11

25 миллионов человек не могут получить морфин и умирают в муках

Морфин мог бы облегчить жизнь десяткам тысяч неизлечимо больных.

25 миллионов человек не могут получить морфин и умирают в муках Лекарства, Наркомания, Смерть, Длиннопост

Двадцать первый век: над землёй летают дроны, ИИ обыгрывает человека в го, а 25 миллионов человек ежегодно умирают в агонии, потому что не могут получить морфин. Журнал The Lancet собрал группу экспертов, чтобы понять, как обстоят дела с паллиативной помощью в разных государствах. Выяснилось, что беднейшие слои населения, в частности, больные из стран с низким и средним доходом, часто остаются со своими страданиями один на один. И почти половина людей, умерших в 2015 году, умерла в муках.


В комиссию, созданную журналом The Lancet (Lancet Commission) вошли эксперты из США, Великобритании, Мексики, ЮАР и других государств. Они выбрали из Международной классификации болезней 20 заболеваний и 15 симптомов, которые вызывают сильную боль, физические и психологические страдания. На основе данных ВОЗ за 2015 год исследователи подсчитали количество больных — как тех, кто живёт с этими нарушениями, так и тех, кто уже скончался — и оценили, сколько из них нуждаются в паллиативной помощи и облегчении боли.


Результаты показали, что почти половина (45%) всех умерших в 2015 скончалась в мучениях — это больше 25 миллионов человек, среди которых 2,5 миллиона детей младше 15 лет. Ещё 35 миллионов страдают от хронических болей и тяжёлых симптомов. Более 80% страдальцев живут в странах со средним или низким доходом, где получить паллиативную помощь трудно или невозможно. Например, в Гаити домов престарелых и хосписов просто нет, поэтому терминальных больных и пожилых людей отправляют умирать домой, где они страдают от боли и нехватки воздуха. «Смерть в Гаити жестока и ужасно преждевременна. Никаких объяснений, никакого сочувствия и никакого покоя, особенно для бедных», — говорит доктор Антония П. Эйссаленн (Antonia P Eyssallenne) из Университета Майами (University of Miami).


Достать морфин в этой стране очень сложно — как и в большинстве государств со средним и низким доходом. С одной стороны, этому способствует цена на препарат: в бедных странах она гораздо выше, чем в развитых. С другой — «опиофобия», страх, что повышение доступности опиатов автоматически повлечёт за собой распространение наркотической зависимости. Многие страны не обеспечивают морфином всех нуждающихся: Мексика покрывает лишь 36% потребности, Китай — 16%, Вьетнам — 9%, Россия — 8%. «Мир страдает от болевого кризиса: десятки миллионов взрослых и детей в беднейших странах живут и умирают с ужасной болью, которую можно было предотвратить и не имеют доступа к морфию», — говорит один из авторов исследования, профессор Фелиция Кнаул (Felicia Knaul).


Члены комиссии предложили государствам использовать «базовый пакет» (Essential Package) препаратов, медицинского оборудования и персонала. Они рекомендовали относительно дешёвые лекарства, которые могут облегчить страдания миллионов людей. Большинство из них можно достать в любой стране мира. Морфин — исключение, но авторы призывают повышать его доступность и закупать препарат как в форме инъекций, так и в форме таблеток.


Источник: https://www.theguardian.com/science/2017/oct/12/more-than-25...

Найдены дубликаты

+5

Вот как интересно получается, в СССР морфин производили в огромных количествах. Весь Чуйский тракт был усеян опийным маком, 1/4 всего мира по производству, а наркоманов было мало. Сейчас практически не производят, а наркоманов (опийных) больше чем в Афганистане.


Столкнулся с тем, что даже онкобольным его назначают когда уже и обезболивать практически нечего. 

раскрыть ветку 5
+2

Когда кричали, что в Афгане погибают наши ребята (численность погибших в районе 10 тысяч, если не ошибаюсь), люди не понимали, что потом будут гибнут такие же ребята, но уже сотнями тысяч от тамошнего мака.

раскрыть ветку 4
+1

а что изменилось?

Площадь полей мака в Афганистане увеличилась в 40 раз после Афганской войны (той в которой участвовала СССР).


Хуже того, "маководы", теперь там "живут, имеют подземные лаборатории, склады, используют качественные удобрения, собирают данные о скорости и качестве урожая.

раскрыть ветку 3
+2

Мало того что умереть по своей воле не дают (вопрос эвтаназии наверняка поднимут в теме), так ещё и мучения облегчить не в состоянии. На наркоманов деньги находят а больному раком выкуси фигу..

раскрыть ветку 3
+2

Эвтаназию при капитализме, уж поверьте, будут использовать для того, чтобы сокращать численность бедных пациентов с тяжелыми заболеваниями. Не более.

раскрыть ветку 2
+3

Ага, а пока эта  "услуга" доступна только богатым, у кого есть деньги уехать в Швейцарию. Или где там уже разрешили это дело..

раскрыть ветку 1
0

Когда нибудь "нейроинтерфейсный костюм", поможет полностью убирать боль...но такие шикарные технологии в принципе не могут появится пока на планете ХАОС от коррупции и воровства...

раскрыть ветку 1
0

Будущее уже наступило.

Октябрь, 2017. В Перми пациентке вживили выключатель боли - после удаления опухоли спинного мозга её мучили боли, а принимать сильные обезболивающие не хотела, сделали стимулятор с микроэлектродами.

0

Сука, чтоб каждый понедельник по депутату втыкалось головой в землю, превращаясь в инвалидов овощных с постоянными болями.

-5
Нет бы бороться с причинами рака или разрабатывать перспективные лекарства и методики.. Они решили узаконить увеличение объёмов поставок наркоты
раскрыть ветку 11
+3
А до того, как разработают, что делать?
раскрыть ветку 3
-3
Может увеличивать охват и точность диагностики ранних стадий? Нет?
раскрыть ветку 2
+3

Зачем тратиться на обезбол, например, при лечении зубов? Или ты из мазохистов? И тебе такие вопросы мимо?

раскрыть ветку 5
-3
Если вовремя лечить зубы - обезболивающее не требуется. А по факту - необходимо совершенствовать методы охвата первичной диагностики, а не тушить пожары.
раскрыть ветку 4
0
Нет бы бороться с причинами рака

Причина рака твоя жизнь. У мертвых рака не бывает, и у акул, так что выбор твой не велик, либо ты акула, либо человек с раком.

-5
Пусть Мексика заменит его коксом у кортелей, если не хватает морфина
ещё комментарии
Похожие посты
3216

Благодарность!

Друзья, ранее я писал пост о помощи в поиске лекарственного средства. Спасибо всем кто откликнулся так или иначе, я очерь рад состоять в этом обществе, добрых и отзывчивый людей! Лекарство прибыло, вот только мама не дождалась...03.09.2020 её не стало. Цените и благодарите своих матерей!
Без рейтинга.
P. S. Мам, я люблю тебя....

3622

Твой последний день

Человек удивителен в своих действиях. Чем руководствуется в критической ситуации?

Своим опытом? Воспитанием? Мировоззрением?..
Моя коллега сегодня опоздала на работу. Весь день была в приподнятом настроении и была крайне рассеянной, на обеде угощала всех конфетами и травила анекдоты.

Минут двадцать назад удалось с ней поговорить тет-а-тет и выяснить причину её необычного поведения.

Валя живёт одна уже давно. Единственный сын переехал в область и там женился и рад жизни. Периодически навещает мать. У неё есть некое заболевание, при котором она употребляет стероидные препараты по назначению врача. Она их колит себе сама внутримышечно. Сначала делала вечерние уколы, а потом вдруг решила, что лучше с утра. И вот вчера она совершила утреннюю процедуру и пошла на работу. А вечером её память почему-то переклинило и она сделала повторный укол вечером. А через пару мгновений её осенило, что она натворила и она сначала впала в ступор, а потом начала собираться на тот свет. Ведь в инструкции четко сказано, что при передозировке может наступить летальный исход, остановка дыхания, остановка сердца и прочие прелести, коих и стала ждать Валя. Но она ведь женщина! Валя приняла душ, приготовила одежду, написала прощальное письмо от руки сыну и близким друзьям, включая посмертные пожелания по распределению имущества и её погребению. Сделала маникюр и педикюр. Приняла факт приближающейся смерти и легла спать.

- Почему не позвонила в скорую? - спрашиваю её

- А я даже не подумала, - удивилась Валя, - Жизнь прошла. Я многое успела и счастлива.


Валя уже не ждала, что проснётся. Она спокойно приняла факт  неминуемой смерти.

Каково же было её удивление, когда она открыла глаза в 9.30 утра. За окошком играло солнышко. Валя выспалась и чувствовала себя превосходно! И тут она поняла, что жива! А самое главное, что опаздывает на работу!


- И каковы твои планы на будущее, - просила я

- Пока не знаю. Зато поняла, что ужасно не хочу ходить на работу!


=) Повлияла ли эта ситуация на неё как-то ещё покажет время. Пока она осознаёт случившееся и чувствует себя отлично

286

Одним больше, одним меньше...главное "экономическая целесообразность"!

«Регистрация препарата не представляется возможной». Такой ответ Российская Федерация анестезиологов и реаниматологов получила на свой запрос о регистрации препарата Дантролен шесть лет назад. Дантролен — единственное лекарство, которое спасает от гибели при злокачественной гипертермии, которая в редких случаях развивается в ответ на дыхательный наркоз во время операции. Так вот, за минувшие шесть лет в России от этого непредсказуемого заболевания по приблизительным подсчетам могли погибнуть от 300 до 500 человек. В основном — дети. Последняя жертва — 16-летний Даниил Куцин. Его мама Татьяна приехала в редакцию рассказать о Дане. Таня хотела, чтобы все узнали о ее трагедии, и тогда — она так считает — власть обязательно примет меры. Их же нельзя не принять, если выслушать ее до конца.

Татьяна Куцина:

«Мне 39 лет, я воспитываю троих детей… Воспитывала… Работаю я в сервисной компании.

Живем мы в Балашихе. Я развелась с мужем, воспитываю детей уже пять лет одна. Детям… шестнадцать вот было, шесть и четыре.

Семья Куциных. Фото из архива

Мои дети — Даня, Платон и Ульяна. У них один папа. Живем мы хорошо, я нормально получаю, квартира в ипотеку. Справляюсь… Ухожу из дома в 8 утра, прихожу вечером к десяти. Я не жалуюсь на такой график. Два часа дорога в один конец на работу в Москву. В маршрутке иногда высыпаюсь.

Даня мне хлопот не доставлял, он хорошо учился, с первого класса занимался английским. Даня менял школы, но он со всеми дружил, он ходил в бассейн, плавал, ходил на борьбу. Он не хилый мальчик был, спортивный.

В какой-то момент я поняла, что не могу справиться с подростком, и мы ходили к психологу. Психолог мне сказала: «Это хорошо, что ты на других детей переключилась. Слишком много материнской заботы, он не выдерживает». Я люблю сильно, ненавижу сильно. Эмоции через край.

Проблем с поступлением в вуз не видели, планировали на бесплатное отделение. Последние годы постоянно с репетиторами… Он хотел в нефтяной вуз.

Даня Куцин. Фото из архива

27 декабря Даня возвращался с тренировки, было скользко, споткнулся об ограждение. Упал на правую руку, сломал ключицу.

Мы вечером столкнулись в дверях, вернулись домой одновременно. Он говорит:«Мам, я кажется, вывихнул руку».

Тут же поехали в Балашихинскую больницу. Нам сказали, что перелом со смещением. Нужно оперировать. Я почти не волновалась.

Через день его оперировали, и я думала через два часа смогу его увидеть — обещали пустить в палату. Но мне позвонили через пять часов после операции, сказали, что он в коме. В ответ на наркоз поднялась температура до 42 почти сразу. Хирурги заканчивали операцию, а реаниматологи уже пытались реанимировать.

У меня была истерика, обморок, шок. Меня откачивали.

Потом отвели к Дане. Я вижу, он в маске, весь мокрый лежит, все нижнее белье мокрое. Его обливали ледяной водой, в кровь вводили холодную воду — сбивали температуру. Они не сразу поставили этот диагноз, звонили в МОНИКИ, спрашивали. Врачи сбили температуру и сказали, что препарата, который может его спасти, в России нет. Но еще сказали: «Достанете — вколем». Я в шоке в пять вечера приезжаю домой, приезжает моя тетя, и я говорю: «Вот, перелом ключицы, и Даня умирает». Мы начали смотреть в интернете и нашли этот препарат — Дантролен. Интернет предлагает — можно заказать и привезут, но только 4 января. Я им кричу в трубку: «Мне не надо 4 января, мне сейчас!».

Начали обзванивать знакомых. Я увидела, что его можно привезти из Германии. Позвонила подруге, которая там живет, нужно было много — 3 коробки по 12 флаконов, это 130 тысяч рублей. Ему нужно было ввести его в первые 15 минут после криза. Врачи сказали, что если бы его не нашли до утра, то Даня умер бы утром… Мы начали договариваться с Аэрофлотом, Аэрофлот согласился перевезти посылку из Германии… Тетя сделала в фейсбуке пост, что нужен Дантролен. Я была на телефонах. И фейсбук сработал. Нам позвонили из Москвы и спросили: «Куда везти?»

Я не знала, кто нашел и дал Дантролен. Мы за пять часов его нашли. Это немыслимо. Это правило пяти рукопожатий. Но если бы мне сказали сразу в больнице, что надо искать лекарство, мы не потеряли бы время. Повреждений у ребенка было бы меньше. Привезли, всю ночь капали. Дежурил заведующий, реаниматолог был в шоке. Можно ведь всю жизнь проработать в операционной и не встретиться с таким случаем. А он молодой доктор.

Я с ним разговаривала перед операцией. Спрашивала, когда закончится, потому что мне от Дани домой надо было, там маленькие ждали. На следующий день он встретился со мной и говорит: «Я же помню, что у вас есть маленькие, вы должны запомнить, что у ваших детей есть риск злокачественной гипертермии».

Семья Куциных. Фото из архива

Через день перевезли в реанимацию Морозовской больницы. Его начали лечить, и 7 января он вышел из комы. Я пришла в больницу, а врач говорит: «Бегите, Даня дышит». Он открыл глаза, радости не было предела. Мы с ним разговаривали. Ему в первый день было трудно говорить, его релаксантами кололи, но он был вменяемый. Я его спрашиваю: «Даня, ты помнишь, кто я?» Он: «Да, мама».

На следующий день он начал слушать музыку, через день мы начали делать зарядку, разрабатывать суставы. Ему было тяжело, но он уже мог держать яблоко. Мы чистили зубы, пытались поворачиваться… Сознание было полностью восстановлено. Я с 31 числа в реанимации оставалась каждый день. Утром приходила, вечером уходила. Пролежни обрабатывала, обтирала его, памперсы меняла. Когда он пришел в себя, я с ним уже оставалась до ночи. Я Дане не говорила, что была гипертермия, я сказала, что это осложнения от операции — почки. 2 января нам поставили искусственную почку, его уже не работали. Я была готова дать свою почку для пересадки.

На работе начали собирать деньги на операцию. Нам нашли квоту. Ребенка нужно было подготовить, но не вышло. Операцию нельзя было сделать — слишком сильный отек. А 18 января началось первое кровотечение, потом несколько раз еще. Ему делали переливание крови. Врачи делали все. Ночью гемоглобин упал, и ребенок при мне опять впал в кому. Последнюю ночь я с ним до утра была.

Он попросил в последний день: «Останься на ночь». «Конечно, сынок». Я обещала ему, когда он еще в сознании был. Уехала я в семь утра, а в 9.30 19 января он умер. Может, не надо было уезжать?

У меня есть справка о смерти. Гипертермия вызвала почечную недостаточность и язву. А умер он от язвенного кровотечения.

…Я думала об инвалидной коляске, я думала о реабилитации. Мы ко всему были готовы, собирались продать квартиру, все кинуть на реабилитацию. Я думала обо всем, только не о смерти. Никто не ожидал. И врачи тоже очень надеялись. Они же его вырвали у смерти… Но не до конца. Когда-нибудь это все равно бы случилось, случилось бы в армии. Как вы думаете?

Если бы Дане ввели препарат в первые 15 минут, он бы как после обычной операции восстановился, жил бы с нами.

Детям я сказала, что Даня на небесах. Они сейчас очень переживают. Ульяна говорит: «Мама, когда уже Даня приедет, я соскучилась». А Платон спрашивает: «Мам, можно я на небеса схожу, посмотрю, как там Даня, и вернусь?»

Семья Куциных. Фото из архива

Я благодарна всем врачам. Я благодарна врачам Балашихинской больницы, они сделали все, что могли.

Пока живу так: работа–дом, дом–работа. Но какой я работник? Чуть что — плачу. Платон осенью пойдет в школу. Нам школа пошла навстречу, не берут деньги за подготовительные курсы. И деньги несли отовсюду. Похороны были неплохие, на работе собрали деньги, чтобы я вернула их за препарат. У меня их не взяли.

Из чиновников со мной никто не связывался. Я запросов не делала. Я президенту написала с просьбой легализовать препарат. В память Дани, чтобы спасти своих детей, других детей.

В апреле я в Сочи поеду с детьми, буду просто на море смотреть».

Лекарство трудной судьбы

Для любого анестезиолога самый страшный рабочий сценарий — столкнуться в операционной со злокачественной гипертермией (ЗГ). Температура у человека поднимается в несколько минут до критических отметок в 42 градуса, сбить ее обычными жаропонижающими невозможно. За несколько часов при таком температурном режиме мышцы и внутренние органы человека практически «свариваются» и почти в 90% случаев человек погибает. Происходит это, если в организме есть генетическая мутация, которая никак себя не проявляет до тех пор, пока человек не получит дыхательный наркоз. Именно он запускает патологическую реакцию. Предугадать ее невозможно. Определяют уже постфактум после гибели, но только, если врачи осведомлены об этом синдроме.

Есть еще один нюанс. ЗГ развивается в ответ на дыхательный наркоз — такой часто дают при стоматологических вмешательствах или легких операциях детям. Именно так погибла девочка из Санкт-Петебурга, ей лечили под наркозом несколько зубов, потому что уговорить маленького ребенка «потерпеть» практически невозможно.

У злокачественной гипертермии особая статистика, и именно эта статистика дает Минздраву основания считать приобретение этого лекарства «экономически нецелесообразным». Действительно, в России официально зарегистрировано шесть случаев ЗГ за последние 20 лет, а вот в США регистрируется до 200 случаев в год.

И это, по мнению специалистов, говорит только об одном — реальные случаи смерти от ЗГ не афишируются у нас врачами. Типичная формулировка — «не вынес операции, умер от осложнений».

А если нет статистики, то нет и проблемы.

Лекарство Дантролен — не новое. В России оно централизованно закупалось и поставлялось в больницы до 1997 года. Затем зарубежная фармкомпания, производящая препарат, продала свои права на него. Как следствие — регистрация препарата на территории РФ утратила свою юридическую силу. По процедуре требовалось возобновлять регистрацию уже с новым владельцем, однако именно тогда в Минздраве посчитали это экономически нецелесообразным.

И началась отдельная эпопея, в которую включились лучшие врачи-анестезиологи страны. За 5 лет в Минздрав подавалось 3 заявки на регистрацию препарата. Все провалились. В феврале 2011-го было получено экспертное заключение Минздрава о том, что эффективность и безопасность данного препарата не подтверждены. И это при том, что препарат ранее использовался в России, аналогов его заменяющих нет, а в развитых странах без наличия его в больнице нельзя начинать операцию. Но Минздрав ответил, что по новому закону любой, даже давно опробованный препарат, если не зарегистрирован в России, должен пройти клинические испытания.

По сути, ситуация зашла в тупик. И врачи стали бороться за доступ к Дантролену всеми доступными способами. Они сами рассказали об этом.

Владимир, владелец сети частных детских стоматологий, передавший Дантролен Дане Куцину:

«Мне позвонили коллеги, которые из фейсбука узнали, что в Балашихинской больнице произошла беда. Они знали, что у меня есть препарат. Десять лет назад я открывал частную стоматологическую детскую клинику и оценивал риски осложнений в анестезиологии. Заведующий одного детского отделения рассказал мне про синдром злокачественной гипертермии, и тогда я поехал в Германию и купил Дантролен в аптеке. С тех пор я каждые два года — это срок годности препарата, для своих клиник привожу Дантролен. Использовать в наших клиниках нам его не приходилось.

Я не первый раз даю лекарство. Моя позиция на этот счет такая: у меня есть лекарство, и если у кого-то из коллег возникает угроза жизни пациента, я его даю. В таких обстоятельствах живем. Когда происходит трагедия, иного выхода не может быть — только дать. Он должен быть доступен в России, как он доступен в любой цивилизованной стране, претендующей на высокий уровень медпомощи.

В большинстве таких стран ты не можешь заниматься подобной деятельностью, если у тебя в часовой доступности нет Дантролена. Это запрещено.

Он включен в стандарт оснащения операционной. Если экстраполировать мировую статистику наркозов, проводимых в России, то можно предположить, что в России погибают от злокачественной гипертермии до 100 человек ежегодно: 1 случай на 50 тысяч наркозов у детей и 1 на 100 тысяч у взрослых.

Случалось, что врачи из государственных больниц ко мне обращались за Дантроленом. Конечно, я не отказывал, но, к сожалению, это было бесполезно, потому что пациент находился слишком далеко — в нескольких часах лёта от Москвы. Мне известны случаи со смертельным исходом у детей в Санкт-Петербурге, Твери, Красноярске, Воронеже, несколько в Москве. Самой страшной была трагедия в Твери, там в одной семье погибли два ребенка, которым давали дыхательный наркоз, чтобы лечить зубы. Это чудовищно, когда здоровый ребенок погибает от легкого наркоза молниеносно, при том что его можно было гарантированно спасти.

Я не хотел бы упоминать свое имя, потому что понимаю, что затрагиваю очень непопулярную тему. А то, что я делюсь Дантроленом — это моя благотворительность, и она должна быть тихая».

http://mosgorzdrav.ru

Денис Проценко

Главный анестезиолог-реаниматолог департамента здравоохранения Москвы

— Дантролен в России действительно не зарегистрирован. В Москве деньги на этот препарат собрали через краудфандинг, по сути, это деньги жертвователей (сбор средств на Дантролен был организован благотворительным фондом «Православие и мир» в 2016 году. — Н. Ч.). А как в дефицитном регионе? Я думаю, пока это возможно только на частные пожертвования. В Москве на эти деньги купили по одной дозе в Морозовскую больницу и в больницу имени Юдина. Но проблему надо решать глобально, на государственном уровне.

http://ktovmedicine.ru

Константин Лебединский

Президент Федерации анестезиологов-реаниматологов России

— Мальчик из Балашихи? Да, я знаю об этой трагедии. История с Дантроленом длится уже давно. Еще мой предшественник на посту президента Федерации анестезиологов России профессор Виктор Мизиков встречался со Скворцовой по этому поводу. Нам была гарантирована помощь, но ничего не сдвинулось. Это был конец 2012 года. Дело в том, что по нашему закону о лекарственных препаратах, мы можем зарегистрировать лекарство, только если проведены клинические испытания в нашей стране.

Но провести клинические испытания препарата, который нужен в одном случае на 50 тысяч анестезий, невозможно.

Единственный вариант — официально признать злокачественную гипертермию редким заболеванием. Мы подготовили заявку, ее готов подкрепить письмом от Национальной Медицинской палаты Леонид Рошаль. Надеюсь, это сработает. Сколько стоит препарат? Упаковка из шести флаконов — 145 евро, на курс надо 6 упаковок. Это прилично для нашей страны. Причем, 90% флаконов заканчивают свой жизненный путь на помойке заполненными. Потому что когда заканчивается срок годности, его выбрасывают и покупают новый. Это та цена, которую надо платить, чтобы наши дети не погибали по принципу лотереи.

На самом деле, можно не покупать Дантролен в каждую больницу, достаточно в крупных городах несколько больниц обеспечить запасом в пять флаконов, а когда лекарство понадобится, быстро собирать весь запас и спасать человека. Главное, чтобы препарат был в доступности нескольких часов.

Послесловие

Через несколько дней после нашей встречи Татьяна Куцина получила ответ из Минздрава. Она же писала президенту, вот ей и ответили.

Г-н Ф.А. Романов, заместитель директора Департамента государственного регулирования обращения лекарственных средств, в официальном письме перечислил все нормативные документы и акты, которые как раз и делали невозможным быстрый доступ к Дантролену.

Таня все эти акты уже выучила наизусть. Но у президента она просила легализовать препарат, а не рассказать ей, на каком основании его не оказалось в Балашихинской больнице, когда умирал ее сын.

И еще в официальном документе не нашлось пары строк для соболезнований.

Татьяна теперь очень боится за своих младших детей. Она почти уверена, что эта поломка в генах есть и у них, и можно было бы проверить это, если бы в России была хоть одна лаборатория, проводящая подобное исследование. Но такой лаборатории нет. Потому что специальный галотан-кофеиновый тест, выявляющий предрасположенность к синдрому, требует определенного оборудования. Закупать его тоже, видимо, «экономически нецелесообразно».

Теперь Таня хочет сделать детям татуировку на груди «злокачественная гипертермия», чтобы реаниматологи знали о риске дыхательного наркоза. Она говорит: «Я же не вечная, а дети могут забыть. Как я еще могу их защитить?»


Первоисточник: https://www.novayagazeta.ru/articles/2018/03/20/75871-lotere...

Показать полностью
836

Как важно читать аннотации на лекарствах

В начале ноября в одной семье г.Ташкента умерли сразу 3 ребенка. Три девочки 10, 7 и 4х лет. Самая младшая умерла в карете скорой помощи, две старшие были доставлены в НИИ эпидемологии, микробирлогии и инфекционных заболеваний в состоянии агонии.

Сегодня опубликовали результаты судмедэкспертизы. Как выяснилось, девочкам назначали лекарство от паразитов под названием "Вермокс" (антигельминтный препарат широкого спектра). Однако, в аптеке фармацевт, не разобрав почерк врача, выдал лекарственное средство под названием "Верапамил", которое применяют при нарушениях сердечного ритма и гипертонических кризах.

В результате продолжительного применения лекарственного средства у девочек произошёл кардиогенный шок (ред снижение сократительной способности миокарда, что приводит к неадекватному кровоснабжению всех органов и тканей, и угнетает функцию жизненно важных органов. Чаще всего он развивается как осложнение инфаркта миокарда или отравления кардиотоксическими субстанциями). Роковое сочетание "почерка врачей" и халатности родителей по отношению к лекарственным препаратам.

http://uznews.uz/ru/article/7798

Похожие посты закончились. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: