в антикварной лавке родителей (готовьтесь, здесь будет много изощренных описаний старинного фарфора), но однажды по делам отправляется из Британии в Данию. В Копенгагене он встречает поистине неземную девушку: Карен красива, умна, чувственна – но сверх того в ней есть какая-то будоражащая загадка, которая не отпускает Алана. Вернувшись в Британию, они скоропалительно женятся и начинают жить в доме, который, кажется, наводнен призраками…

Что почитать о призраках прошлого: мистика, драма и немножко уюта Фантастика, Книги, Длиннопост, Призрак, Мистика

Завязка, казалось бы, чрезвычайно банальная: сколько мы уже повидали странных домов и загадочных девушек (фарфора, правда, в остальных книгах маловато). Но тут вступает в игру писательский талант Адамса, который из вторичной истории с призраками, призванной слегка пощекотать нервы читателям, делает глубоко впечатляющее произведение.


В «Девушке на качелях» саспенс сплетается с эротизмом, а великая любовь оказывается неразрывно связанной с великой трагедией – без лишней сентиментальности. И специально для любителей романов воспитания: Адамс не только обеспечит атмосферу и интересный сюжет, но еще и преподаст пару неординарных жизненных уроков.

Книга №2: Сара Уотерс «Маленький незнакомец»

Что почитать о призраках прошлого: мистика, драма и немножко уюта Фантастика, Книги, Длиннопост, Призрак, Мистика

Книги Сары Уотерс в родной Британии причисляют к современной классике, и это неудивительно: она мастерица воплощать в тексте какой-то неуловимый британский дух, который нельзя уместить в простую чопорность или подчеркнуто-холодноватую вежливость. Не зря истории Уотерс часто разворачиваются в больших домах, темных родовых поместьях: каждое такое здание скрывает тайны – как и его обитатели.


«Маленький незнакомец» - идеальный пример такой истории. В старом (да что там говорить, разваливающемся!) доме живет благородное семейство, которое особо ничем, кроме благородства, уже похвастаться не может. Денег у пожилой хозяйки нет, дочь в возрасте и незамужняя, сына ужасно покалечили на войне: от былого блеска остался лишь небольшой след. Зато в доме, кажется, есть призрак. Может быть, это галлюцинации странных обитателей дома? И как эта ситуация будет выглядеть в глазах молодого доктора, зачастившего к ним в гости?

Что почитать о призраках прошлого: мистика, драма и немножко уюта Фантастика, Книги, Длиннопост, Призрак, Мистика

Уотерс легко играет стереотипными образами из готического романа: полубезумный парень, непредсказуемая женщина, молодая пугливая служанка – и, наконец, герой-спаситель. Стоит ли говорить, что история оказывается совсем не такой прозрачной, как видится в начале? Персонажи раскрывают все новые и новые грани (временами отталкивающие), постепенно отходя от карикатурных фигур из викторианской страшилки. Психологизм, свойственный произведениям Уотерс, тоже добавляет красок, и с его помощью призраки вполне могут превратиться из неупокоенных душ во что-то совсем другое.


Пару лет назад у книги появилась одноименная экранизация, режиссером которой стал Леонард Абрахамсон (он же снял сериал «Нормальные люди» по книге Салли Руни и фильм «Комната», за роль в котором Бри Ларсон получила «Оскар»).

Книга №3: Кейт Мортон «Дочь часовых дел мастера»

Что почитать о призраках прошлого: мистика, драма и немножко уюта Фантастика, Книги, Длиннопост, Призрак, Мистика

Единственный не европейский автор в этой подборке – австралийская писательница Кейт Мортон. Но она настолько влюблена в Британию, что книги пишет исключительно о ней: в основном это околовикторианские романы со старинными домами, прекрасными дамами, кровавыми тайнами и парой-тройкой призраков.


Такой получилась и ее последняя книга «Дочь часовых дела мастера». В романе две сюжетные линии: первая рассказывает о нашей современнице, сотруднице архива, которая находит старую сумку с рисунками неизвестного художника; вторая линия раскрывает судьбу молодой натурщицы из XIX века. Между героинями пролегает полуторавековая пропасть, однако же, есть здесь какая-то связь…

Что почитать о призраках прошлого: мистика, драма и немножко уюта Фантастика, Книги, Длиннопост, Призрак, Мистика

Мортон, в отличие от Адамса и Уотерс, не стремится играть на поле интеллектуальной, неординарной литературы: ее книги гораздо более простодушны, в них на первый план выходит увлекательный сюжет и невероятные судьбы людей. Это далеко не глупые истории с колоритными историческими реалиями, атмосферными викторианскими особняками и местными легендами – в общем, в самый раз для духоподъемного чтения у воображаемого камина.

Если читали что-то похожее, предлагайте свои варианты в комментариях!

Показать полностью 6
221

Пограничник Часть -2. (Орден тайги)

Пограничник Часть -2. (Орден тайги) Орден Тайги, Мистика, Крипота, Авторский рассказ, Фантастика, Длиннопост

Пограничник Часть -1. (Орден тайги)

Специальным оборудованием от доктора были четыре мини видеокамеры, которые вешались мне на куртку и вели запись моей охоты на безглазых. В комплект также входил видеорегистратор и аккумуляторы. Метельков предложил мне пояс, на котором они крепились, но таскать его было очень не удобно. Сваливались штаны. Я всё немного модернизировал и переместил аккумуляторы с регистратором в рюкзак, вывел оттуда на камеры провода и кнопку-выключатель. Стоило мне заметить очередную тварь, как я включал запись, объявлял о начале преследования и шёл за ней, выбирая удачный момент для нападения. Самая большая проблема была с ножом. Его приходилось носить под курткой в специально нашитом кармане. Он пугал меня намного больше безглазых, а перчатки вызывали чувство отвращения, словно я прикасался к чему-то мерзкому.


Больше всего я боялся коснуться лезвием незащищенного участка своей кожи. Мне казалось, что я ношу в кармане ядовитую змею и стоит только раз ошибиться…


А ещё меня стали мучить кошмары. Пока я привыкал к ножу и пытался прикасаться к рукоятке в перчатках ушло больше двух недель. Я не выходил из дома и первое время лежал пластом. Меня рвало и шла носом кровь. Кружилась голова. Я съел целую гору обезболивающих таблеток, а ночью, стоило мне заснуть как я проваливался в бесконечную яму откуда ко мне тянулись руки и сыпались слова проклятий. Множество рук. Они царапали меня ногтями. хватали за волосы, я слышал мольбы о помощи и плач. Один и тот же сон. Каждую ночь. Доктор сказал, что со временем я привыкну к такому.


И настал тот день, когда я взял в руки нож и не упал в обморок. Только очень сильно болела голова, но я зашёл так далеко, что уже не собирался отступать. Я вышел на охоту.


Первого безглазого я подстерёг вечером в гаражном массиве. Он бродил в тупике между двух гаражей. Убедившись, что поблизости никого нет я надел перчатки и очень осторожно вытащил из куртки нож. Перетерпев накатившую боль, я приблизился и неловко ударил ножом безглазого. Раздался такой громкий хлопок, что на секунду меня оглушило и потемнело в глазах. Я обнаружил себя ползающим на коленях в луже зловонной слизи. Безглазый исчез. Вонь стояла как от тухлых яиц. Я потряс головой пытаясь прийти в себя и тут вспомнил. что забыл включить запись. Пришлось ограничиться сбором останков этой сдохшей твари.


“Первый блин комом”, — сделал вывод я и отнёс пакет доктору.


Он попросил меня, впредь быть аккуратнее, но содержимым пакета остался удовлетворён. Я пошёл домой — спать. Ночью кошмары стали ещё ярче и реалистичнее. Утром, в ванной, увидел своё лицо опухшее и расцарапанное. Расплата за попытку сделать этот мир чуточку безопаснее. Но были и положительные моменты. Я позабыл про нервный тик и перестал заикаться. Охота захватила меня настолько, что выходя на улицу я чувствовал вдохновение и азарт. Я представлял себя тайным агентом, выполняющим особо опасные задания. У меня уже был список мест обитания этих тварей, и я начал их обходить по очереди. За неделю я убил целую дюжину. Взрослых и детей. Хотя,может они и не дети, а просто так выглядят.


Сначала, мне было их жалко, но я вспоминал, что они с нашими детьми не церемонились и жалость сама-собой улетучивалась. Все они с громким хлопком взрывались, оставляя после себя зловоние.


Иногда я находил несколько косточек. Один раз, я увидел как безглазые нападают на другой вид существ, круглых, похожих на меховые шары с глазами. Безглазый ударил меховой шар и тот лопнул оставив после себя несколько клочков зелёной шерсти. Эту шерсть, я тоже собрал и передал Метелькову. Он ответил, что это совпадает с его теорией параллельных миров. Безглазые, очевидно особые твари, способные видеть людей. Вопрос в том: как они нас видят? Почему выбирают только определённые жертвы? Может быть - мы для них вроде деревьев с растущими съедобными плодами? Пока плоды незрелые - они не проявляют интереса, но стоит плоду созреть… Но это просто сравнение, без фактических подтверждений…


Я задумался над его словами и решил попробовать убить безглазого в момент его нападения на жертву. У меня был на примете один подземный переход, где их тёрлась целая группа, подстерегающая по ночам одиноких прохожих.


Несколько ночей я не спал, дожидаясь подходящего случая. Безглазые бродили по подземному переходу, прятались в стенах подолгу замирали возле уличных музыкантов и попрошаек. Попрошаек они не трогали. Я надевал наушники и слушал дэт-метал, чтобы скоротать время. Всё равно, когда убиваешь безглазого будет громкий хлопок. Лучше в это время быть в наушниках.

Как назло, безглазые вели себя тихо. Я так и не смог выяснить насколько им часто требовалось питание. Например: женщина в красном, из торгового центра, завлекала своих жертв всего пару раз за несколько месяцев. Да ещё и я порядком устал с таким образом жизни. Головные боли, таблетки, кошмары — это всё скверно сказывалось на моём здоровье.


Размышляя о жизни, я торчал у выхода поздно ночью и сначала не обратил внимания на симпатичную девушку, пробежавшую мимо меня и скрывшуюся в подземном переходе. Видимо она испугалась меня. Ночью идти одной через подземный переход жутковато. Я спустился проверить переход минуты через две и едва не упустил момент. Её заволокли в угол сразу трое безглазых. Они уже склонились над ней. Я включил запись на камеры, прибавил громкости в наушниках и бросился к ним. Они меня не увидели. Девушка кричала — вот только когда безглазые начинали своё пиршество они забирали жертву в своё пространство, чтобы им никто не мешал. Её всё равно бы не услышали люди - случись им пройти рядом. Мне как раз попалась прикольная песня


— Awaken! Awaken! Awaken! — пропел я нанося удары страшным ножом. Три удара — три взрыва и перепуганная девушка появилась у моих ног. От страха она закрывала лицо руками.


