10

Берегите свет

как-то так исторически сложилось, что все самое интересное, что со мной происходило - так или иначе связано с Министерством Добрых Дел. специфика работы (больше пяти лет ковыряний в системах безопасности, периметральной охраны, системах контроля и управления доступами) - наложила свой отпечаток. потому что все эти системы не работают без людей. а люди, которые занимаются вопросами безопасности на промышленных объектах - это либо ВОХРа, либо ЧОПы. но в тех же ЧОПах работают либо бывшие менты, либо отставные военные. и после парочки цистерн, совместно выпитых на бесчисленных пусконаладках, когда ты начинаешь понимать, как эти структуры работают изнутри, на того же печального старшего сержанта, спрашивающего у тебя документы посреди ночи - ты смотришь уже совсем другими глазами. ты понимаешь, что ему надо на самом деле (да ипал он в гробу те документы), и почему он такой печальный. Но это было просто лирическое отступление.


Однажды, (Surprise!), меня приняли в опорный пункт на Цветном Бульваре. Город-герой Москва. Приняли ни за что, я просто решил прогулятся ночью пешком, сильно задержавшись на работе, с банкой пива в руке. Пиво тогда по ночам еще продавали, но вот распивать его в общественных местах - было уже нельзя. Поэтому патруль меня сдал в ближайший опорник, нарисовал себе палку за предотвращение и раскрытие и вообще, и отравился дальше по своим делам. Собственно, у них выбора не было, потому что я им сказал, что документов и денег у меня нет. А искать ночью в Москве понятых, чтобы обшмонать под протокол - задача более чем витиеватая. ("Камандыр, дэнег - нэт, фамилий - забыл"). Документов у меня действительно не было, они были дома у подруги, а вот деньги у меня как раз были. причем - не мало, порядка 2 тысяч долларов в эквиваленте. В те времена зарплата айтишника на уровне 500-600 баксов была нормой. я начинал вообще с 200. т.е. это была сумма, и светить ее патрулю мне, есс-но, не хотелось. поэтому пришлось соглашаться на обезьянник, там хотя бы камеры есть. в смысле, камеры видеонаблюдения.


В опорнике сюрпризы начались с ходу. у этих балбесов не было света. может, за неуплату отключили - я не знаю, но два великовозрастных сотрудника в погонах шарились по помещению с фонарями. под фонарями меня обшмонали, и отправили в камеру. проверить мои данные на словах они не могли (света нет, компы не работают), а тупо отпускать без документов они какбе и не могут, в итоге меня определили за решетку. Меня, есс-но, такой вариант не устраивал, поэтому я у них попросил позвонить подруге, чтобы она документы привезла. Мне дали позвонить.


жили мы тогда на Новом Арбате, около бывшей гостиницы "Мир". с этим тоже связано множество удивительных историй. оттуда пешком до Цветного Бульвара, (где до сих пор стоит памятник Никулину - ох, как не зря) - ну, час, от силы. моим ходом - 40 минут. на машине, по ночной Москве - минут 10 максимум.


Олька приехала через полтора часа. Но как приехала. Девочка она тоже не сказать чтобы простой судьбы, с ментами у нее как-то исторически сложились свои, довольно специфичные, отношения. Словом, объяснять ей, как надо забирать пацанов из обезьянников - было не надо.


Она не зашла в этот сраный опорный пункт. Она в него _вступила_. Вечернее платье с сумашедшим декольте, голой спиной, и разрезами вдоль бедер. Туфли на высокой шпильке. Тяжелые кольца в ушах. На голове - какой-то невероятный причесон, а-ля "Цунами vs Фукусима". подозреваю, что с макияжем там тоже все было в порядке, но света у этих балбесов не было.


несколько минут они тупо обшаривали ее своими фонарями. буквально. я впервые понял, что чувствует человек, у которого на глазах лапают его девушку. но я их вполне понимал. Олька наслаждалась моментом вовсю. Левую ножку чуть вперед, рука на бедро. Легкий поворот головы. Правая рука указательным пальцем крутит "локон страсти" у виска. (когда она успела завить волосы за эти полтора часа - для меня до сих пор загадка). Все усугубляет интимная обстановка, в виде отсутствия света и двух фонарей, которые выхватывают то один, то другой участок тела в облегающем платье. В общем - пиздец, держите меня семеро. Олька, отыграв мизансцену, низким грудным голосом, прерывая звук капающей на пол слюны, осведомляется:


- Ну, здравствуйте, мальчики. А мой полудурок еще у вас? Я тут его паспорт привезла.


Мальчики расплавились мгновенно. Сразу загалдели что-то хором,

- Да, конечно, куда он денется...

- Вот, извольте получить...

- А кто вы ему будете?...

- Ну вы же понимаете, у нас такая работа...


Олька отдает им паспорт. Еще минут пять они пытаются заглянуть ей в декольте, подсвечивая друг-другу фонарями, и делая вид, что изучают мои документы. Наконец, под торжественный лязг затвора, меня выпускают из кровавых застенков. (Ну, ладно, не кровавых - а, скорее, зассаных и заблеванных, но не будем портить пафос момента).


мы с Олькой выходим, садимся в такси, едем домой. И дальше (ну, как обычно у меня бывает), начинается прекрасное. Домчавшись по ночной Москве до дома, я обнаруживаю, что портмоне с деньгами у меня больше нет. Первой реакцией был просто ступор. Две тонны баксов. Мать его черешня. Я неосмотрительно озвучиваю вслух все, что я об этом думаю. Таксист заинтересованно шевелит ушами. Олька отнеслась к ситуации гораздо более взвешенно:

- Вспоминай, когда ты его в последний раз держал в руках.


Отщелкиваю ситуацию назад. Когда они меня принимали - меня обыскивали

(-Вы не против, если мы вас досмотрим? Мы можем вызвать понятых, если вы против, чтобы все было по закону. Но это может занять время. Документов у вас нет, задержать до установления личности мы можем на 72 часа.

- Да нет, спасибо, я не против, досматривайте.)


И уже только потом - сунули в камеру, все правильно и все по инструкции, вдруг я там амфетаминами закинусь - и пишите письма. а вот после обыска, уже в камере - я проверил все карманы. по старой босяцкой привычке, во-первых, убедится что все мое - при мне, а во вторых - убедится что не появилось ничего лишнего. отбрехиваться потом от ментовских закладок при понятых - удовольствие ниже среднего, проще сунуть их под лавку, и пусть потом ищут свои пакетики под протокол до полного изумления. короче. в камере - у меня кошелек был. а выпасть он мог только в одном случае - когда я доставал телефон, чтобы позвонить Ольке.


- Оль, я помню. кошелек может быть только в камере. Шеф, поехали обратно.


Таксист угрюмо качает головой.

- Парень, если ты забыл кошелек с баблом в ментовке - то можешь про него забыть. Деньги они вынут, а кошелек выкинут в ближайшие кусты. Это не вариант.

- Шеф, все нормально. у этих гоблинов света нет. А камера - отдельное помещение под запором без окон. И если кошелек там - хрен они его увидят до утра. Давай, едем, пока в эту камеру другого попаданца не запихали.

- А, ну если у них света нет. Да, может прокатить, - веселеет таксист.


И вот мы триумфально возвращаемся в опорный пункт на Цветном Бульваре. Ничего выдумывать я не стал, а с порога честно заявил:

- Слушайте, мужики, по-моему, я пролюбил кошелек в этой вашей камере. других вариантов нет. Можно я посмотрю?


Выражение лиц у военов Добра плавно меняется с растерянного - на кислое. Блять, в камере, полчаса, лежал кошелек. Ну а что делать, не скажешь же: "Да хер тебе, мы лучше сами посмотрим".

Переглянувшись, бойцы кивают, и старший, замогильным голосом, говорит:

- Да, конечно. Смотрите.


Кошелек я нашел под лавкой. В помещении без окон в отсутствие света и так как-бе не сильно можно что-то увидеть, а когда оно еще и под лавкой... В общем, цел и невредим. И по-прежнему набит.


И можно было бы откланятся и мирно уехать домой. Но почему-то вспомнилось, какими взглядами эти гоблины пожирали Ольку. и тут я понимаю, что "мимо тещиной калитки - я без шутки не пройду".


Выхожу. Кошелек в руке. Старший, чуть ли не плачущим голосом, интересуется:

- Ну что, все на месте? У вас ничего не пропало?

Демонстративно перелистываю купюры в портмоне у него перед лицом.

- Никак нет, товарищ старжий сержант, вроде, все на месте. Вы знаете, вот кому рассказать - да просто не поверит никто. Знаете же сами, да, что тут за кривотолки ходят про московскую полицию. А тут, в обычном опорном пункте, забыл кошелек, набитый баблом. И не маленьким. Опомнился, приехал обратно, и вот, все на месте. В целости и сохранности. Да я своим детям буду об этом рассказывать.

Говорил я - минуты три. к тому времени, мы уже преодолели марксистко-ленинские теории, рабоче-крестьянскую партию, единение власти и народа, слегка отвлеклись на "судьба и Родина - ЕДИНЫ" (с) Гардемарины вперед (он даже пытался подпевать). В общем, в оканцовке политзанятия я уже плавно скатывался к суровым будням Че Гевары, El pueblo, Unido, Hamas sera vensido!" и все дела. На военов Добра, к тому времени было уже больно смотреть, потому что все это время я махал у них прямо перед жалом открытым кошельком, набитым интересными бумажками. Но к тому времени уже заскучала Олька, и решила, по-своему, разрядить атмосферу.


Она взяла меня за руку, которой я махал кошельком. Своим дивным контрально промолвила:

- Ну хватит уже мальчикам морочить голову всякой ерундой.

И коготками отщипнула от стопки в портмоне такой неслабый кусок купюр. Заскучавшие было после моих тирад "мальчики" встрепенулись и бодро так нахохлились. Олька им лучезарно улыбается, и застенчиво просит:

- Мальчики, а вы мне не посветите? А то нам надо деньги пересчитать, а у вас - света нет.

Мальчики светят. Со страшной силой, светят так - аж гай шумит. Эта шельма медленно пересчитывает у них перед лицом деньги, делает ментам очаровательный книксен (учитывая разрезы на бедрах), потом берет меня под локоток, целует в щеку, и говорит:

- Зая, я там пойду, таксисту хоть пару бумажек дам, а то он там уже истосковался наверное. Как бы без нас не уехал.

Разворачивается, и идет к выходу из опорного пункта. Ей в спину упираются два полицейских фонаря. Идет она медленно, изящно покачивая бедрами, в облегающем вечернем платье. Зажав бабло в ладошке.


Налюбовавшись на приятную во всех отношениях картину маслом, я перевожу взгляд на ментов. и понимаю, что вот сейчас меня вот здесь просто убьют. Просрать 2 тонны баксов просто потому, что у тебя в отделении не было света - это само по себе пиздец какое унижение для военов Добра, но когда при этом над тобой девка издевается... Причем, красивая... Причем делает это так, что предьявить ей, в сущности, абсолютно нечего...

В общем, как у Гая Ричи. "Вы сейчас идете по охуенно тонкому льду, мои дорогие друзья Тедди Грипал. И под этим льдом - вас буду ждать я." Вот в тот момент я понял, что лед подо мной трещит по всем швам.


В общем, дать денег военам Добра мне все-таки пришлось. когда я вышел на улицу, Олька полулежала на заднем сиденье такси, выставив босые ноги в одно окно, и куря в другое. Довольная собой, как африканская газель после внеплановой вязки. Домой мы добрались уже под утро.


Любую историю принято заканчивать моралью. Какая мораль может быть вот у такой истории?


Ребята. Берегите свет. Ильич еще в двадцатых знал, что делал, когда затеял все эту херню с электрификацией

Дубликаты не найдены

+2

Пиздеж.

раскрыть ветку 2
+1

ну зачем вы так. здесь я пишу только то, что со мной реально происходило. и это очень интересно, на самом деле, как разные люди реагируют на разные ситуации. реальные ситуации.

пиздеж мне тоже попробовать хочется, если честно. но это будет уже не на пикабу, а где-нить на самиздате или на литрпг, в разделе "около-научная фантастика".

раскрыть ветку 1
0
но это будет уже не на пикабу

Ты... Вы...

Короче, не смейте нам угрожать!

И научную и около и просто не фантастику можно нужно публиковать тут, а потом уже где-то еще. Вот например @Sgtmadcat пишет годноту под названием "Вольный флот", за что ему большое спасибо.

+1

У меня кот с лампой на пол уебался. Заслушавшись.

0

1. Сколько дал?

2. Зачем дал?

3. Что было бы, если бы не дал?

0

Чтоб не подкинули

У меня была интересна история когла я в Москве с аккредитации СП МИД жыл. Т.е. с дипломатический статус

0

А денег то зачем дал?

Похожие посты
Похожие посты не найдены. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: