9

Дочь Вороньего Короля. Глава 7 (окончание).

Дочь Вороньего Короля. Пролог.

Дочь Вороньего Короля. Глава 7 (начало).

Ее ладошка была прохладной и пахла корицей. Пока Катержина внимательно исследовала лицо Лариэса, тот думал.

«А зачем, спрашивается, она ощупывает мое лицо? Разве ясновидящая не в состоянии рассмотреть его при помощи своего дара? Или не может? А как это вообще работает? Чем она видит, если не глазами? Проклятье, я обязан спросить»!

- Слишком много вопросов, - Катержина с улыбкой убрала руку. – На добрую половину я не смогу ответить при всем желании. Ты не поймешь, как я стала воспринимать этот мир после того, как свет померк. Это то же самое, что, - тут она хихикнула, словно девчонка, - что объяснять слепому, от рождения, как выглядит зеленый цвет.

Лариэс ощутил, как кровь приливает к его щекам.

- Прошу простить меня, о Ступившая на Путь Вечности, - произнес он.

- Простить? Зачем? – Катержина склонила голову чуть набок, из-за чего стала похожа на маленького воробушка. – В любопытстве нет ничего предосудительного. Мир огромен, в нем полной тайн. Желание разгадать их – вполне естественно. Впрочем, не буду утомлять тебя сложными философскими измышлениями. Сегодня вечером мы увидимся вновь. В моих покоях.

Произнеся это, она пошла дальше – к Мислии и Вилнару, а Лариэс, совершенно сбитый с толку, остался стоять, пытаясь понять: что, черт побери, тут творится!

На помощь ему пришел, как ни странно, Ридгар.

Кающийся подошел к юноше и, склонившись к нему, прошептал на ухо:

- Она имела в виду совсем не то, о чем ты подумал. Катержина – не какая-нибудь избалованная стихийная магичка. Она почувствовала, что сможет провидеть для тебя.

- Почувствовала?

- Потом, - раздраженно отмахнулся Ридгар. – Поговорим, когда окончатся официальные мероприятия.

Эти самые мероприятия стали для Лариэса настоящей пыткой – он жаждал узнать, что же именно имел ввиду Древний, что значит «сможет провидеть», почему именно для него, зачем, какой в этом смысл? Тысячи мыслей роились в голове юноши, заставив того забыть обо всем, включая свою главную обязанность – безопасность принца. Пожелай кто-нибудь причинить его высочеству зло, и юноша просто не заметил бы, столь глубоко он был погружен в размышления.

Позже Лариэс не смог вспомнить, где же именно проводился пир в честь гостей, сколько там было людей, и какие блюда подавались. Он что-то ел, что-то пил, с кем-то разговаривал, но все его существо было поглощено лишь одним: грядущим вечером. Лариэс вновь ощутил себя ребенком. Ему вспомнились те далекие, полные счастья и радости времена, когда родители были живы, и когда он – пятилетний мальчик, никак не мог дождаться обещанного на день рождения игрушечного меча. Постоянными вопросами и просьбами побыстрее начать праздник, он изводил родных, наверное, с неделю. В конце концов, отец разозлился так сильно, что весь день рождения Лариэс не мог сидеть.

К счастью, пытка ожиданием, наконец-то закончилась: Древний Ридгар подошел к нему и жестом приказал следовать за собой. Когда это произошло, Лариэс едва ли не пулей помчался вслед за Кающимся, сгорая от любопытства.

Они покинули зал, затем молчаливый Ступивший на Путь Вечности повел спутника по многочисленным коридорам и не останавливался до тех пор, пока вышел на небольшой балкон, отлично приспособленный для стрельбы из лука по противникам, пытающимся прорваться к воротам замка.

Видя нетерпение Лариэса, Древний не стал тянуть с объяснениями.

- Катержина может, как ты уже убедился, видеть, что произойдет в течении пары ближайших минут, что, кстати, делает ее поистине страшным бойцом. Иногда дар Видящей прорывается неожиданно, это называется неконтролируемым трансом. Когда подобное происходит, она успевает надиктовать увиденное и отключается. К сожалению, впасть в транс Катержина может в самый неподходящий момент и со стороны это выглядит, как приступ падучей. Сам понимаешь, такое не способствует частым отлучкам из дворца.

Лариэс слушал, не перебивая. Он не понимал, почему Древний так разоткровенничался, но не собирался упустить, ни единой крупицы мудрости этого могущественного человека.

«Хочет делиться – что ж, прекрасно, кто я такой, чтобы мешать»?

- Так вот, - продолжил Древний, - раз есть неконтролируемый транс, то может существовать и контролируемый. Иногда Катержина чувствует, что может сделать предсказание конкретному человеку. Впрочем, ты, наверное, это и так знаешь, но сомневаюсь, что тебе известно, как она понимает это.

- Слышал краем уха. Как-то связано с физическим контактом?

- Именно.

- И поэтому Видящая касалась каждого из нас? – на всякий случай уточнил Лариэс.

- Конечно. Пускай она и слепая, но благодаря своему дару видит получше многих зрячих.

- Стало быть, Катержина будет прорицать для меня и Непобедимого?

Ридгар скривился, точно выпил бокал уксуса.

- Да.

- А еще для кого?

Тонкие губы вновь изогнулись в гримасе презрения.

- Увы, никого. Нас с Ори она проверила в первую очередь, - Древний вздохнул. – И, как всегда, повезло оборотню. Никогда не понимал, почему они с Катержиной в столь хороших отношениях и почему ее дар так часто срабатывает на этом клыкастом ублюдке.

Лариэс набрался смелости и задал достаточно опасный вопрос:

- О Ступивший на Путь Вечности, но почему вы рассказываете мне все это?

- Честно? – Кающийся изогнул левую бровь и оценивающе посмотрел на юношу. – Потому что я хочу завладеть твоей душой.

Лариэс побледнел и отступил на шаг назад, упершись спиной в ограждение балкона.

«Черт, черт, черт»! – только и успел подумать он, пытаясь выхватить несуществующий меч. Как вдруг увидел нечто невероятное – губы Ридгара разошлись и тот расхохотался, запрокинув голову.

- Тебе бы сейчас в зеркало посмотреть на выражение собственного лица! – воскликнул Ступивший на Путь Вечности, отсмеявшись. – Неописуемое зрелище. Неужели у меня столь устрашающая репутация? Кажется, я никогда не хвалился умением вытягивать из людей души.

Краска стыда залила щеки юноши.

- Прошу меня простить, о Ступивший на Путь Вечности, - он ощутил, как кончики ушей пришли в движение, яростно дергаясь, – но я просто никак не могу понять, почему столь могущественный Древний, как вы, вообще общается с кем-то вроде меня.

- Виконт, скажи, тебе не надоело каждый раз начинать разговор со слов «О Ступивший на Путь Вечности» или «О Древний»? - напомнил Ридгар. – Будь попроще. Кажется, мы с Ори уже просили тебя об этом. Несколько раз.

- Да… господин.

Древний страдальчески закатил глаза.

- Сойдет, - он подошел к телохранителю, прислонившись к ограждению балкона рядом с ним. - Ты действительно хочешь знать, - почему я выделил тебя? Подумай хорошенько, прежде чем отвечать. Некоторые вопросы лучше оставлять незаданными.

На миг Лариэсу стало страшно, но уже спустя секунду его неуемное любопытство целиком и полностью взяло верх над здравым смыслом.

«Да ладно, что плохого может случиться от того, что я суну нос не в свое дело»? – подумал он, и произнес вслух:

- Я готов, господин.

- Свет твоей души слепит меня и притягивает, точно магнит.

На сей раз челюсть Лариэса отвисла.

- О Древний, я не понимаю, - с паническими нотками в голосе произнес он.

Ридгар вздохнул.

- Естественно, не понимаешь. Твоя королева знает, твой принц знает, думаю, что и первая Тень тоже в курсе, но тебя в подобные тайны никто не посвящал, верно?

- Да, О Ступивший на Путь Вечности.

- Да, Ридгар, - резко поправил его Древний. – Повтори.

- Да, господин Ридгар.

- Тебя не переделать. Ладно, господин, так господин, - сдался Кащийся. – Я уже говорил, что в моих ладонях смерть. А знаешь ли ты, что это значит?

- Что вы можете убить касанием?

- Очевидный вывод, – согласился его собеседник. – А почему так случилось?

- Нет, господин, - осторожно проговорил Лариэс.

- И не узнаешь – это к теме разговора не относится. Однако этот дар напрямую связан с моим проклятьем. Если кратко, то я вижу людские грехи. С тварями вроде твоей королевы или Мелиса мне физически неприятно находиться в одном помещении, сразу хочется отправить их на тот свет.

- Ее величество… - Лариэс хотел было возмутиться, но быстро передумал, посмотрев в глаза Кающегося, в которых читалось предостережение. - Я слышал, что вы можете говорить с душами невинно убиенных…

Перед глазами отчетливо встал недавний сон и вереница кошмарных образов за спиной у Древнего. Лариэс поежился, точно от холода, и постарался выкинуть странное воспоминание из головы. Все-таки сон – это всего лишь сон.

- Что-то в этом духе, - неопределенно ответил ему Ридгар. – Всех деталей тебе знать не обязательно. Так или иначе, но я сразу же распознаю людей, от которых неплохо бы очистить этот мир. Как следствие, я точно также вижу тех, чьи души не запятнаны злом. Их не так много, как хотелось бы, но с ними мне нравится общаться.

Лариэсу сразу же вспомнилось, с какой теплотой и заботой Ридгар отзывался об Орелии.

«Возможно, это связано не только с их долгой дружбой, но и с тем, что она – святая», - мелькнуло у виконта мысль.

- Господин, не хотите ли вы сказать, что я – человек, достойный вашей дружбы?

- Именно. Ты без раздумий ринулся в самоубийственную атаку, чтобы спасти почти незнакомого тебе человека и подчиненного. Ты всегда был добр и отзывчив с простолюдинами. Ты, наконец, подаешь милостыню – не самая распространенная добродетель в наши дни.

Лариэс вспомнил, как бросил медную монетку тощей и оборванной девочке в одном из многочисленных постоялых дворов, и у него по спине прошел неприятный холодок.

«Я готов поклясться, что Кающегося там не было. Как он узнал? Неужели, действительно, призраки»?

- Разве таких людей мало? – вслух проговорил он. – Я всегда думал, что помочь неимущему – совершенно нормально для любого обеспеченного христианина. Это – по-божески.

Кающийся горько усмехнулся.

- Виконт, ты бы пришел в ужас, узнав, как мало людей поступают по-божески.

Лариэс всерьез задумался.

- Благодарю вас за искренность, господин. Это честь для такого, как я, - наконец, ответил он. – И спасибо за добрые слова.

- Всегда пожалуйста, - пожал плечами Ридгар, вновь улыбаясь. – А теперь – иди и приготовься к откровению. Поверь мне, Лариэс, такого ты еще не видел.

Естественно, эти слова ни капли не успокоили полукровку, который теперь стал дожидаться вечера с еще большим нетерпением. Однако он уже не был маленьким ребенком, а потому все-таки кое-как сумел совладать со своим неуемным любопытством и с пользой провести время, оставшееся до окончания пира.

На этот раз он внимательно следил за присутствующими в зале людьми, слушал разговоры и даже сам участвовал в некоторых из них, однако так и не понял, когда это Катержина пропала из зала, не сумел уловить и момент исчезновения Мелиса. Зато двух направлявшихся к нему Непорочных, которые даже на пиру не снимали свои доспехи, заметил сразу.

- Господин, - заговорила та, что была постарше, оказавшись возле телохранителя, - Видящая зовет вас.

- Тогда не будем заставлять ее ждать, - произнес он, во второй раз за вечер выбираясь из-за своего места.

Непорочные провели его через сложную сеть коридоров, лестниц и переходов, и, наконец, оказались у перед широкими двустворчатыми дверьми, охраняемыми четверкой Непорочных под командованием Пришки. Здесь же находился Мелис. Выражение лица у оборотня было сосредоточенно-озадаченным, на нем не было обыкновенной веселой ухмылки, и, казалось, что Непобедимый чем-то крайне напуган.

- Древний, - Лариэс склонил голову.

- Да, да, - невпопад ответил ему товарищ по путешествию, – иди, рысеухий, тебя ждут.

Не говоря больше ни единого слова, он повернулся к Лариэсу спиной и зашагал прочь.

Юноша некоторое время провожал взглядом его сгорбленную спину.

«Ничего себе. Кажется, Ридгар не преувеличивал силу внушения оракула. Первый раз вижу его настолько сбитым с толку».

Лариэс набрал в грудь воздуха и шагнул вперед.

- Я, виконт Лариэс Венаторский, прибыл по приглашению Ступившей на Путь Вечности Катержины, правительницы и защитницы герцогства Виннифис.

Лысая воительница вежливо поклонилась в ответ и проговорила:

- Прошу вас, виконт, госпожа ждет.

Двери распахнулись и Лариэс ступил внутрь.

Комната Катержины выглядела необычно. Люстра под потолком – уменьшенная копия шедевра из тронного зала, множество магических светильников в стенах. Все это не просто разгоняло темноту, оно буквально разрывало ее на кусочки, не оставляя в комнате ни единого неосвещенного места.

В центре располагалась громадная кровать без ножек, устланная множеством подушек и одеял и укрытая огромным шелковым балдахином.

На полу, устланном толстым ворсистым ковром, тут и там валялись атласные подушки и одеяла, а на стенах не было и клочка, не укрытого чем-нибудь мягким, пушистым и очень толстым. Еще больше удивления вызывало полное отсутствие мебели. Ни стола, ни стула, ни кресел. Ничего такого, на что можно поставить тарелку с едой, или сесть.

«И ничего с острыми углами, о которые можно проломить себе череп. Древний же говорил про приступы. Видимо, здесь они случаются чаще, чем в других местах. Или ясновидящая просто проводит большую часть жизни в комнате с мягкими стенами и потолком… Страшная цена могущества».

- Госпожа Катержина? – подал он голос.

Ответа не последовало.

- О Древняя?

И снова молчание.

Юноша сделал несколько шагов по направлению к ложу и в нерешительности замер перед пологом. Неожиданно из-за ткани просунулась изящная женская ручка, которая резко отодвинула полог, и Лариэс от неожиданности отступил на шаг назад.

Ясновидящая сидела на кровати, укутанная сразу в несколько одеял. Ее короткие волосы были спутаны от пота, а на лбу и шее отчетливо виднелись подсыхающие бородки влаги.

- Лариэс Венаторский, - медленно и отчетливо произнесла оракул, выбираясь из своего кокона. – Готов ли ты заглянуть в вечность?

Она была одета в простую ночную рубашку из грубой шерсти, плотную и некрасивую, совершенно не подходящую роскошной обстановке герцогской спальни. Говорила слепая чуть запинаясь, точно ей поминутно приходилось вспоминать слова, которые норовили вылететь прочь из головы.

От нее исходил слабый запах дурманящего макового настоя, из чего Лариэс сделал вывод, что даже для тех из людей, которым Видящая может пророчить по своему желанию, ей приходится идти на жертвы.

Однако Катержина не выглядела слабой. В ее маленьком теле ощущалась скрытая мощь, а из глаз на мир смотрело нечто вечное, как само время, и столь же неумолимое.

«Я должен ответить»! – догадался Лариэс.

- Да, Древняя, - проговорил он, становясь на колени. – Молю, яви мне свою силу.

- Да будет так, - кивнула Катержина.

И она, неожиданно легко спрыгнула со своего ложа и пустилась в пляс. Танец этот – дикий и невероятный, не походил ни на что, виденное Лариэсом раньше. Ни сложные и вычурные танцы благородных господ, ни простые и полные жизни пляски селян, ни хитроумные ритуальные движения жрецов Мертвых Богов не были даже отдаленно похожи на это.

Катержина порхала, точно бабочка, затем, словно натыкаясь на стену, она резко останавливалась, ее движения становились рваными, резкими, а после – вновь начинала кружиться легко и воздушно. При этом голова оракула упала на грудь, и было видно, что женщина находится в глубоком трансе. Несколько раз она не удерживала равновесия и падала, один раз – приложилась плечом о стену, но ничто не могло уже вывести ее из странного состояния.

«Нет, это не падучая», - подумал Лариэс.

Юноша зачарованно следил за движениями оракула, пытаясь найти в нем какую-то закономерность. Наконец, ему это удалось – Катержина двигалась кругами, постепенно приближаясь к нему.

«Точно змея, сжимающая свои кольца».

В комнате постепенно становилось тяжело дышать и не потому, что воздух был спертым или стало слишком жарко, нет. Нечто непонятное, не принадлежащее Интерсису, казалось, обратило свой взор на маленькую хрупкую ясновидящую. Или на коленопреклоненного телохранителя.

Лариэс сглотнул. Последнее не слишком воодушевляло, хотя, с другой стороны, если устами оракула говорит Господь, то бояться нечего.

Катержина неожиданно оказалась перед ним. Причем Лариэс даже не понял, как это произошло. Юноша от неожиданности дернулся, но не успел отшатнуться – оракул рассмеялась и коснулась его макушки ладонью, отчего тело молодого человека налилось свинцовой тяжестью.

- Маленький лункс не знает, чего он просит. Он не видит дальше своего носа, он - точно мотылек - летит на свет, думая, что впереди ждет теплое солнышко, а на самом деле мотылек спешит к костру, на котором жгут трупы.

Этот низкий хриплый голос не мог принадлежать ясновидящей! Лариэс осмелился поднять глаза и с трудом сдержал рвущийся наружу вопль. Там, где еще несколько минут назад были глаза слепой, угнездилась непроницаемая глубокая чернота.

Губы существа, вошедшего в человеческое тело, искривились в усмешке.

- Не бойся меня, маленький. Тот, кто друг, станет враг, но не бойся его, бойся друга, что не друг еще. Мертвый и живой укажет путь, но пройти его ты сможешь лишь под сенью крыла.

Лариэс резко выдохнул, напряженно слушая пророчество.

- Сердце в огне, пламя станет кровью. Кровь наполнит чашу и возродит жизнь. Два мира сойдутся в пляске смерти, чтобы выбрать одну тропу.

Ларис слушал, не перебивая, намертво запечатлевая в памяти слова таинственной сущности. Он знал, что никогда и никому, даже его высочеству, не расскажет о том, что произошло в этой комнате.

- Древнее зло и зло древнейшее, но кто скажет, какое из них правит, а какое – преклонило колени? – продолжало существо. – То ведомо лишь человеку с тысячью имен и тысячью лиц. Имена… Имена закружат тебя в своем хороводе, даруя и любовь, и радость, и горе, и смерть. Выбирай лишь истинные, маленький лункс, и обретешь великую силу.

Лариэс слушал, затаив дыхание, и ничегошеньки не понимая, а существо, меж тем, продолжало вещать:

- Будешь предателем, не предавая, будешь проклинаем, но не проклят. Твой полет прервет ветер, и ты падешь на камни…Пройти по ним босыми ногами иль нет – решать тебе…

Существо замолкло, а в следующий миг Катержина осела на пол. Лариэс успел подхватить ее и, поднявшись на ноги, отнес оракула на кровать. Затем укутал Древнюю и остался рядом, ожидая, что будет дальше.

Спустя несколько мгновений ясновидащая застонала и открыла свои незрячие глаза.

- Ты слышал? – Спросила она.

- Да, госпожа.

- Хорошо. Запомни сказанной, но знай, что никому нельзя открывать слова пророчества.

- Да, госпожа.

- Постарайся понять, что тебя ждет в будущем, быть может, это спасет тебе жизнь.

- Да, госпожа, - в третий раз проговорил Щит принца.

- А теперь оставь меня одну, - улыбнулась она. – Хочу отдохнуть.

Лариэс поклонился и вышел, погруженный в тяжкие думы.

«И что это все могло значить»? – думал он. – «Похоже, мне предстоит изрядно попотеть, чтобы понять смысл пророчества».

Он покачал головой и усмехнулся.

«Понимаю, почему Мелис вышел от нее таким. Хорошо его понимаю».

Дубликаты не найдены

0

В отпуске. Всвязи с этим вряд ли буду онлайн до десятого сентября.


Поэтому следующая глава будет выложена только четырнадцатого сентября.


Как-то так.

раскрыть ветку 1
0
Пичалька