71

Феникс и Змей

Глава 5


Артем остановился перед высоким зданием в торговом районе Фагра. Кошелек на боку приятно оттягивала тяжесть в двадцать четыре серебряных монеты – это было больше чем Артем когда либо имел за раз. Самый «денежный» момент в его жизни ранее был когда он нашел три серебряных рубля, которые с крыши своей кареты разбрасывал какой то юный лорд, проезжавший мимо их деревни. Он забавлялся тем что каждые пятьсот метров кидал одну серебряную монетку в дорожную пыль и смотрел как бегущая ребятня бросается на нее. Артем тогда продержался дольше всех. На вырученные деньги он поставил памятник своему дедушке. Однако то было лет пять назад, а сейчас он уже не был босоногой шпаной, и стоял у шикарного здания за очень много золотых.

- Офигеть… это прямо замок какой-то.

Здание отделанное красным гранитом насчитывало минимум пять этажей, и было обнесено высоким решетчатым забором. Записка говорила что ему нужно сюда, но взгляд привратника говорил что Артему стоит дважды подумать прежде чем делать шаг к дверям. Одежда, прическа и ошарашенное лицо выдавали в Артеме деревенщину, которой не рады были в приличных заведениях. Впрочем, парень не был склонен стеснительности.

- Добрый день, я Артем.

- Шел бы ты отсюда, Артем, пока я добрый.

- Я пришел к… - Артем пытался сделать вид, что читает записку. – Леди Анастасии. Она меня ждет.

- Там написано «Выдать предъявителю 24 серебряных рубля. Капитан Воронов.» - привратник заглянул в записку.

- В общем, я пришел к ней.

Привратник задумался на пару секунд.

- Пшел вон. Я думал пнуть тебя или нет, но сегодня день выдался погожий, так что я тебя просто пошлю. Иначе городскую стражу вызову. Пшел вон, бродяга.

Артем расстроился. Бить привратника нельзя – он делает свою работу. А попасть внутрь надо. Зайти напрямую – никак.

Артем поступил примерно так, как и любой мальчишка, которому сказали, что в чужой сад нельзя. Он сделал вид что согласился, отошел за угол и перелез через забор.

В само здание попасть было уже сущим пустяком. Артем залез в открытое окно первого этажа, попал в какое то чудное, в том смысле что странное, место, в котором немного пахло как в деревенском сортире, немного пахло чем то едким. По правую сторону было подряд штук пять деревянных дверок, за которыми Артем обнаружил совершенно непонятные стульчики из камня, но с огромной дыркой посередине, в центре которого журчала лужица воды. Слева был длинный желоб, по которому текла вода. В дальнем углу, вода проваливалась в дырку.

Артем толкнул единственную дверь из помещения и оказался в коридоре, по которому в обе стороны сновали многочисленные люди. Они разговаривали друг с другом на ходу, показывали бумажки, читали, спорили.

- Привет, я Артем, мне нужна леди Анастасия. – обратился Артем к первой встречной, решив, что девушки будут дружелюбнее, а если повезет, можно будет и какое то продолжение разговора иметь вечером.

- Анастасия? Парень, ты откуда?

Девушка одетая в странного фасона сарафан из плотной, светло-желтой материи устало глянула на Артема.

- Из деревни. – улыбнулся Артем. – Из Керта.

- Видно что из деревни. Зачем тебе… а, впрочем, не важно. Приемная леди Анастасии на третьем этаже. Вон туда по лестнице, наверх.

Артем хотел было спросить что красавицы делают по вечерам, но она уже ушла прочь.

- Торопятся все куда то.

На третьем этаже, в отличие от первого, было тихо. Справа от высоких резных дверей из красного дерева находился стол, за которым сидела еще одна девушка и что то писала. Единственным звуком здесь были смутно доносящиеся из за дверей голоса ругающихся людей. Артем расслышал слова обозначающие продажную женщину, пожелание совокупления с чертями, низкую оценку умственных способностей и еще пару эпитетов, которые Артем не знал. Через пятнадцать минут двери распахнулись и из кабинета вышло пятеро человек.

- Итак, надеюсь, когда вы пришлете контракт для подписания, ваш еб… - уже знакомая Артему женщина сделала глубокий вдох и выдох. – ваш альтернативно одаренный клерк не забудет внести обговоренные поправки.

- Разумеется, леди Анастасия. И я искренне рад что у нас вырабатывается такое взаимопонимание.

- Да, обошлось без драки, - с удивлением признала Анастасия. – я сама не ожидала.

Проводив делегацию, она дала короткие указания своим двум помощникам и отпустив их, подошла к секретарше.

- Что нового?

- Вот, письмо от господина Вениамина и молодой человек.

- Вначале письмо.

Открыв письмо и пробежавшись по нему глазами, Анастасия ударила кулаком по столу. Артем вздрогнул от неожиданности.

- Ах ты ж тупая ты мразота! Закупать «Байкал» я буду, а вот твой сраный «Бирмингем» никому в жопу не вперся! Если думаешь что тут все лохи и будут докупать довесок который у нас во второй раз останется на складах, ты можешь…

Она глянула на секретаршу.

- Ты записываешь? Это ответное письмо.

- Аэм… я делаю пометки. – пискнула секретарша, старательно скрипя ручкой. – я потом переложу все в официальный стиль и пошлю.

- Ладно… суть ты уловила, дальше допишешь сама и перед отправкой покажешь мне. Артем, а ты за мной.

Артем последовал за женщиной, надеясь что она не будет его бить. Однако когда они зашли в кабинет и женщина села за огромный стол, он вдруг увидел ее заново. Совсем другой. Она расслабилась, и сразу же показалась такой… уставшей, нуждающейся в защите. Ее глаза вновь отражали такую усталость, что Артему захотелось ее обнять.

- Артем… спасибо. – выдохнула она.

- За что?

- Ты спас мне жизнь в том перекрестке. Если бы не ты, меня бы сейчас опознавали в морге. А у меня дети… я не знаю что стало бы… со всем. Артем, я перед тобой в долгу.

- Но. – неуверенно возразил парень, - я ничего не сделал. Ну, если брать толком, я просто попытался, но не смог.

- Если бы не смог, мы бы с тобой сейчас не разговаривали. – резонно ответила Анастасия. – Так что ты молодец. И раз уж я тебе должна, а этого я не люблю, проси. Я сделаю то что будет в моих силах.

- Да я никого из них не убил. Только…

- АРТЕМ! – она на мгновение превратилась в ту яростную женщину из холла. – Я ненавижу когда люди изображают из себя тупых!

- Ты дал мне достаточно времени, чтобы я сделала то что должна была. – уже спокойнее добавила она, наливая в стакан воды. – Хочешь пить?

- Аэм… нет, спасибо.

Артем вытащил льняной мешочек и высыпал из него два с лишним десятка серебряных монет.

- Это ваше. Не я убил тех грабителей, а вы.

Анастасия с такой силой опустила стакан на стол, что стекло треснуло.

- Ти здоровий чи шо? Я тобі як нормальній людині кажу що я тобі повинна, а він мені тут рублями сипле! Так ви все зговорилися що мене дратувати сьогодні?

Встретив его взгляд, Анастасия вдруг замолчала. Этот взгляд. Он ее не боялся. Он был настолько уверен в своей правоте, что не боялся вообще ничего.

- Анастасия, вы возьмете эти деньги, они ваши. – уверенно сказал он, продвигая монеты в ее сторону. – А потом мы будем говорить о том что вы мне должны.

Анастасия смогла только кивнуть. Ее поражал этот юноша. Нескладный, улыбчивый и по-своему обаятельный, он еще минуту назад был робким и чуть ли не трясся, и вот уже он стоит несгибаемый как стальной стержень. Таким же он был и тогда, в переулке, в те несколько секунд пока его не сбили с ног.

- А теперь мое желание. – отдав деньги, Артем вновь стал мнущимся, забавным подростком. – А что я могу пожелать.

- А ты попробуй. – предложила Анастасия, - а дальше будет видно.

- Мне нужен учитель. – неожиданно сказал Артем.

- Какой учитель? – поинтересовалась Анастасия.

- Учитель, который научит меня быть… этим, как его… паладином.

Нет, положительно, этот парень был не в себе.

- Каким, твою мать, паладином?!

- Чтобы я нес свет людям. – простодушно ответил Артем, глядя на нее своими чистыми глазами. – Ну, чтобы я умел и читать, и писать и драться.

- Ты так представляешь себе будни паладина? – осторожно уточнила Анастасия. – Ты пишешь письмо, читаешь его, а потом идешь драться?

- Ну… как бы так. Почти.

- Будет тебе учитель. Два. – вздохнула Анастасия, качая головой не в силах понять, кто перед ней сидел, мальчик или муж. – Будешь жить у меня дома. ША! А ну закрыл рот и слушай. Жить будешь в моем доме, там же будешь учиться читать и писать, тебя будет учить Хильдур. А драться будешь учиться вместе с моими охранниками.

- А вы далеко живете?

Анастасия почуяла очередной закидон, но на всякий случай спросила.

- А что?

- Мне работа понадобиться. Я же не могу просто так жить и кушать за чужой счет.

Анастасия долго смотрела на парня, пытаясь увидеть то ли издевку в его лице, то ли признаки умственной отсталости.

- Работу я тебе тоже дам. – медленно произнесла она. – Иди, Артем, ты вывел меня из душевного равновесия, мне нужно успокоить нервы.


***

Самватас располагался также как и Фагр на Д`Напро и добраться до него водным транспортом можно было в разы быстрее, однако если ты убил одного из глав мафии Фагра, последнее что ты будешь делать – покидать город на судне, с которого ты не сможешь выбраться в случае необходимости. Змей выехал на транспортной телеге по самому длинному пути возможному пути – так он окажется в Самватасе лишь через неделю. Первые три дня он настороженно наблюдал за всеми своими спутниками, однако никто из них не проявлял каких либо признаков охотника за головами. Его спутники – трое мужчин и еще одна женатая пара с ребенком, напротив, считали что этот странный неразговорчивый мужик, это доктор. В первый день вечером он аккуратно вскрыл нарыв на щеке у Евлампия, вычистил его и зашил кривой иглой. За все это он взял один медяк и обещание Евлампия не дышать в его сторону. На утро третьего дня он выхватил задыхающегося ребенка из рук матери, и под аккомпанемент воплей ужаса, острым ножом вскрыл ему горло и вставил какую-то трубку, через которую ребенок начал со свистом дышать.

- ОН ЕГО ЗАРЕЗАААААЛ! АААААА!

Доктор коротко ударил женщину по горлу ребром ладони. Она мгновенно прекратила кричать и зашлась в долгом, надрывном кашле.

- Не мешай.

Глянув на остальных мужчин, стоявших рядом, и на отца ребенка, он поднял трехлетку. Тот все еще беззвучно плакал, искривив лицо в гримасе страха и боли, но с лица карапуза уходила синева, а из раны на горле сочилась лишь тонкая струйка крови. Но вид торчащей блестящей трубки был пугающим.

- Я могу отдать вам его прямо сейчас. Вы вынете трубку и он задохнется у вас на руках. Или же я сейчас вытащу то, что мешает ему дышать, и верну вам его живым. Я поясню – мне этот вопящий кусок мяса вообще не сдался, но если он сдохнет, телега будет полдня стоять пока вы выкопаете яму, закопаете яму, а всю оставшуюся дорогу я буду слушать истерические рыдания. Я чутко сплю, а потому не могу заснуть пока кто-либо рыдает или стонет как лось. – Он глянул на Евлампия. – Мне нужно просто доехать до города и сделать это в тишине.

Убедившись в том, что его слова дошли до сознания тупарей, доктор вытащил сверток с инструментами, достал оттуда какие то щипцы с длинными тонкими ножками и залез ими глубоко в горло ребенку. Повозившись несколько минут, он по частям извлек на свет останки какого-то насекомого. Судя по тому как оно выглядело, это был какой то крупный жук, с зелеными надкрыльями отливающими металлом.

- Как зовут ребенка? – поинтересовался доктор.

- Петр.

- Почти.

- Что почти?

- Почти Пеппи. Нашел свою кукарямбу и запихнул ее в рот. – Доктор погладил ребенка одним пальцем по щеке, затем поднял голову на людей. Мужики его явно не понимали. Он усмехнулся и продолжил. - Жук, а это золотистая бронзовка, полез куда смог. А смог только в горло. Там рефлексы пережали горло чтобы не пустить жука дальше. Выцарапать его она руками не смогла бы. И я бы не смог даже щипцами, если бы не раздавил его и не вынул кусками. Я обработаю рану и дам ему успокоительное. Дальше вы сами.

Отец ребенка вытащил кошелек и дрожащими руками протянул доктору.

- Это все что у меня есть.

Тот взял один флорин.

- В счет остального – просто постарайтесь меня не бесить.

Еще двое суток прошли спокойно, в почти полной тишине, пока поздним вечером пятого дня, в окружающем их лесу не раздалось несколько щелчков. Сраженный двумя стрелами ямщик упал как подкошенный. Пара деревенских мужиков закричали от боли – у одного в ноге торчала стрела, у второго из левого бока.

Доктор припал к дну телеги, дернув вниз и ребенка. Мальчик захныкал, но мужчина прижал ему палец к губам.

- Тсссииихо.

Рядом, хрипя и хватаясь за стрелу в горле, упала мать ребенка. Ребенок зашелся было в крике, но доктор, прикусив губу, взял его за голову и приподняв, стукнул затылком о дно телеги. Мальчик дернулся и затих. Прислушавшись к дыханию, доктор положил два пальца ему на горло. Он был жив, но без сознания. Затолкав ребенка под скамейку, доктор быстро привалил к скамейке тело еще агонизирующей женщины.

- Вот жеж сссуки. – прошипел он, вытаскивая кинжалы.

На дорогу перед телегой уже выбежала пара разбойников вооруженных топорами и странной пародией на оружие сделанным из косы.

- Лежать бояться! Возьмем что наше и уйдем!

Чтобы не дать никому убежать, они начали обходить телегу с двух сторон. У телеги были достаточно высокие борта, так что заглянуть в нее с земли было достаточно проблематично. Змей прикинул расстояние до них и до леса на обочине дороги. Нападать на них было бы глупым решением – в лесу с обеих сторон сидят лучники. Судя по стрелам - по два с каждой стороны. Работают слаженно, двое с разных сторон целятся в ямщика, чтобы не подхлестнул лошадей и не убег, и еще двое в самых крупных мужчин. Парализовав и деморализовав экипаж, они следят за тем чтобы никто не убежал в лес – чтобы не разделяться и не искать. Экономят усилия, стало быть. И Змей ничего не слышал о грабежах на этой дороге. Это могло значить, что даже если он сейчас сыграет в дурачка и отдаст им все деньги, они не собираются отпускать их – они вырежут всех кто тут находится.

Змей выдохнул. Он надеялся добраться до города как можно быстрее, но видимо все будет иначе.

- Эй, ты… - он

Из телеги на идущего справа разбойника вылетел мужчина и накрыв его собой, сбил с ног. Он упал, пытаясь отбиться от непонятного противника Раздался щелчок и свист стрел.

- Что там?

Тот что шел слева, оббежал телегу. Его напарник выбирался из под тела рослого мужчины.

- Герой, блять. Прыгнул он, мудила, думал испугом меня взять.

- Да он не дышит уже.

Из тела торчали три стрелы – две в спине и одна в боку.

- Идем смотреть что там.

Из телеги послышался звук борьбы, а затем щелчки раздались и с другой стороны.

- Что там?

На земле, с другой стороны телеги лежал еще один мужчина. В отличие от первого, он был еще жив и глухо стонал. Его тоже подстрелили – две стрелы в груди и одна в ноге.

- Мрааааазь… Какая же мрааазь…

Разбойник добил его ударом топора.

- Пытались убежать – не срослось. Смотрим что там в телеге.

Змей в это время струился по лесу. Пока все шло как он задумывал. Он добил одного мужика ударом в висок и прицельно скинул на того что шел справа. Разумеется, тот что слева побежал на помощь. Второго, со стрелой в ноге, он поднял перед собой как живой щит и с ним выпрыгнул из телеги. Обе стрелы ушли в Евлампия, а Змей, перекатившись, смог запрыгнуть в кусты на обочине. Сейчас его наверняка будут искать лучники. Они находятся в заведомо более выгодном положении, потому что знают эти леса и конкретно это место как свои пять пальцев, а он тут впервые. Благо лес хотя и был темный, лучи луны хоть как то пробивались сквозь листву.

Змей остановился у толстого ствола раскидистого дерева.

- То что надо для засссады.


Кирилл остановил сына и прижав палец к губам, указав куда то вдаль. Денис пригляделся. Да, так и есть. На фоне света, падающего на небольшую полянку поодаль, виднелся человек в плаще.

- Затаился. – прошептал Кирилл, Думает, что если никого не видит, то и его никто не видит. А мы то с темной стороны подходим, а он со света стоит.

- Пап, я сам.

Кирилл кивнул. Денис был его гордостью, всего четырнадцать, а стреляет как будто лет десять учился.

Мальчик прищурился, натянул тетиву и задержав дыхание, как его учил отец, сделал выстрел. Человек упал, послышался негромкий стон.

- Попал! – радостно крикнул Денис, вытащил топорик и побежал добивать.

- Осторожно, у него может быть нож. – крикнул Кирилл.

Денис добежал до тела и размахнулся. В этот момент, на глазах мужчины, с веток дерева над его сыном сорвалась тонкая, гибкая фигура. Как будто время замедлилось, Кирилл смотрел на то как на затылок мальчика опускается одна рука, в которой блестел кинжал. Медленно и неотвратимо, кинжал до рукояти вошел в голову, а сам убийца приземлился на разом обмякшего мальчишку, прибивая его к земле. Будь это не сын, или хотя бы не Денис, Кирилл среагировал бы быстрее. Может он успел бы натянуть тетиву и выстрелить. Но он успел лишь прошептать что то обсохшими губами, перед тем как в его горло прилетел метательный нож и свет погас в его глазах.

Полчаса спустя, банда Высотниковых прекратила свое существование.

Змей вытер кровь с кинжала и засунул его в ножны. Еще на подходе к телеге, он заметил что несмотря на то что разбойники отправились на его поиски почти сразу после того как он скрылся в лесу, они успели добраться до тех кто был в телеге.

- Вы же не стали двигать труп, ведь не стали… - прошептал он, заглядывая внутрь.

Полураздетый труп женщины валялся там же. Они успели стащить с нее юбку и видимо им было плевать на то что она была к тому времени мертва.

Змей сдвинул лавку. Глянув вниз, он отошел на вторую сторону телеги и присел.

- Ссучьи дети.

Растянутое «с», давшее Змею его кличку, было не стилем, а нервным тиком, проявлявшимся в те моменты когда Змей был раздражен или расстроен. Когда он только начинал свой путь, женщина, чьего мужа он убил, крикнула, что они пригрели на груди змею. Змей тогда расхохотался, вспомнив об этой своей особенности. Он хотел тогда и ее убить. Но не смог. Он увидел трехлетнего ребенка, мальчика, которого она держала перед собой. Этот мальчик вроде бы был ее сыном и она должна была защищать его, а она просто выставила его перед собой, рассчитывая задержать убийцу. Тогда Змей развернулся и ушел. С тех пор прошло много времени, и он порой вырезал целые семьи подчистую, но то первое убийство, та ситуация все еще маячили у него в голове. Он пытался понять почему он не прирезал их обоих.

- Придется ехать верхом. – вздохнул Змей, просидев несколько минут. – Я уже задерживаюсь.

На следующий день, утром, по дороге проезжал дилижанс леди Голубевой. Ее муж предпочитал верховую езду и потому немного опережал дилижанс. В какой-то момент, он приказал кучеру остановиться.

- Дорогая, тебе будет интересно. – произнес лорд Голубев, выводя ее наружу. – Смотри, тут дрались. Было ограбление.

- О боже, а вдруг тут еще есть разбойники?

- Никаких разбойников. Они либо мертвы либо давно ушли с добычей. Смотри, вон, валяются на земле.

Леди Голубева с любопытством рассматривала тела. Такое не каждый день увидишь – будет о чем рассказать подругам на светском рауте.

- И надо же… ни одного выжившего.

- Да. Хотя… смотри ка.

Леди Голубева поднесла к глазам театральный бинокль.

- Какая прелесть. Какая романтическая чувственность во всем этом. – восхищалась леди Голубева. Ее муж кивал.

- Ты не жалеешь, что я тебя взял на прогулку?

- Нисколько, дорогой. Ну что же, поехали дальше, мне не терпится рассказать об этом Даше. Она будет в восторге. Это очаровательно.

Недалеко от обочины, на светлой, ровной полянке, возвышался небольшой холмик с установленным на нам плоским камнем. На камне было выцарапано имя «Петр», а под ним лежало несколько конфет.

Дубликаты не найдены

+3

Позанудствую:

Ти з глузду з'їхав, чи що? Я тобі як нормальній людині кажу, що я тобі винна, а він мені тут грошима сипле! Та ви усі зговорилися аби мене дратувати сьогодні?


повинен - должен (в смысле что-то сделать)

винен - должен (например денег)


а так: пешы исчо :)

+1

Как-то нескладно в этот раз с Артемом... Возможно, есть что-то, о чем мы не знаем пока...

Немного в корректировку: "Змей выехал на транспортной телеге по самому длинному ПУТИ возможному пути"

раскрыть ветку 1
0
Да. Как то пропустил этот момент.
+1

Шикарно!... Ну, кто такой "Змей" - понятно, но я всё еще не могу поверить, что "Феникс" - это Артём. Жду продолжения...)

раскрыть ветку 1
+1

Ну, его уже тут называли так, поэтому да, Артём будет, как наберется опыта и умений, человеком еще более интересным.

0

Экшн в этот раз немного странный, в сцене в карете. Немного непонятно, кто с кем и что сделал.

А ещё вам нужно чуть лучше вычитывать текст)  то и дело встречаются мелкие смысловые ошибки. Они не особо влияют на смысл, все остаётся понятным, но атмосферу портит. Текст лучше всего вычитывать через несколько часов после написания, 2-3 раза с интервалами в 1-2 часа.

Похожие посты
46

Феникс и Змей - Полуденная Сталь

Глава 27

Враг у ворот. Часть 1/2


- Добры вече!

Друг Аристарха Илларионовича радушно улыбался парням, крепко пожимая им руки. В свою очередь, Артём и Младший с удивлением смотрели на того кто был представлен им как Харун. Во-первых, этот мужчина был не уссурцем, даже не близко. Как следовало из имени и слов Аристарха, Харун был уроженцем Империи Крессента раскинувшейся почти на весь Средний Восток. По внешнему виду, ему можно было дать как тридцать пять так и пятьдесят пять – невысокий, с трехдневной седеющей щетиной, но при этом активный и подвижный как подросток, которому не сидится на одном месте. Самой странной деталью его образа была одежда. Вместо нормальных штанов и рубахи, ну или кафтана, Харун носил то, что Артём определил как странный врачебный халат без разреза впереди или не приталенное платье. На голове у Харуна был кашемировый платок, аккуратно скрученный в эдакое «гнездо».

- Я очен рад вас познакомитса.

Отсутствие мягких согласных и грамматика выдавали в нем иностранца с головой, однако, если не считать этих особенностей, акцента у мужчины слышно почти не было.

- They look amazed. Just twenty years of practice and my Russian is perfect.

Харун сиял от гордости из-за произведенного эффекта.

/- Они так удивились. Всего двадцать лет практики и у меня идеальный русский./


- Indeed they are. They met a crescent warrior in a middle of Siberia. You did not even have to speak Russian, your dishdasha and massir is more than enough to impress. – заметил Аристарх.

/- Разумеется. Они встретили крессентского воина в середине Сибири. Тебе необязательно было даже говорить на русском, дишдаша (тип одежды) и массар (тип головного убора) - более чем достаточно чтобы впечатлить/


- I am not a warrior, man. Harban (араб. «негодный, поврежденный, бракованный») I cannot even kill a goat.

/Я не воин, друг. Бракованный, я даже козу не убью./


- You are still an Arab. – Аристарх пожал плечами. – I bet, the first they see in their lives.

/Ты все еще араб. Наверняка первый, которого они увидели./


- Мена зовут Харун. Йа очен рад вас видет.

- Добрый день. А вы… откуда будете?

Прежде чем Артём успел договорить, Младший незаметно, но ощутимо наступил ему на ногу.

- Чиво?! – взбрыкнул парень. – Дай поговорить.

Младший слишком хорошо помнил рассказы отца о фанатиках из Крессента, которые ненавидели все что не вписывается в их понимание правильного. Ненависть эта была достаточно сильна и свирепа, чтобы совершать вещи, о которых отец предпочитал не рассказывать. Обидчивость и импульсивность – два качества которыми папа охарактеризовал всю Империю. Было еще третье слово, но Одиус зажал уши своему подопечному, когда Мамонт его произносил.

- Йа из Крессента. Это далеко. Суда приэхал работа.

Харун периодически выставлял ударение на первый слог там, где это было не нужно. Впрочем, он все равно гордился своим уссурским.