— Ты в порядке? — спросил я её вытащив наушники из ушей. Видок у меня был ещё тот. Мы оба в липкой массе оставшейся от безглазых. Вонища такая, что глаза резало. У неё от произошедшего началась истерика. Я помог ей встать и вывел на улицу. Она всё всхлипывала и спрашивала, что же произошло?


Я успокаивал её. Наврал, что на неё напали хулиганы и облили какой-то дрянью, а я их отогнал.

— У них не было глаз! — восклицала она.


— Это маски, — продолжал врать я, — дети подворотни. Нюхают краски — потом слушают. Ладно, хоть только испугали.


Пришлось проводить её до дома. Познакомились. Её звали Ира. Тоже студентка. Только из мединститута. Возвращалась домой после дежурства. Автобусы уже не ходили, а на такси денег пожалела. Пока шли до её дома, вздыхала, что не взяла с собой газовый баллончик. Я очень сильно сомневался, что он бы ей помог, но на словах выражал согласие и поддержку.


В подъезде было темно и она попросила проводить её до двери. Она жила на четвёртом этаже. Я выполнил её просьбу, напоследок посоветовав принять душ и попытаться обо всём забыть. Она скрылась в квартире и закрыла за собой дверь, а я присел на ступеньках лестницы проверить свой смартфон. Свет был тусклым, но неожиданно боковым зрением, я зацепил безглазого. Он поднялся по лестнице мимо меня и направлялся к двери квартиры где жила Ира. Ну, такой наглости, я просто стерпеть не мог и достав нож ударил его в спину… Бабах!


На шум первой выглянула сама Ира и застала меня стоявшего с виноватым видом в коридоре заляпанным до потолка.


— Одна живёшь? — спросил я, потому что не хотел дожидаться охреневших от шума соседей. Они мне бы точно спасибо за испачканные стены не сказали. Ира хлопая глазами кивнула. Я тут же без разрешения вломился к ней в квартиру и запер за собой входную дверь.


— Ты можешь мне объяснить, что происходит? — возмутилась она.


— Могу, — кивнул я и сняв со спины рюкзак продемонстрировал ей свой видеорегистратор, —но для этого, я должен показать тебе видеозаписи. Ноутбук есть?


------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

По тегу Орден Тайги можно найти все части историй от @NikMatveev @MoranDzhurich

Так же мои истории прочитать тут - https://vk.com/public194241644,

Показать полностью
498

Memento mori по-русски

"И вот я скажу, чтобы побороть страх смерти, нужно жить так, чтобы оставалось сознание небесплодно прожитой жизни, и нужно быть в постоянной готовности умереть. Мы погрязаем в мелочах своей жизни так, что забываем о вечном институте смерти и только вспоминаем о нем, когда смерть постигает друга, когда по улице двигается погребальный кортеж, и даже в эти моменты мы не всегда думаем о том часе, который неизбежно наступит для нас самих. А между тем об этом именно часе и следовало бы вспоминать почаще, но не для того, чтобы горевать и плакаться, а для того, чтобы бодрить себя к деятельности, побуждать к мысли о связи нашей личности со всем человечеством и со всем вообще миром с беспредельным его движением и беспредельным совершенствованием, частицу которого мы осуществляем".
Владимир Бехтерев "Феномены мозга"

Memento mori по-русски Полезное, Наука, Бехтерев, Ученые, Смерть, Жизнь, Психология, Философия
62

Записки психотерапевта (часть 10)

Некоторые люди усердно стараются предугадать, что другие думают о них. Но зачастую они не проверяют правильность их предположений, которые обычно негативно окрашены. В большинстве своём убеждения о том, что другие плохо думают о них не соответствуют действительности. Просто такие люди сами о себе плохого мнения. Им кажется, что и все остальные так же думают, что зачастую неверно. Изменится самооценка, изменится и восприятие себя другими глазами.

***

Есть работы, которые в десятки раз хуже вашей, где условия труда тяжелее, жарче, холоднее, радиоактивней, опасней и т.п. От этого становится немного легче, но потребность в подлинной самореализации этим не удовлетворится. Кошки по-прежнему будут скрести на душе. А когда вы почувствуете истинное удовлетворение и увлечённость от вашей деятельности, которое приносит благо окружающим, скрежет превратится в душевный огонь.

***

Чрезмерное давление родителей в гонке за высокими баллами в школе зачастую оборачивается не счастливым будущим, а длительно высокими баллами по шкале депрессии и тревожности.

***

Есть вещи, которые изменить в себе нельзя. А есть то, что изменить в себе сложно, но возможно. Люди получают разное в наследство. Это может старый бабушкин диван, разбитая квартира, дворец, полцарства и много другое. Но один разбитую квартиру может отремонтировать и преобразить, а другой разбазарить своё полцарства. То же самое происходит и с психофизической наследственностью. Какие бы ни были родители и прародители, это можно изменить на своём уровне и начать передавать другое своим потомкам.

***

Творчество — это не только рисование, писательство и музицирование. Творчество — это то, что придумываешь сам и воплощаешь. Это может быть в чем угодно: в медицине, в психологии, в строительстве, в политике и т.д. Но есть состояния и условия, которые подавляют творческое самопроявление. Из состояний, в первую очередь, это заниженная самооценка, тревожность и неуверенность. Из условий, в первую очередь, это авторитарность руководства, завышенные требования, перегрузка и неадекватность оплаты труда. Соответственно, чем больше человек избавился от мусора в голове и токсичных условий труда, тем больше он начинает творчески реализовываться.

***

Занозу вытащить легко самостоятельно, но с многооскольчатым ранением человек идёт за помощью к травматологу. Так же стоит поступать и с психологическими травмами. Многие люди ходят с осколками в душе с детских времён, но самостоятельно или с помощью друга получается вытащить только занозу. Так почему же к травматологу очередь, а к психотерапевту стыдно идти?

***

Проблемы нужно решать, а не маскировать.

Кто-то тратит свои деньги на заедание и запивание тоски. Кто-то глушит тревогу сигаретами, шопингом или тв-и интернет-зависимостью. А кто-то готов не маскировать проблемы, а их решать и платить, по сути, те же деньги.

Психотерапия — это инвестиция в самый важный проект своей жизни — в самого себя.

***

От низкой самооценки падает физический и психический иммунитет. И тогда человек не может себя защитить и отгребает от детей, взрослых, животных, бактерий, вирусов и природных условий.


Илья Воронин

Записки психотерапевта (часть 10) Психология, Психотерапия, Философия
Показать полностью 1
231

Нил Гейман: почему в Китае разрешили научную фантастику

Нил Гейман: почему в Китае разрешили научную фантастику Нил Гейман, Фантастика, Чтение, Научная фантастика, Телевидение, Философия, Писатель, Фэнтези

Прекрасная статья Нила Геймана, опубликованная на Facebook в сообществе "Настоящий писатель" 4 декабря 2019 года.
Очень рекомендую прочитать.
Нил Гейман рассказывает, почему чтение литературы очень важно для человека, особенно для ребёнка.
Это как никогда актуально сегодня, в эпоху визуального восприятия, когда мы получаем информацию в виде движущихся картинок (кинематограф).
Статья заставляет задуматься о многом.
Я бы хотел добавить кое-какие свои мысли к этой статье.
Существует чёткая разница между просмотром фильма и чтением книги. Это кажется очевидным, но есть важный момент, который не все замечают: когда вы читаете книгу, то именно вы создаёте в своём разуме образы героев и ситуаций, которые описаны в книге, а когда вы смотрите фильм, то вы получаете уже готовый, созданный кем-то, образ (движущуюся картинку), а ваше собственное воображение при этом не действует.
А ведь способность к воображению — это важная способность, вы не находите?
Вот что пишет по этому поводу Нил Гейман:

"В 2007 году я был в Китае, на первом одобренном партией конвенте по научной фантастике и фэнтези. В какой-то момент я спросил у официального представителя властей: почему? Ведь научная фантастика не одобрялась в Китае долгое время. Что изменилось?
Все просто, сказал он мне. Если им приносили схемы, китайцы создавали великолепные вещи. Но они ничего не улучшали и не придумывали сами. Они не изобретали. И поэтому мы послали делегацию в США, в Apple, Microsoft, Google и расспросили людей, которые придумывали будущее, о них самих. И обнаружили, что те читали научную фантастику, когда были мальчиками и девочками".
Я помню, насколько увлекательно было в детстве, лёжа в постели, перед тем как заснуть, проигрывать целые сюжеты из книг, которые до этого прочитал. Воображение работало на полную катушку!
Даже если мы возьмём кинематограф, то фильм появляется только после того, как будущие образы и сцены описаны в сценарии или в книге, по которой снимается фильм. Режиссёр, оператор, актёр — все они должны сначала прочитать текст, и лишь потом, благодаря их совместным усилиям, появится ряд картинок, на которые мы будем смотреть.
Я, конечно, не хочу сказать, что фильм — это плохо, а книга — это хорошо. Я сам киноман, обожаю хорошие фильмы, и это был бы слишком примитивный подход. Я лишь за восстановление баланса между просмотром фильмов и чтением книг. Поясню.
Если немного углубиться в философию, то когда при чтении книги читатель создаёт в своём разуме воображаемые образы, тут он выступает в качестве причины над своим воображением — он сам создаёт эти картины в разуме и может менять их, как захочет. При просмотре же фильма, зритель является в большей степени следствием — уже готовые картинки, которые он не может в этот момент изменить, потоком поступают в его разум.
Телевидение — прекрасный способ зафиксировать человека на одном месте: вы неподвижно сидите и смотрите на картинки, которые показывают в пластиковом ящике.
В современном мире баланс сдвинут в сторону не требующего никаких усилий просмотра визуального материала. Фильмы, сюжеты, ролики. Телевидение и кинематограф вошли в нашу жизнь около ста лет назад, но посмотрите, сколько открытий во всех областях человеческой деятельности было сделано в ту эпоху, когда люди в основном только читали книги! Насколько натренировано и развито было их воображение! Острота ума, способность излагать свои мысли, способность общаться — где всё это?
Чтение книги предполагает участие. Оно предполагает некоторое усилие. Оно заставляет работать мысль!
Тиражи современных изданий год от года снижаются. И это проблема не только для писателей, которые хотят, чтобы их книги продавались. Люди стали меньше читать. Они знают меньше слов. Они сидят перед экранами и жуют, и жуют современную тележвачку — зачастую весьма примитивные телесериалы и телепередачи. Как это обогащает их?
В моей статье больше вопросов, чем ответов, но один из ответов очевиден: чтобы восстановить баланс между чтением книг и просмотром фильмов, нужно больше читать. Дабы не оказаться перед лицом проблемы, с которой уже столкнулись китайцы, а завтра можем столкнуться и мы.

https://zen.yandex.ru/media/id/5ec2c130bb51c50914677223/nil-...

Показать полностью
122

Побочный эффект

1.

Противный мелкий дождь намочил всё вокруг. В воздухе стояла утренняя сырость, пробирающая до костей.

Поднимаясь по мокрым ступеням лестницы, она внимательно смотрела под ноги, опасаясь поскользнуться или оступиться. Только войдя в помещение, подняла глаза и замерла. Прямо перед ней стояла стильная, ухоженная, холёная толстуха. Её даже можно было назвать симпатичной - модная причёска, отличный макияж, уверенный взгляд неглупых глаз, но это было её собственное отражение, поэтому восторгов оно не вызывало.

Зеркало было огромным - во всю стену от пола до потолка, и Оксана теперь отлично понимала, почему его установка влетела ей, хозяйке фитнес центра, в копеечку. Благодаря размерам, положению в холле и подсветке, оно забирало всё внимание вошедшего, просто не позволяло оторваться. Оксана всё смотрела и смотрела, а настроение портилось и портилось с каждой секундой.

На восторженное приветствие администратора она ответила без энтузиазма. Девушка за стойкой до поры до времени притихла, не высовывалась, внимания к себе не привлекала, пыталась оценить обстановку и подстроиться к настроению неожиданно появившейся хозяйки.

Закончив разглядывать себя в фас, женщина повернулась боком, потом спиной. Ни с той, ни с другой стороны вид не удовлетворял.

- Вот засада! - прошипела она под нос.

- Вы что-то сказали, Оксана Викторовна? - администратор пыталась наладить контакт.

- Да, говорю, дома, казалось, мне эти джинсы даже идут. А тут - смотреть страшно!

- Ой, нашли, куда глядеться!

Администратор тут же оживилась, выскочила из-за стойки, как коза, на своих лабутенах, прискакала и встала рядом, уперев руки-палки в костлявый таз.

Теперь в зеркало смотрелись две очень разные по комплекции особы, но с одинаково недовольным выражением лица

- Это же зеркало такое! - махнула рукой Ксюша.

- Какое? - потешно копируя её дурацкую манеру тянуть гласные, поддразнила Оксана.

- Специальное, - Ксюша не уловила иронии. - Мы его специально при входе установили, чтобы клиентки на себя глядели и ужасались.

Ксюша, кривляясь, присела, как от страха, разинула в притворном ужасе рот, прижимая ладони к впалым щекам.

- Вот поужасаются, поохают-поахают и сразу абонемент в спорт-зал приобретут, а там уж и спа, и массажи, и всё такое. Вы же сами говорили, нужно что-то делать для привлечения клиентов. Вот, пожалуйста, маркетинговый ход!

- Ишь, чего! - подивилась бизнес-идее Оксана, поправляя перед чудо-зеркалом тонированные пряди.

- А на выходе - другое, - манерничала Ксюша. - Наоборот, утягивает, чтоб клиент видел результат с первого раза.

- Значит, тут у нас и посмотреться не во что! Кругом обман!

- Ну, во всяком случае, не в это! - Ксеня крутилась перед зеркалом, звонко топоча по итальянской керамике каблучищами. - Здесь и у меня пузо!

Оксана недовольно покосилась на эту анорексичку, набивающуюся на комплимент. А ведь и правда, животик у девоньки был дрябленький. Она не удержалась и ущипнула её за складочку в районе предполагаемого пупка. Ксюха взвизгнула, как дикая обезьяна, и затопотала прятаться за стойку.

- Чего орём?! - раздался женский бас, и из ближайших дверей выглянула мощная деваха с фигурой призёра чемпионатов по толканию ядра и не менее сильным именем Вера. Увидев Оксану, она расплылась в добрейшей улыбке сенбернара и, раскинув ручища, чуть ли не бегом кинулась в холл обниматься-целоваться.

Оксана не дрогнула, достойно выдержала напор. Панибратства она не выносила, но искреннюю радость подчиненных ценила и чувств не отвергала. К тому же рядом с мощной, широченной Верой Оксана могла чувствовать себя, если не Дюймовочкой, то хотя бы миниатюрной женщиной.

Крепкие объятия погрузили хозяйку салона в облако ароматов - уютные запахи массажных масел переплетались с пряными травяными и терпкими эфирными.

- Ой, как пахнешь! - восхитилась непосредственная Оксана. - Дай ещё понюхаю! М-м…

- Ой, да что вы, Оксана Викторовна! - загудела богатырша. - Засмущали!

- Это ж у Верки рабочее всё, от кабинета - чё попало!

- Я те дам «чё попало»! - Вера сунула Ксюше под нос кулак размером с её худенькую мордочку.

- Да не заводись ты! - отмахнулась Ксеня. - Вот вы, Оксана Викторовна, всегда так тонко духи подбираете!

- Ах, ты Ксюха-льстюха! - Оксана сделала вид, что опять собирается её ущипнуть.

После весёлой заварухи втроём плюхнулись на огромный кожаный диван.

- Рыбок кормили? - поинтересовалась хозяйка, глядя на встроенный в стену аквариум.

- Конечно, регулярно по графику, - заверила Ксеня.

- Клиентов нет?

- Ой, так рано просто, набегут ещё. Утренние-то занимаются. Виолетка вовсю пашет.

- Что-то вы совсем нас забыли, Оксана Викторовна, - вздохнула Вера. - Виолетка тоже переживает, что тренировки забросили.

- Да какие тут тренировки, Вер! Столько дел! Я света белого не вижу! Кручу-верчу, лучше жить хочу. Вообще, зря я вас тогда прикупила. Ошиблась я на ваш счёт. Повелась на здоровый образ жизни. В результате я из-за руля не вылезаю - то в налоговую, то к пожарникам, то в банк. До того накрутишься - только о диване все мечты.

На каждый жуткий довод собеседница сокрушенно кивала головой и поглаживала Оксану по плечу.

- А с клиентками вашими постоянными кто по ресторанам обедать будет, чтобы у них калории не переводились?

Все трое заливисто захохотали.

- Ох, пойдёмте, Оксана Викторовна, я вам массажик сделаю! - ласково пробасила Вера. - В кедровую бочку хотите?

Оксана, забежавшая в свой центр красоты и здоровья на пять минут, провела в спа-процедурах полдня.

2

После заскочила к подруге, недавно родившей второго карапуза. У Светки было хорошо - шум-гам в маленькой двушке. Визги старшего тонули в воплях младшего. Всё жизненное пространство было захвачено армией игрушек, которые в каждой комнате разбили свой бивуак. В воздухе витали ароматы манной каши и детской косметики. Центр этой вселенной - ненакрашеная, непричесаная, одетая в домашний халатик женщина излучала покой и умиротворение.

- Вот любуюсь я на тебя, Светка! Прямо белой завистью завидую! - разоткровенничалась Оксана после рюмки чаю.

- Врёшь ты всё, зараза! - весело огрызнулась подруга, отнимая малыша от пышной груди.

— Ничего не вру! Честно! У тебя семья, дети. Славка вон какой молодец, прибежал с работы, пельмени варит!

- Да, я такой! - донеслось из кухни.

- А я всё одна, да одна.

- А что этот твой качок из качалки?

- Да… - Оксана отмахнулась. - Мозг-то не накачивается.

- Это да! - вздохнула Света в тон подруге. - А продюсер за тобой ухаживал?

- Ой, не напоминай! Он, как выяснилось, того…

- Чего? - не поняла Света.

- Ну… - Оксана сделала какой-то странный, только им двоим понятный жест, и Света расхохоталась.

- Да ты что?! Серьезно?

- Тебе смешно, - вздохнула Оксана и обречённо подпёрла подбородок ладонью.

- Ну, не кисни!

- Это потому что я толстая!

- Да какая ты толстая?! На меня посмотри.

Света с радостью продемонстрировала пышные формы, поющие гимн счастливой семейной жизни и радостному материнству.

- Тебе сам Бог велел, - Оксана бережно взяла малыша у матери, играясь, приподнимала его и опускала, упирая крепкие ножки в свои мягкие, широкие бедра. Малыш визжал от удовольствия.

- У тебя вон оправдания пешком под стол бегают.

- Ты зациклилась просто, не в этом дело!

- В этом, уверена!

- Тогда твою толстоту можно за месяц тренировок в твоём же салоне ликвидировать.

- Ой, ненавижу я это всё! Прыгать, надрываться, рядом с собственными клиентками потеть. Даже представить не могу. Было бы такое, чтоб раз - таблетку выпила - и красавица!

- Про таблетки не знаю, но вот, говорят, крем такой есть, - донеслось из кухни.

- Вот где бабка-подслушка! - съязвила Света.

- Вы тут страдаете на всю квартиру - подслушивать не надо, - в комнате с тарелками пельменей появился Слава.

Запах манной каши уступил позиции сочному мясному духу. Слюнки потекли.

- Возьми Гришу, пожалуйста, мы хоть поедим нормально, - попросила Света мужа.

- Погодите, - заинтересовалась Оксана. - А что за крем?

И Слава с малышом на руках, прыгая по комнате и спотыкаясь об игрушки, поведал историю о чудо-креме, которую подцепил сегодня в своей бухгалтерии от коллег-женщин. Потом звонили главбуху Нине Николаевне, уточняли подробности, еле-еле закончили разговор - ухо горело от перегретой трубки, но информацию добыли.

Ссылка была активна, сайт работал, и Оксану прямо из гостей, со Славкиного ноутбука, без проблем записали на консультацию к доктору Райкеусу.

Уже дома перед сном в неглиже она крутилась перед зеркалом, заранее прощаясь с круглыми бочками и ненавистными ушками на бедрах.

3.

- Ну-с, что вы решили? - промурлыкал доктор.

- Ой, даже не знаю, - Оксана никак не могла определиться и ёрзала на стуле. - Такие деньги!!! А точно поможет?

- В этом можете не сомневаться. Мы полностью гарантируем качество продукции. Видите ли, нам не важны деньги, нам дороги красота и здоровье наших женщин! И, чтобы быть с вами полностью откровенным, я должен предупредить о некотором побочном эффекте.

- А что за побочный эффект? - насторожилась Оксана.

- Понимаете, Оксана Викторовна, - он доверительно взял клиентку за пухленькую ручку. - Этого никто не знает.

- Как это? - Оксана заподозрила в откровенностях доктора признаки шарлатанства.

- Это очень сложно объяснить, - ворковал доктор, - понимаете, каждый организм неповторим. Он индивидуально реагирует на воздействия крема. Основной эффект один и тот же - интенсивное похудение. Но проходит оно у каждого по-разному. Возможно, легкое головокружение, может быть, незначительные нарушения сна, несколько обостренное восприятие цвета и звуков…

- Тошнота-понос... - в продолжение перечисления съязвила пациентка.

- Ну, что вы?! Что вы?! Это же крем, а не яйца глистов! В целом - ничего угрожающего здоровью, легкий дискомфорт.

- Дискомфорт значит, - сетовала Оксана. - Это за такие-то деньги?!

Доктор перестал бродить по кабинету, мягко опустился в кожаное кресло. Помолчал, подумал и в внезапном порыве перекинулся через стол. Расстояние между ним и пациенткой сократилось до доверительного.

- Понимаете, в чём дело, - в голосе звучали нотки той неповторимой печали, которые дают только тайные знания, - это, вообще, не наша вина, и не сам крем даёт этот побочный эффект. Такова индивидуальная реакция каждого организма и даже не на компоненты крема, а на сам процесс экстренного, интенсивного похудения.

