6

Где нас нет. Глава I

Где нас нет. Глава I Мистика, Страшно, Остросюжетная драма, Ужасы, Роман, Рассказ, Фантастика, Фэнтези, Длиннопост

-Как я тут оказался? – крикнул я незнакомцу, прикрываясь от летящего в лицо снега.

- Что?!

- Как я тут оказался? – крикнул я громче.

Он что-то мне ответил, но я не расслышал из-за ветра.

- Туда! Нам надо спрятаться от холода! - повторил он, показывая рукой куда-то вперед, удерживая капюшон на голове.

- Где я? Кто ты такой? – снова я задал вопрос, но остался без ответа.

Я всматривался во тьму, куда показал незнакомец, но ничего не видел и наблюдал, как он удалялся, продвигаясь к своей цели. Я наблюдал в ночи, как его высокий, довольно крупный силуэт неуклюже проваливался с каждым шагом в глубокий снег. Наконец, я смог рассмотреть куда он так спешил. Вдалеке, внизу дороги, были видны бледные лучи света.

Это были включённые фары автомобиля. Кажется, он стоял на обочине перед лесом, который окружал нас на едва различимой дороге. Серые очертания деревьев уже сходили с ума, с гулом принимая на себя мощные удары потоков ледяного воздуха. Деревья следили за каждым моим шагом своими негостеприимными замёрзшими взглядами, и лишь лучи света оживляли промерзшую картину, давая надежду на спасение от ледяного ветра. Незнакомец уже пропал из виду, оставив за собой следы, которые быстро исчезали в метели.

- Хэй! – услышал я его голос где-то совсем рядом.

Я подумал, что он кричал мне. Но с какой стати ему было меня звать? Кто же он такой? Наконец, я рассмотрел в ночи его заснеженный силуэт. Он размахивал руками в сторону машины, постоянно что-то крича.

- Стойте! Не уезжайте! – зачем-то подхватил его я, понимая, что мой голос обрывался буквально в нескольких метрах.

- Есть кто? – спросил он, очистив снег с бокового окна.

Я заглянул в салон - пустая тьма и мертвая тишина исходила изнутри старого автомобиля.

- Есть кто дома? - крикнул я, оглядываясь.

В ответ я услышал лишь завывание ветра. Он, как мне казалось, начал только усиливаться, поднимая в воздух лежащий повсюду снег, медленно образуя снежные барханы. Фары уже были занесены наполовину, неспеша погребая автомобиль в снежную могилу.

Я потянул замерзшую ручку двери. На удивление, она была не заперта и со скрипом открылась, заманивая в свой темный салон. Я поскорее плюхнулся на ледяное сиденье рядом с местом водителя и поспешно захлопнул за собой дверь, оставив непогоду снаружи. Рассматривая через окно незнакомца в свете фар, я активно растирал ладони, периодически дыша на них, и старался хоть как-то отогреть окоченевшие от мороза пальцы. Незнакомец постучал в окно, показывая, что дверь со стороны водителя никак не поддается. Я отпер замок и он тут же влетел в салон.

Нашим спасением была двадцать четвертая «Волга» черного цвета. Ее включенные фары тускло смотрели вперед, прорезая во тьме желтые полосы света.

- Черт! Не заводится! – выругался незнакомец, нервно поворачивая ключ зажигания, - Вообще, кто ты такой? - спросил он в панике, продолжая мучать стартер, - Где я!? Как я сюда попал!? Откуда здесь нахрен снег!?

- Без понятия! Я хотел это у тебя спросить!

- Черт побери! Что за нахер тут творится, а!? Я же только что был дома! - уставился он на меня и отчаянно швырнул ключи зажигания на заднее сиденье.

- Что ты последнее помнишь? – спросил я, чтобы хоть как-то прояснить ситуацию.

- Что я помню? Я ни черта не помню и ни черта не понимаю! Мы справляли с семьей День Рождения моей дочки, я резал торт… и все. Потом ночь, холод. Дальше, я нашел тебя в лесу, когда сам очнулся недалеко от дороги. Ты лежал в снегу и я думал, что ты мертв, но ты быстро очнулся…и какого фига здесь снег? Сейчас же июнь месяц!

- Похоже, нас кто-то усыпил, - предположил я, – одел в этот камуфляж и выбросил на дороге.

- Но зачем? И мы с лета до зимы что ли спали? Чушь! – снова уставился на меня незнакомец, будто у меня были все ответы на его вопросы.

- Думаешь, я не удивлен? Я вообще без понятия, что здесь творится и нам нужно что-то придумывать, чтобы не замерзнуть тут окончательно!

- Придумывать? – ухмыльнулся он.

- Главное сейчас не паниковать.

- Не паниковать?! – прокричал он, - надо спасать свою задницу от этого холода! Невозможно! – произнес он сквозь зубы и открыл дверь, собираясь выйти.

Я схватил его за рукав и потянул обратно на сиденье.

- Ты чего творишь, а?! – замахнулся он, высвобождаясь.

- Ты сдохнуть решил?! Ты видишь, какая там метель? Ты там долго не продержишься, заблудишься и замерзнешь к чертовой бабушке! Нужно переждать!

- Заблужусь? Я и так не знаю, где я! – рявкнул он, с трудом протиснувшись в дверь из-за лишнего веса.

- Да стой же! Сдохнешь там!

- А вот и посмотрим! – прорычал он, громко хлопнув дверью, и направился по дороге, удаляясь в свете фар.

- Ну и дебил! - протянул я на выдохе.

Его силуэт медленно продвигался вперед, скрючившись от ветра, который летел ему в лицо и закидывал за воротник порции холодного снега. Вскоре, он и вовсе исчез за снежной стеной, оставив меня одного со своими мыслями. Я уставился на пустующий руль, пытаясь расставить по полочкам последние события.

Шум моря, легкий ветерок и огромная луна, готовая выпрыгнуть из прохладных глубин. Именно это я и вспоминал перед тем, как внезапно попал сюда. Каждый раз, я вспоминал тепло той ночи, прежде чем избавиться от боли. Опухоль в мозгу, размером с грецкий орех, приковала меня к постели и заставила ждать конца. Оставалось немного времени, я понимал это, и постоянно вспоминал ту незабываемую ночь, прежде, чем в очередной раз, пустить мощный анальгетик по венам. Только он мог вернуть меня, хотя бы на время, и не давать чувствовать ту боль, которая преследовала меня уже долгие месяцы. Да, я рисковал, незаметно опустошая запасы этого чудного лекарства из своей больницы, где я и работал. Прямого доступа у меня к нему не было, но пара манипуляций с бумажками, плюс ночное дежурство - давали неограниченные возможности. Риски? Да, они большие, меня уже подозревали, но терять мне было уже нечего, я умирал.

Незабываемая ночь…почему именно она постоянно всплывала в голове? Тогда я просто бродил, держа в руке бутылку местного разливного вина. Бродил в одиночестве, вдоль берега, наблюдая за огромной луной, которая холодно отражалась в глади бесконечного темного моря. Я остался один на один с этой ночью и, лишь изредка, влюбленные парочки нарушали тишину, прогуливаясь по, остывшему за ночь, песчаному пляжу. Усевшись на прохладный камень, я наблюдал за мягкими волнами, вслушиваясь в их тайный разговор. Изредка, казалось, что они перешептывались, обсуждая меня, смеялись, переглядывались и показывали на меня пальцем. Хотелось переспросить их, о чем они шепчут, хотелось, чтобы они раскрыли свою тайну, но они продолжали смеяться. Заткнитесь уже, наконец! Я кинул в них камень, но легкий всплеск лишь отвлек их разговор на секунду. Они знали, что это была моя последняя ночь, когда я мог наслаждаться красками мира, еще не зная о своей болезни. Они знали, но молчали и не могли мне об этом рассказать. Они знали, что пять месяцев мучительного лечения не дадут никаких результатов, знали, что будет все бесполезно. Я вернулся к ним спустя полгода, снова слушать их тайные разговоры уже о том, что меня ждет на другом берегу бесконечного моря.

Тогда я исчез для всех, тайно покинув свой родной город, и просто сбежал. Сбежал как трус, от себя, от бесконечного лечения. Сбежал в тот райский уголок, где мог наконец почувствовать свободу, окончательно сдавшись в этой бессмысленной борьбе за жизнь.

Одинокий домик, заброшенного санатория, стоял на берегу моря, и без устали встречал каждый день рассвет, наблюдая за редкими любопытными подростками, которые любят пощекотать свои нервы, посещая заброшенные территории. Этот домик и был моим последним пристанищем. Я поселился незаконно, договорившись с местным сторожем за скромную плату и ждал конца, надеясь на чудо. Что же это теперь? То самое чудо, на которое я так надеялся?

Теперь - я тут. Сижу в этом промерзшем автомобиле и вспоминаю детально, что было в тот вечер, перед внезапным появлением в этом холодном мире. Все случилось за долю секунды. Тогда я уже был готов снова впустить волшебное лекарство, сжимая кулак и предвкушая ближайшие часы в забвенье, но я не успел.

Не успев и моргнуть, я очутился в этом лесу, не чувствуя ничего, кроме холода. Боль растворилась в моем теле вместе с тем комфортом летнего домика, в котором я находился несколько минут назад. Я чувствовал себя превосходно, совсем как в детстве, когда не было и мысли о том, что болезнь может сидеть в голове и медленно убивать.

- Меня вылечили? - прозвучало громко в голове. Сердце заколотилось с надеждой от такой сладкой мысли, которую я не мог себе позволить уже долгое время. Как такое возможно? Нет! Боль просто затихла и подло ждет своего часа, чтобы снова вырваться наружу.

Впереди мелькнула тень. Она заставила отложить мои мысли и напрячь внимание на плохо освещенную дорогу. Это был незнакомец. Он бежал, спотыкался в сугробах, мчался со всех ног обратно к машине и уже активно дергал ручку двери, но она снова никак не поддавалась. Тогда он начал колотить в дверь ногой, что-то крича, будто хотел ее выбить.

- Да подожди ты, - не спеша тянулся я к ручке, слушая грохот ударов, - Что ты так нервничаешь, то?

Дверь открылась, и он влетел, переводя дух.

- Там слишком холодно, - трясся он, - Нужно переждать метель и развести костер.

- И как ты это сделаешь? У тебя спички - то есть?

- Нет у меня спичек! Нет! Дьявол! Нет! Мы здесь подохнем! Да что же за чертовщина здесь творится то, а?! - начал он ударять по приборной панели кулаком, не собираясь останавливаться.

- Лев, - произнес я.

- Что ты сказал? – переспросил незнакомец.

- Зовут меня Лев.

- Михаил, – сухо ответил он, оторвавшись от уничтожения приборов, и протянул мне, трясущуюся от холода, руку.

- Рад встрече, – со взаимной сухостью ответил я, протягивая свою.

- Значит, ты думаешь нас похитили? – спросил он.

- А как еще - то это объяснить?

- А зима откуда? - Мы же не на Северном полюсе?

Он замер, ожидая моей реакции, и, судя по всему, поверил в свою догадку. Я раздраженно выдохнул, покачав головой в сторону густого леса.

- На Северном полюсе не растут деревья, на Южном тоже, – поставил я перед фактом незнакомца.

- Дьявол! - недовольно плюхнулся он спиной на ледяное сиденье, хорошенько им скрипнув, и, снова отвернулся, смотря на летящий снег.

- Что ты делал, перед тем как сюда попасть? - нарушил он нескончаемую тишину, - Хоть что-то ты должен был видеть?

- Да ничего я не делал и не видел! Я был дома! Сидел за компом…кино смотрел и…все. Ничего не делал, – соврал ему я, поверив в свои собственные слова, – И очнулся, когда ты уже поднимал меня из сугроба.

- Значит, мы оба оказались здесь в одно и тоже время. Я здесь минут пять гулял, не больше. Блуждал по лесу, пока на тебя не наткнулся. Я реально думал, что ты мертв. Видел бы ты свое лицо, когда очнулся.

Я чувствовал, как холод начал пробираться до костей. Пальцы ног уже неприятно щипало, постепенно приближая их состояние к обморожению. Дрожь по всему телу не давала забывать о морозном воздухе, который просачивался сквозь стены автомобиля, охлаждая его салон еще больше. Просидеть так всю ночь в холодном кресле - верная смерть. Мысль о костре согревала мой разум. Я готов был сжечь этот старый автомобиль, лишь бы перестать чувствовать холод, который проникал все глубже в тело. Но как? Как мне это сделать. Должен быть какой-то способ. Я открыл бардачок в поисках хоть одной завалявшейся спички, и из него выпало что-то тяжелое.

- Что это? – спросил Михаил.

Я потянулся и нащупал какой-то тяжелый металлический предмет. Он удобно лег у меня в руке, будто был создан для нее. Через секунду я понял - это был пистолет.

- Что это? – повторил он вопрос.

- Пистолет.

- Пистолет?! - оживился Михаил.

- Остынь. Не настоящий. Игрушка, – начал я крутить ручку стеклоподъемника, чтобы доказать это. В окно свирепо ворвался ветер, закидывая в салон мокрый снег. Я высунул руку наружу, прицелился в ближайшее дерево и спустил курок, ожидая игрушечного хлопка. Что-то чиркнуло и из ствола появился небольшой огонек, который тут же потух от ветра.

- Что?! Зажигалка?! – воскликнул я, сжав сильней рукоятку.

- Посмотри, может там еще чего-нибудь лежит! – оживился еще больше Михаил, затаив дыхание.

- Свечи какие-то лежат, - прокряхтел я, активно ощупывая дно бардачка. Всё, больше ничего нет.

-Тьфу! Только свечи? Что за свечи такие?

- Обыкновенные церковные свечи. И тут их несколько связок. Они как раз кстати.

- И чего? Теперь молиться будешь? Это нас не спасет! – рассмеялся Михаил.

- Ты просто не представляешь, сколько тепла дает одна свеча в замкнутом пространстве. Ночь точно продержимся и завтра будем искать помощь, – пояснил я и нажал на курок, поджигая свечи одну за другой.

- Нельзя нам идти. Там полно хищников.

- Что? – удивился я, - Хищников!? Каких еще хищников?

- Я не знаю, я их не видел, но я слышал их рев.

- Ладно, завтра решим, – настороженно произнес я, разглядывая через окно деревья.

Пламя свечей хорошо осветило салон. Наконец, я смог рассмотреть каждую деталь на приборной панели старого автомобиля. Она выглядела, как новая. На ней не было видно ни царапинки. Создавалось впечатление, что этот автомобиль только вышел с конвейера автозавода «ГАЗ», сразу попав в это дикое место.

- Какого?!?! – заорал Михаил, осматривая заднее сиденье, заставив меня подпрыгнуть.

- Что случилось?

Его лицо побледнело - будто увидел призрака. Он выскочил из машины. Ветер, который прорвался в салон, мгновенно задул свечи. Я поспешно зажигал их снова, одну за другой, пытаясь рассмотреть в темноте причину его испуга. Наконец, огоньки хорошо осветили заднее сиденье, где из-под одеяла выглядывала чья-то окровавленная рука. Кровь тянулась с нее на пол, образуя застывшие на морозе красные сгустки, которые явно говорили о том, что человек под этим одеялом покоится здесь уже не первый день.

-Ты это видишь?! - продолжал паниковать Михаил, слегка приоткрыв переднюю дверь.

Я молча продолжал смотреть на окровавленную руку, поднося к ней источник света. Рука застыла в неестественном положении, широко расставив согнутые пальцы, будто что-то держала, прежде чем окоченеть. Судя по морщинистым пальцам с длинными неухоженными ногтями, рука принадлежала пожилому мужчине. Возможно, хозяину этого новенького автомобиля. Михаил набрался храбрости и решил сесть обратно, стряхивая со своей куртки свежий снег.

- Он там живой?

- Нет, конечно! – с твердой уверенностью ответил я и решил доказать это, медленно стягивая с него пропитанное кровью одеяло. Оно примерзло к телу, протащив мертвеца за собой на пару сантиметров.

Вскоре показалось худощавое морщинистое лицо старика, покрытое слоем инея. Густая седая борода сливалась с его длинными, слипшимися от грязи и крови, волосами. Гримаса олицетворяла ужас, рот был широко открыт, словно он кричал перед смертью от страха и боли, которые он не смог сдержать во время мучительной смерти. Остекленевшие глаза уставились прямо на меня. В них, отражаясь, играло пламя моей свечи, которую я медленно проводил возле него, открывая целую картину жестокого убийства.

- Он умер не собственной смертью, ведь так? – в ужасе спросил Михаил, смотря на окровавленное тело.

- А ты как думаешь, он умер, подавившись яблоком? И тебя не смущает то, что на нем такая же куртка, как и у нас? – спросил я, рассматривая тело.

Михаил опустил голову, сравнивая нашу верхнюю одежду.

- Вот теперь, мне как-то совсем не по себе стало, – отвернулся он от трупа.

На убитом старике куртка выглядела так, будто прошла вместе с ним не одну войну. Она была потрепана, засалена, налипшие пятна грязи присутствовали практически на каждом участке ткани, делая ее неузнаваемой.

- Надо его вытащить. Я не собираюсь сидеть в машине с мертвецом, – тихо произнес я, не отрывая от него взгляда.

Михаил судорожно кивнул и поспешил открывать заднюю дверь. Я последовал за ним.

Я пытался вглядеться в темноту, но видел по сторонам дороги лишь тяжелые очертания темного леса, которые уходили далеко вглубь. Его массивные деревья все так же гудели от ветра, демонстрируя мощь суровой зимы, и нагнетали обстановку.

- Хищники, – тихо произнес я, всматриваясь в лес.

- Боже мой! – услышал я голос Михаила, - Меня сейчас стошнит! Помогай давай! Чего ты там стоишь!? - продолжал он кричать, схватив труп за руки.

- Кажется он примерз к сиденью, – перекрикивал я ветер, помогая сдернуть тело старика с места. Труп все же поддался от сильного рывка, заставив Михаила упасть на спину возле машины, захватив тело с собой. Оно накрыло его и смотрело ему в глаза, лицом к лицу, своим мертвым взглядом.

- Сними его с меня! Скорей! – заорал Михаил.

Он судорожно пытался его скинуть, вспоминая весь богатый русский мат. Добившись своего, он неуклюже встал, брезгливо отряхиваясь, будто пытался скинуть с себя еще что-то.

- Твою мать! – никак не мог успокоиться Михаил, тряхнув последний раз руками.

- Где его ноги? Где его половина тела, черт его побери? – рассматривал я истерзанный труп.

- Его, наверное, те хищники разодрали.

- Прям в машине?

- Не знаю, может он туда дополз уже без ног, спрятавшись от животных и умер там, – предположил Михаил, заглядывая в автомобиль, в поисках второй половины тела.

Ничего не обнаружив, он продолжил:

- Не вижу следов крови вокруг. Его и правда, прям в машине сожрали.

Ага…значит, потом, наевшись, аккуратно накрыли его одеялом и захлопнули за собой дверь, - сказал я, заглядывая в рот покойника.

- Чего ты там делаешь? Тебе чего, нравится на это смотреть? – с отвращением произнес Михаил.

- Я врач. Я просто его обследую.

- Врач?! Прямо скажу: ты его уже не подлатаешь.

- Я не лечу людей. Я работаю в патологоанатомическом отделении.

- В морге что ли? – скривил лицо Михаил.

- Да, в морге. Не видел еще такого. Обычно, ко мне поступают домашние…короче, те, кто дома сами... а нашего старика, в буквальном смысле разорвали на две половинки, – сказал я, приподнимая пуховик, и продолжил исследовать тело, расстегивая на нем молнию.

- Что за зверь его так покромсал? Медведь? – спросил Михаил.

- Не уверен.

- Ужас сплошной, эта твоя работа, вот так, каждый день на мертвецов смотреть! – перекрестился Михаил, не отрываясь от трупа, – Да упокоится с миром твоя душа, – завершил он и склонил голову.

Резкие порывы ветра заставили нас поспешно вернуться в автомобиль, оставив тело снаружи. Мы снова зажгли свечи. Их пламя давало нам небольшое тепло, которое постепенно накапливалось в салоне. Михаил периодически оглядывался назад, будто ожидал увидеть там еще один труп. Никого не обнаружив, он успокаивался, тяжело выдыхая воздух из легких. Свеча, которую он держал в руках, освещала его грубые черты лица, покрытое мелкими оспинами. Теперь, я смог его хорошо рассмотреть. Рядом со мной сидел простой человек, ничем не отличающийся от массы людей рабочего класса, который не прочь, как мне кажется, по выходным и не только, как следует отдохнуть в кампании крепких напитков. На вид, ему было около пятидесяти лет, но густые черные усы дополняли ему, наверное, еще лет пять, как минимум. Его огромные очки с толстыми линзами начали запотевать. Увидев это, он снял их, небрежно протерев об одежду и спросил:

- Нет, мне, все-таки, не понятно, как мы сюда попали - то? Я же ничего не помню. Все за секунду произошло.

- Я же говорю, усыпили и похитили. Больше ничего в голову не приходит.

- Заладил ты со своими похищениями. Кому я нужен - то? Похищают - то богатеньких, а я не такой, да и у тебя зарплата врача, не как у депутата, наверное.

Я включил дворники. Они с тяжестью приподняли наваливший снег, и начали постепенно открывать нам деревья в лесу. Они все так же стояли, смотря на нас уже с завистью, наблюдая за растущим в салоне теплом. Михаил наконец одел очки и уставился на свою свечу, изредка вздыхая, о чем-то глубоко задумавшись. Он продолжал молчать, наблюдая за ярким пламенем, держа свечу уже обеими руками, слегка приклонив голову. Я сразу понял, что он сейчас обращается за помощью к богу. Я решил его не беспокоить и просто следить за дворниками. Они постоянно боролись со снегом, будто гипнотизируя меня своими точными движениями, расчищая обзор. Казалось, еще немного, и, они сдадутся в этой битве со снегом.

Я не мог забыть ту боль и отчаяние, и каждую секунду прислушивался к своему телу, в ожидании того, что болезнь вернется и овладеет мной снова. Что же со мной случилось? Я взглянул на свои руки и сильно, до боли, сжал кулак. Я же не мог и стакан с водой нормально держать, не говоря уже о том, чтобы встать с кровати. Я могу ходить, бегать, в конце концов!

- Что со мной стало? – снова прозвучала громкая мысль. Я взглянул на себя в зеркало заднего вида и опустил капюшон – волосы, они снова отросли. Не веря отражению, я провел рукой по голове, ощущая густую шевелюру, - значит, действительно, прошло не менее полугода, чтобы так зарасти. Где я был все это время? Кто меня вылечил? Как и зачем?

Найдены возможные дубликаты

0

Очень интересно, с нетерпением буду ждать продолжения!

0
Буду ждать
0

Главы будут добавляться по мере написания

Похожие посты
500

По ту сторону реальности

Сегодня доделал. Новая работа из кожи- "Пугало". Материал: кожа натуральная, металл, пластик

По ту сторону реальности Ужасы, Хобби, Мистика, Творчество, Рукоделие без процесса, Кожа, Ручная работа, Длиннопост
По ту сторону реальности Ужасы, Хобби, Мистика, Творчество, Рукоделие без процесса, Кожа, Ручная работа, Длиннопост
По ту сторону реальности Ужасы, Хобби, Мистика, Творчество, Рукоделие без процесса, Кожа, Ручная работа, Длиннопост

Все работы в instagram - https://www.instagram.com/dokuchaev1208/

Показать полностью 3
80

5 самых страшных домов из фильмов ужасов: где и как проходили съемки самых леденящих кровь картин в истории кинематографа

5 самых страшных домов из фильмов ужасов: где и как проходили съемки самых леденящих кровь картин в истории кинематографа Я знаю чего ты боишься, Ужасы, Мистика, Сияние, Багровый пик, Психо, Факты, Длиннопост

Дома с привидениями — классический элемент жанра хоррор. При дневном свете эти здания выглядят вполне миролюбиво, но с наступлением темноты героям фильмов стоит держаться от них подальше. В реальности внушающий страх проклятый особняк может оказаться обычной двусторонней декорацией на киностудии Universal или уютным охотничьим домиком в Морристауне. А для некоторых проектов создатели фильмов ужасов строят настоящие трехэтажные поместья, тщательно прорабатывая детали старинных интерьеров. Один из таких сделали для фильма «Багровый пик» Гильермо дель Торо. А сразу после съемок разрушили — рассказываем почему.


«Психо», 1960 год

Психологический хоррор Альфреда Хичкока снят в черно-белом цвете. Режиссер использовал этот прием, чтобы не шокировать зрителей кровавыми сценами. Главный герой фильма — маньяк, страдающий раздвоением личности. Он живет в мрачном неоготическом особняке, в подвале которого хранит мумифицированное тело матери. После выхода «Психо» этот дом стал символом страха и ужаса. Он появился в многочисленных фильмах, телешоу, музыкальных клипах и рекламных роликах. Особняк на холме возвели в 1959 году на задворках киностудии Universal. Для экономии бюджета материалы для строительства искали по всем съемочным павильонам.

5 самых страшных домов из фильмов ужасов: где и как проходили съемки самых леденящих кровь картин в истории кинематографа Я знаю чего ты боишься, Ужасы, Мистика, Сияние, Багровый пик, Психо, Факты, Длиннопост

Двухэтажный особняк Бейтсов — это не просто плоская фоновая декорация. Он имеет четыре стены и крышу, но до 1963 года дом состоял только из лицевой и левой боковой частей. Именно их зритель видит в «Психо». Еще две стороны дома пристроили позднее — уже для других фильмов. А все внутренние интерьеры были сняты в павильонах киностудии. После работы Хичкока дом несколько раз перестраивали и трижды переносили в новое место. Пять лет назад он стал настолько ветхим, что поклонники фильма обратились с петицией провести полную реставрацию культовой декорации. Специалисты Universal Studios откликнулись и сделали ремонт.



«Сияние», 1980 год

Фильм «Сияние» снят по одноименной повести Стивена Кинга. Для наружных съемок вымышленной гостиницы «Оверлук» режиссер Стэнли Кубрик использовал отель горнолыжного курорта Тимберлайн. Он стоит на потухшем вулкане Маунт-Худ в Орегоне. Это место считается самой высокой точкой штата. Кроме того, оно известно длинным зимним сезоном — лыжный курорт работает почти круглый год. Все интерьерные сцены «Сияния» Кубрик снимал в калифорнийском отеле Ahwahnee. Именно там главный герой картины, неудачливый писатель Джек Торренс, постепенно теряет рассудок.

5 самых страшных домов из фильмов ужасов: где и как проходили съемки самых леденящих кровь картин в истории кинематографа Я знаю чего ты боишься, Ужасы, Мистика, Сияние, Багровый пик, Психо, Факты, Длиннопост

Причиной всему — мистика, происходящая в занесенном снегами и отрезанном от внешнего мира пустующем особняке. Прототипом оригинального книжного «Оверлука» считается отель «Стэнли» в Колорадо. В 1970-х годах его внешний вид напугал Стивена Кинга, когда тот проходил мимо. Так «Стэнли» вдохновил молодого писателя на создание знаменитой повести. Теперь в отеле проходит ежегодный кинофестиваль с участием голливудских режиссеров, актеров, продюсеров и любителей хоррора со всего мира. А еще там планируют открыть музей ужасов, киностудию и киноархив.



«Зловещие мертвецы», 1981 год

Фильм «Зловещие мертвецы» начинается с того, что компания молодых людей отправляется за город. Друзья хотят весело провести выходные в арендованном за копейки доме. Здание воплощает лучшие традиции хоррора: выглядит мрачно, стоит в непролазной глуши, вокруг никого нет. Для съемок фильма были выбраны не студийные декорации, а настоящая хижина 1960-х годов. Она находилась около Морристауна, штат Теннесси, и изначально использовалась как охотничий домик. Специально для «Зловещих мертвецов» внутреннее пространство хижины расширили, сделав пристройку.

5 самых страшных домов из фильмов ужасов: где и как проходили съемки самых леденящих кровь картин в истории кинематографа Я знаю чего ты боишься, Ужасы, Мистика, Сияние, Багровый пик, Психо, Факты, Длиннопост

Спустя пару лет бывшая съемочная площадка по невыясненным причинам сгорела. Сейчас о ней напоминает только фрагмент кирпичной трубы и яма размером 5×6 футов, которую вырыли специально для сцены спуска в погреб. В самой хижине его не было — все подвальные сцены снимали в гараже режиссера картины Сэма Рэйми и на ферме продюсера Роберта Таперта в Мичигане. А уцелевшие руины техасской хижины поклонники разобрали «на сувениры». Несмотря на это, место съемок «Зловещих мертвецов» до сих пор пользуется популярностью и год за годом привлекает фанатов фильма.



«Другие», 2001 год

Пока муж пропадает на фронте, измотанная и нервная главная героиня заботится о дочери и сыне, которые не переносят солнечный свет. Однажды из дома исчезают все слуги, а почтальон перестает забирать письма. После этого дети начинают видеть в доме призраков, а их мать — медленно сходить с ума. Ключевая роль в создании атмосферы готического хоррора Алехандро Аменабара принадлежит огромному английскому особняку, который утопает в густом тумане. По сюжету действие картины разворачивается на британском острове Джерси в конце Второй мировой войны.

5 самых страшных домов из фильмов ужасов: где и как проходили съемки самых леденящих кровь картин в истории кинематографа Я знаю чего ты боишься, Ужасы, Мистика, Сияние, Багровый пик, Психо, Факты, Длиннопост

В реальности съемки фильма организовали в окрестностях Мадрида, частично — в Великобритании и на Лонг-Айленде в Нью-Йорке. Хотя по первоначальной задумке Аменабар планировал снять картину на своей родине в Чили. Экранным домом для героини Николь Кидман и ее детей стал дворец Орнильос в Лас-Фрагуасе, на севере Испании. Он был построен еще в 1840 году по проекту шотландца Ральфа Селдена Уорнума и некоторое время служил летней резиденцией испанского короля Альфонсо XIII. Именно здесь происходят все события фильма. Одно уточнение: дворец использовали только для наружных съемок.



«Багровый пик», 2015 год

Мистическая сказка Гильермо дель Торо о проклятом поместье увидела свет в октябре 2015 года. Большая часть сюжета разворачивается в полуразрушенном готическом особняке Аллердейл-Холл, расположенном в английской глуши. В действительности все сцены «Багрового пика» снимали в Канаде. По словам дель Торо, фамильный дом Шарпов — это живой организм, который находится на грани распада. В его крыше зияет огромная дыра, через плачущие стены сочится красная глина, а по залам гуляют жуткие призраки. Именно туда сразу после свадьбы отправляется молодая писательница Эдит Кушинг, роль которой сыграла Миа Васиковска.

5 самых страшных домов из фильмов ужасов: где и как проходили съемки самых леденящих кровь картин в истории кинематографа Я знаю чего ты боишься, Ужасы, Мистика, Сияние, Багровый пик, Психо, Факты, Длиннопост

Фамильное поместье и его внутреннюю отделку не рисовали: оно было построено целиком всего за девять месяцев. Чтобы избежать малейших неточностей, художники разработали 3D-модель здания и только потом приступили к строительству. При этом компьютерная графика в интерьерах фильма почти не используется. Единственным исключением стал лунный свет, падающий в главный зал через потолочную дыру. Несмотря на проделанную огромную работу, сразу после съемок «Багрового пика» трехэтажный особняк безжалостно разобрали, чтобы освободить пространство Pinewood Toronto Studios для новых проектов.


Ульяна Смирнова

Отсюда

Показать полностью 4
117

№17. часть-1

№17. часть-1 Мистика, Крипота, Фантастика, Авторский рассказ, Длиннопост

------------------------------------------------------------------------------------------------------

Жаркий знойный июль. Такой жаркий, что не спасал даже кондиционер в микроавтобусе съёмочной группы. Кирилл наблюдал, как за три дня, под воздействием погоды энтузиазм его спутников постепенно угас и сменился апатией. Три дня по самым плохим дорогам страны, по кочкам и ухабам глотая ненавистную пыль и не имея возможности нормально отдохнуть. На их пути не попадались приличные гостиницы, а меню в местных кафе было такое, что вызывало изжогу даже у самых крепких брюхом посетителей.


Вчера они проезжали через речку по разбитому деревянному мосту и едва не перевернулись. Зато, проехав его, появилась возможность искупаться и хоть как-то соскрести с себя липкую пыль. Место, куда они ехали, находилось далеко от цивилизации. Оно спряталось от мира, отгородившись бесконечной степью и бездорожьем, реками и болотами. Оно словно бы не хотело, чтобы о нём знали и посещали его. Редкие посёлки и деревни на их пути, только подтверждали это.


Микроавтобус ехал по грунтовой дороге в клубах пыли и мелких частиц высохшей растительности уже три дня. Судя по навигатору, им оставалось ехать ещё 70 километров, когда на их пути появилось придорожное кафе. Или столовая? Или забегаловка? Дать этому месту однозначное название, не смог бы и он сам — острый на язык журналист. Грязно-жёлтое, со следами паршивого ремонта здание, возле очередной грунтовой дороги с покосившейся затёртой вывеской — “Вкусные блю...а”.


Кирилл бы никогда не решился бы тут перекусить, но группа взбунтовалась и потребовала передышки. Вряд ли в этом отстойнике знали о безналичном расчёте. Кирилл пересчитал наличные командировочные и согласился.

Их было четверо. Водитель Антон, молчаливый здоровяк загорелый до красноты в бесконечных поездках. Оператор Илья, Кирилл очень рассчитывал сделать репортаж, если ему разрешат. Практикант Слава и он сам: решительный и популярный журналист. Все они работали на канале Империя, одном из ведущих каналов страны.


Внутри забегаловки было не лучше чем на улице. Они словно попали в баню. Два одиноких посетителя смотрели цветной телевизор и даже не повернулись в их сторону. Только продавщица, низенькая кудрявая дама с потным лицом и страшной бородавкой на щеке выглянула из-за барной стойки установленной дешёвым пойлом.

— Пообедать у вас можно? — весело спросил у неё Кирилл. — Омлет, окрошка, борщ, салаты?

Она уставилась на него и чёрная бородавка недовольно затряслась:

— Есть картошка и котлеты. Окрошки нет. Квас есть. Салаты: Зарянка, Нежность, Филадельфия.

— Салаты свежие?

— Да. Три дня назад делали. На первое: суп с курицей. Брать будете?


Пока Кирилл делал заказ, его спутники скинули с себя лишнюю одежду. Илья избавился от побелевшего от соли жилета-разгрузки, а Слава и вовсе снял с себя мокрую футболку и повесил её на стул.

Они заняли свободный столик возле окна и уставились в гаджеты, каждый в свой. Когда Кирилл вернулся к столику оператор Илья спросил не отрываясь от смартфона:

— Холодненькое заказал?

— Заказал квас. Но зря мы тут остановились: ехать-то уже всего ничего.

— Ты даже не сказал нам названия этого места — пробормотал Антон.

— Так у него нет названия. Только номер. Отделение № 17. — Кирил присел на свободный стул и достал из сумки, которую он прихватил с собой тонкую папку в кожаной обложке. В ней он хранил свои самые важные документы.

— Отделение для психов? — фыркнул Слава. Кирилл строго посмотрел на него.

— Не просто для психов. Теоретически: это одна из психиатрических больниц федерального подчинения, предназначенных для принудительного лечения психически больных лиц, совершивших общественно опасные деяния и представляющих по своему психическому состоянию особую опасность для себя или других лиц и требующих постоянного и интенсивного наблюдения. Но эта больница и не больница вовсе. Это, скорее тюрьма, для самых опасных и страшных преступников, от которых общество хотело бы избавится. Но поскольку смертную казнь отменили - их содержат и лечат там. Этой тюрьмы нет на карте. О ней знает только определённый круг лиц. Информация о ней засекречена. Мне стоило огромных трудов получить разрешение посетить его и написать статью.


Он замолчал и задумался.


— А как тебе удалось добыть это разрешение? — поинтересовался оператор.

— Да…, — неопределённо ответил Кирилл, — долго рассказывать. Меня больше волнует: разрешат ли съёмку? Самое главное: мы будем первыми, кто там побывал. С момента развала СССР там не было ни одного журналиста. Это будет сенсация! Бомба!


Он победоносно оглядел своих спутников, но они отреагировали равнодушно. Новости в развлекательных пабликах их интересовали больше чем возможность прикоснуться к государственной тайне. Как же так? Неужели новость, о смене пола певицы Арбузовой, намного важнее их приключения? Кирилл решил идти с козырей, чтобы в них наконец пробудился интерес.


Он постучал кулаком по кожаной папке:

— Вот тут, у меня самое важное. Я, помимо посещения этого учреждения, хочу выяснить, не содержится ли там серийная убийца?

Ну, слава богу. Они отвлеклись от смартфонов и он завладел их вниманием.


— Да. Вы, про неё, ничего не знаете. Её зовут Мария Рыбкина.Ей 23 года. Сирота. Она работала воспитателем старшей группы в детском саду Родничок, в городе Ачинске. На её совести: 28 мальчиков и девочек, которых она жестоко убила, во время тихого часа, 11 месяцев назад.

— А, есть фотка? — живо поинтересовался практикант Слава.

Кирилл поморщился. При чём тут фотография? Славу ему выдали в нагрузку. Молод, глуп, амбиций ноль — так, поработает для галочки и свалит за горизонт.

— Есть, вырезка из газеты, с общей фотографии. Там, весь коллектив детского садика. Была сделана при его открытии, три года назад, — проворчал он и достал из папки ксерокопию.


Ксерокопия пошла по рукам. Лицо Марии было обведено красным маркером.

— Халтурщик работал. Разобрать черты лица, целая проблема — выдал своё решение Илья.

— Да, вроде, на лицо симпатичная, — не согласился Слава, — Хорошенькая, девушка — маньяк, тонкими музыкальными пальцами ломающая нежные детские шейки. Как вам заголовок статьи?

— Да иди ты! Такой заголовок — только для жёлтой прессы! — Кирилл выхватил у него бумагу и спрятал в своей папке.

— А получше фотографии, нет? — не унимался Слава.

— Нет. Эту, мне дала нянечка, работавшая в детском саду. Вернее, уже на пенсии. Детский сад был закрыт, когда я посетил его. Серийную убийцу увезли из Ачинска, чтобы жители города не устроили самосуд. Потом прошла информация, что она скончалась.  При загадочных обстоятельствах. В городе ходили слухи, что один из родителей, чьих детей она отправила на тот свет, заказал её. А потом, вдруг и вовсе вся информация о ней пропала. Её нет в городском Архиве. О ней не знают в редакции местной газеты. А родители убитых детей, получив крупные компенсации, разъехались из Ачинска. Лично я, считаю, что она там — спрятана в отделении № 17. И очень скоро, мы сможем, в этом убедится лично.


Его внимание отвлекла продавщица с подносом. Она бесцеремонно подошла к их столику и начала выставлять тарелки. Столовые приборы были плохо промыты. Кирилл не выдержав, взял их и пошёл в туалет, решив отмыть их самостоятельно.


Запершись в туалете, он ногтями соскрёб стружку с коричневого бруска дегтярного мыла и принялся отмывать ложку в горячей жёлтой воде. Потом пришёл черёд изогнутой алюминиевой вилки без одного зубчика. Они отмывались с трудом. Жир словно насквозь въелся в них.

Кирилл плюнул в раковину и решил умыться холодной водой, но из второго крана пошёл кипяток. Проклиная всех богов, он закрутил кран. Открыл первый и набрав полные ладони воды опустил в них своё лицо. Потом намочил волосы и начал их разглаживать, сверяясь по мутному зеркалу с отколотым краем, висевшим над раковиной.


Заморгал свет. Кирилл, вдруг увидел, что из зеркала на него усмешливо скалится чужое лицо. Безволосое, с ободранной кожей, перетянутое кусками колючей проволоки. Зрелище настолько потрясло его, что он отшатнулся, на мгновение, ему показалось, что лицо копирует его мимику корча уродливые гримасы. Он протёр глаза. Свет больше не моргал. Отражение в зеркале снова было обычным.


Не помня себя, он выскочил из туалета.

— Что-то ты долго. Мы уже есть закончили, — сообщил Антон.

— У меня аппетит пропал. Если закончили, то давайте в машину, а я рассчитаюсь, — отозвался Кирилл. Ему хотелось побыстрее покинуть это проклятое богом место.

— Мы уже заплатили. Квасу хоть, выпей, — посоветовал оператор.

Кирилл опрокинул в себя стакан тёплого кваса и проглотил, совершенно не ощущая его вкуса. Он вышел из забегаловки самым первым и стараясь не оглядываться, забрался на переднее сиденье.


Когда их микроавтобус уже отъехал и начал набирать скорость, в зеркало заднего вида он увидел уазик — буханку. Она стояла возле забегаловки, на боку был нарисован красный крест.

“Правильно, в этой рыгаловке пожрёшь, так сразу надо в скорую звонить”, — с ненавистью подумал он. Утешало, что оставалось совсем немного ехать. Совсем чуть-чуть.

----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Эта история имеет отношении к продавцу проклятий и жильцам пятого измерения.

Так же её можно будет прочитать тут - https://vk.com/public194241644

Показать полностью
223

Нил Гейман: почему в Китае разрешили научную фантастику

Нил Гейман: почему в Китае разрешили научную фантастику Нил Гейман, Фантастика, Чтение, Научная фантастика, Телевидение, Философия, Писатель, Фэнтези

Прекрасная статья Нила Геймана, опубликованная на Facebook в сообществе "Настоящий писатель" 4 декабря 2019 года.
Очень рекомендую прочитать.
Нил Гейман рассказывает, почему чтение литературы очень важно для человека, особенно для ребёнка.
Это как никогда актуально сегодня, в эпоху визуального восприятия, когда мы получаем информацию в виде движущихся картинок (кинематограф).
Статья заставляет задуматься о многом.
Я бы хотел добавить кое-какие свои мысли к этой статье.
Существует чёткая разница между просмотром фильма и чтением книги. Это кажется очевидным, но есть важный момент, который не все замечают: когда вы читаете книгу, то именно вы создаёте в своём разуме образы героев и ситуаций, которые описаны в книге, а когда вы смотрите фильм, то вы получаете уже готовый, созданный кем-то, образ (движущуюся картинку), а ваше собственное воображение при этом не действует.
А ведь способность к воображению — это важная способность, вы не находите?
Вот что пишет по этому поводу Нил Гейман:

"В 2007 году я был в Китае, на первом одобренном партией конвенте по научной фантастике и фэнтези. В какой-то момент я спросил у официального представителя властей: почему? Ведь научная фантастика не одобрялась в Китае долгое время. Что изменилось?
Все просто, сказал он мне. Если им приносили схемы, китайцы создавали великолепные вещи. Но они ничего не улучшали и не придумывали сами. Они не изобретали. И поэтому мы послали делегацию в США, в Apple, Microsoft, Google и расспросили людей, которые придумывали будущее, о них самих. И обнаружили, что те читали научную фантастику, когда были мальчиками и девочками".
Я помню, насколько увлекательно было в детстве, лёжа в постели, перед тем как заснуть, проигрывать целые сюжеты из книг, которые до этого прочитал. Воображение работало на полную катушку!
Даже если мы возьмём кинематограф, то фильм появляется только после того, как будущие образы и сцены описаны в сценарии или в книге, по которой снимается фильм. Режиссёр, оператор, актёр — все они должны сначала прочитать текст, и лишь потом, благодаря их совместным усилиям, появится ряд картинок, на которые мы будем смотреть.
Я, конечно, не хочу сказать, что фильм — это плохо, а книга — это хорошо. Я сам киноман, обожаю хорошие фильмы, и это был бы слишком примитивный подход. Я лишь за восстановление баланса между просмотром фильмов и чтением книг. Поясню.
Если немного углубиться в философию, то когда при чтении книги читатель создаёт в своём разуме воображаемые образы, тут он выступает в качестве причины над своим воображением — он сам создаёт эти картины в разуме и может менять их, как захочет. При просмотре же фильма, зритель является в большей степени следствием — уже готовые картинки, которые он не может в этот момент изменить, потоком поступают в его разум.
Телевидение — прекрасный способ зафиксировать человека на одном месте: вы неподвижно сидите и смотрите на картинки, которые показывают в пластиковом ящике.
В современном мире баланс сдвинут в сторону не требующего никаких усилий просмотра визуального материала. Фильмы, сюжеты, ролики. Телевидение и кинематограф вошли в нашу жизнь около ста лет назад, но посмотрите, сколько открытий во всех областях человеческой деятельности было сделано в ту эпоху, когда люди в основном только читали книги! Насколько натренировано и развито было их воображение! Острота ума, способность излагать свои мысли, способность общаться — где всё это?
Чтение книги предполагает участие. Оно предполагает некоторое усилие. Оно заставляет работать мысль!
Тиражи современных изданий год от года снижаются. И это проблема не только для писателей, которые хотят, чтобы их книги продавались. Люди стали меньше читать. Они знают меньше слов. Они сидят перед экранами и жуют, и жуют современную тележвачку — зачастую весьма примитивные телесериалы и телепередачи. Как это обогащает их?
В моей статье больше вопросов, чем ответов, но один из ответов очевиден: чтобы восстановить баланс между чтением книг и просмотром фильмов, нужно больше читать. Дабы не оказаться перед лицом проблемы, с которой уже столкнулись китайцы, а завтра можем столкнуться и мы.

https://zen.yandex.ru/media/id/5ec2c130bb51c50914677223/nil-...

Показать полностью
92

Скрепка

Скрепка Мистика, Фантастика, Наркотики, Галлюцинации, Параллельная вселенная, Трэш, Видео, Длиннопост

Адам Петрович Смит, очень тосковал после вчерашнего. Как в пять утра проснулся так и не мог найти себе места. Во рту образовалась пустыня Сахара, мотор троил, сигареты кончились — здоровье нужно было поправить иначе страна могла лишится ценного гражданина и налогоплательщика. Он еле дотерпел до открытия и пулей вылетел в ближайший магазин “Red and Afro”.


Продавщица насмешливо оценила его вечерний спортивный костюм и взъерошенный вид:

— Адам, ещё только утро.

— Зиночка, pliz! Не видишь, я весь горю? Мне полторашку пива “Buff №9” и пачку Донского. Запиши на мой счёт.

— Пакет нужен, пьяница?

— Зиночка это же неполиткорректно. Я ветеран Тульско-Астраханской компании. Нам, сам президент, разрешил каждую пятницу….

— Зато, правда. На! Иди, побеждай своего Green Dragon.

— Спасибо, Зин! Спасибо! Я к пенсии занесу. Я, как штык! — Адам схватил лекарство в охапку и побежал.

— Ну и мужик, — вслед ему вздохнула продавщица, — Вроде и натурал, а хуже педика. Толку нет, одни обещания. И штык давно уже стёрся. Эх, нелёгкая наша бабская доля…


Адам Петрович чинно расположился на лоджии в старом кресле. Протёр пальцем пыльный гранёный стакан и налил первую до половинки. Пена пошла, обильно подтверждая белой шапкой качественный американский продукт. Это вам не какая-то русская подделка. Он судорожно выпил первую порцию, затем, уже не торопясь, налил себе вторую. После второго стакана на душе стало легко и приятно. Адам Петрович закурил и начал искать пепельницу.

Не пристало джентльмену стряхивать пепел на пол.

— Пепельница за креслом, Петрович, — подсказал ему тонкий голос в котором слышались ехидные нотки.

— Спасибо, — он нашарил пустую банку из-под кофе и оглянулся.


Перед ним на подоконнике сидела фея. Как из мультика про Питера Пена, только ростом повыше. В драном зелёном платьице и и выставив напоказ голые татуированные коленки.

“Ноженька моя, ты устала” — невольно прочитал он одну из татуировок. Потом перевёл взгляд на голые плечи: там синевой отливали наколки “Северная звезда” и “ИРА”.

— Угостите даму сигаретой? — попросила фея самым развязным тоном и выпятила губки.


Адам Петрович хоть и злоупотреблял, по причине многочисленных ранений и обширной контузии, но дураком вовсе не был. Дурак бы не смог в одиночку победить кровожадный отряд эскимосов в диких степях Казахстана при помощи только одной гранаты и пулемёта M240. Он сразу сообразил.

— Опять наркоманы, из 37 квартиры, Штырь сварили, — проворчал он.

— Кому Штырь, а кому и отдушина. Ничего-то ты не понимаешь Адам. Где же кончается граница реальности и начинаюсь я — вот в чём вопрос? — фея затрепыхала дырявыми стрекозиными крылышками и он наяву почувствовал дуновение ветерка.

— Да ну, нахер. Возвращайся-ка ты в свою страну Куку, — Адам вдавил тлеющую сигарету в ладонь и сморщился от боли. Фея лопнула, словно воздушный шарик. Она размазалась по окну и стенам лоджии разноцветным пятном.


Наблюдая, как остатки пятна медленно испаряются в лучах утреннего солнца, Адам сплюнул и пошёл вызывать полицию.

Ещё немного и глюки из 37 квартиры расползутся по всей улице.

——————————————————————

Сегодня, старый и опытный инспектор городского отдела по контролю за оборотом наркотиков принимал пополнение. Управление, перевело под его начало сержанта, хорошо разбирающегося в конопле.

— Откуда приехал, сынок? — допрашивал он молодого сотрудника

— Из Саратова! Сэр!

— Из Саратова присылают только быков и холодильники, салага. Дверцы я на тебе не вижу, значит: кто ты?

— Бык? Cэр?

— Молодец, — смягчился инспектор, — Водку пьёшь?

— Так точно! Сэр!

— Натурал?

— Да! Сэр!

— Наконец-то, нормально американца прислали. А то я не против секс-меньшинств, но когда каждый второй в отделе красит губы и подводит глаза, это уже не меньшинства. Это уже геноцид. Ты понял меня?

— Да! Сэр!

— Вот так-то. Сегодня вечером бухаешь с нами в баре. Платишь за всех. Это тебе вроде прописки. Мы тут, не курим и не колемся, хотя если надо, у нас полная комната этого говна. Меня зовут Ричард. Я тут твой царь и бог. Если какой из пид….секс-меньшинств, тут тебе улыбнётся — бей его по морде: скажешь, я разрешил. Тебя как звать?

— Алексей. Сэр. Алексей Моштаков.

— Коренной американец?

— Так точно. Мои родители живут в Нижегородском штате.

— Ну, это нормально. Хорошо хоть не в Джерси. Я вообще толерантно ко всем отношусь. К макаронникам, черномазым, желтожопым и даже к веганам. Мне по хрену, что они у коровок еду отбирают. Как говорится: лишь бы не чукча. Сработаемся. Ты про новый наркотик в курсе уже?

— Вы, про Штырь?

— Ага. Редкая дрянь. Обычные марки, это детский лепет по сравнению с…— начал было рассказывать инспектор, но его голос заглушили звуки сирены.

— Что это, сэр? — прокричал испуганный сержант.

— Это, оповещение. Значит, где-то они уже вырвались. Поехали, покажу на месте, как действует этот наркотик.

————————————————————————————-

Они вернулись в отдел уже под вечер. Новенький, устал настолько, что просто валился с ног. Стоило инспектору отлучиться на две минуты, как вернувшись, он застал сержанта спящего прямо за столом.

— Слабое пополнение прислали, инспектор, — хихикнул один из полицейских, — надо было из Сибири. Вот там настоящие кремни работают. А этот свалился после первого вызова.

— Поговори мне ещё — буркнул Ричард — Забыл уже свой первый раз? А, ведь я помню, как ты за розовой вороной по крыше многоэтажки бегал. Три часа бегал пока она не лопнула.

Он пошарил в железных ящиках с вещдоками, нашёл в одном из них плед и заботливо укрыл новичка:

— Пусть поспит. Денёк был трудный. Не каждый такое выдержит.


Они приехали на вызов Адама Смита так быстро, как только смогли. Но глюки уже расползлись. Варщики Штыря сняли первую пробу и вся улица была усеяна кракозябрами. Никто толком не знает как действовал на человеческий мозг этот новый наркотик, но эффект от него ощущали все на расстоянии километра. Галлюцинации. Яркие. разноцветные чудовища и игрушки. Голые персонажи мультфильмов и совершенно невообразимые, непонятные странности. Их видел не только тот, кто употребил Штырь - их видели все. И если первые версии наркотика просто было видно и они были нематериальны. то новая версия позволяла пощупать глюк и даже с ним поговорить.


Ученые утверждали, что употребление Штыря приводит к быстрому истощению мозговой деятельности, деградации и смерти через несколько лет активного употребления. И случаи смерти,от употребления, происходили всё чаще. Но, те, кто его употреблял, и не хотели жить долго. Они хотели жить красиво и весело. Веселье кружило над городом гроздями весёлых зелёных слонов и бабушек ругающихся на иврите. Веселье, превращало обычные спальные районы честных налогоплательщиков в парки аттракционов и комнаты смеха, где за кривыми зеркалами прятались отвратительные болтливые хари. Это всегда было по-разному и создавало огромную головную боль для стражей правопорядка. Самое обидное, глюки не исчезали после окончания действия наркотика. Они продолжали жить и отравлять жизнь окружающим.

Штырь расползался по миру. Ведь у него был такой простой рецепт.


Оставалось только, брать острый предмет и прокалывать очередной глюк, заставляя его терять форму.


Для этого, управление уже закупило бронетранспортеры с гвоздеметательными машинами. Когда глюков становилось слишком много, приходилось работать на них. Но это действовало только на массовые скопления. В основном, приходилось работать вручную и колоть, всех подозрительных булавками или даже скрепкой.


Инспектор собирался просить организовать в городе дружины самообороны для помощи органам правопорядка. Иначе распространение глюков было не остановить.

Сегодня инспектору удалось поймать очередного варщика. Его сдали его же собственные глюки. Они пальцем показали на квартиру изготовителя и были готовы подтвердить свои слова в суде. Но: Боже храни Америку — кому придёт в голову слушать показания галлюцинаций?

Ричард оставил свой кабинет и отправился проведать этого варщика. Звали этого наркомана Огонёк. Тощий, с выпирающми наружу рёбрами, наркоман сидел в камере и разговаривал со стеной.

— Не мешаю? — спросил инспектор. Он для верности прихватил с собой папку с делом этого наркомана.

— Да, что вы. Заходите. Мой дом — ваш дом.

— Твой дом тюрьма, засранец! — вспылил инспектор — Ты,сегодня, своими действиями нанёс ущерб нашему городу на десятки миллионов рублей. Тебя электрический стул уже давно дожидается.

— Ах. Это всё такие мелочи, инспектор — Огонёк отмахнулся и мечтательно уставился на стену, — Я, даю миру, куда больше чем ваш засраный пластиком город. Я даю ему возможность прикоснуться к мечте. Стать богом. Мы все боги, инспектор.

— Оно и видно, — Ричард полистал папку и прочитал из нее несколько страниц, — А ты ведь, подавал такие надежды в химии. Победитель школьных олимпиад. Бесплатно поступил в МГУ на химфак. Чего тебе в жизни не хватало? Подруга изменила? Парень бросил? Чизбургер съел просроченный?

— Вы живёте в рамках, инспектор. Сами себе придумали законы и ограничения. Только у реальности нет ограничений. Она безгранична. Мои дети успешно живут и распространяются по миру. Они показывают - как можно изменить саму реальность, а вы дрейфуете в ней в маленьком корыте и держитесь руками и ногами за края. Боитесь, что корыто развалится? Так оно давно развалилось, инспектор. Вам только кажется, что вы в корыте, а вы уже давно утонули. Вы давно на самом дне.

— Это ты на дне, Огонёк — хмыкнул Ричард — Тебя сдали твои же собственные глюки. Детишки твои.


Наркоман отвлёкся от созерцания стены и улыбаясь подошел к решётке отделяющей его от инспектора:

— Вы правы. Они меня сдали. И это прекрасно. Разве вы ещё не понимаете?

— Я понимаю, что теперь ты в острых когтях правосудия. Теперь тебе крышка — мстительно сообщил инспектор.


Огонёк отрицательно покачал головой:

— Вы всё ещё не понимаете. Американская система правосудия самая лучшая в мире. Скоро, благодаря её работе, мои дети получат права. Появится прецедент, подтверждающий их права, и это будет значить, что они ничем не хуже вас, инспектор. Вы сами будете их защищать от насилия, они будут признаны полноценными гражданами, а потом поток реальности сметет все границы. Границ, больше не будет. Всё.

— Да, иди ты в жопу! Границы будут всегда и закон всегда будет стоять на их страже! — возмутился Ричард — А вас всех долбанных наркоманов мы пересажаем и накажем по справедливости.


Наркоман оглядел решётку словно увидел её впервые и спросил:

— А, что же удержит нас в этих камерах? Прочные стены или вот эти прутья?

— Если потребуется - то и мой пистолет Макарова! — угрожающе пообещал инспектор.

— Так, с моей точки зрения, этого ничего нет, — ответил Огонёк,— реальность - окружающая нас, гибка и податлива. Она может принимать любые формы. Вы видите пистолет, а я вижу лишь огурец в вашей кобуре. Как вы определяете, что реально, а что нет?


Инспектор испуганно ощупал кобуру. Его оружие было на месте. Холодное, тяжёлое и такое верное.

“Врёт сукин сын! Нажрался Штыря уже настолько, что сам уже ничего не соображает”, — подумал он. Нет. Тут нужен был опытный психолог. Для убедительности, он вытащил большую канцелярскую скрепку и показал её наркоману:

— Видел — ублюдок? Из-за таких - как ты, я уже год, каждое утро, тыкаю себя этой скрепкой. Каждый сраный день: я прихожу на работу и проверяю себя. Укол подтверждает, что я настоящий. А все твои глюки, они только оболочка. Лопнули: и нет их.


— О, какое варварство! — схватился за голову Огонёк. — Вы уже сами себе не верите. Вы, уже, сами отрицаете своё существование в безграничной реальности. Зачем, уничтожать моих детей? Они никого не убивали и не причиняли вред. Они существуют и это прекрасно. Они нужны лишь для того, чтобы вы все открыли глаза. Откройте же глаза, инспектор. Впрочем, мне это всё уже надоело.


Огонёк подошёл к стене и провёл по ней рукой. В стене появилась дверь.

— Прощайте, инспектор. Я, хотел бы, сказать вам больше, но вам этого уже не дано. Оставайтесь со своей скрепкой, в которую вы так верите. Она, тут похоже, единственная: кто понимает, что к чему.

Огонёк открыл дверь и исчез оставив инспектора в одиночестве, Ричард не поверил своим глазам. Он достал из кармана скрепку и уколол себя. Раздался сильный хлопок.

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

От автора: закончена история Продавец проклятий. Из-за различной концовки она существует пока что только в паблике. - https://vk.com/public194241644

Для тех кому лень читать озвучка от Паши Тайги. Все семь частей можно прослушать и тут. Будет продолжение. В скором времени.

Показать полностью 1
29

Уиджи. Проклятье доски Дьявола. Ужасы в стиле ретро

Привет подписчики. На этот раз решила написать про фильм, рейтинг которого не так и велик, и наверное он бы остался мною незамеченным, если бы не его стиль. Режиссеру Майку Флэнегану удалось сделать не просто ужастик, а полностью окунуть зрителя в ощущение того, что он смотрит не фильм 2016 года, а ужасы 60-х годов. По этому, если вам хочется посмотреть что-то уютное и сделанное под старину, скорее всего фильм вас порадует.

И так, о чем эта кинолента.

Уиджи. Проклятье доски Дьявола. Ужасы в стиле ретро Ужасы, Фильмы, Советую посмотреть, Фильмы ужасов, Мистика, Длиннопост

Конец 60-х, оставшаяся без мужа Элис Зандер работает медиумом, в своем доме она принимает людей, желающих пообщаться с умершими родными. В работе Элис помогают две ее дочери, девятилетняя Дорис, и пятнадцатилетняя Лина. Однако на самом деле их помощь как и сам сеанс - просто фокусы. Стол оборудован специальными вещицами, чтоб происходили вибрации или шевеления, чтоб свечи гасли сами собой и происходила всякая чертовщина.

Уиджи. Проклятье доски Дьявола. Ужасы в стиле ретро Ужасы, Фильмы, Советую посмотреть, Фильмы ужасов, Мистика, Длиннопост

Однажды, на прилавках магазинов появляется некая доска Уиджа - игрушка для подростков, желающих пообщаться с призраками. И по совету старшей дочери, главная героиня решает приобрести такую доску, для антуража, однако как это всегда и бывает, помимо антуража, странный предмет привносит в их семью настоящий кошмар.

Уиджи. Проклятье доски Дьявола. Ужасы в стиле ретро Ужасы, Фильмы, Советую посмотреть, Фильмы ужасов, Мистика, Длиннопост

В первой части фильма, ничего страшного зритель не увидит, никаких скримеров по началу просто нет. Сперва, мы знакомимся с семьей, узнаем характеры каждой из героинь, погружаемся в атмосферу конца 60-х, и практически моментально забываем, что смотрим довольно таки современное кино.


Режиссер, желая воссоздать стилистику старых фильмов, внес в киноленту даже такие детали, как небольшие "ожоги" на пленке, появляющиеся где-то каждые минут 20 в верхнем правом  углу экрана. так же, очень ответственно подошли и к созданию образов героинь.

Уиджи. Проклятье доски Дьявола. Ужасы в стиле ретро Ужасы, Фильмы, Советую посмотреть, Фильмы ужасов, Мистика, Длиннопост

Для цветовой гаммы костюмов вдохновлялись «Изгоняющим дьявола» и «Сиянием» Кубрика. Для отдельных персонажей искали актрис, чей стиль в шестидесятые мог бы послужить точкой отсчета, как например на этом наброске:

Уиджи. Проклятье доски Дьявола. Ужасы в стиле ретро Ужасы, Фильмы, Советую посмотреть, Фильмы ужасов, Мистика, Длиннопост

Из интересных фактов о фильме, можно добавить то, что сыгравший священника отца Тома, актер Генри Томас знаком зрителям давно: он играл Эллиота в «Инопланетянине»

Уиджи. Проклятье доски Дьявола. Ужасы в стиле ретро Ужасы, Фильмы, Советую посмотреть, Фильмы ужасов, Мистика, Длиннопост

Кстати, фильм является приквелом фильма "Уиджи.Доска Дьявола" 2014 года, рейтинг которого тоже не сильно велик.


В общем, посмотрев первую, скорее атмосферно-драматическую часть фильма, зритель, с появлением доски Уиджи, наконец-таки погружается в хоррор.

Уиджи. Проклятье доски Дьявола. Ужасы в стиле ретро Ужасы, Фильмы, Советую посмотреть, Фильмы ужасов, Мистика, Длиннопост

Оказывается, у младшей дочери главной героини есть талант - она реально может общаться с духами. А значит теперь, благодаря новой магической доске, и внезапно проснувшемуся таланту дочери, семья больше не обманывает клиентов, а действительно передает слова умерших.


К сожалению, как мы узнаем далее, не все Духи искренни, правила указанные на доске стоит соблюдать, а не нарушать, ну а сама девочка начинает меняться на глазах. Она делает записи на неизвестном языке, разговаривает сама с собой, и вообще начинает выглядеть довольно пугающе. Ну и конечно не обойдется и без тайны самого дома, в котором живет героиня с ее дочерьми.

Уиджи. Проклятье доски Дьявола. Ужасы в стиле ретро Ужасы, Фильмы, Советую посмотреть, Фильмы ужасов, Мистика, Длиннопост

В общем, оставшаяся часть фильма, это типичная классика кино такого жанра. Если вы такое любите то вам наверняка понравится, если же нет - как минимум вы насладитесь атмосферой которую все таки смог создать режиссер.


Фильм я бы не назвала пугающим, скорее просто - интересным. Скримеры есть, но мы все к ним уже привыкли. Единственный момент который я бы выделила, это момент с повешенным, почти в самом конце ленты - тут, действительно было неожиданно, и прям хорошенький такой "бу" момент.


В целом, ну очень не плохая страшилка, если не ждать чего-то слишком крутого, а просто при желании провести вечер за просмотром хорошенького ужастика.

Уиджи. Проклятье доски Дьявола. Ужасы в стиле ретро Ужасы, Фильмы, Советую посмотреть, Фильмы ужасов, Мистика, Длиннопост

Любите Ужасы!

Ваша, Янина Мстиславовна

Показать полностью 7
44

Лифт в преисподнюю. Глава 49. Безлюдье, солнце и лайки

Предыдущие главы


Солнце делало свою работу.


Хлюпающая грязь запеклась в сырную корку на асфальтовом пироге. Из тёмно-серого цвет мира сменился на светло-серый. Неживые на пару дней словно забыли про это место.


Такой шанс упускать не стоило.


И Маша вышла на улицу.


Армейский бушлат сверху, чуть нараспашку. Перетянут ремнём, на котором висит нож. Лёгкая чёрная шапка на голове. В руках самодельное копьё из металлического карниза. Наконечник — пара ножей. Один вставлен внутрь железной трубки и держится очень прочно. Второй примотан скотчем сбоку. И ничего страшного, если он останется в гнилой плоти, куда его воткнут. Ноги защищены накладками из толстых журналов. На руках строительные перчатки.


«Нужно найти тачку».


Хромоногий приглядывает за ней сверху. И что-нибудь прокряхтит, если увидит «трупников».


«Дома холоднее чем на улице».


— Да, блин, здесь вообще хорошо.


Безлюдье и тепло придали поверхности земли новые хрустяще-шелестящие свойства. А всё из-за того, что эта часть города сохранила много деревьев. Поэтому даже кусочка асфальта не осталось открытым из-за мелких веток, листьев и прочего мусора. Подгнив от дождливой осени, сейчас они запеклись в единый, шумящий под ногами ковёр.


«Как будто по чипсам ходишь».


— Да уж. Меня, наверное, далеко слышно.


Солнце делало свою работу.


Ветер делал свою работу.


И Маша тоже делала.


Она хрустящим мелким шагом кралась от своего крайнего подъезда к тому, что был посередине. Двигалась почти прижимаясь к пыльно-красной кирпичной стене дома. А перед ней, словно преграда для чужих глаз, из длинных прямоугольных клумб торчал шиповник. Опавшая листва, мусор и паутина сделали кусты практически непроницаемыми для взгляда стороннего наблюдателя. Клумбы, огороженные вкопанными покрышками, тянулись от первого подъезда ко второму, а потом и к третьему. Маша могла видеть всё, сама оставаясь незамеченной.


«Мерзкий "трупник" в машине не шумит».


— Интересно, почему?


«Не слышит!»


— Да слышит.


«Слышит?»


— Ага. Тварина всё слышит. Чует.


«Но?»


— Наверное, не хочет спугнуть, — задумчиво подняла бровь.


«Или спит».


— Или так.


«А если кто-то спит, то можно…»


— … подкрасться к нему, полить бензином…


«… и поджечь!»


— К чёртовой матери!


Маша дошла до середины дома.


Солнечно.


Тишина.


Тёплый ветерок несёт мирные запахи. Хочется загород. Вина. И смотреть на воду. Или на огонь.


— Что за фигня? — про свои мысли.


Встряхнула головой.


«Концентрируемся на цели».


Она стояла спиной к подъездной двери. Прямо перед ней асфальтовый разрыв между кустами — проход вперёд. Прохрустела несколько робких шагов. Повернулась, посмотрела наверх.


Саша подал условный знак зелёным полотенцем — всё чисто.


«Можно идти дальше».


Вышла на дорожку перед домом. По ширине — здесь не разъехались бы и две машины. Впереди начиналась та самая стихийная парковка, где Саша познакомился с «водителем». Кусок голой, разрытой колёсами земли, что большую часть года представлял собой просто лужу грязи. С буграми, ямами и непроходимыми колдобинами. Но не сейчас, когда работало солнце. Да так, как давно не работало. И теперь там тоже всё хрустело.


Не подавая признаков жизни. «Крюкастый» сидел в одной из машин слева. Ближе к подъезду, из которого вышла Маша. Но она уже у противоположной стороны, почти у правого края парковки. Слишком далеко, тут до неё не добраться.


Если смотреть прямо, взгляд упирается в кирпичную двухэтажку. От скопища машин ветхое зданьице отделяла точно такая же полоса диких роз. За этим рыжим домом виднелся ржавый, ещё советский, заборчик детского сада.


И повсюду стояли брошенные машины. К ним Маше нужно было идти практически по прямой.

Она посмотрела направо. Там начиналась облагороженная брусчаткой территория «Скалы». Торгового центра с ярко красным фасадом. Светло-серая дверь служебного входа выглядела закрытой. Рядом, на уже пошедшем волнами покрытии, валялось несколько деревянных поддонов.


«Можно сжечь».


— Да, деревяшки стопим, картох наварим!


«Главное дотащить».


Раньше в ТЦ работал продуктовый, но потом открылся магазин косметики. Особого смысла лезть туда не было. Но вот в соседней пятиэтажке, которая стояла чуть дальше детского сада, весь первый этаж занимал небольшой супермаркет.


— Его можно будет проверить когда-нибудь потом.


Маша собиралась пройти между парковкой и «Скалой» к двухэтажке красного кирпича. Потом за неё, к детскому саду. Именно там было брошено много иномарок. Впрочем, несколько автомобилей стояли и на её пути.


«Их тоже нужно проверить».


— А ещё за ними можно прятаться.


Снова посмотрела наверх, на Сашу. Взмах зелёным полотенцем.


«Ну…»


— Была не была!


Быстро оглянулась и, неожиданно для самой себя, сорвалась на бег. Точнее на что-то среднее между бегом и прыжками, ведь ближайшая машина стояла всего метрах в пяти. Буквально через секунду она уже пыталась заглянуть в салон старенькой иномарки через грязные окна. Универсал. Колёса спущены. Вся покрыта пылью и листьями.


— Неинтересно, — сердце колотилось от принесённого кровью адреналина. Всё тело разогналось до предела, но расстояние оказалось слишком коротким, чтобы дать волю захлестнувшей её силе.


Ну и ещё на улице было страшно.


«А вдруг что полезное внутри?»


— Ладно.


Дёрнула за ручку правой задней двери. Закрыто. Проверила переднюю. Тоже самое. Больше машину трогать не стоило. Будь аккумулятор хоть чуть-чуть жив, может сработать сигнализация. Если она, конечно, есть в этой развалюхе.


— Наверное, стояла на парковке ещё до «всего этого».


«Поэтому и закрыта».


— Да, надо, видимо, выбирать машины, которые выглядят как брошенные.


«Но как это понять?»


— Ну как брошенные!


«Да они все как брошенные».


— Потому что так и есть. В этом городе всё брошенное!


По прямой до красной двухэтажки стояло ещё два авто.


«Хорошо бы их тоже проверить».


Посмотрела на Сашу.


Зелёный.


Побежала.


Хру-хру-хру-хру-мх.


Присела за машиной. Огляделась.


Три-четыре прыжка, а сердце колотилось, как будто взбежала на пятый этаж с двумя сумками.


— Что тут у нас?


«Москвич». Немного въехал в деревце. Лобовое разбито. Сложено как книжечка на правую сторону.


— Как будто кто-то выбрался изнутри, не понял, как открыть двери.


«Ну или забрался внутрь».


На удивление, двери были приоткрыты.


Посмотрела на Сашу. Он щурился на солнце и, кажется, пожал плечами: хочешь смотри, хочешь не смотри.


«Нельзя оставлять эту развалюху…»


— … в которой может что-то быть…


Перехватив поудобнее копьё, Маша резко выпрыгнула вперёд и ткнула сталью того, кто мог выскочить через дыру в лобовом.


Лезвия ножей смотрели в пустоту.


Подошла ближе. Заглянула внутрь.


От страха и напряжения вся взмокла. А ещё это солнце!


В салоне сплошная грязь. Листья, мусор, пыль. Водительское кресло и приборная панель, насколько удавалось разглядеть, словно забрызганы каким-то мхом. Зелёная подложка, ворсинки разной длины, у некоторых на концах коричневые капли-бусины.


«Этот чертов мох…»


— Да, в отличие от всего остального не засыпан грязью.


«Выглядит, как только что политый водой газон».


— Даже пыли на нём нет. Как такое возможно?


«Не нравится это мне».


— Надо валить от этой тачки.


Маша сделала несколько шагов назад и посмотрела на Сашу.


Зелёное полотенце.


Он махнул головой, спрашивая: что там?


Женщина поднесла ко рту два растопыренных пальца и сделала вид, что её тошнит: там какая-то мерзкая хрень внутри.


Саша закивал.


Язык жестов…


«Идём к третьей машине».


«Нива», заехала в кусты и разбила правую сторону о двухэтажку. Потрёпанный фасад садика уже виднелся за зданием.


Двери приоткрыты.


Маша, занеся своё оружие над головой, дёрнула за ручку. И увидев что-то на сидении, со всей силы ударила копьём.


— Сумка, блин.


Повернулась. Показала Саше знак «лайк» — всё в порядке.


Наблюдатель закивал и «лайкнул» в ответ.


Заглянула в салон.


Пыль и какой-то, кажется, строительный хлам. Молотки, пилы, валики, плёнка. Открыла багажник. Там тоже был взрыв из строительного инструмента: бутыльки, дрели, мешки, тряпки.


Огляделась. Саша смотрел куда-то влево.


Приставила копьё к кузову и начала копаться в поисках чего-то полезного. Отбросив в сторону кучу кисточек и валиков, достала бутылку с надписью «Растворитель».


Оскалилась в противной улыбке. Поставила находку на землю.


Вытащила из хлама пару грязных молотков. Кивнула и засунула их за ремень.


— Пригодятся.


Совсем уже на дне нашла небольшую канистру, даже какую-то детскую, буквально на несколько литров. Встряхнула. Что-то булькнуло внутри. Подняла.


«Тяжёленькая».


Открыла.


Бензин.


«Солярка пахнет по-другому».


Маша улыбнулась шире. Подняла находку в руку и повернулась, чтобы показать её Саше.


Тот во всю размахивал красным полотенцем.

Показать полностью
172

7 интересных книг в самых разных жанрах, которые вы могли упустить

1. "Мешок с костями" Стивен Кинг

7 интересных  книг в самых разных жанрах, которые вы могли упустить Книги, Что почитать?, Мистика, Фантастика, Литература, Длиннопост

Один из моих любимых у Кинга, холодный, тягучий, неспешно погружающий в себя мистический роман. Кстати, немаленький. В свое время читала его в двух томах.


Жанр: Мистика, Готика, Ужасы

Описание:

Добро пожаловать в маленький уютный городок, где писатель Майк Нунэн заживо похоронил себя после смерти жены. Добро пожаловать в уютный дом с привидениями, где слышится и видится по ночам то, что не под силу вообразить даже безумцу. Добро пожаловать в место, где вырвались на волю силы такого кошмара, что невозможно даже его описать - но необходимо с ним сразиться...


2. "Убить Пересмешника", Ли Харпер

7 интересных  книг в самых разных жанрах, которые вы могли упустить Книги, Что почитать?, Мистика, Фантастика, Литература, Длиннопост

"Пересмешник – самая безобидная птица, она только поет нам на радость. Пересмешники не клюют ягод в саду, не гнездятся в овинах, они только и делают, что поют для нас свои песни. Вот поэтому убить Пересмешника – грех. "


Книга, которая отразилась откликом в душе. Которая помогает вспомнить о понятиях совести, чести, справедливости, через призму открытого, честного детского взгляда. Американская классика, которую проходят в американских школах и которую можно рекомендовать прочитать и любому взрослому, поднимает самые важные вопросы о морали, противостоянии обществу с его предрассудками.


Жанр: Зарубежная Классика

Описание: История маленького сонного городка на юге Америки, поведанная маленькой девочкой.

История ее брата Джима, друга Дилла и ее отца – честного, принципиального адвоката Аттикуса Финча, одного из последних и лучших представителей старой "южной аристократии".

История судебного процесса по делу чернокожего парня, обвиненного в насилии над белой девушкой.

3. "Энциклопедия абсолютного и относительного знания" Бернар Вербер

7 интересных  книг в самых разных жанрах, которые вы могли упустить Книги, Что почитать?, Мистика, Фантастика, Литература, Длиннопост

Сборник интересных заметок и научных фактов, от философских рассуждений до биологических экспериментов и квантовой физики простым языком скрасит вечер любому. И может стать неплохим подарком даже для тех, кто не увлекается чтением, так как развлекательная форма подачи познавательной информации не оставит равнодушным.


Жанр: Зарубежная Публицистика

Описание:

Известный французский писатель и философ Бернар Вербер увлекся коллекционированием необычных историй в тринадцатилетнем возрасте. Он записывал все необычайное, чего не находил классическими способами. Став научным журналистом, он получил доступ к самым разнообразным и достаточно надежным источникам, что позволило ему находить воистину эксклюзивные истории, например, про половую жизнь постельных клопов или этимологию слова «кенгуру. Эти истории способны удивить самых скептически настроенных читателей и позабавить даже тех, кто давно не смеялся!

4. «Франкенштейн, или Современный Прометей» Мэри Шелли

7 интересных  книг в самых разных жанрах, которые вы могли упустить Книги, Что почитать?, Мистика, Фантастика, Литература, Длиннопост

Каждый слышал это название, но не каждый читал этот потрясающий готический роман, пропитанный мрачностью и душевными муками, который завораживает и не отпускает от начала и до самого конца. Интересные философские вопросы задеты в произведение, над которыми можно долго размышлять. Одна из любимых книг, которую посоветую каждому, кто ещё не читал.

Стоит отметить стилистику написания, характерную романтизму до-викторианской эпохи, читать очень интересно.


Жанр: Фантастика, Ужасы, Готика

Описание:

В книге рассказывается о жизни и трудах учёного Виктора Франкенштейна, которому удалось постичь тайну зарождения жизни и научиться оживлять безжизненную материю. Франкенштейн создает искусственного человека из частей трупов, но позже отрекается от своего детища.

Безымянное чудовище, ненавидимое людьми за уродство, начинает преследовать своего создателя.

5. "Никогде" или "Задверье" (англ. Neverwhere) Нил Гейман

7 интересных  книг в самых разных жанрах, которые вы могли упустить Книги, Что почитать?, Мистика, Фантастика, Литература, Длиннопост

На этот роман я наткнулась, когда искала что-то похожее на Гарри Поттера, с атмосферой туманного Лондона и магией. Гарри Поттера здесь, конечно, не найти, а вот туманного Лондона и магии с тайным подземным миром - предостаточно.

По началу чтения Гейман вызывал смешанные чувства: и манера повествования казалась простоватой и имена героев, новые миры - не привычны, но затем увлекает, погружаешься и с творчеством Нила хочется знакомиться все больше.


Жанр: Городское Фэнтези

Описание: Под Лондоном скрывается место, о котором большинство людей даже не подозревает. Город монстров, святых, убийц и ангелов, рыцарей в сияющих доспехах и бледных девушек в черном бархате. Город тех, кто провалился сквозь трещины жизни. Молодой человек по имени Ричард, совершив акт доброты, оказывается в знакомом и в то же время странном мире под названием Никогде…


6. «Система доктора Смоля и профессора Перро» Эдгар Алан По

7 интересных  книг в самых разных жанрах, которые вы могли упустить Книги, Что почитать?, Мистика, Фантастика, Литература, Длиннопост

Однажды, в поисках мрачной атмосферы в духе Гильермо дель торо , я наткнулась на фильм "Обитель Проклятых" (Не путать с Островом проклятых), и очень удивилась и обрадовалась, обнаружив, что он основан на рассказе По, творчество которого я люблю, и решила сначала прочитать рассказ и потом еще вдобавок насладиться экранизацией, что и вам рекомендую.

Рассказ погрузит вас в пучину тихого сумасшествия, и если вы любитель подобной атмосферы, то рассказ вам понравится и наверняка удивит. К тому же, он не займет много времени - рассказ маленький, на несколько страничек.


Жанр: Классическая Проза, Сатира, Триллер

Описание: Молодой француз, проезжая по южной глубинке, решает сделать крюк и заглянуть в старый замок — частную клинику для умалишенных, в которой действует принцип «больным можно все». Интересно же. А случайный спутник знает главного надзирателя — ну судьба ведь, погостить в доме... где все с ног на голову перевернулось.

7. "Каникулы" Рэй Брэдбери

7 интересных  книг в самых разных жанрах, которые вы могли упустить Книги, Что почитать?, Мистика, Фантастика, Литература, Длиннопост

А что, если все люди на свете просто исчезнут и останетесь только вы и ваши близкие?

Интроверты и социофобы должны бы возрадоваться от такой ситуации. Но, возможно, не все бы было так однозначно.

В рассказе нет неожиданных сюжетных поворотов, повествование течет медленно и медитативно.

Совсем маленький, несколько странички, но сколько интересных размышлений оставляет после себя.


Жанр: Фантастика

Описание:

Три человека едут по железной дороге на дрезине, мужчина, женщина и мальчик – семья. Кончается бензин, дорогу надо починить, и путешественники вынуждены сделать привал.

Буду рада вас видеть на моем телеграмм канале: https://t.me/knizhnost или в поиске телеграмм: "Книжный уют". Там добавлены голосования о книгах и много других интересных книг с описанием, жанром и парой слов от меня.

7 интересных  книг в самых разных жанрах, которые вы могли упустить Книги, Что почитать?, Мистика, Фантастика, Литература, Длиннопост
Показать полностью 7
82

Дипломная работа глава 8. (Чаепитие у педофила )

Дипломная работа глава 8. (Чаепитие у педофила ) Мистика, Фантастика, Крипота, Авторский рассказ, Мертвецы, Охотники на демонов, Длиннопост

Дипломная работа глава 6. (Вороний омут)

Дипломная работа глава 7. (Учитель)

---------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Сколько комнат в квартире проклятого учителя они не знали. На нижнем этаже было три комнаты. Гостиная,склад и библиотека. Хотя ещё одну библиотеку Лаперуз держал в гостиной, но тут больше для интерьера. Стены гостиной были в книжных стеллажах и сервантах до верху заставленными дорогими и редкими книгами.


Первое время, Валера, как заядлый книгочей, любил сюда набегать, посидеть в старинном кожаном кресле с резными деревянными подлокотниками почитать интересную книгу и побеседовать с Николя. Какой бы скотиной Лаперуз не был, нужно отдать ему должное - он был весьма умным и начитанным человеком.


Но то время давно ушло. Сейчас эта огромная комната, выполненная в лиловых и алых тонах, вызывала лишь чувство отвращения.

Из гостиной поднималась кручёная деревянная лестница с лакированными перилами и резными вставками и уходила на второй уровень квартиры. На верху по галерее шли отдельные комнаты.

Сколько их было наверху три или четыре?. На второй этаж Лаперуз их не пускал. Вернее предлагал, но только когда приводил детей на занятия.


Окна всегда были скрыты за плотными занавесями. Лаперуз утверждал, что ему нравиться искусственный свет, но у Дениса на этот счёт имелась другая версия. Он считал, что Лаперуз страшится ворон и вообще любых птиц. Валера тут был готов согласиться: хитрый ублюдок не зря согнал всех окрестных ворон в гетто и издевался над пернатыми. Сюда они никогда не долетали.В чём крылась его ненависть к птицам оставалось для учеников загадкой. Как впрочем и многое другое.


Лаперуз выставил на низенький столик на гнутых ножках угощение.

На красной лакированной крышке стоял фарфоровый чайный сервиз, на четыре персоны, а также к нему кофейник, чайничек,серебряные ложечки, сливочница — всё как полагается. Всё как нравилось этому подонку. Любимый его сервиз фиолетового цвета с позолотой и гербами какого-то европейского города.


Денис робко поставил поднос с круассанами на край столика.

— Ай да Марья Тимофеевна, всё успевает! Всё как я просил! — похвалил заботу соседки Лаперуз.

— Извините. Не успели туда плюнуть, — буркнул Валера.

— Ой извиняю. Я тебя Валерочка всегда готов простить. Ты только попроси, — засмеялся Николя, но тут же спохватился, — Денисочка, будь добр,сбегай на кухню. Я забыл про вишнёвое варенье. А оно такое вкусное. Пальчики оближешь.

“Ты у меня оближешь”, со злобой подумал Валера стоявший в гостинной как истукан: — “Я, тебя, упыря ещё заставлю все свои пальцы сожрать”.


Лаперуз заметил его взгляд и снисходительно ухмыльнувшись предложил пододвинуть кресла.

— Вы наверное устали с дороги? — весело поинтересовался хозяин когда они устроились в креслах, — Тяжело дались покойнички? Не стесняйтесь! Наливайте чай или вот кофе. В сахарнице тростниковый сахар. Мне с Кубы привозят.

— С какого хера ты решил брать с наших сделок половину? — в Валере этот вопрос копился и рвался наружу уже очень долгое время. Он уже просто не мог терпеть и теперь сорвался.

— А вы только ради этого приехали? — Николя расстроенно сморщился, — А я то думал...

— Петух думал! Это наши честные деньги. Ты нас чего, решил по миру пустить?

— Действительно. Нам теперь невыгодно этим заниматься, — подтвердил Денис.


Лаперуз поднял со столика серебряную ложечку на длинной ножке и задумчиво помахав ею в воздухе ответил:


— А что делать? Времена меняются. Спрос на заложных упал вследствие активизации сил церковников. Они недавно прикрыли самую большую подпольную арену в Москве. Вы просто были не в курсе.

— Но причём тут наша доля???

— А притом, что мне теперь надо больше платить за защиту. И за вашу, между прочим, тоже. Восьмой отдел теперь требует больше денег. Вы ведь даже не знаете, что они могут с вами сделать если я перестану вас защищать.

— Мы не будем работать за копейки. На этих троих - у нас ушло два месяца поисков и подготовка, — зарычал Валера, — Мы столько копили на микроавтобус, а ты нас снова через колено кинул!


Лаперуз промолчал. Неторопливо налил себе кофе, добавил сливок и сахару.

— Ну и? — не выдержал Валера наблюдая как его учитель выбирает с подноса самый румяный рогалик.

Лаперуз ухмыляясь захрустел булочкой:


— Ну и ну. Значит мы снова возвращаемся к вопросам обучения. Вы должны продолжить то, что бросили два года назад. Сегодня, ко мне как раз придут подходящие ребятишки. Хватит на всех.

— Ни хрена мы тебе не должны, — возразил Валера — И детей мы растлевать не будем.

— А как же вы тогда научитесь заговаривать по настоящему? Вы топчитесь на месте уже два года. Вы не развиваетесь. Все ваши сверстники, которые начинали у других учителей уже давно обогнали вас. Вы шелупонь, которая умеет лишь воровать на базарах. На более серьёзные дела, мне вас нельзя отправить - отсюда возникает парадокс. Вы хотите денег, но не хотите учиться.


Валера и Денис переглянулись.

— Тогда разрывай договор! Всё! Баста! Заканчивай наше обучение и отпускай нас.

Лаперуз зашёлся от смеха так, что крошки посыпались изо рта:

— Отпустить? Вы захотели самостоятельности? И куда вы пойдёте голубчики… А? Да вас восьмой отдел, через неделю.... Вас церковники прихватят и на крюк вздернут за ребро. За это…Как еретиков…

— Да я лучше обратно, в электрики вернусь. По деньгам выхлоп такой же выходит и мотаться по стране не нужно, — проворчал Валера наблюдая за кривляющимся учителем.

— А я в сисадмины пойду. Мне всего один курс остался в институте, — согласился Денис.


Лаперуз услышал их. Он успокоился и подняв со стола салфетку обмакнул рот.

— Вас поймают, — сообщил он — Ваш выбор был сделан, тогда, на доске где мы заключили договор. Я тоже был моложе и наивно думал, что обрёл в вас своих единомышленников. Думал, что если подтяну вас в тайных науках то перед вами откроется множество путей и возможностей. К сожалению, вы проявили себя в обучении не с лучшей стороны.


— Мы честно выполняли все твои хотелки и перделки. Мы три года платим тебе за то, что ты нас не учишь. Мы, гоняемся за нечистью, а ты получаешь за это деньги и не делишься с нами. Мы больше так не можем! Это финиш! — Валера выговорил это скрипя зубами от ненависти.


Лаперуз слушал и ел вишнёвое варенье.

— И где же тут моя вина Валерочка? — Лаперуз облизнул ложечку — Я был всегда на вашей стороне. Я защищал вас и продолжаю защищать. Я указал вам путь. В своё время я и сам прошёл этот путь до самого конца. и поверь мне: он был не сладким. И для вас я создал все условия — детей вам будут приводить в любом количестве. Если надо: я готов для вас организовать целое детское учреждение. Мммм? Дом пионеров. Девочки в белых рубашках и коротких синеньких плиссированных юбочках? Мальчики в маечках и шортиках? И все в красных галстуках? А? Они будут отдавать вам честь со всей детской наивностью, абсолютно искренне? Они будут верны вам до гроба, а вы познаете истину. Вы познаете всю глубину мастерства и власти над человеческими умами!


Лаперуз в своей речи распалялся все сильнее. Он начал дирижировать ложечкой в такт своим словам. Денис покосился и заметил, что его напарник начал потихоньку продвигаться к своему учителю. Валера, словно кот, напрягся пружиной и начал незаметно двигать руками. Вот он поднёс пальцы правой руки к манжету рубашки левого рукава. Если бы Денис его не знал то и не обратил бы на эту мелочь внимания. Ну заслушался, с кем не бывает. Но догадка пришла моментально — Валера готовится нанести удар, а в рукаве у него титановый штырь которым он убивал упырей с одного удара. Снизу вверх. Под подбородок чтобы пасть не раскрывали. Только для такого удара требовался замах.


“Не успею украсть”, подумал Денис: — “Эх. Придётся ловить его при замахе.Если он грохнет Лаперуза — может случится беда”.

Какая беда могла произойти он не знал, но нюхом чуял — беда будет большая. Нельзя убивать Лаперуза. По крайней мере сейчас.


А Лаперуза несло:


— ...Людей, вокруг вас, нужно приучать к покорности прямо с пелёнок. Вы просто должны научится контролю. Да, поначалу, вам будет трудно перешагнуть за запретную черту и дети будут плакать, но впоследствии вы распробуете сладкий вкус награды и открывающихся перспектив. Я буду наблюдать и помогать вам в сложных случаях, а они представьте себе, случаются чаще чем кажется. Я помогу вам контролировать детишек и они взамен дадут вам куда больше. В сто! Нет, в тысячу раз больше!

— А можно поподробнее, учитель? — Валера был полностью сосредоточен на Николя, — В тысячу раз, чего?

— Ооо, наконец-то! — Лаперузу польстило, что его назвали учителем, — Вот - он! Тот самый блеск в твоих глазах, который я не наблюдал в тебе уже долгие годы. Я уже и отчаялся! Сегодня приведут на урок троих детей. Я буду учить их латыни. Две девочки и мальчик. Они совсем свежие. Я берёг их для вас, мои ученики. Вздыхал и берёг эти спелые созревшие плоды, я верил, что вы опомнитесь и поддержите мои старания. В комнатках, наверху, есть чудесные кровати. Я оставлю девочек вам, чтобы вы ничего не подумали.Начните с них. А потом, если захотите, поменяетесь. Это будет лучший урок в вашей жизни…


Последние слова Лаперуз буквально шептал в вожделении. Он был уже в одном шаге и Валера выхватил из рукава штырь.

— Неееет! — Денис мёртвой хваткой повис на его руке и дал возможность уйти от удара проклятому учителю.

— Да ты! Да как ты? — Валера бился в истерике пытаясь вырваться, — Я был так близко!!!

— Нельзя! Нельзя его трогать! Успокойся! — умолял Денис.Он встал так чтобы спиной защитить ненавистного педофила.


Лаперуз молча и даже с некоторым пренебрежением взирал на их потасовку.

— Ну, сука, я тебе ещё всех детей припомню! — пообещал красный от ярости Валера.

— Значит, ты снова хотел меня убить. — расстроенно подытожил Николя и вздыхая опустился в своё кресло.

— И убью. Можешь не сомневаться!

— Этим титановым гвоздиком? Этим гвоздиком, который ты пачкал о шеи мертвецов? — продолжал Лаперуз, — И удар хотел провести как обычно, чтобы я сразу умер и даже не сказал на прощанье своё последнее слово?


Он посмотрел на замерших учеников и махнул рукой:

— Садитесь!

Как ни странно, но они послушались. После драки кулаками не машут, а Лаперуз, кажется, не собирался мстить.


— “Эх, дети-детишки. Непутёвые чада. Если чадо твоё ослушается тебя, сотри его с лица земли”. — размышлял вслух Николя и снова в его руках оказалась ложечка. — Какие прекрасные слова! Каким прекрасным и мудрым людям они принадлежат! А я, до сегодняшнего дня, в них не верил. Только теперь верю. Правильно они говорили — стереть!


Он крутил головой, смотрел то на Дениса то на Валеру. Денис сидел в кресле вытянувшись по струнке. Спина ровная, руки на коленях с каменным выражением лица. Валера ворочался в кресле и шипел недобро сверкая в сторону учителя очками. Лаперуз дождался пока он спрячет своё оружие и тихо спросил:

— Ну, и куда вы собрались? К кому? Вы же ничего без меня не стоите. Пока все знают, что у Лаперуза есть ученики конкуренты остерегаются заходить на мою территорию. Кто вас позвал к себе?

— Это не важно,— фыркнул Валера, — Нам надоело. Мы хотим свободы.


Лаперуз в ответ отмахнулся.


— Восьмому отделу вы не интересны как специалисты. Они вас поймают и убьют, — продолжал он, — Церковники вас тоже к себе не примут. Вы не набожные. И кроме того, вы знаете про религию много лишнего. Особенно про загробную жизнь. Они с вами тоже не будут вести дела. И убьют. Да, вас могут принять к себе Тульповоды. Они всех психов к себе принимают. Хотя, у них условие для вступления — это обязательный брак с воображаемым партнёром. Но на черта вам нужна воображаемая девушка, если вы и так можете уговорить любую, настоящую?

— Есть много других… — начал спорить Валера, но Лаперуз тут же перебил его.

— Да! Согласен! Есть такие. Гибриды. Только они вас тоже к себе не примут. Вы же обычные людишки.


Валера молчал набычившись и Лаперуз тогда задумчиво почесал гладкий подбородок:

— Хмм. Есть ещё банда Лихорадок. Я слышал, они вновь начали набирать силу — только и они вас тоже к себе не примут. Они принимают кандидатов только по гендерному признаку. А вы, всего лишь, самцы.

— Спасибо. Я раньше сомневался, но ты развеял мои сомнения, — с иронией поблагодарил Валера.

— А! Вспомнил! — Лаперуз хлопнул себя по лбу, — Может вас к себе новая банда пригласила? Это те, которые Ягу недавно Адольфычу приволокли?

— Чего? Какая ещё Яга? — растерялся Денис.

— А твой напарник тебе не рассказал? Ну надо же, я то думал в вашей маленькой банде секретов друг от друга нет? — ехидно заметил Николя и наигранно погрозил Валере пальцем, — Какой плохой человек-гвоздик! Аяяяй! Скрыл от товарища факт поимки невиданного чуда.

— Я забыл, — буркнул Валера, — Меня тогда такое зло взяло, что из головы вылетело.

— А кто они такие?

— Это неважно сейчас, — напомнил о себе хозяин квартиры, — Сейчас, перед всеми нами, три варианта дальнейшего развития событий. Да будет так! Давайте обсудим всё серьёзно?

--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Выложена третья часть продавца проклятий. - https://vk.com/public194241644

Почитать работы автора можно ещё тут:https://author.today/u/ruteney20181

Показать полностью
121

Местные мы (рассказ, мистика, ВОВ) часть 1

Деревня осталась далеко за спиной и даже дым от горящих изб был почти не виден, но ощущение страха не проходило, держало крепко. С самого начала, с самого первого дня деревня эта показалась неправильной, необычной. И вроде бы всё как везде: дома с бревен сложенные, сады, живность, дороги топтаные коровьими копытами с присохшими лепешками. Люди тоже вроде бы обычные: в заношенных серых одеждах, платки у баб замотаны под подбородком по осеннему, ребятня грязная, стриженные кто под горшок, кто на лысо, дедки с самосадной махоркой и мужики… Вот тут то и надо было сразу задуматься! Откуда в военное время в деревне мужикам взяться? Все на фронте должны быть, а если кто и останется, так разве что калеки или шишки партийные. А тут простое, крепкое мужичье.

Потом уже и другие странности замечать стали: в деревне не голодали, погреба полны были, скотина опять же не тощая, не порченная колхозами. Самое же необычное таилось в избах: ни в одном доме по всей деревне не было ни единого портрета, ни единой фотографии Сталина! Нигде не было ни единой газетной вырезки с Лениным, ни одного красного полотнища, кроме протертой скатерти с обтрепанными в бахрому краями.

Деревенские делились провиантом справно, даже угрожать не приходилось, будто бы по-соседски. Бабы солдатню не гоняли, но и особенно близко к себе не подпускали, да и вообще – народ деревенский вел себя так, словно не с оккупантами рядом жили, а с заезжим людом.

Плохое началось на второй день, после того, как весь личный состав расквартировался в нескольких домах стариков, живших на околицы деревни. Ефрейтор Розенберг блажить начал, мол де мяса ему хочется – говядинки, да так, чтобы от пуза натрескаться. А брать, вроде бы как и не хорошо, деревенские и без того посильную помощь оказывают: яйца, курей, молочком поят – живи, как сыр в масле катайся. Короче, когда возвращалось стадо с выпаса, вышел ефрейтор на дорогу, приглядел коровку одну пегую да и саданул ей промеж глаз с винтовки. Мальчишка пастушок в крик, бабье галдеж подняло, мужики на пришлых тоже недовольно поглядывают, а один, видать хозяин коровки, подошел к ефрейтору и сказал что-то громкое, и, наверняка, обидное. Ефрейтор отмахнулся, вытащил нож с пояса, и к корове двинулся, он все с бока больше мясо любил. Мужик его за грудки хватанул и, еще разок чего-то сказанул, да как даст зуботычину! Розенберг в грязь отлетел, глаза ошалелые, пальцы по луже шарят – нож ищет. А мужик развернулся, к корове подошел, погладил по простреленной голове, помощь кликнул и втроем они тушу в сторону дворов поволокли.

Ефрейтор соскочил, с кобуры пистолет дернул, заорал как блаженный, руку задрал и выстрелил. Мужики даже не оглянулись, будто и дела им не было до этого стрелка. Солдатня, что вокруг собралась, смотрят, смеются – Розенберга никто не любил, дурак он, даром что ефрейтор. А Розенберг приметился и мужику тому в спину, в аккурат промеж лопаток пулю всадил. Мужика вперед толкнуло, ноги подломились, и упал он. Все разом притихли, только Розенберг орал еще чего-то радостно.

Один дед, жившей в крайней хате, сплюнул самокрутку на землю, вошел в дом, вышел с двустволкой, и без единого слова выстрелил поочередно с обоих стволов в ефрейтора. Розенберг схватился за живот, уставился глупо на деда, и тоже в грязь упал

Дед, словно бы и не произошло ничего, приставил ружье к косяку, уселся на ступеньки крыльца, достал кисет, сыпанул махорки в обрывок газеты, послюнявил. Старика застрелил капитан Рейхерт, застрелил в упор, ни о чем не спрашивая, не допытываясь.

На следующий день не проснулось четверо солдат. Они были целые, никаких следов насильственной смерти, ни колотых ран, ни сизых синяков удушения – ничего, абсолютно ничего, будто бы спят. Даже лица их были не привычно заострившимися, как у обычных мертвецов, а спокойные, только бледноватые слегка.

Сразу решили, что их отравили. Вспомнили, где они вчера харчевались, в какой избе, и отправились туда четверо солдат с Рейхертом во главе. Они выволокли из дома женщину, ребенка, лет десяти, бородатого, с диковатым взглядом мужика. Двое солдат держали их на прицеле, другие двое ливанули на стены дома бензином, зажгли. Дом загорелся сразу, будто не из бревен был, а из просушенного хвороста сложен. Как ни странно, ни мужик, ни баба кричать не стали, - стояли спокойно, смотрели, как горит их дом, а ребенок, так тот и вовсе – поднял с земли прутик и бросил его в пламя.

Тем временем остальные солдаты согнали к горящему дому всех деревенских, даже бабы с младенцами и те тут стояли. Притащили и четверых мертвых солдат, уложили. Офицер знаками показал, что солдат этих вчера тут покормили, сказал со знанием дела: «курка кушат». Народ молча проследил за пантомимой, никто и слова не сказал. Тогда капитан дал отмашку, резко выстроилось трое молодцов со вскинутыми винтовками, раздался залп. Выстрел был хороший, по пуле во лбу, точнехонько в серединке.

Люди не галдели и не кричали, посмотрели на дом горящий, на мертвецов, да и разошлись, к расстрелянным никто не попытался подойти.

Утром не досчитались двенадцать человек. Не было их там, где вчера спать ложились, а оказались все на заднем дворе, вповалку, так же как и те, вчерашние, рядышком лежат, открытые глаза бессмысленно смотрят в небо. У каждого отметина на лбу, будто ворон клюнул.

И ладно бы, если пулей – так нет же! Выглядит так, словно гвоздик ко лбу приложили и молоточком аккуратно тюкнули. Да и из дома их как вытащили? Ночью, меж своих, таких же спящих, мимо выставленного у входа на ночь дозорного. Ни шума, ни звука не было.

Капитан долго рядом с телами ходил, но ничего не говорил, только ноздри его широко раздувались. Потом караульного подозвал, спросил про ночь, тот головой помотал, мол де не видел ничего, не слышал. И можно было бы ему разнос устроить за то, что тот проспал, прошляпил вот этих, двенадцать мертвецов, да вот ведь незадача – капитан и сам ночью не спал, бессонница его одолела. Выходил ночью покурить несколько раз, да и в окно частенько поглядывал, а расквартировался то он как раз напротив этого злосчастного дома и видел, как ночью ходил караульный из стороны в сторону, как присаживался на лавочку, как от нечего делать шмайсер свой разбирал и собирал, как курил… Исправно караульный отслужил, не придерешься. Только как в такое поверить? В такую чертовщину: ночью, без единого выстрела, без единого писка дюжину солдат положили!

Как на смотрины деревенские подтянулись. Правда никто близко не подходил, но издали смотрели, обсуждали, а кто-то даже посмеивался. Этого капитан выдержать не мог.

Быстро грянули команды, скоро метнулись солдаты к собравшимся, выловили в толпе мужиков сколько нашли, подогнали к дому. Толпа разом притихла, все ожидали, что будет дальше. Только где-то у кого-то в доме ребенок маленький заплакал громко.

Капитан ухватил одного из мужиков за шиворот, подтащил к мертвецу, толкнул с силой, мужик упал на колени едва не клюнув носом в мертвеца. Капитан вырвал из кобуры люггер, ткнул мужику в затылок и закричал на русском:

- Кто?

Мужик что-то затараторил сбивчиво, попытался оглянуться.

- Кто? – вновь закричал капитан, надавливая сильнее стволом в затылок.

Мужик примолк на секунду, а затем показал через плечо кукиш капитану. Рейхерт выстрелил. Никто не голосил, никто не кричал, все молча смотрели.

Быстрой, дерганной походкой, подошел к следующему мужику, ухватил его за ворот, ткнул пистолетом под подбородок, и в глаза закричал:

- Кто?

Мужик улыбнулся щербато, посмотрел на Рейхерта искоса, с хитрецой в глазах, и промолчал.

- Кто? – уже в бешенстве заорал капитан мужику прямо в лицо, отчего-то подумав, что мужик то выше него будет, а то что глаза у них на равных, так только из-за того, что Рейхерт выше по укосу стоит.

Мужик не ответил, только продолжал косить глазами и все так же щербато улыбаться. Рейхерт выстрелил, лицо заляпало кровью. Мужик упал прямо, как стоял, щербатая улыбка его с лица так и не сошла. Рейхерт утер лицо.

- На колени их! – приказал Рейхерт солдатам, те ударили прикладами по спинам, по ногам, деревенские мужики попадали на колени. Рейхерт прошел вдоль выстроенных в ряд людей, поглядывая им в лица. Все смотрели на него исподлобья, но вот что странно, никто не боялся, и вроде бы даже и не злился. Спокойные они были, а некоторые так и вовсе – веселые чуть. Улыбались ему, а может и щерились, кто их русских знает…

- Цельсь! – солдаты вскинули оружие, стволы уперлись в затылки людей. Никто, из тех, кто стоял на коленях, не вздрогнул, не закрыл глаз, Рейхерт не верил своим глазам. – Огонь!

Грянуло громко и многоголосо. Мужики мешками повалились вперед.

- Трупы убрать, - приказал капитан, пряча люггер в кобуру, увидев, что солдаты хватают мертвецов за ноги, распорядился брезгливо, - Да не вы, этих заставьте, - кивнул в сторону собравшихся.

Солдаты взялись за дело: бабы, под прицелом автоматов, по двое оттаскивали мертвецов в сторону, к тихой, с заболоченными берегами речке, и укладывали там. Кто-то из стариков уже подогнал туда длинную скрипучую телегу без бортов, и стоял, облокотившись о дерево и покуривая самокрутку. Никто не ревел, никто не голосил, никто не кричал. Все было спокойно, будто не мертвецов убирали, а мешки с мукой грузили.

- Странные они какие-то, - сказал капитану рядовой Райс, давая Рейхерту прикурить, - вы когда-нибудь таких видели?

- Нет, - покачал головой Рейхерт, - никогда.

- Вот и я тоже.

- Райс, а ты ведь тоже в этом доме спал?

- Да.

- А где?

- А у дверей, в сенях.

- Слышал хоть что?

- Ничего. Всю ночь как блаженный спал. Правда когда собака забрехала проснулся, и все.

- И все… - повторил капитан, затянулся еще раз, бросил курящийся бычок в траву.

- Знаете что, капитан, - панибратски обратился Райс к Рейхерту, - уходить отсюда надо.

- Тебе спать надо, - зло ответил Рейхерт, - тебе сегодня первому дежурить.

- Есть! – отчеканил Райс, развернулся на каблуках и строевым шагом отправился к дому. Спать.

Рейхарт злился. На себя в первую очередь. Он и сам понимал, что уходить отсюда надо, да что там уходить – бежать! Марш бросок в полной выкладке отсюда и до вечера, причем солдаты еще и спасибо потом за это скажут, вот только нельзя этого делать. Приказ был: деревню держать до подхода основных сил. По возможности сохранить население, для сохранения продуктовой базы. Так что даже если захочешь, нельзя всех к стенке поставить, нельзя…

А сегодня ночью он решил держать оборону. Сегодня ночью спать не будет никто! Все будут при оружие, а если кто носом клюнет, то под трибунал!

Мертвецов убрали к полудню, могилы для них бабы выкопали ближе к вечеру, землей засыпали, когда смеркалось, по домам по темноте разошлись.

Показать полностью
4040

Опыт сумасшествия

Опыт сумасшествия Сумасшествие, Странные люди, Мистика, Ужасы, Длиннопост, Галлюцинации, Рассказ, Авторский рассказ

Вам интересно, что происходит в голове того, кто страдает одной из форм шизофрении? Вряд ли больной человек сможет это адекватно сформулировать, ведь ему мешает расстройство личности. К тому же шизофреники далеко не всегда понимают, что они не в своём уме.


Да, насчёт галлюцинаций. В кино часто показывают, что перед сумасшедшим возникают образы, люди, существа, которые выглядят настоящими, как часть внешней среды. Однако в большинстве случаев шизофренические видения и голоса возникают внутри головы больного. Люди с подобными расстройствами хотя и теряют способность отличать реальность от бреда, но точно могут сказать, что слышат голос именно у себя в голове, а не откуда-нибудь из унитаза. То же самое с видениями, часто больные люди видят разницу между иллюзией и реально существующими предметами и воспринимают эти видения как насланное проклятье или кем-то внедрённые в их головы изображения.


Но бывает и такое, что кажущиеся образы интегрированы во внешний мир так, что больной может видеть перед собой, например, давно умершего отца и рассмотреть каждую пуговицу на его пиджаке. Бывает такой вид галлюцинаций, но в очень редких случаях. Такие галлюцинации называются истинными.


И я один из тех, кому «повезло» получить такое редкое расстройство.


Как я уже сказал, обычно шизофреники упрямо верят, будто с мозгами у них всё в порядке, а голоса и образы трактуют, как мистические явления, поэтому психиатрам бывает так сложно настроить человека на выздоровление. А я ещё до первого посещения психиатра догадался, что тронулся умом.


Правда мне это не помогало вести себя как здоровый человек. Я вовлекался в свой бред и не мог ничего контролировать, а когда приступ заканчивался, то сразу понимал, что всё это было галлюцинацией. Представьте, что вы спите и видите сон. Какой бы абсурд там не происходил, вы не подозреваете, что спите, а когда просыпаетесь, то для вас становится очевидной вся нелепость и невозможность увиденного. То же самое происходило со мной, только наяву.

Чаще всего мне мерещились разные люди. Я называю их «гостями». Почти всегда эти «гости» были очень неприятные, они вызывали у меня страх, отторжение или ненависть.

Больше всех я ненавидел плешивого мужика, который являлся ко мне несколько раз. Вообразите себе, как глупо я себя чувствовал, понимая, что больше всего на свете презираю того, кто даже не существует.


Первый раз я встретил его в зале ожидания на автовокзале. Я просто сидел, ссутулившись, листал какие-то картинки в телефоне, чтобы убить время, и ко мне подошёл он.

Этот мужик встал прямо передо мной. Он был совсем невысокого роста, слишком тощим для своего костюма, старые брюки были высоко и туго затянуты ремнём. У мужика был нос, как зрелый лимон, с огромными порами, кожа на щеках вся в рытвинах. Лысина блестела, и только на висках торчали пепельные волосы. Он отбрасывал тень и выглядел не менее реальным, чем все окружающие меня люди.


Я подумал, что этот мужик наверняка попросит поделиться сигаретой, но он молча завёл руки за спину и, как фокусник из дешёвого цирка, откуда-то вынул и расправил перед моим лицом грязную тряпку, а потом бросил её на меня. Серая тряпка повисла на моей правой руке.

Я не помню, осязал ли я прикосновение, но навсегда запомнил вонь. Тряпка воняла тухлыми яйцами, мочой, дерьмом, мертвечиной. Всеми самыми отвратительными запахами, какие только существуют. Не знаю, как меня только не вывернуло от этого смрада.


Я вскочил с места и давай крутиться, трясти рукой. Ко мне подбежала какая-то беспокойная женщина. Она подумала, что мне нужна помощь, вцепилась в моё плечо, наверное, боялась, что я упаду, и кричала прямо мне в ухо: «Что случилось?».


«Тряпка! Тряпку эту снимите с меня», — орал я, и в ту секунду до меня доходило, что нет никакой тряпки и нет никакого плешивого мужика, а я просто бьюсь в панике посреди автовокзала на глазах у десятков людей.


Женщина отпустила моё плечо, и я увидел, как лицо её поменялось. Она сообразила, что я не в порядке и пожалела, что бросилась помогать ненормальному.


«А, тряпка, понятно», — теперь она говорила со мной совсем другим тоном.


Это был далеко не первый мой приступ, однако тогда меня впервые назвали «сумасшедшим». Так и есть. Я принимаю лекарства, годами не вижу своих «гостей», но я никогда не узнаю, каково это быть «нормальным». Хотя я сомневаюсь, что нормальность — это не выдумка. Зная о разных психических расстройствах, я понимаю, что вокруг больше тех людей, которые ошибочно считают себя здоровыми, чем тех, которые воображают себя больными.


А моя рука после той тряпки воняла ещё несколько дней. В первый день я не мог есть, потому что меня тошнило от этого запаха. Кожа на руке у меня вся высохла, потому что я постоянно мыл её с мылом до локтя. Запах был воображаемый, я это знал, но его на время удавалось перебить ароматом мыла.


Я не помню, когда всё это со мной началось. Может быть, ещё в раннем детстве. В детском саду я рассказывал своим друзьям, что в кустах у забора живёт Тигровый человек. Он покрыт шерстью и весь в полосках, у него звериная пасть, но глаза, как у людей. У него человеческие руки, только лохматые и с острыми когтями. Тигровый человек страшный, но никого не обижает. У него нет друзей и он всегда грустный.


Я уже не помню точно, в самом ли деле видел его или просто верил собственным выдумкам. Тигровый человек мог быть моим первым «гостем». Есть у меня ощущение, что я его видел. Другие дети не видели, но я их очень напугал своими рассказами.


В детском саду из-за меня устроили собрание. Вызвали моих родителей, разговаривали с ними строго, жаловались, что из-за моего вранья детки плохо спят и часто плачут.


Мои мама и папа заступились за меня. Они сказали, что уникальный взгляд на вещи и богатая фантазия – это дар, присущий почти каждому ребёнку. Всё так и должно быть, так детям и положено развиваться, а взрослые губят эти таланты, потому что они им неудобны.


Хорошие у меня родители. Столько в них любви и доброты. И за что я им такой достался? Со мной им не повезло.


Приступы. Приступы. Приступы. Я шёл ранним утром через городской парк. На одной из веранд сидели люди. Я не мог пройти мимо, ноги сами вели меня к ним. У моих галлюцинаций будто всегда есть сценарий, и я отыгрываю в нём свою роль, не имея возможности повлиять на события.


Войдя на веранду, я сел с краю на скамейку. Люди, что сидели там, выглядели ужасно. По виду это были алкоголики последней стадии. Пропитые насквозь. У них были вздутые лица, почти не видно глаз из-за опухолей, но говорили они осмыслено.


Я среди них был просто наблюдателем и слушателем. Эти люди не обращали на меня внимания.

Среди них сидела женщина, такая же безобразная, как и мужчины. У неё не хватало передних зубов, кулаки в ссадинах. Она рассказывала, что не только сама спилась, но и споила своего сына Ванечку. Ещё юношей он стал пить с матерью на пару. Другие алкоголики сочувственно кивали, слушали, просили её не терзать себя виной.


Женщина продолжала откровенничать: «А ещё у меня выкидыш случился». Мужчины угрюмо опустили головы. Алкоголичка махнула рукой: «Может, так и лучше. Ребёнок тот был от Ванечки».


Я сидел, слушал всё это и никуда не мог деться.


«Вырождение — цена порока», – сказал один из алкоголиков. Сказал без укора, будто просто подвёл печальный итог.


Эти слова. Вырождение – цена порока. Я даже не сразу понял их смысл. Как мой нездоровый мозг сумел сгенерировать эту фразу? Вспоминая свой приступ, я думал, что, возможно, слышал эти слова ранее. Может, цитата какая-нибудь? Искал фразу в Гугле, в кавычках и без кавычек — ничего не нашёл.


Меня самого удивляет, как мои «гости» могут быть такими реалистичными и продуманными? Будто живут своей жизнью, независимо от меня.


Только однажды я лежал в психиатрической клинике. Добровольно провёл там полтора месяца. Думал, что под постоянным наблюдением врачей смогу стать здоровее. Ошибался. В неволе, среди таких же, как я, безумцев, мне становится хуже. После я лечился только дома, принимал препараты по рецептам. «Гости» могут не являться много месяцев или целый год, а новый приступ всегда сигналит о том, что пришло время скорректировать лекарственную терапию.

Хорошо, если мне удавалось вовремя обнаружить, что привычные дозы уже не действуют.


Первый сигнал – это сильно обострённое обоняние. Для меня всё начинает пахнуть слишком сильно. Пахнет земля в цветочных горшках. Очень пахнет табаком у подъезда. Каждый человек на улице по-своему пахнет, от каждого прохожего тянется шлейф его запаха. И не так, чтобы едва уловимо, а так что вшибает нос.


Заметив подобное, я сразу бежал к своему врачу. Но бывало, что приступы случались внезапно. Я работал на бюджетном предприятии. Не хотелось вечно висеть на шее у родителей или нищенствовать на пособие. Платили мне копейки, среди моих коллег были одни пенсионеры, а я был доволен тем, что у меня есть занятие.


Первый раз мне повезло, когда у меня случился приступ на работе. Я был один. Сидел за компьютером, проверял таблицы, и вдруг в кабинет вошёл мужчина в ярко-синем пиджаке, в белой рубашке и с красным галстуком-бабочкой. Он на ходу застегнул верхнюю пуговицу пиджака, вздёрнул лацканы и бодро воскликнул: «Ну что, повеселимся?».


Я выругался на него матерным словом. Мужчина неодобрительно нахмурился и вильнул в сторону, уступая место другим «гостям». Их было много. Разодетые мужчины и женщины заполонили кабинет. Они были в чёрных фраках, в пёстрых платьях, их лица были напудрены и размалёваны. Я догадался, что это актёры театра и сейчас у них антракт, они пришли отдохнуть, прежде чем снова выйти на сцену.


Мне стало стыдно за свою ругань. Я стал протискиваться среди артистов, чтобы найти того, кому нагрубил. Увидел спину в синем пиджаке, потянул за плечо и говорю: «Извините меня, пожалуйста, я не хотел вас обидеть». Человек повернулся ко мне. Это был не тот мужчина. В таком же пиджаке, с галстуком-бабочкой, но не он. Этот был намного моложе. Он смотрел на меня озадаченно, не понимал, за что я прошу прощения.


Поняв, что обознался, я хотел вернуться на свой стул. Дорогу мне преградила зрелая женщина в восточном наряде, она протянула поднос, на котором были выложены нарезанные кусочки розового мяса. Женщина сказала: «Попробуй, это наше традиционное блюдо!». Я потянулся, чтобы взять кусочек, но женщина погрозила мне пальцем – так у них не принято, следовало есть прямо с тарелки.


Я наклонился, взял кусочек розового мяса зубами, стал жевать, но не почувствовал вкуса, тогда и догадался, что всё это приступ безумия. И вот я уже стоял посреди пустого кабинета, и во рту у меня ничего не было. Всё исчезло. Как всегда, очнувшись от внезапного приступа, я думал только одно: добежать домой, выпить двойную дозу таблеток и лечь спать, а утром к врачу сразу как проснусь.


В другой раз, спустя много месяцев, приступ случился в середине рабочего дня. Стучали в дверь с улицы. Мои коллеги не отзывались, а я думал, кто там так настойчиво долбит в незапертую дверь. Весь на нервах, я вышел в коридор, толкнул входную дверь, и на меня шагнул плешивый мужик.


Я резко отступил назад, а он бросил на меня свою зловонную тряпку, будто сеть. Тряпка зацепилась мне за правое плечо и покрыла всю мою руку. Опять эта вонь!


Плешивый мужик, не мигая глазами, рассмеялся мне в лицо, показав свои уродливые жёлтые зубы. Я был взбешён и кинулся на ублюдка с кулаками. Плешивый не ожидал от меня такой злости и трусливо отодвинулся к стене. Меня было не остановить. От испуга мужик вдруг весь затрясся и грохнулся на пол. Ноги и руки его дёргались, а изо рта пошла пена, жёлтая, как его зубы. Плешивый бился в судорогах. Глаза его были широко открыты, зубы стиснуты, дёсны окрасились кровью. Я бросил на мужика его вонючую тряпку, и он перестал сотрясаться.

Гнев отпустил меня. Я понял, что натворил. Он же умер! Я убил плешивого мужика. Я теперь убийца!


Мои коллеги сбежались на шум. Я стоял над мёртвым телом. Они смотрели на меня растерянно. Меня поймали с поличным, и я каялся перед ними. Я плакал, говорил, что не хотел убивать, так само получилось, но скоро вспомнил, что плешивый мужик всегда существовал только в моей голове.


Я одновременно испытал облегчение, потому что мне не придётся нести наказание за убийство, и сожаление, ведь все мои коллеги увидели меня в приступе. Мне предложили пойти в отпуск, отдохнуть, но я уволился из той конторы насовсем. Там больше никто не смотрел на меня как на равного.


Всю следующую неделю моя рука не только воняла, но и чесалась. На ней появились красные воспаления. И если запаха никто не замечал, то эти красные пятна были настоящими. Люди спрашивали, что у меня с рукой.


Того плешивого мужика я больше живым не видел. Так работают мои бредни: если кто-то из «гостей» умирает, то это навсегда. Я сказал, что не видел плешивого живым, но ещё один раз он показался мне во время ночного приступа по телевизору.


Сны я вижу очень редко. Однако бывает, что я сплю беспокойно и просыпаюсь ненадолго посреди ночи. И во время одного из таких ночных пробуждений со мной случился приступ.

Я открыл глаза и увидел, что телевизор в моей спальне не выключен. На экране мерцали красноватые помехи. Я сел в кровати, потёр глаза и увидел на экране трансляцию странного сюжета. Голый по пояс плешивый мужик прохаживался среди садовых деревьев. Он был в заросшем огороде, в кадре появлялась и исчезала беседка, сколоченная из досок.


Внимание оператора было направлено на плешивого мужика. На экране зумом чередовались общие и крупные планы. Плешивый не смотрел в камеру, но очевидно знал, что его снимают, и будто позировал для оператора: то вставал боком, то поворачивался спиной, показывал торс. Его тело местами покрывали экземы и язвы. Снято всё это было на любительскую видеокамеру с форматом кадра четыре на три.


Я смотрел видео и думал: «Это ведь тот самый мужик, которого я убил». Мне было гадко от увиденного и горько от чувства вины. Я раскаивался за смерть человека, которого никогда не существовало.


Галлюцинациям почти всегда удавалось меня обмануть. Однажды я разговаривал с двухсотлетним дедом, который жаловался мне на свою никчёмность. Он говорил, что ещё сто лет назад был очень старым и что уже давно не помнит свою молодость, будто её не было никогда. А я говорил ему, что хоть и молод, но иногда тоже чувствую себя никчёмным, потому что болен шизофренией, и пока я это рассказывал, соображал, что со мной случился очередной приступ, а этот дед только мне мерещится.


Однажды у меня была девушка. Её не смущали мой диагноз и моё ослабленное медикаментами половое влечение. Она меня любила, а я разорвал с ней отношения. Всё потому, что эта девушка верила, будто я не сумасшедший. Она сказала, что у меня есть способность видеть больше, чем другие, сказала, что почти у каждого человека в глазах есть слепые пятна, люди просто не видят всей картины целиком, а я вижу и чувствую существ, которые находятся за гранью человеческого понимания. Ещё девушка посоветовала мне больше не принимать таблетки и принять всё то, что во мне есть, научиться с этим жить.


Я расстался с ней. Сказал, что больше не люблю её и не хочу с ней видеться. Это была неправда. Правда в том, что я не хочу быть одним из тех, кто верит в реальность своих галлюцинаций. Я хочу быть здоровым. Здоровым насколько это возможно с моим психическим расстройством.



Влад Райбер

Показать полностью
497

Страшные и мистические рассказы, которые читаются за час

Страшные и мистические рассказы, которые читаются за час Книги, Фантастика, Ужасы, Что почитать?, Длиннопост

Г. Ф. Лавкрафт

Тварь на пороге


Эдвард Дерби рос физически слабым, но необыкновенно одарённым ребёнком. В семь лет он уже сочинял стихи, в шестнадцать стал студентом университета, закончив последний за три года. При этом у него почти не было друзей и жил он вместе с родителями даже по исполнении 30 лет. Но однажды Эдвард встречает девушку — Асенат Уэйт, и сразу же влюбляется в неё. Вот только об Асенат ходили дурные слухи насчет её гипнотических способностей. К тому же, она была родом из Инсмута — полузаброшенного городка, овеянного таинственными и жуткими легендами...

Стивен Кинг

1408


Писатель Майк Энслин, специализирующийся в области паранормальных явлений, загорелся идеей провести ночь в №1408 отеля «Дельфин». Дело в том, что все до единого постояльцы этого номера кончали жизнь самоубийством. Майка же этот факт нисколько не смущает. Поможет ли ему его счастливая гавайская рубашка, если противостоять ему будут призраки №1408...

Рэй Брэдбери

Смерть и дева


Старушка так боялась смерти, что заперлась в своём доме и девяносто лет никого туда не впускала. Она знала, что смерть может прикинуться девочкой или точильщиком, но её было не так легко провести... Однако что же она получила в итоге, спасая себя от смерти?

Джо Хилл

Чёрный телефон


Леденящая кровь история о похитителе и убийце детей. Одной из его жертв стал подросток по имени Джон Финни. Очнувшись в холодной и серой комнате, Финни обнаруживает странный чёрный телефон. По словам похитителя этот телефон не работал уже много лет. Но однажды телефон зазвонил...

Джордж Р. Р. Мартин

Лечение мартышками


Кенни Дорчестер был толстяком. Люди по разным причинам становятся тучными. Иногда дело в физиологии, а порой в привычке. Ну а в случае с Кенни всё просто — еда. Он очень любил поесть. «Я живу вкусной жизнью» — заявлял Кенни. Но у Кенни имелась одна тайна. Он редко о ней вспоминал и никогда не говорил вслух. Он с неослабевающей страстью обожал еду, но также мечтал о любви женщин, понимая, что должен отказаться от одного, чтобы получить другое. Но как? И вот новый метод — лечение мартышками. Но, как известно, бесплатный сыр бывает только в мышеловке...

Орсон Скотт Кард

Пропавшие дети


Автобиографический рассказ о самом страшном в жизни любого человека — о гибели собственных детей. О том, что в каждый дом может прийти трагедия, если мы забываем о своих детях и не уделяем им достаточного внимания...

Харлан Эллисон

Василиск


Возвращаясь из ночного патрулирования, младший капрал Верной Лестиг угодил в ловушку, устроенную врагом. Раненный, почти ослепший, он попал в плен, и не выдержав пыток, рассказал врагам всё. И когда его, наконец, освободили, то предали военному трибуналу за предательство. Он стал всеобщим изгоем, с клеймом предателя. Даже в его родном городке его хотели линчевать. Но это было только полбеды, потому что всё, что с ним случилось, было не просто так. Вмешались высшие силы, и в результате ранения он приобрёл странные способности...

Генри Каттнер

Назовем его демоном


В доме появился дядя. Взрослые смутно ощущали, что в доме стало что-то не так, а вот дети были вынуждены кормить этого «дядюшку», одновременно находившегося в двух местах, мясом с кровью. И, наконец, маленькому Бобби надоела эта «игра»...

Герберт Уэллс

Неопытное привидение


Неудачники бывают не только среди людей. Привидениям тоже случается попадать в неловкое положение. Но опыт привидения не стоит перенимать, пока ты жив...

Чайна Мьевиль

Детали


Все дело в деталях. Если долго смотреть в них, то можно узнать ответы на все вопросы, только помни, там скрывается чудовище, и если оно увидит тебя, то тебе останется только вырвать свои глаза, иначе рано или поздно оно уничтожит тебя...

Архив. Приятного чтения.

Администрация Пикабу разрешила мне поучаствовать в эксперименте и оставить ссылку для донатов. Так что, если вы хотите поддержать меня и мое занятие, теперь для этого есть ссылка.

Подготовлено телеграм-каналом Литературный журнал

Телеграм автора

Показать полностью
75

Дипломная работа глава 7. (Учитель)

Дипломная работа глава 7. (Учитель) Авторский рассказ, Фантастика, Мистика, Крипота, Длиннопост

Дипломная работа глава 4. (Тихое место)

Дипломная работа глава 5. (В бункере)

Дипломная работа глава 6. (Вороний омут)

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Лаперуз обитал в роскошной двухэтажной квартире под крышей сталинской пятиэтажки. Дом этот, в своё время, был построен для маститых академиков и представителей советской богемы и издали напоминал слона. Так почему то всегда Валере казалось.


Дом — слон. Такого же серого цвета Наверное, из-за гигантских арок сделанных аккурат по четырём сторонам дома и открывающим вид во внутренний двор. Двор был гордостью Лаперуза. Он лично занимался вопросами его благоустройства и дёргал за ниточки нужных людей. За это все жильцы дома были Лаперузу весьма признательны и готовы были носить его на руках.


Да как не любить такого милашку, который с лёгкостью решал любые вопросы связанные с коммунальным хозяйством, организовывал добровольные сборы с жильцов на различные улучшения жилищных условий жизни и никто ему никогда не отказывал.


А уж как он любил детей!


В центре двора, для детей была построена роскошная детская площадка. По его индивидуальному проекту. Николя, обожал наблюдать как играют и резвятся на ней дети. Он обычно наблюдал за ними через окно выходившее во двор, стыдливо прячась за пурпурными занавесками с бокалом красного вина. И выбирал очередную жертву. Мальчика или девочку. Иногда сразу нескольких — под настроение. Ему не нужно было охотиться на них специально. Родители сами приводили ему своих детей и очень гордились такой честью. Ведь Николя давал частные уроки. По этике, латыни и французскому языку. И деньги брал за свои уроки весьма смехотворные.


Когда Валера столкнулся с Николя, на втором курсе, он тоже был им очарован. Этот жгучий брюнет, мужчина в самом расцвете сил, знал абсолютно про всё. Он казался ему гением. Валера делал курсовую работу по умершим неестественной смертью. Он тогда впервые в жизни сам столкнулся с заложным мертвецом и случайно остался жив после такой встречи. После этого он захотел знать про них всё.


Лаперуз любезно предложил свою помощь, а в последствии, узнав как успешно Валера ликвидировал такого покойника и прямое наставничество. Тогда Валера и познакомился с Денисом. Лаперуз нашёл в Денисе уникальные задатки и предложил помощь в развитии его способности. В первый год обучения Валера и сам освоил науку — отводить глаза.


Любая опытная цыганка такое умела. Но правильно отводить глаза это целая наука. И Лаперуз ею владел в совершенстве. Родители приводили ему своих детей. Они кидали своих любимых чад в пасть похотливого хищника и никто ни о чём не подозревал. Николя всё обставлял так, что ему говорили только спасибо. Он отводил глаза и детям и взрослым. Он стирал им память и заставлял благодарить себя за совершённые им преступления. И только дети по ночам плакали когда им снились кошмары.


От “Вороньего омута” - до дома где обитал Лаперуз они бежали сломя голову. Остановились отдышаться только уже перед самим домом. И тут же оба покатились со смеху.

— Нет, ты видел? Видел? — Валеру аж согнуло пополам. — Какие у него глаза испуганные были?

— А ты тоже хорош! Панаев! Фух... Он теперь нас долго помнить будет. — Денис вытер выступившие от смеха слёзы.

— Ой не могу! Ещё и в розыск объявит. Срочно: ищите кота Бегемота! Спрашивайте на всех заборах и помойках нашей области!

— Как только таких в милицию берут — согласился кивая Денис, — Но успокойся уже. Нас ждёт учитель.

После его слов Валера резко прекратил веселиться и помрачнел.


В первый год обучения, они даже и не подозревали о порочных наклонностях своего учителя. Честно учились и выполняли его поручения. Потом, он их начал посылать охотиться на заложных.


Лаперуз начал работать с Адольфычем. Барыга задумал продавать живых мертвецов для элиты общества. Он усиливал заложных титановыми вставками, а богачи были готовы покупать таких молчаливых и исполнительных охранников. Лаперуз заговаривал мертвецов чтобы те слушались только хозяина. Денис и Валера добывали заготовки. Дело, по началу, шло настолько хорошо, что Николя решил посвятить учеников в таинства своих способностей.


И вот тут между учителем и учениками произошёл раскол. Когда они узнали чем занимается Лаперуз с детишками за закрытыми дверями своей квартиры, произошёл бунт. Валера, открытым текстом, послал учителя во все возможные места и пригрозил своему напарнику, что отрежет ему уши если тот только подумает согласиться. Но это скорее для порядка. Денис, с его высокой нравственностью, никогда бы не согласился. Но уйти от учителя было нельзя. Когда они только начали — Лаперуз заставил их произнести слова договора. Вроде как в шутку. На старой деревянной доске разрисованной церковно славянскими символами.


Это они, уже позднее, только узнали, что договор на доске был не шуточным. Договор связывал учителя и учеников до тех пор пока учитель сам не решит, что им пора заканчивать своё обучение. Но Лаперуза и так всё устраивало.


Ещё бы, две шестёрки - приносящие постоянный доход. Правда шестёрки строптивые и мечтающие убить своего учителя при первой возможности. Поэтому других учеников он теперь заводить боялся.


Они по прежнему выполняли его поручения и иногда, из под палки, платили ему. Но по факту, уже два года, они не учились.


Теперь Лаперуз захотел наложить лапу на их прибыль и Адольфыч пошёл у него на поводу. Следовало поговорить с поганым учителем немедленно. Или хотя бы разузнать: как по хитрее разместить у него в квартире взрывное устройство. Убить Лаперуза лично - у них было маловато силёнок да и договор не позволял. Но вот не напрямую:нанять киллера или организовать несчастный случай — всегда были варианты. Можно было бы ещё организовать ликвидацию учителя через конкурентов. Такие были, но почему то Лаперуз всегда избегал их внимания. Вот почему так? — это оставалось для них загадкой.


Возле двери в квартиру Лаперуза их окликнула соседка:

— Мальчики? Вы к Николя?

Они оглянулись. Напротив, через приоткрытую дверь, выглядывала наряженная старушка. Такая вся благообразная. В соломенной шляпке с цветочками.

— Oui, Madame, — подтвердил Валера.

— А, вы на урок пришли. Пожалуйста — захватите свежие круассаны для Николя. Я только что их испекла, — попросила она.


Валера только злобно сверкнул очками в ответ. Перехватив его взгляд, за круассанами кинулся Денис и выслушав слова благодарности забрал у соседки поднос с запеченными до хруста рогаликами, заботливо прикрытых сверху кружевной салфеткой.


— Выкинь в мусоропровод, — посоветовал ему Валера когда дверь за соседкой закрылась.

— Неудобно. Всё-таки чужой труд.

— Он всю жизнь так. На чужом труде. Сука!

— А я, прямо с утра, икать начал. Всё думаю: не иначе голубятки ко мне мои спешат. Всё добрым словом старика вспоминают! — они и не услышали как Лаперуз открыл дверь и с улыбкой встречал их на пороге.


— Ты сам - голубятка, — буркнул вместо приветствия Валера.

— Проходите. Проходите - мои котики шкодливые. Мур-мур-мур! Кис-кис-кис! — Лаперуз картинно кланяясь пригласил их войти.


В прихожей он рекомендовал им снять обувь и предложил тапочки.

Денис взял с полки самые простые сланцы, а Валера, назло, остался в дырявых носках. Ноги он не мыл с самой поездки в Брянск и Николя недовольно сморщил свой тонкий носик.

Лаперуз принимал их в одном шёлковом халате бордового цвета. В разрезе халата виднелась его волосатая грудь. На ногах педофил носил тапочки в виде головы львёнка из старого советского мультика.

Тапочки были розовые и оттого он казался ещё противнее.

---------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

В связи с тем, что концовки в "Продавце проклятий" разные, прошу считать верной только ту, что выложена в моём паблике. Продолжение  продавца будет  только там. Вторая часть уже выложена. - https://vk.com/public194241644

Почитать работы автора можно ещё тут:https://author.today/u/ruteney20181

Показать полностью
35

Лифт в преисподнюю. Глава 48. Головоломочка разобралась

Предыдущие главы


Бетонного цвета тучи растрескались под жаром тепла ближайшей к планете звезды. Развалились на здоровенные куски. А потом и вовсе медленно, словно сопротивляясь, растворились или расплавились, не проронив и капельки влаги.


Мрачный безлюдный город предстал перед светилом.


— «Трупники-то» солнышка не боятся.


Маша приоткрыла окна. Неожиданно тёплый ветерок уносил из квартиры запах сырости и пота.


— Сколько их там сейчас?


«Бывшие» бездумно водили мордами. Они то стояли, то бродили по дороге. Иногда исчезали из вида совсем, и казалось, что на улице никого нет.


— Пока три.


— Н-да, не выйти.


— Эх, а на солнышке сейчас, наверное, хорошо.


— Но хорошо тебе там будет недолго.


— С каждым днём их тут становится всё меньше. Интересно, это всегда те же самые или постоянно новые сюда приходят.


Никто не ответил. Но это был и не вопрос. Да и какая разница?


— Ну как ты сегодня?


— Вроде получше.


— Ну жить будешь, я думаю.


Саша чувствовал, что его погружение вниз закончилось, и он вот-вот начнёт всплывать из глубин забытья.


— Да. Мне кажется, ещё пару дней, и буду уже соображать нормально. Действительно, твоё пьяное лечение работает.


«А потом, возможно, появятся силы перебраться домой», — подумал, но вслух решил не говорить.


— Ну и хорошо. Повезло тебе, Сашка. Как на собаке всё заживает.


Мужчина наигранно улыбнулся. Хотя мнение другого человека придало ещё больше уверенности в выздоровлении. Его состояние было похоже на то, что, пожалуй, испытывал каждый. Когда с утра у тебя сильная температура, а под вечер она проходит. И ты чувствуешь себя выздоровевшим. Появляются силы, начинаешь суетиться, что-то делать, строить планы. А через пару часов температура возвращается.


— Кстати, забыла тебе рассказать.


— Что? — постарался выдержать спокойную интонацию в голосе, но встревожился внутри.


— После того, как я тебя заштопала… — словно специально тянула Маша, засмотревшись куда-то в сторону.


Мужчина медленно направил взгляд туда же. Кажется, его спасительница смотрела в проём между стеной и шкафом. Хм, обычно мебель приставляют вплотную к стене, а здесь почему-то шкаф был отставлен в сторону. Примерно на полметра. И в этой нише. На полу. Лежала подушка.


«Что за чёрт? И почему я раньше этого не замечал?»


— Ну?! — не удержался Саша.


Ему почему-то казалось, что она расскажет нечто важное, и это поможет исчезнуть странному дурному предчувствию.


Маша же как будто забылась. И продолжала отрешённо на что-то смотреть.


— Я думаю, что на то место припёрлось несколько «бывших», — как ни в чём не бывало начала рассказчица.


— На какое ТО?


— Ну где ты чуть к боженьке не отправился.


— Да? — удивился он.


— Ага. Прямо к твоему личному «водителю», — Маша улыбнулась. — Наверное, по твоей классификации, — сделала пальцами кавычки в воздухе, — это были «первые». Дряхлые такие, почти голые. И чёрные все от грязи. Ну насколько смогла рассмотреть, хотя я спустилась на пару этажей ниже. И вроде бы видела всё очень неплохо.


— Ну, если руки не удлинены…


— Да обычные они были, обычные, — отмахнулась женщина. — Я так поняла, на них эта штука тоже напала и разорвала, представляешь!


— Да ладно!


Маша чиркнула пальцем, показав знак «зуб даю». Потом посмотрела на грязные руки и скорчила гримасу: не стоит такие совать в рот. Быстро глянула в угол за шкаф.


Саша повторил её движение глазами. Но ничего нового для себя не открыл.


— Я всегда думал, что «бывшие» не жрут своих. Ну, как люди не трогают людей, — попытался отвлечь себя разговором.


— Это люди-то людей не жрут? Да наша история — это одни войны, убийства и предательства.


— Нет, ну у нас всё как-то не так, — попытался возразить, но чувствовал, что сам случайно завёл себя в западню.


— Абсолютно так же всё. Сильные бьют слабых, хитрые обманывают лопухов, а умные и подлые крошат их всех вместе взятых.


Саша не нашёл, что на это можно ответить. Желания спорить не было. Помолчали. Маша, пережевав свои мысли, решила продолжить прерванный рассказ.


— Я только полтора «бывших» застать успела, на самом деле. Думаю, «водитель»… ну типа, разрубил одного. И сожрал по кускам.


Мужчина удивлённо поднял брови. Рассказчица сделала рубящий жест руками. А потом странно улыбнулась. Но не Саше. А подушке в углу. За шкафом.


— Что же это вообще за тварь-то такая? — с трудом сохраняя спокойствие, пытался переварить новости. Внутри всё сжалось.


— Это уже больше к тебе вопрос. Ты же у нас теоретик по «бывшим» человечкам, — попробовала пошутить Маша.


Теоретик только хмыкнул в ответ и закрыл глаза.


«Почему у неё сегодня такое хорошее настроение? Перестала быть мрачной и нервной. Как будто что-то случилось. Может, солнце так влияет?»


— Ты ещё не знаешь, что со вторым было!


— И что же? — не «включая свет», спросил он.


— Они его утащили.


— Кто? — удивлённо уставился на Машу.


— Другие «трупники».


— «Бывшие» утащили «бывшего»? Ты это хочешь сказать? И зачем?


— А, ну так он ранен был, я совсем забыла про это. Голова дырявая. Не выспалась! Его та тварь из машины разрубила от плеча и почти до живота. Сделала ему раздвоение личности, — хихикнула. — Ну, так я смогла разглядеть. Может, он просто ранен был как-то… Не суть, но «водитель» знатно его покромсал. И меня это очень даже устраивает.


— Странно, — лишь проронил он. По телу пробежали мурашки — «почему она не выспалась?»


А потом Саша вспомнил:


— Чёрт! Ведь что-то подобное я уже видел! Тогда один «бывший» обнюхивал другого, а потом взял его и куда-то унёс. Да, вот как-то так всё и было.


Маша от удивления открыла рот:


— Такого ты мне не рассказывал.


Пожал плечами, мол: всего не расскажешь.


— И знаешь, не то чтобы я не придал этому значения тогда. Просто не знал, что и думать. Тот забрал того. Эти утащили этого. Но в моём случае «первый» вроде был… здоров. А после твоих слов, получается — это система какая-то.


«Эх, Сашка-Сашка, что ж в твоей голове-то?»


— Хм, — скривив лицо, женщина сделала вид, что пора переходить к обсуждению другого вопроса. — И почему они его там же не сожрали?


Саша посмотрел на неё. Картинка в его глазах начала раздваиваться, но несколько раз моргнув, он вернул всё на свои места. Стараясь не потерять концентрации, немного удивлённо спросил:


— Ты считаешь, они забрали «первого», чтобы просто съесть?


— Зачем же ещё!


— Не знаю. Тогда можно было его и на месте съесть. Не отходя от кассы, так сказать.


— Там их этот урод мог достать! — возбуждённо начала спорить Маша. — Наверное, побоялись, что он их тоже порвёт.


— Это, конечно, да, — задумался он, — но если бы всё и правда было так просто, как ты считаешь… Тогда эти тупые твари начали бы жрать «первого» прямо там, — мужчина немного робко посмотрел в глаза собеседнице, будто ожидая возражений. — На них бы напал этот, как ты его называешь, урод из машины. И тогда они всей стаей в ответ кинулись бы на это существо. Причём, ты же сказала, что на шум сюда пришли разные «бывшие»? Даже «гончие» соизволили?


Женщина, на секунду задумавшись, кивнула и, словно с её разрешения, Саша продолжал:


— Так вот, эти разные «бывшие», даю тебе сто процентов, убили бы тварь из машины за несколько минут. Если только у неё не повылезало бы ещё таких лап, которыми она орудует.


Помолчал и серьёзно посмотрел на Машу:


— Но раз этого не произошло. И они, как ты говоришь, унесли своего. Значит, «бывшие» — существа более сложно организованные, чем нам кажется.


— Почему? — глупо спросила женщина.


— Потому, — немного раздражённо, из-за алкоголя в крови, сказал Саша. — Потому что они, видимо, поняли, что эта тварь им не по зубам! И просто забрали своего, чтобы сожрать в сторонке. Или унесли его лечить или что-то такое делать.


— Н-да. Надо бы тебе лекарства перестать давать. А то тебя, похоже, понесло. «Бывшие» уволокли «бывшего», чтобы лечить! Фигня какая-то!


— Может быть, меня и штормит, — согласился он, продолжая раздражаться. — Но я пытаюсь найти нормальные объяснения этой ерундистике. Почему «бывшие» ведут себя именно так, как они это делают? Какие законы ими движут?


— Законы? Ты думаешь, что это и правда может быть так? — с лёгкой, но презрительной насмешкой спросила Маша.


— Да, — процедил сквозь зубы мужчина.


— Как бы не показались тебе настоящие ответы на эти вопросы ещё страшнее, чем ты там себе выдумываешь, — загадочно прошипела она и подошла к окну. Выглянула наружу.


Улица. «Бывшие» вдалеке. Солнце. Тепло.


Время гулять, а не выживать.


— Из твоей версии выходит, что «бывшие» могут испытывать страх.


Маша повернулась и с непониманием посмотрела на собеседника. Чувствовалось, что она раздражена. Эти же эмоции начинали закипать и в её госте.


— Да, — Саша повысил голос, а непривыкшая к такому Маша, даже стала как будто внимательнее его слушать. — Ты говоришь, что неживые ушли, потому что их могла сожрать эта штука из машины?


— Ну да, — ответила она не очень уверенно и добавила: — Ну я так думаю.


— Тогда получается, они соображают что ли? Боятся? Понимают, что такое угроза?


— Да это же «трупники»! Как они могут соображать?


«Да, Санёк точно сбрендил».


— Почему тогда ушли? И унесли с собой «бывшего»? Будь они так тупы, как мы думали, то сожрали бы его на месте. Но неживые повели себя иначе!


Маша промолчала. Не сводила глаз с одной точки. Не нужно объяснять, куда она смотрела.


Саша присмотрелся к подушке на полу. И заметил вмятину в центре. Точнее заметил её он сразу, но не придал значения тому, что увидел. Такая вмятина, будто кто-то долго там сидел.


«Но кто? И когда? Что тут вообще происходит?! Ч-чёрт!», — только и успевал спрашивать сам у себя мужчина, параллельно с рассуждениями о сообразительности «бывших».


— До тебя что, и правда, не доходит? — Саша почти кричал от страха и раздражения на какую-то Машину непробиваемость. — Забыла, блин, она мне сказать! Да это может самое важное, что ты кому-либо должна была сказать! Ещё бы через неделю вспомнила!


— Думаешь, такое возможно? — сквозь зубы процедила она, окинув собеседника леденящим взглядом, враз сбивающим любую спесь.


Подействовало. Саша виновато потупился, начал бормотать уже шёпотом:


— А какое, блин, возможно? Ты же это видела! Не я! Мне с твоих слов думать приходится!


— Ты хочешь сказать, что «трупники» могут думать? — строго спросила Маша. — Соображают они?


Мужчина заметил, что она взялась за рукоятку ножа, висевшего на поясе. Возможно, просто автоматическое движение, а может быть, женщину охватила тихая ярость от тона собеседника. И Саша понял: лучше вести себя тише.


— Не хочу я этого говорить... Но зачем им было уносить его? Вот для чего? Почему?


— Сожрать!


— Почему не сожрать на месте?


— Там эта тварь опасная!


— Ну вот, — сказал он тоном родителя, который объясняет ребёнку совершенно очевидную вещь.


— Что ну вот?


— Ну как ты не поймёшь? Они не тупые!


Маша открыла было рот, но тут до неё наконец-то дошло. Головоломочка собралась.


— Вот же чёрт! Они не тупые?


— Ну слава небесам!


— Мы точно сдохнем.


— Что?


— Если они соображают. Нам конец.


— Над этим ещё надо подумать, конечно, — устало сказал Саша. — Как голова нормально заработает. А то сейчас я прямо на пределе всего.


«А почему тогда "трупники" напали на ту тварь, если они понимают?»


— Да! — воскликнула Маша.


— Что? — испугался мужчина.


— Что-что, слушать надо!


Волна дрожи прокатилась по Сашиному телу.


— Объясни-ка мне, почему тогда они напали на «водителя»? Те двое? Одного он сожрал, а второго унесли. Если ты говоришь, что они соображают! То почему те двое напали? Они же должны были понимать.


Теперь уже Саша задумчиво смотрел на подушку за шкафом. Головоломочка разобралась.


— Действительно, — прошептал мужчина. — Я не знаю. И правда, тогда всё как-то сложно получается. Как-то нелогично.


«Совсем поехал наш Шурик».


— И почему они друг на друга тогда не нападают. Ну ходячие «бывшие»? То есть на штуку в машине одни напали. И получили. Другие не напали и утащили своих.


«Что-то у меня голова кругом».


— Да, как-то странно и запутано выходит, — расстроенно согласился Саша. Только что у него имелась стройная теория о поведении «бывших», а теперь она, мягко говоря, выглядела неполноценной или однобокой.


— С другой стороны, может они действительно, как люди? Могут и на своих, и на чужих нападать?


— Да? Но ради чего?


— Может, ради еды?


***


— Я вот что ещё хотела сказать… Сказать. Предложить. Не знаю.


— Господи, что ещё? Ты видела, как они разговаривают? У них есть письменность? — дал волю своему чувству юмора Саша.


Маша зло сверкнула глазами, и мужчина притих. Поправила нож на поясе:


— Надо выбираться, Шурик-дурик. Предлагаю объединиться… Хотя мы и так уже с вами, можно сказать…


У Саши кольнуло сердце: «Ну вот опять она со своим "мы". Да что за черт?»


«Чего это он так поморщился?» — заметила она.


— Я тут думала… Рядом же воинская часть есть. Может, нам туда рвануть? Там оружие должно быть. Наверное, и еда. Люди, мало ли, тоже есть.


— Ничего себе. А далеко это? Что-то такое смутно припоминаю.


— Да тут на Краснинском, — показала рукой в сторону.


— На Краснинском, на Краснинском… — пробормотал, вспоминая. — А, понял. Проезжал, да, как-то мимо неё. Слева от дороги? Там забор из плит такой, да? — Маша кивнула. — А как мы туда доберёмся?


— Да на тачке.


— Хм, — даже удивился такому простому решению. — Но найти машину не так-то просто.


— Ай, машину-то мы найдём, — успокаивающе махнула рукой. — У нас их тут во дворе полно. Туда если вглубь и чуть вправо пойти, их много стоит. Причём, там детский садик был, куда иногда на очень приличных тачках приезжали. Ещё бы, считай центр города, — заговорщицки подмигнула.


— Да, но аккумуляторы, наверное, все сели. Столько времени стоять. Не заведётся же ничего, наверное?


— Многие. Большинство даже сели. Но не все. Нормальный, хорошо заряженный аккум и дольше простоит.


— Серьёзно? — спросил Саша вслух, а про себя подумал: «Да откуда ж ты это знаешь?»


— Сто процентов. Надо просто тачку нормальную взять.


— Какую?


— Не знаю. Дорогую. Тебе какие больше нравятся?


Маша снова выглянула в окно.


Никого.


— Ну так что? Мы в месте?


— Да, ответил Саша. — Мы с вами.


Маша загадочно улыбнулась и посмотрела на подушку.

Показать полностью
61

Перунова дочь ч2

Вышел во двор, и пошёл к крыльцу. Около дома, на скамейке, стояла банка с квасом, и кружка. Наверняка Маша для меня оставила. Я налил себе полную кружку, залпом выпил, и присел на скамейку, опёршись спиной о бревенчатую стену дома. Скоро закат, солнце уже через час коснётся леса… Я наслаждался покоем и чистым воздухом деревни, глядя на краснеющее сквозь дымку редких облаков, солнышко…

-С лёгким паром! – Маша выскочила из-за дома, и пошла к бане с тряпочным узлом в руках.

-Спасибо Машенька, за баню. –я лениво подумал, а что она ответит, предложи я сейчас уже ей спинку потереть… Наверно ничего хорошего… Я сидел, потягивал квас, и думал, чем кончится сегодняшний вечер. Вариантов развития было очень много, как приятных, так и не очень… Спустя минут двадцать, открылась дверь предбанника и оттуда вышла Маша. С меня сразу слетела вся дремота и расслабленное состояние…

Маша, одетая в короткое, чуть выше колен, белое платье, с распущенными волосами, спускающимися гораздо ниже тонкой талии, перетянутой кожаным ремешком.

Я попытался ей сказать –с лёгким паром, но мгновенно пересохшее горло согласилось только на хрип. Рефлекторно отпив из кружки, всё-таки сказал.

-С лёгким паром. –и не смог удержатся.- Маша, до чего же ты красивая…

-Спасибо. –она хитро прищурила в улыбке глаза, и спросила. –Ну как, берёшь меня замуж?

Даже не думая, я сразу ответил:

-Да, конечно! А ты… -я так и не смог задать этот вопрос. Не умещалось у меня в голове, как ОНА может захотеть выйти за меня замуж.

-А я… -она намеренно затянула паузу и тряхнув всё ещё влажными волосами, продолжила. –А я тоже согласна!

У меня, за время этой паузы, похоже даже сердце не стучало. Я потянулся к ней, с желанием прижать к себе, и поверить, что это не сон. Но Маша неуловимо выскользнула, и шутливо погрозила мне пальцем:

-Ишь, какой быстрый! А благословление получить? Пойдём за мной. –Маша развернулась, и лёгким, но быстрым шагом, пошла в огород. Я поднялся, и недоумевая, пошёл за ней. У кого она благословления попросить хочет? Насколько я знаю, тут церквей рядом нет… Хотя, какая церковь? Судя по словам бабы Нюры, она вообще язычница.

Мы прошли вдоль огорода, выходящего задом прямо в лес. Елки-палки, я же забыл кроссовки одеть! Как по лесу идти без обуви… Хотя Маша вот тоже босиком, значит идти недалеко.

Войдя в лес, Маша сразу сбавила шаг. Я догнал её, и пошёл рядом, внимательно смотря под ноги.

-Так у кого же мы идём благословления просить?

-У родителей моих, у кого же ещё? –я после этих слов споткнулся даже. Мать у ней, шесть лет как умерла, да и отец уже с полгода как…

-Я знаю, что баба Нюра тебе рассказала. И знаешь, почти всё –правда. Единственно, Любава, что сестрой мне всего месяц была, сама умерла. –она немного помолчала. –А вот в смерти приемной матери я виновата. Перед тем, как меня в церковь крестить повезли, увидела я во сне настоящую мать. Она мне и сказала, что сумеешь уговорить, чтоб не крестили, хорошо будет. А если, не смотря на все твои уговоры, насильно окрестят, тогда беда в дом придёт. –она вздохнула –и ведь почти уговорила ведь… Да пришла как раз баба Нюра и говорит, что ты соплю эту слушаешь, и так нехристем десять лет живёт и так далее. Так и окрестили меня насильно. Вот Перуница и обиделась, да и отомстила.

Я задумался. Перуница… Это же богиня старославянская… Как всё запущено… Неужели она сама верит, в то о чём говорит? Наверняка простой сон и совпадение.

- А вот Алексей Михайлович батюшку моего разгневал. Лишил он его удачи на охоте. За пьянство, до потери разума, да и за то, что он хотел со мной сделать. Хоть я просила за него. Но… -она вздохнула –Богам никто не указ, особенно когда они разгневаны. А мне их жаль, особенно Екатерину Васильевну… Она своим молоком меня вскормила, вырастила.… Да и Алексей Михайлович, за мной, как за родной дочерью смотрел.… Словом меня никогда не попрекнули, что не родная я им. А вот видишь, как получилось…

Я посмотрел на неё, слёзы бегут по щекам, и падают на платье. А я даже не знаю что сказать. Она заметила мой взгляд, вытерла рукавом лицо, и через силу улыбнулась.

-Всё больше плакать не буду. Да и пришли мы уже. –она показала на большую зелёную поляну, с одной стороны которой было небольшое озеро, а с другой лес. –Гордись, здесь кроме тебя только Алексей Михайлович был. Первый раз, когда меня нашёл, а второй, когда по следу моему шёл. –Она остановилась у края поляны, глубоко вздохнула, успокаиваясь. – А теперь пошли благословления просить.

Нда… Первый раз у меня мелькнула мысль, а всё ли в порядке с Машей, не сказалась ли на ней смерть родителей, в психологическом плане. Опять же, сколько уж одна живёт… Раздумывая над этим, я даже не заметил, как мы подошли к двум идолам, которых я издалека принял за сгоревшие деревья.

-Это что, и есть языческие идолы? –в слух удивлённо спросил я.

-Не идолы, а кумиры! –поправила меня Маша.

Двухметровые столбы, в полтора моих обхвата, были вкопаны в метре друг от друга. Первый кумир, был очень стар, вероятно, из дуба. Но больше меня поразило его лицо. Это было лицо Бога. От него веяло такой силой, что хотелось опуститься перед ним на колени. И совсем не похожее на Иисуса, каким его рисуют на иконе. Это был Воин, именно с большой буквы. Я смотрел и оценивал резку по дереву, она была бесподобна. Я бы так не смог. Каждая морщина, детально изображённый шрам на щеке, изгиб губ, форма подбородка –всё кричало о силе. Невероятно! Это мог сделать только великий скульптор! Даже рассматривая античные статуи, я не видел столько жизни в их лицах и телах… Я перевёл взгляд на второй кумир, его делал тот же скульптор, только лицо было женским. Это было лицо Матери. Оно просто дышало добротой и заботой…

Я видел по телевизору языческие идолы, не помню уж, каких богов. Но там были просто столбы, с грубо вырезанными лицами, на которых вовсе отсутствовали индивидуальные черты. Вот значит, чем идол от кумира отличается…

Тут Маша взяла мою руку в свою. Это было первое наше прикосновение, тёплое и нежное.

Маша улыбнулась мне, застенчиво и беззащитно. И встала на колени, потянув вниз и меня. Ну, от меня не убудет, штаны только жалко, белые ведь.

-Вообще-то, перед русскими богами на коленях не стоят, -прошептала Маша. –Но у нас случай другой, мы за благословеньем родительским пришли. –она посмотрела на кумиры, и нараспев произнесла:

Перун-батюшка, Перуница-матушка, привела я вам сына нового,

И прошу благословенья вашего, на жизнь с ним вечную.

Верю я, что не найти вам мужа мне лучшего,

И отца хорошего, внуку вашему.

Маша опустила голову вниз, и тут же прозвучал гром такой силы, что у меня грудная клетка завибрировала! Я посмотрел на закатное небо, солнце уже наполовину скрылось за лесом, но не то что тучи, даже облачка на небосклоне не было… Вот тут я, какой-то частью души поверил… Маша радостно вскочила на ноги, выдернув свою руку из моей, обняла Перуна, как я уже понял, и спустя минуту, Перуницу. –Спасибо батюшка, спасибо матушка! Я так рада! –обернулась ко мне- Серёжа, прикоснись к ним!

Я встал на ноги, и одновременно положил ладони на два тёплых от вечернего солнца ствола. Перун ощутимо излучал силу и добродушие, а Перуница материнское тепло и радость. Тут я безоговорочно во всё поверил! И, видать вдобавок, что б уж точно не сомневался, с безоблачного неба в озеро бесшумно ударили две молнии, нарисовав на мгновение английскую букву «V». Только размером с Эльбрус.

Маша совсем по-детски радостно завизжала, схватила меня за руку и потащила к озеру. Когда мы подбежали к озеру, Маша отпустила мою руку, развязала поясок, и мгновенно стянула через голову платье. У меня в зобу дыханье спёрло, как сказал поэт…Теперь я понял, что он хотел этой фразой сказать… Прекрасно-белое, нагое девичье тело тут же скрылось в воде.

-Серёжа, пошли купаться! - Маша плыла уже в десяти метрах от берега, когда я пришёл в себя.

- Ты куда! Вода ещё холоднющая! Май месяц только! –я не в шутку забеспокоился, у меня как-то судорога в речке ногу свела, так еле до берега доплыл. Маша звонко рассмеялась, нырнула и тут же вынырнула. Прямо русалка - каштановые волосы, в свете заходящего солнца, отливали зелёным.

-А ты попробуй!

Я подошёл и сунул голую ступню в воду. Действительно, температура воды градусов тридцать! Как парное молоко! Уже не списывая это на термальные источники, я разделся и прыгнул в воду. В три мощных гребка я догнал Машу, и почему-то остановился, наверное, смелости обнять не хватило. Она засмеялась, подплыла ко мне, и закинув руки мне на шею, прижалась. И тут же окунула меня с головой!

-Я отомщу! –крикнул я вынырнув, и пустился в погоню…

Когда последний луч солнца покинул озеро, мы целовались в воде около берега, а мои руки скользили по её телу. Маша оторвала свои губы от моих, посмотрела в вечернее небо, где уже начали появляться звёзды, и выдохнула:

-Первомай… Сегодня праздник весны, самый главный. –прижалась ещё сильнее, и спрятала лицо у меня на шее. –Вынеси меня на берег.

Я скользнул рукой по её телу, взял под колени, и вынес на берег. Не зная, что делать дальше, остановился. Маша вывернулась из моих объятий, встала ногами на траву, и опускаясь, потянула меня на себя…

***

Я проснулся с первыми лучами солнца, упавших на моё лицо, Машина голова лежала у меня на груди. Не смотря на май месяц, я абсолютно не мёрз. Спасибо, Перун-батюшка. Я верю в тебя.

Мы лежали на траве, всего в нескольких метрах от воды, Маша по-детски посапывала, а я вспоминал прошлое.

Помню, мама рассказывала, когда мне был всего год, повезли меня в церковь крестить, а как только туда занесли, так я сознание потерял, так и остался некрещёным. А в двадцать лет я сам пошёл в церковь, даже не знаю, зачем, наверное, просто посмотреть захотелось. Как зашёл, задыхаться начал, как-будто воздуха не хватало, и сразу выбежал на улицу. С тех пор больше меня в церковь не тянуло.

И тут я понял, почему молния в мой цех попала! Перун! Я дернулся, что бы подбежать к кумиру, и сказать всё, что я о нём думаю, но тут же одумался. Если бы не пожар, навряд ли бы я сейчас здесь был. И эта прекрасная богиня, что лежит на моей груди, могла бы лежать на другой…

Маша пошевелилась, и сонно сказала:

-Успокойся, ты бы всё равно приехал. Я как в прошлом году тебя увидела, сразу знала, что ты мужем мне станешь.

-Доброе утро, богиня! – я поцеловал её в лоб, и провёл рукой по волосам, слегка прикрывающим нагое тело. –Ты уже читаешь мои мысли?

-Я не богиня, во всяком случае, пока. А просто дочь Перуна. –она провела рукой по моему плечу. –Но могу ей стать, так же как и ты богом. А мысли я твои не читаю, а просто чувствую!

Просто чувствует! Мне бы так!

-Хватит завидовать, Серёж, как сын родится, и ты так сможешь. Батюшка сказал, внука как ему рожу, он воплоти на землю сойдёт. А кто с настоящим богом встречается, тот немного божественной силы получает.

Я почему-то ясно почувствовал, что ровно через девять месяцев, день в день, у нас будет сын.

-Ага… -уже почти проснувшись, произнесла Маша. –Будет, точно.

-Маша, а сколько Богов всего сейчас? Ты знаешь?

-Русских?

-Да.

-Двое всего и осталось…

-Как двое? –удивленно спросил я. –Да их там около пятидесяти было?!

-В том то и дело, что было. –она перевернулась на спину. –Я тебе всё сначала расскажу… Когда Иисус Крест в иудее начал силу набирать…

-В смысле Крест??? –перебил я.

-Ну так его Боги прозвали, за шутку с крестом. Он только потом начал Иисус Христос называться. И вообще, не перебивай меня! –Маша легонько стукнула меня в грудь.- Так вот… Никто из старших Богов и не думал, что он силу такую наберёт, да ещё так быстро.

У них там, -она указала в рукой в утреннее небо. –Всё поделено было, кто и откуда силу берёт. И между собой договорённость была, что насильно в свою веру обращать нельзя, и от людей брать больше, чем они сами хотят отдать, тоже нельзя. У Русских Богов, заведено так было: когда человек на капище приходит, и просит чего-нибудь, только тогда силу им отдаёт, добровольно. А Бог, к которому сила пошла, должен был по мере сил выполнить его просьбу. Ну, естественно, в соответствии с отданной силой. Некоторые войны, до того в Перуна верили, столько силы ему отдавали, что в легенды вошли. Перун, за их веру, почти непобедимыми делал. Ну, Илья Муромец, Пересвет… да почти все былинные богатыри. –она замолчала, задумалась.- Ой, что-то я не про то говорю… Это закон Богов – На сколько человек верит, столько и получает.

Крест на все правила наплевал, ну, образно, конечно. Он свою религию построил таким образом, что в церкви от людей очень много силы к нему уходит. Хочет человек этого, или нет. Нательные крестики, тоже своего рода проводники силы.

-А иконы? –вспомнил я.

-Нет, иконы люди сами потом рисовать начали… Я же просила не перебивать! В общем, Христос, постоянную подпитку себе сделал. Взамен же ничего людям не отдавал. А потом, через людей конечно, начал насильно целые страны обращать. Только тогда Перун и обратил на него внимание. Ну и лет пятьсот-семьсот назад вызвал его… Как сказать… Что-то вроде поединка, дуэли. Я толком и сама не поняла. Вот и бились всё это время.

-Что, все пятьсот лет? –не выдержал я.

-Для Богов пятьсот лет, как для человека пять дней. До чего отец тогда силён был, но один справится с ним не смог. Крест тоже не слабее, конечно был, но через церкви и нательные кресты к нему постоянно сила приходила. А Перун накопленную силу тратил. Тогда и решили Русские Боги Перуну всю, до последней крохи, силу отдать. Только так он смог с ним справится.

Я не смог удержаться, и опять перебил Машу:

-Так, что, Перун убил Христа?

-Глупый ты… Боги умирают только тогда, когда люди о них забывают.

-Чего это я глупый? –я возмутился –Не все же тут дети богов! Так что он с ним сделал?

-Пока доступ к силе людской закрыл, на пару тысяч лет - Маша зевнула и продолжила. -Пусть подумает пока. Израиль только ему оставил, да наказал, что б за людишками своими следил. Только не видно, что б он ими занимался, то теракты, то войны…

-Так получается, что теперь только Перун с Перуницей на Руси будут?

Маша звонко засмеялась.

-Нет, конечно. Вот как раз возрождением Русских Богов, наш сын, Богуслав, заниматься будет. –я хмыкнул. -Ты уже и имя ему придумала? А вдруг я захочу другое имя дать?

-Хочешь поспорить с тестем? – она приподнялась на локтях, и хитро посмотрела мне в глаза.

-Нет, не хочу. –ага, с ним поспоришь, уронит что-нибудь мне на голову, типа небольшой молнии -Значит это он имя ему придумал…. Слушай Маш, а как… Богуслав их возрождать будет?

-Не знаю. Даже Перун не знает пока. –она опять легла мне на грудь, и замолчала.

Дела… Вот значит как оно на самом деле было…

-Все эти столетия на Руси Богов не было. Потому и люди болеть больше стали, и страна сколько всего страшного перенесла. –гладя мою грудь продолжила Маша.- Начиная от Монгольского Ига, Революции, Второй Мировой…. Отец с мамой, всего двадцать лет назад смогли появиться, и то уже страна потихоньку восстанавливаться начала. Пройдёт ещё лет двадцать, сын наш подрастёт, и Россию вообще не узнать будет.

-Так а мы с тобой с боку от всего останемся? –меня задело. -Сын мой восстанавливать всё будет, а папка его на печи лежать?

-Размечтался! Тебе работы на пятьдесят лет вперёд Перун уже наметил. Думаешь, просто так тебе Перунова дочь досталась? –она весело засмеялась.

-И что мне, кроме воспитания сына, конечно, делать придётся? -я искренне недоумевал.

-Ты должен, один, только с моей помощью, на этой поляне сделать и поставить кумиры всех Русских Богов, что Перуну силу свою отдали.

Ни фига себе, работёнки мне тесть намерил. Это же и правда, найди дуб, спили, ошкурь, сюда притащи, да лицо ещё резать сколько. Яму вырыть, вкопать…. Я даже застонал про себя, представив предстоящий объём работ.

-Да, муженёк, никто и не говорил, что Русь возрождать легко… Но ничего, глаза боятся, а руки делают. С нами Перун!

Я притянул к себе гибкое тело, зарылся носом в пахнущие свежей травой волосы, и подумал -три дня отдохну, тестюшка дорогой, а потом за работу.

Показать полностью
885

Как поймать эльфа

За прилавком, между длинным парнем с морскими рыбками и приземистой бабусей со столь же морскими свинками, расположился мужчина, замотанный по брови шарфом. Он открыл клетчатую сумку и вынул оттуда трёхлитровую банку. На её дне, среди кусочков цветной бумаги, сидели эльфы.


Парень с морскими рыбками согнулся во втором своем метре и заглянул в банку.

– Это что? – спросил он с тоном превосходства хордовых над чешуекрылыми.

– Эльфы.

– Почём?

– Пятьсот рублей.

Парень уважительно протянул мужчине руку:

– Борис.

– Семён, – буркнул мужчина, снимая рукавицу.

Тут из-под локтя заглянула приземистая бабуся.

– И зачем они?

– Ну а хомяки твои зачем?

– Это морские свинки, – обиделась бабуся, – детям развлечение.

Морские свинки нахохлились, всем своим видом выражая нежелание кого-то развлекать.

– Эльф. Волшебное существо.

– И чего они умеют? Желания исполняют?

Лицо, замотанное шарфом, изобразило сарказм.

– Ага. Стоял бы я тут тогда.

– Может удачу приносят?

– Мне не носили.


Бабуся замолчала. Эльфы лениво ходили по банке, зевали, взмахивали крылышками. Ярко-оранжевая парочка прижалась личиками к стеклу.


Между рядов с клетками и аквариумами неспешно проходили разнообразные люди в пальто и пуховиках, с сумками и просто, взрослые и дети. Всё это разнообразие бубнило, перемешивалось и выдыхало пар из ртов. К Борису подошёл большой, ватой набитый дед. В ногах у него мыкался мелкий ребятёнок непонятного пола с варежками на резинках.

– Черви есть?

– Трубочник есть, мотыль.

– Деда смотри!

– Мотыля покажи.

– Деда-а-а!

– Вам два коробочка? Три?

– Чего он дохлый такой?

– Деда, это чего в банке, а?

– Где дохлый, мужчина? Путёвый мотыль.

– С какого он бока путёвый?

– Деда, смотри – девочки с крылышками!

– Розовый. Вкусный. Берите!

– Сколько просишь?

– Двадцать пять.

– Де-е-е-е-е-д-а-а-а!

– Уступи десятку за два коробка.

– Не могу, мужчина. Себе в убыток торгую.

– Дед!

– Три шкуры дерёте! Торгаши!

– Вы сколько брать будете?

– Да уж не ведро!

– Берите три коробка, десятку уступлю.

– Де-душ-ка!

– Ладно, давай два коробка, коль уступаешь.


Ватный дед отслюнявил червонцы и спрятал пакет во внутренний карман. Поближе к сердцу. Ребятёнок похлопал деда по колену.

– Деда! Ну смотри – фея!


Дед приблизил левый глаз к трехлитровой банке, поморгал и отодвинулся.

– Чего за звери?

– Эльфы.

– Деда, давай купим!

– Сколько просишь?

– Пятьсот.


Дед отодвинулся и загнал взглядом Семёна, банку и прилавок во внутреннюю прицельную рамку.

– Иди ты. На птичьем по двести никто не берёт.


Семён подтянул шарф и пробубнил:

– А я и не навязываюсь.

– Самцы?

– Поди разбери.

– Мотыля едят?

– Не. Они как бы любовью питаются.

– Ась?

– Любить их надо. Тогда живут. Без любви дохнут.

– Деда, бери! Я их уже люблю.

– Молчи, Валька! – ответил дед, оставив половую принадлежность ребёнка под вопросом.

– Мужчина, возьмите лучше морскую свинку! Полкило восторга!

– Нет, свиней вокруг и так полно. Свинья на свинье.

– Деда!

– Мелкие они у тебя. Морёные. Давай, за триста возьму.

– Четыреста.

– Совесть есть? Есть совесть у тебя, я спрашиваю?

– Ладно. Чтоб почин не спугнуть.


Семён подвинул банку к краю прилавка и кивнул Вальке.

– Протяни руку.

– Выбирать, да?

– Не. Они сами выбирают.


Крошечный эльф морозно-синего цвета вспорхнул Вальке на палец, ухватился ручонками и забрался в ладошку.

– Ну вот. Кормить его не надо, поить тоже. Люби только, одного не оставляй, а то заболеет.

Ватный дед ухватил ребятёнка за капюшон и потащил дальше.


У прилавка остановилась немолодая пара. Жизнь их склеивала, отрывала и опять сминала вместе. И вот уже они друг без друга не полны. Выпуклость к впадинке.

– Что это? Здрасти! – сказала женщина удивлённо.

– Эльфы.

– Посмотри, Серёженька, чудо какое!


Мужчина что-то буркнул и остался на месте.

– Они продаются? – женщина приблизила глаза к стеклу, осторожно постучала ногтем.

– Пятьсот рублей.


Женщина заворожено извлекла из кармана кошелёк. Семён пододвинул банку, но ни один эльф к ней в руки не пошёл.

– Дайте вот этого – зелёненького.

– Видите – не идёт он к вам.

– А вы достаньте.

– Не могу. Сам должен прийти.

– Так он не идёт.

– Вижу. Значит, не продам. Извиняйте.

– Как? Почему же?

– Им, эльфам, любовь нужна, иначе помрут.

– Ну вот и хорошо! Я его буду любить, ухаживать буду за ним.

– Ухаживать… Не продам, коли сам не идёт.


К прилавку пододвинулся муж.

– Я что-то не понял, тут рынок?

– Рынок-то он рынок, но… не продам. Ну сдохнет он у вас.

– Идём, Лен, – сердито дёрнул жену за рукав Серёженька.

– Но…

– Пошли. С психами я ещё не связывался.

– Хотите – тысячу заплачу? – сказала Лена.


Семён всплеснул руками.

– Барышня, да это тут причём? Вот я его вам продам, а он любовь к себе притягивает, требует. А ежели пересилит супруга вашего?

– Как это?

– Да просто. Магическое существо. Без пропитания ему нельзя, материального-то оно и в рот не возьмёт! Или супруга разлюбите, или эльф помрёт. Хорошенькая покупка.

– Вы… шутите, да?

– А вот, дамочка, возьми лучше свинью морскую! Или двух!

– Свинью? – испуганно спросила Лена.

– Ага! – радостно сказала бабуся и соломинкой простимулировала свинку показать свои стати.

Рыжий, косматый, угрюмый жирдяй забрался в колесо и сделал несколько шагов вперевалку.

– А? Глянь, какие кунштюки ушкваривает!


Зелёного эльфа, получил пятиклассник без шапки и двух зубов. Лимонно-желтый выбрал себе в хозяйки смешливую девушку с пирсингом. Вид железных шариков в носу, в губе и даже на языке потряс Семёна, но эльф не задумываясь вспорхнул ей на воротник. Бирюзовый эльф устроился в варежке сухонькой старушки с сияющими глазами. Она дала за него Семёну сто рублей мелочью и веснушчатое зимнее яблоко.


За три часа он распродал всех эльфов, кроме одного. Оранжево-красный, как язычок пламени, ни к кому не хотел идти.

– И часто они так… кочевряжаться? – спросил Борис.

– Да бывает.

– И чего тогда?

– Ну чего. Обратно отпускаю.


Борис достал термос кофе и развернул из фольги два бутерброда с копчёным салом. Приземистая бабуся скребла ложкой в кастрюле с картошкой и варёной рыбой. Семён перекусом не озаботился.

– Ты их где ловишь-то? Или секрет? – спросил Борис, активно жуя.

– Внучка ловит.

– А где?

– Да не скажет он, – сердито постучала ложкой о край кастрюли бабуся, – жмот.

– А чего не сказать-то? Я секретов не делаю. Берёт внучка моя, Милка, коробку акварельной краски. Только медовая нужна, и вообще лучше мёда добавить для густоты. Липового. Дальше – надо в ванной всё зеркало разукрасить акварелью, погуще так. И разрисовывать надо в темноте. И чтобы девочка разрисовывала. Как высохнет – вносим свечку, только зайти надо спиной вперёд. Самое оно, если на стекле останется одно окошко, или два, тогда может и приманишь. Потом просто – банку трёхлитровую приготовь. Перед зеркалом бумаги цветной настриги. У них же там всё серое, у эльфов, вот они на цвет-то и клюют. Ну а как они, стало быть, из зеркала полезут, ты их банкой и накрывай. Да! Забыл совсем! Одежду надо надеть шиворот-навыворот, эльфы тогда не увидят. И булавку медную прицепи на ворот. Чтобы того… глаза не отвели.

– Чего?

– Ну мне раз глаза отвели, так я целый час в ванной стоял и в зеркало пялился.

– Зачем?

– Выход искал.

– Из ванной?

– Тьфу, пропасть. Из зеркала!


Слушатели расхохотались. Бабуся прохрюкалась и вытерла рот платком. Борис, опершись о прилавок, некоторое время ещё побулькивал, но вдруг поднял глаза и осёкся. Семён махнул рукой и выпустил пар изо рта прямо сквозь шарф:

– Да чего вам объяснять – всё равно не поверите!


Перед прилавком невесть откуда оказался неприятный, известный всему рынку детина. Звали детину Соплёй. Но звали его так за глаза и в верной компании.


Был он высок ростом и лицом широк – по блину на каждой щеке поместится. Волосы, брови и даже реснички – бесцветные, как подвальная плесень. Глаза васильковые и пустые, по меткому слову поэта: как два пупка. Сын директора рынка, и сволочь крайнего разбора. Сейчас он был слегка поддавши. В такие минуты его настроение колебалось на кромке. С одной стороны – буйное веселье, когда он бегал по рынку, натянув на голову отобранный у вьетнамцев малиновый бюстгальтер арбузного размера. С другой стороны – гадючья злоба, плевки в суп обедающим торговцам, затоптанная корзинка с котятами. А переход осуществляется лёгким толчком с любой стороны.


Сопля привалился к прилавку спиной, иронически глянул на толкущихся покупателей. Ухватил лапой плюгавого паренька с косенькими глазами.

– Эй, китайса, курить дай!


Китайса вынул пачку, Сопля поплевал на пальцы, вытащил две сигареты, одну сунул в рот, вторую уронил. Китайса дал прикурить. Сопля почавкал, окутался дымом, забрал пачку и зажигалку, отвесил добродушного пинка. Покурил, осовело, наблюдая за дерущимися воробьями. Развернулся к Борису.

– О! Здорово, барбус!

– Здрасти, Эдуард Иваныч. – Улыбнулся барбус Борис, приветливо прогнувшись.

– Ну, чё тут? Как торговля?


Барбус неопределённо скособочился, всем видом показывая, что хотя он и тронут заботой Эдуарда Ивановича, но мотыль квёлый, рыбок не берут, и свободных денег совершенно нет.

– Ладно, брось шлангом прикидываться. Курить будешь?

– Я, Эдуард Иваныч, завязал. Здоровья-то нет, как у Вас!

– Потому что здорово… это… здоровый образ жизни веду!


Сопля придвинулся к Борису. Свёрнутая бумажка перекочевала из руки одного в обширный карман другого.

– Ладно, торгуй, мотылёк. Ах-ха-ха! Ловко подколол? Мотыля продаёшь – значит мотылёк!

– Хрю-хрю-хрю! Здравия желаю, Эдуард Иванович! – улыбнулась пластмассовыми челюстями бабуся.

– Здорово живёшь, Микитична!

– Вы вроде как с лица схуднули, Эдуард Иванович?

– На фитнес хожу. Знаешь, что такое? Это когда спорт.

– Ну, дай-то Бог! – истово перекрестилась Микитична, – нам и без надобности уж.

– Ладно. Хватит мне зубы это самое. Чего там у тебя?

– Как перед иконой, чтоб у меня руки отсохли, если вру!

– Так.

– Нету! Ни одной не продала! А всё конкуренты!

– Какие конкуренты?

– Да вот, – сказала подлая бабка и указала на Семёна, – пять клиентов отбил!


Семён и, отчасти, Борис опешили. Сопля вдруг увидел Семёна с его банкой, как будто они только что вывалились из зазеркалья.

– Оппа! Ты кто такой? Ты чего тут стоишь, а?

– И чего? Купил, вон, место и стою. А что?

– Чего ты тут толкаешь?

– Эльфа вот.

– Дрянь какая-то летучая, – вклинилась Микитична, – больная, наверное, не ест ничего! Сам говорил!

– Нуксь!


Сопля залапил банку. Она почти целиком поместилась в его ладони.

– Оппа! Зашибись! Засушу и на зеркало в тачилу повешу!

– Ты давай не борзей! Поставь банку!

– Пасть закрой, дедушка! – элегантно парировал Сопля, для верности положив вторую ладонь Семёну на лицо. Лицо тоже поместилось в ладони целиком.

– Эт! Ты руки-то убери!


Сопля потряс банкой, отчего крохотный эльф свалился и стукнулся головёнкой о стенку. Потом он сунул банку под полу и пошёл в сторону дирекции, задевая шапкой жестяные козырьки навесов.


Семён перелез через прилавок и крикнул:

– Да что же?! Воруют же! Эй!


Соседи по прилавку превратились в болванчиков с отпущенными нитками – стояли, глазами хлопали, внутренне радовались чужому унижению. Сопля невозмутимо удалялся.

– Эй! Харя!


Сопля продолжал уходить. Эльф в банке попробовал вылететь, но опять стукнулся о стекло.

– Тьфу! Да и пошёл ты! Щенок! Трус! Сопляк!


Такого оскорбления Эдуард Иванович не вынес. Он повернулся, сделал четыре шага, подкинул банку с эльфом и запустил в голову обидчику.


Машина «скорой помощи» долго пыталась протиснуться к рыночным воротам. Наконец встали как-то между бородатым дедом с гусями и бабой с крупами. Румяные, вонючие от табака санитары, резво помчались в толчею. Принесли Семёна с бурым от крови лицом. Он лежал такой маленький, жалкий, вцепившийся в ниточку жизни. Шептал: «Убил… убил… убил». Хлопнули двери, распугала жирных воробьёв сирена. Баба с крупой охнула и уселась на мешки.

Трупик эльфа, раскатанный кованными ботинками в лоскуты, пролежал в грязном снегу недолго – зашипел и превратился в ничто.


Сопля сидел в рюмочной. Перед ним стояла тарелка пельменей со сметаной, стопка, графинчик. Он налил стопку, выпил, с хрустом откусил пол-луковицы, пожевал, закинул в рот пельмень. Самое оно, после физических упражнений, да на морозце, выпить ледяной водки под пельмешки. Настроение у Сопли вновь было превосходное. Солнце проплавило в ледяной корке на окне полынью. Раскалённые добела пылинки плавали в косом луче. Сопля налил ещё стопку, закусил, запил стаканом горького шипучего пива. Разжевал ещё один пельмень и пошёл отлить.


Потом в туалетном предбаннике долго мыл руки, поскольку был он великий аккуратист.

Перед самым выходом Сопля заглянул в мутноватое зеркало. Вскочивший утром над губой прыщик почти уже созрел. А сразу под третьим писсуаром лежала толстая золотая цепь. Сопля резво обернулся и подошёл к писсуару: на метлахской плитке распластана обёртка от конфеты.


Он вернулся к зеркалу и опять всмотрелся в ненаглядный прыщик. Но глаза уже сами скосились на писсуар. Цепь! Цепяра толстенная! Лежит в пятне солнечного света – даже звенья можно разглядеть. Что за чертовня? Сопля опять подбежал к писсуару, и даже заглянул в него. Ничего нет. Солнечный зайчик вдруг появился на ботинке. Сполз по замше на пол, скользнул к выходу из туалета, замер на месте. Вот она! Широкая цепь, нездешняя, как из гробницы фараона. Лежит на полу. Сопля наклонился над ней – цепь рассыпалась на солнечные пятна! Голова закружилась. Зайчики глумливо запрыгали по полу, вскочили на стену, подползли к зеркалу. С той стороны тупо смотрел мордастый юноша.


Сопля подбежал к зеркалу, зацепившись ногой и вывернув плитку с куском бетона. Стекло обернулось прямоугольным окошком, и стремительно зарастало какой-то серой изморозью. В окошко смотрел он сам, длинная нить слюны свисала на воротник. За спиной стоял бледный юнец и вытаскивал из его кармана кошелёк. Второй юнец притоптывал в нетерпении у двери.

– Эй! – крикнул Сопля, ударив в окошко кулаком. – Эй там! Пацаны!


Увы, и его двойник, и тощие наркоманы совершенно ничего не видели сквозь зеркало. Сопля обернулся. Мир выцвел. Вокруг волнами разрасталась черно-серая плесень. С шипеньем истаивали и блёкли краски. Он всплеснул руками – спортивный костюм мазнул в воздухе алым. Цвет сползал и с него, стремительными акварельными дымными струями. С визгом Сопля рванул на тусклый свет в проём двери. Снёс плечом часть крошащейся стены, выбежал в огромную залу с мутным, взболтанным воздухом, стал посреди неё и взвыл совсем уж по-волчьи:

– Отче мой! Еже веси на небеси! Ну чего?! Пусть светится имя! Я больше не буду! Выпустите меня отсюда! Во имя Отца и Сына, аминь!


И дикая молитва помогла – в сажевой тьме Сопля увидел маленький квадратик живого цвета! Он пошёл к нему, расталкивая какие-то осыпающиеся шершавые столбы. А тьма наливалась силой, высасывала реальность, уже и руки стали как стеклянные – кости видно. Того и гляди – растворится. Но – нет. Успел. Успел, чтоб ему сдохнуть! Протиснулся сквозь радужное окошко! А тьма шипнула бессильно, да и сгинула. И он смеялся, смеялся до икоты, и катался по холодному фаянсовому полу.


А потом кто-то невидимый опустил на него сверху большую стеклянную банку.

Показать полностью
622

Страшные и мистические рассказы, которые читаются за час

Страшные и мистические рассказы, которые читаются за час Книги, Фантастика, Ужасы, Что почитать?, Длиннопост

В этой подборке собраны мистические рассказы известных фантастов. И если для Рэя Брэдбери писать страшные истории — обычное дело, то для некоторых других авторов это единственный подобный опыт...

Айзек Азимов

Что, если...


Норман и Ливи отправились на неделю в Нью-Йорк, чтобы таким образом отметить пятую годовщину свадьбы. Радуясь своей взаимной любви к мужу, Ливи всё же иногда спрашивала Нормана: «А что бы было, если бы они тогда не встретились и она не упала бы в трамвае от случайной встряски к нему на колени?». И вот теперь, в поезде на пути в Нью-Йорк, странный молчаливый человечек может дать ответ на интересующий её вопрос...

Рэй Брэдбери

Озеро


Двенадцатилетняя Талли зашла в воду и больше не вышла оттуда. Прощаясь с ней, с озером и пляжем, Гарольд построил из песка половину замка, такого, какой они обычно строили вместе, и сказал: «Если ты слышишь меня, приди и дострой его»...

Роберт Шекли

На пять минут раньше


Стоя перед входом на небеса, Джон Грир разговорился с Ангелом-регистратором и узнал, что ангел смерти забрал его на 5 минут раньше положенного срока. Подумав, он решает вернуться, и прожить эти свои последние минуты...

Клиффорд Саймак

Призрак модели «Т»


Старая модель автомобиля, которая выпускалась в двадцатых годах, может стать своеобразной «машиной времени». Стоит в нее сесть, как нахлынут воспоминания, и машина сама повезет своего пассажира через памятные места к друзьям молодости...

Гарри Гаррисон

Случай в подземке


Уставшие после рабочего дня, мужчина и женщина, работающие вместе, отправляются по домам. Ожидая поезд в подземке, они встречают местного бомжа, который рассказывает им о странных существах, живущих неподалёку...

Роджер Желязны

Спасение Фауста


Вариации на тему известной легенды. Доктор Фауст меняет душу на жажду жизни...

Герберт Уэллс

Цветение необыкновенной орхидеи


Уинтер Уэдерберн, робкий и одинокий человек, с которым никогда ничего не случалось, занимался выращиванием орхидей. Но в 56 лет, благодаря приобретению нового экземпляра для своей оранжереи, мистер Уэдерберн пережил необыкновенное приключение...

Генри Каттнер

Порог


Стивен Хаггард невозмутимо шагал по жизни. Главным его оружием была холодная логика. Вызвав демона, он решил переиграть его на его же поле...

Пол Андерсон

Договор


Асмодею понадобилась Печать Соломона, чтобы завоевать себе подобающее место в Аду. По его расчётам украсть Печать может только человек. Значит надо... вызвать его в Ад...

Артур Кларк

Путь во тьме


У Роберта Армстронга серьёзная проблема: надо пройти несколько километров по малоисследованной планете в абсолютной темноте. Казалось бы, что тут страшного? Но ходят слухи, что на планете живёт какое-то чудовище. Врут, конечно...

Приятного чтения.

Подготовлено телеграм-каналом Литературный журнал

Телеграм автора
Показать полностью
27

Помогите найти фантастический роман

Уважаемые форумчане!

Помогите найти фантастический роман. Лет 8 назад скачал с инета архив с fb2-файлами. В архиве был довольно увесистый фантастический роман. Дело происходит в будущем, на какой-то планете. Повсюду на планете, в воздухе, воде, земле, еде находятся микроскопические роботы - наноботы. Эти наноботы проникают в тело человека и каким-то образом изменяют его, то ли в лучшую, то ли в худшую сторону. Действие в романе происходит попеременно от лица нескольких персонажей, сначала описываются поступки и мысли одного, потом переключаются на другого и так по кругу. Один персонаж путешествует по планете, вроде стремиться в какой-то город, но это не точно. В конце романа, в городе, проходит какой-то торжественный обряд, в итоге которого жрец этих самых нанороботов взрывается и распространяет вокруг себя новых наноботов. чем закончилось - не помню. Буду очень благодарен если подскажите название и автора. Да, автор иностранный, роман переводной.

719

Страшные и мистические рассказы, которые читаются за час

Страшные и мистические рассказы, которые читаются за час Книги, Фантастика, Ужасы, Что почитать?, Длиннопост

Рэй Брэдбери

Толпа


Спенсер попал в аварию и был ранен, когда он лежал рядом с разбитой машиной, он заметил, что толпа зевак собралась слишком быстро. Выйдя из больницы, он решил разобраться с этим явлением...

Г. Ф. Лавкрафт

Данвичский кошмар


Второго февраля 1913 года у Лавинии Уэйтли родился сын Уилбер. Странный мальчик, который рос не по дням, а по часам, внушал страх жителям Данвича. Его деда считали колдуном, а сам он читал в библиотеке Мискатоникского университета черные книги, где выискивал информацию об ужасном Ключнике Миров. Однако все это только пролог к Данвичскому кошмару...

Нил Гейман

Мистерии убийства


Несколько лет назад молодой англичанин застрял вдали от дома в Лос-Анджелесе. Однажды ночью на улице он встречает мужчину лет сорока, который за сигарету решает рассказать англичанину историю. Данная история весьма необычна, ведь из неё становится ясно, что мужчина является...

Стивен Кинг

Секционный зал номер четыре


Быть мёртвым — это странно. Быть мёртвым — это необычно. Но есть разница между БЫТЬ МЁРТВЫМ и ОЩУЩАТЬ СЕБЯ МЁРТВЫМ. Что чувствует человек. который понимает, что сейчас начнётся работа патологоанатома — и тогда жизнь его ПО НАСТОЯЩЕМУ ЗАКОНЧИТСЯ? Что чувствует человек, который не в состоянии исправить такое положение вещей? Пусть он расскажет сам. Давайте послушаем...

Роберт Маккаммон

Осиное лето


Карла Эмерсон с облегчением перевела дух, добравшись в жаркий день с детьми до старенькой заправки в поселке Кэйпшо, штат Джорджия. Она ещё не догадывалась, что эту заправку облюбовали маленькие крылатые тельца с желто-черными полосатыми жалами, ползавшие друг по другу, издавая странное монотонное жужжание, звучавшее точно приглушенный, далекий — и опасный — шепот. И кто знает, за какие грехи занесло их в эту глушь...

Рэй Брэдбери

Крошка-убийца


Когда подошло время рожать, Алиса неожиданно осознала, что внутри ее тела таится настоящий убийца. Роды ей удалось пережить, но дальше стало только хуже...

Г. Ф. Лавкрафт

Зов Ктулху


После страшного землетрясения пробуждаются от вековечного сна приближенные великого Ктулху. Да и сам Властитель древности поднимается на поверхность вод вместе со своим обиталищем. Тонко чувствующие перестают спать, художники пишут невероятное, слабые сходят с ума... «В своём доме в Р’льехе мёртвый Ктулху спит, ожидая своего часа» поют последователи древнего культа, принося человеческие жертвы...

Нил Гейман

Цена


У меня много кошек, но среди них есть еще черный кот. И имя у него такое же, как и он сам — Черный Кот. Появился он у нас где-то месяц назад, выглядел он вроде бы сытым и здоровым. Но через некоторое время я обнаружил, что Черный Кот изменился почти до неузнаваемости: под глазом — шрам, губа разодрана, на шерсти кровь. Дальше — еще хуже...

Карл Эдвард Вагнер

Палки


Художник Колин Леверетт во время рыбалки обнаруживает старый дом. В подвале этого здания он сталкивается с отвратительным чудовищем, которое впоследствии снится ему по ночам. Также в иллюстрациях художника отобразились впечатления того весеннего дня. Ну, снится и снится... Иллюстрации стали гораздо более страшными, что для художника, специализировавшегося на палп-журналах и сборниках хоррора, вроде бы даже не плохо! Но эти последствия оказались не единственными: спустя тридцать лет после посещения того дома стали происходить странные и пугающие события...

Стивен Кинг

Короткая дорога миссис Тодд


Офелия Тодд, прекрасная добрая женщина, много делающая для города, в котором жила, имела только одну страсть: на своем стареньком автомобиле цвета шампанского она любила находить кратчайший путь. Между объектами, между временем, между жизнью...

Приятного чтения.

Подготовлено телеграм-каналом Литературный журнал

Инстаграм автора

Показать полностью
43

Лифт в преисподнюю. Глава 46. Чибрики

Предыдущие главы


Пумм.


Кто-то давит со стороны подъезда на обитую кожзамом металлическую перегородку на петлях. Китайская сталь постанывает. Иногда поскрипывает и коричневая обивка.


«Как будто кожа трётся о кожу?»


Перед Мариной несколько метров тёмного пространства с разрывом слабого света, слева чуть дальше середины коридора. Это поворот на кухню и во вторую комнату. Ближе к входной двери.


«Тот самый "бывший"? — со страхом шевельнулась мысль. — Болотного цвета. Вытянутый. С большущей головой. Новый. Ну а кто ещё там может быть?»


Казалось, день никогда не закончится. Если тебя не убьёт одна неведомая тварь, так найдётся другая. И пусть первая прикована к машине, так вторая придёт за тобой прямо в дом.


Только сейчас почувствовала, что тело дрожит, а сама, в уме, словно бы и не замёрзла. Понимание… нет, ощущение холода, но не сам холод, как будто включалось и выключалось, по чьей-то команде. Может быть, так мозг пытался хоть как-то помочь пережить безжалостные удары безумного дня? Ведь всё произошло чуть ли не за час.


Крик Саши.


Выход за дверь.


Два «первых» и неведомый «водитель».


Схватка в машине.


Бегство.


«Первый»-калека. Драка с ним.


Потом тот зелёный в подъезде.


И ещё Миша.


«Божечки, что же с Мишкой-то случилось?»


Подходить к входной двери не хотелось. И она незаметно для себя отвлекалась на посторонние мысли. Позволяла им захватывать свой разум. Что угодно, лишь бы забыть о страхе. Мечтала о том, чтобы это всё скорее закончилось. Хотела согреться, обнять ребёнка, поспать. Успокоиться. Если вообще теперь хоть когда-нибудь сумеет успокоиться.


«Да, за эту половину дня произошло больше, чем за несколько последних месяцев взаперти».


Само собой, тело должно было как-то отреагировать, чтобы сохранить свою целостность. И наверное, из-за этого по коже временами проходили волны мягкого тепла. Возможно, так и отключался холод? Снова хотелось прилечь и заснуть. Набраться сил. Но Марина не поддавалась и двигалась дальше — шла сквозь тёплый ватный сон.


Чем ближе к двери, тем страшнее. Тем непослушнее становились ноги и медленнее движения.


Из тёмных углов иногда на миг снова показывались искрящиеся спирали. Словно пытались вернуться, но что-то не пускало. С каждым движением как будто вступаешь в пространство какого-то тёплого мрачного сна. Когда от холода перестаёшь чувствовать ноги и кажется, что они в тепле…


Марина и не заметила, как оказалась возле выхода из квартиры.


Пришла.


Мысли спутаны.


Тошнит.


Темно.


Глазка не видно. Хотя он маленькой точкой света должен был разрывать тьму.


Близко подходить к двери духу не хватает.


Медленно протянула руку. Провела ладонью по поверхности.


Пуммм — отпрянула от испуга! Сердце заколотилось.


«Оно сейчас… прямо там!» — в руки добавилась нервная дрожь, слабость — в колени. Женщина еле держалась на ногах.


Страшно.


Тяжело понимать, что их с нечеловеком разделяли лишь несколько миллиметров металла.


Вдох-выдох. Вдох…


Привела мысли в более стройный вид. Глаза привыкли к темноте и должны уже суметь различить дверной глазок.


«Но его не видно!»


Снова провела ладонью по дверной обивке.


Не спеша.


Едва касаясь.


Словно по чему-то горячему.


«Нашла!»


Сглотнула слюну, сжала челюсти и медленно, как будто с отвращением, приблизила лицо к двери.


Посмотрела.


Темно.


«Странно. Ведь прямо сюда должен бить свет из окна в подъезде. Всегда хорошо освещалось».


То есть, темно быть не должно.


«Сейчас утро. Ведь ещё утро же? Божечки, хоть бы "бывший" ушёл, нет уже сил никаких…»


Тогда почему темно?


Сотрясаясь от страха, прильнула к глазку снова. Всматривалась более пристально, стараясь различить хоть что-то в темноте.


Снова звук!


Такой бывает, когда летом встаёшь с кожаного кресла, и обивка немного прилипла к твоим ногам. Слшииип.


«Подожди-ка», — темнота изменялась, обретала глубину — похоже на киношное движение монстра в вечерних водах, когда едва различимый силуэт проплывает где-то на границе видимости. Темнота за секунду словно растворилась, и перед её взглядом возникла морда нового «бывшего». Страшное тёмно-зелёное пятно, обведённое слабым светом.


Его глаза внимательно скользили по поверхности двери, но… нет, они смотрели прямо в душу Марины.


— Аукх!


Тело на испуг отреагировало так, что её словно взрывом отшвырнуло назад. Отпрыгнув от двери, женщина врезалась спиной в стену. Наступила на какие-то пакеты и упала — мягко на них приземлившись. Сердце колотилось. Колючая боль прострелила грудную клетку — Марина даже схватилась за сердце. Но не сводила глаз с двери.


Во взгляде было что-то умоляющее. Кого? Что? Неизвестно. Но испуганная женщина продала бы душу, лишь бы проснуться от этого кошмарного сна.


Вот только никто не спал.


«Замок! А замок закрыт? Дура! Я же за этим сюда шла!»


Страшно вставать. Как же страшно вообще двигаться! Дышать, смотреть!


Тело — сплошная сведённая судорогой мышца!


«Божечки-божечки-боже!»


Со стоном, который не смогла сдержать, поднялась. Слёзы катились по щекам, руки неприлично плохо слушались. Попыталась нащупать ключ в замочной скважине.


«Пусто!»


Замерла. Нет, всё её тело сотрясала неконтролируемая дрожь. А разум, треснутой льдиной, висел в чёрной невесомости.


«Лучше не шевелиться, чтобы не привлечь внимание "бывшего" новым шумом».


Трясти начало ещё сильнее. Зубы стучали так, что размолотили бы горсть орехов. И самое страшное, что она совершенно не помнила, закрыла ли дверь после возвращения. А если замок не заперт, то тварь сможет забраться в квартиру.


Механизм дверной ручки скрипнул. Как будто кто-то со стороны подъезда взялся за неё и потянул на себя.


«Может померещилось? Темно…»


Затем, ручка немного провернулась вниз. Словно некто пытался понять, как работает эта система. И подёргивал её в разные стороны, не понимая, какой должен быть результат.


«Божечки! Да он же и так знает, что я здесь!» — схватилась со всех сил за ручку. Потянула металл вверх, чтобы не дать «бывшему» её повернуть и открыть дверь.


Очередная волна панической дрожи прокатилась по уставшему телу. Но что-то во всей этой ситуации стало казаться ей глупым и нелепым. Поддавшись неосознаваемому предчувствию, Марина одной рукой снова провела по двери. Нащупала пальцами язычок щеколды — совсем рядом с дверным косяком. А значит… Дверь заперта на щеколду!


«Вот же дура глупая! — начала ругать себя. — Я же сразу её так и закрыла! Не на ключ, а на щеколду! Божечки, что с моей головой? Я от ужаса чуть не умерла!»


Страх начал разжимать тиски боли на сердце. Облегчение. Стыд за свою глупость и дырявую память.


«Всего этого можно было и не переживать, помни я про эту щеколду!»


Снова медленно приблизила лицо к двери.


Посмотрела в глазок.


Никого. Пустой подъезд. Слабый свет из окон, заставленных книгами.


Холод накатил новой волной. Обняв себя за плечи, Марина подумала:


«Он, что, тоже пытался смотреть в глазок? Он понимает, как это работает?»


Неожиданный кашель и боль в горле направили мысли в другое русло:


«Нужно переодеться! Или я умру от простуды, которая мне обеспечена, если не сниму мокрую одежду. Божечки, какая же я всё-таки дура! Забыла про щеколду!»


Прошептала сыну:


— Мишунь, всё хорошо! Посиди пока, я сейчас.


Шатаясь, женщина направилась в сторону кухни, на ходу раздеваясь.


Опустив взгляд на перепачканные руки, немытое в тёмных разводах тело, чёрные пальцы ног, Марина вздохнула:


«Отвратительно, как же это отвратительно!»


Вошла в кухню. Осмотрелась. Потом, с таким выражением лица, как будто что-то вспомнила, достала из шкафчика коньяк. Взяла в руки первое попавшееся кухонное полотенце и щедро полила его тёмным напитком. Когда оно достаточно пропиталось, начала медленно протирать им своё тело. Движения постепенно ускорялись, и через минуту она уже начала чувствовать жжение и тепло от растирания.


Кожа очищалась и согревалась, а мыслям по крупицам возвращалась ясность.


Выдавила слабую улыбку, больше похожую на оскал паралитика — приятно видеть, как тело становится чистым. Приятно это чувствовать. И пусть вместо мочалки давно не стираное полотенце, а воду и мыло заменяет крепкий алкоголь. Главное, что они делали своё дело — очищали и согревали. Долго оттирала кровь с лица. Потом намочив водой краешек другого полотенца, снова протёрла всё тело.


Чистая кожа выглядела настолько непривычно, что, разглядывая свои руки, Марина погрузилась в тёплые воспоминания. Картинки того, как жила их семья «до», стали хаотично появляться в памяти. Но внезапно она так сильно встряхнула головой, что, слегка потеряв равновесие, оперлась на столешницу. Это движение вернуло к реальной жизни.


Мужа больше нет.


С ребёнком творится что-то странное.


Вокруг полно людей, переставших быть людьми. И они научились входить в подъезды.

Стараясь не шуметь, прошла в дальнюю комнату.


Взяла со старой антресоли крем и густо намазала им тело. Тут и там на чистой коже виднелась красная сыпь.


«Ещё бы, столько не мыться!»


Марина выбрала бельё и одежду почище и быстро натянула всё на себя. Упаковавшись «как положено», она поняла, что тело совсем согрелось.


— Малыш, вылезай. Всё хорошо, — помогла сыну выбраться, ласково поцеловала в лоб. — Как ты? Сейчас водички принесу попить. Есть не хочешь?


— Только спать, — ребёнок выглядел уставшим.


— Болит что-нибудь сейчас?


— Нет. Очень спать хочу...


Напоила, уложила сонного сынишку на диван, легла рядом и накрыла обоих с головой покрывалом.


***

Марина стояла на кухне. Руки тряслись, в глазах двоилось, что-то внутри готово было взорваться…


«Не мог Саша там выжить. Только не в схватке с этой злой тварью крюкастой. Которая огромными кусками пожирала "бывших". Боже, какой же ужас! Что теперь делать?»


А слёз у неё уже, кажется, на сегодня не осталось?


Миша полулежал на диване в зале. Она дала ему ещё воды и вытерла лицо. Ребёнка уже не тошнило. Поговорила с ним… оказалось, что сын ничего не ел в её отсутствие. А завтракали они вместе, одним и тем же. Портиться там было нечему.


«То есть отравиться не мог».


Просто постепенно ему вдруг стало «темно и плохо». А потом он ничего не помнит. Но было не холодно.


Хм. В матери что-то шевельнулось при этих его словах, но она не смогла разобрать, что именно. Поэтому просто решила, что малыш переволновался и поймал паническую атаку. Или что-то такое, что случается у детей.


«Божечки, что же мне делать? — всхлипнула и подавилась воздухом. — Но если Сашу убила эта тварь, то он хотя бы не станет "бывшим" и не нападёт на нас».


— Есть хочешь? — заглянула она в комнату к сыну.


Мальчик кивнул и продолжил играть в «чибриков» — пластмассовые фигурки каких-то мультяшных вояк. Муж тоннами заказывал их из Китая.


Вздохнув, открыла кухонный шкафчик и достала банку тушёнки.


Тумхк — пробила открывашкой маленькую дырку в жестяной банке.


«Если мы остались вдвоём, то теперь мне придётся выходить за едой. Слава богу, что я не потеряла этот топор! — чуть не плача, рассуждала женщина. — Но только, как это мне поможет в драке с "бывшими"? Сегодня повезло выбраться живой, не то, что Саше…»


Левой рукой держала банку, а правая активно работала открывашкой. Сын уселся за стол и уже держал любимую вилку — старую, ещё советскую, со светлой пластмассовой ручкой.


При ребёнке она старалась держаться, не плакать, не всхлипывать. Быть нормальной. Получалось ли? Конечно же, нет.


Сегодня мама разрешила Мише есть только тушёнку. Не подъедать вместе с ней соления, чтобы сэкономить мясо, а кушать вволю. Но не больше одной банки. На двоих. Времена наступали тяжелые, и надо учиться экономить. Снова. И быть ещё экономнее. Даже усмехнулась над такой мыслью.


«Куда уже тяжелее, казалось бы? Но жизнь показывает, что есть куда».


К её удивлению, сын ел всё, от чего раньше воротил нос. И солёные огурцы, и помидоры, и даже куски маринованного чеснока. Лишь бы набить живот. Вот бы в мирное время такой аппетит и непритязательность в пище!


«Во всём надо искать положительную сторону?» — горько спросила сама у себя.


Марине в тушёнке попалась мягкая косточка, и она старательно разжевывала её. Миша сидел и с аппетитом уплетал еду, жадно запивая её водой.


«Было нас трое. Теперь стало двое. Еды нам хватит на какое-то время, пока здесь всё не утихнет. Но что дальше?»


Посмотрела в окно. На улице возле «того» дома бродили несколько «первых». Их чёрные раскачивающиеся фигуры вызывали у женщины отвращение и страх. Она видела тварей вблизи. Знала, как они смотрят на людей, как пахнут… Даже сумела, пусть и больше случайно, но всё же убить одного и покалечить второго.


«Хоть бы попались какие-то люди, которые помогли бы нам убраться из этого города. Ведь не вся же Россия такая? А мир?»


Потом женщина вспомнила про второго нового «бывшего» за сегодня. Того, что поджидал её в подъезде.


«Нам конец, если "бывшие" теперь понимают, что можно заходить в подъезд. Открывать двери. Если они научатся и двери открывать… — покачала головой. — Но двери-то мы запираем».


«Просто, как мне выйти в подъезд, если "новичок" всё время там? Да и там ли он? Саша же, кажется, как-то закрывал подъездную дверь? А я-то не закрыла».


Грустно посмотрела в пол.


Глаза снова наполнились слезами.


И тут Миша спросил:


— Мам, а где папа?

Показать полностью
Похожие посты закончились. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: