Сообщество - Армейский юмор
Добавить пост
425 постов 3 545 подписчиков

Популярные теги в сообществе:

Капустка

Капустка Картинки, Капуста, Юмор
Показать полностью 1
143

Имя, мне нужно его имя...

Имя, мне нужно его имя...
6097

Опять про мобилизацию

В деревне два соседа. Оба служили в армии срочку, примерно в одно время. Один танкист другой в РВСН. Тот который служил в РВСН получает повестку. Ну сели они вдвоем, бухнули по этому поводу. Танкист спрашивает
- Диман, как так? Я танкист, мне повестка не пришла, а ты в РВСН служил, тебе прислали?
Ну тот, засадив стакан, с пьяным акцентом и отвечает:
- Серега, там походу танки уже нахуй не нужны!

Опять про мобилизацию Армия, Юмор, Мат, Мобилизация, Демотиватор
202

Генерал Джек Воробей

8177

Птицу видно по полету

Когда я учился в военном училище, у меня в роте был один командир взвода, которого прозвали "Вертолет" за то, что он был шустрым, постоянно куда-то спешил, торопился. Взводный, конечно, знал о своей кличке и это ему не нравилось. Однажды он зашел в канцелярию и обратился к командиру роты:

— Товарищ капитан! Меня в роте "Вертолетом" называют, обидно, сделайте что-нибудь.

— Хорошо, товарищ лейтенант, подумаю.

— Ну тогда я полетел?

47

Непридуманная история одного сибиряка. 7 year storm или как я...попал на багамы. Часть 2

«Шторм»

Начало

В июне 2014 я в очередной раз созваниваюсь с отцом и узнаю - сгорел наш дом. Благо родные не пострадали, но сгорела вся скотина, имущество почти полностью пришло в негодность. Сгорела крыша и почти полностью обвалилось потолочное перекрытие. Горело ярко и жарко - вдобавок пострадали и соседи. Поскольку дом был двухквартирный – один из соседей пострадал от пожара-залива особенно сильно. По большому счету у нашей половины уцелели только кирпичные стены. Соседа тупо залили.

Когда я узнал новости – пришло понимание: возвращаться то мне особо и некуда, все планы в очередной раз накрылись п***й: сгорел и весь купленный мной инструмент, за исключением одного мощного электроотбойника – по счастливой случайности его сдали в аренду. Как впоследствии говорила мать – сдача огромного отбойника в прокат нуждающимся потом здорово им с отцом помогала не сдохнуть с голода.

В голове крутился калейдоскоп не самых приятных мыслей. Хотелось помочь родным – а как? Думал пару дней. В итоге обратился к нач. штаба – он был моим непосредственным руководителем, и объяснил ему ситуацию – мне вроде как положен отпуск на 2 недели – смотаться домой, с дорогой в обе стороны выходил месяц. Он ничего внятного не ответил. Прошло еще 2 недели и я, видя, что дело нифига не двигается, пошел к командиру дивизиона. Он обещал узнать что-то по моей ситуации в полку – и я от него отстал.

Прошло еще 2 недели и мы со старшиной в очередной раз поехали в полк: он менять грязные трусы на чистые. Я – по делам СДП. Забавно, но в таких поездках по уставу обязательно должен быть вооруженный офицер. Но за рулем как обычно сидел старшина, а в кунге – вооруженный я и мешок с солдатскими трусами – на этот раз с грязными…

В такие поездки мне выдавали автомат и три рожка патронов. Всегда доставляло то, что мое психо-эмоциональное состояние вообще никого не е**ло – просто отдавали приказ и давали оружие… Служба – она такая. Мысли о том чтобы уйти в самоволку даже не возникало, оружие на плече отрезвляло не хуже Red Bull.

В общем по приезду мы со старшиной разошлись – он в очередной раз осуществлял бартер солдатских труселей, а я…

А я, в очередной раз приняв непреложность истины «проблемы индейцев шерифа не е*ут», поперся к замполиту полка в звании подпола – благо кое-какой опыт переговоров с замполитами уже имелся. В Кабинете у замполита творилась дичь: подпол усердно пытался набрать в word какую-то шляпу, но шляпа набираться не хотела, и замполит выглядел обеспокоенно – он даже не заметил моего появления. Смекнув, что из ситуации можно извлечь дивиденды, я решил помочь замполиту. Исправил косяки с кодировкой, раскладкой и хрен знает чем еще – у замполита стало получаться и он разомлел…

Я рассказал ему свою грустную историю, и он, переборов свой похуизм, на признательности потащил меня к полковнику, командиру, который в свою очередь очень внимательно меня выслушал, а потом послал нахуй сочувственно сообщил, что моя ситуация не единичная, ничего мне не положено и вообще «солдат должен стойко переносить блабла». Мне не давало покоя странное желание засадить очередь в ебало лицо этому гандону полковнику, чтобы разглядеть - из чего сделаны его мозги. Но я каким-то нечеловеческим усилием воли сдержался…

Вернувшись на дивизион, я снова прочитал условия, при которых выдается отпуск по семейным. Отчетливо прочитав там слово «ЧП», я решил вые**ать в рот в этого полковника. Как известно, дырка под носом у подобных товарищей создана только для того, чтобы издавать приказы. Поэтому, если Вы желаете в нее напихать – подходить надобно с обратной стороны, длинным и извилистым путем…

Я позвонил своему старику, слил ему контакты командования из Владивостока, и старик в очередной раз доколупался до какого-то генерала. Повезло – генерал оказался сентиментальным по отношению к солдатам, но жестким по отношению к своим подчиненным. Сразу выяснилось, что рот полковника способен работать в обе стороны – он достаточно быстро проглотил указание генерала, переварил его и выплюнул на мой дивизион приказ: «отправить этого наглого ублюдка в отпуск!»


Отпуск


Передача моей должности офицеру заняла 1 день – рекордный срок (Позже, уходя на дембель, я передавал должность неделю).

И командир дивизиона выпнул меня за ворота. Без сухпайка и командировочных, всучив в зубы жд билеты от Владивостока до Тайги (станция под Томском без прямого сообщения с городом) и обратно. До Владивостока мне еще надо было добираться около 200км. Думаю, он тоже получил пиздюль – как иначе объяснить отсутствие еды и командировочных.

Лирическое отступление: А надо было ком.диву просто исполнить то, зачем он там находился – решить возникшую проблему в установленном порядке. Не захотел – похуй, жри. Я сам решу проблему, как умею и как посчитаю правильным.

Напомню – дивизион был в сопках, примерно в 10км от города Находка. У кого-то из парней я успел нарулить гражданскую футболку, В военных берцах и брюках, с гражданской футболкой поверх я почти сходил за свободного человека. Выдавал только армейский вещмешок за спиной: защитник родины, мать его. Я даже слабовато представлял в какую сторону мне двигаться – GPS и 2ГИС в мобиле не было. Хотя примерный маршрут в голове был.

На выручку пришел сержант. Тот самый хмурый сержант, который первым встретил меня на дивизионе в день моего прибытия туда. Чел жесткий и ни разу не сентиментальный. Он вышел следом за мной за КПП. Не знаю почему, но он отвез меня до автовокзала Находки – просто так, потому что захотел. Один из немногих посторонних людей на моем жизненном пути, которые решили помочь мне просто так. Не помню твоего имени, товарищ сержант, даже лицо помню смутно. Надеюсь, у тебя все сложилось неплохо.

А вот на этом удача кончилась. На банковской карточке была тысяча рублей, из которых 300 или 400 пришлось отдать за билет на электричку от Находки до Владивостока. На 500 рублей я купил китайской лапши и пюре из расчета на 7 дней пути. И осталось что-то 100 рублей.

Лирическое отступление: Помню на эти сто рублей я купил мороженое - ванильный стаканчик и сникерс на какой-то станции под Читой. Это было самое вкусное что я когда-то ел. Кто был в армии – поймет)

На первый взгляд удачное решение с сублимированной лапшой и картошкой не выдержало 7-ми дневного стресс-теста. Уже на пятый день эта дрянь проходила через мой организм насквозь, даже не делая попытки в нем задержаться. Нижняя чакра полыхала огнем. В поезде солдата во мне выдавали армейские брюки и шлепки со звездой – китель с погонами я предусмотрительно сныкал, чтобы не нарваться на какой-нибудь патруль. Однако толи рожа у меня была недостаточно голодная, толи еще что – но никто из попутчиков не изъявил желания чем-то меня покормить. Попрошайничать было ниже моего достоинства, а идти на кражу/грабеж не позволял здравый смысл.

Как-то я доехал до дома. Даже точно не помню как. Зрелище так себе: отец уже успел вывезти с пожарища мусор, вскрыть обгоревшие полы и выкинуть мебель, фасадную отделку и т.д. Глазам открылся грустный вид– как раз те четыре уцелевшие стены.

В общей сложности неделю я провел на пожарище – не помню, что-то машинально делали. Помогал дядька – брат старика, мои двоюродные братья. Я прокинул новые провода прямо по штукатурке, как-то восстановили перекрытия. Несколько раз там ночевали со стариком. Не знаю даже что он тогда чувствовал – он этот дом всю мою сознательную жизнь строил. Мало кто из друзей тогда знал, что я вообще приезжал, но я даже ухитрился пару раз с кем-то подбухнуть.

Тогда же и выяснилось: сосед, половина дома которого пострадала, имел виды на компенсацию деньгами, либо в натуральном виде – землей и остатками нашей недогоревшей половины дома. Что с этим делать я в тот момент не знал, да и мой отпуск подошел к концу. Пора было ехать обратно в Находку…служба

По пути на вокзал меня вдруг осенило. Пальцы набирают номер Молдована. Гудки, знакомый голос. Выяснилось, что Молдован неплохо устроился в своей части – в наряды его не дергали, а командование даже предлагало остаться на контракт, хотя ему оно тогда совсем не упиралось – Молдован хотел на гражданку, завести себе Молдованку и помочь своим родителям с переездом из Казахстана.