Оксану раздирали сомнения, но последние слова доктора просто печатались в сознание.

- Интенсивное похудение…Интенсивное похудение… - завороженно повторял внутренний голос.

- За все надо платить! - философски подытожил доктор, и Оксана заплатила.

4.

Она торопилась домой, нервничала в пробке, психовала на нерасторопных пешеходов, бранилась на каждый светофор.

Наконец, въехала в свой двор, ловко припарковалась, пикнула сигналкой и заспешила в подъезд, прижимая к груд красиво упакованное в подарочный пакет чудо-средство.

Под ноги кубарем кинулась дворовая Жуля. Собачонка спешила за порцией добра и ласки.

- Жуля, Жуленька, - засюсюкала Оксана, теребя доверчиво подставленный широкий лоб. - Собака такая! Ела сегодня?

- Да, - услышала она за спиной, вздрогнула от неожиданности и обернулась.

Голос принадлежал соседу со второго этажа, молодому мужчине, примерно её лет. Он почти бесшумно подъехал на своём велосипеде и теперь стоял рядом, застенчиво улыбаясь. Лицо его, несмотря на трехдневную щетину, было вовсе не брутальным, а трогательным, ветер ерошил рыжую шевелюру. Одет он был невзрачно - ветровка неопределенного цвета, поношенные джинсы.

- Ой, я вас напугал, простите! - он, искренне извиняясь, прижал обе руки к сердцу, совершенно забыв про велосипед. Тот незамедлительно грохнулся об асфальт.

Оксана засмеялась, сказала, что ничего страшного, а про себя силилась вспомнить его имя. Мужчина махнул рукой на повалившийся велик, смущенно кашлянул, поправил очки, отчитался, когда и чем кормил собаку.

- Я бы её домой забрал, но живу один, и с моим графиком - это совершенно невозможно.

- Вот и я, - попыталась закончить непредвиденное общение Оксана.

- Правда? - не понятно о чём переспросил сосед, но тут же засмущался вновь и переключился на Жулю.

Собака чуть с ума не сошла от такого обилия человеческого внимания. Оксана, пользуясь случаем, прошмыгнула в подъезд.

- Как же зовут этого чудика? - силилась вспомнить Оксана, заходя в лифт. - Иннокентий? Эдуард? Леопольд? Нет. Это вообще ни в какие ворота не лезет. Вот помню, что имя его странное, но ему очень идёт. Вот просто по нему имя, такое же «рыжее», совершенно невозможное.

В окне подъезда под каким-то невероятным углом сверкнуло солнце, на миг ослепило только что вышедшую из лифта Оксану.

- Рудольф! - вспыхнуло у неё в голове. - Точно! Рудольф Яковлев - местный малахольный. Всему двору он запомнился акцией «Сортируем мусор!» Призывал в листовках и плакатах, которыми увесил все подъезды дома, разделять бумагу, пластик, стекло и бытовые отходы. Вроде бы на свои деньги даже закупил и поставил разные контейнеры. Кто-то даже повёлся на эту бредовую идею, но в результате мусоровозы не справлялись со странными контейнерами, набитыми пластиковыми бутылками или картоном. Мусорки переполнялись, бомжи устраивали срач, ЖЭУ всё это дело быстренько ликвидировало. Рудольфу велено было не заниматься ерундой. Но личность он был безусловно замечательная - расписал подъезд под Ван Гога, расставил горшки с геранью, организовал сбор старых батареек, на своей лестничной площадке поставил этажерку для обмена книгами. (Оксана стянула оттуда женский роман. Надо, кстати, вернуть.) В любое время года - на велике, до сих пор, как пионер, вешает скворечники, делает кормушки, Жулю вонсодержит. Наверняка, вегетарианец.

Оксане сразу вспомнились вчерашние Славкины пельмени. Она бы и сейчас не отказалась от порции.

- Ты вот гонишь на человека, а Жуля его любит, - поспорила она сама с собой, - собаки они в этом понимают!

Уже будучи дома, Оксана, наверное, с полчаса искала по квартире кота. На излюбленных местах его не было, на зов он не откликался.

- Вот тебе и домашний любимец! Смысл было заводить? Я с ним вообще не вижусь. У нас, видите ли, режимы не совпадают. Он сейчас спит где-нибудь на шкафу, чтобы до него не добрались, а когда я спать лягу, он будет бодр и весел, станет по мне скакать, требовать внимания и ласки.

Оксана была раздражена и обижена, хотела уже устроить животному семейную сцену, но сначала решила перекусить, набраться сил. К жаренной картошечке не поленилась, почистила селёдочку, заправила маринованным в столовом уксусе лучком и зеленым горошком. Лакомство залила постным маслом. Тут же на пороге кухни возник заспанный британец.

- Соизволил появиться! - умилилась Оксана хмурому питомцу. - Ну, иди сюда!

Кот невозмутимо прошествовал к миске, игнорируя призыв хозяйки. Не увидев свежей еды, выпучил глаза и издал противный утробный вой. Оксана, как по команде, бросила ужин и кинулась кормить животное.

Вечер провели приятно. Феликс отлежал Оксане все колени, спина у неё затекла от неподвижного сидения в одной позе, в страхе потревожить спящее создание.

- Надо и тебя кремом намазать, - мысленно шутила Оксана, гладя сытый кошачий бок.

Феликсу, наверное, не понравился ход Оксаниных мыслей, иного объяснения, почему он вдруг соскочил с её колен, недовольно отряхнулся и, дёргая лапами, покинул комнату, она найти не могла.

- Ну, значит, сама судьба велит приступать.

5.

Следуя инструкции, Оксана приняла горячую ванну, растёрлась полотенцем и нанесла крем на распаренное, влажное тело. Пока мазалась, в голове роились неуютные мысли - вдруг не подействует, или она сделала что-то не так, и весь эффект сойдет на нет. Удивительно, но баночки хватило ровно, чтобы покрыть себя тонким слоем от ушей до пят.

Крем ложился удивительно легко, тут же впитывался, не оставляя никаких следов, дарил приятные ощущения прохлады, кожа стала гладкой и нежной, как атлас. Оксана подождала около часа, время было позднее, никаких новых ощущений, кроме эластичности кожи, пока не появлялось.

- Вот и купила я себе молочко для тела за страшносказатьсколько американских долларов! - заранее расстроилась Оксана и легла спать.

Поначалу, долго ворочалась, не могла успокоить свою внутреннюю жабу. Потом пришел Феликс, лёг в ноги. Не понравилось. Прилёг рядом на подушку. Тоже что-то не устраивало - бил хвостом, каждый раз попадая Оксане по лицу. Оксана связываться не стала, знала, что ни к чему хорошему ночной конфликт с котом не приведёт. Он просто поставит целью не давать ей спать. Хозяйка перевернулась на другой бок. Феликс воспринял это как начало холодной войны. Неловко карабкаясь через хозяйку, он перебрался на другую сторону кровати, свернулся в клубок, прижав круглый бок прямо к её лицу. Оксане чертовски хотелось спать, она психанула и перешла к блицкриг, спихнув Феликса с кровати.

Животное тоже ринулось к активным боевым действиям. Кот нервно носился в темноте, как комнатный бизон, сшибая мелкие, но громко падающие предметы. На пол летели пульт от телевизора, журнал «Космо», футляр от очков, когда, судя по звуку, по полу стала гоняться баночка из под использованного крема, терпению Оксаны пришёл конец. Она соскочила с кровати и врубила свет!

- А-а! - зазвучал вопль ужаса в её голове, а Феликс пулей вылетел из комнаты. Оксана вздрогнула, крик исчез. Она выключила свет и закрыла дверь.

- Гадина! - снова услышала она утробный звук.

Внутри похолодело. Она схватила телефон. На мониторе высветилось 2:36.

- Ещё бы! Будут тут звуки в голове!

Оксана рухнула в кровать и, наконец, забылась сном. Ей снился голос, тонкий и пронзительный, как звенящая струна. Голос отдавал команды:

-Первый отряд! Перейти к снижению! Поверхность готова к бурению.

- Есть, командир! - отозвался хор таких же писклявых голосов.

- Проявлять предельную осторожность! Есть опасность сейсмической активности.

Оксане снилось, что голос сумел вырваться за пределы сна и выдернуть за собой её. Комар жужжал над самым ухом. Оксана спросонья отвесила себе оплеуху. Сквозь звон в ушах донеслись обрывки голоса из сна:

- …мание! Внимание! Всем покинуть платформу! Начало сейсмической активности! Повторяю, всем поки…

Оксана хлопнула ещё раз, окончательно проснулась, на ладони остался след от надоедливого насекомого. Пришлось включить фумигатор. До будильника оставалось три часа пятнадцать минут.

6.

Именно через этот временной промежуток он вырвал её из объятий сна. Спала Оксана, видимо, беспокойно, во сне ворочалась, поэтому совершенно запуталась, то ли в одеяле, то ли в простыне. Еле освободившись из матерчатого плена, она выключила будильник, спустя несколько секунд, стала выбираться из постели. Как только встала на ноги, почувствовала, как ночная сорочка скользит по телу и падает к ногам, оставляя хозяйку абсолютно обнажённой. Оксана ахнула, схватила домашний халат и утонула в нём. Одежда, ещё вчера плотно обтягивающая габариты хозяйки позволяла теперь завернуться в неё вдвое. Оксана всё поняла, отшвырнула халат и кинулась к зеркалу.

Прямо перед ней стояла голая, растрепанная, заспанная худышка.

Вопль ликования пронзил утреннюю тишину квартиры. Оксана не могла на себя насмотреться. Долгожданные торчащие ключицы, остренькие локотки и коленки, тазовые косточки. Попы нет! Совсем нет! Нисколечко! Оксана прогнулась, чтобы разглядеть хоть какие-то остатки за спиной. Ничего! Скуластое, глазастое лицо озарила улыбка полного счастья. Оксана так долго крутилась перед зеркалом, что даже замёрзла. Скача от радости, как мустанг в пампасах, она понеслась под горячий душ.

- Хо-ро-ший день у меня сегодня! - завывала Оксана, периодически захлёбываясь струёй воды, попадающей в рот. Но вода не могла утопить песню души!

Замотавшись в халат, как в плащ-палатку, хихикая и мурлыча себе под нос, она направилась на кухню.

На диванчике лежал Феликс и не подавал признаков жизни.

- Ну, конечно, - ахнула Оксана. - Теперь он спать будет! Феликс, ну, Феликс! Ну посмотри на меня!

Кот дёрнул ухом, поморщился. Оксана хотела взять его на руки. Но тот при первом приближении хозяйки, не открывая глаз, утробно завыл:

- У-уй-ди-и , у-убью-уу!!!

- Ух ты! Феликс, ты, глядишь, так и заговоришь у меня в скором времени! - Оксана была поражена сверхспособностями питомца.

Феликс к тому времени незамедлительно опять впал в сонную кому.

Ах, что это было за утро! Дождик, моросящий с утра, обещал вот-вот закончиться. Кофе убежал на плиту, но не весь, приличную часть удалось удержать в медной сияющей турке. Молоко, правда, скисло. Но учёная жизнью Оксана предусмотрительно попробовала глоток, перед тем как испортить кофе!