- Понятно. И это у тебя работа есть? Купец?

- Харун преподаватель в Новониколаевском Кадетском Корпусе. Вернее, приехал сюда по контракту. Его за большие деньги выписал полковник Стеклов. Харун профессионал в том что касается методики обучения борьбы с магами, техномантами и чародеями. Ну и остальным созданиям, но эта троица – его основной профиль.

Младший и Артём одновременно проверили ауру крессентца.


Основы.


Человек. Самый обычный, заурядный человек.

- И как он борется с магами? Он же… не маг.

- А вот именно за это его и выписали сюда за большие деньги. – улыбнулся Аристарх. – Он не делает этого сам. Он учит людей как бороться со сверхъестественными созданиями.

Артём непонимающе смотрел на Харуна.

- А где вы этому научились?

Незаметно для себя, Артём перешел на «вы».

- В Империя Крессент магия – грех. Болшой грех. Все что не от бога – должно быть заканчиват. Мы много лет учи-лис этому. Многа виков.

Этот добродушный мужчина вообще не был похож на фанатика. Да и манера речи резко контрастировала с содержанием.

- А почему вы не в Крессенте? – осторожно спросил Младший.

- Здес хорошо плати. – Харун показал распространенный жест пальцами. – Fulus! (араб. «деньги»). Армия нужно такие вещи.

- Так… кажется… я понял.

Артём посмотрел на Аристарха, затем на Младшего.

- Это нас будут убивать под твоим чутким руководством?

Харун активно закивал головой.

Звучало как бред. Как лютый бред – ну не сочеталась манера речи и поведения с тем что он говорил.

- Ни бойатса. Вы… - Харун не нашел нужного слова, но выразительно посмотрел на Аристарха.

- Speak, man. I will translate.

/-Говори,друг. я переведу./


- Thanks. So, don’t worry. You are not going to be killed. Things will be fine. This is just training and your opponents are my students, not the regular army forces. I will be in control of things, so, God willing, none will get hurt – neither you, nor my students.

/Спасибо. итак, не волнуйтесь. Вас никто не убьет, все будет хорошо. Предстоит лишь тренировка, и вашими противниками будут мои студенты, а не регулярные войска. Я все буду контролировать, так что, с божьей помощью, никто не пострадает - ни вы, ни студенты./


- Он говорит вам не волноваться. Никто никого не ранит – просто практика под его руководством, и он постарается чтобы ни вы никого не ранили, ни вас. Это просто кадеты, а не солдаты. – перевел Аристарх.

- If they get hurt, they will be treated in the army hospital or we will even pay you to treat them in the best way. These Russians spend fortune for such things, so they will have top insurance.

/- Если их ранят, их вылечат в армейском госпитале, либо мы может даже заплатим тебе чтобы ты их вылечил в лучшем виде. Эти русские тратят целые состояния на такие вещи, так что у них будет лучшая страховкаю/


- Если вас ранят, то мне заплатят чтобы я вас вылечил.

- Да мы и сами можем вылечиться. – пожал плечами Артём.

- Под моим присмотром. – настоял Аристарх. – Чтобы я мог потом быть свидетелем в суде о том, что вы получили профессиональное лечение.

- So. The pay is ten silver coins per hour. Depending on their state of health, we can have up to eighteen hours per week, but I don’t think they will manage so much. I don’t want to pressure them, so, let them have two hours the first week. Just to see what is there. If they feel ok with that – we can give them more load, but it might be dangerous if they have too much work – they might get injured.

/- Итак, зарплата будет десять серебряных монет в час. В зависимости от их состояния здоровья, они могут работать до восемнадцати часов в неделю, но мне кажется, им будет многовато. Я не хочу на них давить, так что в начале могут набрать по два часа, просто чтобы попробовать. Если им будет нормально, мы увеличим нагрузку, но перегружать их было бы неразумно - увеличивается риск того что их ранят./


- Вам заплатят по десять рублей в час. Можно набрать до восемнадцати часов в неделю – за все заплатят. А если вас поранят – то я вас вылечу – вам оформят страховку.

- Вот он сейчас говорил почти минуту, а ты перевел в три предложения.

Артём покосился на Аристарха. Чародей улыбнулся.

- Я передаю основной посыл.

- Ну… у меня только один вопрос.

- Да? – оживился Харун.

- Почему вы так спокойно стоите и разговариваете с двумя магами и дружите с чародеем? Разве вы не должны были нас… ненавидеть и пытаться убить?

Харун покачал головой.

- First, this is not my country and not my laws. You are legal here, so I have to follow local rules or leave the place. Second, your use of magic is the issue between you and your Creator. Whatever you do in your life with magic is a sin, but I am not the one to punish anyone. I am just another slave of the Almighty and I have no right to judge you. If you attack me or other people – yes, I will protect and kill, but before that – you are just a man. May be, in the future, you will realize your sins and turn to God, I do not know. So, I have no reasons to hate or try to kill you. I follow my path and you follow yours, and in the end, we will all be judged according to our deeds only. Most I can do is to try and show you the right path, but nothing else.

/- Во первых, это не моя страна и не мои законы. Вы здесь не вне закона, так что я должен придерживатьсся местных законов либо уехать отсюда. Во вторых, тот факт что вы используете магию, остается между вами и Создателем. Любое применение магии - грех, но у меня нет права наказывать кого либо. Я лишь еще один раб Всемогущего, так что не имею права судить вас. Если вы нападете на меня или других людей - да, я буду защищать и убивать, но до того - вы просто человек. Может быть, в будущем, вы осознаете свои грехи и вернетесь к богу, я не знаю. Но у меня нет причин ненавидеть вас или пытаться убить. Я следую своим путем и вы следуете своим, а в конце, нас всех будут судить согласно нашим поступкам. Все что я могу сейчас сделать - попробовать показать вам правильный путь, но ничего более./


Эту речь Аристарх переводил почти дословно, стараясь не потерять ни единого слова.

- Это звучит как то… до ненормального хорошо. – задумался Артём.

- Что решим? – Младший вопросительно смотрел на Артёма. В их тандеме решения принимал Артём. Не в силу возраста, разрыв в котором у них был не таким большим, и не в силу знаний или опыта – Младший имел хорошее образование и успел попутешествовать и повидать в разы больше Артёма. Дело было скорее в том, что Артём, как бы странно оно ни выглядело, рассматривал окружение с более глобальной точки зрения, не руководствуясь эмоциями. Черта, которой он научился у Анастасии, и которая была ключевым пунктом в формировании Искателей того набора.

- Деньги нам по итогу нужны? Нужны. – рассуждал парень. – Взять их неоткуда? Неоткуда. Работа хорошая, наш профиль почти. А он… раз он преподаватель, то убивать материал для опытов ему вообще не с руки – студентам надо учиться, а без наглядного пособия, все эти ваши обучения – пустой треп языком. Ему невыгодно чтобы нас калечили и убивали, иначе обучение опять встанет. О, кстати, а что случилось с предыдущими мальчиками для битья?

- They were called to fight in the army. Razin`s gang has been quite active recently. – Харун рассмеялся. – Do not worry. I see you are smart, you even investigate about people who were before you. You are good.

- Их позвали в войска, Разинцы начали активно себя показывать. А ты молодец что интересуешься теми кто был до тебя.

- Заметано.

Артём пожал руку Харуну.

- Когда начинаем?

- Завтра. – крессентец был доволен.


---


В кадетский корпус их привез сам Харун, управляющий собственной легкой бричкой в которую были запряжены два коня.

- Это ведь не мерины. – Артём с сомнением глянул на животных. – Они же сейчас тут все к хренам разнесут. Почему они не дерутся?

- А почему им нужно драться? – удивился Младший.

- Потому что жеребцы это куча мяса которая ненавидит все что имеет яйца. Особенно других жеребцов. И то что они в одной упряжке… почему они не дерутся?

Харун слабо понял вопрос, но основной посыл он уловил.

- Они дерутес толка когда хотят стать главный. Болшой босс.

- Ну да.

- А тут я самый болшой босс. – Харун сжал кулак в характерном жесте. – Я говорит, они делат. Они знаиш это. Они моя сука.

- А почему вы их не… того?

- Харам. Не трогай их tool, не твой же. Резай свой tool если хочет.

Дорога прошла заурядно если не считать того, что каждые пятьдесят метров Харун останавливал бричку чтобы поболтать с мимо проходящими людьми, просто перекинуться парой слов. Несмотря на ломаный уссурский, его прекрасно понимали и улыбались в ответ.

- Вас тут все знают. – промолвил Младший. – И вы всех знаете, хотя город большой.

Алексей также с интересом смотрел на людей. Когда они здоровались с крессентцем, они не были раздражены, на их лицах не было натянутой улыбки. Они действительно искренне приветствовали араба.

- Не все. Но много, наверно. Я лубит говорить, люди тоже.

Он провез их через главные ворота, у которых дежурили два скучающих охранника, с которыми Харун болтал еще минимум минуты три. У входа в главный корпус, под крытой галереей опирающейся на гранитные колонны, Харун остановился.

- Хорошо. Итак, я пока пойду и договорюсь о том чтобы для вас нашли места где спать и разложить свои вещи, все свои чемоданы.

Младший и Артём переглянулись. У них на двоих была одна сумка которую носил с собой Леха.

- Вы начали нормально говорить. И у нас нет чемоданов.

Харун рассмеялся.

- Это поле Балбадина. Тут любой язык понимают. Я сейчас говорю на крессентском, а вы понимаете смысловую нагрузку моих слов на уссурском. А про чемоданы я шучу. Кстати, вы кушать хотите?

- Нет, поели уже.

- Тогда может хотите искупаться в уссурской бане? У нас есть еще бассейн.

Младший радостно закивал.

- Я хочу нормально помыться. Не в речке, а как белый человек.

- Замечательно. Я вам покажу где мыться, где оставить свои вещи для стирки и так далее. Там разберетесь. А сам пойду к командующему, договариваться чтобы вас взяли.

- А может нам с вами? Ну, чтобы он увидел кого нанимает.

Харун улыбнулся.

- Не надо. При вас поговорить с ним не получится так как надо.

- В смысле?

- Ну, на самом деле, согласно закону, принимать на вашу должность можно только чародеев и магов состоящих на службе в регулярной армии Уссуры.

- А как тогда мы будем тут работать? – протянул Артём.

- А я заставлю его чтобы он принял вас.

- Как?

- Это уже моя забота. – отмахнулся Харун. – в конце концов, без практики мой предмет бесполезен, а мне религия не позволяет брать деньги и не работать. Это же грех.

Баня… Артём не помнил когда последний раз он ходил мыться в баню, а не полоскался в тазике или холодной речке. Однако, если для деревенского парня мытье было полезным, но не сверхважным занятием, Младший воспринимал отсутствие возможности искупаться как личную маленькую трагедию.

- Баааняяя… купаааатьсяяяя… аааа…

Бассейн и баня находились в отдельном здании, а на сегодня все тренировки были уже закончены, так что у магов была возможность попариться и поплавать вдоволь.

- У меня шрамов столько.

Младший разглядывал свое тело. На коже тут и там виднелись рубцы. Несмотря на то что совокупность сфер Жизни и Материи позволяла укрепить свое тело, оружие врагов тоже было сделано не из одуванчиков. Тот же арбалетный болт вырывал куски мяса вместе с хитиновой броней, а удар дубиной все еще мог поломать ребра.

- Ну так зарасти их, можешь ведь. – предложил Артём. – Жизнь есть, чего еще надо?

- Могу. Но шрамы ведь украшают мужчину.

- Ты это как себе представляешь? Ты такой идешь без рубашки, весь покрытый шрамами по улице, а все встречные девки так и столбенеют. Те, которые послабее, так и падают, падают, падают и сами собой в штабеля укладываются?

Младший недовольно фыркнул.

- Ты все портишь.

- Лёха, шрамы не украшают мужчину. Это не украшение.

- Это мужественно. Человек дрался. – возразил Младший.

- Ну смотри. Вот был у нас в деревне один мужик. Сенька Корявый. У него на всю харю был шрам. Всем говорил что его мечом бандиты тяпнули.

- А на самом деле?

- Долбоклюй он. Дрова рубил, топорище сломалось и лезвие ему в лицо и зарядило. Мужик он? Ну леший его знает. Но если и мужик, то не из-за шрама. Мужественность — это когда ты сам решил, потом довел все до конца, а потом взял на себя ответственность за то что получилось. А шрамы это… следы от порезов.

Артём пожал плечами и откинув голову назад, оперся ею о стенку и закрыл глаза. Через несколько минут он почувствовал, как рядом творится магия.

Приподняв голову, он заметил, как Младший сосредоточенно водит руками над торсом, потихоньку заставляя рубцовую ткань рассасываться.

После бани парни не нашли свою одежду. Вместо нее у них было пять стопок с военной формой. Серо-зеленый китель с высоким воротником стойкой, к которому с внутренней стороны был пришит подворотничок. Погон не было, но на предплечье правого рукава были отличительные знаки – "шпалы" – V-образные нашивки в количестве трех штук. На втором рукаве красовался шеврон с изображением книги. С кителем шли брюки того же цвета и кроя. Туда же прилагалась белая накрахмаленная сорочка, хлопчатобумажная майка, черные кожаные ботинки с гибкой рубчатой подошвой и мягким задником, пара серых носков и комплект серого исподнего из мягкой ткани.

- То есть трусы мои они… - Младший покраснел. – Стирать будут.

- Сожгли. – убежденно произнес Артём. – Эти богатеи… у меня и Анастасия так же. Пока я купался, всю мою одежду сожгли. Сволочи.

Артём умолк и потрогал шею, где на невидимой цепочке держался кулон из чароита. Небольшой камень, переливающийся фиолетовыми искрами, мягко пульсировал. Раньше он себя так не вел.

- Это чего он? – спросил Младший, на всякий случай оглядываясь по сторонам и прикрывая пах ладонями.

- Черт его знает. Но ты одевайся уже, а то стоишь скрюченный как институтка на выезде. Тебе четырнадцать лет уже, а мы в мужской бане, расслабься, стеснительный. Да и нас тут только двое.

- А чего он тогда светится? Я не могу понять, я его не могу просканировать.

Действительно, любые попытки Младшего проверить камень Основами словно проваливались в пустоту. Чароит был подобен черной дыре, в которую затягивало любое магическое плетение.

- Непонятно. Ладно, одевайся, нас может быть уже ждут. Кстати, почему эта рубашка такая жесткая?

Младший глянул.

- Она накрахмалена. Это чтобы лучше выглядела. Мнется меньше и все такое.

- Она жесткая и неудобная. – пожаловался Артём. – И хрустит как капустный лист.


---


В столовой на триста посадочных мест было только три человека – Артём, Младший и Харун. На кухне негромко стучали и звенели многочисленные повара, готовившие ужин на весь личный состав Новониколаевского Кадетского Корпуса.

- Я договорился.

Харун выглядел довольным.

- Вас зачислят как кадетов и вы подпишете договор, по которому вы будете служить в армии Уссуры. Когда вы решите уйти, вас отчислят и вот вы уже никому ничего не должны.

- Учитель Харун! – позвал кто-то из поваров. – Ужин готов, забирайте подносы.

Все трое поднялись со своих мест и подошли к окошку выдачи. Харун взял один поднос с борщом, салатом и парой котлет с гречкой, Артём взял второй. Младший растерянно смотрел на одинокий стаканчик с непрозрачной, коричнево-белой бурдой. Третьего подноса не было.

- О, это мне.

Харун ловко воодрузил стаканчик на свой поднос и сев за ближайший стол, оставил себе бурду, передвинув поднос с оставшейся едой на противоположный край.

- Чего вы ждете? – обратился он к стоящим у окошка парням. – Садитесь, кушайте.

- А, еда мне?

Харун с удивлением указал на ужин который сам и принес.

- Вот.

- А вы кушать не будете?

Араб покачал головой.

- Я утром ел. И в обед выпил стакан чая с медом. Куда мне больше, я и так уже как беременный хожу. Да и не хочу кушать. Может дома поем.

Жизнь. Материя.

Младший проверил еду чисто машинально. Нет. В еде не было яда. А бурда в стакане оказалась сладким чаем с молоком.

- Кушайте. - позвал Харун. – Пока оно горячее, это хотя бы вкусно кушать. А я пока, с вашего позволения, пойду молиться. Уже опаздываю на десять минут.

- Вы молитесь по часам?

- Пять раз в день. Но сейчас мне вначале надо было убедиться в том, что у вас есть ужин. Как вернусь с молитвы, покажу вам ваши комнаты.

- Странный он. – пожал плечами Артём, принимаясь за еду. – Он…

- Слишком правильный. – закончил вместо него Младший. – И не ест нифига.


---


На следующий день, как и подобает кадетам, они присутствовали на его лекции. Начало лекции было посвящено противодействию магам и чародеям, так что они были там в качестве слушателей.

- Сегодня, впервые за последние полгода у нас будет практическое занятие. Для вашей группы это будет вообще первое занятие, так что слушайте внимательно. И повторим основы.

Харун, все еще в своем белом «платье» и с платком на голове, ходил по просторной аудитории, меж нескольких десятков кадетов которым было от пятнадцати до семнадцати. Все они были старше Младшего, который будет для них мишенью.

- Первое и главное оружие убийцы магов? Борис Войнов?

- Примиум! – гаркнул темноволосый кадет. – Он защищает от магии.

- Если бы у тебя был примиум в таком количестве, ты бы жил не здесь, а где-нибудь в Новом Свете и каждое утро говорил дворецкому чтобы тот принес тебе твой плащ. Ответ верный, но неподходящий к нашей ситуации.

- Учитель, огнестрельное оружие! Оно не такое дорогое как примиум.

- Неплохо, Макаров, однако огнестрельное оружие типа ружей и пистолетов все еще только на втором месте. Ну же, вспоминайте, я говорил вам.

- Информация. Кто владеет информацией, тот владеет миром. – ответил полный кадет с рыхлым телосложением и нездоровым цветом лица.

- Хорошо, Ваня, хорошо. И какая же информация о магах важна?

- Любая.

- И да и нет. – покачал головой Харун. – Вспоминайте.

Кадет, чье лицо было густо усыпано веснушками, а большие верхние зубы придавали ему сходство с зайцем, поднял руку.

- Да?

- Если маг далеко, то предпочтительно узнать о тех условиях в которых он родился и вырос. Это позволит понять, как и о чем он думает. Маги аристократы часто недооценивают врага, а горные маги часто теряют голову если им кажется, что их оскорбили.

- Хорошо, хорошо. – покивал Харун. – Что еще важно?

- Если мы знаем что скоро операция, но нужно узнать в какой Традиции был воспитан маг. Это ключевое знание, которое дает понятие о стиле боя. Вербены слишком рассчитывают на союзников, которых они поддерживают или же создают сами. Говорящие с Грезами сильны, но им нужно много времени на подготовку и вызов духов. Культ Экстаза опасен тем что контролирует время, но площадь их воздействия не слишком велика, а попытки увеличить дистанцию грозят им Парадоксом. И так со всеми Традициями.

- А когда маг совсем близко?

- Маги могут колдовать и с завязанными руками и глазами, а чародеи не могут. Но маги намного сильнее зависят от концентрации, в то время как чародеи могут проговорить свои заклинания даже если их отвлекают. Поэтому важны их фокусы – те предметы, которые они должны иметь при себе или сжимать в руках чтобы им было легче сосредоточиться. Фокус для каждой Сферы свой. У Ордена Гермеса это, как правило, посох для сферы Сил, у Эфтанатос дым, кинжал или шарф, ну и все такое. Если отобрать у мага фокус, ему трудно сосредоточиться, и активная пауза увеличивается.

- Расскажи поподробнее об этой паузе.

- Маги обычно могут готовить по одному заклинанию за раз. Время от использования одного заклинания и до использования другого называется активной паузой. В это время маг дееспособен, но должен сосредотачиваться на плетении, что ослабляет его бдительность. Эта пауза и есть то самое время, когда нужно совершать удар и маневры. Чем сильнее натиск на мага, тем труднее ему дается плетение. В среднем, активная пауза длится примерно шесть секунд и увеличивается с каждым произнесенным заклинанием. Выпускники магических школ, и в частности Академии, плетут заклинания быстрее, и кроме того, они способны одновременно творить сразу несколько заклинаний.

- Неплохо. Видно, что есть люди, которые не спали на лекциях. Да и в библиотеке ты много времени провел, Герман.

Харун похлопал по плечу кадета, отвечавшего все это время.

- Сегодня у вас будет возможность попробовать себя в деле. У нас есть два мага которые согласились нам помогать и быть мишенью. Помните, сейчас ваша цель не убивать и не ранить. – Харун смотрел на всех. – Вы должны всего лишь добраться до мага и дотронуться до него кисточкой.

- Простите. – Артём поднял руку. – Чем коснуться?

- Кисточкой с краской. Она будет у них вместо оружия. И на луках, на арбалетах… ученических, не бойтесь. На всем их оружии будут мягкие кисточки с краской. Это младшие курсы, им нельзя еще оружие давать.


---


Пару часов спустя маги отдыхали на тренировочном полигоне – сложной системе зон имитирующих самые разные условия – от леса до городских трущоб. Каждая из этих зон была размером примерно двадцать пять на двадцать пять метров каждая, и всего их было шестнадцать. После тренировки «в развалинах деревни» с целым классом, Артём задумчиво пытался оттереть два ярко синих пятна. Младший раздраженно бормотал матерные слова глядя на себя, заляпанного краской как забор после ремонта. Ему досталась зона «дворец» и еще один класс – помладше.

- Это просто тупо. Так не бывает в нормальных драках. Они бы меня такими ударами не ранили бы.

- Ну да, обычно железо скользит по твоей скорлупке. – согласился Артём. – Да и ты привык к ближнему бою. А они прут и не ссутся. Отвлекают, перебегают, прячутся. Неплохо.

- Хорошо их учат. – согласился Младший. – Но в настоящем бою мы бы их уделали. Да даже если бы мы двое сразу были, а не поодиночке.


---


После недели работы, парни нормально обосновались среди кадетов – подружились с некоторыми из них. Младший подрался с Борисом из седьмой роты, после того как тот заявил, что без магии маги – говно из-под коня. Впрочем, на следующий день они все-таки наладили отношения. Тренировки у парней были каждый день. Старшие курсы занимались уже с оружием, пусть и затупленным, но все же тяжелым. После предварительного предупреждения, на тренировочные площадки начали приносить и огнестрельное оружие, заряженное резиновыми пулями. Магам становилось все сложнее. Задания также изменялись – кадеты сопровождали цель, которую Артём должен был перехватить, или же Младший имел «заложников» - деревянных манекенов, которых кадеты должны были утащить в безопасность. Впервые за много лет, парни вновь обрадовались выходным субботе и воскресенью, когда тренировок не было. Большая часть кадетов также разъехалась по домам, за исключением иногородних, оставшихся в общежитии. Вечер воскресенья был банным днем, и маги решили помыться вместе со всеми, правда для Младшего первые полчаса наготы в обществе были стрессом, пока он не понял, что на него никто не смотрит.

- Тёма! Разбей.

- Чего тебе? – Артём, уже вытиравшийся большим мохнатым полотенцем в раздевалке, уставился на друга, который держал за руку Бориса. Оба были уже полностью одеты, в отличие от Артёма, полоскавшегося под горячим душем лишние пятнадцать минут.

- Мы поспорили что я смогу провисеть на турнике больше чем он. Без магии.

- А на что забились?

- На рубль.

- Олухи богатенькие. – вздохнул Артём. – Ну хорошо.

Ребром ладони он разбил их рукопожатие.

- Погодите, сейчас оденусь и приду, буду судить. Нам тут свежую форму принесли.

На скамейках на каждой стопке одежды была бирка с именем кадета. Артём нашел свою.

- Опять эта жесткая фигня…

Он попробовал смять воротничок, чтобы сделать его мягче. И сразу же отдернул руку.

- Что за чушь…

Артём уставился на ладонь. После прикосновения к воротнику, на руке остались белые крупинки. Раньше такого не было.

- Крахмал? Мгм… Лёха!

- Чего?

Артём подошел к другу, увлеченно болтающему с кучей ребят, и протянул ему руку ладонью вверх.

- Это крахмал?

- Чего? – Младший посмотрел на порошок. – Не знаю. Наверное, крахмал. Я его на сканирование не узнаю.

- Посмотри, сравни с остальной одеждой.


Материя.


То, что лежало у Артёма в руке отличалось от того чем были пропитаны воротники всех остальных кадетов.

- Это… что-то другое.


Материя.


- Такое и у меня на воротнике. И у тебя. Только у нас.


Материя. Жизнь.


- Яд.

Младший почувствовал, как по коже бежит неприятный холодок. Яд был контактным и уже впитался в его кожу.

- Очисти се…

Здание содрогнулось, разнесся оглушительный звук удара, словно кара небесная обрушилась город, в окрестных зданиях из окон вылетели стекла.

- Что это?!


Сибирское Казачье Войско напало на Новониколаевский Кадетский Корпус.

Показать полностью
48

Феникс и Змей - Полуденная Сталь

Глава 25

Ошибки


Анна де Бейль внимательно разглядывала мужчину, в котором с трудом узнавался Алексей, который еще несколько недель назад возглавлял крупную преступную группировку, а сейчас он сидел на корточках и разговаривал с ведром.

- Где вы его нашли?

- В переулке Поддубного. Псих. Но при этом чистый и здоровый. Вот мы и решили, что вам он может понравится.

- Вы правильно решили. Теперь я задам вопрос и от него будет зависеть очень и очень многое. Вы давали ему свое витэ?

Анна посмотрела в глаза своим отпрыскам.

- Нет. – выдавил один из них.

- Правду.

Доминирование скомкало остатки воли вампира в мокрый комок бумаги. Клан Тремер придерживался строгой иерархии, которую подкрепляли еще и сверхъестественной властью старших поколений над младшими.

- Мы действительно его не поили кровью… то есть витэ. Нам его аура показалась странной. Эти искры на ней…

- Это аура мага. – пояснила Анна. – И магам нельзя давать Становление или даже садить на Узы Крови. Проклятье Каина разрушает Аватар.

По некой, неизвестной никому, причине, маги теряли связь с Аватаром едва попробовав крови вампира. Так, в свое время, группа магов Ордена Гермеса в поисках бессмертия зашла слишком далеко. Да, эти семеро получили бессмертие, но, к их подлинному ужасу, они перестали быть магами. В поисках философского камня, они превратили все что имели в пирит, а не в золото. Знание мистических искусств помогло им создать Тауматургию - каинитские Дисциплины, вампирский аналог магии. И все же, Тауматургия, хотя и мощный инструмент, не шла ни в какое сравнение с истинной магией. Хрупкая, но невероятно могущественная, магия Сфер была далеким, недостижимым идеалом для любого сородича из клана Тремер.

- Я помню, да, помню. Вы говорили об этом. А теперь… вы…

- Изучу его, посмотрю, что происходит с его разумом. Дальше видно будет.


***


- Налетай! Подходи! Покупай!

Артём надрывался во все горло пытаясь привлечь покупателей. Младший деликатно самоустранился и занимался тем, что приводил свою одежду в порядок с помощью сферы Материи. Несмотря на тот факт, что они неделями и месяцами путешествовали по тем самым местам где еще не успели побывать телята Макара, каждый день несколько минут Младший посвящал внешнему виду – ровнял волосы, очищал одежду от пыли и латал дыры и порезы.

- Скажите, а что это вы продаете?

Младший поднял глаза. Перед ним стояла женщина лет сорока с лишним, одетая в простое платье из белого сукна. Зелено-желтая вышивка на платье изображала стилизованные подсолнухи и траву.

- Это амулеты разные. Целебные, вот тут игрушки для детей и все такое.

- А кто делал их?

Женщина недоверчиво покосилась на Младшего.

- Я сам.

- Украл что ли?

Для гордого сына Мамонта слышать подобные обвинения в свой адрес было, скажем, чувствительным ударом по самолюбию.

- Я никогда ничего не краду. – процедил Леша сквозь сжатые зубы. – А вы можете идти…

- Леша, я дальше тут сам!

Артём вмешался, зная вспыльчивый характер друга. Через пару минут он протянул Младшему несколько медяков.

- Живем, братишка, иди пока, купи нам нормальной еды. Борща какого-то, блинов с мясом. Я хочу что-то в чем больше одного ингредиента. Задолбало жрать голое мясо.

Младший взял деньги и пошел по рынку. От разнообразия еды глаза разбегались в разные стороны. Жареные биточки он любил, но сейчас ему квашеная капуста нравилась намного больше. Мимо медвежьей колбасы он прошел с нескрываемым отвращением, на глухарей и кабаньи окорока даже не глянул, а вот в молочном ряду он стоял и молча глотал слюни.

- Подходи, милок, чего глядишь? Покупай, да пробуй! Сама масло пахтала, сама сыр варила, от родной коровы которую сама доила.


Разум.


Она врала. Беззаботно, легко и просто. Врала. Но честные продавцы — это вообще нонсенс. Честные перекупы – оксюморон.


Жизнь


Сыр не был заражен стафилококком. Уже хорошо. Понятное дело, что маг владеющий сферой Жизни крайне редко имеет проблемы с желудком, но все равно, выкидывать деньги на ветер было впадлу.

- Почем сыр?

- Пятнадцать копеек за полкило, родимый, дешево и вкусно и так полезно!


Разум.


И вновь вранье. Младший выглядел слишком богатым в этой одежде чтобы продавать ему сыр по нормальной цене, а возраст и… интеллигентный вид делали боевого мага эдаким «Буратинкой» в глазах торгашей. Цена была завышена минимум в два раза – он читал ее эмоции – жадность и азарт.

- А… де…

Младший так и не смог выдавить из себя слово «дешевле». Ему было стыдно, неловко, жалко людей, даже когда они врали ему в лицо и он знал это. И еще, они могли подумать, что он бедный и нуждается в помощи. Это было еще хуже чем драться с .

- Дайте полкило. – вздохнул мальчик.

Он купил соленых огурцов, свежий хлеб, пару трубочек с кремом и литр компота. И везде он безбожно переплачивал, хотя и знал об этом.

Когда Младший вернулся обратно, вокруг их лотка бушевал скандал.

- Что случилось?

- Амулеты… они не работают как надо!

Целебные амулеты созданные Младшим не лечили людей. Вернее, после исцеления диабетической незаживающей язвы, кожа на ее месте покрылась пузырями наполненными смрадным гноем. Порез на ноге крестьянина зарос, но через несколько минут на его месте начали расти странные шевелящиеся фиолетовые выросты. Мужчина страдавший от мигрени вначале сообщил о том что ему лучше, после чего впал в бешенство и набросился на Артёма в приступе слепой ярости.

- Что за срань господня происходит, Леха?! Ты что сделал с амулетами!?

- Я… я все нормально сделал!

- Они нас сейчас четвертуют!

Толпа вокруг парней все нарастала и уплотнялась. Послышались крики о том, что игрушки, проданные этими душегубами, взрывались в руках детей, оставляя ожоги.

- Йоп твою медь…

Зажатые в угол, парни ощетинились как два волка. Еще немного и прольется кровь.

- Остановитесь!

Земля приподнялась на несколько сантиметров и опустилась вновь. Толпа повалилась на землю.

- Именем мэра! Я беру их обязательства на себя.

Уже знакомый голос был усилен в несколько десятков раз. Аристарх Илларионович стоял позади толпы с деревянным посохом в руках.

- Тех кто пострадал от их деятельности, прошу явиться в мою клинику, там вас вылечат бесплатно при предъявлении амулетов и ран от них полученных.

- Они душегубцы, убить меня пы…

- Зинаида! Скажешь еще хоть слово, и я не промолчу. Перуном клянусь, перед ликом Ярилы клянусь, я тоже начну говорить. Ты знаешь что я скажу. Мы оба знаем.

Толпа молчала. Замолчала и Зинаида – уже немолодая, объемная торговка рыбой. Женщина явно растерялась, не зная что ответить. Главная скандалистка и предводитель всех почтенных матрон дворовых лавок и рыночных прилавков, Зинаида впервые за последние двадцать лет не ответила площадной бранью на угрозы.

Толпа замерла.

- А что же такое… говорите, Аристарх Илларионович. Что с Зинкой то?

- Спросите у нее. – усмехнулся чародей и повернулся к парням.

- Так, вы двое. Предлагаю пройти за мной. И да, деньги вам придется вернуть тем кому вы продали ваши амулеты.

- Я часть потратил. – признался Младший.

- Ладно, раз-два, горе не беда. Придут за вами ко мне, там разберемся.

«Западный Леший» оказался большим магазином освещенным дюжиной стеклянных ламп в виде светлячков, подвешенных к потолку. Вдоль стен стояли высокие стеллажи, в которых за стеклянными дверцами были укреплены деревянные полки уставленные амулетами, талисманами, оберегами, травами и прочими магическими вещами. Впрочем, все внимание к себе привлекали отнюдь не товары.

- Добрый день, покупатель. – пророкотал басом продавец.

Серая кожа, покрытая вросшими в нее камнями, огромная голова с мелкими, красными глазками, пасть усеянная кривыми рядами поломаных зубов. Сутулое существо было чуть ниже Артёма ростом, но, как минимум, в три раза его шире.

- Хозяина пришла.

Голос этого создания напоминал стук камней друг о друга.

- Ептить…

Артём и Младший замерли.

- Не переживайте. Родион не кусается. – бросил Аристарх.

- Родион? – уточнил Младший. – Он же… это леший? Огр?

- Хуже. – отозвался Аристарх с благосклонной улыбкой. – Это человек.

- Не может… - Артём осекся.

- Может. Он был схвачен по обвинению в двойном убийстве. Согласно законам Уссуры его приговорили к смертной казни. Я предложил ему выкупить его из смертной казни в обмен на «Перекидку». Если наутро тебя ожидает виселица, то даже такая жизнь кажется сносной, так что Родион согласился на мои условия в присутствии трех судей и трех чародеев.

- Я думал, на подобное способны только сильные маги.

Аристарх снисходительно посмотрел на Младшего.

- Имея должные инструкции и материал, этот обряд может провести и умелый чародей.

Обряд на самом деле был не сложным. В полнолуние, чародей приходил с жертвой на круглую полянку посреди леса, в центре которой стоял пень, рядом с которым чародей выкапывал яму. В момент, когда луна проходила ровно над полянкой, чародей втыкал нож с серебряным лезвием, испещренным рунами точно в центр пня. Далее, жертва должна была повернуться спиной к пню и прыгнуть через него в яму. На дно ямы они падали уже без сознания, так что чародей заваливал их землей и уходил. В первое новолуние, чародей возвращался чтобы достать из под земли своего нового слугу. Интересен был тот факт, что обряд был достаточно простой чтобы его проводил кто угодно, знающий нужную последовательность действий, так что периодически Уравнители и Опричники проводили показательные казни людей, вздумавших набрать себе личную армию перекидышей.

- Родион отлично управляется с продажами. У него бестолковка как у двенадцатилетнего ребенка, но этого достаточно. Вдобавок, его никто не пытается ограбить, да и престиж повышает.

- Слушай, Аристарх.

Артём исподлобья смотрел на чародея.

- Это ведь ты испортил амулеты? Мы их сами зачаровывали, я же знаю как они должны работать.

Аристарх не обратил внимания на угрожающий вид парня. Чародей повернулся спиной к Артёму и неспешно двинулся за конторку.

- Как я уже говорил, нет никакой нужды портить начинания молодых людей. Они и сами справятся на отлично. Уважаемые, вы не задумывались о том, почему маги, да и чародеи, делятся на несколько разновидностей?

- Какие разновидности? – уточнил Артём.

Младший ответил вместо Аристарха.

- Боевые маги, типа меня и тебя. Миямото, нас еще так называют.

- Кто называет?

- Традиции. У магов такое деление.

- А вторые это типа целители?

- Авиценны. Но это, опять-таки, если на говоре Традиций говорить.

- Ну допустим. Боевые маги и целители.

- Есть еще несколько разновидностей. Прорицатели – Лаокоонты. Их задача – видеть, слышать. Предугадывать и предотвращать все подряд. Их не то чтобы совсем мало, около семи процентов от общего числа, но действительно талантливых – единицы.

- Они специально выбирали самые сложные слова чтобы я ничего не запомнил? – буркнул Артём.

Младший хихикнул.

- Я сейчас продолжу, тебе станет легче. Есть еще Ришелье. Это управленцы – те кто занимаются тем что меняют мир вокруг под свои нужды. У них глобальные задачи. Их меньше всего среди магов – ну от силы полпроцента.

- Ну допустим. Еще кто-то есть?

- Последняя категория – Левши-ремесленники. Те кто занимается рукотворными вещами – ну типа корабли выращивает, артефакты делает и все такое.

- А почему один не может сделать все подряд? – резонно спросил Артём.

- А вот этого я не знаю. – признался Младший.

Аристарх уже возвращался к ним держа в руках плоскую металлическую шкатулку.

- Резонанс, мой юный друг. Резонанс. У каждого мага, да и чародея, он свой. И чем больше заклинаний вы применяете в своей деятельности, тем сильнее становится ваш резонанс и его влияние на вашу работу и характер.

- Я что-то такое слышал от Жоржа. Только не внимательно слушал.

Аристарх откинул крышку шкатулки и протянул парням по кусочку тонкой, рисовой бумаги.

- Это бумага чувствительная к резонансу. Ее украли у одного старого ниппонца. – пояснил чародей, и по выражению его лица было трудно понять – шутит он или говорит правду.

- И что с ней делать?

- Просто возьмите двумя пальцами и сосредоточьтесь.

Бумага в руках Артёма вспыхнула и сгорела за считанные секунды.

- Пламенеющий. – резюмировал Аристарх.

- Ай…

Младший затряс рукой. Кусочек бумаги не торопился падать – он выпустил несколько щупалец и пополз по Младшему, омерзительно изгибаясь и дрожа.

- Хаотичный резонанс.

Стряхнув с себя мелкую тварь, Младший раздавил ее ногой.

- А теперь смотрите на меня.

Листок на ладони Аристарха покрылся тонкими стрелами травы и даже выпустил несколько листочков.

- Живительный. Так выглядит резонанс потенциального целителя. И этот резонанс будет присутствовать во всех моих заклинаниях.

- Но я то себя лечил и ничего. – возразил Артём. – И он себя лечил, и никаких щупалец и хаоса.

- Потому что вы невосприимчивы к своему резонансу, примерно как если вам пересадить ваш собственный костный мозг. Реакции отторжения не будет. Хотя… - Чародей глянул на лица слушателей. – О чем это я… представьте, что в избу заходит мужчина и начинает хозяйничать. Если это его собственная изба, то проблем не возникнет.

- Но если изба чужая, то будет драка. – продолжил Младший. – Аллегория, в принципе, понятна.

- И если мужчина привык управляться ножом, то он всех порежет. Если у него топор – то зарубит, и так далее.

- То есть…

- То есть вы не сможете быть и воином и ремесленником и целителем если речь идет о вещах для других людей. – Аристарх развел руками.

- Анастасия могла! Она была и целителем и зачаровывала одежду и сражалась! – выпалил Артём.

- Исходя из того, что ваши жетоны выданы Жоржем, я полагаю, что вы говорите об Анастасии, также известной как Рыжая Бестия, Солнце Скифарии, Пьющая Дыхание? Она Искательница, по крайней мере, была ею. Чтобы удостоиться подобной чести нужно быть не просто выдающимся – нужно быть единственным в своем роде. Анастасия стала Искательницей именно из-за своего потрясающего мистического самоконтроля.

Аристарх говорил с нескрываемым восхищением в голосе.

- Она не просто развила в себе несколько резонансов, на что способны лишь талантливые маги, она вдобавок была способна выборочно использовать тот резонанс, который лучше подходил в каждой конкретной ситуации. За счет этого она прошла полноценную квалификацию в качестве Миямото, Лаокоонта и Левши. Уникальная личность.

Переведя взгляд на мальчиков, чародей вздохнул.

- У вас же подобного таланта не предвидится. Так что… вы не сможете торговать своими амулетами. Я понял это в тот самый момент, когда прочел вашу ауру с сигилов.

- А почему ты сразу не сказал насчет резонанса? Нас там порвать хотели.

- А вы бы мне поверили?

- Ну… - Артём почесал голову. – Так то да, не поверили бы. Решили бы, что ты хочешь конкурентов отпугнуть.


***


Богдан медленно шел по территории Академии. Там, впереди, где возвышалась башня Ордена Гермеса, его ждала мать. Наверняка она на него и сейчас смотрела.

Вокруг ходили студенты, о чем то разговаривали, спорили, но для Богдана они находились словно за мутной стеклянной стеной. Он едва ли замечал погоду и окружение – разве что солнце светило на него особенно ярко.

- Мама… прекрати…

В башню его пропустили без проблем, несмотря на то что он принадлежал к Сынам Эфира. Местные знали Богдана, поскольку последние три года его мать жила в Академии. В обычных условиях, присутствие родителей на территории Академии запрещается даже для чопорных монтеньских графов, однако для Богдана сделали исключение. Вернее, для его матери, поскольку самого Богдана знали исключительно как ее придаток.

Медленно поднимаясь по винтовой лестнице, Богдан несколько раз закрывал глаза, потихоньку проговаривая весь будущий диалог. Как обычно, после очередной воображаемой реплики матери, ему было нечего сказать.

Навстречу ему шел мужчина. Богдан узнал давнего друга мамы и, улыбнувшись, поздоровался. Мужчина едва взглянул на него. На лице мага отражалась внутренняя борьба и… опустошенность.

- Здравствуйте, Богдан. – наконец ответил маг, с трудом выдавив из себя улыбку. – Мы так давно не виделись.

- Да, уже… давно, очень. А вы к маме приходили?

- Д… да… Богдан, вы знали что ваша мать тут?

- Ну… да. Три года уже.

- А я… а я ведь ни разу не пришел вас навестить. – куда-то в пустоту произнес маг. – Я бы сразу узнал. А я не подумал о детях оставшихся без матери. Она права… я плохой друг. Я не заслуживал того чтобы…

Маг сжал в руках трость.

- Прошу меня простить. Мне нужно удалиться.

Маг ушел дальше по винтовой лестнице, вниз. Немного удивившись, Богдан продолжил свой путь.

Мальчик остановился у деревянной двери усиленной защитными рунами, начертанными на Енохианском. Одинаковые руны «Пустота», гасящие любое пламя. Отличались они разве что вектором направления – они не защищали обитательницу комнаты от огня. Эти руны были созданы Деканом факультета Сил с единственной целью – не дать той, кто находится за дверью спалить башню.

- Бл… - Богдан вздохнул.

Несколько раз он поднимал руку и вновь опускал, не решаясь постучаться. Она уже наверняка знала, что он тут. И он знал, что она знала. Как сказала бы эксцентричная Вербена, она знала, что он знает, что она знает. И все же, он не мог заставить себя постучать в дверь.

Женщина выжидательно смотрела на дверь. Спустя некоторое время ей это надоело, и она щелкнула пальцами. Дверь распахнулась.

- Ой... привет... мама.

- Заходи

Она кивнула головой, приглашая его войти

Богдан сделал глубокий вдох и выдох. Зайдя, он сел на краешек кресла и, чтобы не глядеть на мать, смотрел по сторонам. Простая обстановка, без роскоши и излишеств. Так же как и дома, тут пахло травами, которые любила собирать мама. Правда в последние три года мама пахла не только травами, но и горячими камнями, раскаленным песком и сухим ветром.

- Ну... Рассказывай, как ты дошел до такой жизни. – Она была спокойна внешне, однако мальчик знал, что за этим спокойствием бурлит огненный шторм.

- Ты... не будешь ругаться?

- Буду. Ты говори, я слушаю

- Я чуть-чуть опоздал со сдачей самостоятельной работы по редким материалам. И провалил "Нестандартные Алгоритмы" герра Клауса. Совсем немного задержался.

- Видишь ли... – мягко начала женщина. – За просто опоздание не ставят неуд. Это надо было вообще нихрена не делать во время семестра, чтобы провалить зачет!

Её голос твердел и под конец им можно было резать сталь. Богдан сжался в комок, пытаясь стать меньше.

- Решил взять "Полевую практику" чтобы добить семестр. Я думал сработает.

- И?

Она прекрасно знала ответ.

- Ну... я чуть не рассчитал силы, и... люди пострадали. Потом пришли их друзья, ну и это... в общем, "Полевую Практику" я тоже завалил.

Мать порывисто встала, нервно прошла по комнате

- Дорогуша... Ты вообще какой ерундой страдал?

Он нервно наблюдал за ней.

- Вот ты выпрашивал поехать самому по себе заниматься. Клялся-божился, что ты будешь заниматься, что хочешь, горишь желанием и так далее. А что в итоге? Тебе что, нельзя доверять ничего? Дорвался до свободы и забил на всё? А потом еще и проявил локальную амнезию и выборочно забыл всё, чему тебе учили и завалил практику? Это как называется?

С каждым словом, в мальчика словно забивали гвоздь. Она была права и он знал это. От осознания своей неправоты было еще хуже.

- Я... я... это...

Богдана прорвало. Он вскочил на ноги и впервые в жизни закричал на мать.

- Я ВООБЩЕ НИЧЕГО НЕ МОГУ! МНЕ ВООБЩЕ НИЧЕГО НЕЛЬЗЯ!

Услышав ответ сына, она покачала головой. Не показав никак иначе, что она заметила его всплеск эмоций, она подошла к окну и начала смотреть в него, чтобы не накручивать себя еще больше.

- Да что ты говоришь? Да к тебе не подойди! Ты вообще ничего не говоришь, всё сам и сам! И где твоё сам?!

- Мне скоро шестнадцать, я в первый раз вообще был один сам. И знаешь что? Я понял, что я ничего сам не могу. А знаешь почему? Потому что мне ничего не дают делать самому!

Богдан ждал ее реакции. Гнев, вспышка раздражения… ничего. Это было неожиданно.

- Как я научусь, если у меня нет никакой свободы? Как я сам буду жить? – добавил он уже тише.

- Что за бред? – все еще не глядя на него, она наклонилась вперед, опершись руками о подоконник. – Ты живешь сам! И пока я не переехала сюда, ты вполне без меня обходился! Какой еще тебе свободы надо? Мальчишка! Свобода - это не то, что ты себе навоображал! Свобода - это ответственность! В первую очередь перед самим собой! И последствия! А так - ты дорвался до гулек и в итоге завалил всё что можно и нельзя!

Она повернулась к нему. Такая же, как и три года назад, когда она прибыла в Академию под конвоем Оберона, всех девяти Деканов и целого полка Высших Ши. Она не постареет больше, он это знал. Ее кожа не потеряет цвет, огненно-рыжие волосы не поседеют, она неподвластна времени. Неотличима от человека, который его родил. Но не человек. И не маг.

- Вот ты уехал и учился сам без присмотра! И вместо того, чтобы учиться ты страдал херней с предсказуемым результатом!

- Не уехал. Вырвался. И я старался. Сам старался.

Она пожала плечами.

- И вместо того, чтобы учиться ты маялся дурью! И старался хреново! Важен результат, а его нет! Точнее есть! Полная лажа!

И вновь она была права. Они оба это знали.

- Значит поеду и сам буду делать результаты! САМ! – буркнул Богдан.

«Расширенная Полевая Практика» - предмет, предлагающийся студентам провалившим семестр полностью. Студентов выпускали в мир и предлагали набираться опыта самостоятельно, без защиты Академии и без лицензии. По сути – «сильные выплывут, о слабых не вспомнят».

- Значит так, деятель...

Женщина попыталась взять себя в руки и с крика перешла на сдавленно-спокойный тон, который в любой момент мог перейти во взрыв эмоций

- Сам ты уже навоевался, на отличненько. Чуть голову тебе не свернули два раза стоя. Хочешь делать результат - вперед. Но в компании с опытной командой, как минимум.

Она показала на бумаги, лежащие на столе.

- Команда как раз подходящая, техноманты, как и ты. Как минимум тебе там не свернут быстро шею, ну и подстрахуют тоже. А еще не будут жопу вытирать, это гарантировано. И до тебя или дойдет, что надо думать и быть ответственным, или не повезет.

Богдан глянул на бумаги. Надо же, она нашла и наняла наемников чтобы они ходили вместе с ним. Значит предвидела этот разговор… он что… опять пляшет под ее дудку?

- И они будут меня контролировать?

Она фыркнула.

- А тебя сильно контролируют? Я что, тебя контролирую? Тебя поконтролируешь, у меня нет желания выслушивать очередную истерику на тему того, как тебя обижают и ограничивают свободу. Я, наверное, слишком в тепличных условиях тебя держала, и ты привык НИЧЕГО самому не делать! Научись сам себя контролировать. Пока у тебя с этим хреново!

Богдан ожидал много чего, но не этого. Мать по сути предоставляла ему самостоятельность. Пусть и в компании наемников, но все же.

- Но я не буду носить твою одежду. Да, мама, спасибо, она меня спасла. Ты... меня спасла. Но если она на мне, я не самостоятелен.

Женщина застыла.

- Что за бред?

- Это не будет по-настоящему. Я буду знать, что мама меня спасет. В любой момент ты меня видишь и слышишь, и можешь просто выдернуть откуда угодно. Это не жизнь, это симуляция.

Она взорвалась.

- Ты мозгами думаешь вообще? Хотя, судя по последним событиям, не особо. Я тебя и без нее могу увидеть, при желании! Симуляция, это ж надо какие мы слова умные выучили! А другие слова ты умные не учил? Например, чтобы зачет сдать?!

- Я. Решил.

Пытаясь унять дрожь в руках, Богдан снял с пальца кольцо.

- И кольцо... Костино. Я его не возьму.

Мать его не слушала. Негодование бурлило в ней как в кипящем котле.

- Ах оно решило! Ты может и жопу подтирать себе сам научился?!

В дверь зашел мужчина в черном. Чуть выше среднего роста, с азиатским разрезом глаз и неприметной внешностью. Это был отчим Богдана – Константин.

- Дорогая... нам нужно поговорить.

Она подняла на него глаза.

- Котичек, ты слегка не вовремя. У нас тут юное дарование, просто бриллиант неоправленный академический, и у меня чуточку воспитательный процесс. А то кому-то не хватает свободы. Что с ней делать он не знает, но тоже туда же

- Я именно что вовремя. Солнышко, поговорим наедине?

Женщина уже закусила удила и просто жаждала скандала. Она не могла, вернее не хотела скандалить с сыном в полной мере. А вот Константин был подходящей целью.

- О чем же?

Богдан выскользнул из комнаты.

- КУДА?!

В комнате воздух словно уплотнился, стал тяжелым. Предметы готовы были вспыхнуть в любой момент. Продолжения сцены Богдан не увидел – отчим ловко захлопнул за ним дверь. В комнате осталось два бога.

- Радость моя. Богдан нуждается в тебе, я не спорю.

Костя осторожно смотрел на нее. Она была прелестна в своем гневе. Рыжие волосы начинали светиться, на лбу загорался огненный круг, глаза… в них не было вечной усталости и тоски, что он видел каких-то три года назад. Анастасия была великолепна, и божественность была ей к лицу.

- Но конкретно сейчас, ему нужна не опека. Ему нужна твоя поддержка во взрослении.

- В мозгах и самоконтроле он нуждается. Балованный мальчишка!

Комнату заполнило живое пламя, превращающее дерево в прах и раскаляющее камни докрасна одним прикосновением. Защитные руны на стенах работали в полную мощь чтобы удержать гнев богини солнца.

- Если в него не поверишь ты, то кто? – спросил Костя.

Пламя спалило его фальшивую внешность. Столб тьмы стоял посередине сплошного облака огня. Бог смерти, тьмы и животных. Кощей.

- Я пыталась и чем это закончилось? Что оно дорвалось до гулек и завалило всё что можно и нельзя!

- Люди не взрослеют за неделю. – возразил Кощей. - Маги - тем более. Да и на него давит твоя история. Ты всегда была для него недосягаема, а теперь еще и Восхождение.

Гнев и пламя исчезли, словно свечку задуло ветром. Анастасия облокотилась спиной о стену и уткнула лицо в ладони.

- Он на пол года уезжал... Неужели нельзя было просто учиться? От него же больше ничего не ждали... Делай вовремя работы и будет тебе счастье...

- Он будет учиться на ошибках. Без них не обойдется, но, если он их не сделает - он так и останется ребенком.

Они еще долго беседовали, однако через три с лишним часа, Богдану дали ответ. Мама разрешает ему не носить одежду сделанную и зачарованную ею – но лишь при условии, что он создаст себе огнеупорную. Отчим снимет свое благословение с кольца, что носил Богдан, что аннулирует его защиту от демонов, тьмы и животных, так что останется лишь недофамильяр – дух улыбающегося кота. Со своей командой техномантов он познакомится через пару дней, а пока – он может почитать их личные дела.

- Эдуард Купетман и Хидео Ацуко. А что из этого имя?

С фотографий на Богдана смотрели молодой хлыщ с иудейским профилем и неестественно правильная, миниатюрная ниппонка. «Адепт Флиртуальности», как написал в своем досье Эдик, и «Стальной Дракон».


***


- Мистер ОБрайен.

Дилан знал этот голос. Вежливый, с легкой усмешкой. В общем то, Дилан знал чего ожидать, когда Фауст обратился к нему по имени и фамилии. Если знает аспирант знает его, то и преподаватели наверняка уже услышали о возвращении Дилана. Если услышали преподы - семья уже в курсе. И даже если Дилан будет сидеть в самом неприметном кафе Академии, то его и тут найдут.

- Виктор.

Он поднял глаза. Да, это был дворецкий семьи ОБрайен. Высокий худой брюнет в неизменном сюртуке с длинными полами. Аккуратные бакенбарды переодящие в подстриженную бородку.

- Рад вас видеть, Мистер ОБрайен.

Дилан потянулся к нему разумом. Ничего. В принципе, этого следовало ожидать. В волосах мужчины наверняка сейчас был спрятан гребень "Тишина Мысли" прячущий разум человека от воздействия.

- Я тоже рад тебя видеть, Виктор.

- Вы замечательно лжете, мистер ОБрайен. - отметил мужчина. - Однако, я вас слишком хорошо знаю. И поскольку мы оба знаем зачем я здесь, прошу вас не усложнять жизнь всем присутствующим. Пройдемте со мной. Ваша семья желает вас увидеть после долгой разлуки.

В трех шагах за спиной Виктора, со стола беззвучно взлетела тарелка. Дворецкий, однако, проследив за направлением взгляда псионика, невозмутимо достал из под полы сюртука массивный многозарядный пистолет и направил на Дилана.

- С такого расстояния я не промахнусь. Ваша мать дала мне любые полномочия. Я думаю о том чтобы прострелить вам лицо в случае вашего отказа. Это будет не смертельно, но достаточно, чтобы показать вам всю серьезность моих намерений и ввести в болевой шок. Ваша мать залатает вам тело. Не совершайте этой ошибки, мистер ОБрайен, не пытайтесь улизнуть.

Дилан ухмыльнулся.

Прогремел выстрел.

Шокированные студенты Академии наблюдали за тем как невозмутимый мужчина поднимает бессознательного подростка с дырой в лице на руки.

- Пришлите счет за уборку в Салем Индастрис. - хладнокровно произнес Виктор прежде чем исчезнуть во вспышке портала.


***


- То есть... я бегал все это время зря? И по пустыне той? И по горам? И по дорогам? Все зря?

Геша бесновался, пока Жорж молча сидел на газоне, облокотившись спиной о ствол дерева.

- Скажи, она тебя вообще не выслушала?

- Геша, я сам виноват. Честно.

- Ты уверен что это она? Ты сказал это была богиня, а Анастасия - маг Вербена.

Жорж вздохнул.

- Она напоила меня чаем. Жасминовым. Она улыбалась мне, была радушна. Знаешь, я редко теряюсь, но... я был совершенно ошарашен.

- Тем что она богиня?

- Нет... Геша, это меня не удивило. Анастасия талантлива, умна и работоспособна. Меня удивило не ее радушие, и даже не то что она сказала что я плохой друг.

- А что?

- Она была счастлива. Понимаешь, Геша? У нее на лице не было той вечной усталости что обычно. Она сияла как золотая монетка.

- А в чем проблема то?

- В какой то момент нашего разговора, когда она сказала мне, что сама она и не собиралась искать меня после того как я ее бросил там, посреди дороги, я вдруг понял, что ей было лучше без меня. Она бродила с богом смерти по Водачче, после того как они потеряли два его домена из трех. И вот это состояние было для нее лучше чем... общение со мной. Она и не собиралась меня искать. Решила что раз я занят, то, ну и ладно...

- Потеряли домены? Это как? Как вообще бог может потерять домен своей власти?

- Не может сам потерять. Но может отказаться добровольно. Он пожертвовал доменом Тьмы чтобы вытащить ее из лап тролля. Затем, когда она узнала о том, что Рин была убита, он пожертвовал доменом Смерти чтобы вернуть Рин к жизни вместе с ее ребенком. Тем ребенком, который был в ней пятнадцать лет назад, когда нас разбили. Ребенок Коуэна.

- Да посрать мне на детей и драму - фыркнул Геша. - Твоя подруга прошла Восхождение и параллельно пролюбила два домена своего хахаля. Как?!

Жорж вздохнул и начал неторопливый рассказ.

Показать полностью
38

Феникс и Змей - Полуденная Сталь

Глава 24

Удаляющиеся шаги


Таня сидела над «Псионик Комплетика» уже не первый день. Книга была написана на том, что Дилан называл псионическим письмом – каждая из семнадцати страниц книги была толщиной примерно в три миллиметра и вместо чернил, в нее были инкрустированы руны из эмпатического кристалла. Материал рун позволял псионикам запечатлевать в них мыслеобразы прочитать которые мог любой смотрящий на них. Мысли транслировались в сознание читающего не будучи искаженными несовершенством присущим лингвистическим способам общения и тем более - переводом.

Проблема была в том, что книга была создана псиониками для псиоников и часть знаний заложенных в ней была недоступна для Тани примерно как дальтоникам с ахроматопсией недоступно восприятие цветов.

И все же, она продолжала сидеть над книгой, пытаясь найти способ вернуть Леше разум, отвлекаясь лишь на то чтобы выпить эликсир от головной боли или остановить кровь из носа. Чтение псионических концепций не лучшим образом отражалось на человеческом теле.

В комнату зашел пушистый рыжий кот.

- Персик?

В котовьих глазах читалась сиротская скорбь. Кот негромко мяукнул, словно бы из последних сил.

- Я тебя кормила полчаса назад. Иди к Леше и смотри чтобы он ничего не натворил.

Последние пару дней прошли как в бреду. Алексей искал знаки. Он был уверен в том, что знаки покажут ему путь к выздоровлению. Он мог часами разглядывать просыпанные зерна риса или же на горячие, дымящиеся кишки ритуально убитых им животных. Искал и не находил.

В дверь постучали.

- Доставка продуктов.

Таня глянула на массивные водяные часы, стоящие в углу.

- Пришел вовремя, лоботряс. Наконец то.

Отложив книгу, девушка подошла к двери.

- Сейчас. Иду. Кто там?

- Доставка с Басарабки

Таня сдвинула затвор и открыла дверь.

- Лёня, паразит, тебе начальство втык дало что ли, что ты так ра…

Таня не успела даже разглядеть тех кто стоял за дверью вместо тощего, дерганого Леонида. Ей брызнули в лицо прозрачной жидкостью с густым, удушливым запахом. Персик успел впериться взглядом в ближайшего к себе человека, одетого в серый комбинезон и с маской на лице.

- О… я шевельнуться не могу.

Кот медленно отступал, не отводя глаз от парализованного мужчины.

- Это ее фамильяр! Он как то тебя парализовал.

Это была способность Персика – он мог парализовать взглядом одну цель, которая в этот момент его не видела.

Из за спины мужчины вылетела прозрачная струя. Ударившись о морду кота, снотворное вырубило его за пару секунд.

Девочку и животное торопливо вытащили из дома и, связав, унесли прочь.

Глубже внутрь дома никто зайти не решился, тем более что цель – человек с рыжим котом, была захвачена.


Еще спустя полчаса, дом вспыхнул чародейским огнем, переливающимся от бледно серого до ярко фиолетового цвета. Горели реактивы, чародейские амулеты и талисманы, горела библиотека Алексея. Рядом с домом, истерически хохоча сидел мужчина.

- Вы не выберетесь оттуда! Да, вы все, чудища, вы не выберетесь оттуда, зеленые ублюдки!

Когда ему надоело смотреть на горящий дом, он пошел. Он и сам не знал куда, он и сам не знал зачем. Ему было интересно посмотреть на мир. Он родился чтобы умереть, но перед этим – он долго рыдал, потому что ангелы… ангелы заслуживали смерти, а он – не заслуживал права убить самого себя.


Поздним вечером его нашла пара улыбающихся людей в капюшонах. В свете луны, их улыбки были чуть белее, кожа чуть бледнее, а глаза чуть голоднее чем у простых обывателей.

- Сгодится. – прошептал один. – Он… погоди, это не обычный бомжара.

- Даже лучше, леди Де Бейль не любит когда они воняют. Да и он в отличной форме. Смотри на мышцы.

- Вы кто? Ты мой брат? Ты не видел моего братика? – встревоженно спросил безумец.

- Видел. – покивал один из слуг леди Де Бейль.

- И как он? Где он? Я его так давно не видел… я по нему скучаю.

- Идем, я тебя провожу.

Его мягко взяли за руку и посадили в карету, запряженную четверкой вороных коней. Через полминуты в переулке остался лишь мусор и грязь.


***


- Наконец то…

Младший опустился на скамейку, потирая гудящие от ходьбы ноги. Почти неделя пешком и вот они наконец достигли населенного пункта. Судя по каменным зданиям, каменным же мостовым и приличных размеров рынку, город был большой.

- Родная, извини, а мы где сейчас? – спросил Артём у проходящей мимо девушки с крынками молока.

- Новониколаевск.

- Отлииично. Ну что же, Леха, идем? Будем использовать свою лицензию на полную катушку?

- Идем. – кивнул Младший.

Бизнес стратегия новоявленных лицензированных магов была проста до безобразия.

Шаг первый – создать кучу зачарованных вещей. Благо оба имели сферу Основ, нужную для зачарования, а сферы Материи, Жизни, Разума и Сил давали маневр для налагаемых эффектов.

Шаг второй – продать зачарованные вещи в три раза дешевле чем у владельцев магических лавочек.

Шаг третий они пока не обдумали, но посчитали, что бизнес план из только трех шагов будет слишком мелким.

Шаг третий – Прибыль!

Сложностей на первом этапе не возникло – Младший сферами Основ и Жизни смог зачаровать двенадцать камешков на исцеление легких ран вроде порезов и ожогов. Дальше ему пришлось остановиться – повторяющееся плетение одного и того же эффекта вызвало возмущение реальности – вырисовывался риск Парадокса. Артём сферами Основ и Сил зачаровал купленные глиняные фигурки. Собака лаяла, птичка взлетала, рыбка холодила, курица была горячей и так далее. Остановившись на десяти игрушках, Артём все же получил удар Парадокса – на его правой руке образовалась ледяная корка, снять которую с помощью сферы Жизни было невозможно. От холода немело тело и душа, но все же первый этап был пройден – товар был готов.

- Налетай народ, единственный раз, акация для всех желающих! – заголосил Артём еще на подходах к рынку.

Оживленный Центральный Новониколаевский рынок простирался на полтора квартала. Новый мэр города старался обустроить «Столицу Сибири», как они называли Новониколаевск, по высшему разряду, так что и на рынке была полная идиллия – меж чистых каменных рядов ходили покупатели и придирчиво изучали разложенные на прилавках товары. В рамках экспериментальной программы, аккуратно одетые продавцы теперь пользовались только утвержденными мэрией весами, посему особой радости от работы у них не было. И тем не менее, идея с весами привлекла на рынок намного больше покупателей чем раньше. Рынок гудел от наплыва людей.

- Какая акация? – переспросил Младший.

- Ну помнишь, ты говорил, что вы в Авалоне покупали все по акациям – дешевле чем обычно.

Младший вздохнул.

- Акция, это была акция. И местные жители все равно это слово не знают.

- Вы правы, не знают.

Рядом с ними остановился мужчина преклонных лет. Высокий, худой, с длинными седыми волосами, аккуратно перевязанными сзади в хвост, он был одет как зажиточный горожанин, золотисто-зеленый кафтан в пол, расшитый желтыми цветами, пенсне на носу, держащееся на золотой цепочке, и аккуратная шапочка, закрывающая макушку.

- Местные люди не знают слова акция. – продолжил мужчина, разглядывая парочку. – Но они знают, что за место на рынке нужно платить. Да и документы требуются.

- Усы и хвост? – полюбопытствовал Младший.

- Если вы продаете кота, то они будут не лишними. А если вы продаете магические амулеты, то нужна лицензия мага либо чародея от уполномоченного органа.

- А вы, уважаемый, собственно, кто такой?

- Аристарх Илларионович.

- Именно такое имя я и представлял, глядя на вас. – признался Артём.

- Аристарх Илларионович. Владелец лавки «Тысяча чудес» и вместе с этим – представитель администрации рынка.

- И за место платить тоже вам? Прямо щас?

- Не обязательно. – улыбнулся Аристарх. – Я вижу, что денег у вас нет, да и не предвидится. В конце дня, заходите зализывать раны ко мне в лавку.

- Не предвидится, это угроза?

Младший смотрел на мужчину исподлобья. Ему этот старик не нравился все больше и больше.

- Наблюдение. Вот я смотрю на вас и вижу, что вы вроде как молодые и горячие, а значит ни опыта, ни соображения у вас нет. Значит и денег нет, а раз сейчас нет – то и в конце дня не будет.

- Мы вот это все продадим и будут деньги.

Аристарх вздохнул.

- Будьте добры, ваши лицензии.

Артём и Младший протянули свои сигилы. Едва Аристарх взял медные жетоны в руки, он невольно приподнял брови.

- О… маги, да еще и боевые. И аура сходится. И печать… самого Жоржа Ле Монта!

- Ну да.

Аристарх вздохнул повторно.

- Можете обращаться за помощью в мою лавку даже раньше, чем конец дня. И денег я с вас взамен не попрошу, ибо у вас к тому времени их все равно не появится.

- Ты нам мешать собираешься что ли?

Чародей покачал головой.

- Я никогда не пытаюсь разрушать планы молодых людей. Они и сами прекрасно с этим справляются.

Отдав жетоны обратно, Аристарх неспешно удалился.


***


- Саша, Маша, просыпайтесь…

Неяркий свет масляной лампы осветил детскую. Комната была визуально поделена на две части – голубую и розовую. В розовой части был порядок – Маша всегда убиралась перед сном, и все куклы укладывала спать на полку, а деревянному розовому единорожку на большие, голубые глаза надевалась повязка, «он же тоже хочет спать». Голубая половина была равномерно покрыта хламом, который Сашко тащил с улиц – палки самых разных видов: «пистолеты», «мечи», «посохи», «лук», «стрелы» и «удочка» - особая гордость Сашко, бамбуковая палочка с привязанной к ней леской. Конечно, тетя Оля предлагала ему купить нормальные игрушки, однако купленное не шло ни в какое сравнение с найденными на улице деревяшками. Тут же были «солдатики», криво выточенные из липы тупым ножом.

- Тетя Оля? Что случилось?

- Помните я говорила что в подвал нельзя ходить и когда вы станете большими, тогда я вас сама туда проведу?

- Помним.

- Ну так вот. Время настало.

Сашко, еще вялый и совсем непонимающий что происходит, лишь сонно улыбнулся.

- Честно?

- Да.

Маша смотрела на тетю Олю. Что то было в ней новое. И дело было даже не в выражении лица и бегающих глазах. Нет, дело было в самом лице.

- Тетя Оля, а у тебя седые волосы.

Чародейка подняла руку к голове, отводя пряди назад.

- Да, седые, надо их покрасить. Как раз этим я и займусь.

- И руки… - заметила Маша. – что с ними?

Ольга посмотрела на свои разом отощавшие кисти, больше похожие на птичьи лапы – кожа обвисла и покрывалась пятнами. Все годы что она не старела, вся украденная жизнь, давали о себе знать, с лихвой. Как натянутая струна, они не просто возвращались на свое место, но продолжали движение. Отдача «Княжны» может убить Ольгу если ничего не предпринять. Благо, есть племянники, с которыми ее связывает кровь. Поначалу придется быть осторожной, чтобы не осушить их раньше времени.

- Я сейчас все объясню. – Ольга попыталась изобразить улыбку. – И покажу. Идемте.

Дети с трудом вывалились из своих кроваток, и при тусклом свете лампы в руках тетушки, пошли за ней в подвал, куда им раньше было нельзя. На первом этаже их встретила горничная. Сухонькая женщина сорока с лишним лет, стояла и смотрела на детей, судорожно выкручивая в руках мокрый носовой платок.

- Ох, де… детушки.

- Тетя Женя, вы тоже с нами пойдете?

- Нет. – покачала головой женщина.

- Тетя Женя, а почему вы плачете?

Маша подошла к няне.

- Что случилось?

- Ничего, родная. Я лук резала, вот и плачу. – сквозь слезы прошептала горничная перед тем торопливо уйти под пристальным взглядом хозяйки.

В подвале оказалось неожиданно светло. В основном просторном помещении у каждой стены стояло по столу, заваленному непонятными вещами вроде стеклянных трубок, металлических реторт и каких-то горелок. Пахло травами, зверьем и немного тиной. На стенах были развешаны картинки с надписями на неизвестных детям языках.

- Смотри, Маша, сейчас я покажу тебе как я крашу волосы. И тебя сделаем красавицей. Ты же всегда хотела попробовать мою косметику?

- Ага. – в сомнениях пробормотала Маша, оглядываясь по сторонам. – Тетя Оля, а ты что, волшебница?

- Волшебница. Фея крестная, как в Золушке. – улыбнулась Ольга. – А вот сейчас дам и туфельку.

Старуха вышла в соседнюю комнату. Когда она вышла обратно со шкатулкой, ее ждал сюрприз.

Тот парень. Он был тут. Сидел на стуле, закинув ногу на ногу. На столе рядом с ним стояла корзинка с какими то фруктами.

- Привет, бессердечная ты сука. – помахал ей рукой Дилан.

- Ты… как ты…

- Твоя горничная. Она была весьма любезна впустить меня в дом и рассказать где ты сейчас. Или ты о том как я узнал о том что ты пошла в этом направлении? Так я это у Фауста спросил.

Ольга уже пришла в себя и буравила мальчишку взглядом.

- Ты почему ругаешься на тетю Олю? – возмутился Сашко. – Ты кто такой вообще? Тетя Оля, он ругается матом!

- Да, да, знаю. Вы меня не звали, пошел ка я в лес.

Дилан кивнул, и проигнорировав возмущение Сашко, потянулся в корзинку и выудил из нее персик.

- Девочка, лови!

Маша рефлекторно поймала кинутый ей фрукт. Она все еще ничего не понимала, впрочем как и сама Ольга.

- Не бойся. Он не кусается. – улыбнулся Дилан, вытянув из корзинки второй персик и откусив кусок. Маша к персику не притронулась.

Будь Ольга в форме, эта мелкая мразь уже была бы мертвой. Однако сейчас все ее силы уходили на то чтобы не дать отдаче от «Княжны» убить ее. Ей нужно было провести ритуал заново. Но…

Ее разум пронзила догадка. Этот парень, он однозначно был псиоником, а у них было слабое место – голова. Когда его ударили молнией, он ведь упал с нескольких метров. Сотрясение мозга делало силы псиоников нестабильными и влияло на их разум. Некоторое время у Ольги в запасе есть.

- А, вижу по твоему лицу, ты уже догадалась. Да, все верно, я сейчас не совсем дееспособен. – кивнул Дилан. – Но тут какое дело, у меня и тебя есть одно незакрытое дело. И я здесь чтобы закрыть счет. Скоро, совсем скоро, я снова стану достаточно сильным, чтобы…

Дилан покосился на детей. Однозначно им не следовало слышать того что у него было на уме.

- В общем, я тут присмотрю за тобой. Мало ли, может ты куда захочешь уйти.

Псионик продолжил жрать персик.

- Маша, убери эту гадость и надень туфли.

Ольга двинулась к племяннице, все еще стоявшей в легком ступоре, с персиком в руках. Вырвав персик у нее из пальцев, Ольга вскрикнула и отбросила фрукт как ядовитую змею.

Оказавшись на полу, «персик» выдвинул мохнатые лапки и встал на них.

- Вот ведь сука! Мне же больно!

Патрик был первым пауком птицеедом которого видели дети и тем более первым говорящим животным, которое они встретили. Панический вопль огласил подвал.

- Маша, одевай туфли!

- Он меня укусит!

- Я его раздавлю. Только одень туфли, он меня укусил!

- Яд пауков птицеедов довольно токсичен. – заметил Дилан, откусывая очередной кусок персика. В глазах псионика играл недобрый огонь.

- Маша, он тянет время, просто надень эти сраные туфли!

Но Маша нервно дергалась и кричала, пытаясь спрятаться от паука за тетей. Не выдержав, Ольга влепила девочке пощечину.

- Заткнись и надень туфли!

Ошеломленная Маша потерла щеку. Это был первый раз когда тетушка вела себя вот так. Безропотно сев на землю, Маша послушно одела на себя туфли, обитые странной, теплой кожей и выстланные внутри чем то мокрым и скользким.

- Тут внутри что-то шевелится. – взвизгнула девочка и попыталась стянуть с себя обувь, однако безуспешно. В ее щиколотку впились чьи-то зубы, на носках туфлей открылись серые глаза с мертвенной, зеленовато-коричневой радужкой, на подъеме появилась пара отверстий, похожих на огромные ноздри, обращенные вперед.

- По одной человеческой голове на каждую туфлю ушло. – заметил Дилан.

- Для такого ритуала нужны четверо братьев и сестер. – ответил Патрик. – По одной голове от каждого. И да, она им прямо в рот засунула ступни. Шевелится язык.

- Почему четыре? Тут же… а, понятно.

На ногах Ольги уже была одета аналогичная обувь. Она запела заклинание.


- А у ведьмы как звезды глаза

Как бездонные озера, как реки бирюза

А у ведьмы водопады волос

Точно грива кобылицы, той, что ветер унес

А у ведьмы так губы сладки

Словно ягода-малина, что растет у реки

А у ведьмы улыбка хитра

И танцует ее тело, точно пламя костра


Дилан улыбаясь хлопал в ладоши. Ольга не обращала внимания на недоумка. Она чувствовала как между ней и девочкой создавалось плетение.


- А у ведьмы так груди полны

Как сияющие луны, что хранят твои сны

А у ведьмы так кожа нежна,

Точно белая рубаха из тончайшего льна.

А у ведьмы походка легка,

Словно теплый южный ветер вдаль несет облака

А у ведьмы любовь горяча,

Тот не будет знать печали, кто ее повстречал


Оставалось совсем немного. Псионик не предпринимал никаких действий. Еще чуть чуть и она размажет его по полу.


Чтобы жизнь продолжалась, чтобы дети рождались

Чтобы истинной силой наполнялись мужчины

Чтоб земля исцелялась, чтоб любовь не кончалась

Чтобы ведьмы плясали и глаза их сияли


- На бис! – попросил Дилан.

Ольга зашаталась. Магия не слушалась ее, ей отказывало ее собственное тело и разум.

- Вижу, вижу, не можешь. – покивал Дилан. – Ну ничего, отдыхай. Тебе только это и осталось.

Чародейка захрипела и повалилась на пол. В ее сознании мелькнула мысль о том, что Маша… эта мелкая дрянь стоит и смотрит на нее сверху вниз.

- Понимаешь ли, Патрик, хотя и мой фамильяр, он вовсе не такой веселый как я.

Дилан неторопливо доедал персик.

- Он не будет просто так менять цвета чтобы маскироваться под персик. Ему нужна была ты, а на то чтобы добежать до тебя у него сил не оставалось. Да и у меня сил не было, если честно. Ну а дальше, дело техники. Понимаешь ли, у каждого фамильяра есть свои способности, и чем старше фамильяр, тем у него их больше. Одна из способностей Патрика, с его то опытом, это накладывать занятное заклинание, вернее впрыскивать его вместе со своим ядом. Обращение Плетения. Одно следующее заклинание которое применяет маг, чародей или даже кровосос, будет диаметрально обращено. В данном случае, это был вектор передачи сущности. Да, твоя… как она называется?

- «Княжна» - подсказал Патрик.

- Вот он, ритуал этот мерзотный. Он был проведен и успешно. Только в другом направлении.

Ольга с трудом перевела взгляд на племянницу. В глазах Маши читалось… она знала, она знала что Ольга сделала с ее отцом, она знала что собирались сделать с ней и с ее братом. Она получала все эти знания, память…

- Думаю, мой счет к тебе закрыт и оплачен. – улыбнулся Дилан, роняя на землю косточку персика. – Засим, откланяюсь, думаю, у этой девочки есть куча вещей о которых она захочет с тобой побеседовать.

Псионик, пошатываясь, поднял с земли своего паука и неверными шагами вышел из подвала.

Показать полностью
50

Феникс и Змей - Полуденная Сталь

Глава 22

Память


Раннее утро – солнце встало совсем недавно, а пара магов уже брела по летнему сибирскому лесу.

- Нет, ну не бывает такого! – протестовал Младший. – Это бред, и ты мне врешь.

- Я тебе говорю, так оно и было! Она прямо так и сказала. – настаивал Артём.

Младший задумался на пару секунд, после чего потряс головой.

- Нет, я вообще не представляю себе такого.

- Ну не веришь – не верь. Но она реально говорила, что она не человек, а живая душа и богиня одновременно. И сказала, что все что находится «на земной тверди» принадлежит лично ей.

- Тёма, ты, конечно, во вранье замечен не был, но может ты ее неправильно понял?

- Она там минимум сорок минут орала тогда. Пока не пришел Жорж.

- А что Жорж сделал?

- Ну он вначале убавил ей звук, потом выслушал…

- В смысле убавил звук? – перебил Младший.

- В прямом. Сфера Сил, второй уровень сферы. Можно буквально убавить или прибавить звук.

- А она что?

- Она пыталась орать, но громче не получалось. В общем, она ему начала доказывать, что он пришелец и должен валить отсюда куда-нибудь подальше, а магазин и все имущество отдать ей.

- А он что?

- Он вначале удивился, а потом, когда понял…

- Испепелил ее?

- Нет. Он заставил слуг притащить стол, стул и все для чаепития. Потом он просто сел там, пил чай, слушал ее ор и хихикал.

- Хихикал?

- Да. Вежливо еще так переспрашивал у нее что то, а потом, пока эта богиня Инга исходит на крик, сидел, пил чай с конфетами, слушал и подленько хихикал.

- Она ушла?

- Не сразу. Только после того как он позвал каких-то своих знакомых. Они тоже сели за стол, начали пить чай, слушать эту богиню, живую душу и все такое, и после каждой ее фразы – хихикать.

- Ну и чем все закончилось?

- Она ушла.

Некоторое время парни шли в тишине.

- Слушай, Леха, а ты вчерашний вечер помнишь?

Младший задумался.

- Хм… смутно.

- Что помнишь?

Артём чуть наклонил голову набок и прислушивался к собственным мыслям.

- Не знаю…

- Ничего. Ты ничего не помнишь. – констатировал Артём. – Вообще ничего. Ноль.

- А ты?

- И я не помню. Поэтому и спросил.

Они остановились, глядя друг на друга.

- Память стерли? – предположил Младший. – Либо шок.

- Понимаешь… нам ее просто стерли и отпустили. А такого не бывает. Это глупо. Люди, если найдут в своей памяти прорехи, начинают искать что там было.

- Ну, я не задумался бы над этим.

- А я – задумался. И если нам стерли весь вчерашний вечер, и тебе и мне, то это сделал кто-то сильный и умелый.

- Да, папа говорил, что манипуляции с разумом — это трудно и можно легко свести человека с ума. Чем больше вмешательство – тем сложнее все сбалансировать.

- Память не переиначили. А знаешь, что это означает?

Младший отрицательно мотнул головой.

- Кто бы это ни сделал, он именно хотел, чтобы мы обнаружили дыру. Да и помнится мне, в свое время и Жорж и Настя говорили, что у меня в мозгах трудно копаться.

- Почему?

- Настя говорила, что раз у меня мозгов нет, то и копаться в них невозможно. Жорж говорил, что это потому что у меня сильная сила воли.

- Тавтология. – заметил Младший.

- Так называется моя сила воли?

Младший вздохнул.

- Ага, твоя сильная сила воли так и называется. Тавтологией. А Настя твоя – мудрый человек.

- Не суть. Так вот, оба они говорили, что копаться у меня в мозгах практически невозможно если только я сам этого не захочу.

- А зачем тебе хотеть, чтобы тебе стерли память?

- Это надо спросить у… меня. Только я это забыл.

Пару минут они стояли молча, погруженные в мысли.

- Так, идем обратно, на вчерашнюю стоянку. - предложил Артём. - Может что найдется. Если я дал свое согласие на то чтобы мне промыли мозги, то на это должна быть причина. Если мою память не изменили таким образом, чтобы я ничего не заподозрил, значит именно это и было целью.

- Чтобы ты заподозрил?

- Ага. И начал думать над тем что и почему случилось. И расследовал причины.

- Последнее что я помню из вчерашнего вечера – то что мы поужинали. – вставил Младший.

- Значит идем обратно и будем искать подсказки.

Вчерашняя стоянка пребывала ровно в таком же состоянии, в котором они оставили ее полчаса назад – пепел в месте где горел костер, вытоптанная земля и обглоданные заячьи кости.

- Так, что мы видим?

- Костер... я помню как собирал дрова для него и обкладывал камнями. Он был не то чтобы сильно большим. И смотри, на круге вокруг него есть копоть. – указал Младший.

- Да, туда огонь не должен был достать. Копоти немного, значит огонь увеличился совсем ненадолго. Тут два варианта – либо я решил устроить вспышку, либо его использовали как портал кто то из Ордена Гермеса.

- Следов битвы нет. Ни глубоких царапин на земле и деревьях, ни раскиданных камней.

- Значит портал. За последние полгода мы контактировали только с Жоржем.

- Да еще и вызвали его. – напомнил Младший. – В городе.

Артём подошел ближе к костру. На мягкой земле были отчетливо видны следы от узкой модной обуви с довольно высоким каблуком, который глубоко вдавливался в почву.

- Так, он вышел... вот здесь он стоял, долго стоял неподвижно. Потом подошел к... вот этому камню.

На земле возле камня след правого каблука отпечатался особенно глубоко, а левого видно не было. В паре десятков сантиметров был виден слабый оттиск трости Жоржа.

- Он сидел расслабленный. Закинул ногу на ногу и оставил Эарендиль рядом с собой. Беседовали мы, видимо, довольно долго.

Младший на всякий случай осмотрел все вокруг с помощью сферы Основ. Активной магии видно не было.

- Мы мирно поговорили и все? – парнишка рассматривал свои собственные следы.

Следы его обуви, как и следы Артёма, были видны по всему лагерю, на утоптанном участке в три метра длиной и несколько раз подходили к ручью.

- А я вот ходил из стороны в сторону. Долго ходил. Интересно, зачем?

Артём странно посмотрел на друга.

- Ты когда нервничаешь, то не можешь сидеть на месте – ходишь из стороны в сторону как волк в клетке.

- Понятно...

Младший продолжил изучать лагерь. Больше никаких и ничьих следов тут не было.

- Так, вчера приходил Жорж, это понятно, мы его звали. Он долго с нами говорил и все проходило без агрессии, это тоже объяснимо, но непонятно о чем он говорил и почему я так нервничал. Эх, если бы дядя Йосс научил меня сфере Времени, можно было бы заглянуть в прошлое и все увидеть.

- А почему не научил?

- Потому что папа запретил. Сказал что сфера Времени чаще всего провоцирует Парадокс. Я то знаю что Одиус меня защитил бы от Парадокса. Папа влил в него тонну Квинтэссенции, так что Одиус пережигал бы Парадокс. Вопрос был в обряде инициации в сферу Времени.

- А что с ним?

- Не знаю. Папа не говорил, да и дядя Йосс говорил что мне рановато такие вещи делать.

- Ладно, черт со сферой Времени. – махнул рукой Артём. – Вопрос – зачем приходил Жорж? Если мы о чем то говорили и он не стер все эти следы – дыры в памяти, отпечатки обуви, значит он хотел, вернее мы все хотели, чтобы мы сюда вернулись, обнаружили следы и поняли... и что то нашли. Иначе зачем нам возвращаться?

- Скажи, а Жорж, если бы он оставил тебе послание, куда бы он его положил?

Артём задумался.

- Это было бы место в котором его не найдет или не достанет никто другой, и это было бы очень пронтозное место так чтобы все его видели и восхищались.

- Пронтозное? И ты же понимаешь, что то что ты сейчас сказал это взаимоисключающие параграфы?

- Ну знаешь, Настя говорила, что если к ней придет Жорж и в течение пяти минут выпендриться меньше семи раз, она остановит его сердце, потому что это точно будет самозванец.

- Претенциозное. – подсказал Младший.

- Да, точно, Претенциозное место.

Оба мага одновременно посмотрели наверх. Там, высоко над верхушками деревьев сияло второе солнце.

- Как бы и у всех на виду и вряд ли заметят и скорее всего, там вокруг все обвешано защитной магией вроде Возмездия Девы.

Артём сделал глубокий вдох и выдох.


Основы, Силы.


Освободившись от гравитации, парень легонько оттолкнулся от земли и медленно полетел вверх. Защитные барьеры действительно присутствовали, однако рассеивались при прикосновении к ним. Они были настроены на конкретно Артёма.

На землю Артём вернулся с деревянной шкатулкой в руках.

- Открывай.

Внутри шкатулки оказалось письмо «Артёму и Алексею» два медных сигила с печатью Жоржа и платиновая цепочка с кулоном из светло-фиолетового камня с неоднородным рисунком. Младший смотрел на камень не отрывая взгляда.

- Не может быть...

- Чего?

Артём не ощущал никакой магии от камня, но вот цепочка была зачарована с помощью сложного плетения Основ, Сил, Жизни и Связей.

- Это же чароит... настоящий.

Словно не веря тому что видит, Младший протянул руку и коснулся камня. Ощущение тянущего холода послужило подтверждением его догадке.

- Я такое только раза три или четыре видел. И то, папа говорил, что это слишком дорого и может быть он подарит мне такой на совершеннолетие.

- Ты можешь без вот этого всего просто рассказать, что это такое?

- Чароит, его еще называют телом богов.

- А если совсем без загадочных слов?

- В общем, папа говорил, что во время Первого Царства боги воевали друг с другом. Захватывая друг друга в плен, они, как правило, не могли убить пленника из за божественного статуса. Боги бессмертны хотя бы потому что они изначально не живые сущности, а скорее ближе к духовным.

- Ну допустим.

- Но в редких, редчайших случаях, убийство бога таки происходило. Чудовищной сложности задача, которую могли осилить считанные единицы.

- Кто к примеру?

- Самые сильные Живые Узлы были способны активировать свой Аватар и поддерживать его действие в течение достаточного времени чтобы сразить бога. Для этого их переносили в Умбру, чтобы они не разворотили всю планету своей битвой. Еще славянский бог смерти был способен на такое. Его регалия власти – меч Убийца Богов, мог отнять жизнь у бога.

- Это который меч-кладенец? – уточнил Артём.

- Да, он самый.

- Так, а когда в этой истории появится камень?

- Убитый бог это тебе не носок. Он сам по себе не потеряется. Он не разлагается и все такое. Так что некий Архимаг Говорящих с Грезами, по имени Всеволод «Семиликий» в конце Первого Царства нашел все тела богов и сложил их в одном месте, в своей крепости что на речке Чара, на границе между Сахой и Ангарским краем. Там Всеволод подвергал их воздействию сфер Основ, Времени и Энтропии чтобы очистить тела богов от их всего постороннего и получить материальное воплощение божественной магии. В итоге, в одном из экспериментов получился чароит.

- Дай догадаюсь. Когда он добился каких то значимых успехов, к нему понаехали все друзья и знакомые с целью отобрать и разделить?

- Красное Братство, да. Их там набралось много и они пошли на штурм. Архимаг отбился, но ему пришлось бежать из Теллуриана в Умбру.

- А как чароит остался тут?

- Магическая битва повредила ритуал который обращал тела богов в чароит и связь этого ритуала с крепостью Всеволода. Когда Семиликий перенес свою крепость в Умбру, тела богов вмурованные в камень так и остались на месте. Бесполезные, на тот момент.

- Но ритуал, видимо, не был полностью рассеян?

- Да, он был замедлен, но не рассеян полностью. Чароит обрел свои истинные свойства лишь во время Второго царства. Когда об этом узнали Технократы из Novus Ordo Mundi, по месторождению чароита нанесли удар тактическим ядерным снарядом, а все камни что могли найти – изымались и уничтожались. Однако помогло то, что чароит невозможно найти магическими средствами.

- Даже с помощью сферы Связей?

- Как и боги. Боги неподвластны предсказаниям, отслеживанию и так далее. Даже боги не могут вменяемо предвидеть будущее касательно самих себя или своих собратьев. Гадалки не видят богов и их действий.

- А, так вот что такое «Пути Господни неисповедимы»?

- Ну да. И чароит сохранил это свойство – его не видно магическим взором, даже если смотреть удаленным зрением сферы Связей, смотреть в будущее или прошлое с помощью сферы Времени.

- Он скрывает и меня тоже?

- Нет. Только себя.

- Ну и зачем нужен камень который прячет только себя?

- Его истинная сила в другом. Он способен нейтрализовать и впитать некоторое количество Квинтэссенции в любом виде плетения.

До Артёма медленно доходило сказанное.

- Он впитывает магию?

- Любую направленную на тебя. Магическое заклинание, божественная магия, чародейские фокусы, демонические пути, вампирские дисциплины, духовные и так далее. И не просто впитывает. Он может выдать ее обратно, по желанию. Чароит такого размера это... я даже не знаю, он сможет впитать нечто колоссальное. И он стоит… не знаю, папа говорил, что они ужасно дорогие даже по меркам Чемпиона Небесного Хора.

- И теперь вопрос. Почему Жорж это тут оставил?

- У тебя в руках письмо. – напомнил Младший.

Артём распечатал конверт и вытащил сложенный вдвое, надушенный лист бумаги.


«Дорогие Артём и Алексей,

В силу некоторых обстоятельств, я напишу это письмо вам, чтобы вы еще раз узнали то, что мы уже обсудили с вами накануне.


В первую очередь, я хотел бы поздравить вас с окончанием учебы и получением звания Адепт Мистических Искусств. Два сигила что лежат в шкатулке – ваши. На них запечатлены оттиски вашей ауры, скрепленные моей печатью. С этими сигилами вы являетесь полноправными членами магического сообщества и можете претендовать на правосудие исключительно на уровне Королевской Гвардии или Уравнителей – городская стража более не имеет права вас задерживать. Эта, и множество других возможностей, дают вам выход на настоящие заказы, вы более не мальчики для битья.


Вторым пунктом моего письма будет подарок для Артёма, как моего ученика. Кулон с чароитом что находится в шкатулке теперь принадлежит тебе, Артём. Цепочка зачарована на сокрытие при контакте с твоей кожей, так что надев цепочку на шею, ты сделаешь ее невидимой. Это обезопасит тебя от многих неприятностей связанных с теми кто может попытаться убить тебя ради чароита. Что касается самого кулона – его невозможно отследить, его невозможно зачаровать или как-либо повлиять на него магией. Любое направленное на тебя сверхъестественное воздействие, вплоть до лимита примерно в пять единиц Квинтэссенции будет им поглощено. Эффекты, заключенные в чароите, могут быть разряжены обратно по твоей воле. Без ложной скромности отмечу, что на данный момент, чароит является самой редкой и дорогой субстанцией в Теллуриане, а также ближней и дальней Умбре – он дороже примиума в пять раз и на порядок труднее в нахождении. И тем не менее, я бы не стал дарить чароит тому, кто его недостоин. Артём, ты имеешь все задатки для того чтобы добиться своих странных целей в жизни и стать знаменитым на весь Теллуриан. Я, Жорж Арман Луи Серж граф де Ле Монт, Мастер Ордена Гермеса также известный как Таура Мельхиор, по прозвищу Буревестник, Бывший Искатель с Аспектом Этьена Дю Валро, Наследник Огненного Принца собравший пять частей Оскверненного Предателя, горжусь тем фактом, что ты был моим учеником.


Третий пункт моего письма посвящен непосредственно причинам, по которым у вас стерта память. Как, наверняка, уже догадался Алексей, это было сделано нарочито очевидно – вы должны были понять что вам стерли память и что это было добровольным. Зачем? Увы, это секрет не только мой, но могу уверить вас в том, что вы были согласны и понимали причины происходящего. В случае с Артёмом, из-за его уникальной силы воли, манипуляции с его Разумом против его воли возможны лишь для Мастеров сферы Разума, но даже и им будет весьма сложно преодолеть сопротивление подобного рода. Из более чем четырнадцати миллионов вариантов развития событий, лишь один подходил нам. Именно он и был выбран.


Я не уверен в том что мы еще когда-либо увидимся. Но в любом случае, я желаю вам всего наилучшего.


Искренне ваш.

Жорж Арман Луи Серж граф де Ле Монт.»

Показать полностью
55

Феникс и Змей - Полуденная Сталь

Глава 21

Искатели


В уютном кафе «Гарцующий пони» по вечерам было не так много человек – основную прибыль они получали днем, от обедающих работников окрестных мануфактур. Вечером сюда захаживали лишь редкие любители погулять по индустриальной части города. Сейчас тут была приличных размеров компания мутных личностей, бурно обсуждающая поход в горы. На их фоне, два подростка, сидящие в углу, терялись, несмотря на свои препирания. На столе перед ними стояло то, что посторонний человек принял бы за меховую перчатку. Это был паук птицеед – фамильяр Дилана, Патрик.

- Я тебе говорю, ты должен сейчас же отправляться в Академию.

- Не поеду я туда!

- Не заставляй меня залезать тебе в мозг. Поверь, тебе это не понравится.

Богдан помахал перед носом Дилана правой рукой. На безымянном пальце он носил выточенное из кости кольцо.

- Не сработает. В Академии такие всем раздают – защита от любителей залезть в мозги. Я останусь здесь и с ними сам разберусь.

Дилан прищурился.

- Ты мне то не гони. Во-первых, я сам учился в Академии и такого там никогда не было. Во-вторых, врать ты не умеешь от слова совсем. Я псионик, помнишь? Оставаться тут тебе опасно. А я уж сам за себя как-нибудь постою. Ты. Отправляешься. Домой.

Патрик постучал по столу брюшком. Паук истерично менял цвета, переливаясь оранжевым, лиловым и темно-коричневым.

- Я вас, псов шелудивых, на пару часов только оставил, пока мышей ловил, а вы, юродивые дети гоблинов, уже вляпались в фекалии старого мангуста!

Богдан вдруг понял, что слова Патрика про родителей не вызвали у него мгновенную ярость.

- Уже начал лезть мне в мозг что ли?

Богдан хотел возмутиться, но почему то не получилось. Эмоции медленно угасали, как и воля к борьбе.

- Начал. – подтвердил Дилан. – И делаю это максимально аккуратно.

Перебирая мохнатыми лапками, Патрик забрался на лицо Богдана, закрывая ему глаза.

- А вот видеть его тебе совсем не обязательно. – пробормотал Патрик. - Я так понимаю, сферы Связей у тебя нет, так что вслепую применять методики ты не сможешь. И еще раз.

Патрик умолк и прислушался.

Звуки… они словно гасли, утихали вдали, как будто все источники звука начали медленно накрывать густой ватой. «Горная» компания продолжала шуметь, но их слова уже не гремели на все помещение, а шелестели, едва доносясь до слуха.

- Белое Безмолвие. – одновременно сообразили псионик и его фамильяр.

Сняв контроль с Богдана, Дилан поднял себя и его в воздух.

- Что такое?! – парень, получив обратно свое тело, начал дергаться, пытаясь вырваться. – что за херня?!

- Нас будут убивать!

Оба тела понеслись к лестнице…

В это самое время, снаружи кафе, Ольга и еще три чародея заканчивали ритуал. Стоя на четырех углах здания, они сжимали в руках по одной лапке белого кролика. Крольчонку на вид было не больше пары недель. Он, еще живой, лежал рядом с Ольгой, окруженный тремя кругами слов «Aetis-Atis-Animatis». Мордочка бедолаги была накрепко зашита, а кровоточащие раны на месте лап были присыпаны золой. Заклинатели шептали слова заговора.

Время застыло, и пусто внутри,

Бус не остудит прощания боль,

В полночь ступая, назад не смотри,

Очи впитают забвения соль.

Пробормотав последнее слово, каждый заклинатель положил в рот отрезанную лапку и разжевав, проглотил. До момента смерти кролика, ни один звук не раздастся в здании.

- Готово. – подтвердила Ольга.

Из теней позади нее вышел Гавр – правая рука Михея. Высокий, худощавый, он не производил особого впечатления, но Михей его ценил как грамотного бойца.

- Что скажешь?

Голос Гавра был необычно высоким для мужчины его возраста. Собственно, может поэтому он предпочитал мало говорить. Несмотря на то что это мог бы исправить любой чародей-целитель, никто не рисковал предложить ему услуги подобного рода, а он и не просил.

- Можно идти. – повторила чародейка.

Гавр махнул рукой. Полтора десятка фигур сорвались с места и побежали вперед.

Дилан уже сталкивался с Белым Безмолвием еще… в прошлой жизни. Когда он жил в своем теле и любил Анастасию, пререкался с Жоржем и подтрунивал над Коуэном. Тогда Искатели отозвались на сообщение о культе организованном Баали, разумеется во славу Темных Богов. Не будь в команде псионика, связавшего все разумы с помощью телепатии, их бы легко разобщили и разбили. Вот и в этот раз, он напрямую отправлял свои мысли в разум Богдана.

- Итак, они напали. Тишина абсолютная, поскольку все звуки поглощаются. За границей поглощения звуков стоит барьер в виде полусферического купола чтобы мы не могли выйти. И барьер, и тишина поддерживаются одновременно несколькими чародеями которые непрерывно вливают в него Квинтэссенцию. Самое мерзкое что достать до самих чародеев тоже невозможно – они стоят за барьером.

- Ты звучишь прямо в моей голове!

- Богдан! Ты понимаешь что происходит?

- Да, да понимаю.

Дилан вознес себя и Богдана по лестнице на второй этаж. Тут, по всей видимости, были гостиничные номера. Телекинетическим ударом Дилан легко вырвал одну дверь.

- Я пока не буду трогать твои эмоции, но если ты ударишься в истерику, я буду поступать на свое усмотрение. Итак, слушай.

- Слушаю.

- Сейчас в здание уже проникли… я не совсем понимаю, что это, но они в здании. Столько целей одновременно я не потяну, так что нужна твоя помощь.

- Я понял. Я готов. Что надо делать?

К счастью, посетителей в этом номере не было, так что никого вышвыривать не пришлось.

- Убивай. Бей не раздумывая, что бы ты ни увидел. Они могут попытаться тебя обмануть, принять любой облик, твоя задача просто убивать.

- Я…

- Смотри… я буду пытаться выйти на чародеев чтобы снять барьер. Твоя задача выжить самому и убить всех, кто к тебе подойдет.

Оставив Богдана в номере, Дилан посадил Патрика себе на плечо.

- Готов?

Вместо ответа паук начал переливаться всеми цветами радуги. Цвета сменялись все быстрее и быстрее, пока не слились воедино, сделав паука абсолютно прозрачным. Как чернила капнутые в воду, эта прозрачность сползла с него на псионика, распространяясь по всему телу. За какие то пару секунд Дилан также исчез из поля зрения Богдана, превратившись в стекловидную, едва заметную фигуру.

Богдан просто ждал. Больше ему ничего не оставалось. Лишь ждать в этой пронзительной, невыносимой, сводящей с ума тишине.

Он не знал что на первом этаже уже вовсю шла резня – убивали всех, вообще всех кого видели. В жутком, неестественном безмолвии, люди беззвучно раскрывали рты пока из них вытаскивали кишки. Убийцы – двухметровые существа с тонкими руками и ногами и безликой железной маской на лице, с единственной прорезью для глаз. Замотанные в тряпье, они не несли на себе никакого оружия и пользовались лишь собственными конечностями с вытянутыми пальцами толщиной с карандаш – ими они разрывали плоть как мокрую бумагу.

Дилан прикинул, что на обыск первого этажа у этих тварей уйдет не менее трех минут. Богдан против них продержится не менее пяти. Есть восемь минут на то чтобы добраться до чародеев.

Когда псионик крадучись вышел из кафе, он увидел заклинателя стоявшего на углу дома, сосредоточенно державшего барьер.

- Как-то все слишком легко. – мысленно пробормотал Дилан.

- Не бывает такого. – подтвердил Патрик. – Это ловушка.

Под ногами псионика засветились руны. Патрик узнал заклинание, от чего в душе старика, если у фамильяров бывают души, вновь появилось давно забытое чувство. Страх.

- Ересь Гора! – только и успел подумать псионик.

Ольга не сразу поняла что случилось и почему сработали рунные капканы установленные у выхода из под барьера. Лишь когда в воздухе начал вырисовываться силуэт мальчишки, она усмехнулась.

- Невидимость? Да он со способностями. Даже жаль немного.

Стоящий рядом с ней Гавр изучил жертву.

- А почему он не упал? Обычно они падают.

- Не знаю. Может потому что есть способности.

Гавр подошел немного ближе, на ходу вытаскивая револьвер. Из этих ловушек люди еще не выбирались, но так и перед ним был не человек.

- Так, что за херня?

Дилан оглянулся по сторонам. Детская кроватка, шкаф, разбросанные игрушки…

- Я дома? Не, бред. Мгм… а, понял.

Из-под кровати донесся шорох. Парень знал этот шорох. Он преследовал его в детстве. И сколько бы раз он ни звал маму, чтобы та прогнала буку, под кроватью никогда никого не оказывалось. Но шорох повторялся стоило маме уйти. Сейчас же, Дилан точно знал, что бука там, под кроватью. И нет мамы чтобы его прогнать.

- Вы серьезно? – вслух поинтересовался псионик. – То есть это лучшее на что хватило ваших мозгов?

Он махнул рукой и кровать взлетела в воздух, открыв того кто под ней скрывался.

Это был сам Дилан. Синекожий, с пронзительно-оранжевыми глазами без зрачков.

- Ну допустим.

Из шкафа вышел еще один Дилан, одетый лишь в шорты. Искаженное яростью лицо, красные глаза, под красной кожей перекатывались мышцы.

- Отличная форма. Да. – покивал псионик. – Я давно так не выглядел. Ну никогда, если быть совсем точным.

- Но ты ведь хотел бы быть похожим на меня. – послышался голос сзади.

Обернувшись, он увидел еще одну свою копию. Нагой парень со светло фиолетовой кожей… с женской грудью и двумя наборами гениталий – мужских и женских. В желтых глазах горела похоть.

- It’s a trap. – хихикнул Дилан. – Теперь я знаю как бы я выглядел будь я девкой. Секси.

- Не бойся. Они тебя не обидят.

Этот голос доносился от окна.

- Дай догадаюсь. У тебя зеленая кожа усеянная гнойниками в которых копошатся личинки заразных мух, а на страшной морде у тебя самая жизнерадостная улыбка в мире? – Дилан обернулся. – Да, так и есть. И как вы наверняка уже поняли, я не боюсь.

- Ар…

Краснокожий бросился на Дилана сзади, однако его со страшной силой отшвырнуло в шкаф. Псионику не понадобилось даже видеть противника чтобы оттолкнуть его телекинезом.

- Знаете, будь на моем месте кто-либо другой, вы бы наверняка добились своей цели. Действие ловушки простейшее – четыре эмоции обретают собственную волю и пожирают разум изнутри. Сожрали бы вначале меня, а потом друг друга пока не остался бы только один, который и завладел бы телом и стал бы берсерком на службе чародея. Но…

Дилан поднял свою фиолетовую копию и прижал ее к потолку.

- Так уж вышло, что я телепат. Псионик-телепат который в своей жизни повидал кучу всякого дерьма вроде вас. Я вообще еще много чего умею, но суть в чем. Если сравнивать мой разум с механизмом, то вы никак не тянете на песок, который может этот механизм застопорить. Нееет, вы для меня не демоны, отнюдь. Вы муравьи, которые залезли прямо в дуло заряженного пистолета. И сейчас он выстрелит.

Дилан маниакально улыбнулся своим эмоциям.


***


В мастерской Эфиритов пахло металлической пылью и озоном. В полуосвещенном помещении повсюду в кучу были свалены куски металла причудливой формы. Латунь, бронза, медь, сталь. Некоторые были бесценными инструментами, другие были недоделанными проектами, а где-то просто валялся лом. В наименее захламленном углу, стоял чопорный монтенец рядом с длинноухим продуктом прелюбодеяния свиньи и зайца. Жорж придирчиво осматривал Гешу. Восстановленное тело фамильяра выглядело худее чем обычно.

- Меня там не кормили. – жаловался трубкозуб. – Просто закинули мои кости в стеклянный бак с какой то жижей, пропустили через нее ток и ни разу даже не справились о моем самочувствии. А я голодный был.

- У Сынов Эфира свои способы работы. Но насколько я понимаю, за исключением потери нескольких килограммов жира, тебя привели в необходимое состояние, а это главное.

Жорж повернулся к Барро – Эфириту нанятому им для излечения Геши.

- Благодарю. Результат меня полностью устраивает.

Маг протянул собеседнику медный жетон с полированными гранями.

- Остаток вы получите в банке Традиций, как и договаривались, четверть грамма примиума. Вместе с задатком, это половина грамма.

Барро равнодушно принял из рук Жоржа жетон.

- Обращайтесь.

- Непременно.

Чуть поклонившись, Жорж развернулся и шагнул в открывшийся портал.


---


- То есть я правильно понимаю? Ты будешь лететь надо мной, как эдакий не то птица, не то самолет, а я буду с Кальцифером мудохаться по земле вынюхивая следы Анастасии, которая тут проходила три года назад? Ну ты головой ударился или как?

- Во время восстановление твоего тела я попросил уважаемого Барро улучшить твои органы восприятия. Простенькое плетение. Он внедрил в твои глаза, уши и нос импланты на органической основе, но с металлическими элементами. Теперь ты можешь видеть, слышать и обонять сквозь время. К примеру – на три года назад.

- Ты больной, ты глубоко больной человек – тебя бы сторонники защиты животных растоптали!

- Или облили бы краской мой замшевый камзол. – покивал Жорж. – Но пока рядом нет людей без логики и чувства меры, ты будешь работать на меня. Вынюхивай!

Геша с ворчанием опустил пятачок к земле.

- Как же тут воняет!

- Настраивайся на три года назад. Запах Анастасии ты знаешь, так что… за работу.

Из кармана Жоржа послышалась негромкая музыка. Усмехнувшись, маг достал небольшую музыкальную шкатулку, выточенную из белого дуба и богато украшенную платиной и сапфирами. Открыв ее, Жорж вгляделся в зеркальце из идеально отполированной пластины серебра.

- Розваль?

Отражение в зеркальце задрожало и сменилось. Мужчина в зеркале удивительно походил на самого Жоржа, если не считать эпатажного, по меркам общественности, внешнего вида. Темно-синие волосы, фиолетовые тени под глазами, нанесенные на выбеленное лицо. Вдобавок, у троюродного кузена Жоржа была врожденная гетерохромия – один глаз был синим, а второй желтым.

- Привет, Жорж, рад тебя видеть.

- Аналогично, Розваль. Вы в добром здравии?

- Спасибо за заботу, Жорж, все замечательно. Ну, почти. Я звоню с двумя вопросами.

- Сразу отвечу на первый. Нет, как я уже вам говорил, чароит не продается. Да, со мной связывалась тетушка Эхидна, но даже из уважения к ней, я вынужден вам отказать.

- Даю утроенный вес примиума за вес чароита.

Жорж оглянулся на Гешу. Тот показывал, что нашел след. Кивнув, маг поднялся в воздух и полетел за трубкозубом, бегущим по следам Анастасии.

- Пять карат чароита это пятнадцать карат примиума. Розваль, тебе придется продать поместье.

- Единственное месторождение чароита находилось в Уссуре и было выработано еще во времена Второго Царства. Он стоит свою цену.

- Мне он достался дороже, Розваль, намного дороже.

- Сколько?

- Я заплатил по грамму примиума за каждый карат.

Кузен ахнул. Подобная покупка полностью разорила бы его.

- И… ты действительно хочешь?

- Да, это мой подарок первому ученику, о котором мне не стыдно говорить. Я его уже вручил, буквально часов шесть назад.

Жорж глянул вниз. Геша добежал до деревушки, в которой он носился не обращая внимания на визжащих обывателей. Судя по петлям, Анастасия тут пробыла немало времени.

- Это не подарок, это… я не знаю, такие может делать только Император Монтеня.

- И я. – напомнил Жорж. – И я бы поставил себя на первое место, по двум причинам. Первая – я сам заработал это состояние, а не собрал налоги с граждан. Вторая – я хочу быть на первом месте.

- Да… а сейчас ты чем занимаешься? Не мог бы ты прийти ко мне? У меня намечаются переговоры с представителями Крессента, и было бы замечательно если бы ты был рядом. Знаешь же этих… бедуинов.

- Увы, мой дорогой кузен, конкретно сейчас я занят. Понимаете ли… я выполняю свой долг. Помощь другу. Если я не помогу Анастасии, или хотя бы не приложу все силы чтобы выяснить что с ней случилось – я… я и так уже слишком долго медлил. Может быть, уже слишком поздно.

- Думаешь она умерла? – предположил Розваль.

Жорж помотал головой.

- Анастасия выбралась из поляны тролля. Она умна, прагматична и опытна. Ее намного сложнее убить чем вам кажется.

- А чего тогда поздно то?

- Я говорю не о ней. Я говорю о себе.

Розваль молчал, глядя на Жоржа, который, в свою очередь, задумчиво смотрел на свой безупречный маникюр.

- Понимаете, кузен. Я… я всегда был не таким как другие.

- Наследник Короля-Солнце, да.

- Нет, Розваль, нет. Я говорю о себе как личности. Я… теряю связь с человечеством. Вернее, ее изначально во мне было не так много. Монтенец – аристократ, одаренный маг, божественно хорош в целом ряде аспектов. Между мной и человечеством с самого начала стояли все эти факторы. Я никогда не воспринимал себя полностью одним из них. Скорее, я был на людей похож и очень… нет, просто похож.

- Ну, ты говорил, что Искатели тебя изменили.

- Да, я стал Искателем изначально для обретения могущества Аспекта Этьена дю Валро.

- А затем?

- А затем… - Жорж сделал паузу. – Я познакомился с остальными. Крис, и его наивность в некоторых вопросах. Я помню как я был поражен этим сочетанием. Мастер Энтропии, Мастер Эфнтанатос, и… ходит по борделям и торгуется со шлюхами как простой смертный. Коуэн. Последний оплот человечества, Скала Уилтшира, Человек-Армия. Он как то раз запрягся в плуг и за ночь вспахал все поле крестьянина, чья лошадь пала. Я бы не поверил, если бы не видел этого своими глазами.

- А почему он тебя не попросил? Для мага переворошить поле это пустяковая задача на полминуты.

- Коуэн считает, то есть считал… что добро нужно творить своими руками, а не надеяться на чужие.

- Своеобразный подход.

- Да. И Рин была такая же. А еще Дилан, любивший спорить просто из духа противоречия и Анастасия, что была голосом разума. Едким, язвительным, но уютным, по-своему добрым и успокаивающим голосом разума.

- Ты говоришь с болью в голосе.

- Искатели показали мне что такое быть человеком. И знаете… Розваль, это не было чувством беспомощности или бессилия, как я полагал ранее. Это было чувство… принадлежности, общности, внутреннего огня. Трудно выразить в словах.

- Я не понимаю, о чем ты. – признался Розваль.

- Когда Искатели начали… исчезать, я тоже перестал понимать значение этих слов. Моя человечность, она угасает. Я становлюсь все более отчужденным и обособленным. Я теряю свою человечность. Анастасия – моя последняя нить к тем чувствам, что когда-то освещали мою душу изнутри. Если не будет ее – моя душа погрузится во мрак. И я сам не хочу увидеть то создание, что живет в этой тьме.

Показать полностью
47

Феникс и Змей - Полуденная Сталь

Глава 20

Женщины


Ранним утром солнце осветило обширную поляну в лесу. Идеально круглая, с ровной почвой без перепадов, засеянная газонной травой, эта площадка служила местом для тренировок Змея. Сегодня тут были только он сам, Таня и Персик. Дилан вряд ли когда либо сюда вернется.

- Так, Таня, ты готова?

Алексей стоял на северном краю тренировочного поля, одетый лишь в шорты. В руке он держал чашку с мелко нарезанным филе тунца. Рядом с ним, опираясь передними лапами на ноги хозяина, стоял и безостановочно вопил Персик, чья рыжая шкура красиво горела в лучах восходящего солнца. На противоположной стороне, полускрытая травой, сидела Таня и вместо того чтобы заниматься делом – пялилась на Алексея.

- Сейчас, еще полминуты.

Таня с трудом оторвала взгляд от жилистого тела мужчины и вернулась к начертанию защитного круга. Обмакнув кисть в чашку с резко пахнущей краской, она продолжили рисовать прямо на траве. Чародеям к каждому заклинанию приходится готовиться, доставать ингредиенты, вспоминать формулы...

Не удержавшись, девушка еще раз посмотрела на... кем он ей был? Учитель? Хозяин? Она ведь когда то думала что он был им отцом, учитывая что он был регулярным клиентом у ее матери до самой ее смерти. Когда маму убили, это он спас жизнь ей и брату, обучал тому что умел сам, развивал их, оплатил учебу и все такое. Никогда при этом он не смеялся вместе с ними, да и улыбающимся Таня его ни разу не видела. Лишь иногда, когда Алексей смотрел на Персика, гоняющего бумажный шарик, его взгляд смягчался. Еще... каждую неделю, в пятницу, он вызывал проституток. Дилан ы таких случаях фыркал и уходил из дома на ближайшие три часа, а Таня... со смутным ощущением неприязни, она ждала пока женщины не уйдут, после чего вглядывалась в его лицо. Ничего не менялось – он был все так же сосредоточен и молчалив как и обычно. Проститутки были для него лишь способом снять напряжение, не больше. Таня почему то успокаивалась.

- Таня, побыстрее.

Персик истошно вопил, словно его пушистую тушку держали на диете последние полгода.

Вздрогнув, девушка продолжила чертить круг, а перед глазами все стояло его тело – бледная кожа была покрыта сетью беспорядочных шрамов, а под ними перекатывались стальные канаты мышц.

- Готово! – крикнула Таня, завершив последний символ.

- Я иду.

Алексей поставил на траву чашку и пошел вперед, к Тане. Урчащий кот остался у миски с рыбой.

- Вдох, выдох. Сосредоточься.

Таня внимательно следила за выражением лица Алексея.

- Вдох, выдох. – продолжал бормотать маг. – Все под контролем.

Он прислушивался к себе, к мыслям, к ощущениям. Все было пока хорошо. Кожу приятно холодил утренний ветерок, трава под ногами была мягкой и чистой.

- Вдох, вы... сссука!

Правую ступню ударило что то острое. Отдернув ногу, Алексей увидел хвост скорпиона, скрывающегося в высокой траве.

- Тааак...


Жизнь, Связи.


В траве на несколько десятков метров вокруг не было организма подобного скорпионам.

- Галлюцинания... Галлюцица...

Алексей сосредоточился.

- Гал. Лю. Ци. На. Ци. Я. Так, а теперь вместе... Галлюмипупу... Я как будто учу французский у странной блондинки.

В следующее мгновение Алексей взмыл в воздух.

- А это нечто новое...

Когда он пришел в себя, над ним склонилось лицо взволнованной Тани. Персик лежал на груди мужчины и дышал на него тунцом.

- Рассказывай. – коротко сказал он.

- Через девятнадцать шагов вы дернули правой ногой и начали смотреть вниз.

- Примерно девять с половиной метров до тактильных и визуальных галлюцинаций. А смотрел я все время на тебя?

- Нет. Примерно после десятого шага вы начали смотреть в разные стороны.

- Потеря концентрации на пятом метре. Видимо тогда же и начинаются визуальные галлюцинации. Тактильные следуют позже. Пока все логично.

- Потом вы опять пошли вперед. На тридцать первом шаге вы начали говорить какую-то чушь. «Же та ку плау»... что то вроде этого.

- Я пытался отслеживать галлюцинации, но, по видимому, начал терять связь с реальностью. Совсем. Что было потом?

- Потом вы остановились и начали разговаривать с воздухом. Что то говорили про блондинку по имени Реджина Феланджи и чтобы она перестала чистить вам ауру. Я остановила вас.

Алексей сел.

- Этого я даже не помню. Так. Что мы имеем. Мы провели три опыта. Каждый раз критическая точка между пятнадцатью и двадцатью метрами, но начало примерно на пяти или четырех метрах дистанции между мной и Персиком. На десяти метрах начинаются серьезные проявления. Пока же я с ним рядом – ничего. Расстояние не зависит от наличия между нами каких либо преград – дома стены не увеличивали и не уменьшали эту дистанцию, а в городе не сказалось влияние посторонних людей.

Таня кивнула.

- Ты можешь уже отпустить меня. Спасибо, все нормально.


---


Вечером того же дня, в замызганном, вонючем переулке Алексей безмолвно ожидал пока Эль Вечный не снизойдет до того чтобы поговорить. Вампир был занят тем что ловил мух, в изобилии роившихся тут и выдергивал им лапки.

- Я вот думаю. Если муха не будет иметь лапок – от чего она умрет через три тысячи сто семнадцать секунд? Она ведь все еще сможет утолять свой голод, улетать от опасности и даже спариваться. Но почему же я не вижу ни секунды в которой она это делает не имея лапок? Это у нее принципы такие – не кушать без лапок?

Алексей закрыл глаза.


Связи, Жизнь, Энтропия


Монотонное гудение разом прекратилось. Мухи, клопы, тараканы – вся мелкая живность что обитала в радиусе пяти метров мгновенно превратилась в капли гниющей биомассы.

- Ты вмешался в ее мушиную судьбу. – заметил Эль. – Ей не было суждено умереть так рано.

- Ты был прав. Мне поступил заказ от Эфтанатос. Я убил девушку и... теперь я не вижу галлюцинаций вблизи кота. Чем я ближе к нему – тем лучше.

- Оно не улучшилось. – отозвался Эль. – Твой разум и твоя душа связаны с твоим котом. Несмотря на то что ты сошел с ума, твой кот остался в ясном уме, а поскольку вы с ним связаны как хозяин и фамильяр, то твой разум подсознательно нашел в коте опору – якорь для себя. И с одной стороны, рядом с ним ты теперь почти нормален...

- Зато вдалеке – теряю всякую связь с реальностью. – задумчиво ответил Алексей.

- Именно так.

- А что насчет остальных пяти заказов? Когда они будут?

- Ты хотел сказать – одиннадцати заказов? Еще ведь и шесть от меня.

Эль усмехнулся, наблюдая за тем как играют желваки парня.

- Еще четыре цели для Эфтанатос придут сами. Ты поймешь это когда придет время.

- Четыре? Что насчет пятого?

- О, пятый будет не совсем смерть.

- Не понимаю.

- Если бы люди понимали, их цивилизация не создала бы профессию маркетолога. – пожал плечами Эль.

Алексей промолчал. Он не знал что сказать.

- Что касается шести заказов для меня, то сегодня я намерен дать тебе первый.

- Ну?

- В город приехал некто Томас Андерсон. Родился в Империи Крессента, но переехал в Новый Свет, в северные земли. Потом его заметили в Водачче и финансируют его. Он нечто вроде... проповедника и доктора одновременно. Он лечит душевнобольных. Просто приходит в психиатрические больницы и лечит людей. Месяц назад он вылечил девушку которая должна была стать дочерью Малкава – она должна была войти в клан Малкавиан. Он отнял у нас сестру. Ты отнимешь у него жизнь.

- Так он... – встрепенулся Алексей.

- Нет, тебе он не поможет. В основном, потому что ты его убьешь. Ну и кроме того – он лечит лишь людей. А ты маг. Вижу по твоему выражению лица – ты мне не веришь. Но это сугубо твои проблемы.


***


Жорж внимательно наблюдал за движениями вампира. Третий глаз расположенный во лбу – знак безошибочно указывающий на клан Салюбри. Прозрачный рубиновый свет струящийся из глаза указывает на принадлежность к касте Воинов. Как бы ни поворачивалась голова женщины, третий глаз неотрывно, не моргая смотрел на Жоржа. Возмездие Самаэля – уникальная способность клана Салюбри. Следующий удар который нанесет эта женщина будет нанесен мгновенно, его невозможно заблокировать, от него невозможно увернуться. Для мага на такой дистанции это означает смерть, тем более, что Салюбри обладают Прорицанием, что позволяет им предвидеть попытки плетения и в ограниченной степени – будущее.

- Ты и есть тот учитель Артёма о котором он говорил.

Линда чуть склонила голову набок. Она выглядела расслабленной, но Жорж понимал что даже маг владеющий Временем вряд ли бы успел что либо предпринять.

- Почему ты молчишь?

- Вы не задавали вопроса. – пожал плечами Жорж.

- Ты знаешь кто я?

- Салюбри, Воин. Поколение… не выше восьмого. Скорее ниже, и намного.

- Пятое. – улыбнулась Линда.

- Мафусаил?

- Я была Мафусаилом еще когда впервые встретила Сезара Уравнителя. И я встречала тебя, Таура Мельхиор. Ты имел другой облик и другие манеры, но это был ты. Тогда я тебя убила.

Жорж осклабился.

- Все-таки, моя смерть будет уникальной. Это не какая то болезнь или банальное сражение с демонами. Можно сказать, вы мой персональный Немезис. Вторая встреча… а сколько их еще будет… дуэли, растянутые сквозь историю, вплетенные в судьбы мира… Ах, как же это изысканно! Позже, когда я перерожусь вновь, я встречусь с вашим Дитя и мы вновь скрестим клинки!

- Вы готовы умереть? – вежливо спросила Линда. – Кстати, я согласна на ваши условия.

- Разумеется. – Жорж улыбнулся и повернулся к собеседнице лицом, широко расставив руки. – Я лишь попрошу, чтобы вы…


Линда закрыла глаза.

Молниеносный выпад. Одним ударом ребра ладони она снесла голову мага с плеч. Туловище начало медленно оседать на пол. Из флакона на поясе мага выплыл демон в облике густого тумана. Кальцифер подхватил тело хозяина и медленно опустил его на землю. Демон стремительно терял Квинтэссенцию, необходимую для того чтобы удержаться в Теллуриане. Он мог бы попробовать сбежать и найти себе жертву для одержимости, однако он предпочел потратить последние силы на то чтобы не дать телу хозяина обрушиться на сырую почву подобно мешку.

Салюбри ненавидят демонов. Кальцифер был развоплощен, буквально сожженный дланью Воина.

- Сука.

Позади Линды стоял Артём, отчаянно сжимающий кулаки. Глаза парня блестели в свете костра.

- Ты… убила его… Сука…

Леша смотрел на тело Жоржа и беззвучно шевелил губами. Не так давно он хотел убить Жоржа. Потом… потом он хотел его простить. Теперь… он вдруг отчетливо понял, что потерял последнюю нить связывающую его с прежней жизнью. С отцом. А она его лишила этого.

Линда открыла глаза.


- … потратили несколько минут своего времени на то чтобы рассказать о моей смерти одному человеку. Он живет в Водачче, его зовут Буаноротти. Слабенький чародей и великий скульптор. Я уже оплатил ему создание своего памятника. Все что вам надо сделать это послать ему пустое письмо от моего имени. Остальное он сделает сам.

Убить этого мага означало лишиться поддержки этих двух. Без них, а вернее, без одного из них, миссию Сезара не выполнить.

- Я… изменила свое решение. Вы будете жить.

Жорж выглядел разочарованным.

- Ну… не очень-то и хотелось.

Фыркнув, маг присел к костру, одновременно развеивая защиту вокруг Артёма и Леши. Глаз во лбу Линды закрылся.

- Эмм… Леша, ты куда?

Младший упорно поковылял дальше.

- К Лизе.

- Ааа… та девочка, которая сошла с ума из-за Аватара? Помню, твой отец рассказывал о вашей соседке.

Младший обернулся.

- Да, к ней. И вы мне нахер не нужны. Сам справлюсь.

- По моему опыту, когда так говорят люди младше двадцати лет, это означает прямо противоположное. – заметил монтенец.

- Ну и катись нахер. Я сам ее смогу вылечить. У меня сфера Разума есть.

- Мы оба знаем, что у тебя не более чем второй уровень сферы Разума. Этого хватит в лучшем случае чтобы ее успокоить в моменты панической атаки.

Артём и Линда не вмешивались в разговор. Линда уже знала, чем он закончится, Артём понимал, что его слова тут не имеют веса – это не его жизнь стоит на кону.

- Значит я продам дом, который мне остался от папы, и на эти деньги найду мага, который мне поможет.

- Ты позовешь лицензированного мага лечить будущего Мародера? – маг вытянул клинок Эарендиля из трости и полюбовался своим отражением. – Леша, это шах и мат.

Младший остановился.

- Что такое Мародер? – шепотом спросил Артём.

- Маги что сходят с ума из-за неспособности понять шепоты своего Аватара, те кто не получил должное обучение в нужный момент. Их безумие отличается от простого сумасшествия вроде того что у Портоса, да и любого другого мага. Мародеры бесконтрольно рвут и изменяют реальность согласно своему безумию. Если ему покажется что рассвет за окном — это вспышка огромной бомбы – то этот взрыв прогремит. Если в своих галлюцинациях он увидит кошмарных зверей – все эти звери будут материализованы. Представив себе, что все люди исчезли и он остался один, Мародер подсознательно запустит плетение, которое физически уничтожит людей вокруг него в приличном радиусе. – пояснил Жорж.

- То есть… значит лицензированные маги, увидев такую дрянь… они же сразу ее убьют. Прямо на месте, без предупреждения. – догадался Артём.

- Да.

Голос Младшего был хриплым, словно ему сдавили горло. Он же знал о Мародерах, знал, ему папа говорил о них. Он просто не подумал о том, что Лиза может быть одной из них.

- А почему… почему она все ещё никого не убила? Она же долго в психушке уже.

- Потому, Леша, что твой отец запечатал ее магию.

Жорж вернул Эарендиль в ножны и продолжил.

- Понимаешь ли… он знал, что она тебе дорога. Как и то что ее родители не позволят ей стать магом. Действовать против воли родителей ему не позволяли принципы. А потому он применил свою любимую Абсолютную Отмену.

- Создателю не угодна магия.

- Да, именно ее. И наложил ее на девочку, а источником Квинтэссенции для подпитки плетения назначил ее собственный Аватар. Таким образом, чем сильнее ее подсознательный порыв творить магию, тем сильнее плетение Абсолютной Отмены.

- Откуда ты знаешь?

Леша повернулся к Жоржу. Лицо парня выражало отчаяние.

- Откуда ты можешь это знать!? – крикнул Леша.

- Твой отец, пусть и могущественный Живой Узел, несмотря на всю свою колоссальную магическую мощь, был все же неотесанным уссурцем в том, что касалось изящества. Плетение такого рода требует тонкой работы на совершенно ином уровне. Сам он ничего подобного сделать бы не смог, так что я был его консультантом и соавтором заклинания.

- И все это чтобы Леха не потерял девочку которую любит? – офигеть, папаня заморочился. – восхитился Артём.

- А посему, Леша, если ты желаешь помощи с Лизой, то советую тоже присесть за стол переговоров.

- Какой стол? – переспросил Артём. – У нас из мебели только два бревна и булыжник.

- Это фигуральное выражение. – отмахнулся Жорж.

- И что мы будем тут фигурально выражать?

- Я так понимаю, этой даме есть что нам сказать. – Жорж посмотрел на Линду. – Вы ей зачем то нужны. А у меня… банальное любопытство – всегда хотелось послушать что может сказать Мафусаил.


***


Ночную тишину прерывали лишь едва слышный шелест крыльев летучих мышей, носившихся над головой. Два подростка стояли напротив дверного проема в дом, в котором лежали шесть трупов.

- Так, Богдан, сейчас мы нарвались на большие проблемы. И нас будут бить. Возможно даже ногами.

- Мафия?

- Я их не так сильно боюсь, как твою маму. – признался Дилан. – Но да, вначале нам надо пережить их. Так что первое что мы сейчас сделаем – ты вызовешь экстренное подкрепление из Академии чтобы тебя забрали отсюда.

- Откуда ты знаешь?

- Потому что я там отучился. У студиозов Академии есть привилегии на время обучения, огромные привилегии. И сейчас ты одной из них воспользуешься.

Богдан мотнул головой.

- Я тогда зачет провалю. И мама по шеям надает. Сами все тут уладим.

Дилан протянул руку и потрепал Богдана по голове. Парень отдернулся.

- Ты чего делаешь?

- Проверяю. Ты головой ударился что ли? Тебе говорят что тут – опасно. Владельцы наркобизнеса это не те милахи которые наряжаются в костюмы клоунов и раздают леденцы в больницах. Это отморозки.

- Переживу как-нибудь. Уходим, отсюда надо уходить. Тогда они нас не найдут.

- Найдут. Это лишь вопрос времени.

Дилан предполагал, что у них есть хотя бы сутки форы на то чтобы покинуть Самватас.


---


Утром трупы обнаружили люди Михея, решившие выяснить причину такой долгой задержки. Увидев представшую перед ними картину, они вызвали Ольгу с Олегом.

- Эта сосалка, она реально чего то может?

Матвей был еще новичком среди братвы Михея, ему было то всего восемнадцать, так что на все происходящее у него было свое мнение. В частности, он был убежден в том, что женщины добившиеся успеха либо «насосали» либо «хорошо дает».

- Хавальник закрыл. Когда приедет – чтоб тебя слышно не было.

Ольга передвигалась не иначе как на экипаже. Вот, вдали показалась ее карета – темно-бирюзового цвета, с запряженной четверкой белых коней. Кучера не было.

Карета остановилась рядом с домом.

- Олежка. – небрежно бросила женщина в темно-бордовом вечернем платье, выступая из кареты.

- Аааыы!

- След!

Из-за спины женщины, из глубины кареты вылетел… он. Поначалу Матвей решил, что это карлик. Нет, это был взрослый, рослый мужчина, но горбатый, с длинными прядями волос на лысеющей голове. Он передвигался на четырех конечностях, неистово завывая и пуская нити слюней. Вместо носа у урода зияла дыра.

- Аааа.

- Взял след? Веди.

Олежка поскакал вперед по дороге.

Женщина оглянулась на остальных.

- Чего ждем? На коней и за ним.

- Ааа… она же ему ничего не сказала. – прошептал запуганный подросток своему старшему. – Откуда он знает кого искать?

- Потому что она ему такие вещи мысленно говорит. – шепотом ответил меланхоличный старший. – Они брат и сестра. Близнецы. Ольга и Олег.

- Еманаврот… она его вместо собаки себе приспособила… не, погоди. Близнецы же одинаковые. Ей тридцатки нет еще, а ему под шестьдесят.

- В общем… если не гонево, то слышал я, что когда она научилась чародейству, то обнаружила двустороннюю связь с братом. И вот как нашла, то сразу использовала ее чтобы выкачать из брата все – ум, жизненную силу, куски души. Поэтому она теперь и не стареет и такая вдувабельная, хотя ей шестьдесят уже давно стукнуло. Ну и припахала его как собаку свою, да.

Матвей с ужасом смотрел на бегущее впереди подобие человека.

- А когда он закончится, что она будет делать?

- Вначале, я заставила его сделать пару детей. – послышался томный голос сзади. – Чтобы, когда он закончится, у меня были его ублюдки.

Матвей отпрянул от Ольги как от ядовитой змеи. Чародейка лишь рассмеялась.

- Не бойся. Я не кусаюсь.

- Ты… он был таким херовым братом?

- Нет. – Она улыбнулась. – Он был замечательным братом. Заботился обо мне и все такое. Но знаете, как оно бывает… карта легла неудачно. Мне сделали предложение, а я не захотела от него отказываться.

Олег уверенно бежал по следу Дилана и Богдана.

Показать полностью
40

Феникс и Змей - Полуденная Сталь

Глава 19

Вечерние беседы


Вечерний лес Уссуры – отнюдь не самое безопасное место для людей, особенно во время, когда куча сверхъестественной нечисти подняла голову. Впрочем, то же самое можно было сказать о любом городе – люди жаждущие легких денег ничуть не милосерднее голодного лешего. Впрочем, для пары магов ночевка в лесу стала уже привычным делом.

Артем поворошил угли в костре, под которым была закопана тушка зайца.

- Я вот думаю… чем теперь заняться и куда податься? Кстати, как там мясо?

Младший не хотел разговаривать. У него не было настроения, так что он просто коснулся земли.


Материя


- Еще минут двадцать. Он только начал пропекаться.

- Гадство.

Пару минут Артём поерзал. Он не любил ждать пока еда сготовится.

- Слушай… сделай печку.

- Печку?

- Каменное яйцо вокруг мяса. Я ее раскалю, так быстрее будет.

Вместо ответа Младший сосредоточился на земле под костром.


Материя


Чернозем вокруг зайца медленно превращался в гранит.

Артём разложил свой стальной шест и ткнул одним концом в костер.


Силы


Тепло костра прекратило распространяться во все стороны и потекло напрямую в каменную скорлупу, быстро раскаляя ее.

- Так-то лучше. – с удовлетворением произнес Артём.

- Угу.

- Знаешь, я вот еще думаю… ты ведь богатый человек.

- Не я. Мой отец. Все его счета хранились в банках Небесного Хора, а у меня теперь нет к ним доступа.

Младший продолжил думать о своем Аватаре. Кто есть кто? Это я порождение воли какого то дохлого Нефанди или же Аватар – паразит на мне? А если Аватар паразит… то значит… значит я сам родился человеком. Я не маг, я человек. Все что у меня… получается, все это просто… украдено у настоящего мага. Самозванец ли я? Я человек которому повезло быть выбранным падшим демонопоклонником для того чтобы стать его новым сосудом. Папа… что я такое?

- Леха, я ведь о чем подумал. У тебя у Афонтовой горы ведь есть целый дом. – прервал его размышления Артём.

- Есть.

- Мы его просто оставили. А ты ведь мог бы его продать и просто жить всю жизнь припеваючи.

Младший пристально посмотрел на друга.

- Тебе нужны эти деньги?

Артём лишь рассмеялся.

- Неет, у меня другая цель. Стать…

- Солнцем этого мира, да, знаю. А почему ты заговорил о деньгах?

- Ты себя со стороны видел? На тебе лица нет. Сидишь, молчишь, смотришь в пустоту и… говори, что случилось?

- Ничего.

- Леха, я тебя знаю не первый день. Ты вот много чего умеешь и знаешь, но обманывать ты не научился.

Младший встал, намереваясь уходить.

- Отвали.

Артём пожал плечами.

- Это из-за Аватара? Ты считаешь себя человеком… ну, то есть вором?

Молчание. Кивок.

- Знаешь… я вот понятия не имею что тебе сказать. – признался Артём. – Я никогда не был в такой ситуации. Но если ты захочешь мне что-нибудь сказать, я тебя выслушаю. Хотя… твой отец уже все сказал за меня.

- В смысле?

- У тебя был суровый отец. Ну, я так слышал. Люлей раздавал направо и налево, не церемонился особо.

- Живой Узел. – вздохнул Младший. – Он был очень суров. Сибиряк.

- Он вроде как Одиуса тебе сварганил из кучи захомяченных духов.

- Семь предводителей племен.

- А что с племенами стало?

- Он их уничтожил в процессе.

В тишине леса голос Младшего, вещавшего о немыслимом по жестокости и силе отце, звучал словно бы торжественно.

- А еще он воевал с этим, который Нефанди?

- Там был и он и дядя Жорж и дядя Йосс. Там много кто был. До конца того похода смог добраться только папа.

Артём отметил что впервые за прошедшие три года Младший назвал Жоржа «дядей».

- И расхреначил его?

- Папа говорил, что это был один из самых тяжелых боев в его жизни. Нефанди… они не просто маги, их силы текут не просто от власти над реальностью. Они подпитываются от Ямы, от того что люди называют Адом. Это извращает каждое их движение.

- Вот я о чем и говорю. Твой папка был своеобразным мужиком, ну, как и все маги вообще. Он был силен, смел и беспощаден. Закошмарил кучу народа, людей, нелюдей, духов. Безжалостный, ты уж извини, но он реально был в каком-то смысле отмороженным. Ты думаешь, если бы ты был продуктом магии Нефанди, он хотя бы на миг задумался о том что с тобой делать?

Младший промолчал, но ответ они знали оба. Мамонт не признал слабости, компромиссов и сделок с совестью.

- Ты, в первую очередь, сын своего отца. То, что к тебе прицепился Аватар Нефанди, а не твой собственный, он посчитал незначительной деталью твоей личности. Будь намек на порчу… мы бы не беседовали. Папа любил тебя, и уверен, любил бы вне зависимости от того кто ты – маг или человек. Даже будь ты девочкой, а не мальчиком, он бы все равно тебя любил.

- Да. – кивнул Младший. – Папа меня любил.

- А значит ты не Нефанди и никогда им не был. И вот теперь, когда мы это выяснили, проверь мясо.


---


Получасом позже, когда от зайца остались лишь горстка костей, Артём с довольным видом облокотился на бревно и закрыл глаза.

- Все таки… жизнь хороша. – мечтательно протянул парень.

Младший сосредоточенно мыл руки с мылом в протекающем по краю полянки холодном ручье. В отличие от Артёма, он не мог позволить себе просто облизать пальцы и вытереть кисти об одежду, его передергивало от одной мысли об этом.

- Жизнь хороша? И чем? Вот посмотри на нас. Без лицензии нас каждый третий заказчик кидает, а обороняться особо и нельзя.

Младший уложил мыло в холщовый мешочек и кинул его рядом с костром.

- У нас около дюжины более ли менее важных дел, но никому это не интересно и не нужно. Вот куда нам сейчас идти? А вот фиг его знает. И что делать? А тоже фиг его знает.

- Это свобода. – пояснил Артём. – Делай что хочешь.

- У меня так мама говорила, когда злилась. Это не свобода, мы в подвешенном состоянии и никому не нужны.

- Мы себе нужны. И знаешь, ты сейчас вот совсем не по делу возмущаешься. Ты маг и ты никогда не останешься голодным или больным пока у тебя есть сфера Жизни. Ты не будешь ходить в плохой одежде или без дома пока у тебя есть сфера Материи. Я еще не упомянул про Основы и Разум. И все это у тебя есть и было. А в деревне откуда я родом, чтобы вечером было что жрать, нужно было утром встать в пять часов и впахивать до самого вечера. И не факт что наешься досыта. И знаешь, так живет абсолютное большинство людей. У них нет Аватара, нет денег на обучение и нет влиятельной семьи. Магов мало – наверное один из ста. Как вы там это называете… один процент.

- Примерно каждый десятитысячный. Одна сотая процента. – поправил его Младший.

- Богатых людей тоже мало. Знаешь, что такое зубная боль?

- Причем тут это?

- Ты не знаешь что это такое. Ни маги этого не знают, ни богатые люди – у них есть способы вылечить зубы. А я сломал один зуб в четырнадцать лет. И еще два зуба сгнило к семнадцати. Мне их вырвали. Просто взяли клещами и вырвали. Выворотили полчелюсти, кровища хлещет, вонь ужасная. Я блевал дальше чем видел. Но это было лучше чем всю ночь скулить от боли. И да, в тот день я продолжал работать. Настя вырастила мне новые зубы, срастила челюсть и все такое. Но знаешь, если ты считаешь, что тебе плохо живется потому что ты не видишь дальнейшей цели, то ты слепошарый как крот. Тебе гребаных четырнадцать лет! Твоя жизнь началась только недавно, у тебя все дороги открыты. Тебе не хватает в жизни цели? Так, мать твою, выдумай себе цель!

Артём, распалившийся к концу речи, покрасневший, выдохнул.

- Извини, если обидел.

- В деревне нет времени на грусть. Вы должны пахать. – резюмировал Младший.

- Типа того.

- Что же… ну, давай думать, что делать дальше.


***


Поздний вечер, узкая дорожка меж бесконечных полей льна, освещаяемая лишь старой луной. Дилан с Богданом почти бесшумно передвигались по проселочной дороге. Дилан парил над дорогой, поддерживаемый собственным телекинезом, Богдан же стоял на плоской, величиной с пару тарелок платформе левитирующей в паре сантиметрах над землей. Оба, и псионик и маг, преодолевали пространство не касаясь земли и как можно быстрее.

- Итак, все должно быть просто. Там три человека, варят наркотики. Магов нет, чародеев нет. Все что от нас требуется – войти, максимально аккуратно их задержать и вызвать Королевскую Гвардию.

- Я помню. – отозвался Богдан. – Можешь не повторять. Кстати, а что с тем наркоманом случилось, после того как ты с ним закончил?

- Я его усыпил. Проснется не скоро, так что предупредить никого не успеет.

- Все складывается вроде как неплохо. Одна лаборатория с наркотиками – мелочи.

- Три или четыре таких мелочи, и ты закроешь свою сессию.

- Слушай… я только это… на людей еще почти ничего ни разу не применял. Так то, я больше просто по железу.

- Боишься, что не осилишь?

- Боюсь убить.

- Не бойся. Люди на удивление живучие. А вот маги, как показывает практика, периодически становятся ужасно хрупкими и дохнут от каждого чиха.

Богдан лишь усмехнулся.

- Меня им убить будет трудно.

У искомого домишки почему-то стояло несколько взнузданных лошадей.

- Это…

Дилан пригляделся к коням. Металлические заклепки на сбруе были высеребрены. Сама сбруя была изготовлена из добротной кожи, удобные седла сделанные на заказ…

- Я так понимаю, это наркоторговцы. – заключил псионик. – большие богатые люди которые пришли за оброком взимаемым с мелких барыг.

- То есть можем накрыть сразу всех?

Богдан двинулся вперед.

- Твою ж мать. – только и успел подумать Дилан.

Одно дело – задержать мелочь и сдать ее королевской страже. И совершенно другое – нарываться на конфликт с крупными игроками.

Второе было чревато даже для магов, поскольку обычно у больших дядей находились собственные маги и чародеи.

А Богдан тем временем уже дошел до двери и дотронулся до нее одним пальцем.


Основы, Силы, Материя.


Поначалу не происходило ничего – дверь лишь медленно меняла цвет с древесного темно-коричневого на металлический темно-серый. Богдан частично трансмутировал древесину и одновременно заставлял материю собираться в одной точке, внутри которой часть вещества преобразовывалась во взрывчатку. Спустя четверть минуты, напряжение внутри двери выросло до такой степени, что прогремел направленный взрыв. Дверь разнесло на тысячи острых металлических осколков, летящих со страшной силой внутрь помещения.

Дилан охнул и выматерился. Потянувшись разумом к домишке, он тщетно пытался найти там хотя бы искру живого сознания. Безуспешно - они все стремительно затухали. Первое заклинание Богдана оказалось и последним.

- Ты… ты их убил.

Богдан побледнел. Даже в неверном свете луны был виден ужас на его лице.

- Я… я не хотел… ты же сказал что люди…

Говоря магу чтобы тот не сдерживался, Дилан забыл очевидную для него вещь – между обычным магом и студентом Академии есть огромная разница в плане знаний, умений и навыков. Это как сравнивать гопника и профессионального боксера - при одинаковом весе, мышечной массе и желании подраться, эти двое нанесут разные по силе удары - уличный драчун нанесет удар рукой, боксер же вложит в удар всю мощь тренированного тела.

Богдан еще раз глянул на шесть трупов внутри помещения и обхватив голову руками, сел на землю и начал раскачиваться из стороны в сторону.

- Что я маме скажу… она меня убьет. Я же убил их… я не хотел… не думал…

- Она и меня убьет. – пробормотал Дилан. – А ещё раньше до нас доберутся местные.


***


- Знаешь, я вот иногда думаю… а эти звезды на небе, что это такое?

Артём лежал на спине и широко открытыми глазами вглядывался в ночное небо, усыпанное звездами.

- Ты в школе вообще ведь не учился? – отозвался Младший.

Артём отрицательно покачал головой.

- Жорж объяснял, что это солнца, как наше, но только расположенные так далеко, что мы их видим маленькими. Но… а вдруг он ошибался.

- Жорж был прав. Каждая звезда — это огромный шар горящего газа. Мне репетитор это рассказывала. Вокруг некоторых имеются планеты, и большинство – необитаемы.

- Откуда люди все это знают?

- В зависимости от того по какому пути люди пошли. Технократы в свое время строили обсерватории и высокоточные приборы измеряющие какие то волны, которые люди не видят. В конце Второго Царства они совершенствовали рабочие прототипы порталов чтобы путешествовать туда.

- А маги?

- Мистики строили свои обсерватории и палантиры. Обывателю и то и другое покажется магией, но суть одна – наблюдать за тем что далеко. И все же основной прорыв совершили мистики – они нашли Галерею. Среди всех тех параллельных измерений и миров что существуют в Умбре есть один мир целиком состоящий из безграничной, бесконечной Галереи в которой куча дверей и окон в другие миры и измерения. Оттуда можно попасть в любое время, место и реальность. Так они и изучили далекие звезды.

-А ты сам видел Галерею?

- Да, папа меня туда водил. Вернее мы всей семьей – папа, мама и я, отправились через Галерею в один из райских миров что там был.

- А кто создал Галерею?

Младший наморщил лоб, вспоминая слова отца.

- Папа сказал что Галерею создали люди. Не маги, а люди, но не просто великие, а величайшие.

- Люди? – Артём задумался. – Люди конечно на многое способны, но даже самому талантливому человеку не переплюнуть самого завалящего мага.

- Он назвал несколько имен. Брэдбери, Азимов, Толкиен, Саймак, Верн, Струган… Стругановы… Стружковые… не помню. Но в общем – их там было много, сотни, и жили они в разное время. Как они сотворили Галерею я так и не понял, но папа сказал что это были они. И они были круче магов и технократов.

- Воистину, эти слова правдивы.

Голос произнесший эти слова не принадлежал ни Артёму ни Младшему. Парни вскочили.

Рядом с ними стояла Линда Салюбри.

Та самая, чью смерть они видели собственными глазами.


Жизнь, Материя.


Младший начал плетение заклинания… и не закончил. На него вдруг навалилась усталость, смирение, расслабленность. Руки не слушались, ноги налились тяжестью и обмякли.

Артём, испытывающий все то же самое, тем не менее нашел в себе силы достать металлический шест и разложить его. На эти два простых действия, обычно занимавших не больше трех секунд, у него ушло порядка полуминуты. Дыхание спирало, голова кружилась. В голове билась мысль «а зачем оно тебе?», «какое плохое зло она тебе сделала?».

- Ты…

Пауза, Артём остановился чтобы перевести дыхание. Его лоб вспотел, а конечности похолодели. Сделав три или четыре вдоха и выдоха, он смог едва слышным голосом просипеть.

- Кто?

Девушка отошла на пару шагов и присела.

В свете тлеющего костра они вновь могли разглядеть ее. Бледная как мрамор, обритая наголо девушка с высокими скулами и впавшими щеками. На ней не было одежды, но она ничуть не смущалась своей наготы.

- Я, как и двадцать пять часов тому назад – Линда из клана Салюбри. Обращенная, которую вы нашли в горе.

- Мы видели…

По мере того как дистанция между Артёмом и Линдой увеличивалась, говорить и дышать ему становилось легче.

- Ты же заставила Лизу убить себя… выпить насмерть.

- Вы это помните. – поправила девушка. – Я внедрила эти воспоминания в ваши разумы. Как бы я ни опасалась преследования от тех, кто нашел меня внутри моей усыпальницы, я все еще достаточно разумна чтобы не доверять свою миссию девочке, проведшей в психиатрической больнице последние четыре года.

- Лиза не вампир?! – встрепенулся Младший.

- Нет. Она все еще человек, и это замечательно.

- А зачем ты внедрила в наши разумы эти воспоминания? – поинтересовался Артём.

- Это была твоя идея. Ты этого не помнишь, но именно ты предложил заменить вам память чтобы меня не стали преследовать.

- Мм… а откуда мне знать, что ты не врешь?

- Плафонов Артём…

- Платонов. – поправил Артём.

- Платонов Артём, ты предвидел эти твои сомнения и сказал мне что твою память я не смогла бы изменить без твоего на то желания. И сказал чтобы я тебе процитировала тебя дословно «Моя сила воли тверда как космос.»

- Ну… да, наверное. – согласился парень. – Я бы что-нибудь такое и сказал про себя.

В это время Младший, игнорируя беседующих Линду и Артёма, с трудом, опираясь на палки заготовленные для костра, поднялся на ноги и заковылял по направлению к городу.

- Леха, ты куда?

- Идите нахер все, я к Лизе. Вы – нахер, а я – к Лизе. Макиавелли гребаные.

Пламя костра поднялось на несколько метров и взревело, разбрасывая снопы искр. Все трое одновременно обернулись к огню.

- Ну что вы, не стоит кланяться. – послышался знакомый, чуть жеманный голос. – Достаточно небольшого книксена.

Чувство юмора Жоржа было своеобразным, как и его манеры в целом.

Однако стоило магу выходящему из портала встретиться глазами с Салюбри, его словно подменили – он схватился за рукоять Эарендиля, а по лицу пробежал целый спектр эмоций – от удивления и гнева до ядовитой радости.

Во лбу девушки открылся третий глаз, того же оттенка серого и обычные два. А еще через мгновение он заполыхал темным, тяжелым, рубиновым огнем.

Жорж умел оценивать ситуацию и знал кто такие Салюбри. Эта битва была проиграна им еще до первого движения. Отпустив рукоять шпаги, он произнес два слова на енохианском. Вокруг Артёма и Младшего материализовались тяжелые саркофаги созданные из материала что тверже алмаза.

- Я предлагаю обмен. – улыбнулся Жорж. – Вы забираете лишь мою жизнь, но не трогаете этих двух. В качестве ответной услуги – после моей смерти сюда не явится Архимаг ордена Гермеса Портос Фитц Эмпресс и не разнесет вас в клочья.

Монтенец вытянул из запястья некую нить, невидимую обычным глазом – это было заклинание вызывающее Архимага в случае смерти носителя.

- Согласны?

Линда медленно поднялась на ноги.

Показать полностью
44

Феникс и Змей - Полуденная Сталь

Глава 18

Жертвы


Во время завтрака, пока Персик довольно урча пожирал порубленную куриную грудку, Таня занималась рукой Алексея. За прошедшие три года она прошла несколько курсов чародейского исцеления в Самватасской Могилянской Академии, так что относительно небольшая рана не была проблемой.

Бережно придерживая руку Алексея ладонью вверх, Таня шептала заклинания и дула на рану. Остановив кровь, девочка смочила указательный палец в растворе хны и мягкими движениями нарисовала на ладони мужчины чародейские знаки.

Алексей вспомнил как полгода назад Таня лечила Дилана, плечо которого порезали осколки гранаты. Телекинетический щит псионика тогда не выдержал, хотя и поглотил большую часть удара. Таня тогда просто сыпанула горсть пепла дуба на рану и наложила тугую повязку. Сейчас же она так долго возилась.

Девушка замерла, глядя как рассасывается последний рубец.

- Все?

Таня вздрогнула и нехотя отпустила руку.

- Да, все.

- Спасибо.

Несколько раз сжав кулак и перебирая пальцами, Алексей проверил функциональность конечности. Да, рука работала как ей и было положено.

- Болит?

- Нет, Таня, спасибо. Ты все сделала хорошо.

- Мне кажется, кожа натянута.

Девушка завладела рукой Алексея и вновь начала рассматривать ладонь.

- Все нормально. – повторил он.

- Ну я в первый заказ лечу ладонь, вдруг что-то.

- Первый заказ? – Алексей странно посмотрел на ученицу.

- Первый раз. Эф тана тосамой убедиться…

- Эфтанатос убедиться?! Что ты говоришь вообще?

На этот раз странно посмотрела на Алексея уже Таня.

- Я говорю: «И вот надо самой убедиться в том, что все правильно срослось.»

Алексей задумался. Затем его взгляд упал на стену, на которой висел календарь, показывавший летние месяцы.

- Извини, кажется, у меня… - медленно проговорил Алексей. - Я не очень хорошо понимаю, что происходит.

Он перевел взгляд на стол, на котором стояла лампа.

- Может вам стоит поспать? – предложила Таня. – У меня есть вишневый ликер, он зачарован как успокоительное.

- Ликер… Лампа… Лето… Мне надо идти.

Алексей стремительно встал.

- Персик, идем за мной.

Кот ответил презрительным взглядом, однако был взят крепкой рукой за шкирку.

- Мяяяяяяя!!

- Никто твою еду не тронет. – бросил Алексей в ответ на вопли кота.

- Вы куда?

- Музыкант. Или певец. Ли-ла-ле. Мне нужно найти музыканта. Это важно.

Змей шел по улицам быстрым шагом, за ним едва поспевал Персик. Змей пока и сам не понимал зачем ему нужен музыкант и что он с ним будет делать. Важно было другое – сейчас он либо находится на той грани безумия, когда перестает отдавать себе отчет в том, что на самом деле происходит вокруг, либо начинает избавляться от безумия. В пучину потери рассудка либо к душевному здоровью…

Город вокруг был полон жизни. Люди ходили, дети играли, влюбленные целовались. Лето, и словно нет никакой войны с богами и демонами. Люди были счастливы, они и не подозревали о том, что между ними ходит убийца ведомый мотивами непонятными даже ему самому. Ходит и ищет музыканта. Ли ла ле.

- В конце концов, я хотя бы отдаю себе отчет в том, что я психически болен. – пробормотал Змей глядя на мужчину избивающего какую-то женщину, скорее всего – жену. Когда прохожий попробовал защитить женщину от побоев и скрутил мужчину, «пострадавшая» накинулась с кулаками на этого самого прохожего и истошными воплями звала на помощь.

Музыка.

Змей замер едва ли не в охотничьей стойке.

- Путь пальцем проложи средь шрамов, ран суровых,

Чтоб наши слить пути Судьбе наперекор.

Открой те раны вылечи их снова.

Пусть сложатся они в судьбы узор.

Змей шел на звук, на ходу нащупывая небольшой складной арбалет. Судя по звуку, пел уличный бард.

Из снов моих с утра бежишь проворно.

Крыжовник терпкий Сладкая сирень

Хочу во сне твой видеть локон черный,

Фиалки глаз твоих, что слез туманит тень.

Она стояла на импровизированной сцене, с лютней в руках. Блондинка одетая в разноцветный костюм Арлекина. Если бы Змей смотрел на нее как мужчина, он бы заметил ее красоту и нежный голос. Однако сейчас на нее смотрел убийца. Он видел лишь что сердце и аорта были скрыты лютней. Арбалетный болт потеряет большую часть убойной силы пока будет пробивать два слоя деки, так что только горло…

Толпа вокруг нее была больше чем хотелось бы. Подойти ближе… в плотной толпе будет трудно развернуться и скрыться.

Змей остановился, оценивая контингент. Да, определенно в толпу входить было нельзя. За бардом внимательно наблюдало минимум двое людей умеющих держать оружие. Одного из них можно было проигнорировать, но второй… он выглядел знакомым. Наемник, опытный. Третий, или скорее второй круг опасности. Рисковать незачем, можно дождаться пока он не отойдет.

Подождав пока бард не закончит песню, Змей кинул пару серебряных рублей в шляпу, с которой ходил щеголеватый юнец.

- Я хотел бы поговорить с этим юным дарованием.

- Исключительно в формальной обстановке. Можете подойти к ней, она как раз отдыхает между песнями. И никакой…

Змей проигнорировал дальнейшие слова и просто пошел к девушке сквозь поредевшую толпу. Арбалет в плаще был уже заряжен и взведен…

- Присцилла, зрители спрашивают, можешь ли ты спеть «Арлекина»?

- Конечно смогу! – улыбнулась девушка. – Хотя я и предпочитаю петь то, что написала сама.

Змей замер, не дойдя до позиции, с которой можно было бы стрелять буквально пару шагов. Выругавшись, он подошел к девушке вплотную.

- Присцилла…

- Да, здравствуйте.

- Скажите, это ваше настоящее имя?

- На самом деле меня зовут Нона. Но Виноградова Нона звучит совсем не так привлекательно, как бард Присцилла.

- Понимаю. Тем более, что Присцилла заканчивается на «ла», а лето, ликер и лампа начинаются на эти звуки. Да и «ла» уже было в лампе.

- Я вас не понимаю.

Девушка отступила на шаг назад, однако ее собеседник не обратил на это никакого внимания.

- Мне нужно начало… как в лампе, лете и ликере. Скажите, а где вы учились петь?

- В церковно-приходской школе.

- В Самватасе?

- Да, в паре кварталов отсюда, у собора Единого. Тут недалеко.

- Спасибо.

Змей быстрыми шагами ушел вдаль.

Надо было успеть. Обедня в соборе Единого закончится менее чем через полчаса, а он из дома ушел сразу после завтрака. Это тоже наверняка был знак. Знак подан за завтраком, а это что-то да значит.

Он вышел на площадь аккурат к звону колоколов, повествующему об окончании службы. Из ворот собора повалил народ.

- Присцилла была не тем человеком который мне нужен. Она была блондинкой одетой в яркий костюм. Шутила и смеялась. Значит мне нужна брюнетка, закутанная в серую одежду и… да.

Змей нырнул в толпу вслед за рыдающей женщиной. Она была совсем молодой, ей нельзя было дать больше тридцати. Заплаканное лицо сохраняло естественную красоту, тонкие руки, явно непривыкшие к грубой работе… и вместе с тем она не выглядела богатой. И она рыдала, плакала в платок, едва заглушающей вопли несчастной.

- Что же ее так расстроило?

Подходить к ней напрямую… в наши дни мужчина, подошедший к женщине вызовет скорее отторжение, нежели желание поделиться горем.

Змей следовал за ней в шумной, многоголосой толпе. Кроме него, на девушку никто и не обращал внимания. Людям вообще не интересны проблемы других людей, оно и нормально. Так они прошли по скверу, затем зашли на рынок. Мясные ряды, рыбные, овощные, молочные.


Энтропия


Стоящий на прилавке десятилитровый кувшин с топленым маслом треснул и начал заваливаться на молодую женщину, проходящую мимо. Если бы не сероглазый мужчина, оттолкнувший женщину из-под кувшина, она могла бы пострадать.

- Леший вас подери! – выругался Алексей, оглядывая свою одежду, напрочь изгвазданную маслом, которое и в обуви хлюпало как в болоте.

- Ой… спасибо… вы меня спасли!

Алексей поднял глаза не девушку.

- Извините что толкнул.

- Вы… из-за меня, никчемной испачкались.

- Никчемной? Что вы такое говорите? О, извините, забыл представиться. Меня Алексей зовут.

- Луиза… хотя какая разница…

- Луиза, вы извините, если я лезу не в свое дело, но что случилось?

- Ничего. Случилась моя жизнь. Никчемная, пустая жизнь.

Алексей взял Луизу за руку и отвел в ближайшее кафе, предварительно сунув торговцу маслом деньги за кувшин. На всех рынках стояли детекторы магии, фиксирующие любое магическое воздействие на товары, покупателей или продавцов. Мера хоть и дорогая, вполне оправдывала себя, когда речь шла о рыночной конкуренции. Прежде чем удивленный продавец масла успел поднять скандал, он получил на лапу приличную сумму и многозначительный намек на повод для знакомства с молодой красоткой.

В кафе и выяснилось, что за последние полгода вся жизнь Луизы пошла наперекосяк. Некогда успешная певица, она потеряла голос и сразу лишилась всех своих контрактов, от нее ушел жених, а управляющий сбежал со всеми ее деньгами. Луиза выросла в обычной, любящей семье, опекаемая любящими родителями. Она не умела хитрить и потому не ожидала этого от своих близких. Оставшись одна, в долгах, Луиза обратилась в церковь Единого, где проповедник рассказывал ей что она погрязла в грехах будучи певицей – слава и сцена созданы демонами, и женщине там не место. Вот поэтому она и поплатилась всем, начиная с голоса и заканчивая любовью. Единственная надежда на спасение для Луизы, по словам проповедника, это отдать всю себя богу. А больше она ни на что и не годна.

- Какой… проповедник. – заметил Алексей.

Персик, свернувшийся на коленях у Луизы, сонно мяукал пока она гладила его.

- И еще этот сон. Понимаете, повторяется один и тот же сон каждую ночь.

- Какой?

- Я дома. В семейном доме, где я жила с родителями и бабушкой. И я еще маленькая девочка. Хожу по дому, смотрю, ищу родителей. Но не нахожу их. Вместо этого я в какой то момент понимаю, что в доме кто то есть. Мне становится страшно, я смотрю по сторонам, а все источники света начинают постепенно гаснуть. И я пытаюсь бежать к выходу. И понимаю что оно, то что в доме, оно бежит за мной. И я бегу и пытаюсь выбежать, а оно каждый раз преследует меня по пятам…

Кот с удивлением посмотрел на руки, которые более не ласкали его, а как то чрезмерно сильно сдавливали.

- И что?

- Я просыпаюсь до того как оно поймает меня.

- А если оно поймает вас?

- Я не знаю. Я не хочу об этом думать.

Луиза сжала кулачки так, что ее костяшки побелели.

- Извини, котик, я не хотела тебя обидеть.

Персик понимающе лизнул холодную кисть девушки. Он не обижался.

- Знаете что, Луиза. Я думаю, что ваш проповедник – моральный урод и он принижает вас. Вы стали певицей, а для этого нужно много труда и таланта. Если человек талантлив и способен свой талант раскрыть, то слава и сцена созданы однозначно для него, а не для кого то другого. Я считаю, что вам для начала нужно попробовать вернуть свой голос. Скажите, как именно вы потеряли голос?

- Кашель. Я не могу петь, сразу начинаю кашлять. Это началось посреди турне… пришлось отменить семнадцать концертов, организаторы понесли из-за меня огромные убытки. Потом я еще несколько раз падала и ломала руки и ноги…

- Спой. – внезапно предложил Алексей.

- Что? Я не могу, я же сказала…

- Спой. Прямо сейчас. Ты можешь. Я уверен.

- Но… здесь?

- Спой, Луиза. Просто поверь мне.

Луиза замерла, глядя на Алексея как кролик на удава. Но все же, под суровым взглядом стальных глаз, она сделала вдох и негромко запела.


- Come to me, the night is dark

Come to me, the night is long

Sing for me, I'll sing along

Sing for me, oh sing for me


Она пела и ее лицо светлело с каждым словом. Девушка пела все громче, и ее нежный, но сильный голос покорял слушателей.


Sway with me, we'll make them scream

Dance with me, we'll make them bleed

Sing for me, I'll sing along

Sing for me, oh sing for me


Луиза встала и развела руки в стороны. Персик, для которого этот маневр был неожиданным, шлепнулся на пол и возмущенно мявкнул на девушку. Она пела во всю мощь своих легких. Она уже не была никчемной, она не была ненужной. Она вновь была дивой Авалонской оперы.


Listen, do you hear it

Listen, do you feel it

Listen, I'm calling you

Listen, you do know me

Listen, swing and roll me

Listen, I'm calling you!


- Это потрясающе… я вновь могу петь! Но… - Луиза посмотрела на Алексея. – Откуда ты знал?

Она и сама не заметила как перешла на ты. Ей было так легко на душе, как не было никогда.

- Ты говорила про кашель, но за весь наш разговор ты ни разу не закашлялась. А потом ты еще и сказала что несколько раз падала и ломала кости.

- Не понимаю.

- Я немного врач. Сухой кашель это очень частый побочный эффект при приеме ингибиторов АПФ. Вижу, ты не понимаешь. Эти препараты применяются при болезнях сердца и сосудов. И второй частый побочный эффект – люди часто падают и ломают кости. Толи кальция в костях меньше, то ли из-за сниженного давления. Не суть. В общем, тебя кто-то целенаправленно травил препаратами для сердца.

- Не может быть! Зачем?! Кто?!

- Не знаю, пока. Однако, я это узнаю и весьма скоро.

Они еще долго разговаривали в том кафе, до самого закрытия. После чего Алексей проводил сонную Луизу до ее дома, хотя и не зашел к ней домой.

Алексей шел по людным улицам Самватаса, вспоминая голос Луизы. У нее был чудный голос.

---

Сон. И вновь Луиза бежала по дому, спасаясь от того что пряталось в тенях. Бежала быстро, уверенно. Сегодня она была сильнее чем обычно, она чувствовала, что на этот раз ей нечего бояться. У нее есть защитник. У нее есть цель в жизни. Она сегодня стала сильнее чем была вчера.

И все же, дверь дома сегодня была так далеко… она начинала уставать.

- Просыпайся. Проснись, Луиза, это же всего лишь сон.

Она не просыпалась.

Девушка споткнулась и тварь настигла ее.

Физическое тело Луизы дугой выгнулось в кровати, опираясь лишь на пятки и затылок. Хватая скрюченными пальцами воздух, она хрипела, звала на помощь своего защитника. Еще через пару секунд ее тело обмякло. Веки девушки задрожали и открылись, однако вместо ясных черных глаз, там была кровавая муть.

- Твоя душа принадлежит мне.

Губы Луизы двигались, однако голос принадлежал вовсе не ей, и язык на котором разговаривало существо не принадлежал этому миру.

Существо шевельнуло конечностями, пробуя новое тело, испытывая его возможности. Странно, но этот кусок мяса не хотел подчиняться командам. Такое бывает когда надеваешь чужое тело, с непривычки.

Однако паралич не ослабевал, а наоборот, усиливался, как и чувство тяги ко сну.

- Аждл… чотро… мгг…

Существо в теле Луизы уснуло, хотя и боролось всеми силами против этого. А еще через полчаса его сердце перестало биться. Когда три часа назад Луиза пела, она не заметила как Алексей подлил в ее бокал несколько капель из виала что он носил всегда при себе.

Пойманное в тело из плоти и крови, существо не успело обжиться в нем достаточно чтобы контролировать процессы. Одержимость опасна не только для принимающего. Если в первые несколько часов принимающее тело умрет – овладевающий дух будет предан забвению.

---

- Что происходит… что происходит!?

У первосвященника храма Единого была истерика. Что то пошло не по плану. Что-то пошло не так. Глашатай… он перестал подавать сигналы из Ямы… однако вместо него ему начали приходить послания от других существ. И они были угрожающими. Они говорили о смерти Глашатая и скорой мести за нее.

- Я все сделал как мы договаривались! – визжал Его Высокопреосвященство Лазарь. – Она была уничтожена морально! Она не могла сопротивляться!


***


Жорж знал что последует далее. Усиленные вампирской Дисциплиной Стремительность, пули выпущенные из снайперской винтовки разгонялись с начальных восьми сотен метров в секунду до ненормальных десяти – двенадцати махов. Пули не сгорали в атмосфере все из-за того же воздействия Дисциплины Стремительность, нивелирующей трение воздуха.


- Купол Хольцманна!


Жорж вложил две трети всей своей Квинтэссенции в этот щит. Окруженный двенадцатью тускло блестящими слоями непроницаемой защиты, Жорж всмотрелся в ночь.

Три пули выпущенные одна за другой разбили каждая по одному слою щита. Канонада взрывов загрохотала по горам как ужасающий гром.

- Плохо. – философски заметил Жорж.

Оставалось еще девять слоев щита. Это давало время для маневра.

- Кальцифер, ко мне!

- Да хозяин.

- Кальцифер, мы начинаем Щит Нергала! Пока я готовлю заклинание, ты должен откидываться от убийцы всем чем сможешь. Мне нужно время.

Демон вздрогнул, услышав название заклинания, однако подчинился хозяину.

Краем глаза Жорж заметил, как в ночном небе открылся портал из которого выплыл Высший Ши. Опять будут следить чтобы он не разошелся. Плевать.


- Духи…


Жорж на мгновение сделал паузу. К каким духам взывать? Кого собирать? Пойти легким путем или же… или же сделать так, чтобы когда Жорж будет рассказывать об этом Анастасии, у той не было на лице того выражения? Что бы сказал Коуэн? Как отреагировала бы Рин, если бы знала что он применяет Щит Нергала? А Крис?


- Духи что рыщут во тьме! Голодные твари, что жаждут крови! Услышьте меня!


Еще три щита распались с недолгим глухим стуком, словно кусочки свинца упали на пол. В это время за Барьером, в темных слоях Умбры загоралась кровавая искра. Незримые ужасы обитающие в Мире Духов подняли свои головы к источнику света. Света и еды.


- Алчные пожиратели жизни! Огни что пляшут в болотах! Полуденницы и полуночницы! Игоши и лешие! Придите ко мне!


Еще тремя щитами меньше. Кальцифер бездумно метал огонь во тьму долины, однако враг будто смеялся над ним – ассассин носилась во тьме предугадывая каждое движение Кальцифера. А искра, которую зажигал Жорж, уже превратилась в ревущую алую звезду. Со всех сторон к звезде плыли сонмы кошмаров порожденных людскими мыслями, магией и проклятьями. Безглазые, безрукие, толпы уродов, жаждущих урвать кусок чужой жизни, падальщики и хищники, убивающие слабых и потерявших бдительность. Мерзости, о которых людям лучше не знать.


- Я дам вам силу. Я дам вам тело, я дам вам свободный выход в Теллуриан! Явитесь же ко мне по моему зову!


Жорж отметил как развеялись последние три слоя Купола Хольцманна. Это произошло чуть раньше чем он рассчитывал.


- Тьма пришедшая со Средиземного моря! – пробормотал Высший Ши. – Жорж Ле Монт, ты устроил прорыв Барьера, сын самки собаки.


Основы, Дух, Жизнь, Материя.


Жорж исполнил свое обещание. Вокруг мага из пустоты выныривали сотни, тысячи ужасов, каждый из которых получал физическое тело. Они все выплывали и выплывали, словно им не было конца. За считанные секунды небо над долиной почернело от воплощенных духов зла.


- Щит Нергала! – произнес маг, складывая последний жест левой рукой. Правая его рука продолжала двигаться.


Дух, Жизнь.


Десятки тысяч воплей раздалось над долиной, визг свиньи, вой шакала, предсмертные хрипы людей бьющихся в агонии.


- ПРЕДАТЕЛЬ!


В следующий момент душа и разум Жорж были погружены в пучину боли, ужаса и гнева. Ментальный поединок – воля мага против воли всех и каждого злого духа что проник в Теллуриан. Побеждают они – и его душа сгорает, превращаясь в корм для Спектров, побеждает он – и они лишаются тех осколков своего «Я» что у них были и становятся послушной магу биомассой которая будет обернута вокруг его тела в качестве непроницаемого щита.


Уверенность в себе, воля, несгибаемость характера, целеустремленность. У духов не было ни единого шанса против Жоржа, уверенного в своей непревзойденной исключительности, и тренирующегося каждый день до кровавого пота.

И все же, пойди Жорж легким путем и призови просто духов мертвых людей или же духов природы, все прошло намного быстрее и легче. Он успел бы установить контроль над духами до того, как очередная пуля в клочья разорвет его малый таз.

Монтенец почувствовал как его сознание помутилось. Духи взвыли, почувствовав слабину.

- Мы сожрем твою душу, предатель!

Жорж слабо улыбнулся. Так улыбается Мастер Савата с рангом "Быстрейшие ноги Монтеня", к которому на окраине Днапро подошли бы мальчики, три месяца обучавшися боевому гопаку, и попросили бы отдать все деньги и пригрозили бы в случае отказа избить ногами.

- Прошу прощения, я с вами не закончил. Да и Жорж Ле Монт не может умереть вот так просто.

Одним стремительным рывком он подавил остатки сопротивления духов. Вторым движением он сложил последний знак на правой руке.


Основы, Силы


- Сбросить Оковы Матери Земли.


Отмена гравитации на площади в несколько квадратных километров всегда была и будет задачей для исключительных Мастеров. Именно таким и был Жорж.

Для ассассина это было более чем неожиданным. Очередной толчок ногой и вместо пары метров, она стремительно полетела вверх на головокружительную высоту.

- Нет!

Он поймал ее… но… у мага более не оставалось щитов, он был тяжело ранен и наверняка потеряет сознание через пару секунд. Нужен только контрольный в голову. Санана вскинула винтовку к плечу и почти не целясь, выстрелила…

Отдача выстрела оторвала Санане руку и вышвырнула ее тело куда то вдаль на несколько километров. Тело вампирши летело с сумасшедшей скоростью, обгорая на лету из-за трения о воздух.

Жорж прищуриваясь наблюдал за полетом тела несостоявшейся убийцы. Он все еще был в состоянии поддерживать свое сознание, но понимал, что без срочной помощи он умрет в течение пары минут от банальной потери крови.

- Так… я так понимаю, ты улетела, но еще вернешься. – просипел Жорж. – Ладно, у меня нет сил преследовать тебя, надо в Дойсстеп, лечиться.

На его груди зазвенел медальон. Кажется, Артём и Леша все-таки созрели для того чтобы принять помощь.

Жорж собрал свою волю в кулак.

- Увы, mes amis, в данный момент я не могу ответить на ваш призыв, однако, буквально в течение суток я постараюсь найти время чтобы вас навестить. Вы же не ожидаете, что я прерву сеанс спа только потому что вам взбрело в голову вызвать меня именно сейчас.

Показать полностью
Похожие посты закончились. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: