28

Американские горки (8)

Заканчиваем знакомиться с книгой британского историка Яна Кершоу "Американские горки".


Ссылки на предыдущие части: 1 2 3 4 5 6 7


Краткое содержание: Последний десяток лет Европу стабильно трясёт. Финансы, мигранты, Украина, и конца этому пока нет. Уже трудно предсказать континенту столь же благоприятное будущее, каким было недавнее прошлое. Автор, всё же, надеется на него, но оснований для надежд поубавилось.


После 2008 года Европу начало трясти в различного рода кризисах. Первым кризисом был финансовый, который прозвали "Великая Рецессия". Как известно, острая фаза началась с банкротства американского Lehman Brothers. Европейские банки были тесно интегрированы в мировую систему спекуляций воздухом финансов, и неудивительно, что когда всем срочно понадобились живые деньги, проблемы начались и у них. Чтобы предотвратить их банкротство, пришлось помогать деньгами налогоплательщиков. По примеру Британии, так делали Франция, Германия, Исландия и другие страны. Госдолг у всех них резко вырос, экономика сжималась - государства, потратившие деньги на спасение банков, вынуждены были экономить на своих гражданах. Меры экономии не привели, однако, к снижению долгов - больше налогов с падающей экономики ведь не соберёшь. Особенно сложно пришлось странам еврозоны, которые по идее должны быть теснее интегрированы в банковский, экономический и политический союзы, но по факту боролись с кризисом каждая в одиночку. Там, где банки были с головой замешаны в сомнительные спекуляции - Британия, Исландия, Испания, Португалия, Ирландия, Греция, балтийские страны - похмелье было особенно тяжким. Другие - Скандинавия, Германия, Польша - довольно быстро "отошли". В целом к 2012 году самое худшее уже было позади.


Выросшие долги европейских стран не остались незамеченными для инвесторов. Как результат, проблемным государствам стало трудно находить деньги: условия займов становились всё более невыгодными. Ведь кто захочет просто-так кредитовать потенциального банкрота? Ключевую роль в этом процессе играли американские рейтинговые агенства, подрывающие своими оценками потенциал для восстановления экономики.


Влияние кризиса на политику выразилось в некоторых общих для всех траекториях развития:

- партии, бывшие у власти во время кризиса, терпели поражение;

- выросший протестный электорат стал выбирать новые партии и искать козлов отпущения;

- правительства, будь то левые или правые - всё равно, стали проводить политику жёсткой экономии.

Старые европейские демократии с солидной экономикой, в том числе Германия, Австрия, Швейцария, Дания, Норвегия, пережили кризись без серьёзных политических сдвигов. Кое-где (Венгрия, Польша) наметились сдвиги к правому авторитаризму. Берлускони в Италии пришлось уйти из политики. Пришедший ему на смену "технократ" Монти долго не продержался. Франция выбрала социалиста Олланда, который стал снимать 75% налог со сверхбогатых. Его министр экономики Макрон предсказывал, что такая политика превратит Францию в "Кубу без солнца", и через пару лет этот налог отменили. Другие меры правительства социалистов не способствовали росту зарплат и пособий, соответственно тому популярность Олланда была весьма низкой, упав до 4% в 2016 году. А росла популярность у правых с Марин Ле Пен во главе, собравших четверть голосов на выборах в Европарламент в том же году. В Великобритании консерваторы с Кэмероном во главе прилежно экономики, снижая дефицит госбюджета, что не снизило, однако, госдолг. В условиях деиндустриализации, проходящей десятилетиями, выход экономики из кризиса был болезненно медленным. Средний британец беднел с каждым годом, чего нельзя было сказать об элитариях, закончивших престижные частные школы. Козлами отпущения для многих стали трудовые и прочие мигранты из ЕС и не только. UKIP набирала силу. Евроскептицизм перерастал в еврофобию. Испанские, португальские, ирландские избиратели, вымещая свой гнев, выбрасывали из правления свой политический истеблишмент, но это не помогало, потому как новые правители были вынуждены продолжать экономить, чтобы странам не перекрыли финансовую помощь. То же происходило и в Греции, где на фоне беспрецедентных массовых протестов к власти пришла СИРИЗА с Ципрасом во главе, которому тоже пришлось прогнуться под давлением международных кредиторов, получив деньги в обмен на продолжение драконовских мер экономии. За шесть лет, начиная с 2011 года, пенсии грекам снижали 12 раз, и до 2019 года было запланировано дальнейшее их снижение на 18 процентов!


При описании всех этих невзгод автор отмечает, что европейским демократиям и гражданскому обществу удалось выстоять. Была продемонстрирована готовность к взаимодействию для преодоления экономических проблем. Говорит ли это о том, что единая Европа окажется способна противостоять новым вызовам? Нет, конечно. Ограниченная способность к сотрудничеству была наглядно продемонстрирована во время миграционного кризиса, разразившегося, начиная с 2015 года. Дестабилизированный Ближний Восток выплеснул в том году свыше миллиона беженцев, которые сели в лодки и отправились в Европу в поисках лучшей доли. Страны, через которые проходили их маршруты, забили тревогу. Первыми были Италия и Греция, где беженцы вступали на землю. Они стали требовать распределения прибывавших по всей Европе, чему стали противиться другие. Хорватия, Венгрия, Словения, Австрия и другие страны стали строить пограничные заборы и вводить контроль документов при пересечении. Поначалу тёплый приём со стороны активистов стал сменяться холодной неприязнью населения, которая вылилась и в дальнейшем росте правых настроений. И нельзя сказать, что настроения эти росли необоснованно. Помимо очевидных опасений, что "аборигенам" перепадёт меньше социальных платежей и рабочих мест, поведение самих пришельцев было тоже неидеальным, что выразилось в массовом "лапании" немецких женщин арабской молодёжью, собравшейся перед вокзалом Кёльна встречать Новый 2016 год.

Полицейское видео кануна 2016 года в Кёльне.


Мне на ум приходит, помимо этого случая, поджог выставочного зала в Дюссельдорфе, где временно были размещены беженцы. Те, кто не соблюдал рамадан, были недовольны, что всех подряд кормили по мусульманскому расписанию, вот и подожгли свой дом. Уже в нынешнем, 2019 году уже заново отстроенное здание подожгли снова... И хотя миллион беженцев в масштабах даже одной Германии серьёзной нагрузки на бюджет не оказывает, народ заволновался и волнуется до сих пор, отдавая голоса за правых. При этом число беженцев, начиная с 2016 года, неуклонно идёт на убыль. Евросоюз пошёл на договорённости с Турцией, платя ей три миллиарда евро за то, что она со своей стороны прикладывает усилия по сокращению потоков мигрантов. Автор сожалеет, что приходится договариваться с нелюбимым им Эрдоганом, который посмел нарушать права человека при подавлении им военного путча в своей стране.


Непрекращающиеся войны на Ближнем Востоке озлобили не только местных мусульман, но и часть мусульманского населения Европы. Это озлобление и недовольство выплеснулось в серию громких терактов во Франции, Британии, Бельгии, Германии и других странах, организованных после 2014 года. Эти события вместе с миграционным кризисом имели два важных последствия. Первое: для обеспечения безопасности пришлось пойти на непопулярные ограничения естественных свобод граждан. Все эти бетонные блоки на входах в пешеходные зоны, камеры наблюдения и обыски в аэропортах - они не добавляют приятных ощущений. И второе: ветры перемен надули паруса у правых партий, обеспечивая им всё больший успех в каждых новых выборах. Либеральные ценности стали ставиться под сомнение. Сам Европейский Союз с его недостатком солидарности и отсутствием эффективной стратегии по выходу из миграционного кризиса при сохранении открытыми границ стал терять смысл.


На востоке континента в то же время созрел другого плана кризис. 18 марта 2014 года Путин объявил о присоединении Крыма. Это принесло обострение отношений с НАТО. Соседи России стали опасаться дальнейшей экспансии. Аннексия эта явилась следствием предшествовавших событий на Украине, когда Янукович отказался от ассоциации с ЕС (не без давления со стороны России, как предполагает автор), за что был свергнут во время Евромайдана (не без давления со стороны Запада). После этого вежливые люди захватили стратегические объекты в Крыму, включая Верховный Совет, который сразу после этого обратился за помощью к России. Россия ввела войска. Новая крымская власть объявила независимость и провела референдум, на котором якобы 97% голосовавших выступили за присоединение к РФ. Отношения с Западом немедленно испортились. Последовавшие со стороны Запада осуждения и санкции не смогли ничего изменить ни статуса-кво, ни поддержки политики руководства страны со стороны россиян. Даже Горбачёв заявил, что будь он на месте Путина - поступил был так же. Тем временем насилие распространилось на Донбасс, где пророссийские протесты эскалировали в вооружённый конфликт между сепаратистами, поддерживаемыми Россией людьми и оружием, и украинским правительством. Одним из трагичных эпизодов войны на Донбассе стало сбитие рейса MH17 (предположительно) сепаратистами, спутавшими его с украинским военным самолётом. Война эта, несмотря на многочисленные попытки, не прекратилась до сих пор, хоть и находится в полузатушенном состоянии. Раздробленная Украина не получила пропуск ни в НАТО, ни в ЕС, но и у России оказались связаны руки. Автор, задавшись вопросом, зачем Путин пошёл на всё это, в качестве наиболее вероятного ответа находит восстановление престижа и стремление к статусу великой державы, подпитанные также и "военным вмешательством" в Сирии. Такие основания, как стремление обезопасить свои рубежи, а также то, что "агрессия Путина" (так называется часть повествования) явилась реакцией на действия Запада, в голову автору не приходят, а если приходит, то он об этом не упоминает.


Книга заканчивается грустным для Кершоу описанием событий, ведущих к выходу Британии из Европейского Союза, когда Кэмерон, стремясь перетянуть избирателей от евроскептиков, пообещал организовать референдум по Брекзиту. Результаты этого референдума ошеломили многих: британцы проголосовали за независимость. Они не хотели продолжения иммиграции из Евросоюза, которая отнимала у них рабочие места и ложилась тяжёлой нагрузкой на систему соцобеспечения. Это был, конечно, шок. В том числе и для самого Евросоюза, которому предстояло теперь "искать свою душу" в поисках консолидации, столь необходимой сегодня.


Кризисы, кризисы, кризисы... До сих пор Европа с ними справлялась, но в полной мере не преодолевала. Будущее неопределённо. Либеральные и демократические ценности под угрозой, связи с США слабеют, и континент остаётся в хрупком состоянии. Автор заканчивает книгу знаком вопроса, ведь ответ ему неизвестен. Определённая доля пессимизма при этом вполне уместна: если уж сам Кершоу, являясь горячим сторонником либерализма, демократии и интеграции, признаёт, что состояние хрупкое. Нам остаётся сделать неизбежный вывод: ещё один серьёзный удар может разбить эту конструкцию. Хорошие времена кончаются, и, к сожалению, трудно найти поводов для оптимизма даже в трудах таких глобалистов, как наш автор.


В послесловии Ян напоминает читателю, что европейцы живут так мирно, свободно и благополучно, как никогда, хотя и не без проблем, вызываемым турбокапитализмом как следствием глобализации. Это стало возможным, благодаря Евросоюзу (ага-ага...), НАТО (тоже вряд ли - вот если вместо НАТO там стояло "США", тогда да) и гарантированному взаимному уничтожению (а вот это уже очень похоже на правду). Он приводит нам наиболее важные с его точки зрения тренды, формирующие будущее. И делает это, на мой взгляд, весьма грамотно. Приведу их кратенько:


- изменение климата и поиск чистых источников энергии;


- демография: продолжающееся старение населения и иммиграция с бедной перенаселённой периферии;


- неравенство в богатстве и доходах;


- рост индивидуализма и как следствие - снижение социальной сплочённости;


- автоматизация, делающия "лишними" всё нарастающие массы;


- проблема безопасности, перестающая быть национальной.


Чтобы справиться с этими внушительными проблемами, Европе нужно реформироваться. Определённые надежды в этом смысле автор связывает с ядром европейской интеграции - союзом Франции и Германии. Получится ли это - не уверен он сам. Ведь главная причина - она на ладони. Европейцы за все годы мирного благополучного существования так и не стали гражданами Европы, но так и остались французами, немцами, поляками и португальцами. Изменится ли это в будущем - автор оставляет вопрос открытым. Я понимаю его желание, чтобы так случилось, но оснований для этого я лично, увы, не вижу.


Заключительная глава у Кершоу вышла слабейшей из всех. Порой такое впечатление, будто читаешь агитку - столь же высокий уровень пропаганды и столь же низкий уровень анализа. Описание экономического кризиса сумбурно, в качестве причины скупо упоминается "жадность банкиров" (но не продажность политиков, обеспечивших поляну для развития потенциала этой жадности). При описании миграционного кризиса мало внимания уделяется его основной причине - полном гособеспечении прибывающих беженцев из "неблагополучных стран", к числу которых причислялись и Албания, и Косово, и Черногория, и Тунис, и Марокко. На самом ведь деле первая волна беженцев была именно с Балкан, потом подтянулась Северная Африка, и уж только за ними пошли азиаты из Турции. Мотивом этих мигрантов был вряд ли сбежать от преследований, а просто получить кусок хлеба и крышу над головой. Автор про это совсем не пишет, как не пишет о том, что это при поддержке и силами самих же европейских стран протекала "арабская весна", сброшен режим Каддафи в Ливии и началась сирийская война. Последним двум событиях в книге было выделено пара скупых строк, в то время, как на описание войны против терроризма в Ираке и Афганистане было истрачено более десятка страниц. Европейцы своими же действиями создали проблему беженцев с арабского Востока. Заварили кашу, а теперь морщатся, расхлёбывая.


Закрыта последняя страница. Книжка была в целом неплоха, но написана неровно. Пропаганда и однобокий взгляд на многие события снижают в целом благоприятное впечатление. Автор повествует о демократии и правах человека в международной политике, хотя в реальной политике об этих вещах заботятся в последнюю очередь. Своя шкура национальные интересы ближе к телу. Что ж, история, особенно недавняя, часто приносится в жертву политике. Ничего нового. И всё же были вещи, изложенные по-настоящему блестяще: нефтяной шок, перестройка, глобализация... Было интересно.

Дубликаты не найдены

+1

те не смотри что мало плюсов, пиши рецензии.

раскрыть ветку 1
+1

Если бы мне были нужны плюсы, я бы копипастил видео с котами.