Лирическое отступление: забегая вперед скажу, что у него получилось все что он запланировал. Не сразу, ему тоже было сложно после дембеля, но получилось – по состоянию на 2022 год у него неплохая работа – он маленький, но начальник в налоговой, у него хорошая жена, сынишка и свое жилье. Его родители тоже смогли переехать из Казахстана благодаря его стараниям. Коррупцией не занимается. Горжусь тем, что могу называть такого человека своим другом.


План созрел моментально: «Молдован, Друг, выручай! У меня пиз**ц»

Оставшиеся 20 минут до отправления поезда я поведал о своих горестях Молдовану и объяснил, чем он может мне помочь. Суть была в следующем:

Мне нужно было, чтобы за те 6 дней, что я буду ехать до Владивостока, Друг подготовил почву для разговора с его командиром: дескать есть ему, Молдовану, замена. Прямо сейчас готова заткнуть собой дыру в штатном расписании, подписав контракт. Единственная проблема: замена эта штатно числится на другом дивизионе, и замену эту нужно вытащить из той з**цы, в которой она оказалась.

Ну и поехал я, естественно не в Находку, а прямиком на о.Русский. Каким-то чудом добрался до части, чтобы поговорить со своим будущим командованием.

На самом деле не чудом: помог случайный попутчик – парняга откуда-то из Красноярска, который ехал к сестре во Владивосток. Его сестра и подвезла меня до острова, правда до самой части пришлось добираться автобусом, огибая бухту «Новик» по дороге.

От моего приезда в части оху**и все, включая помощника дежурного по КПП: они в первый раз видели незнакомого срочника по ту сторону КПП. Но на территорию части пропустили.

Мне наконец-то дали пожрать, побриться, а потом свели с майором – начальником штаба. Чем-то я его в разговоре зацепил. Классный оказался дядька - пообещал помочь и с переводом, и с контрактом. Просто так, потому что так захотел, хотя может и потому что в штатке постоянно зияла дыра, которую ежегодно затыкали очередным срочником.

До 23.59 мне надо было оказаться в своей части, поэтому пора было двигать обратно на вокзал – времени оставалось 8 часов. До Находки добрался в 23.00, сожрав в электричке последнюю консерву. И тут случилась оказия – телефон окончательно разрядился. Где расположена часть я представлял очень смутно, и просто двинулся по городу в условно верном направлении. По пути попались пьяные девчонки. Я уж подумал – ну ее нах*й, эту армию, но…

Короче одолжил я у этих девчонок телефон и позвонил своему старику, благо номер его помню наизусть. Выяснилось, что последние 4 часа ему докучали звонками из моей части в поисках меня. Обещали страшные кары, если я не найдусь, и все в этом духе. Сошлись на том, что я никуда не деваюсь, просто тусую с этими девчонками на том месте где стою. За мной приедут.

Не обманули – приехал лично начальник штаба дивизиона. в 00:03. Можно сказать, я не опоздал. Меня отвезли на знакомый КПП. Отпуск закончился.


Добро пожаловать

Возвращение в часть прошло штатно: командир сделал вид, что все прошло как надо, начштаба сделал вид, что ввалил мне пиздюлей за опоздание. Я сделал вид, что рад вернуться в часть. Там я пробыл еще около месяца. Ничего интересного не произошло, если не считать пары-тройки событий:

Объявили учения «восток 2014» и начался вообще лютый п***ц…дошло до того, что неделю я почти не спал и в какой-то момент заснул в наряде на КПП. Стоял, благо, без оружия. Пробудил меня удар поддых от взводного. Наверное, это единственный мой косяк за весь срок службы.


Нас посетила военная прокуратура и взяла Командира дивизиона под стражу. Выяснилось, что командир п***л соляру, причем не мелочился: если контрабасы тупо сливали ее в канистры с техники в парке, то командир просто имитировал заправку техники, а бензовоз потом сливал покупателям. Схема работала безотказно, пока кто-то не капнул куда надо. Я даже подозреваю что это был нач.штаба, который потом и занял должность командира дивизиона.

Последним событием было то, что я нашел прое**нный ранее ведомственный телефон. Получил, прое*ал и вновь нашел я его при интересных обстоятельствах:

По своей должности я подчинялся отделу ЗГТ и непосредственно на дивизионе – начальнику штаба. Комитетчики поставили меня в неудобное положение – дали мне мобилу, по которой я должен был доклалывать им о том что происходит на дивизионе поддерживать с ними связь. Телефон был зашит в рукав моего бушлата. По прибытию на дивизион его «Изъяли» сержанты. Не отобрали, а именно внаглую сп*ли. На мой вопрос ответили – чтобы из-за «запрета» не прокачивали личный состав. Сныкали на территории дивизиона, но так и не сказав где – ушли на дембель. Кретины.

