3

День X | Страшная история

Дождь тихо тарабанил по брезентовой крыше палатки. Остатки костра уже не дымились и не тлели, обугленные дрова и пепел успели полностью промокнуть. Свинцовое небо резали длинные и причудливо изогнутые молнии, сверкающие чересчур быстро. Жуткий гром сотрясал близлежащий лес. Ветер усиливался, заставляя вековые деревья приклоняться перед силой стихии, так что треск ломающейся древесины звучал в унисон с громом и идеально вписывался и дополнял картину вечернего шторма.


Палатка была установлена в нескольких метрах от леса. Внутри размеренно шипела рация и блекло горела керосиновая лампа, немного разгоняя тьму. От стен палатки невыносимо разило чесноком.


Внутри сидели двое: молодой парень лет двадцати - двадцати пяти на вид с черными длинными волосами и такой же молодой бритоголовый пацан со свастикой на затылке. Первый из них угрюмо смотрел на шипящую время от времени рацию. Хоть он был довольно молод, разум его все же был озабочен далеко не типичными молодежными проблемами. В серых глазах парня читалась глубокая печаль, взгляд его метался по уже отработанной за этот вечер траектории: на шипящую рацию, затем на старую девятку, что стояла рядом с палаткой, затем на молодого скинхэда.


Второй же, выше упомянутый скинхэд, сидел в углу палатки, весь съежившийся и перепуганный. Он постоянно щелкал зажигалкой, пытаясь отогреть замерзшие руки, боясь даже отвести взгляд от спасительного, как ему казалось, горячего трепещущего огонька, дрожащего в его бледных руках. Устрашающие татуировки на физиономии, которые ранее выдавали в нем местную грозу приезжих, теперь выглядели немного нелепо, ибо лицо его уже потеряло то озлобленное выражение, уступив место только животному страху. Ведь сегодня утром его мир перевернулся.


Сегодня скинхэд Володька праздновал, если можно так выразиться, второй день рождения. Ведь вчера вечером его мир просто рухнул. Примерно три месяца назад по зомбоящику заговорили о какой-то странной заразе. Был это не то вирус, не то токсин, не то грибок не известного происхождения. Зараза появилась довольно незаметно: пока заметили - эпидемия уже приобрела внушительные размеры. Заражение происходило довольно быстро. У вируса не было не инкубационного периода, не первичных симптомов, по которым можно было определять зараженных и изолировать их от здоровых людей. От пока здоровых...


Ученые строили гипотезы и догадки, искали вакцину, исследовали вирус. Карантины не помогли и болезнь мгновенно распространилась на все континенты, проникла на каждый остров, поселилась в каждой стране, в каждом доме, в каждой семье. Люди умирали пачками, умирали и умирали, а тела их сразу же начинали разлагаться, испуская невероятное зловоние и выпуская вирус в окружающую среду. После такого не очень приятного открытия теля стали сжигать или, в крайних случаях, закапывать. Хоронили всех в братских могилах, заливая зараженные трупы цементом и химикатами. Закапывали всех, не зависимо от статуса или возраста. Порой в ямы с мертвыми отправляли и живых, у которых проявлялись хоть малейшие признаки заражения. В те моменты их лица, что в ярком свете погребальных костров и под крики сотен обреченных выражали невероятные муки, первобытную ярость и животный ужас, в самом ярком свете показывали состояние всего человечества. Муки, ужас и безысходность. И бессилие перед незримым врагом.


Началось все с Китая. По крайней мере, если верить официальной версии. Через двое суток очаги инфекции появились в Казахстане, Монголии, Корее, России, Украине, Норвегии и Ираке. Еще через сутки в Алжире, Гвинее, Англии, ЮАР, Индонезии и Австралии. ООН и мировые лидеры в панике объявили карантин по планете. Истерика началась тогда, когда зараженные появились и за океаном: В США, Канаде, Бразилии, Перу, Мексике и Исландии.


Болезнь обладала довольно интересной симптоматикой. До определенного времени симптомы не проявлялись, по этому вспышку и не заметили, упустив драгоценное время и дав инфекции распространиться. Вирус не боялся холода, жары и не реагировал ни на один из известных фармакологических препаратов. Заражение происходило обычно двумя путями: воздушно-капельным и контактным. После проникновения в организм вирус мгновенно подстраивался под иммунную систему, обращая ее против зараженного. К тому же, клетки вируса могли видоизменяться, маскируясь под клетки крови, например. И вот такая фантастическая мимикрия поразила ученых больше всего. Таким образом, инфекцию нельзя было обнаружить при лабораторном анализе крови или тканей, да и "взломанный" иммунитет не выдавал наличие патогена в организме.


Внезапно где-то вдалеке раздался вопль. Крик был похож на человеческий, но все же двое в палатке понимали, что ничего общего с человеческим он не имел. Крик напоминал скорее утробный клич голодного зверя, рыскающего в поисках свежей плоти. Человеческой плоти.


Володька еще сильнее съежился и вжался в брезентовую стену. Черноволосый машинально сунул руку в рюкзак и медленно погладил холодный ствол автомата. Хоть внешне он и был спокоен, но душу все же терзали нехорошие предчувствия. Вторая его рука прильнула к карману, в котором лежал один единственный патрон.


Для себя.


-Палатка обработана чесночным соком. Они не приблизятся, даже если найдут нас. Дождь его не смоет. Не переживай. Амулеты тоже разбросаны по периметру. Боятся нечего, - сказал он Володьке, пытаясь его успокоить.


Хотя сам боялся не меньше.


Ночь их время. Ночью они полны сил. Их ноги не знали усталости, мысли, терзаемые постоянным голодом, не знали покоя и каждую секунду роились в их полусгнивших головах.


Следующим этапом заражения было поражение внутренних органов. Легкие, печень, желудок и почки начинали гнить изнутри. Патоген вырабатывал неизвестное вещество, обладающее наркотическим эффектом, и обезболивало. Люди ничего не чувствовали, рентген ничего не показывал. Зараженные гнили уже при жизни, ничего не подозревая об этом. Ходили на работу, в школу, в театры и на стадионы, пользовались общественным транспортом и услугами общепита. Ходили и распространяли инфекцию, выдыхая миллионы зараженных частиц с каждым выдохом.


Вирус содержался в каждой капельке пота или слюны, в каждом волосе, в каждой капельке крови. Плюнул в клумбу - зараза в почве. Нассал в речку - зараза в воде.


Когда проявлялись первые внешние симптомы, было уже поздно. К тому времени органы человека уже начинали превращаться в кашу. Первоначальные обращения в больницы включали в себя жалобы на постоянную утомляемость, сонливость, боли в костях и мышцах. Чуть позже к джентльменскому набору болячек прибавлялся сильный насморк, невыносимые головные боли, жар за сорок и боли в горле. Когда до медиков дошло, что они имеют дело не с банальным гриппом а с нечто неизвестным и пугающим, было поздно. Симптомы прогрессировали: фарингит уступал место раздирающему легкие кашлю и рвоте, насморк сменялся частыми и обильными носовыми кровотечениями. У зараженных начинало меняться давление, из-за чего кровеносные сосуды не выдерживали и лопались. Преимущественно в глазах. По этим причинам больных и определяли: красные глаза, опухшее лицо и странные высыпания на коже.


На завершающей стадии человек представлял из себя живой труп. Рвота и кашель сопровождались кровавыми выделениями, а сыпь на коже сначала переходила в припухлости, припухлости превращались в волдыри, которые затем становились кровавыми гнойниками. В конце концов кожа покрывалась глубокими уродливыми ранами.


С кровью тоже все было печально. Патоген разжижал ее и лишал возможности к свертыванию, вызывая гемофилию. Так что первые смерти так и выглядели. Люди просто истекали кровью и умирали.


Но бывали и те, кто выживал. Дальнейшие симптомы ужаснули всех. Вирус начинал действовать на мозг и от головной боли дело доходило до расстройств психики. У зараженных наблюдались резкие перемены настроения. Они становились агрессивными и невероятно злыми.


Красное бешенство.


Так болезнь окрестили СМИ.


На фоне вспышек агрессии у пациентов наблюдались изменения во внешнем виде. Все начиналось с пожелтения глазных яблок. Вены на лице вздувались, само лицо белело и покрывалось фиолетовыми пятнами и полосами вздувшихся вен. Уже ближе к смерти у человека начинали выпадать зубы. На их месте тут же появлялись новые.


Длинные и острые.


Не человеческие.


Волосы выпадали так же быстро, как и зубы. Ужи у больных тоже стали изменяться: слегка заострятся, вытягиваясь в длину. Глаза покрывались мутной пленкой и теряли цвет, полностью мутнея.


Непосредственно перед смертью агрессия, вернее полное безумие и невероятная жажда крови, сменялась кататоническим ступором. Больные переставали реагировать на внешние раздражители и впадали в кому.


После этого почти полностью сгнившие органы отказывали и бедняги умирали от обильного кровоизлияния в мозг.


Так прошел месяц. Месяц кошмара и ужаса, боли и отчаяния. Месяц погребальных костров и массовых захоронений. Месяц смерти и безумия.


Неизвестно каким чудом, но болезнь удалось уничтожить. Эпидемия прекратилась также неожиданно, как и началась, унеся с собой жизни четырех с половиной миллиарда человек. Те, кому удалось не заразиться и выжить, ушли далеко на север и пытались создать там колонии.


Но продолжалось это не долго.


Примерно месяц с небольшим.


В тот черный день, когда инфекция была проклята и почти забыта, в тот черный день, когда человечество познало на себе весь ужас происходящего, в тот день, когда выжившие окончательно поверили в отца, сына и святого духа. В тот день, когда земля на братских могилах зашевелилась.


И на свет луны, источая невероятное зловоние и сея ужас на все живое, из под земли вылезли они.


Кто-то успел полностью разложиться, кто-то мумифицировался и был почти таким же, как и в момент смерти. Но всех объединяло одно.


Голод.


Толпы мертвых двинулись на север, откуда доносился сладкий запах свежего мяса.


Это было последней записью в книге под названием "История". Все обрывалось на том, что в одном из городов заметили приближающуюся орду мертвых. На этом история человечества трагически обрывалась. И двое выживших, тихо сидевших в пахнущей чесноком палатке, терялись в догадках и домыслах. Возможно, эти двое были последними представителями рода человеческого. А возможно...


История Володьки была до боли проста. Он был родом из бедной неблагополучной семьи. Отец постоянно пил и штырился, мать приводила домой невесть кого и селила у Володьки в комнате. За небольшую плату, естественно. И плевать, что деньги были ничтожны, да и те пропивались почти сразу. Подселенцы часто были такими же неадекватами, как и родители. И еще среди них встречалось много лиц кавказской национальности. С тех самых пор у Володьки и появилась эта неприязнь ко всему, что "не наше".


Ну а дальше первая кража, первая условка, получение фантастических люлей от полупьяной мамки и озлобление на весь мир. С таким набором характеристик парень в 15 лет сел за убийство двух человек.


Когда появились первые заболевшие, Володька уже во всю отбывал срок где-то в глубине сибирской тайги. Когда болезнь только начала выкашивать население, в колонии отрубилась связь. Узнать, что происходит в мире, было крайне трудно, ведь тюрьма находилась в состоянии "отрезан от внешнего мира". На короткий момент связь восстановили, но только лишь для того, чтобы услышать сводки о жертвах. Уже позже перестала поступать провизия и через пару дней заключенные устроили бунт. Через некоторое время, когда эпидемия сошла на нет, зэкам удалось таки выйти из тайги и найти транспорт.


В тот день Володька ехал в кузове грузовика и наслаждался свободой. Радовался жизни, проще говоря. Радовался до тех пор, пока не спустились сумерки.


Они появились неожиданно. Будто со всех сторон сразу. В прямом смысле из под земли.


В начале всех пронзил ужас. Потом все кинулись в бегство. Но мертвые были быстрее. За Володькой устремилась особь без ног, ранее бывшая красивой женщиной. Не смотря на полное отсутствие приспособлений для ходьбы, тварь довольно резво передвигалась на руках, но даже этого хватило с лихвой. Догнать перепуганного юнца с заплетающимися ногами можно было и пешком.


Когда вчерашние зэки превратились в сегодняшний завтрак, а землю окропила красная жидкость, служащая ходячим трупам соусом, Володька в панике вжался в стену одного из покосившихся домиков. Особа, преследующая его, уже была готова атаковать, но внезапно ночную тьму разрезали яркие лучи света. Существо вдруг отпрянуло в темноту, страшно рыча.


И появился ОН. Эдакий Джон Коннор, Джеймс Бонд и Эш Уильямс в одном лице.


Пока мертвецы пятились в темноту, парень открыл шквальный огонь из автомата и пару раз что-то кинул в сторону врага. Но не гранату - взрыва не последовало. Не прошло и минуты, как мертвые унесли ноги.


Володька уже и не помнил, как парень усадил его в машину и они вдвоем куда-то поехали.


Астрал, как представился охотник на мертвых, был молчалив. За всю дорогу он ни слова не проронил. Всю оставшуюся ночь и последующий день ребята гнали без остановки. За окнами проплывали опустевшие города, здания уже рушились и ветшали, лес начинал отвоевывать свое. Всю дорогу царила мрачная тишина, изредка нарушаемая лишь воем не выключенных сирен. Все дорожные знаки были заменены на знак биоопасности и таблички, показывающие оставшиеся до зараженных зон километры. Радио тоже молчало.


Ловить было нечего.


На исходе второго дня путники наконец-то остановились у леса. Астрал разбил палатку, обработал все чесночным раствором и принялся за еду, отрезав немного хлеба и Володьке. Астрал был совершенно спокоен и невозмутим. Лишь изредка тушил керосиновую лампу, когда рядом кто-то выл, пролетал или с грохотом пробирался через заросли. Но спокойствие было лишь внешним. Астрал прекрасно понимал весь ужас происходящего.


Они умели летать. Некоторые особи имели крылья. Некоторые достигали семи метров в высоту, некоторые превосходно плавали, отравляя воду трупными ядами. Но вот инферналы даже Астрала ввергали в неподдельный ужас.


Они лишь отдаленно напоминали людей. По строению они напоминали кентавров, но вот их голова напоминала Ктулху. Восемь глаз, отсутствие носа и нижней челюсти вызывало отвращение. Клыки из верхней челюсти достигали до груди, также с головы свисало подобие пучка щупалец. Плоть на руках отсутствовала. Полностью оголенные кости заканчивались острым концом. Руки инферналы использовали для убийства.


Так они эволюционировали за месяц. Что будет дальше, не известно. Не известно и страшно.


Володька, все еще сидевший в углу с коленями в обнимку, тихо проскрипел, вдруг вспомнив про новостные сводки:


-Красное Бешенство...


-Это не бешенство, это вампиризм.


Володька вздрогнул. Астрал, как ни в чем не бывало, копался с рацией.


-Так это ж не вампиры. Не похожи, - продолжил Володька, пытаясь поддержать разговор. В тишине было еще страшнее.


-Они ищут кровь. Плоть их мало интересует. Обескровленная жертва становиться подобной им. Укушенные, кстати, тоже. Еще они боятся Солнца и чеснока. Не ведись на внешность.


Снова настала тишина. Скинхэд не унимался:


-А ты откуда знаешь?


-Я видел, как все началось. Знаю, кто виноват. Знаю их природу.


-Кто виноват? Но в чем???


Астрал как-то задумчиво поглядел в стену палатки, затем глубоко вздохнул и протянул:


-В эпидемии. В ее начале, течении и конце. В появлении мертвых и исчезновении живых. Во всем.


Володьку начинала одолевать мелкая дрожь.


-И кто же виноват, по твоему?


-Я.


Вдалеке прогремел гром, сопровождаемый воем ветра.


-В смысле ты? - изумился Володька, вытаращив глаза и уставившись на Астрала.


Астрал выключил рацию и отодвинул ее к рюкзаку. В глазах его вспыхнула такая боль, что Володька невольно поежился. Но одновременно в его взгляде промелькнуло странное облегчение. Будто бы он давно хотел начать разговор об этом.


-Чувствую, рассказ мой будет долгим...

Дубликаты не найдены

+1

эпидемия ? я посмотрел уже!!!

раскрыть ветку 1
0
О какой Эпидемии речь?
0
Что будет дальше???
0

Сериал наш 2019 года выпуска . Сюжет уж очень похож , не один в один конечно  ,но близко

Похожие посты
38

Дух бабушки | страшная история

Дело было осенью, в сентябре. В выходной день мы с подругой поехали к ней на дачу, чтобы убрать оставшуюся картошку. Так получилось, что никто из ее родственников поехать не смог, да и работы там было немного — вдвоем управимся.


Добрались мы до дачи только к 3 часам дня. Закончили с картошкой, сели пить чай, и что-то заболтались… Давно уже не виделись с ней, тем для разговора после долгой разлуки много нашлось. В общем, время мы не замечали, а когда опомнились — оказалось, что уже через 15 минут должен прийти последний автобус. Дача подруги находится на самом отшибе, прямо возле леса. Рядом с нами — только один дом, и все. Обе постройки еще стоят за поворотом, отдельно от всех. Чтобы добраться до остановки, надо пробежать через всю улицу, которая довольно-таки длинная.


На автобус мы не успели. Он уехал прямо у нас перед носом, чуть-чуть добежать осталось. И тормозить не стал, хоть мы и пытались докричаться до водителя. Что делать? Дачный поселок находится далеко от города, пешком точно не добраться. За такси придется выложить кругленькую сумму денег. Мы решили заночевать на даче, а утром выехать первым рейсом.


Отзвонились домашним, предупредили, где мы, и пошли обратно. Конечно, обе расстроились ужасно. Осенью в поселке уже никого не остается, он стоит совсем пустой. Еще и этот лес рядом. Оставаться одним на ночь в таком безлюдном месте, да еще и за пару десятков километров от города не очень-то хотелось.


По возвращении мы затопили печь, сварили себе «суп» из тушенки с картошкой, поставили чай, открыли банку варенья. Вроде бы стало как-то веселее. Мы начали шутить, рассказывать друг другу истории. Но все настроение пропало, когда с улицы послышался визг тормозов, громкая музыка и мужские голоса. Не рядом с нашим домом, но, судя по всему, не так уж и далеко от нас. Кто-то, видно, решил как следует отдохнуть за городом.


Мы на всякий случай залили печь (все равно уже натопилось), стали все закрывать. И тут события начинают развиваться, как в плохом фильме ужасов. Сначала оказалось, что у нас пропал ключ. Дом запирался на 2 замка — первый был на входной двери, а второй — от того помещения на первом этаже, где мы и находились. Приспособленной для ночевки была только эта комната, второй этаж давно выполнял роль чердака, где хранилась всякая всячина. Остался у нас только второй ключ. Это значит, что дом остается на ночь открытым, и теоретически к нам может кто-то залезть.


Дальше — больше. Пропала сеть. Такое на даче бывало нередко, особенно на первом этаже. Сигнал обычно хорошо ловился на втором, но только не в этот раз. Мы вместе и по очереди залезали наверх с телефонами, и у обеих ничего не вышло.


Решение все-таки вызвать такси к нам пришло вскоре после того, как неподалеку обосновались соседи. По голосам было слышно, что там много народу и большинство их них пьяные, а некоторые настроены агрессивно. Со стороны их участка несся мат и ругань, орала музыка, кто-то гонял по саду, кто-то отправился слоняться по саду. Особенно нас напугал один момент, когда совсем неподалеку от нашего дома раздался голос, зовущий девчонок. Позже под окнами появился и обладатель голоса. Мы как раз были на чердаке. Внизу остановились двое явно нетрезвых товарищей лет за сорок, которые громко вели между собой разговор. Из разговора мы поняли, что им не нравится, что в гости не позвали девушек, а они соскучились по женскому теплу. Мужчины решали, кого бы позвать, со смаком обсуждали внешность каждой кандидатки, а один еще сказал, что «как освободился - бабу не щупал».


Надо ли говорить, что мы перепугались до смерти? Дозвониться с дачи мы не могли, идея тихо пробраться в темноте до остановки отпала сразу, как голоса стали слышаться из-за поворота. Тихо, как мыши, мы пробрались на первый этаж, закрыли дверь, зашторили окна и легли спать. Точнее, просто еле как улеглись вдвоем на узком диване, спрятавшись под несколькими одеялами. Ни о каком сне и речи не было. Часа два мы просто лежали, вслушиваясь в ночь, и изредка перешептывались. У соседей вечеринка шла полным ходом, гости по-прежнему гуляли по всему саду, так что покинуть дачу было нельзя.


Первой отключилась моя подруга, а следом за ней в сон провалилась и я. Мне приснилось, что кто-то подходил к нашему дому, светил фонарем в окно, стучал. Потом зашли в дом, пытались выбить нашу дверь, матерились. Затем шаги послышались уже сверху. Моя подруга якобы проснулась и потянулась за телефоном. И тут в комнате, будто из ниоткуда, появляется моя бабушка, которая умерла несколько лет назад. Мне вдруг стало очень спокойно. Бабушка забрала телефон у подруги из рук, положила на стол и сказала, что никуда звонить не нужно. Сети все равно нет, а свет от экрана может нас выдать. Те, кто ломился к нам, снова подошли к окну и снова стали светить в него фонарем. Тогда бабушка взяла одно одеяло, повесила его на веревку над кроватью так, чтобы из окна нас было не видно. А потом раздвинула шторы. С улицы раздался дикий крик, кто-то орал: «Господи, боже мой», «Бежим», «Боженька, спаси» — я почему-то это очень хорошо запомнила. Когда голоса затихли, бабушка снова укрыла нас, а потом сказала, что больше нас никто не потревожит, мы проснемся в 6 утра и спокойно уедем на автобусе. А напоследок бабушка сообщила, что ключ наш нашла и положила на печь. И так же, как и появилась, внезапно исчезла.


Проснулись мы действительно в 6 утра, без будильника, и обе одновременно. Я первым делом пошла смотреть ключ, и он нашелся там, где мне и сказала бабушка во сне. Мы быстро собрались и отправились на остановку. По дороге я рассказала подруге свой сон, и про ключ, и про бабушку, а когда стала рассказывать все в деталях, что кричали и что говорили эти взломщики во сне, подруга резко остановилась. Она, когда спала, слышала те же самые слова, и как матерились возле двери, и как орали на улице. До нас дошло, что это был, похоже, не сон, что кто-то на самом деле ломился к нам в дом, а мы каким-то чудом не проснулись. Ну не может же быть такого, чтобы двое во сне слышали одно и то же? И позвонить она действительно пыталась, только телефон у нее забрала я. Причем подруга сомневалась, во сне это было или наяву. Она говорила, что слышала все эти маты и стуки, хотела звонить в милицию, приподнялась на кровати — и тут я резко подняла вверх руки, перехватила у нее телефон, и положила рядом на стол. И я не вставала, а просто лежала с закрытыми глазами. А потом подруга тоже уснула… во сне.


Что мне, что ей приснились одинаково реалистичные сны, будто все это происходило в реальности. Думаю, кто-то действительно там ходил. А вот момент с бабушкой — загадка. Как ключи оказались на печи, если вечером их там не было? Что напугало наших непрошеных гостей? Может, бабушку я вспомнила во сне, как самого дорого человека, который всегда защитит. Может, даже я же и вставала ночью к окну, вот только чем я могла напугать кого-то — непонятно. А внезапное появление ключей я вовсе объяснить не могу.


Показать полностью
34

Страшная история | Наше место

Этот случай произошёл с сыном женщины-коллеги, в бытность моей трудовой деятельности в торговле. Имя-отчество женщины изменю на похожее – Мария Ивановна. Имена же остальных участников истории оставляю подлинные.


Мария Ивановна была завскладом продуктовой базы. По своим должностным обязанностям я довольно плотно с ней общался. Иногда и обедал у неё на складе в узком кругу. Поэтому был в курсе описываемых событий с самого их начала.


Жила женщина вдвоём с сыном, который только что по весне дембельнулся из армии, отслужив положенные две зимы, два лета. Парня звали Аркадий. Он часто заходил к матери на склад. В основном, после работы, чтобы помочь дотащить домой сумки (сами понимаете – специфика профессии завсклада).

Аркаша оказался молчаливым и стеснительным, на удивление для своего возраста. Клещами из него слова не вытянешь. Может, из-за внешности своей комплексовал. Хотя для парней это, вроде, не свойственно. Был он, конечно, не красавец. Грубые крупные черты лица, словно вырубленные топором слегка поддатого столяра. И фигура под стать: слегка перекошена. Длинные руки, широкая кость. Прямой и неуклюжий, как криво сколоченная рама. Но уродом-квазимодом его всё же назвать было нельзя. Так, обычный долговязый парень, на деревенщину похожий.


Мать всё стремилась ему поскорее невесту найти. С помощью тёток-кладовщиц и завмагов, приезжавших на склад за товаром, то и дело знакомила Аркашу с разными девицами на выданье. Но дальше первого знакомства дело никогда не шло. Околоторговая женская братия не особо жалует таких вот простоватых молчунов. Им боевитых подавай, с хорошо подвешенным языком и шиком.


Но всё же недолго ходил в одиночестве Аркадий. Сам, без помощи мамы с её пробивными подружками, нашёл свою судьбу. Причём судьбу - в прямом смысле. Уж такие там чувства запылали – куда там всяким Ромео с Джульеттами!


Избранницу сердца его звали Антонина, Тоня. Где они познакомились, точно не припомню. Трудилась девушка на огнеупорном производстве НТМК. По какой-то простой рабочей профессии. Хотя простушкой совсем не выглядела. Одевалась по тогдашней моде, в «фирму», несмотря на дороговизну. Носила современную стрижку, макияж и выглядела вполне ухоженной. После знакомства с Аркашей и за его внешний вид взялась. Парень на глазах преобразился. Но больше, скорее, не от нового гардероба, а от любви к девушке, переполнявшей его сердце. Мать Аркадия даже жаловалась частенько, что парочка ходит постоянно как приклеенная друг к другу. В крепких объятиях, с поцелуйчиками и прочими нежностями. Особенно нравилось парню, когда любимая Тонечка нежно покусывала его за ушко. В такие моменты он щурился от удовольствия и урчал, как мартовский кот. Аж перед людьми неудобно!

Может, ревность это была просто материнская. Но и я их видел всегда в обнимку или, в крайнем случае, взявшись за руки. Вот така лубофф!


Познакомились они где-то в середине июня, через месяц после аркашкиного дембеля. Работали оба, а всё свободное время посвящали друг другу. Особенно любили уезжать на «копейке», доставшейся Аркадию от покойничка-отца, в одно заветное место. По рассказам Марии Ивановны, это был старинный заброшенный глубокий карьер посреди леса, часах в двух езды от города. Она сама там оказалась единожды, ещё до призыва Аркадия в армию. Съездили всей семьёй за грибами. Ох, и насобирали красноголовиков с белыми! Место труднодоступное, людей не бывало. Но и добираться очень тяжело. Сначала на машине до полного бездорожья. А после ещё километров десять через лесные буераки.


Но место и вид на лазурную гладь круглого лесного озера, обрамлённого соснами, и с берегами, украшенными невиданными полевыми цветами, были просто сказочными!

Вот сюда и наезжали за лето несколько раз Аркадий с Тоней. Когда выпадали у них совместные выходные. К сожалению, такое выдавалось нечасто, так как оба трудились по сменам. Но зато после этих редких двухдневных поездок оба выглядели самыми счастливыми влюблёнными на свете. Называли они этот райский уголок «Наше место».


В городе-то им встречаться особо негде было. И родители девушки, и мать Аркаши не приветствовали сожительства молодых до бракосочетания. Может, оно и правильно. Так-то быстрее дело к свадебке дойдёт. А иначе, поживут-поживут в гражданском браке, да потом и разбегутся не пойми из-за чего. Сколь похожих случаев все знаем…


Перед подачей заявления на регистрацию брака, Тоня, не объясняя особо причин, решила сменить себе имя. На Эльвиру. Мол, своё имя с детства не нравилось. А вот Эльвира – наоборот. Ну, Эльвира, так Эльвира. Взрослый уже человек. Сама вправе решать, как ей называться. Никто и не отговаривал. Тем более, смеялась девушка, сочетание Аркадий и Эльвира гораздо красивее звучит.


Жили молодые в одном районе, и Аркаша всегда встречал любимую у проходной завода, когда она заканчивала свою вечернюю смену. Чтобы проводить до дома – район рабочего посёлка не слишком безопасен для ночных прогулок одиноких девушек.

Но однажды по какой-то причине парень не смог проводить Тоню-Эльвиру. Девушка, закончив смену, вышла за проходную, но до родительского дома не добралась. Утром её отец с матерью забили тревогу. У Эльвиры не так много имелось подружек, чтобы долго искать. Да и обескураженный пропажей невесты Аркадий ничего не знал. Обратились в милицию. К их чести, обход района, где пролегал путь исчезнувшей девушки, начали в тот же день. Вскоре поиски увенчались успехом. Но, к несчастью, трагическим. Изуродованный труп Эльвиры обнаружили в одной из подлежащих сносу двухэтажек техпосёлка.

Быстро выявили и виновных в жестоком убийстве девушки. Безжалостными упырями оказалась шайка малолетних ушлёпков от 10 до 14 лет. Нанюхавшись клея и напившись алкоголя, эти маленькие уроды толпой затащили девушку в развалины и там над ней измывались, пока она не умерла от пыток. Всех подробностей описывать не буду, хотя несостоявшаяся тёща Мария Ивановна постоянно делилась с нами информацией проводимого расследования. Скажу лишь, что эти зверята, когда девушка не могла уже встать, приподняли её ноги на шлакоблок и сверху прыгали всем весом, ломая кости. Что тут скажешь, дети – цветы жизни…


После известия о трагедии с Эльвирой, Аркадий обезумел от горя. Мария Ивановна всерьёз опасалась за его жизнь. Была уверена, что может наложить на себя руки. Оттого даже отгулы взяла, чтобы находиться с сыном рядом и не оставлять его одного.

Когда покойницу схоронили, первой же ночью Аркадий вернулся на кладбище и голыми руками разрыл почти всю могилу. Хорошо, странную возню среди памятников заметила проходившая мимо компания молодых людей. Невменяемого, перемазанного глиной парня еле оттащили от ямы, кое-как успокоили, влив в горло полбутылки водки, и переправили домой к матери.


Но он опять каждую ночь не мог уснуть и всё рвался на кладбище, к могилке своей любимой. Истерзанная переживаниями за единственного сына, Мария Ивановна не придумала ничего лучшего, как отвести сходившего с ума парня к знахарке.

Там-то парень и услышал глубоко запавшие в мятущуюся душу знахаркины слова:


- Можешь ты ещё успеть услышать и увидеть девушку покойную, если поторопишься. Вернее, проститься с душой её измученной. Но для того не на погосте искать любимую надо, а там, где вам при жизни обоим было особенно хорошо…


А напоследок прибавила серьёзно: «И помни, если отыщешь душу её, не держи. Простись и отпусти…»


На следующее же утро Аркадий, спешно скидав в багажник старенькой «копейки» нехитрый походный инвентарь, рванул в лес, к заброшенному и позабытому всеми карьеру.


Уехал и пропал. Мария Ивановна места себе не находила. Ревела в голос прямо на рабочем месте – зачем, мол, отпустила сына одного в лес в таком состоянии. Что там с ним случилось?! А как добраться туда и узнать – не ведомо. Путанную-перепутанную дорогу туда она не помнила, конечно…


Но спустя три дня блудный сын вернулся к маме. Причём, переменившись разительно. Был оживлён и весь светился счастьем. Мать поначалу даже испугалась – не с ума ли сошёл парень окончательно? Но нет, Аркаша был вполне адекватен, вернувшись к прежнему своему обычному состоянию. От чёрного горя, скрючившего его почти до умопомешательства, и следа не осталось. Утром в радостном настроении пошёл на работу. Словно и не простился навек всего несколько дней назад со своей первой и единственной любовью.


На расспросы матери о поездке в лес, отвечал коротко и односложно: «Всё нормально, мам». То, что сын что-то недоговаривает было видно невооружённым глазом. Но Марии Ивановне и этого было достаточно. Слава Богу, Аркашка в себя пришёл, не убивается, как раньше!


Когда приблизились выходные, Аркаша снова засобирался в лес.


- Куда ты, сынок? Опять в лес?


- Да, мам, съезжу на «наше место». Опят пособираю. Там сейчас их видимо-невидимо.


- Погоды-то нет, сына! Смотри, дождь льёт!


- Там, на «нашем месте», мам, погода всегда хорошая. А если и дождь – он мне не страшен. Я в прошлый раз хороший шалашик на берегу соорудил. Не промокну…


С тем и уехал. Вернулся через два дня, сияя улыбкой и в прекрасном настроении. Правда, без грибов.


- А где опята, Аркашка?


Сын весело рассмеялся в ответ и, не удержавшись, добавил:


- Не до грибов было, мама!


Но, тут же опомнившись, ничего более рассказывать не стал.


Так прошла осень. До самого снега, не пропуская ни одного выходного дня, а то и беря отгулы, Аркадий без устали мотался к лесному карьеру и обратно. Лишь когда сильным снегопадом завалило все пути, поневоле оставался сидеть дома. Вечерами шагал по квартире, как заведённый, не находя себе места. И однажды не выдержал. Снова, несмотря на холод, ветер и снег отправился в лес за одному ему известной надобностью.


Как позже оказалось, машина забуксовала ещё километрах в сорока от цели его путешествия. Дальше упорный парень шагал пешком, проваливаясь на лыжах в рыхлый снег по колено. Но, к несчастью, в темноте и вьюге сбился с пути, до желанного карьера так и не добравшись. Повезло, хоть обратно к своей полузаметённой «копейке» сумел чудом вернуться. Не остался в одном из глубоких лесных сугробов лежать до весны.


Но всё же бесследно этот поход не обошёлся. Подхватил Аркаша тяжелейшую двустороннюю пневмонию. Попал в реанимацию, где врачи успели спасти парню жизнь. Потом долго лежал, восстанавливаясь антибиотиками и прочей медицинской химией, на больничной койке.


Однажды Мария Ивановна, пока сын лечился в стационаре, прибираясь в его вещах, взяла в руки видавший виды цифровой фотоаппарат, который Аркадий всегда брал с собой в лесные походы. Любил природу снимать. Цветочки луговые, ягоды наливные, грибки ядрёные... Да мало ли в лесу интересного, что грех не запечатлеть на долгую память.

Заинтересовавшись, стала Мария Ивановна перелистывать кадры в фотоаппарате. Вот летние ещё… Вот уже листья пожелтевшие на заднем фоне, значит по осени снимал сынок…

На некоторых фото Аркаша фотографировал себя сам, с руки. Но почему-то в странном ракурсе. Везде он находился с краю. Будто оставлял место ещё для кого-то. Но на изображении других людей не было видно. Только трава, деревья или озеро на заднем плане.

Один снимок Марию Ивановну озадачил, а потом и вовсе напугал не на шутку. Сначала она не поняла, что заставило её внимательнее рассмотреть фото. А после того, как догадалась, невольно мороз пробежал по коже.


Кадр был сделан с руки. Сам себя снимал, значит. На снимке он улыбался, довольно щурясь. Как и везде, находясь не в середине фото, а сбоку. В центре фокуса оттопыривалось Аркашкино ухо. Каким-то неестественным образом, словно невидимая сила оттянула за мочку в момент съёмки.

Может, он ухо повредил? Мать нервно стала пересматривать остальные кадры, но там с сыновним ушным органом всё было в порядке. Да и не припоминала она, чтобы Аркаша ходил с таким оттопыренным, как у чебурашки, ухом…


Так и не найдя сама объяснений, решила всё узнать утром у сына. Придя к нему с фотоаппаратом в больницу, задала, не мудрствуя лукаво, прямой вопрос – что за чудеса такие?


Парень долго не запирался и выложил всё, как на духу, родной матери. Видно, и сам уже давно хотел поделиться, устал тайное в себе держать:


- Мама, это Эльвира рядом. Не знаю, как объяснить. Или душа, или ещё что-то. Но я её вижу, чувствую. И она меня тоже. С самого первого раза, как я приехал на «наше место» после её похорон, это произошло. Теперь вот жду не дождусь, когда сам встану на ноги, и снег сойдёт, чтобы скорей к ней туда вернуться…


Мария Ивановна не нашла слов, чтобы ответить больному сыну. Рано она радовалась, что парень избежал помешательства на нервной почве. Видно, пережитый сильнейший стресс не прошёл без последствий. И чёрт её дёрнул сводить тогда Аркадия к этой знахарке! Поехала всё-таки крыша у бедного сыночки. Ох, горе-горе! Но, может, время подлечит?

Фотография эта с ухом ещё свалилась на мою голову? Как объяснить подобное, если не верить в рассказ Аркаши?


После тяжёлой болезни с осложнениями, парень восстанавливался до самой весны. Но лишь сошёл снег, невзирая на слёзные мольбы и уговоры матери, по весенней распутице поехал в лес. На встречу с любимой. Он уже не скрывал от мамы своих настоящих намерений.


Только в этот раз возвратился мрачнее тучи уже на следующий день. Пройдя в свою комнату, не говоря матери ни слова, рухнул прямо в одежде на кровать и замолк. Мария Ивановна немного погодя подошла к сыну, чтобы раздеть и нормально уложить. Снимая со спящего рубашку, женщина ужаснулась. Аркашкина спина была вся исполосована, словно его проволокли по стеклу. На шее видны кровоподтёки и синяки. Тут же принялась обрабатывать раны. От боли сын очнулся. На тревожные расспросы матери ответил, что случайно сорвался с крутого берега карьера – вот и исцарапался. На том весь сказ.


Недели две парень никуда не дёргался. Ходил, как положено, на работу, помогал матери по вечерам доносить сумки с продуктами. Я его видел в те дни несколько раз. Аркадий сильно похудел, ссутулился. Даже почернел как-то лицом. Наверное, из-за болезни, подумалось. Но Мария Ивановна горестно уточнила, что такой он стал после последней своей поездки на то злосчастное лесное место. Совсем разговаривать перестал. Ну, хоть дома теперь сидит. Глядишь, и успокоится со временем…


Но не сложилось. В один из первых июньских дней, не предупредив заранее, пока матери не было дома, Аркадий уехал в лес. Оставив лишь записку, что вернётся к концу выходных.

Но ни спустя выходные, ни через неделю, так и не объявился. Руководство нашей торговой конторы подключило все связи для его поисков, да результатов они не дали. Карьер-то сам нашли только через полмесяца. Там же на берегу самодельный шалаш с вещами Аркадия. А парень, как в воду канул. Говорят, водолазы и в карьер опускались. Но до самого дна в середине достать так и не смогли. Уж больно глубокая оказалась выработка.


Так и числится с тех пор Аркадий пропавшим без вести…


Показать полностью
Похожие посты закончились. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: