Сообщество - История болезни
Добавить пост
2 922 поста 3 892 подписчика

Популярные теги в сообществе:

Маммопластика груди

Уменьшение груди = редукционная маммопластика+подтяжка

Моя мечта о маленькой и аккуратной груди сбылась😍 Благодарю любимого супруга за поддержку и вдохновение к написанию истории ❤️

Итак, для начала проконсультировалась у разных пластических хирургов. Мне было рекомендовано сделать узи. После узи молочных желез: диагноз - мастопатия, по несколько небольших кист в каждой груди. Пластическим хирургом было рекомендовано проконсультироваться у маммолога. Изучая сайты клиник, прочитала, что наличие кист является противопоказанием к пластическоой операции. Безусловно это меня расстроило.

Для консультации выбрала маммолога-онколога+пластического хирурга - 1 специалист, совместивший несколько направлений. Оказалось, что все мои тревоги были беспочвены. В моем случае такой диагноз является скорее показанием к редукционной маммопластике, а никак не противопоказанием🤣. После консультации сразу же определилась с датой операции.

Изучая отзывы, читала советы планировать операцию на время отпуска, но мне не хотелось ждать🤩. Но врач сказал, что если работа не связана с физическим трудом, то на 3ий день после операции можно приступить к работе. Поэтому взяла 2 дня отгула на работе и на 3ий день после операции уже трудилась 🌈

До операции необходимо пройти чек-ап: анализы (кровь, определение резус фактора и.д., моча), узи молочных желез. Также прошла для собственного успокоения уздг нижних конечностей (предстоящая операция вызывала волнение, особенно наркоз).
Фото ДО
В день операции нужно было ничего не есть и не пить, т.к. операция под общим наркозом. Немного волновалась конечно, но персонал больницы очень поддержал. На операцию пришла в больницу к 12. С собой нужно было принести купленные ранее противоэмболические компрессионные чулки 1 класса, и компрессионный топ. Фото. Операция началась в 14.30 Завершилась в 18.30. Проснулась в конце операции. Очень хотелось спать дальше и пить, но спать и пить нельзя 2 часа. Вечером сделали уколы: антибиотики+обезболивающее. К 11 вечера самочувствие после наркоза стало чуть лучше - поужинала. С трудом только под утро заснула и очень рано проснулась. Видимо таким образом мой организм отреагировал на наркоз. Утром снова уколы. Затем завтрак. После: осмотр хирурга,обработка швов. Почему-то боль в одной груди была сильнее. И очень помог компрессионный топ. После осмотра хирурга, я отправилась домой.

Рекомендации при выписке: антибиотики 5 дней, гель леотон (гепариновая мазь), бетадин (обработать швы на 5ый день), не мочить грудь (душ ниже талии+гигиена остальных частей тела с помощью влажных салфеток. Физический покой, не поднимать руки выше плеч, тяжести не поднимать и прийти на перевязка через полторы недели. Компрессионный топ нужно носить постоянно и спать в нем. Но без него ощущения болезненнее.

В течении полутора недель после операции была слабость. На 3ий день после операции на работе чувствовала "торможение" :) (все таки наркоз). Еще в течении 2ух недель после операции надевала и носила вещи, которые застегиваются спереди. Про одежду, которая надевается через голову, пришлось забыть. Ещё примерно на через неделю появился зуд в груди - процесс заживления 😂 Внешний вид груди поначалу пугающий, выглядит, да и чувствуешь себя франкенштейном, но на спину нагрузка меньше, легко и с уверенностью расправляешь плечи.

Следующий осмотр хирурга - через 1.5 недели после операции. Сняли фиксирующие швы, обработали швы. Швы после обработки закрыли меньшим количеством пластыря - вид стал чуть лучше, да и чем дольше времени проходит, тем лучше и красивее :)
Рекомендации после перевязки: физический покой, самостоятельная обработка швов после водных процедур, душ можно принят 2 раза в неделю.

Следующая перевязка через 2 недели. Продолжение следует 🤩

Показать полностью
271

Ответ Etery в «Мама»

У меня рак мозга сейчас. Как говорится, что лечение помогает продлить срок жизни, но не вылечивает это. Прожить 5 лет после установления диагноза - большая удача. Но конечно все вокруг делают вид, что я буду жить всегда как здоровый человек.


Как говорится, слоган рака: Никто не знает, чем это закончится, но все продолжают делать вид, что все будет хорошо.


Иногда (особенно утром, после сна) чувствую себя нормально, как обычно, как здоровый человек. И сейчас, после полудня, как чуть-чуть сделала по дому, сразу чувствую слабость и совсем не верится, что я выживу и буду жить дальше, как все мне говорят.

Ответ Etery в «Мама» Детство, Текст, Мама, Истории из жизни, Воспоминания из детства, Ответ на пост, Рак мозга, Рак и онкология
15

Забота о незнакомом человеке

Увидел несколько постов, как абсолютно незнакомые люди проявляют некоторую заботу о других в стенах больниц.
Хотелось бы на этой волне тоже поделиться историей о хорошем случае заботы о незнакомом человеке.

Справка: на момент истории 20 лет, в больницах не лежал, была единственная операция сразу после рождения, так что всё было впервые.

После КТ носовых пазух остались чем-то недовольны и назначили операцию, день Х, я на полном позитиве заселяюсь в 2хместную палату(больница государственная, ни копейки не отдал, потом понял, что повезло, на этаже были и 6местные палаты), познакомился с соседом(тучный мужчина лет 45 с очень серьёзным видом). Ввёл меня, совсем зелёного для больниц, в курс дела, рассказал, что и как, немного поболтали и вот меня уже увозят на операционный стол. Хирургам, анестезиологу, медсестре спасибо за настроение, шутили, улыбались, вместе с ними смеялся. От наркоза очнулся на пару мгновений, когда перекладывали уже в палату, потом ещё раз, когда сосед по палате укрыл меня. Затем уже был в сознании, но не вставал, очень вяло лежал, стал свидетелем как сосед прогнал громко говорящего постояльца из другой палаты, предлагавшему ему рубануть в карты. Окончательно уже очнулся, появилось резкое желание подвигаться, вышел в коридор - получил нагоняй от старшей медсестры, вернули в палату дальше лежать. Сосед к этому времени тоже вернулся в палату, от него тоже получил нагоняй за попытку погулять после операции(часа 1.5 прошло после возвращения меня с операционного стола). Постоянно спрашивал, всё ли у меня нормально, не нужен ли мне обезбол и не позвать ли мне медсестру. На следующий день тихонечко разбудил меня к завтраку, был очень благодарен ему за это. Коротали дни в больнице, играя в карты, рассказывая весёлые истории из жизни. Стоял на стрëме, когда он убегал курить между 1 и 2 этажом какой-то неиспользуемой лестницы в единственную открывавшуюся форточку. Сосед по палате у меня попался очень хороший, всю еду, которую нам передали родственники, мы как-то быстро решили определить общей(сначала просто друг другу предлагали, когда сами ели, потом как-то этот вопрос канул и уже молча сразу делились). Ещё брал карты с собой в больницу(для себя занимаюсь кардистри и немного коллекционированием), после демонстрации фокусов сначала отказывался со мной играть, потом начал в пух и прах выигрывать меня. Что запомнилось о нём: суровый вид, бледно-синие татуировки на костяшках пальцев, игра в карты, цитирую: "Без интереса", и совершенно противоположный по поведению, добрый, весёлый, забавно называл соседей из травматологии " Зомбарями". Потом его выписали раньше меня и уже я принял эстафету некоторой заботы о новом соседе после операции

Ещё было немного непривычно, что я был самый молодой в отделении и старшая медсестра, и женщина из столовой обращались ко мне на "маленький" при любом удобном случае( р. 177, телосложение среднее, но, видать, из-за возраста). Было это примерно так: "Ну, как спалось? Хорошо? Ну, давай моя маленький, побольше тебе каши положу, набирайся сил"

К итогу, тоже имею некоторый негативный опыт с больницами, но этот случай скрасил абсолютно все. Отличный сосед, примеру которого я последовал со следующим соседом, персонал тоже хороший, отношение как к человеку. Если кому важно будет, в очереди на операцию стоял 4 месяца

Показать полностью
8

Подозрение на гепатит С. Часть вторая

В продолжение к первому посту. Подозрение на гепатит С. Пост 1

Я была записана в ИКБ №1 на 31 августа. Меня удивило, что так долго, это почти месяц с момента сдачи анализов.

Чтобы не думать об этом, сходила платно. Знакомый врач сказала, какие именно показатели нужно узнать. Ходила в "Хеликс", если кому интересно. Результат вышел неоднозначный.

Решила подождать анализы из ИКБ. Тут сработал закон Мëрфи, и именно 31-го мне назначили проф. аттестацию на работе. Договорилась забрать дубликаты анализов в другой день.

Итог: проф. аттестацию сдала, а анализ ложноположительный. Другой показатель скачет, поэтому и результат такой вылез.

Мораль: не забывайте, что даже если вероятность успеха мала, она не равна нулю.

UPD: да, быть донором всё равно нельзя согласно какому-то там закону. Но это не главное в такой ситуации.

88

Записки врача-психиатра "скорой". Человеческий облик

Каждые свои выходные, переквалифицируюсь я из врача в поливальщика широкого профиля. В смысле, огород поливаю. Поднадоел уже этот труд, а никуда не денешься: жаркое и засушливое погодное безобразие, даже и не думает прекращаться. Такое чувство, что наша область неуклонно превращается в знойную пустыню. Скоро по песчаным барханам будем на верблюдах передвигаться. Так, из-за своих глупых размышлений, чуть было остановку свою не проехал.

Наркоту получил, пошёл в «телевизионку» - место тусовки свободных бригад. В телевизоре тоскливо завывал один из великого множества безголосых певцов. Не пойму, по какой причине, наши современные песни сплошь стали безмотивными и заунывно-тягучими? Да, безусловно есть и песни, и исполнители хорошие, вот только на телевидении мы их не видим и не слышим.

Самодурство у шефа отступило. Но, поскольку эта болезнь неизлечима, то можно говорить не о выздоровлении, а лишь о ремиссии. А уж насколько долгой она будет, пока никому неведомо. В общем, когда до увольнения закупщиц оставались считанные дни, отменил он своё решение.

Объявили конференцию. После традиционного доклада старшего врача, слово взяла начмед Надежда Юрьевна:

─ Коллеги, напоминаю, что в карточках вы должны обосновывать свои диагнозы. Например, если вы ставите гипертоническую болезнь второй степени, то должны расписать клинику именно второй степени. Вот у меня карточка фельдшера Сумкиной. Она выставила ГБ второй степени. А дальше пишет, что в анамнезе – транзиторная ишемическая атака. Ну так какая же здесь вторая степень? Здесь речь идёт о поражении органов-мишеней, а значит степень – однозначно третья! Кроме того, напоминаю некоторым коллегам, что диагнозы должны быть развёрнутыми. Вот у меня другая карточка. Основным диагнозом фельдшер пишет «ГБ два» и на этом всё! Но, раз уж вы ставите гипертоническую болезнь, то будьте любезны расписать степень артериальной гипертензии, степень нарушения кровообращения, функциональный класс и риск!

Дальше, главный фельдшер Андрей Ильич, прочитал доклад о холере. Да, Андрею не позавидуешь. Не от безделья он с этими докладами выступает, а выполняет волю главного, который на него всю эпидемиологию спихнул. Не понимаю я шефа. Уж если ты экономишь деньги и не хочешь принять эпидемиолога даже на четверть ставки, то хотя бы пригласи профессионалов для учёбы по опасным инфекциям. Там было бы всего-то занятия четыре, уж не думаю, что за них пришлось бы платить какие-то баснословные суммы. Но, господин главный невосприимчив к здравому смыслу. Видимо, обладает он к нему стойким иммунитетом.

Вот и первый вызовок подоспел: травмы головы и руки без кровотечения у женщины пятидесяти восьми лет. Удивляют меня такие вызовы. Нет, не пугают и не напрягают, а именно удивляют. Посылать на такую непрофильщину специализированную психиатрическую бригаду, это всё равно, что поручить инженеру гвозди забивать. Да и по деньгам весьма расточительно. Ведь наш вызов оплачивается ТФОМС намного дороже, чем общепрофильной бригады.

ТФОМС – Территориальный фонд обязательного медицинского страхования.

Встретила нас дочь больной - энергичная молодая женщина:

─ Так, я её дочь, и я юрист! – безо всяких «здрасьте», напористо начала она. – Мама сейчас ехала из поликлиники, автобус резко затормозил, и она упала. У неё перелом руки и сотрясение. Освидетельствуйте её, и я буду исковое готовить!

─ Разумеется, мы вашу маму осмотрим, помощь окажем и в ГИБДД сообщим, а вот освидетельствовать мы не имеем права. Вы, как юрист, должны знать, что этим занимается только Бюро судебно-медицинской экспертизы.

─ Да знаю я, что судебка, но им же меддокументация будет нужна.

─ Да без проблем! Через ГИБДД они могут запросить нашу карту вызова.

─ Понятно. Значит вы ничего не напишете?

─ Ну я же сказал, что всё опишу в карте вызова, а по запросу мы её представим. А ещё мне непонятно, как вы будете готовить иск, если ГИБДД ещё никакой проверки не проводила?

─ Ой, да ладно, хватит уже! Разберусь я без вас!

Разумеется, не стал я пререкаться. Вот только госпожа юрист какая-то загадочная. Чем, интересно, она собралась доказывать свои исковые требования? Хотя, вполне возможно, что юристом она представилась, желая на нас впечатление произвести.

К счастью, у пострадавшей ничего страшного не оказалось. Был не перелом, а повреждение связок лучезапястного сустава. Признаков черепно-мозговой травмы я не углядел. Но, тем не менее, свезли мы её в стационар, сотряс исключить. Ну и исключили, к дочкиному разочарованию. Поинтересовался я у пострадавшей, почему она сразу, на месте, не настояла на вызове гаишников? Но, ничего вразумительного она так и не ответила.

Поедем теперь перевозить больную двадцати пяти лет из психоневрологического диспансера в психиатрический стационар.

Молоденькая доктор Екатерина Николаевна рассказала:

─ Больная у нас шестой год наблюдается с шизоаффективным расстройством смешанного типа. Каждый раз сама просится в стационар. Это у неё уже восьмая госпитализация. Там психотика во всей красе. Да и вообще, с каждым разом негативная симптоматика нарастает.

─ Понял, сейчас пообщаемся.

В фойе к нам подошла чуть полноватая, круглолицая молодая женщина. Одета она была ярко, но со вкусом и не вызывающе.

─ Здравствуйте, я – Жанна Тихомирова! – вежливо представилась она. – А я вот, созрела, чувствую, что мне опять в больницу надо!

─ А почему надо? Что вас беспокоит?

─ Да понимаете, у меня сейчас идёт такой душевный подъем, что я готова горы свернуть! Но во мне ещё есть чувство, что жизнь вот-вот закончится. Вот честно, я готова ускорить этот конец. И это меня пугает. Вдруг, на самом деле, возьму и решусь, а? Поэтому я в больницу попросилась. Ну а потом, мне там нравится, там психотерапия такая классная!

─ А вы очень противоречивы!

– Да, я сама это понимаю. Но, ничего не поделаешь, мы в шоу-бизнесе все такие, противоречивые и сумасбродные!

─ Во как! Вы, значит, вхожи в шоу-бизнес?

─ Да не вхожа, а являюсь его частью. Мы с Федулом Каркаровым находимся в близких отношениях, потом мой молодой человек работает на студии звукозаписи.

─ Так, а вот про Каркарова давайте-ка поподробнее. Вы с ним прямо лично общаетесь?

─ Нет, лично мы всего три раза встречались на его концертах. Мы с ним виртуальную связь поддерживаем, очень тесную.

─ Это как, мысленно, что ли?

─ Не совсем так. Мысленно – это просто мечты и не более. А мы действительно близки безо всяких фантазий. Он меня, можно сказать, ввёл в шоу-бизнес, во все секреты посвятил, мы друг от друга ничего не скрываем. Но уж про наши интимные отношения я ничего рассказывать не буду, иначе это как-то неприлично получится.

─ Разумеется, ни о чём подобном я вас не буду расспрашивать. Жанна, а своё настроение вы как оцениваете?

- Понимаете как… Оно прекрасное, оно бурлит, но вместе с тем и очень тягостно, потому что я не могу ощутить жизнь вокруг. Мне и приятно, и неприятно одновременно.

─ Жанна, то есть получается, что между вами и окружающим миром есть какой-то барьер?

─ Нет, никакого барьера я не чувствую. У меня есть другое сравнение: я как будто мёртвая. Ну это как отношения между миром живых и миром мёртвых.

У Жанны – ярко выраженное шизоаффективное расстройство. Оно представляет собой прочнейшую взаимосвязь шизофрении с аффективными нарушениями ─ изменениями эмоционального состояния в сторону подъёма или угнетения. В случае с Жанной, была смесь мании с депрессией. Что в ней было от шизофрении? Во-первых, это галлюцинаторно-бредовый синдром, выразившийся в виртуальной связи с Каркаровым. Во-вторых – ни с чем не сравнимые шизофренические разлаженность и расщеплённость. Хорошо и плохо. Приятно и неприятно. Прекрасное бурлящее настроение и тягостность. Кроме того, не было в ней живости души и живого участия в беседе. Рассказывала о своём «бурлящем» настроении и душевном подъёме с гипомимичным лицом, монотонным голосом.

Болезни Жанны, как хрустальная туфелька Золушке, идеально подошёл бы диагноз «Шубообразная шизофрения». Нет, эта болезнь непохожа на шубу. Название происходит от немецкого Schub – сдвиг. Здесь имеется в виду личностный сдвиг в худшую сторону. Ведь каждый шуб обязательно привносит частичку дефекта – необратимых изменений личности.

Вот только, к великому сожалению, наше российское здравоохранение давно отдалось серо-обезличенной МКБ-10. При этом, отечественная психиатрическая школа, яркая и богатейшая, оказалась где-то на задворках. А шубообразная шизофрения и не только, как раз из той самой школы.

МКБ-10 – Международная классификация болезней десятого пересмотра.

Ну а теперь на следующий вызов поедем. У мужчины сорока одного года, психоз приключился.

На улице встретила нас заплаканная женщина без единого следочка косметики на измученном лице.

─ Здравствуйте, допился он уже вконец! Вы представляете, целый месяц пил! Месяц! Меня ревновать стал, вот просто ни с того ни с сего, на пустом месте! Скандалил, чуть ли в драку не кидался! Без работы остался, выгнали по статье за пьянку. А куда он теперь устроится с такой-то трудовой?

─ А нас-то зачем вызвали?

─ Да он же всю прихожую топором изрубил! Показалось ему, что мои хозяева к нему пришли и угрожают. В общем, я в продуктовом магазине работаю, продавцом. А хозяева – два брата. Нормальные мужики, не бандиты какие-то, оба семейные. Но ведь этому придурку не объяснишь, ревнует к ним по-страшному! Ну вот, у меня выходной сегодня, я по магазинам прошлась, возвращаюсь, а он совсем одурел! Орёт дурным голосом и топором всё крушит!

─ Последний раз он когда выпивал?

─ Четыре дня назад. Да он ведь не по своей воле прекратил. Блевать начал дальше, чем видит. Полрюмки проглотит и сразу бегом к унитазу.

Вызвал охрану, ждём-с. Кстати сказать, один из читателей, видимо, не умеющий читать, почему-то решил, что ЧОПовцы включены в состав нашей бригады. Так вот, охранники с нами не ездят. Просто «скорая» заключила договор с ЧОП. И теперь по нашим вызовам приезжает не полиция, а группа быстрого реагирования. И это не слабосильные мужички в мешковатой форме, а молодые, тренированные парни. Вызываем мы их не по телефону, а специальной кнопкой в планшете. Но, если имеется явный криминал, например, т-п с признаками насильственной смерти, то, разумеется, мы вызываем полицию.

В скором времени прибыли три богатыря. А затем, ничего страшного не произошло. Дверь была не заперта, а когда мы зашли внутрь, после гэбээровцев, конечно же, то увидели, что больной даже и не думал причинять нам вред. Худощавый, небритый, с голым торсом и в грязных спортивных штанах, он был крайне перепуган и растерян. Охранники хотели было надеть на него наручники, но я не разрешил. Ни к чему это, ведь больной не агрессивен и находится под присмотром. Хм, а прихожая-то действительно вдрызг изрублена!

─ Здравствуй, Игорь! Рассказывай, что случилось?

─ А вы кто такие? – настороженно спросил он.

─ Мы – «скорая помощь».

─ Да, да, всё я понял! Значит Фадеевы вам забашляли, чтоб меня грохнуть? Ща укольчик сделаете и привет?

─ Во-первых, никаких уколов мы тебе делать не собираемся. Во-вторых, кто такие Фадеевы?

─ А вы вон у той <грязное оскорбление> спросите! – показал он на свою супругу. – Это два брата-акробата, хозяева магазина. Они же её <циничное описание интимных отношений>!

─ Так, а ну, прекратил сейчас же! Зачем ты всю прихожую изрубил?

─ Затем, что Славик с Димой меня убивать приходили! Они, видимо, ключ подобрали и зашли бесшумно. А потом, прямо так и сказали, что мы тебя грохнем! Но они какие-то непонятные были, плоские, как на фотографии. Их бьёшь, а не попадаешь. Ну вот, у меня на кухне топор лежал, я метнулся, схватил его, ну и отбился всё-таки.

─ А они сейчас здесь?

─ Да из квартиры вроде свалили, а теперь…

И тут больной, оборвав себя на полуслове, с ужасом на лице, стал тянуть изо рта нечто невидимое.

─ Да <распутная женщина>, проволока! Ща я проколю себе всё! Ну что вы смотрите-то, помогите!

─ Игорь, пойдём в машину, там мы тебе помощь окажем и в больницу свезём.

─ Ага, чтоб вы меня там грохнули, что ли?

─ Игорь, успокойся, ничего плохого тебе никто не сделает.

В итоге, больной согласился и был госпитализирован в наркологию.

У Игоря не было ничего интересного и примечательного. Обычный алкогольный делирий в сочетании с алкогольным бредом ревности.

Разрешили обед. Отлично, едем.

Удивительное дело, на Центре сразу аж шесть бригад, вместе с нашей. Обычно средь бела дня по стольку никогда и не запускали. Ну что ж, тоже неплохо: это значит, что сразу после обеда нас точно не сдёрнут.

И моё предположение оказалось правильным. Как и в прошлый раз, вызов дали уже около пяти. Поедем к женщине шестидесяти трёх лет, которая вены себе порезала, и сама же «скорую» вызвала.

Раненая сама нам открыла и была живее всех живых. Нигде никаких следов крови не видно. Уже неплохо. Квартира неопрятная, давно не видевшая ремонта, вещи разбросаны.

─ Здравствуйте, что случилось?

─ Да вот, надоело мне всё…

─ Ну, показывайте.

Нда… На левом запястье – едва заметные царапки, которыми даже впечатление не произведёшь на окружающих.

─ Ну и зачем вы это сделали?

─ Муж с сыном пьют и безобразничают. Надоели оба. Долг за коммуналку бешеный, а чем платить-то, если они всё пропивают? Всё идет к тому, что выселят нас и на улицу вышвырнут.

─ Ну а смысл какой в том, что вы сделали?

─ А может посадят их? Мне сказали, что есть статья за доведение до самоубийства.

─ Статья-то есть, вот только в этом случае никто никого не привлечёт.

Для формальности, царапки обработали перекисью и даже повязку накладывать не стали. Вот только мне предстояло в полицию сообщить. Да, мы обязаны это делать даже из-за царапин, если они были нанесены с целью самоликвидации. Хотя, конечно же, эта проверка закончится ничем. По одной простой причине: был выбран заведомо неопасный способ ухода из жизни.

Вот и ещё вызов прилетел: психоз у женщины семидесяти семи лет.

Подъехали к добротному частному дому. У калитки встретили нас две женщины: одна постарше, другая совсем молоденькая.

─ Это мы вас вызвали. Я её дочь, а Катя – её внучка. У неё вообще уже кукушка слетела!

─ У кого, у Кати?

─ Ой, да нет же! У моей матери! В общем, как всё получилось. У неё есть ещё и квартира. Мы там ремонтище такой шикарный сделали, кучу денег вбухали. А она взяла и ни с того ни с сего, эту квартиру моей сестре подарила!

─ Ну а мы-то здесь при чём? Мы ж не адвокаты и не прокуроры?

─ А при том, что она дура на всю голову! Представляете, сказала, что мы её обижаем и убить хотим!

─ Ну ладно, сейчас пообщаемся.

Когда мы вошли в дом, увидели опрятную пожилую женщину, вытиравшую кухонный стол.

─ Здравствуйте, Надежда Александровна! Давайте-ка мы с вами присядем и пообщаемся.

─ Ой, батюшки, а вы «скорая» что ли?

─ Да, «скорая».

─ Так я вроде нормально себя чувствую. Это вы, что ли, вызвали? – спросила она у дочки с внучкой.

─ Да, мы! – ответила дочь. – Сейчас тебя в психушку увезут!

─ А ну-ка, прекратите! Пока никто никого никуда не увозит! Выйдите отсюда! Пожалуйста.

─ Надежда Александровна, что вас сейчас беспокоит?

─ Да что… В нашем-то возрасте известно, какие беспокойства: голова, как чугунная, давление иногда подскакивает. Ну а так, по врачам я не бегаю, ничего для себя не требую.

─ А дочка с внучкой к вам как относятся?

─ Ой, последнее время я чувствую, что лишней для них становлюсь. Они уж всё давно решили. Ведь просто так яму копать не будут…

─ Какую яму, скажите поподробнее?

─ Ну какую? Обычную. Вроде как трубу меняли, а на самом-то деле, это для меня знак был. Мол, пора в могилу.

─ Вот поэтому вы и подписали дарственную другой дочери?

─ Ну конечно! А этим-то за что я дарить буду? За то, что они меня обижают?

─ Надежда Александровна, а они за вами ухаживают?

─ Нет, а что за мной ухаживать-то? Чай я не лежачая! Я и в магазины хожу, и дома, и в огороде всё делаю. Они чего-то тоже покупают и приносят, но я ихнего не ем. Ещё подмешают чего-нибудь…

Далее, позадавал я вопросы и выяснил, что Надежда Александровна полностью ориентирована во времени, месте и собственной личности. Да, фрагменты бреда проскользнули, но они не делали Надежду Александровну опасной для окружающих или самой себя. Именно по этой причине, она не нуждалась в экстренной психиатрической помощи.

Дочь и внучка аж в лице переменились, когда узнали, что Надежду Александровну мы никуда не повезём.

─ Да вы не видите, что ли, что она дура дурой? Она же городит незнамо чего! Короче, я поняла, взятка вам нужна, вот и всё! Ладно, я обращусь куда следует!

─ Уважаемая, обращаться вы можете куда угодно, но тогда будьте готовы ответить за свои слова. В суде.

─ Ой, да что вы меня тут пугаете-то?

─ Мадам, я не зеркало, чтоб вас пугать.

Веди она себя поприличнее, то рассказал бы я ей, как действовать. Но объясняться с хамкой – себя не уважать.

Прилетел следующий вызов: болит живот у мужчины тридцати четырёх лет.

В прихожей, страшно перепуганная молодая женщина, пронзительно закричала:

─ Идите быстрей, он умирает!

Больной метался в кровати, по-звериному рыча и завывая.

─ Так, показывай, где болит!

─ Да вот, вся бочина и живот, и поясница!

─ Мочишься нормально? Проблем нет?

─ Чё?

─ Как писаешь?

─ Да сегодня чёт плохо, как-то помаленьку.

Всё понятно. У больного была классическая почечная колика. Камушки расшалились и полезли куда не надо.

Сделали внутривенно ненаркотический анальгетик, внутримышечно – спазмолитик. Больной успокоился, повеселел и в урологию благополучно уехал, от камней избавляться.

Следующий вызов не заставил себя ждать. Поедем на травму ноги у мужчины шестидесяти шести лет.

Открыла нам весьма поддатенькая немолодая женщина:

- Ухахаха! Проходите, вон он под кроватью валяется! Ухахаха!

Да, госпожа оказалась права. Снаружи находились голова с лохматыми пегими волосами и плечи. Всё остальное было скрыто под кроватью.

─ Василий Петрович, ну и как же тебя угораздило-то?

─ А <фиг> его знает, - философски ответила голова.

Мои парни вытащили его и сразу нашим глазам предстало диво дивное: вывих коленного сустава. Не надколенника, называемого в народе «коленная чашечка», а именно вывих самого сустава. Понятно, что врачи-травматологи в своей практике и не такое встречают. А вот ваш покорный слуга увидел воочию впервые в жизни.

Удивительно, но пострадавший как-то не особо страдал от боли. Видимо, хорошую алкогольную анестезию принял. И тем не менее, мы его обезболили качественно, транспортную иммобилизацию выполнили. Ну а потом, в травматологию его свезли. Подчеркну, что не в травмпункт, а в травматологическое отделение стационара.

И на сегодня, этот вызов был для меня последним.

А на следующий день, как всегда, приехали мы на дачу. Потом, когда сели пообедать, пришёл сосед Фёдор. Лицо мрачнее ночи, никаких обычных шуток-прибауток.

─ Господи, Федя, чего случилось? – всполошилась моя Ирина.

─ Беда пришла, откуда не ждали.

─ Федя, да скажи ты по-человечески, что стряслось-то?

─ С Женей моей беда, - ответил он, едва сдерживая скупые мужские слёзы.

─ Фёдор, да мы же её сегодня утром видели, была жива-здорова! – подключился я.

─ Иваныч, а что толку-то? Теперь от неё одна оболочка осталась. Короче, закодировалась она. Раньше-то, как выпьет, так человек. А теперь – дура дурой! И ведь представьте себе, сама закодировалась! Сама! Стервозная стала до невозможности! Подумать только, она теперь меня алкоголиком обзывает!

─ Федя, сволочь ты эдакая! ─ вскричала Ирина. ─ Ты понимаешь, что меня чуть было инфаркт не хватил?! Да тебе и самому-то надо закодироваться! Ведь все мозги уже пропил!

─ Ира, да я, в принципе, могу и без кодировки не пить. Но у меня нет такого принципа.

В общем, всё закончилось тем, что налила ему Ирина. А вот мне запретила категорически. И вдруг вспомнил я утреннюю встречу с Евгенией Васильевной, супругой Фёдора. Что-то мне тогда показалось в ней необычным. И тут внезапно озарение снизошло: ведь впервые за многие годы, я её трезвой увидел! Взгляд у неё был ясный, разумный, человеческий! В общем, порадовались мы за Евгению Васильевну, вернувшую себе человеческий облик.

Все фамилии, имена, отчества, изменены

источник

Показать полностью
103

Записки врача-психиатра "скорой". Беспокойный День знаний

Небесная канцелярия какой-то слишком педантичной стала. Осень включили строго по календарю: первого сентября. Позавчера было пекло жаркое, вчера – комфортные двадцать с небольшим, а сегодня днём выше плюс тринадцати не поднимется. А вообще, каким-то капризным я стал, всё мне не так и не этак. Поэтому, обращаюсь почти официально: уважаемые небесно-канцелярские служащие, не обращайте внимания на моё брюзжание!

Бригада, которую мы меняем, с последнего вызова ещё не приехала, так что, пока наркоту не получаю. Ибо она тоже не приехала.

Нда, в «телевизионке» аншлаг полнейший, ни одного свободного местечка. Ладно, тогда пойду, поболтаюсь.

Объявили врачебно-фельдшерскую конференцию. После доклада старшего врача, слово взяла начмед Надежда Юрьевна:

- Коллеги, ещё раз напоминаю, что все диагнозы мы обязаны ставить в соответствии с МКБ-10. Прекратите уже писать свою любимую «ДЭП 2»! Теперь эта нозология называется «Хроническая ишемия головного мозга». И уж будьте так любезны, обосновывайте этот диагноз! Чтоб не получилось, как у фельдшера эээ… не буду называть. Его спрашиваю, на каком основании ты выставил ДЭП? И что вы думаете он ответил? Да потому что больная - дура! Ну слушайте, это уж вообще дикость какая-то! То же самое касается вегетососудистой дистонии. Эта нозология правильно называется «Вегетативное расстройство» или «Дисфункция вегетативной нервной системы». Короче говоря, чтоб я больше не видела ни «ДЭП», ни «ВСД»!

– Надежда Юрьевна! – поднялся с места врач Дружинин. – Но ведь было бы точнее выставлять соматоформную вегетативную дисфункцию!

– Олег Александрович, всё дело в том, что соматоформная кодируется на «эф» - F45.3, а ставить «эфки» основным диагнозом вы не имеете права.

ДЭП – дисциркуляторная энцефалопатия.

На крыльце нещадно чадили коллеги и что-то весело обсуждали

– О, Юрий Иваныч! – обратился ко мне молодой врач Романов. – Хотите, прикол расскажу? Короче, вчера нас вызвали в третью хирургию, на инфаркт. Да, вот прямо конкретно на инфаркт, без вопросов. Больной пятьдесят с чем-то лет, после ампутации ноги, говорит, что сердчишко кольнуло, но потом отпустило. Экэгэшку сделали – там всё нормально. Да там, судя по жалобам, была обычная межрёберная невралгия! А хирург такой: «Да вы что, как это ничего нет, если у него троптест положительный? Ну а я и спросил: «А ничего, что ему ногу отрезали?».

– Да уж, ситуация занятная! Ну и чего, никуда не возил?

– Нет, конечно. Чё я, дурак, что ли?

Занятность ситуации заключалась, конечно же, не в ампутации ноги. Троптест, правильнее «тропониновый тест», реагирует на сердечные тропонины – белки, содержащиеся в миокарде. При его повреждении, эти белки поступают в кровь. Вот на них-то тест и реагирует. Но, положительный результат возможен и при обширном повреждении скелетной мускулатуры.

Вот и приехала бригада, которую мы меняем.

– Что-то вы загуляли, Анатолий Владимирыч! Вон, времени-то уж десятый час!

– Да ну, Юрий Иваныч, вот прямо зла не хватает! Кардиограф сломался, стал всем подряд одно и то же писать. А последний-то вызов как раз боль в груди, тут без ЭКГ вообще никак. Так и пришлось на себя бригаду вызывать. Правда, ничего там страшного не оказалось. Так что, Юрий Иваныч, берите кардиограф с пункта, а этот – в ремонт.

– Погодите, Анатолий Владимирыч, давайте-ка, сначала глянем, может там демо-режим включён?

– А это чего за фигня?

– Слушайте, я и сам толком не знаю, но это вроде как образец правильной работы кардиографа. Это мне когда-то мастер по ремонту сказал.

Посмотрели и точно, включён этот дурацкий режим! Так что, все обвинения в адрес кардиографа оказались беспочвенными, и он был реабилитирован.

Вот и первый вызов прилетел: психоз у мужчины пятидесяти одного года.

Приехали к древнему двухэтажному бараку. Грязное и вонючее жилище представляло собой яркий образец алкопритона. Двое джентльменов классического алкашеского стиля, встретили нас весело:

– Вон, у Кольки опять «белка»! – радостно сказал один из них, показав на своего коллегу, лежавшего на полу в куче тряпья. – Вчера мерещилось, что братва с района на него «наехала» и предъяву кинула. А сегодня вообще не встаёт, орёт, видать думает, что опять на тюрьму заехал!

Да, судя по тому, что говорил больной, он был полностью дезориентирован:

– Э, командир, мне дачка заехала, давай, тащи уже! Какие запреты, чё ты гонишь?

– Так, уважаемый, а ну, отвлекись немного! Как тебя зовут?

– Кого я сдал? Каких пацанов я сдал, обоснуй!

– Где ты сейчас находишься?

– Мансур, ты попутал, что ли? Когда я из хаты сломился? Я никогда ломщиком не был, я – мужик по жизни! Кто меня…

Нет, обращаться к Николаю было совершенно бесполезно. Ведь находился он в другом, далёком, белогорячечном мире. У него развился так называемый «профессиональный делирий». Но поскольку Николай не имел постоянной работы, то «профессионализм» был заменён на более привычные ему места лишения свободы. Но, как бы то ни было, а такой вид делирия является плохим прогностическим признаком. В самое ближайшее время он сменится мусситирующим или, по-другому, бормочущим делирием. В таком состоянии, на смену внятной, связной речи, приходит непонятное, неразборчивое бормотание. Сознание при этом, конечно же, отсутствует. А дальше, в большинстве случаев, наступает финал не только болезни, но и жизни. Ведь алкогольный делирий – это не банальные «глюки», а сильнейший удар по всем органам и системам. Ну а Николая свезли мы в наркологическую реанимацию.

Кинуть предъяву (жарг.) – обвинить в серьёзном нарушении блатных понятий.

Дачка заехала (жарг.) – принесли передачу.
Сломиться из хаты (жарг.) – попросить перевода в другую камеру. Считается поступком, недостойным порядочного арестанта.

Не успел освободиться, как тут же дали следующий вызов: живот болит у мужчины двадцати девяти лет.

Открывшая нам пожилая женщина, недовольно сказала:

– Проходите. Делать вам нечего, как ко всяким алкоголикам ездить!

Да, интересная реакция со стороны родственников!

Чистенькая, но давно не видевшая ремонта квартира в «хрущёвке». Молодой мужчина в наушниках и ноутбуком на животе, лежал на диване и на первый взгляд, не был похож на больного. Да и на второй тоже.

– Ой, здрасьте! – обрадованно поприветствовал он нас. – А у меня что-то живот разболелся, вот, решил вызвать, а то мало ли?

– А с чего он у вас разболелся?

– Да фиг знает, я вчера селёдки наелся. Может от неё?

– Да ладно, хватит тут языком-то молоть! – не выдержала женщина. – Пить не надо, тогда и болеть ничего не будет! А то селёдки он наелся, трепло несчастное!

– Баб, да что ты всё выдумываешь? Где я пью-то? – возмутился больной. – Я вчера бокал хорошего вина выпил и что я, алкаш после этого?

– Так хорошее-то вино вы с селёдкой пили, что ли? – не удержался я от вопроса.

– Ой, ну нет, конечно! Зачем вы к словам-то придираетесь?

– Тошнота-рвота есть?

– Рвоты нет, а тошнота есть.

– Ну что, в больницу едем?

– Да, конечно, едем! – с радостью согласился он.

– Господи, неужели его вообще нельзя вылечить, а? – расстроенно сказала бабушка. - Ведь я же ему в августе денег дала, чтоб он в наркологичке полежал, «прокапался», а потом закодировался. Так он там прямо в первый же день напился, ну и выгнали сразу.

– Пока сам не созреет, никто его не вылечит. К сожалению. – подвёл я неутешительный итог.

Как и ожидалось, живот при пальпации был совершенно спокойным. Однако болезный старательно воспроизводил клинику острого панкреатита. Симуляция была ярко выраженной. И тем не менее, свезли мы его в хирургию, по принципу «как бы чего не вышло». Но это не означает, что в стационары принимают всех симулянтов. В приёмном сделают ему общий анализ крови, посмотрят диастазу мочи и если всё будет в порядке, то сразу укажут на дверь.

Какова же была цель симуляции? Думаю, что «прокапаться» и из запоя выйти. Ведь на наркологию денег больше нет, а тут бесплатно. Скорее всего, он не понимал, что при панкреатитах и при алкогольной интоксикации, вводятся разные препараты. Да, есть такая категория больных, которые уверены, что капельница – это некое универсальное лекарство, назначаемое при любой болезни.

А теперь поедем на психоз у мужчины пятидесяти шести лет. В примечании сказано, что он во дворе дома психозничать изволил. Вызвала полиция. Видать, решили с нами радостью поделиться.

Во дворе «хрущёвки» царил настоящий праздник, со всей необходимой атрибутикой. Здесь были и зрители, и действующие лица в виде двух полицейских и мужичка, прижимавшегося к стене дома.

– Здравствуйте, что случилось? В чём суть мероприятия?

– Суть в том, что вот этот бармалей держит дом и спасает его обрушения, - ответил один из полицейских.

Героический спасатель грязновато-потрёпанного вида, вёл себя самоотверженно. Было сразу видно, что он не создаёт видимость, а изо всех сил удерживает дом.

– Так, уважаемый, сейчас приехала строительная бригада и поставила крепкие подпорки. Теперь можешь отпускать.

Болезный, недоверчиво посмотрев на меня, отошёл на пару шагов и тут же мгновенно подскочил обратно.

– Не-не, вы чего, он же падает! Не, вызывайте эмчеэсников! Вызывайте быстро, у меня уже сил нет!

– Тебя как звать-то?

– Валера.

– Когда выпивал последний раз?

– Вчера утром.

Ну что ж, дальнейшие уговоры-переговоры не имели смысла. Мои парни оттащили его от стены, надели вязки и увели в машину. А вот господа полицейские, видимо решили в зрителей превратиться. Хотя, вполне могли доставить его в отдел и потом туда нас вызвать.

Когда приехали в наркологию, случилась неприятность. Валера со смехом заявил, что это он просто пошутил. Получалось, что совершенно зря мы его катали и время теряли? И решил я тогда за последнюю соломинку ухватиться. Дайка, думаю, пробу Рейхардта проведу! Взял чистый лист бумаги из своей папочки, показал его Валере и спросил:

– Посмотри внимательно. Что ты здесь видишь?

Тот аж в лице переменился:

– Нет, а зачем вы мне чёрта показываете? – возмущённо ответил он. – Это чё за дела, я не понял? Вы чё, меня чёртом, что ли, хотите объявить? Я никогда чёртом не был и не буду!

Валера разошёлся не на шутку. Хорошо, что был он слабосильным и худощавым, мои фельдшеры с ним быстро справились и положили его на вязки. А окажись он амбалом здоровенным, то последствия были бы весьма серьёзными. В общем, впервые за свою практику столкнулся я со столь бурной реакцией на, казалось бы, безобидную пробу Рейхардта.

Чёрт (жарг.) имеет два значения:
1. Крайне непорядочный человек, не имеющий ни чести, ни совести.
2. Вконец опустившийся человек, грязный, вонючий, отталкивающий. До 80-х годов прошлого века, таких называли «чушками», с ударением на «а».

Эх ты, а времени-то уж третий час! Так, ну на фиг, надо на обед проситься, иначе так и будут гонять до конца смены. Всё, разрешили.

В этот раз, на Центре не было ни одной бригады. Да, значит вызовов полно, все без заездов пашут. Вот только непонятно, откуда такой наплыв? Вроде бы и не выходной, и не праздник, а вот поди ж ты. Нет, День знаний не в счёт, ведь ни одного связанного с ним вызова не было.

Только пообедали и собрались было употребить по дозе никотина, как вызов прилетел. Дали перевозку из психоневрологического диспансера в психоневрологический стационар. Хм, давненько нас так рано не сдёргивали. А мы и расслабились, привыкли к аристократическому послеобеденному сну. Но, темпераментная госпожа Скорая, лени и расслабленности не любит, с ней не забалуешь!

Наша добрая знакомая Луиза Александровна, как всегда, радостно нас поприветствовала:

– Здравствуйте, мои любимые! Ой, а где Толя?

– Толя уж третий месяц на больничном. Он же в ДТП попал на своём чёртовом мотоцикле. Открытый перелом голени. Ему аппарат Илизарова поставили, так что, теперь ещё очень нескоро выйдет.

– Да, печально, конечно. Ну что, больной тридцати лет, параноидная шизофрения с непрерывно-прогредиентным течением. Болен с двадцати одного года. За последний год большую часть времени проводит в стационаре. Дома месяцок побудет и опять в больницу. На днях ухудшился, не спал, стал агрессивным, сексуально приставал к своей сестре. Здесь, в коридоре, пока приёма ждал, чуть драку не устроил.

– Ладно, сейчас увезём. Всего вам хорошего, Луиза Александровна!

Больной, рыхловато-полноватый, с угреватым лицом, сидел рядом с мамой.

– Здравствуйте, что случилось? Что беспокоит?

– Да вот, опять у него всё плохо, – ответила мама.

– Ну а вы, Егор, что скажете?

– Не знаю, у меня каша в голове.

– Мне сказали, что вас «голоса» беспокоят? Правильно?

– Да, правильно.

– Вы их ушами слышите?

– Нет, вот здесь, – показал он на правый висок.

– Они вам что-то приказывают?

– Вон, свет горит.

– И что это значит?

– Освещение хорошее.

– Егор, а из-за чего вы здесь с кем-то поссорились? Мне сказали, что чуть было до драки не дошло?

– Там двое каких-то мужиков обо мне плохо говорили.

– А что они говорили?

– Не, я не буду мат повторять.

– И не надо. Вы бываете дома нечасто и недолго. Всё остальное время проводите в больнице. Вы считаете себя больным человеком?

– Да, считаю.

– А вы больны психически или у вас какая-то другая болезнь?

– Психически.

– А чем психически? В чём это выражается?

– Не знаю, не помню.

– То есть, без больницы вы жить не можете?

– Почему, могу. Я психом становлюсь.

– Психом становитесь дома или в больнице?

– В больнице. Дома у меня всё нормально.

– И всё-таки, как вы считаете, в больницу вас нужно класть?

– Конечно нужно!

– А ещё мне сказали, что вы бываете агрессивным. Это так?

– Ну да, я с матерью и отчимом ругаюсь.

В этом случае, шизофрения с её непременной расщеплённостью, была как на ладони. Егор признаёт себя психически больным, понимает, что нуждается в стацлечении. И даже более того, на вопрос: «Нужно ли вас класть в больницу?», он чётко, категорично ответил: «Конечно нужно!». Но вместе с тем утверждает, что и без больницы мог бы прожить, да и вообще, он там «становится психом». И вдобавок, с великим сожалением нужно констатировать дефект личности.

Егорку увезли, всё отписал, освободился. Вызов не заставил себя ждать: травма руки с кровотечением у женщины тридцати одного года.

Открыла нам сама пострадавшая. Левая рука в области локтевого сгиба, забинтована. На полу – следы крови.

– Я хотела новое зеркало повесить в ванную, а не удержала, и оно мне по руке попало.

– Ладно, давайте посмотрим.

«Ну ты и мастерица сказки рассказывать!» – подумал я, увидев рану. В локтевой ямке был глубокий линейный разрез, а по обеим сторонам – мелкие надрезики. Это говорило о том, что рана нанесена своей же рукой, а не каким-то случайно упавшим предметом.

– И с какой же целью вы это сделали? – поинтересовался я.

– Ни с какой! Это что за вопросы? – возмущённо ответила пострадавшая. – Я же вам сказала, что случайно зеркало уронила! Что вы меня тут допрашиваете?

Ну что ж, она была права. Не вправе мы требовать от кого-либо правдивых показаний. А потому, прекратил я попытки докопаться до истины и, оказав помощь, свезли её в травмпункт, шиться.

Следующим вызовом было ДТП со сбитым пешеходом. Ну что за…! Хотя, ругайся-не ругайся, а ехать надо, ведь это совсем рядом.

Долетели за пару минут. И бесполезно. Погиб мгновенно от травм, несовместимых с жизнью. Выяснилось, что переходил он дорогу по пешеходному переходу на зелёный свет. Но, водитель дорогой иномарки видимо был уверен, что Правила дорожного движения его не касаются. Ладно хоть с места ДТП не скрылся.

А теперь поедем к господину Щепкину, тридцати шести лет от роду, у которого в очередной раз шею «прострелило». Добивается инвалидности из-за остеохондроза шейного отдела позвоночника. Говорит, что стал полностью нетрудоспособным. Утверждает, что и зрение ухудшилось, и руки-ноги плохо работают, и давление повышается то и дело. Вот только объективное обследование не подтвердило ни патологии зрения, ни патологии конечностей. Что же касается повышенного давления, то сама по себе гипертоническая болезнь не является основанием для назначения инвалидности.

Лечился он и в психиатрическом стационаре, в четвёртом, так называемом «санаторном» отделении. Правда, совсем недолго. Как только узнал, что там ему никто не собирался «делать инвалидность», так сразу и выписался. Но не просто так, а с фейерверком, то бишь со скандалом и жалобой в департамент здравоохранения.

Главный персонаж, невысокий, светловолосый, чисто выбритый, был бодр и деятелен.

– Так, я буду запрашивать копию карточки, поэтому, пишите всё, как положено. А то тридцатого августа у меня была шестнадцатая бригада, так они там почти ничего и не написали!

– Что вас беспокоит?

– У меня опять «прострел» в шее, ничего делать не могу. И ещё давление снова подскочило, сто шестьдесят на девяносто и пульс девяносто.

Ну что ж, сделали ему нестероидный противовоспалительный препарат внутримышечно, под язык дали ингибитор АПФ с бета-блокатором. Думал я на этом распрощаться с господином Щепкиным, но от него разве так просто отделаешься?

– А, да, самое главное: не забудьте написать, что у меня всё из-за остеохондроза!

– Такое я однозначно не напишу, потому что не вижу взаимосвязи.

– Ну хорошо, тогда с меня жалоба!

– И вам всего хорошего!

Ладно, хоть воспитанный, не хамит, слюной не брызжет.

Да что ж сегодня все, как с цепи сорвались? Ведь вызов за вызовом, без передышки! Какое-то нездоровое начало календарной осени. Теперь поедем на ранение мошонки с кровотечением у мужчины пятидесяти девяти лет.

Дверь приоткрыта, в прихожей свет.

– Хозяева! Есть кто-нибудь? – крикнул фельдшер Гера.

– Ееесть, проходите! – отозвался слабый голос.

На диване лежал бледный голый мужчина с зажатой между ног тряпкой.

Нет, расспрашивать о случившемся пока неуместно, не в том он состоянии. На мошонке – колото-резаная рана, которая несильно, но подкравливает. Давление сто на семьдесят, пульс сто пятнадцать.

Обезболили его наркотиком, наладили капельницу с вазопрессором, туалет раны произвели, повязку наложили. И вот, пострадавший ожил, стал поактивнее. Теперь можно и расспросить его:

– Что случилось-то, кто вас так?

– Да ну, стыдно сказать… Ладно, короче, сегодня жена в деревню уехала до субботы. Ну а я взял и подругу привёл. Мы это самое сделали, я в душ пошёл, Любка в спальне осталась. И вдруг эта собака бешеная своим ключом дверь открыла и ворвалась! Меня, безо всяких слов, кааак ткнёт ножом прямо в <народное название тестикул>! Я думал, она Любку вообще зарежет, но нет, даже пальцем не тронула! Мне и больно-то и кровища течёт, а эта тварь орёт про развод и угрожает меня бомжем сделать! Потом прооралась и ушла куда-то. Да и чёрт бы с ней, вот только как я без <тестикул-то> теперь буду?!

Да, прямо как в песне получилось: «Любовь нечаянно нагрянет, когда жену совсем не ждёшь». После этого, увезли мы героя интимного фронта в урологию, боевое ранение залечивать. А вообще, правильно говорится: мудрость не всегда приходит с возрастом. Бывает, что возраст приходит один.

Вот на этом и завершилась моя полставочная смена. Хотя, конечно же, не сразу она завершилась. Сначала сообщение в полицию передал, потом наркотик, истраченный на обезболивание, списал, переоделся. Так и накопились сорок минут переработки. Но, не стал я её оформлять, неуместной была бы моя принципиальность. Ведь не только наша бригада, а все пахали на равных, и никто филонил. Да, беспокойным выдался этот День знаний, а уж по какой причине, так и не удалось мне дознаться.

Все фамилии, имена, отчества, изменены

источник

Показать полностью
56

Одни сражаются до последнего, а другие сразу опускают руки

Этот пост  не про всем известные события.


У меня есть пациент с опухолью мозга, прошедший несколько курсов химиотерапии. С эпилепсией, которая развилась на этом фоне.

Он продолжает работать, ремонтируя квартиры. Зарабатывает на жизнь себе и семье. Спокойный, добродушный человек.


Есть пациентка 60+, у неё сначала нашли серьезное аутоимунное заболевание сосудов мозга, которое требует пожизненной терапии.

Потом она сломала руку, после неправильно наложенного гипса у неё развился неврит срединного нерва. Пришлось делать нейрохируроическую операцию.


Я за все время нашего общения ни разу не слышала жалоб на судьбу, плохих врачей, тяжёлую жизнь. Она продолжает работать и с ней очень приятно общаться.


Но встречаются и пациенты, которые при небольших проблемах спорят, ругают врачей, требуют немедленно их вылечить, считают, что им сильно не повезло. Опускают руки, даже не стараясь изменить привычки, которые привели к болезни.


Первые вызывают безмерное уважение.


Со вторыми приходится долго работать, пытаясь сдвинуть с места. Скажу честно, не всегда получается.


А вам в жизни какие люди чаще попадаются?



Показать полностью
152

Записки врача-психиатра "скорой". Чудесная смена

Эх и холод с утра завернул: плюс три всего! Пока на остановке стоял, подмёрз основательно. Надо было супругу послушать и тёплую куртку надеть, так нет же, взял и в лёгкую ветровку вырядился. Да, что-то раненько предзимье наступило. Хотя, вроде потепление обещают. Ну что ж, поживём-увидим.

─ О, Юрий Иваныч, вы прям, как Дед Мороз, с красным носом! – сказал фельдшер Панов.

─ Вот только неправильный я Дед Мороз: мало того, что раньше срока припёрся, так ещё и без подарков!

И тут случилось нечто сюрреалистическое и неподдающееся осмыслению. Проходившая мимо пожилая фельдшер Матвеева, сказала: «Во!» и показала мне оттопыренный средний палец. А ведь доселе, Вера Васильевна была интеллигентнейшей женщиной, даже слова …опа не имевшей в лексиконе.

─ Ну и как это понимать? – спокойно поинтересовался я.

─ Да как, палец порезала об разбитую ампулу!

─ А, вот теперь понятно! Ну и замечательно!

─ Нет, я не поняла, а что здесь такого замечательного? Вы какой-то странный, Юрий Иваныч!

─ Вера Васильевна, простите, пожалуйста, но я сперва решил, что вы мне неприличный жест показали!

─ Ну тогда вы не странный, а очень испорченный! – укоризненно сказала она и улыбнулась.

Объявили конференцию. Ладно, пойду, послушаю.

Посла традиционного доклада старшего врача, слово взял главный:

─ Коллеги, у меня для вас радостная весть! Выписался наш всеобщий любимец Вершков, без которого мы все очень скучали! И сейчас я зачитаю вам его жалобу. И так: «Восьмого сентября, я вызвал себе «скорую помощь», потому что у меня распух мозг и прекратилось кровообращение. Ко мне приехали мужчина и женщина с лицами, как у фашистских палачей. Они мне сделали ядовитый укол, от которого у меня перестали работать сердечные клапаны и сгорело правое мозговое полушарие. Требую отдать под суд этих убийц, садистов, негодяев и извергов!». И ещё тут написано, что эти жалобы он разослал в прокуратуру, полицию, ФСБ и Следственный комитет. Вот, как-то так, уважаемые коллеги.

─ Опять он глумиться начал! – возмущённо воскликнула фельдшер Тихонова. - Ну неужели с ним ничего нельзя сделать, а?

─ Можно, сейчас родственники оформляют его в интернат.

─ Ооо, это дело нескорое. Пока его оформят, он так и будет безобразничать, ─ недовольно ответила Тихонова.

─ Ну а что ещё? Госпитализировать его против воли нельзя, потому что он ни для себя, ни для окружающих опасности не представляет. Во всяком случае, с топором не бегает. Коллеги, если вопросов больше нет, то всем спасибо!

Этому шалуну-затейнику пятьдесят один годик. Он страдает, а может и наслаждается шизофренией в совокупности с органическим поражением головного мозга. Виктор Сергеевич неодинокий, не брошенный. Живёт с сестрой в благоустроенной квартире. И главный врач здесь полностью прав: оснований для недобровольной госпитализации нет. Теоретически, конечно, можно усмотреть в его действиях заведомо ложный донос и обратиться в полицию с заявлением о применении принудительных мер медицинского характера. Вот только судебная перспектива такого дела представляется весьма сомнительной.

Возле крыльца, что-то со смехом обсуждали коллеги.

─ Юрий Иваныч, хотите прикол? – обратился ко мне фельдшер Белов. – У нас на третьей подстанции живёт кот Стёпка. Рыжий, крупный такой, классный котяра! А в позапрошлую смену пришёл дворник и сказал, что там на обочине Стёпка лежит, мёртвый. Видать, машиной сбило. Мы прибежали, смотрим - точно он! Принесли его на подстанцию, завернули в одноразовую простынку и похоронили. Причём, с почестями: сирену включали. Женщины всплакнули. А в прошлую смену, что вы думаете? Настоящий Стёпка вернулся!

─ Ну значит долго жить будет ваш Степан!

Вот и первый вызов прилетел: человеку плохо, причина неизвестна, восемьдесят шесть лет. Хм, Коновалов Фёдор Григорьевич… Откуда же я его знаю? Нет, это не ложное узнавание. О, вот теперь вспомнил – это же бывший завкафедрой функциональной диагностики Института последипломного образования! Давно, лет двадцать назад, он у нас на «скорой» учёбу проводил по ЭКГ-диагностике. Помню до сих пор его любимый клинический случай атипичного инфаркта миокарда, выразившегося в головной боли.

Дверь открыла немолодая приятная женщина и удивлённо-растерянно спросила:

─ Ой, а вы к кому?

─ К Фёдору Григорьевичу.

─ А кто вас вызвал-то?

─ Написано, что сам. А что, ему уже не плохо?

─ Коллега, я его дочь, врач-невролог. У него сосудистая деменция. Соматически он неплох для своего возраста, а вот психически… Когнитивные нарушения грубейшие. Меня-то ещё узнаёт, а вот моего мужа и внука, бывает, что не всегда. Хотя, как ни странно, кардиограммы читает отлично. Мы пробовали телефон ему не давать, так он знаете, как ругается! Вон он в своей комнате, сидит, чаёк попивает. Проходите, поговорите с ним.

Да, действительно, сидит в кресле с книгой, рядом кружка стоит.

─ Здравствуйте, Фёдор Григорьевич! Что случилось?

─ О, приветствую вас, Александр Петрович! – обрадованно протянул он мне руку. – Как вы, как сынок?

─ Фёдор Григорьевич, прошу прощения, но я не Александр Петрович. Мы – «скорая помощь», вы нас вызвали. Что вас беспокоит?

─ А, да-да, ведь ваш главный врач попросил занятия провести по электрокардиографии! Вы присядьте, пожалуйста, сейчас Татьяна Фёдоровна вам кофейку сделает. А я быстренько пособия соберу и поедем! Но, я надеюсь, что обратно вы меня увезёте?

─ Господи, папа! – не выдержала дочь. – Какие занятия? Ну зачем ты скорую-то вызвал? Перестань, пожалуйста!

─ А чего такое, Танюш? Чего случилось? Я ведь только консультацию проведу и всё, а потом поедем к бабушке!

─ Ну ладно, Фёдор Григорьевич, мы вас искренне благодарим, ваша консультация нам очень помогла!

─ Владислав Николаевич, обращайтесь в любое время, всегда рад!

Да, вот такая дрянная штука эта сосудистая деменция, а проще сказать, приобретённое слабоумие. В её основе лежит массовая гибель нервных клеток из-за недостаточного кровоснабжения головного мозга. Грубо говоря, от голода они умирают. Наиболее частой причиной является атеросклеротическое поражение сосудов головного мозга.

Мне неоднократно задавался вопрос, можно ли предупредить развитие деменции интеллектуальными упражнениями? Да хотя бы, например, разгадыванием кроссвордов? Так вот, здесь на первом месте стоит медикаментозная терапия, направленная на улучшение мозгового кровообращения и восстановление нормальных когнитивных функций. К сожалению, ничем другим это лечение заменить нельзя. Иначе мозг может серьёзно обидеться. Скажет, да что же это за издевательство? Я тут от голода загибаюсь, а мне вместо еды какие-то игрушки подсовывают! Нет, отказываться от интеллектуальных тренировок ни в коем случае нельзя. Просто они должны проводиться не вместо лечения, а параллельно с ним.

Только освободился и сразу следующий вызовок получил: перевозка тридцатилетнего больного из психоневрологического диспансера в психиатрический стационар.

Врач-психиатр Игорь Владимирович рассказал:

─ Шизотипическое расстройство, больной инвалид детства. С четырнадцати лет бродяжничает. Последний раз аж в Красноярск умотал, а родителей не предупредил. Представьте себе, уехал, никому ничего не сказал и пропал на два месяца! Его уже в розыск объявили, а он взял и появился! Сюда пришёл по настоянию родителей, потому что никому житья не даёт, скандалит, придирается ко всему, стал угрожать расправой.

─ Понял, сейчас увезём.

Больной, хоть и опрятно одетый, выглядел каким-то потрёпанным. Сколько раз зарекался не беседовать с «перевозочными» больными, но не могу отучиться. Что-то претит мне превращаться из врача в извозчика.

─ Здравствуйте! Артём, что беспокоит? Жалобы есть?

─ Нет никаких жалоб, - сквозь зубы ответил он.

─ Артём, скажите, пожалуйста, а почему вы из дома уходите?

─ А вы вот у этих спросите! – кивнул он на сидевших в отдалении родителей.

─ И как это понимать? Они вас выгоняли, что ли?

─ Нет, прямо не говорили, но давали понять, что я для них обуза. Вот почему-то братцу моему, алкашу конченному, они ничего не высказывают. А меня решили опять закрыть в больнице.

─ Мне сказали, что вы конфликтуете.

─ Нет, ну как… Просто я человек прямой, если мне что-то не нравится, я говорю прямо в лоб, не стесняясь.

─ Ну а почему вы выбрали именно Красноярск?

─ Да я особо-то и не выбирал. Так, спонтанно получилось.

─ А вы, прежде чем куда-то отправиться, что-то читаете, собираете информацию о городах?

─ Нет, а зачем? Географию я знаю, в школе у меня «пятёрка» была.

─ А как же вы туда добирались, ведь Красноярск всё же не ближний свет?

─ До Москвы на поезде, а оттуда на электричках. А вот раньше, я мог и по шестьдесят километров в день пешком проходить.

─ Дааа, вы серьёзный путешественник! А вы в одиночку путешествуете? С кем-то знакомитесь?

─ Нет, конечно. Ещё не хватало на криминал нарваться! Только в гордом одиночестве и никак иначе.

─ А в других городах вы обращали внимание на достопримечательности? Вот, например, в Красноярске?

─ Да, там ГЭС очень мощная.

─ Ну вы хоть пофотографировали?

─ Нет, как-то даже и не думал об этом.

Диагноз Артёма – шизотипическое расстройство, был полностью оправдан. Кто-то может возмутиться, мол, как же получается, всех, кто любит путешествия и перемену мест, нужно объявлять психами, что ли? Нет, ни в коем случае! Ведь настоящий путешественник, отправляясь в новые края, непременно поинтересуется ими хотя бы для того, чтоб свести к минимуму всевозможные неприятности. Кроме того, побывав где-то впервые, человек не только от души нафотографирует, но и обязательно поделится впечатлениями. А вот Артём монотонен, абсолютно неэмоционален, и только глубоко посаженные глаза смотрят зло, настороженно. Ни о каких впечатлениях даже и речи быть не могло, поскольку не ради них он путешествовал. Цель его была другой: уход не только от общества, но и от самого себя, от собственных проблем.

Уважаемые коллеги могут поинтересоваться, а почему бы не диагностировать гебоидную шизофрению? Ведь больной же бродяжничал? Да, он действительно бродяжничал, но при этом, не знался с маргиналами, не совершал антисоциальных проступков, не употреблял психоактивные вещества. Ну и наконец, постараюсь ответить ещё на один вопрос: почему именно шизотипическое расстройство, а не шизофрения? По одной простой причине: у Артёма не было психотики: бреда, галлюцинаций, расстройств сознания и двигательных нарушений. Однако присутствовала иная шизофреническая симптоматика: расстройство эмоций, странноватое поведение, холодность, социальная отгороженность. Да ещё и шизофреническая разлаженность явственно чувствовалась.

Гебоидная (гебефреническая, гебефренная) шизофрения отличается антисоциальными установками, крайним негативизмом, бессмысленной оппозицией к общепринятому образу жизни, противопоставлением себя обществу. Кроме того, такие больные зачастую демонстрируют дурашливость и детское повеление. Но, это не безобидная весёлость, а холодная злобность.

Следующий вызов ждать себя не заставил: ранение шеи с кровотечением у мужчины тридцати четырёх лет. И охватило меня очень нехорошее предчувствие. Точнее сказать, явственное чувство грядущей …опы. И спорить бесполезно, ведь мы – ближайшая свободная бригада. Чёрт его дери этот мой скоропомощной сертификат!

─ Володя, давай включай светомузыку! – обратился я к водителю.

─ Да ладно, Иваныч, чего случилось-то? – спросил он с таким изумлением, словно я потребовал в космос полететь.

─ Володя, там ранение шеи с кровотечением. Включай, тебе сказали!

─ Ой, да ладно, Иваныч, они там понапишут. Приедешь, а там несчастная царапина, – скептически ответил он, но всё же послушался.

Долетели меньше, чем за пять минут. Добротный двухэтажный коттедж. Калитка открыта. Со двора слышится громкий женский крик и плач. Подбежали и видим ужасную сцену: перед лежащим на земле мужчиной, на коленях стоит молодая женщина, трясёт его за плечи и пронзительно кричит:

─ Паша, Паша! Ну не надо, Павлик, не умирай, пожалуйста! Не умирай, не оставляй меня, ну пожалуйста!

Сознания нет и в помине. Справа на шее, в проекции сонной артерии, линейная рана, без признаков продолжающегося кровотечения. Зато, кровь везде вокруг. Давление шестьдесят на ноль. Так, быстро лить, лить и лить. Эх, хорошо сказать «быстро»! Надо сперва венозный доступ обеспечить. А вот тут проблема: без давления-то вены ушли, попрятались. Но вот, наконец, подкололись мои парни. А что толку? Давление по нолям и вот она, клиническая смерть! Начали реанимацию, хотя сразу было понятно, что все наши старания бесполезны. Почему понятно? Да потому что пострадавший потерял большую часть крови, а без восполнения её объёма, реанимация заведомо безуспешна. Какой смысл теребить пустое сердце? Всё, законстатировал.

Новоявленная вдова рассказала, что Павел чего-то пилил «болгаркой», диск лопнул, и один из обломков попал в шею сбоку. Он его выдернул и тут же началось сильнейшее кровотечение. Испуганный и растерянный, Павел стал бегать и метаться, но в конце концов упал, потеряв сознание. И если б не вытащил он этот обломок, то глядишь и жив бы остался. Но, от моих если бы, да кабы, уже ничего не изменится.

Так, ну что, в принципе, можно бы и пообедать. Однако мои принципы диспетчеру были неинтересны, и она пульнула ещё вызов. Поедем на психоз к женщине семидесяти лет. Вызывает фельдшерская бригада.

Фельдшер Светлана Конева стала самостоятельно работать недавно, психическое расстройство встретила впервые, а потому, была несколько растеряна.

─ Вот, Юрий Иваныч, поговорите с Анной Васильевной. Повод к вызову был «болит живот», но она утверждает, что на неё кто-то воздействует. А кстати, с животом всё нормально!

Больная в неопрятном халате, со спутанными седыми волосами, только и ждала, чтоб ей, наконец-то, дали слово.

─ Сейчас я вам всё расскажу подробно. Ещё на прошлой неделе я почувствовала, как на меня кто-то начал воздействовать. Лежу и вдруг чувствую, что меня всю наэлектризовоали! Подошла к зеркалу, смотрю, а у меня из глаз искорки полетели! Ну знаете, когда одежду снимаешь, а она искрит и потрескивает? И тут так глаза стало резать, слёзы потекли! Ну, думаю, сейчас ослепну! Быстрей промыла прямо под краном и потом, гляжу, всё прошло. Тут уж я поняла, что на меня магнитным полем воздействуют. Потом во всей квартире такая вонь страшная появилась, как будто жжёной резиной! Чувствую, что сейчас задохнусь, все окна пооткрывала и быстрей к участковому побежала. Да разве его застанешь? Поехала в отделение. Там со мной очень серьёзный мужчина поговорил. Сказал, чтоб не волновалась, они всё знают и у них всё под контролем.

─ Понятно. Ну а сегодня и вообще, в эти дни, на вас кто-то воздействовал?

─ Конечно! Теперь мне начали на желудок воздействовать. Сегодня я почему и вызвала «скорую», потому что почувствовала, как желудок раздувается. Удивляюсь, как он не лопнул! Ну а потом, эта электризация так и не проходит. С глазами, правда, всё нормально стало, но само-то электромагнитное поле я чувствую. Ведь я же по образованию инженер- энергетик, уж поверьте, я знаю, что говорю! И эта вонь продолжает появляться. Так ведь они же стали за мной на машинах следить. Вчера только подошла к магазину, смотрю, машина фарами моргнула. Потом уже у дома, опять моргнула!

─ Анна Васильевна, а они с вами никак не общаются? Ничего вам не говорят?

─ Нет, никто ни слова.

─ А вы не думали, кто это может быть?

─ Нет, не думала и не хочу. Мне нужно чтоб меня просто оставили в покое!

─ Ну а не старались понять, зачем им нужна одинокая пожилая женщина?

─ А чего тут понимать-то? Хотят квартиру мою отнять, вот и всё понимание!

─ Анна Васильевна, я вам предлагаю поехать полечиться. Сами вы с этой бедой не справитесь.

─ Ой, так как же я квартиру-то брошу?

─ Вы её и не бросите, просто запрёте и всё.

─ Ладно, только давайте я сейчас сестре позвоню, попрошу, чтоб приехала.

Вопреки строжайшему распоряжению главного, пробыли мы на этом вызове аж полтора часа. Да, вот такая наша бригада, в конец обнаглевшая. Ну а что делать? Анна Васильевна до приезда сестры категорически не желала никуда ехать. А просто взять и уйти, я не мог себе позволить. Ведь надеяться «на потом» было нельзя: неизвестно, не передумает ли она лечиться. Ну а без помощи, с огромной долей вероятности, её заболевание может окончиться весьма плачевно. Итогом будет смерть, но не телесная, а личностная.

Что же такое было у Анны Васильевны? В документации поставил я ей галлюцинаторно-параноидный синдром. Но, разумеется, этот диагноз не был окончательным. По моему скромному мнению, здесь имел место функциональный психоз Майер-Гросса, особенный вид сенильных, проще говоря, старческих психозов. Чем он хорош, так это своим прогнозом. При своевременно начатом лечении, психическое состояние быстро приходит в норму. Вот по этой-то причине, я столь страстно возжелал госпитализации Анны Васильевны.

Этот психоз, конечно же, нужно дифференцировать с поздней шизофренией. Но, не возникло у меня чувства этой болезни. Анна Васильевна не была монотонной, все её эмоции живые, полностью адекватные переживаниям. Не ощутил я в ней разлаженности, закрытости, недоступности. Ну и в качестве итога, повторю сказанное многократно: решающее слово в диагностике остаётся за коллегами из стационара. Одна читательница как-то спросила, а почему же вы сами не можете диагностировать? Да по одной простой причине: психиатрические диагнозы крайне серьёзны, основательны и тяжеловесны. Они могут оказать глобальное, революционное воздействие на всю последующую жизнь пациента. Именно поэтому, такие диагнозы нельзя рисовать лёгким росчерком пера, мимоходом.

Ну вот, наконец-то разрешили пообедать. А на Центре-то жизнь кипит и ключом бьёт! Бригад так много, что и не сосчитаешь! Чудеса чудесные! Это получается, что вызовов почти нет. Сколько ни старался, но так и не смог найти причину наплыва и спада вызовов. Вот, как раз старший врач Александр Викентич подымить вышел.

─ Викентич, слушай, это что за дела-то? Ты посмотри, ведь почти все бригады на Центре!

─ Иваныч, и сам не понимаю, как так получается: то густо, то пусто. Никак я эту закономерность не уловлю!

─ Во-во, и я тоже!

Первым делом, сообщение в полицию передал по смерти от «болгарки». Потом пообедал. Ну а дальше, по обыкновению, принял горизонтальное положение. И, как оказалось, весьма продуктивно: почти до пяти часов проспал. Нет, разбудил меня не вызов, а фельдшер Герман:

─ Иваныч, подъём! Вы что, спать сюда пришли? И вообще, где ваша совесть?

─ Эх, Гера, я свою совесть в третьем классе на жевачку променял!

Да, Герман, конечно же, правильно поступил: излишний, да ещё и несвоевременный сон, идёт только во вред. А вызов дали только в половине шестого: психоз у женщины шестидесяти семи лет.

Подъехали к старому бревенчатому частному дому. У калитки встретили нас мужчина и женщина.

─ Здравствуйте, я её сын. Она мне позвонила, сказала, что какой-то мужик под столом сидит и не вылезает. И мужик-то, говорит, необычный, а с четырьмя руками! В общем, допилась она.

─ Давно пьёт-то?

─ Да всю жизнь. Но раньше-то, когда работала, всё-таки меру соблюдала. А как на пенсию пошла, так вообще начала в три глотки. Каждый день то пьяная, то с*аная. Обижается, что внук к ней не ходит. А чего ему тут делать-то? На пьяную рожу любоваться, что ли?

Больная встретила нас с радостным удивлением:

─ Ооо, никак «скорая» приехала! Идите-идите, посмотрите на этого красавца! Как он туда запоролся-то?

─ Ну и где он?

─ Да что вы, ослепли, что ли? Давайте я вам фонариком посвечу? Нет, вы лучше скажите, почему у него четыре руки-то, а? Может он инопланетянин какой?

─ Так, Нина Евгеньевна, поедемте в больницу, а мужика этого мы потом выгоним.

─ Нет, стоп, а кто вас просил его выгонять-то? Сначала надо проверить, сколько у него членов. И если не один, так я его себе оставлю!

─ Хорошо, договорились, давайте, собирайтесь уже!

─ Дык, а зачем в больницу-то?

─ Надо, надо, Нина Евгеньевна! Обследуетесь, здоровье поправите.

Ну что тут сказать? Допилась болезная до делирия. Свезли мы её в наркологию. Вот только уже заранее известно, что от лечения никакого толка не будет. Нет, из делирия-то её выведут, а вот алкоголизм с его физической и психической зависимостью, никуда не денется. И ненужно быть пророком, чтобы предсказать недолгую последующую жизнь Нины Евгеньевны.

И как оказалось, на сегодня этот вызов был для меня последним. Эта смена прям какой-то чудесной получилась!

А на следующий день… Небось думаете, что начну в сотый раз повторять про дачу и лес? А вот и нет! Рано утром проснулся я от жутчайшей зубной боли. Подбежал к зеркалу и в ужасе отшатнулся. Из страшного зазеркалья, на меня уставилась кошмарная гнусная рожа. Отёк был мощным, качественным. И вот тут я запаниковал. Нет, не из-за своей внешности, а от того, что больные зубы находились под коронками, на которые надеваются протезы. Ну, думаю, теперь предстоит удаление и новое протезирование. А это катастрофа натуральная! Да тут ещё и супруга масла в огонь подлила:

─ Ой, Юра! - вскрикнула она. – Что с тобой случилось-то?

─ Ты, Ира, не переживай, я осенью завсегда в вурдалака превращаюсь. Так что, теперь ты будешь называться «вурдалачихой». Нет, ну временно, конечно.

─ Юра, ты совсем дурак, что ли?

─ Да, Ира, у меня и справка имеется!

Хочешь-не хочешь, а нужно ждать, как минимум, до восьми часов. Принять бы антибиотик, так ведь нет ничего. В аптечке всякая ерунда валяется. Ну да, вот он, классический пример сапожника без сапог. А потом меня осенило! Дайка, думаю, позвоню Алексею Андреевичу, стоматологу, который мне, в своё время, зубы ставил. Хотя и не надеялся, ведь времени прошло много, вполне возможно, что и уволился он оттуда. Но, к великому счастью, мои опасения не оправдались. Ответил он и велел прийти к десяти.

Оказалось, что всё не так уж и страшно. С правой «четвёрки» снял он коронку, распломбировал и канал почистил. Потом хороший разрез сделал для оттока отделяемого. Ну а далее, купил я антибиотик, антигистамин длительного действия, антисептик для полосканий, ну и, конечно же, нестероидное противовоспалительное средство. Несмотря на интенсивное лечение, всё это безобразие держалось долго. Взял я больничный. Ну а куда деваться? Какой из меня работник в таком-то состоянии? Но, в конечном итоге, всё прошло. Почти. Во всяком случае, рожа вновь стала лицом. Ну а катастрофы с повторным протезированием не случилось. Всё обойдётся малой кровью: когда воспаление полностью уйдёт, канал запломбируют и потом изготовят новую коронку. Так что, ещё поживём и поработаем! И вообще, жизнь продолжается!

источник

Показать полностью
Отличная работа, все прочитано!