Комитетчикам я естественно сказал, что связь на дивизионе не ловит – верну им телефон как смогу. Уже спустя месяц, перед самым переводом на о.Русский – случайно обнаружил этот телефон в штабе. Повезло – иначе пришлось бы сознаться, что трубка сныкана, и комитетчики перевернули бы на дивизионе всё – эти могли. Просто так – потому что могли.


По прошествии примерно месяца, уже после окончания учений «Восток-2014» меня выдернули в Золотую долину, где с очень удивленным выражением лица мне сообщили, что на меня пришел запрос с острова – что я там очень нужен. Молдован сдержал слово, как он мне потом говорил «Мой долг тебе уплачен». За мной с острова прислали контрабаса. Ехали в ночь – была буря и проливной дождь. До расположения дивизиона на о.Русском добрались в 2 или 3 утра.

Утром я увидел Молдована и был очень рад пожать ему руку. Позже выяснилось, что этот перевод достался мне не даром: Молдован должен был поехать дослуживать срочку на мое место. А я должен был подписать контракт на острове – такой был уговор. До дембеля оставалась около 100 дней (до приказа, 100 дней час за часом)

Лирическое отступление: Здесь думаю имеет смысл сказать, почему я не подписал контракт в Находке или Золотой долине, или не заморочился поиском вариантов, пока был в отпуске. На самом деле я рассматривал эти варианты, но командование в Находке/Золотой долине с сарказмом предложило мне жить на казарме – «Жилья для контрактников нет». Военкома в Томске я зацепить не смог – максимум что он мне предложил – дембельнуться и прийти к нему за вакантными должностями. А поскольку ситуация в семье была очень грустная и родным нужны были бабки – вариант молча дослуживать срочку не рассматривался.

Служба на острове

Личный состав на острове оказался не таким диким, как в Находке, и не таким колхозным как в золотой долине – сказалась близость гражданки: был даже магазин, а в 100 метрах за КПП была автобусная остановка.

Командир оказался адекватным, показал мое будущее жилье и объяснил нюансы службы. Молдован начал передавать мне должность, я получил направление на медкомиссию на контракт. Все вроде стало закручиваться.

Мы с Молдованом придумали хитрую схему, чтобы ему не оказаться в Находке. Отвечать за СДП, аппаратуру и при этом через сутки ходить в наряды – сомнительное удовольствие. В итоге позднее его все-таки выдернули, из принципа – но он тормознулся в Золотой долине. Ходил дежурным по штабу – ибо до его дембеля к тому времени оставался всего месяц. Возможно даже познакомился с «Конем» и его подопечными.

А вот со мной снова что-то пошло не так: из строевой части пришел ответ, что меня не могут перевести на контракт – я сначала должен дослужить срочку. Параллельно нашел одного бедолагу, подписавшего контракт сразу после срочки – у него уже третий месяц были проблемы с денежным довольствием и «подъемными». Запахло очередным наебало**м.

Я предпринял дерзкую попытку: как-то договорился с нач.штаба о выезде в город, нашел местное подразделение ФСО, выцепил там дежурного, даже добился встречи с кем-то, с кем можно было обсудить вакантные должности. Ответ не удивил – «подавай документы в своем городе, после дембеля»

А тут еще из дома пришли новости: пострадавший сосед подал в суд и хотел пол миллиона компенсации. Никакие увещевания о том, что он пытается забрать последнее, не действовали. Помню, что старик попросил соседа не подавать в суд и дождаться моего дембеля – с деньгами могло бы стать лучше. К этой просьбе сосед также не прислушался, и очень зря.

Лирическое отступление: Соседа сгубила жадность – он захотел все и сразу, и все-таки подал в суд. Помню, что старик мне сказал, что ни копейки ему не отдаст – дело принципа. На том и порешили: Деньги Монгола и Сисястого пошли на благое дело. 100 тысяч ушло оплату адвокатов и экспертов – мы пытались свалить вину на производителя печи для бани, с которой и начался пожар. А эти деньги мог бы получить сосед. Забегая вперед – ничего из этого не вышло, суд мы проиграли. Но и сосед нихрена не получил.


Так и пришло понимание, что надо ехать домой: все деньги, которые я теоретически мог получать за службу, уходили бы на исполнение решения суда минимум 2 года. Служить родине за 5 тысяч км от дома, чтобы кормить соседа и его выкормышей – сомнительное удовольствие. В голове крутилась фраза старика: «ни копейки этой твари не отдам»

Это был чуть не единственный раз в моей жизни, когда я не сдержал данное мной слово – я отказался от подписания контракта, чем подвел подполковника, командира дивизиона. И помня, сколько движений они для меня сделали – мне было перед ним стыдно.

Я изложил все обстоятельства, чтобы объяснить свое решение. Он все понял – до сих пор помню его слова: «Решение за тобой. Понимаю, что ты хочешь вернуться и порвать всех за своих родных. Но все может получиться не так, как ты хочешь. Будь к этому готов»

Плохо помню последний месяц своей службы – морально-психологическое состояние было хреновым. Было не до службы. Помню только что срочник, принимавший у меня должность, оказался земляком – из другого поселка под Томском.


Дембель

До последнего опасался, что задержат на службе: планировалась переброска техники в сторону Крыма – там как раз неспокойно было в тот год. Благо обошлось, и на дембель я уехал в срок, но последним со своего призыва на дивизионе. Из-за перевода звание так и не дали, несмотря на безупречное личное дело и положительные характеристики. «Чистые погоны – чистая совесть» , та же участь постигла и Молдована.

Каким-то чудом я нарулил гражданскую одежду: что-то купил, что-то обменял, что-то подогнали офицеры, которые были немного в курсе проблемы. Помню, что выйдя за КПП, первое что сделал – выкинул свой поношенный китель, предварительно споров с него погоны. Добравшись до города – купил в магазине 0.5 пивка и был неприятно поражен ценой. Я тогда ничего не знал про то, что курс рубля покоряет новые глубины и цены на все ощутимо выросли.

Молдован подсел в мой поезд на промежуточной станции – я рад был снова увидеть Друга. По дороге домой мы почти не пили. Помню, что я вез домой полкило красной икры – угощение для родителей, купленное у местных браконьеров на откуда-то взявшиеся бабки. Довез, ибо на носу ведь был новый год.

Наши пути с Молдованом разошлись – он поехал в Новосибирск, там у него жила тетка.

На вокзале меня встречал двоюродный брат. В салоне машины брата на заднем сиденье спал мой пьяный старик, рядом с ним был пакет пирожков. До города от станции жд было около 100 км – отчетливо помню, что пока ехали, я сожрал весь пакет

Наш третий боевой товарищ, мой друг детства, служивший в Артеме, получил младшего сержанта. Он улетел домой самолетом чуть раньше, поэтому, когда я приехал в Томск – он уже успел пробухаться. И не был в числе тех, кто встретил меня первым.

Показать полностью
343

Сидоров Вова

60

Продолжение 1 части непридуманной истории одного сибиряка

Новая рота, старые знакомые


Так точно помню даты не случайно – 25 января день моего рождения. Солнышко улыбается, мы прибываем в новую роту, и тут выплывает подстава:

При переводе нас снарядили в зимнюю форму одежды, а летнюю обувь обещали дослать вслед по линии старшины. И дослали - стоптанные в ноль летние берцы не по размеру. У каптера в новой роте возник вполне резонный вопрос: если мы призывались в декабре, то когда успели стоптать летнюю обувь? Каптер и старшина посоветовали нам вернутся обратно в нашу учебную танковую роту и навести справки у ротного. Все мое естество напряглось и воспротивилось такому исходу. Точно не помню, как мы от этого отбрехались – но подписались, что стоптанные боты наши - «мамой клянусь»

Впоследствии, примерно через полгода узнал, что этот доблестный ротный-казах расхлестался где-то на машине наглушняк. Земля тебе стекловатой, дорогой земляк.

Хотел крепко пожать руку своему школьному другу, с которым вместе призывались, но не смог – он отлеживался в «калечке» с какой-то болячкой. Мы встретились с ним позже, когда немного пообтерлись в новом коллективе. Нас с Молдованом определили в 3 отделение 3 взвода в самый дальний угол, но мы и этому были рады – просторное расположение, преимущественно одноярусные шконки. Даже у бурят присутствовавших здесь вроде были вполне адекватные лица.

Молдована от радости так рассосало, что на 6 или 7 день его отит перерос в воспаление легких и он поехал вплотную знакомиться с армейской медициной. Я тоже подцепил какую-то хрень – кашлял и плевался кровью больше двух недель. Но в калечку не пошел из принципа – не хотелось начинать знакомство с командиром роты с ухода на больничку. Помог местный прапор – привез антибиотики и я переломался на ногах.

Об этой учебной роте спецсвязи не буду говорить много, ибо «НИЗЗЯ». Просто расскажу несколько прикольных моментов, приключившихся с нами за те 5 месяцев, что мы там провели.

Сержанты-срочники в этой роте оказались любопытными товарищами:

Назовем их Толстый, Тормозок, Бурят, Москвич, Башкир и Кайфожор. Все в звании младших сержантов.

Москвич – длинный прикольный парняга, наш ровесник. Зла никому не делал. Добра – тоже. Одним словом – Москвич. Дослужил и домой) Среди остальных выделялся своей длиной – она вроде превышала 2 метра

Толстый – визгливый дое**стый кусок г*на, любитель попотрошить солдатские посылки на предмет конфеток и повыкидывать на взлетку любой запрет, в том числе и гражданскую зубную пасту. С этой его привычкой связана одна забавная история:

Однажды для кое-каких целей мне понадобилась смесь ацетона с бензином. Я попросил своих прислать мне это в тюбике из-под зубной пасты. Естественно этот тюбик полетел на взлетку вместе со всеми – гражданская зубная паста под запретом. Потом толстый начал топтать зубную пасту на взлетке… и тут по роте начал разносится запах горючки, под ржач остальных сержантов. А этот обмылок долго пытался идентифицировать обладателя злосчастного тюбика. Интеллектом этот товарищ не отличался, поэтому за ним было достаточно смешно наблюдать.

Кайфожор – прикольный парень, провалявшийся в госпитале больше половины нашего времяпровождения в учебке. Абсолютный пох**т. Любил дунуть) Зла не делал никому. Запомнился тем, что помог нам нарулить телефон на андроиде: просто тупо вывел нас к воротам, якобы на встречу с родственником - там мы и купили нужный нам телефон, поставили на него скайп и смогли увидеть лица родных. Спасибо тебе, бро. Телефон я потом хранил в книге, вырезав под него углубление, прямо как в фильме «Побег из Шоушенка»

Тормозок - безобидный паренек, младшего получил случайно: из-за того что очень долго гасился в больничке – пропустил отправку, остался в учебке и получил две полоски просто так, за что все остальные маланы его сильно не любили. Солдатам зла не делал. Мне даже однажды делал добро, хотя и не по своей воле, тоже забавная история:

Поскольку часть уставная, драться там было очень нежелательно, вернее оставлять следы на чьем-либо лице/теле. Так получилось, что мы зацепились с одним бурятом, дали друг другу по морде. Буряту нифига – он темный и узкоглазый. Прищурил второй глаз – и будто так и было. А вот на моей ряхе фингал был отчетливо виден. И дабы скрыть неуставняк, ротный поселил меня в учебном корпусе, пока фингал не сойдет. А «тормозок» носил мне еду в солдатском котелке. Ничего против него я не имею – хороший парень, правда немного медлительный. После меня история повторялась с другими участниками – их также прятали в учебном корпусе. Питание осуществлялось по той же схеме.

Была и менее забавная история, связанная с травмами, хотя и никак не связанная с данным сержантом:

при пробеге очередного кросса, один парняга в роте сильно подвернул ногу, но почему-то никто своевременно об этом не сообщил ни ротному, ни медику. Когда его травма всплыла – ротный сказал ему отлежаться в казарме. Он потом месяц отлеживался, пока нога не распухла и не начала гнить. Его после этого отправили в госпиталь. Не знаю даже как, но историю замяли.

Бурят – один из немногих людей, которых я по настоящему ненавидел. Очень любил деньги. В открытую отправлял шестерок на поборы. Крысиная рожа, постоянно лебезил перед ротным и был у него на хорошем счету. Очень не против с ним встретиться еще разок, чтоб перебить монтажкой пару конечностей. Пиши, сучка, если себя узнал.

Башкир – субтильный сержантик, никому не делавший зла, но имевший на меня зуб из-за одной забавной истории.

В общем, как я писал ранее, бушлаты были одной из основных составляющих местной экономики. И пропадали они не только из расположения роты, но и из раздевалки в столовой. Роты раздевались в одном помещении на разных вешалках. Около вешалок всегда оставалась «охрана» из трех-четырех человек. Они же раздавали своим бушлаты с вешалки.

Так случилось, что эти «охранники» ухитрились пролюбить именно мой бушлат. Поскольку мне по морально-этическим соображениям было неприемлемо тащить куртку у другого бедолаги, а клянчить у родителей я считал унизительным, решение пришло само – я предложил скинуться на прое***ю вещь компании прое**вших ее бойцов и предложил организовать сбор денег этому башкиру – ибо все бойцы-охранники были из его взвода. Но со своей, вроде бы здравой и адекватной идеей, я был послан в пешее путешествие по малоприятному маршруту.

Тогда я сделал единственное что мне оставалось: вернулся в расположение и внаглую стащил из сержантского шкафчика один из «запасных» бушлатов. В котором впоследствии башкир опознал «свой». После чего предложил выкупить мне его за полцены. Ага, конечно…я сказал что отдам деньги как только получу денежное довольствие, но у меня потом «что-то случилось с карточкой»

Подозреваю, что бурят и башкир имели отношение к пропажам бушлатов. Я е*ал им мозги до самой своей отправки в войска, но так и не отдал ни копейки, из принципа. За это бурят обещал мне «встречу с фанфарами», когда я приеду на КСП в войска. Но видимо дырка под его носом была предназначена только для того чтобы в нее есть – в войсках меня потом так никто не «встретил».

Имелась в части странная практика внедрения «стажеров» с передачей им функций сержантов. Выбирали в стажеры обычно самых неадекватных срочников, преимущественно бурятов. Были и исключения, но в основном так. Много их было, сержантами стали не все. Даже интересно, каково пришлось тем, кто все-таки не стал сержантом. Мне больше всего запомнились двое: Сисястый и Монгол. Сисястый – довольно здоровое прыщавое чмо из минусинска. Шнырь толстого сержанта и моего «любимого» сержанта-бурята, постоянно собирал для них «дань» с солдат. Причем явно отдавал буряту и свинке не все. Вероятно впоследствии таки стал сержантом – ближе к дембелю у сисястого на карте скопилась серьезная сумма, половина из которой впоследствии с помощью некоторых махинаций перешла в пользу зрителей. Я потом иногда представлял, как «сиська» бегает по расположению, пытаясь понять, куда же делись его бабки…

Монгол с его собственных слов был сыном какого-то местного полковника: толи по ментовской линии, толи по военной. Так и попал в блатную роту. Поэтому ничьим шестеркой не был. Очень любил командовать проведением ПХД. У этого «Генерала мусорного ведра» была любимая фраза: «ходиком-ходиком».

Моими стараниями лишился половины своих «сбережений» наравне с сисястым. Возможно также в поисках своих бабок бегал по расположению, и даже в обнимку с оным. Жаль я не видел сего фееричного зрелища. Но сама мысль об этой картине всегда меня забавляла.

Расскажу еще один нетривиальный случай:

Корь в роте

В общем один из бойцов где-то подцепил корь. И всю роту посадили на карантин на месяц, повесив на вход знак биологической опасности. Нам даже жрать таскали из столовой в бачках. Все бы отлично, но было одно НО – всегда есть подвох. Было требование санитарного инструктора по части о влажной уборке в расположении 2 раза в день.

Это был незабываемый месяц, в течении которого рота под выкрики монгола «ходиком-ходиком» устраивала нескончаемую пенную вечеринку. На исходе карантина это зае**ло не только монгола, но даже и сержантов…

Было и много другого шлака. Но он либо имеет отношение к секретной учебе, либо банальщина типа похорон бычка и мобильника, строевого поедания конфет или отжимания/приседания всей ротой, пока очередной нехватан давится булкой хлеба. Этих историй и без меня есть кому рассказывать.

Отправка

Наконец-то позади 5 месяцев учебки, экзамен по ВУС, строевой подготовке и армейским нормативам. Мы с Молдованом успели зарекомендовать себя полезными товарищами: я благодаря своим коммуникативным навыкам и некоторым знаниям в области IT, получил свободный вход в штаб и благосклонность ротного, не став при этом «штабной крысой». Немало этому способствовала и наша дружба с прапорщиком, ответственным за технику: он любил шахматы столь же сильно как и я – нами было сыграно немало интересных партий. Эта дружба ограждала меня и от излишнего внимания со стороны сержантов – для них было много более легкой добычи.

С прапорщиком связана интересная история. Как-то мне по семейным делам приспичило сделать доверенность на дарение недвижимости. Обратился я к Товарищу Прапорщику – и он согласился помочь бойцу: взял из строевой части мой военник и отвез к нотариусу. А там случилась оказия. за 4 месяца я ощутимо похудел и перестал быть похожим на свое фото в документе. Нам стоило немалых усилий убедить нотариуса в том что я – это я). Вообще этот прапор классный мужик – всегда помогал бойцам достать таблетки, гражданское мыло и т.п

Благодаря благосклонности ротного нам позволили выбрать регион, куда нас отправят. Вообще-то отправка предполагалась только на восток, а поскольку вид бурятских лиц уже вызывал у меня и моих друзей приступы неконтролируемого жжения во всех местах, - нами был выбран Владивосток. Немало этому способствовало то, что я раньше там бывал – студенческая практика в НПО «Мостовик», строительство моста на остров Русский в 2011 году.

Лирическое отступление: Да-да, я был на самом верху и даже участвовал в протяжке тех самых вант. Жаль только, что НПО «Мостовик» попалось на попиле бюджета строительства сочинских объектов и работу мне там получить так и не удалось. Кто знает, может все было бы по-другому

Итак, месяц май…трясемся в поезде в сторону Владивостока, вновь поглощаем выданные сухпайки. Куча всякого народа из роты. Воистину, солдат – как ребенок: если его ничем не занять, он обязательно учудит какую-нибудь хрень.

Так вышло и у нас… почему-то часть солдатиков решила, что они едут не то домой, не то в светлое будущее: понакупили себе золотистых блях, черных беретов, подшились целыми простынями, и само собой решили набухаться. Сожрали пару бутылок водки и их потянуло на общение с гражданскими, которые и сдали их проводнику. В результате одного из них, самого разговорчивого, который решил, что «он тоже офицер», поскольку до срочки был кадетом - сдали в комендатуру, до своей части он не доехал. Больше мы этого оболтуса не видели, но память о «рядовом-офицере» с золотой бляхой до сих пор живет в наших сердцах.

Наш поезд доехал до станции под Владивостоком ранним утром, на четвертый день. Уралом нас закинули еще примерно на 15км на какой-то КСП. А там Картина маслом: Туман, будка имитирующая кпп, на пределе видимости что-то среднее между бараком и конюшней…и тишина.

Призывы сопровождающего офицера к дежурному, дневальному, патрульному или хоть кому-нибудь успеха не возымели. Нас было человек 15 - мы двинулись к «казарме» стараясь ни во что не наступить – где-то лаяла собака, даже не одна. И когда мы почти дошли до «казармы», оттуда выползло какое-то чудо с докладом. Офицер махнул на это чудо рукой, и оно куда-то сгинуло, а мы вошли внутрь…

Наполнение казармы особо не порадовало: отсутствие водопровода и электричества не вселяло надежд на комфортное пребывание. Полуживые раскладушки в спальном расположении предвещали крепкий и здоровый сон. Картину дополняла «кухня» - с отсутствием печки, чайника и санитарии в принципе.

В общем, мы наскоро пожрали и решили вздремнуть в предчуствии про**ба. Но не тут то было: к обеду подтянулись четверо дедов и начали нагонять какую-то муть про солдатскую взаимовыручку, намекая на свой скорый дембель, отсутствие «гражданки» и денег и т.д

Нашим тесным коллективом из трех человек все они были дружно посланы на*уй, после чего переключились на более удобную добычу. Рядом была деревенька и эти «деды» постоянно ошивались там. С этими «дедами связана забавная история: уже после нашего оттуда отъезда кто-то из них построил духов и пеной на них что-то написал, да еще и сфотографировал, как это было тогда популярно. Насколько я помню – того имбецила искали, ибо о «дедах» спрашивали впоследствии даже меня, причем перед самым моим дембелем.

Я не помню, чем вообще мы там вообще занимались – мы особо были не в курсе кто и куда поедет. Моего другана забрали на второй день с еще парочкой ребят - под Артём. Молдовану повезло чуть меньше – остров Русский.

Но джек-пот как обычно срубил я. Просидел около пяти дней и меня определили под Находку – в сопки, далековато от города. Добираться туда предстояло по какой-то хитрой схеме через некую «Золотую долину»

В «Золотой долине» пробыл около недели - местный мед.советник очень рьяно убеждала меня остаться сан.инструктором, но я, дурак, отказался: раз меня решили закинуть на самый дальний дивизион, значит что-то там есть интересное и меня там очень ждут… хотя может и не дурак – контингент в Золотой долине состоял в основном из местных колхозников, во главе с майором по прозвищу «Конь». Я решил, что служить фельдшером-ветеринаром в колхозе не имею ни малейшего желания – не для того полгода в учебке маялся.

Из Золотой долины меня привез в Находку старенький Урал. В кунге кроме меня было пару мешков с чистым нательным бельем – спасибо хоть с чистым. За рулем сидел старшина из Находки. По прибытии меня встретил сержант с суровым лицом. Я огляделся, обошел урал, оценил казарму, предчувствуя, что увижу внутри подобие ужаса на КСП

«Новый дом». Находка

Изнутри все оказалось не так страшно: небольшое помещение: комната досуга с телевизором и двд плеером, спальное расположение на 15 коек, 14 вроде человек списочного состава срочников, из которых в строю обычно было не более 9.

На территории дивизиона был небольшой импровизированный плац из авиационных плит и неплохая баня с бассейном – построенные силами командира. Было общежитие барачного типа – для офицеров, контрабасов и их семей. Контрабасов – человек 15 и офицерский состав в количестве 6-8 человек+старшина. Командир жил на территории части, а нач.штаба предпочитал мотаться откуда-то из города, ежедневно наматывая около 100км. Воистину, военные – страшные люди.

На второй день я понял что попал: по внутренним приказам МО мне должна была быть присвоена должность, с которой меня нельзя ставить в наряды. Фактически я исполнял обязанности начальника СДП. Но фокус в том, что парней-срочников было так мало, что даже с моим участием люди заступали в наряды через сутки.

Офицеры и контрабасы в целом были нормальные ребята. Насколько они вообще могут быть нормальными с учетом того, что им вообще по**й на срочников. Им тоже доставалось – жить прямо на территории части – совсем не сахар. Контрабасы в основном были ответственными за вспомогательную транспортную технику: тягачи, КШМ, ДЭС и т.д. За офицерами была закреплена Техника (С400). Одна из первых в россии на тот момент. Это то, зачем меня везли на дивизион. Возможно оно того и стоило…

Парк техники был расположен прямо на берегу океана, на обрыве. Но так что с моря нас не было видно. Мимо часто проплывали суда: контейнеровозы, большие и малые катера и яхты…Совсем рядом кипела гражданская жизнь, а мы жили как скот в загоне – увольнительных не было. Не знаю, связано ли это было с секретностью части, или больше с долбоебизмом командования. Думаю все-таки второй вариант.

Рядом с казармой находился небольшой самодельный плац, а метрах в 200 – стрельбище. Стреляли стабильно раз в неделю. Даже сменяющийся суточный наряд. Командир стрелял из СВД, офицеры пристреливали ПМы. Солдатики упражнялись с АК. Командир был в звании майора - в целом дядька неплохой, но очень требовательный. Видимо за это его недолюбливали и офицеры и контрабасы.

В связи с секретностью и контрабасы, и срочники были достаточно строго ограничены в телефонной связи: срочникам давали телефоны по субботам на 30 минут. Называли это «Час солдатского письма".

Контрабасам просто было запрещено использовать средства связи в парке с техникой.

Я прослужил там месяц, даже притерся к жесткому ритму службы. Но случилось СОБЫТИЕ, разделившее жизнь на 2 половины: «ДО и ПОСЛЕ»

Показать полностью
Отличная работа, все прочитано!