6

Император Юлиан. Тролль лжец, хикки. Часть 2. "Враг христианства".

В декабре 361 года Юлиан вступил в Константинополь. В отличие от своего предшественника, новый правитель не стал убивать своих противников без разбора

Если предыдущие правители удовлетворяли своё тщеславие массовыми празднествами, показной роскошью и большим количеством придворных, то Юлиану нравилось демонстративное презрение к материальным ценностям и простым удовольствиям. Он первым делом разогнал большую часть прислуги. Ни один император, ни до, ни после не обходился подданным так дёшево. По городу он передвигался пешком, в сопровождении императорского паланкина (чтобы граждане не перепутали государя и бомжа). К массовым спортивным мероприятиям интереса не проявлял, лучшим отдыхом считал перемену занятий. Сюда же можно добавить прохладное отношение к сексу, единственным партнёром была его жена/двоюродная сестра и после её смерти никто не делил с ним ложе. Бедные царедворцы! Попробуй, подбери рычаги давления на этого человека.


Главной же страстью нового правителя стала религия. Сделаю небольшое лирическое отступление, чтобы ознакомить читателя с ситуацией на середину 4 века н.э.


В 324 году Константин Великий издал Миланский эдикт, давший христианам возможность свободно исповедовать свою религию. Империи требовалась новая религиозная система и христианство с его первородным грехом/искуплением(читай, ты виноват с рождения, молись до самой смерти), мазохизмом, возведённым в добродетель и острой нетерпимостью к другим религиям могло послужить неплохой основой государственной власти. Однако, вышедшие из подполья епископы первым делом начали выяснять, чья вера самая правильная. Охреневший от такого развития событий Константин собрал в 325 году Вселенский Собор в Никее, принявший единые символы веры(крест стал общепризнанным символом христианства) и осудивший неправильных христиан. При преемниках Константина верх наоборот взяли ариане(осудившие на своём соборе символы никейские символы веры). На уровне законодательства никто не запрещал философам рассуждать о неоплатонизме, митраистам резать быков, весталкам хранить девственность30 лет а потом трахаться во славу Исиды. Но власть сосредотачивалась в руках христиан, звание епископа выглядело так же круто, как депутатские корочки в современной России( и точно так же продавалось и покупалось). Захват понравившихся храмов язычников, казни еретиков, постоянный передел власти, именно в этих условиях Юлиан решил проводить свою религиозную политику.


Прозвище "отступник" Юлиан заработал за эдикт, устанавливающий, как бы сейчас сказали, религиозный плюрализм. Христианам было отказано в привилегиях, их стали оттирать от власти, запретили преподавать риторику и грамматику, вежливо попросили вернуть незаконно захваченные храмы. Внезапно выяснилось, что без поддержки государства христианство начало снова дробиться на всяких донатистов, новациан, евномиан, и прочих македонийцев.


Что же касается религиозных воззрений самого Юлиана, то здесь единого мнения нет. Одни приписывают ему уничтожение жертвенных быков стадами, другие оторванную от жизни философию. Внесу свой посильный вклад в кучу теорий.


Как уже было сказано, с детства Юлиан находился на попечении епископа Евсевия, человека, далёкого от христианских идеалов. Во время взросления он достаточно хорошо ознакомился с изнанкой христианства, досыта насмотрелся на разборки никейцев и ариан. Отвращение у него вызывало не учение как таковое, а построение новой религиозной системы. Обзывание политических конкурентов еретиками и их последующее сжигание, религиозный фанатизм и массовая промывка мозгов. В своём произведении "Цезари" Юлиан из всех правителей выше всего ставил Марка Антония, потому что тот руководствовался философией, когда как остальные государи действовали ради славы, власти, наслаждения. Сам отступник со своей компанией философов действительно не нуждался в религии, был выше этого. Беда в том, что он своих поданных судил по себе.


Вернувшийся из похода Юлиан был бы вынужден делать ту же самую систему. Строгая иерархия, формализованные обряды, истребление несогласных, огромное священное писание, пропитанное взаимоисключающими параграфами, монастыри с трудовыми нормами, распорядком дня и зомбированием при помощи недоедания, недосыпания и многочасовых молитв... Религия всего лишь соответствует уровеню развития общества.


Но, увы. Религиозные тонкости были пропагандистским прикрытием реальной борьбы за власть, деньги, паству. За тридцать лет религиозная система христианства плотно срослась с правящим классом империи. Своими эдиктами Юлиан переступил дорогу слишком многим. Попросил вернуть награбленное, вернул из ссылки слишком много христианских епископов со своим пониманием христианства, которые сразу же бросились отбивать паству у ариан. Противников много, а кто за? Маленькая команда сторонников из Галлии с нулевым влиянием на столицу? Философы, которым безразлична мирская жизнь? Слабоорганизованные последователи старых верований? Да и сам правитель не учёл опыт своего дяди, и едва воцарившись, рванул с места в галоп. Слишком мало силы для таких коренных изменений.


Нет ничего удивительного, что Юлиан предпочёл тяжести войны жизни в столице. Громкая победа над Персией могла дать ему славу, авторитет и возможность усидеть на троне. Войны между двумя государствами происходили постоянно, ни одна из сторон не могла одержать верх. Благоприятное для боевых действий время длилось около полугода, агрессор за это время успевал взять пару крепостей, терял их в неблагоприятное время и на следующий год всё повторялось заново. Благодаря грамотному подходу к организации передвижения армия римлян добралась до столицы Ктесифона, взять город с ходу не смогла. Дальнейшие действия выглядят как откровенный бред: Юлиан отказался от осады города(до него Ктесифон брали трижды), сжёг припасы и рванул вглубь вражеской территории, надеясь непонятно на что. Ничем хорошим эта идея не закончилась, страдающая от голода, жары и налётов персидской кавалерии, римляне отступали ни с чем. В один из таких июньских дней Юлиан бросился в гущу боя без доспехов, получил дротик в печень, обрезал пальцы, пытаясь его вытащить и умер около полуночи, проведя остаток жизни в философских размышлениях. Его преемник то ли был обманут персами, то ли так сильно рвался властвовать, что в итоге обменял свободный выход армии на пять провинций.



Юлиан не обладал гением Юлия Цезаря, мудростью и манипулятивными способностями Октавиана Августа или здравым реализмом Траяна. Но даже фанатичные христиане вынуждены с прискорбием сознаться, что Юлиан Отступник любил своё отечество, находил удовольствие в исполнении своих обязанностей и был достойным правителем.

Дубликаты не найдены