Как мы с Вовкой (история одного лета). Часть 7. Жоподрыщь
Пара дней прошли спокойно. С солдатами разобрались и покормили их, собрав продукты им на обед «всем миром». Витька вообще оказался геройским парнем. Он не стал нас с Вовкой сдавать и списал всё происшествие на технические неполадки. За что, конечно, ему влетело не меньше, но от нас, ему «рабоче-крестьянское» спасибо. Мы с Вовкой остались невиноваты, хотя бабка подозрительно косилась на нас.
— Технические неполадки это вы, — говорила она нам, но доказательств нашей причастности у неё не было.
В деревне ничего не происходило, так как нам строго-настрого было запрещено заниматься добрыми делами, да и вообще чем либо.
— Я вам руки в карманы зашью, что бы они ни к чему не тянулись. Так и будете до конца лета ходить, как два пингвина, — пообещала нам бабка и отправила гулять, что бы мы не мешали ей с обедом.
Мы с Вовкой отправились искать клад в коровьих лепёшках. Точнее Вовка искал, а я с помощью прутика рогатиной, выявлял кладоносные. Я уже не помню, откуда мне пришла в голову эта идея, но помню, что я был уверен, что в коровьих лепёшках должно быть золото и драгоценные камни. Но далее речь не об этом.
Тут я вспомнил про одну страшную историю, которую мне как то рассказывала бабка.
В доме было два туалета. Один в доме, практически со всеми удобствами (отец в своё время туда привёз унитаз, но говно всё равно падало вниз на кучу соломы), а второй в огороде, в виде отдельно стоящего здания, метр на метр, с дверкой и окошком в ней, в виде сердечка. Так вот, именно к этому сооружению мне строго настрого было запрещено приближаться.
— А ты знаешь Вовка, что у нас в туалете, во дворе чудище живёт.
— Хорошо брехать. Какие ещё чудища могут в туалете жить?
— Пойдём к бабке, она тебе расскажет.
— Жоподрыщ там живёт, — рассказывала в очередной раз историю бабка, но теперь с целью проинформировать Вовку — Если близко подойдёте, утащит к себе и будете всю оставшуюся жизнь вместе с ним дерьмо собирать лопатой.
— А почему дед туда ходит? — интересовался Вовка.
— Да потому что ваш дед хуев консерватор. Видите ли, унитаз ему жопу морозит. А там свежий воздух и единение человека с природой. Да и надо же кому-то этого Жоподрыща кормить.
Я не совсем понял при чём тут консервы и единение с природой, но понимал, что этого Жопдрыща чем-то надо регулярно кормить. Возможно, теми самыми консервами, про которые упоминала бабка.
— А зачем его кормить? — не унимался Вовка, — Если он такой плохой.
— Ну, если его не кормить, то он вылезет и съест вашего деда вместе с говном, — подвела итог бабка и сказала, что бы ни ебли ей мозг и шли бы поиграть.
Такая перспектива, что его надо кормить, меня всегда интересовала. У нас дома были рыбки и я с нетерпением ждал, когда придёт время их кормить, что бы взять баночку с вонючим дерьмом, достать щепотку корма и бросить в аквариум.
— У меня Вовка есть план, — заявил я своему мелкому братцу. Завтра мы идём кормить Жоподрыща!
— А чем? — заинтересовался Вовка.
— Да хрен его знает, — ответил я. — Завтра придумаем…
Завтра наступило, и мы с Вовкой стали готовиться.
— Я предлагаю скормить ему кошку — (тут надо заметить, что большой любви к кошкам я никогда не испытывал, а в доме как вы помните их вообще было дохерища), заявил я Вовке.
— А как мы подойдём? — выразил опасения Вовка, — Вдруг он нас утащит?
— Не сцы, — успокоил я брата, — У меня есть план. Мы тихонько подтащим лестницу и припрём дверь, а ещё закроем её на задвижку. Так что с тебя самое лёгкое, закрыть сначала задвижку, — выложил я свой план Вовке.
Вовка почуял подвох, но я ему объяснил, что пока он будет закрывать задвижку, я буду отвлекать Жоподрыща, стуча по задней стенке. Так что он даже не услышит, как будет закрываться задвижка. Тем более Вовка это должен сделать очень тихо.
На том и порешили. Поймали первого попавшегося кота и, сунув его в мешок, мы пошли в огород. Я взял на себя самую тяжелую работу, тащить деревянную лестницу. И вот, когда мы уже были недалеко от туалета, я подмигнул Вовке, намекая: «не сцы и вперёд». Сам же знаками показал, что я пошел обходить сзади. На самом деле, я притаился за соседним кустом (ну страшно мне было подходить близко, пока Вовка не закроет защёлку на двери). Вовка же с задачей справился исправно. Он как партизан, прополз до туалета, затем тихонько подкрался к нему и повернул вертушку, закрывая дверь. И тут же пустился наутёк назад. Я тоже поспешил обратно к лестнице.
— Там что-то шуршит!!! — Шептал он в ужасе мне. — Я чуть не обосрался!!!
— Теперь помоги мне подтащить лестницу, — указал я Вовке.
Мы взяли её с двух сторон и медленно потащили к туалету. В туалете слышалась какая-то возня.
— Он там!!! — шипел Вовка, выпучив глаза.
— «Тихо!!!» — показывал я ему мимикой.
Ещё немного и мы были почти на месте. Подняв лестницу вертикально, мы толкнули её вперёд, к туалету, так, что она с грохотом опрокинулась на дверь и намертво заблокировала её. Из туалета донеслось громогласное: «БЛЯ!!!» И ещё какие-то крики. Мы отбежали обратно к мешку. Я взял мешок с кошкой и вытащил её наружу. Пока тащил, эта паскуда цеплялась за всё подряд, орала и порядком исцарапала меня. Видимо в отличие от Вовки она не поверила в добропорядочность моих намерений. Но я схватил её за шкирку и бежал уже к туалету. Внутри меня смешался страх и отвага. Я, почему-то представил себя пионером героем, который бежит с гранатой на фашистский дзот. И вот, в таких возвышенных чувствах, я практически влетаю по лестнице и прицельно запихиваю кошака в сердечко…
Видимо мысли, и фантазии мной настолько завладели, что я даже не обратил внимания на какие-то моменты. Единственное, что я запомнил в тот момент, так это огромные глаза Жоподрыща в сердечке… и его благой мат. И мы бежали с Вовкой из огорода, не оглядываясь до самого дома…
Ну, потом мы, конечно, целую неделю были без сладкого и гуляли только во дворе, за то, что мы пошли кормить Жоподрыща. Но зато дед начал ходит в домашний туалет. Бабка сказала нам, что с Жоподрыщем покончено, а туалет чуть позже разобрали. Вот так мы с Вовкой победили этого страшного монстра. И пускай нас наказали за это, но мы чувствовали себя героями.
— Технические неполадки это вы, — говорила она нам, но доказательств нашей причастности у неё не было.
В деревне ничего не происходило, так как нам строго-настрого было запрещено заниматься добрыми делами, да и вообще чем либо.
— Я вам руки в карманы зашью, что бы они ни к чему не тянулись. Так и будете до конца лета ходить, как два пингвина, — пообещала нам бабка и отправила гулять, что бы мы не мешали ей с обедом.
Мы с Вовкой отправились искать клад в коровьих лепёшках. Точнее Вовка искал, а я с помощью прутика рогатиной, выявлял кладоносные. Я уже не помню, откуда мне пришла в голову эта идея, но помню, что я был уверен, что в коровьих лепёшках должно быть золото и драгоценные камни. Но далее речь не об этом.
Тут я вспомнил про одну страшную историю, которую мне как то рассказывала бабка.
В доме было два туалета. Один в доме, практически со всеми удобствами (отец в своё время туда привёз унитаз, но говно всё равно падало вниз на кучу соломы), а второй в огороде, в виде отдельно стоящего здания, метр на метр, с дверкой и окошком в ней, в виде сердечка. Так вот, именно к этому сооружению мне строго настрого было запрещено приближаться.
— А ты знаешь Вовка, что у нас в туалете, во дворе чудище живёт.
— Хорошо брехать. Какие ещё чудища могут в туалете жить?
— Пойдём к бабке, она тебе расскажет.
— Жоподрыщ там живёт, — рассказывала в очередной раз историю бабка, но теперь с целью проинформировать Вовку — Если близко подойдёте, утащит к себе и будете всю оставшуюся жизнь вместе с ним дерьмо собирать лопатой.
— А почему дед туда ходит? — интересовался Вовка.
— Да потому что ваш дед хуев консерватор. Видите ли, унитаз ему жопу морозит. А там свежий воздух и единение человека с природой. Да и надо же кому-то этого Жоподрыща кормить.
Я не совсем понял при чём тут консервы и единение с природой, но понимал, что этого Жопдрыща чем-то надо регулярно кормить. Возможно, теми самыми консервами, про которые упоминала бабка.
— А зачем его кормить? — не унимался Вовка, — Если он такой плохой.
— Ну, если его не кормить, то он вылезет и съест вашего деда вместе с говном, — подвела итог бабка и сказала, что бы ни ебли ей мозг и шли бы поиграть.
Такая перспектива, что его надо кормить, меня всегда интересовала. У нас дома были рыбки и я с нетерпением ждал, когда придёт время их кормить, что бы взять баночку с вонючим дерьмом, достать щепотку корма и бросить в аквариум.
— У меня Вовка есть план, — заявил я своему мелкому братцу. Завтра мы идём кормить Жоподрыща!
— А чем? — заинтересовался Вовка.
— Да хрен его знает, — ответил я. — Завтра придумаем…
Завтра наступило, и мы с Вовкой стали готовиться.
— Я предлагаю скормить ему кошку — (тут надо заметить, что большой любви к кошкам я никогда не испытывал, а в доме как вы помните их вообще было дохерища), заявил я Вовке.
— А как мы подойдём? — выразил опасения Вовка, — Вдруг он нас утащит?
— Не сцы, — успокоил я брата, — У меня есть план. Мы тихонько подтащим лестницу и припрём дверь, а ещё закроем её на задвижку. Так что с тебя самое лёгкое, закрыть сначала задвижку, — выложил я свой план Вовке.
Вовка почуял подвох, но я ему объяснил, что пока он будет закрывать задвижку, я буду отвлекать Жоподрыща, стуча по задней стенке. Так что он даже не услышит, как будет закрываться задвижка. Тем более Вовка это должен сделать очень тихо.
На том и порешили. Поймали первого попавшегося кота и, сунув его в мешок, мы пошли в огород. Я взял на себя самую тяжелую работу, тащить деревянную лестницу. И вот, когда мы уже были недалеко от туалета, я подмигнул Вовке, намекая: «не сцы и вперёд». Сам же знаками показал, что я пошел обходить сзади. На самом деле, я притаился за соседним кустом (ну страшно мне было подходить близко, пока Вовка не закроет защёлку на двери). Вовка же с задачей справился исправно. Он как партизан, прополз до туалета, затем тихонько подкрался к нему и повернул вертушку, закрывая дверь. И тут же пустился наутёк назад. Я тоже поспешил обратно к лестнице.
— Там что-то шуршит!!! — Шептал он в ужасе мне. — Я чуть не обосрался!!!
— Теперь помоги мне подтащить лестницу, — указал я Вовке.
Мы взяли её с двух сторон и медленно потащили к туалету. В туалете слышалась какая-то возня.
— Он там!!! — шипел Вовка, выпучив глаза.
— «Тихо!!!» — показывал я ему мимикой.
Ещё немного и мы были почти на месте. Подняв лестницу вертикально, мы толкнули её вперёд, к туалету, так, что она с грохотом опрокинулась на дверь и намертво заблокировала её. Из туалета донеслось громогласное: «БЛЯ!!!» И ещё какие-то крики. Мы отбежали обратно к мешку. Я взял мешок с кошкой и вытащил её наружу. Пока тащил, эта паскуда цеплялась за всё подряд, орала и порядком исцарапала меня. Видимо в отличие от Вовки она не поверила в добропорядочность моих намерений. Но я схватил её за шкирку и бежал уже к туалету. Внутри меня смешался страх и отвага. Я, почему-то представил себя пионером героем, который бежит с гранатой на фашистский дзот. И вот, в таких возвышенных чувствах, я практически влетаю по лестнице и прицельно запихиваю кошака в сердечко…
Видимо мысли, и фантазии мной настолько завладели, что я даже не обратил внимания на какие-то моменты. Единственное, что я запомнил в тот момент, так это огромные глаза Жоподрыща в сердечке… и его благой мат. И мы бежали с Вовкой из огорода, не оглядываясь до самого дома…
Ну, потом мы, конечно, целую неделю были без сладкого и гуляли только во дворе, за то, что мы пошли кормить Жоподрыща. Но зато дед начал ходит в домашний туалет. Бабка сказала нам, что с Жоподрыщем покончено, а туалет чуть позже разобрали. Вот так мы с Вовкой победили этого страшного монстра. И пускай нас наказали за это, но мы чувствовали себя героями.