- Э-э! Не проведешь! - усмехнулась она.

Чёрный кофе - то, что нужно стройной женщине. Никакого молока, никаких булок с маслом! Кофе и только кофе. Кофе. Стройность. Рок-эн-ролл.

Она распахнула окно. В кухню влился поток утренней влажной прохлады. За окном, однако, кричали дурными, визгливыми голосами какие-то скандальные девки, может бабы.

- Дай сюда!

- Не трожь! Моё!

- Дай! Сказала!

- Уйди отсюда, дура!

- Сама дура! И муж у тебя дурак, и дети дураки!

- Пошла отсюда!

Оксана, в желании разглядеть участников перепалки, по пояс высунулась в окно, но двор был пуст. Только два воробья таскали друг у друга корку хлеба.

- Дура!

- Сама дура! - неслось на весь двор.

- Ну, надо же, с утра пораньше, - удивилась Оксана скандалу, но почувствовала, что озябла, и притворила окно.

7.

Она снова вернулась к зеркалу, не могла налюбоваться на себя новую, стройную, прекрасную. Состояние полной удовлетворённости своим внешним видом захватило её на столько, что поначалу она даже не осознала надвигающуюся серьёзную проблему. Теперь Оксане совершенно нечего было надеть. Да, это тот самый юмористический случай, когда шкаф ломится от вещей, а надеть, реально, нечего! И это было вовсе не смешно.

Вместе с тем, в душу закралась подлая досада. Оксана любила свои вещи. Обожала платья экстравагантного покроя, которые тщательно выбирала в магазине авторской одежды Дуси Дербенко, и они ей невероятно шли, скрывая нюансы фигуры, придавая облику элегантность или смелую оригинальность. Оксана любила свои просторные шёлковые блузы с крупным принтом. Ткань расписывал сам Кирилл Бабочкин. На ней, как на полотне художника, улетали вдаль птицы, пенилась морская волна, расцветали японские хризантемы, роняла лепестки пепельная роза. Каждая блуза была шедевром. От Оксаны невозможно было отвести глаз. Какие уж теперь росписи! От прежней розы на новой Оксаниной груди поместится лишь лепесток.

- Так, о чём это я? - удивилась своей ностальгии счастливая обладательница ключиц и узких бёдер.

Добравшись до торгового центра в джинсах, привязанных к талии ремнём, сверху замотав себя в кардиган, Оксана потратила день на приобретение базового гардероба. В конце концов, измождённая бесконечными переодеваниями, критическим подходом при выборе практически одинаковых джинс и футболок, нагруженная фирменными пакетами, она садилась в машину. В голове была совершенная мусорная куча из обрывков дурацкой музыки (в каждом бутике звучала своя мелодия, якобы стимулирующая мозг на желание приобретать) перед глазами мелькали этикетки.

Так, и что же я купила? - вспоминала она за рулём.

Ей всегда было приятно вызывать в голове образ недавних покупок. В памяти всплыли многочисленные джинсы, топы, майки, футболки…

Ей, безусловно, нравилось, как сидят на ней теперь маечки и топики. Как чуть-чуть провисают на месте, где всегда была попа, джинсики, как свободно болтаются рубашонки, ну точно как на вешалке. Но душу скребла подлая мысль. Оксана выглядела, буквально, как манекен, хоть в витрину выставляй. Коридоры и магазины были заполнены похоже одетыми девицами. Варьировалось лишь топик на тебе или блузка навыпуск, в кроссовках адидас ты или в найках, стучишь каблуками лабутенов или мюлей.

- Да, - задумалась Оксана, - выделиться теперь будет сложновато.

Домой возвращалась в обновленном облике, уставшая, как собака.

8.

Двор был пуст, не считая Рудольфа, чинившего кособокую лавочку у подъезда.

Проходя мимо, ей почему-то захотелось с ним пообщаться, спросить как дела, поболтать о том о сём, заодно и проверить реакцию человека, впервые видевшую её стройной.

Не отрываясь от работы, Рудольф односложно поприветствовал соседку.

- Явно не узнал, - сделала вывод Оксана и решила привлечь к себе внимание беседой.

- Простите, а вы не знаете, где Жуля?

Рудольф замер, после звонких ударов молотка тишина буквально звенела.

Он взглянул на собеседницу, и с каждой секундой не только глаза его становились шире, челюсть тоже пришла в движение. Наконец-то, он осознал, что смотреть на женщину, разинув рот, по меньшей мере странно, по большей - неприлично, поэтому нашёл в себе силы промямлить извинения, за то, что не сразу узнал знакомую, после чего, буквально, выдавил парочку банальных комплиментов с акцентом в большей степени на здоровье, и лишь вскользь по поводу красоты. Покручинившись, что не знает, где их общая любимица, он закашлялся, извинился, просыпал гвозди, снова извинился, как-то быстро свернул фронт работ и, в третий раз извинившись, суетливо скрылся в подъезде.

- Ненормальный, - убедилась Оксана, вздохнула и, дав сбежавшему собеседнику приличную фору, зашла в подъезд.

9

Она открыла дверь в квартиру, в нос ударил стойкий запах аммиака.

- Феликс!!! - возопила хозяйка.

На вопль никто не вышел.

- Нет, он издевается прямо! Я ж перед уходом всё поменяла!

Она кинулась убирать лужу, оставленную котом демонстративно около лотка. Когда чистота была восстановлена, квартира проветрена, ругательства сотрясли пустоту квартиры, на пороге кухни обозначил себя виновник торжества антисанитарии. Оксана с укором воззрилась на кота, тот, в свою очередь, буравил её поражённым взглядом.

- Это что тут ещё?! - неизвестно откуда раздался голос простуженного гопника.

Оксана вскрикнула от неожиданности, завертела головой по сторонам, ища названного гостя, в безрассудном порыве кинулась к кухонному столу, вооружилась поварёшкой.

- Сдурела?! - продолжал напирать тот же мерзкий голос.

Феликс выгнул спину, заходил боком вокруг хозяйки.

- Ты, вообще, кто такая?

Перепуганная Оксана, крадучись, выглянула в коридор. Пусто!

- Ты чего ищешь-то, ненормальная?! - услышала она сзади.

Оксана крутанулась вокруг себя, но за спиной никого не было. Никого, кроме Феликса. Тот, вздыбив шерсть, пожирал её глазами.

- Это ты говоришь? - еле шевеля губами, выдохнула, наконец, Оксана.

- Нет, блин! Холодильник!

Оксана улыбнулась с облегчением и упала в обморок.

Первое, что она почувствовала, когда сознание медленно вернулось к ней, это странное чувство, что у неё усы. Она даже боялась открыть глаза. Усы жили своей жизнью, шевелились, щекотали её губы, щёки, даже, невероятным образом задели кончик носа. Оксана чихнула, усы зашипели нечто бранное.

- С ума сошла, я чуть опять лужу не сделал!

Над очнувшейся Оксаной нависал недовольный Феликс.

- Ты, мать, чего с собой сделала?

До Оксаны окончательно дошло, что с ней говорит кот. Вернее, он мурчал, мяукал, урчал, но Оксана понимала в его кошачьих звуках всё - до последнего словечка.

Она села, потёрла лицо.

- Либо я сошла с ума, либо у меня единственный в мире говорящий кот!

- Естественно ты сошла с ума. Кто ж в здравом уме с собой такое сотворит?

Оксана растерялась от такой животной наглости, не знала даже, что сказать.

- Ты вот, что…- продолжал отповедь кот. - Смотри у меня! Со мной такое же учинить не вздумай! Я теперь за тобой слежу. Если только почувствую, что с харчами что-то не так или рацион убавлен, я терпеть не буду - сразу в форточку! Во дворе меня любая мамзеля с лапами оторвёт. Ты не единственная, не думай даже!

Оксана медленно встала, неуверенным шагом подошла к кладовке, достала оттуда пылесос. Сквозь гул электроприбора послышались вопли о пощаде:

- Да ты что?! Сдурела? Ненормальная! Я же пошутил! Пошутил, говорю! Убери это! Убери! Шуток не понимаешь?!

До утра не разговаривали. Феликсу пришлось лечь на диване.

Всё не влезло, окончание в комментариях.

Показать полностью
224

Забвение Валеры.

Удивительно, как похожи комнаты ожидания у адвоката и семейного психолога. И там и там есть удобные кожаные кресла, глянец, веером разбросанный по журнальным столикам, работающий телевизор и кофейный автомат, все, чтобы скрасить неловкое ожидание. Здесь никто не пытается завести знакомства, и это понятно. Раз люди пришли сюда, значит у них проблемы, а делиться ими будут за дверью, выложив кругленькую сумму человеку, который умеет выслушать, не перебивая.

Лера недавно была в такой же приемной у адвоката по разводам. Адвокат посоветовал обратиться к семейному психологу. Лера совет приняла. Нет, не потому, что она верила, будто их с Семеном брак можно спасти. Спасти уже ничего нельзя, но если она, Лера, выполнит все рекомендации адвоката, то в глазах мирового судьи будет выглядеть лучше. Она будет казаться женщиной хоть и оскорбленной, но не растерявшей достоинства, до последнего защищавшей свой брак.

Разумеется, это блеф. После измены их семейная жизнь никогда не будет прежней. Где-то на подсознательном уровне Лера всегда будет помнить измену и, разумеется, никогда не станет доверять Семену, даже если простит. Но она не простила. Мысль, пробежавшая в сознании, окатила волной неприятной прохлады. Если бы она была одна, то выполнила бы расслабляющие дыхательные упражнения, помогающие унять гнев. Но здесь это будет выглядеть нелепо. К тому же Семен все увидит и поймет, а этого не хотелось.

Похолодевшие пальцы нащупали кулон в виде золотого ключика на длинной цепочке. Он заменял крестик на шее так давно, что Лера уже не помнила, когда это произошло. Было приятно поворачивать его, зажав бороздки. Боль в кончиках большого и указательного пальцев была приятной и отвлекала.

Их, наконец, пригласили в кабинет. Семен взял Леру под руку. Она не протестовала. К психологу они вошли как обычная семейная пара, и со стороны никто бы не подумал, что у них есть проблемы.

Доктор долго извинялся, рассказывая, что сеансы очень разные, и их невозможно уложить во временной график. Лера слушала невнимательно. Она боялась, что снова придется унижаться и рассказывать, возможно, в подробностях, то, что так хочется забыть. Ах, как было бы хорошо вообще не знать этого!

Казалось, доктор уловил ее мысли и перешел к делу:

- Я хочу вас сразу предупредить, что не собираюсь ворошить вашу душевную рану. Вам не придется пересказывать то, что неприятно или вызывает душевные страдания. Вы здесь формально, по рекомендации бракоразводного адвоката, а я работаю не первый год и знаю, к чему приводят такие визиты.

- То есть мы свободны? - спросила Лера.

- Позвольте, я отниму всего десять минут вашего времени, - попросил доктор.

- Разумеется, - ответил Семен и опасливо покосился на Леру.

- Вы разводитесь, и решение уже принято, - продолжил доктор, - я понимаю это так, что кто-то из вас принял это решение бесповоротно и окончательно.

- Да, - сказала Лера, - это я.

- Позвольте узнать, - спросил доктор, - а вы, Семен, разделяете это решение?

- Нет, - уверенно ответил Семен, - я категорически против.

- И это не связанно с деньгами? - поинтересовался доктор.

Лера и Семен переглянулись и с улыбкой хором ответили:

- Нет.

- Очень хорошо, - довольно сказал Доктор. - Значит один из вас готов продолжить семейные отношения в случае, если второй ему это позволит.

Доктор погрозил в воздухе пальчиком и, как можно мягче, сказал:

- Лера, подождите, не возражайте.

- Да, - сказал Семен хрипло, - я согласен искупить свою вину.

- И это правильно, - подтвердил доктор, - потому что разбить вазу легко, а вот склеить... Впрочем, это лишнее. Я хочу предложить вам радикальное решение. Но сразу скажу, что потребуется мужество. Мужество и решительность.

- Кастрация? - предположила Лера.

- Нет, - засмеялся доктор.

- Семен побледнел, но все же изобразил нечто похожее на улыбку.

- Я хочу предложить вам забыть о случившемся, - сказал доктор. - Сильный гипноз... Медикаментозный гипноз, если быть точным.

- А что это? - поинтересовалась Лера.

- Это вполне безопасный метод, позволяющий забыть определенные события. Стереть из памяти некие воспоминания, которые доставляют дискомфорт. Под слабыми наркотическими средствами проводится сеанс гипноза и – вуаля! Вы просыпаетесь новым человеком.

- Простите, - сказала Лера, - я забуду, а мой муж, все будет помнить.

- Да, - согласился, доктор, - ему придется страдать и нести свой крест до конца.

- Поясните, пожалуйста, - спросила Лера.

- Понимаете, - растянул доктор, - если я заблокирую ваши воспоминания у обоих, ваш партнер может изменить вам снова. Он же не будет помнить, какую боль причинил вам.

- Вы сказали «заблокирую»? - спросила Лера.

- Да, - кивнул доктор, - формально это так. Из воспоминаний невозможно ничего удалить или стереть. Вы же не забываете таблицу умножения, сколько бы времени не прошло. Но я могу заменить неприятные воспоминания другими. Как бы поменять файлы.

- А если я забуду свое имя или где живу, пин-код к карте?

- О, этого не произойдет, не волнуйтесь, - успокоил доктор. - Метод существует давно и надежно опробован.

- Почему же я впервые о нем слышу? - удивилась Лера.

- Это приватная процедура, - пояснил доктор. – Люди, прибегающие к ней, не хотят, чтобы кто-то из друзей и даже близких напомнил об этом.

- Но ведь этого не избежать? - спросила Лера.

- Отнюдь, - возразил доктор. Разве о вашей проблеме известно большому количеству людей?

- Нет, - согласилась Лера.

- Тогда проблем с этим не будет. Вы можете предупредить тех, кто, как говорится, в курсе, что не желаете в дальнейшем слышать об определенном инциденте, что вы постараетесь его забыть и не хотите, чтобы вам о нем напоминали. И, в подавляющем большинстве случаев, окружающие сами о нем забывают.

- Мне нужно подумать, - сказала Лера.

- Не только вам, - согласился доктор, - но и нам с Семеном. Ведь нам придется провести некую рекогносцировку, сменить курс, учесть ошибки, дабы избежать их в дальнейшем.

- Что вы имеете в виду?

- Лера, - мягко сказал доктор, - сейчас вы вините в случившемся Семена, и это оправдано. Но постарайтесь подумать и ответьте честно: почему Семен вам изменил?

- А вы считаете, что мужчине нужна причина? - вспыхнула Лера.

- Не только считаю, но и знаю. Знаю, потому что практикую не первый год, а так же я знаю, что эту причину знаете вы. И если вы ответите на этот вопрос, у нас все получится.

Доктор взглянул на висевшие на стенные часы и сказал:

- В десять минут я не уложился, извините, но чтобы вас не утомлять, разрешите подытожить?

Лера и Семен кивнули.

- Отправляйтесь домой, поговорите, посоветуйтесь, хорошенько все обдумайте. Только не по дороге, пожалуйста. И если вы придете к обоюдному согласию, мы с вами встретимся и без суеты назначим день, когда проведем сеанс. Согласны?

Лера и Семен вновь кивнули, но без энтузиазма. Доктор это заметил и, вставая, сказал:

- Поверьте, хуже не будет, а чтобы мои усилия не пропали зря, мне нужна причина и ваше осознание этой причины. Рад был вас увидеть.

- Почему увидеть? - подумала Лера. - Почему не познакомиться? Мысль промелькнула и утихла, потому что возникла другая, более весомая и практичная.

- Скажите, а какова стоимость этой процедуры?

Лере показалось, что доктор замялся. После секундного колебания он сказал:

- Для вас я приготовил особое предложение. Уверен, оно вам понравится.

- Что это значит? - не поняла Лера.

- Я хочу вам предложить особую скидку. Пятьдесят процентов.

Лера уже открыла рот, но внезапно поняла, что доктор по какой-то причине не скажет, не назовет сумму вслух. Она не могла сказать, почему это поняла, но поняла определенно:

- Хорошо.

- Хорошо, - согласился доктор, - вы можете записаться на очередной прием по телефону или на моем сайте.

Семен глупо кивнул и вывел Леру в холл так же под руку. В приемной со скучными лицами две пары недовольно разглядывали друг друга. Увидев Леру и Семена, одна из них с облегчением поднялась с кресел.

- Я не удовлетворяла тебя? - спросила Лера, как только Семен тронул автомобиль.

- Лееера... - растянул Семен.

- Что?

- Доктор же просил, не обсуждать это в дороге.

- А тебе что, тяжело ответить?

Семен долго молчал, затем сказал:

- Да, тяжело. Мне неприятно об этом говорить, но я знаю, что нам придется.

- И каков твой ответ? - Лера смотрела на сильные руки Семена, как легко и спокойно он управляет машиной, но его глаза бегали, как у пойманного за постыдным занятием школьника.

- Ты холодная, - сказал Семен. - Совсем. Мне хотелось тепла, поэтому я и нашел... Ну, ты знаешь. Понимаешь, Лер?

- Понимаю, - перебила его Лера. - Теперь все понятно.

- Нет, я хотел сказать...

- Что? Что ты хотел сказать? - Лерино лицо пылало. Казалось, через секунду и из глаз полетят искры.

- Я люблю тебя, - сказал Семен и остановил машину. - Все еще люблю.

Лера бросила ошарашенный взгляд на Семена. Его лицо больше не отражало никаких эмоций. Он был совершенно спокоен, как будто только что сказал: "Смотри, птицы полетели".

- Ты здесь останешься?

Лера осторожно ступила на тротуар:

- Да, здесь.

Семен привез ее к дому подруги, где Лера прожила уже неделю. Ей не хотелось возвращаться домой, где случилось это.

- Б-р-р. - даже подумать противно что.

- Я позвоню, - сказала она, не оборачиваясь.

Семен ничего не ответил, но по шуму отъезжающей машины Лера поняла, что ее услышали.

- Значит, я фригидная, - прошептала Лера, - час от часу не легче.

Она пересекла лужайку перед домом и позвонила в дверь. Несмотря на то, что у нее был свой ключ, лезть им в замочную скважину не хотелось.

На пороге возникла Мила - лучшая и единственная подруга Леры. Растрепанная, рыжая девушка без косметики. Несмотря на обеденный час, Мила была в халате, наброшенном поверх пижамы.

- А-а, это ты, - сказала Мила высоким грудным голосом. - Я вроде бы тебе ключи давала.

Лера потрясла ими в воздухе.

- Если не пользуешься, оставляй их дома, не ровен час, потеряешь.

Лера с удовольствием бросила связку в глубокую синюю тарелку, служившую ключницей.

- Как все прошло? - спросила Мила.

- Даже не знаю, - сказала Лера. - Если я это расскажу, придется тебя убить.

- Тогда не хочу этого знать, - деланно равнодушным тоном сказала Мила.

- Но мне действительно кое-что нужно.

- Что?

- Даже не знаю, как тебя об этом попросить, - Лера смущенно улыбнулась. - Мил, у тебя есть порнушка?

- О-о подруга, я смотрю тебе лучше, - одобрительно засмеялась Мила.

- Да нет, это не то, что ты думаешь.

- Ну конечно, а то я не знаю, зачем девочкам порно, - Мила озорно хлопнула Леру по попе.

- Правда, мне это необходимо, чтобы кое-что проверить.

- Ладно, только кабинет мне не запачкай. И кресло не сломай.

- Ты о чем?

- Я о том, - сказал Мила, - что в моем доме отродясь этого не водилось, но в интернете ты без труда найдешь все, что угодно. А компьютер у меня только в кабинете.

Мила работала ландшафтным дизайнером. Она была всей фирмой в одном лице. Всю работу Мила выполняла у себя дома. Нередко там появлялись новые клиенты. Увидев участок Милы, они понимали, что находятся в надежных руках. Все необходимое для работы находилось тут же. Кабинет Милы был завален старыми журналами, набросками и эскизами. Посредине бардака возвышался огромный стол с таким же необъятным монитором. Компьютер оказался включен, просто заснул от длительного простоя. На экране было три активных окна с графическими программами, закрывая которые, Лера обнаружила, что файлы Милой не сохранены.

- Неряха во всем, - подумала Лера.

Она свернула окна и набрала в строке поиска: "Порно". Гугл услужливо исправил слово на "паранойя".

Лера хмыкнула:

- В чем-то ты прав, старичок.

Лера продолжила поиск с первым запросом. Гугл тактично пояснил:

Порнография — отображение сексуального поведения в литературе, изображениях, скульптурах, фильмах и др. с целью вызвать сексуальное возбуждение.

- Именно, - согласилась Лера.

Она стала пересматривать короткие ролики с переплетенными в невероятных позах телами. Сюжет, как правило, был один, концовка - ожидаема и предсказуема. Через двадцать минут Лера заметила, что думает совсем не об этом. Она смотрела на экран вроде бы с интересом, но не как зритель, а как режиссер или продюсер. Она думала, что не мешало бы актерам сделать хороший маникюр, сходить в солярий, уложить прическу и о многих других вещах, которые делали ролики банальными.

Лера поняла, насколько зациклена на деталях и не обращает внимание на главное.

- А вдруг Семен прав? - испугалась Лера.

Она остановила видео и принялась вспоминать.

- Ну и что, что я чистюля? - подумала Лера. - Кому от этого плохо? Наверняка это лучше чем...

Она не смогла найти сравнение и, закусив губу, просидела без движения несколько минут.

- Причины, вызывающие холодность у женщин, - набрала Лера новый поисковый запрос.

Причин оказалось много: страх забеременеть, страх заражения, неуверенность в прочных отношениях, любые травмирующие ситуации и еще два десятка.

Почти час ушел на то, чтобы сократить этот список. И список сократился полностью. То есть не осталось ни одной причины, Лера исключила их все до одной.

Последней причиной, которую исключила Лера, была травма, вызванная насилием. Лера точно знала, что она не подвергалась насилию, во всяком случае, она этого не помнила.

Лера чуть не закричала, мысль, промелькнувшая в голове, была как холодный душ:

- Я не помню, но это не значит, будто этого не было! А вдруг я уже была под гипнозом и постаралась забыть? Я забыла свою травму, но, как сказал доктор, мозг ничего не забывает, он только блокирует воспоминания. Что, если это произошло со мной?

Лера набрала в строке поиска: «Люди, забывшие прошлое». Гугл не знал или делал вид, что не знает об этой проблеме.

Лера подумала, что с трудом вспоминает свое детство, родителей, школу, замужество. Нет, у нее нет провалов, но она видит прошлое затуманенным и далеким, путаясь в именах школьных подруг и названиях старых улиц.

- Это точно паранойя, - решила Лера. - Все люди забывают свое детство, во всяком случае… нормальные люди.

Лера принялась за поиски в Интернете, но теперь уже себя самой. Нашлась пара фотографий из Фейсбука, упоминания в блогах, но ничего особенного, ничего криминального. Лера расширяла запрос, подставляя к своему имени слова "Жертва", "Насилие", "Происшествия". Результат оставался прежним.

Почти успокоившись, Лера задумалась о другом. В поиске ей часто встречался электронный адрес, показавшийся знакомым. Ничего особенного, конечно, но вот логин: Лера1225, как будто хорошо знаком. Конечно, знаком, это ее имя и дата рождения, только она не помнила, чтобы у нее был такой почтовый ящик.

Сейчас проверим. Лера зашла на почтовый сервис ввела логин и набрала пароль. Пароль у нее был один на все случаи жизни.

Интерфейс почтового сервиса открыл окно на экране совершенно неожиданно. Лера с опаской, будто случайно зашла в чужую квартиру, нажала вкладку "Входящие". Там находилось около десятка рекламных писем ни о чем. Она заметила, что в папке "Черновики" есть одно письмо. Это значит, что владелец ящика написал, но по каким-то причинам не дописал или не отправил письмо, из содержания которого можно будет понять, чей это ящик. Впрочем, чей ящик сомнений не было, было не понятно, как его владелец умудрился о нем забыть.

Глубоко вздохнув, Лера открыла Черновик. Письмо содержало один вложенный видеофайл. Описания и адреса для отправки не было. Секунду поколебавшись, Лера щелкнула мышкой по файлу.

На экране возникла плохо освещенная Лера, с ужасной прической, красными глазами и мешками под ними.

- Я записываю это видео на случай, - сказала Лера на экране, - если что-то пойдет не так.

Сделав длинную театральную паузу, девушка с экрана продолжила:

- Я хочу все забыть. Забыть то, что со мной произошло, и завтра пойду на сеанс гипноза. Как утверждает доктор, это безопасно. Я забуду только то, что травмировало мою психику и мешает мне жить дальше. Я верю в это, но видео... Это моя страховка. Я размещу его на сайте, который рассылает письма в случае смерти абонента. Пока я не разобралась, как это работает, но основной принцип таков: если вы смотрите это видео, значит, меня нет в живых.

Голос Леры на экране стал мягче:

- Знайте. Я обратилась в клинику по стиранию воспоминаний после того, как меня изнасиловали и избили трое мужчин. Я сама виновна в случившемся и не выдвигала обвинений против них. Я была мертвецки пьяна. Я напивалась и провоцировала мужчин, пока это не произошло. Я вынуждена признать, что это так.

Произошедшее вызвало во мне изменения, и я очень боюсь, что это разрушит мою семью.

Слеза побежала по щеке Леры. Она хотела еще что-то добавить, но вместо этого оборвала запись.

Ошарашенная Лера смотрела на экран:

- Я алкоголичка?

Она не узнала свой голос, сухой и низкий.

- Но я этого совершенно не помню.

Фраза показалась глупой даже себе самой.

- Я это... Зачем? – шептала Лера.

На негнущихся ногах Лера спустилась на первый этаж, где в гостиной на диване, заваленном разноцветными подушками, лежала Мила. В руках у нее был пульт от телевизора, на лице скука. Увидев Леру, Мила приподнялась. Наверное, Лерины глаза сказали о многом. Мила напряглась, следя за подругой:

- Ты в порядке?

- Я кое-что узнала, - сказала Лера. - И пока не могу в это поверить.

- Откуда? - поинтересовалась Мила.

- Интернет, - тихо прошептала Лера.

- Будь он проклят.

Мила обняла подругу и похлопала ее по спине:

- Ну, ну, ну. Я была уверена, что это плохо кончится. Но ты меня не слушала.

- А ты все знала?! - ужаснулась Лера.

- Мы же подруги.

- И мне не сказала? - скривилась Лера.

- Мы договорились. Я должна была отдать письмо, только если тебя обманут, - сообщила Мила.

- Письмо? - переспросила Лера.

- Ну да.

Мила пересекла большую гостиную, извлекла из секретера шкатулку из красного дерева, ловко открыла ее маленьким ключом. Из шкатулки она достала не заклеенный конверт и протянула Лере:

- На, читай.

Лера осторожно развернула письмо. Оно было написано, а не напечатано, и Лера узнала свой узловатый почерк:

- Я хочу все забыть, - гласили первые строки. – Я, Лера Тырсина, хочу забыть о дурацкой ссоре со своими родителями, их обиде и нашей разлуке. Я не знаю, почему мы отдалились, но мои родители оставили меня. Нет, не оставили, они меня презирают. Это делает мою жизнь невыносимой. Завтра я пойду на сеанс гипноза и очень надеюсь, что забуду. Я верю в это и пишу на случай, если что-то пойдет не так. Письмо я передам своей подруге, и она вернет мне его, только, если моей жизни будет угрожать опасность.

Лера попыталась сглотнуть, но поняла, что горло окончательно пересохло.

- В-воды, - хрипло попросила Лера.

Мила прошла на кухню и вернулась со стаканом.

- Лучше? - спросила Мила, когда Лера осушила стакан.

Та неопределенно кивнула:

- По меньшей мере, я знаю, как стала алкоголичкой.

Голос по-прежнему хрипел и не слушался. Лера встала.

- Мне нужно домой.

Мила попыталась остановить подругу, но Лера решительно посадила ее обратно на диван.

- Не надо, не провожай.

Мила так и осталась сидеть со стаканом в руке.

Лера вышла на улицу. Лицо приятно обдувал ветерок. Как нельзя кстати, мимо проехало такси, и Лера остановила машину легким движением руки. Она назвала адрес. Таксист недовольно сморщился. Ехать было недалеко, всего несколько сот метров, и водитель не скрывал раздражения.

- Как же мне наплевать на это, - подумала Лера.

Она откинулась на сидение и закрыла глаза.

- Хуже не будет, кажется, так сказал доктор. Надо было послушать его и не играть в детектива. Поистине, незнание - лучшее решение. А теперь я фригидная шлюха, алкоголичка, которую возненавидели родители. Как же я докатилась до такой жизни?

- Приехали, - сказал водитель с сильным кавказским акцентом.

Только теперь Лера обратила на него внимание. Кавказец нагло разглядывал Леру.

- Чего уставился?

Лера хлопнула дверью и протянула в открытое окно купюру:

- Сдачи не надо.

Водитель не стал спорить и тронул автомобиль.

- Вот я и дома.

Лера прошла по тенистой веранде и открыла дверь. В доме было тихо. Кажется, Семена не было, и она с облегчением выдохнула.

- Дом, милый дом, - пронеслось в голове. - Как быстро он стал чужим!

Лера неспешно обошла комнаты и остановилась возле родительской спальни. Дверь, которая, как она помнила, уже давно не открывалась ею. Она положила руку на прохладную ручку и, нажав, потянула на себя. Комната была холодной. Чувствовалось, что в ней давно не было жильцов. В воздухе витал запах пыли и старости.

Лера провела пальцем по серванту.

- Нужно бы здесь убраться.

Ее внимание привлекла шкатулка из красного дерева. Очень похожая на ту, что она видела у Милы.

Девушка осторожно подняла ее и покрутила в руках, внутри что-то перевернулось. Шкатулка была закрыта, замочная скважина крохотная, даже игрушечная. Лера потрясла ее снова, пытаясь определить, что же внутри. Было похоже, что там документы. Девушка уже собиралась поставить ее обратно, но вспомнила про кулон на шее в виде золотого ключика.

Ей даже не пришлось снимать его с шеи. Цепочка была длинной. Ключ легко отворил замок.

Лера с любопытством подняла крышку. На дне лежал конверт. На этот раз он был запечатан. В поле "Куда" вместо адреса было написано: "Вскрыть, если что-то пойдет не так". Надпись была сделана давно, чернила побледнели от времени.

Похолодевшими пальцами Лера оторвала узкую полоску бумаги. Она достала короткое письмо, где более круглым, но, без сомнения, ее почерком было написано:

"Я хочу все забыть! Мои родители не воспринимают меня таким, какой я есть. Они считают это недоразумением и глупостью. Я с этим не согласен и скоро перенесу ряд сложных операций, после чего обо всем забуду. Я верю, что все будет хорошо, а письмо написал на случай, если моей жизни будет угрожать опасность".

Внизу стояла подпись: "Валерий Тырсин".

Лера сложила письмо и убрала обратно. Она тихо вышла из комнаты. С первого этажа донесся звук отпираемой входной двери.

- Лера, ты дома? - позвал Семен.

- Я здесь, - ответила она.

Семен вбежал по ступенькам и замер, увидев Леру возле родительской спальни.

- Что ты там делала?

- Да так, - махнула рукой девушка, - искала скелеты в шкафу.

Семен смотрел на Леру, боясь пошевелиться.

- Я вот что подумала, Семен. Мы с тобой давно знакомы, кажется, со школы, а может и еще раньше. Ведь у тебя наверняка есть конвертик на случай, если что-то пойдет не так.


Александр Лебедев

Тольятти

Забвение Валеры. Фантастика, Психология, Семейная психология, Длиннопост
Показать полностью 1
741

Так, начинаю выписывать этот журнал

Наткнулся в сети на довольно любопытное

Так, начинаю выписывать этот журнал Наука, Социология, Религия, Фэнтези, Фантастика, Массовая культура
Так, начинаю выписывать этот журнал Наука, Социология, Религия, Фэнтези, Фантастика, Массовая культура

Притом все статьи реально научные, дельные и чрезвычайно увлекательные, я аж зачитался. Преимущественно авторы апеллируют к работам Адама Поссамаи, который в своих работах уделил массу внимания феномену фандома в массовой культуре.

100

«Дочь тьмы» Записки психолога, часть 15

Начало здесь: https://pikabu.ru/story/proklyataya_zapiski_psikhologa_chast...


Та неделя выдалась крайне сложной – больше всего сил ушло на мужчину, считавшего что его похитили инопланетяне женского пола. Бедняга пробыл у них почти год и был подвергнут тяжелому испытанию в виде помощи в продолжении рода неземной цивилизации, оказавшейся без собственных мужчин из-за какой-то техногенной катастрофы. После подробного рассказа о своих «злоключениях», он посетовал на то, что после возвращения его никто не воспринимает всерьез, особенно семья. Я ждала его на очередной прием, рассчитывая, что именно сегодня мы сможем укрепить наметившийся прогресс, но вместо этого получила звонок от супруги, сообщившей что ее муж снова пропал. Увы, но в этой ситуации мне ничего оставалось кроме как тяжело вздохнуть и попытаться выбросить все это из головы…


Я открыла окно чтобы немного проветрить комнату и обратила внимание на стоящую на полке фарфоровую статуэтку у ног которой лежал серебряный кулон в виде опутанного цепями дерева, оставленный Проклятой – женщиной, считающей себя жрицей темных сил. Она совершенно неожиданно посетила меня почти полгода назад, попросила о помощи в разрешении весьма специфической проблемы и, получив желаемое, также поспешно исчезла. Осторожно взяв в руки загадочную вещицу, я с удивлением поняла, что за все это время ни разу не прикасалась к ней. В этот момент в дверь постучались и я, положив кулон обратно, пошла встречать посетителей.


На пороге стояла молодая девушка, лет двадцати в длинном бежевом пальто с капюшоном, на котором еще не успели растаять снежинки. Мне было сложно разглядеть черты ее лица из-за больших черных очков и длинной челки. Гостья держала в руке длинную деревянную трость, что могло означать только одно…


— Добрый день, - произнесла я. – Вы на прием?


— Если вы – Князева Виктория Сергеевна, то да, - ответила она неожиданно высоким голосом.


— Это я, прошу – заходите, - ответила я и, спохватившись, добавила. - У меня тут небольшой порожек. Может я помогу вам?


— Буду признательна, - улыбнувшись, произнесла она и протянула руку.


— Здесь нужно переступить, так… Теперь дверь, осторожно. Все, можно садится, только давайте сначала снимем ваше пальто.


— Спасибо, - девушка начала расстегивать пуговицы.


— Будете что-нибудь?


— Например?


— Чай? Кофе?


— Чай, если можно, только не крепкий. Без сахара.


Я сразу же приметила несколько интересных особенностей новой клиентки, а именно отсутствие сумочки, сотового телефона и каких-либо украшений. Очки на глазах мешали рассмотреть то, какой косметикой она пользовалась, на виду оставались только губы, на которых виднелась гигиеническая помада. Брючный костюм цвета кофе с молоком, выгодно подчеркивал женственную фигуру незнакомки, а расклешенные рукава добавляли капельку шарма. К тому времени когда я поставила перед ней чашечку с горячим напитком, на столе уже лежал паспорт на имя Левиной Арины Геннадьевны. Очевидно, что она чувствовала неловкость и это был такой способ познакомится.


— Позвольте полюбопытствовать, Арина Геннадьевна – как вы до меня добрались? Вас кто-то ожидает на улице?


— Нет, меня никто не ждет, - ответила она и сделала один осторожный глоток, - Добралась сама, времени у меня много, да и идти недалеко.


— А как узнали обо мне? Почему не записались заранее?


— Однажды вы «помогли» одной женщине, - Арина как-то странно выделила это слово, - вот она и порекомендовала мне обратиться к вам.


— И как же ее зовут?


— Я знаю ее только под одним именем – Проклятая.


— Так значит… - события прошлого пронеслись перед глазами, - вы и есть та самая девушка, которую она спасла?


— Спасла? – насмешливо повторила она. – Это вряд ли можно так назвать.


— Почему же? – собравшись с мыслями спросила я. – Вы живы, чего же можно еще желать?


— Не проходит и дня чтобы я не задумывалась о том, что смерть лучше такой жизни.


— Что это значит? У вас остались какие-то раны после того случая?


— Нет, физически я вполне здорова, если, конечно, не считать врожденной слепоты. Дело совсем в ином…


Сказав это, она сняла очки и положила их на стол, после чего распахнула мертвенно-бледные веки, явив мне поистине ужасающее зрелище. Немного увеличенная в размере радужка вокруг ее зрачков имела абсолютно черный цвет! Я сдавленно вскрикнула и, вскочив на ноги, шарахнулась в сторону от Арины.


— Примерно так же отреагировала и моя мама, когда я очнулась в больнице, - с надрывом произнесла девушка.


— Простите меня за такую реакцию, - взяв себя в руки, ответила я и вернулась на место, стараясь при этом не смотреть ей в глаза. – Это было очень неожиданно.


— Для меня тоже, - бедняжка снова надела очки чтобы не пугать меня еще больше. – Врачи сказали, что это произошло в результате травмы головы, которая усугубила слепоту – синдром имени кого-то там. Но они ошиблись, причем очень сильно.


— Что вы имеете в виду?


— Такой я стала в результате лечения Проклятой – она называет это «Глазами Тьмы». Как выяснилось позже, она несколько раз посещала мою палату, пока я лежала без сознания. Представилась моей тетушкой, представляете?


— Вероятно у нее не было иного выхода.


— Может и так, но это не давало ей права превращать меня в монстра.


— Разве черные глаза это такая уж помеха? Вы и так все время ходите в очках.


— Дело совершенно не в цвете, - она нервно сцепила пальцы. – Я прозрела! Я по-настоящему прозрела! Вот только совсем не так как хотела бы!


— То есть вы меня видите?


— Нет, вас я не вижу – я вижу сквозь вас. Ваши самые большие страхи и переживания, то, о чем вы сожалеете, чего страстно желаете и мечтаете достичь.


— И о чем же я сожалею? – надеюсь, мой голос не прозвучал слишком насмешливо.


— Вы постоянно корите себя за то, что разрушили брак родной сестры, уведя у нее мужа, - после короткой паузы, медленно, словно пробуя каждое слово на вкус, проговорила Арина, - Но он воспользовался вами, точно также, как и ей – взял что сумел и исчез.


Я тщетно пыталась найти что сказать, но это было не так просто – моя хваленая выдержка дала огромную трещину. Никто в этом городе не знал об этом, ни одна живая душа! Кроме той, что сейчас сидела передо мной.


— Убедились? – на ее губах появилась жестокая улыбка. – А теперь представьте каково мне встречаться с людьми? Можете вообразить объем грязи и боли который обрушивается на меня, стоит только кому-нибудь пройти мимо?


— Не могу, - призналась я, все еще отходя от слов девушки.


— Знаете, что выяснилось, когда меня отпустили домой? Что мать ужасно устала от меня, отец уже давно в тайне живет с другой женщиной, а брат желает, чтобы я никогда не возвращалась. Нет, они не говорили этого, но они так думали. Все, как и говорила Проклятая…


— Вы с ней общались?


— Она появилась на следующий день после операции. Рассказала о том, как отогнала насильников, как влила в меня свою силу и как сомневалась стоит ли ей продолжать делать это дальше. Я услышала трогательную историю о том, как вы уговорили ее помочь мне выжить, а когда попыталась выставить эту психопатку вон, то ощутила ее ладонь у меня на губах и резкую боль, как будто кто-то вонзил нож в сердце. Это повторилось еще несколько раз в течение недели – удивительно, но мне становилось все лучше и лучше. Врачи утверждали, что это настоящее чудо, не понимая, как мне удалось выкарабкаться с такими-то ранами. Несмотря на это я просила не пускать ко мне Проклятую, но охранники заявляли, что видели ее всего один раз. Мне не нравилось то, что со мной происходит, а если быть точнее – я была в ужасе от видений того, как много женщин склонил к сексу заведующий отделением, как добрейшего вида медсестра оставила престарелую мать доживать последние дни в ужасающих условиях и воспоминаний бывшего солдата, много лет мучившегося болями в ноге от полученной в Афганистане раны.


— После чего снова появилась Проклятая, решившая, наконец, объяснить какая жизнь вас ждет впереди. Но вы не захотели ее слушать, верно?


— В тот момент я была не готова ко всему этому, - с болью в голосе ответила Арина. – Она сказала, что мне больше нет места среди обычных людей, что я просто не смогу находится рядом с ними, что такова цена, которую я должна буду заплатить за дарованный мне второй шанс. Проклятая видела, как тяжело мне все это слушать и просто ушла, сказав напоследок, что есть человек, который поможет мне, если выдерживать этот груз станет невмоготу.


— И вы решили, что это я?


— Я подумала, что раз вы помогли ей решится обратить меня, то частично в ответе за то, что со мной происходит, а значит не будете против хотя бы выслушать…


— Все верно – я действительно сказала ей что нельзя оставить вас умирать.


— Но я не могу жить так! - на Арину было тяжело смотреть – по ее щекам катились слезы, а руки судорожно вцепились в колени. – Почему вы просто не дали мне умереть?!


— Потому что решение жить тебе или умереть должна принимать ты сама. Мы с Проклятой лишь дали тебе выбор.


— Выбор, который я не хочу… не могу сделать! Мне нет места в этом мире, понимаете?!


— Как раз наоборот! – твердо произнесла я и тут же, смягчившись, добавила. – Ты от рождения слепа и прекрасно знаешь, что значит – быть не такой как все. То, что случилось с тобой вовсе не проклятие, а дар, который позволил тебе расширить горизонт восприятия. Мне, чтобы докопаться до истинных мотивов человека приходится тратить десятки часов, а ты можешь узнать все что хочешь, лишь взглянув на него.


— Но я не могу всего этого выносить!


— Как же может быть иначе в таком огромном городе? Тебе нужно переехать в какое-нибудь безлюдное место и сразу же станет легче. Со временем ты научишься спокойнее относится к правде о людях.


— Вы так думаете?


— Конечно.


— Если честно, то я даже не представляю куда мне теперь идти.


— Возможно стоит найти вашу новую мать.


— Но зачем?


— Она не понаслышке знает каково вам сейчас. Да и кто как не она сможет вам помочь? Вот только я не знаю где ее найти.


— Это как раз-таки не сложно, - покачала головой Арина. – Она сейчас находится в кофейне на углу - ждет чем закончится наш разговор.


— Откуда вы знаете?


— Не могу сказать точно, просто чувствую.


— Тогда все становится намного легче.


— Не для меня, - глухо отозвалась девушка. – Я не хочу становится темной жрицей, или кем там называет себя Проклятая.


— Вас никто и не заставляет, всегда есть выбор - поезжайте к родителям, попытайтесь поговорить с ними.


— Не знаю, как смогу говорить с ними, после всего того что узнала, - уныло пробормотала она. – Пожалуй мне стоит вернуться к Проклятой – раз уж стала волком, то мне уже нет места среди овец.


— Это смелое решение.


— Есть еще кое-что – я не знаю, как с вами расплатиться…


— О, не переживайте – Проклятая уже сделала это, - ответила я, вспомнив про медальон. – Если будет нужна помощь, вы знаете где меня найти.


— Знаю, - произнесла Арина, в первый раз за весь разговор счастливо улыбнувшись. – Спасибо вам большое!

Показать полностью
Похожие посты закончились. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: