zyryanov.ale

-Нечего мне дома делать, с внуками пусть бабка нянчится, а на даче в колено-локтевом положении  нет желания стоять. Тут мне самое место. Уйду я отсюда только вперёд ногами.

Рабочие уважительно относились к старику, однако с юмором приняли новость о том, что на пенсию он не выйдет от слова совсем.

-Поленин работал, работает и будет работать – как-то пошутил Володька.

Михаил Палыч с минуту стоял и изучал Володьку, а потом спросил:

-Случилось чего?

-Да, так – хрипло отмахнулся Володька. Он не особо любил на жизнь жаловаться, хотя было на что.

-Ну-ка, колись, а не то уши надеру! – старик приобнял Володьку за плечо.

Володька постоял, затянул сигарету, выдохнул носом дым, поиграл желваками, сглотнул, сделал глубокий вдох носом и решился рассказать всё, как есть.

-Да чего рассказывать, Люська моя позвонила только что. На развод подаёт, вещи все собрала, уже уехала, Петьку с собой забрала. Сказала, что на алименты будет подавать.

Палыч свистнул и с недоумением спросил:

-А почему ушла то!? Всё ведь хорошо у вас было, десять лет как женаты, душа в душу. Ты не пьющий, не гулящий, работающий. Чего ей надо то ещё?!

-Сказала, что с начальником своим шуры-муры закрутила.. – Володька запнулся, его губы поджались, а подбородок заиграл – Я, мол, бедный, надоело ей в однушке тесниться, а он ей шубы да машины уже скоро купить обещал – закончил Володька и прерывисто выдохнул. Затем сел на скамейку, опустил голову, подпёр её руками, и более не вымолвил ни слова.

-Даа, дела… - выдохнул старик. Коли сама дура, ребёнка то зачем от тебя забрала? Он же в тебе души не чае… - тут же осёкся Палыч, так как понял, что наговорил лишнего. Володька зашмыгал носом.

-Ну да ладно. Ты же знаешь, что это не конец жизни. Да на вот тебе! Из-за бабы сейчас будем убиваться. Смотри на это с другой стороны: она показала свою истинную натуру. Показала, что любить не умеет! Это не ей повезло, что она нашла другого, по богаче, а тебе – ты от нахлебницы избавился. Тебе же всего 27, у тебя вся жизнь впереди. Некоторые в моём возрасте жениться начинают. Ты только руки не опускай. Докажи ей, что ты лучше, чем она о тебе думала. Пусть потом сама горькие слёзы льёт. Ну, ну что ты? Пойдём в каптёрку, у меня чекушка там припасена, грамм сто выпей, да поспи пару часов, я тебя подменю. Ну, пойдём, пойдём…

Дальнейшее было более похоже на отрывок из «Санта-Барбары». Людмила подала на развод, закрутила бракоразводный процесс, попыталась отсудить у Володьки машину, однако ей это не удалось. Подала на алименты. В результате Володьке пришлось отдавать половину зарплаты бывшей жене, а возможность видёть ребёнка была лишь раз в неделю.

Володька никак не мог понять, зачем нужны ей алименты, если у неё появился богатый ухажёр. Но более он никак не мог понять, как за десять лет совместной жизни, горя и радости, время совместного бедствования в общежитии, смерти родителей обоих супругов, покупки общей квартиры на собранные всем миром деньги, она смогла потерять любовь к нему.

Кроме того, сердце каждый день, каждый миг точила мысль о том, что его родного сына воспитывает чужой человек, если воспитывает вообще. Что вырастет из Петра с такими родителями?

Каждый раз, когда они виделись в субботу утром, Володька был на седьмом небе от счастья. С зарплаты он откладывал приличную сумму, чтобы было на что водить Петьку в парк аттракционов, в цирк, в кино, угощать мороженым, сладкой ватой и вредной газировкой, только чтобы увидеть беззубую улыбку первоклассника, при виде которой сердце Володьки согревалось в эти осенние холодные дни. Также тяжело было расставаться с сыном, когда Володька подводил его к дверям квартиры, которая мигом открывалась, как будто Людмила стояла всё время у двери в ожидании шагов. Она молча заводила понурого сына в квартиру, молча смотрела на бывшего мужа и хлопала дверью перед самим носом, оставляя Володьку с чувством опустошённости.

Кроме встреч с сыном, его приободряла зарплата. Однако к его великому сожалению, токарю-карусельщику не платили миллионы. К тому же приходилось отдавать половину зарплаты на алименты, треть отдавать на оплату ЖКХ, треть откладывать сыну, а на треть выживать. Однако сегодня пришла премия, и можно было немного пошиковать.

-Сегодня вечер обойдётся без лапши быстрого приготовления – довольно думал он, подходя к кассе с пакетом продуктов.

Сегодня у него будет борщ. Наваристый! Володька купил килограмм говядины. Сегодня грамм 500, да потом тянуть до аванса. Кроме того, он купил бутылку пива, чтобы немного расслабиться, но только сегодня.

И вот всё было готово, часа два Володька бегал, кухарил и варил, делал уборку по дому. Затем сходил в душ, надел халат и довольный пошёл на кухню «откушать деликатесов».

Володька достал холодное пиво из холодильника, налил его в кружку, поставил кастрюлю на стол и было потянулся за тарелкой…..

Он не придал значения тому, что кастрюля наполовину лишь на половину стояла на столе. Одной неловкое движение локтём, и кастрюля мгновенно соскользнула со стола и полетела на пол. Не стоит и говорить, что содержимое вмиг оказалось на полу.

В этот миг внутри что-то оборвалось. Володька молча вытер пол, выкинул остатки борща, помыл кастрюлю, затем достал пиво из холодильника, вмиг осушил бутылку. Из-за шока он не почувствовал вкуса, а хмель не дал в голову. Тогда он решился сходить в магазин и взять водки. Надев поверх халата куртку, он в таком виде сходил и взял самой дешёвой водки.

-Дааа, не мой день… - думал Володька. Он сидел и смотрел в окно. В голове вспомнились все обиды, которые он получил от жизни. Он плакал и вспоминал голодное детство, ушедшего от них отца, донашиваемую за старшими братьями одежду, копеешную работу, предательницу-жену, любимого сына….

Слёзы текли по подбородку. Бутылка была выпита наполовину. Володька посмотрел на неё. Вдруг в его голове щёлкнул тумблер, и ему стало не по себе от дурных мыслей.

-Нет, так не пойдёт! Как свой папаша, алкоголик, я не хочу закончить. Я землю буду грызть, но докажу им всем, что я ещё не конченный. Я им докажу!

Володька выбросил бутылку в мусорное ведро, затем пошёл и принял холодный душ, заварил крепкого чая и снова сел смотреть в окно. Только уже в другом состоянии.

-Ничего, я ещё не закончился. Моя жизнь – не конец! – умиротворённо думал он.

Ему в голову приходили только приятные мысли. Соседка Маша стала к нему хорошо относиться в последнее время, надо будет к ней зайти, на кран протекающий жаловалась. Девушка она милая и хорошая.

А кроме того, Володьке обещали повышение разряда. Значит зарплату поднимут, а значит можно будет и по две кастрюли с борщом на пол ронять.

Зашелестев домашними тапочками, он продвинулся к окну. На улице ярко светило солнце, птицы заливались своей летней песней, а ребятня как обычно носилась на детской площадке.

От такой радости и беззаботности за окном, в горле образовался горький комок, в носу защекотало, а глаза сами стали заливаться слезами.

-Нет! Надоело, я так больше не могу! Всё, надо это сделать! – сгоряча выдал он и помчался к стулу….

***

Сегодня у неё был напряжённый день. Именно к сегодняшнему дню необходимо было сдавать очередной отчёт, благо работы было часа на два. Помимо этого, надо было отвести ребёнка к свекрови, так как та очень хотела с ним поехать на неделю, на дачу. Этот факт очень раздражал её, так как в такие жаркие и душные дни из-за жары мозг как будто бы сжимается, причиняя этим ноющую боль в висках. Не хочется даже вставать, тем более кататься целый день по городу, загород и обратно.

А ещё ей позвонили соседи и сказали, что слышали, как в квартире бывшего мужа, в который раз кто-то плакал и бил посуду. Это было обыденным делом последние полгода, однако, по словам соседей сейчас там тишина, дверь никто не открывает, а на телефон никто не отвечает. Это её насторожило, так как она очень боялась за его моральное здоровье, он очень сильно сдал за последнее время. Из крепкого сурового мужика он превратился в исхудавшего и вечно ноющего доходягу.

Однако он сам виноват, никто его насильно не клал пьяного в постель к соседке. Тем более он честно во всём признался и первым потребовал развод, чтобы не делать всем ещё больнее своим присутствием.

Надо будет его проведать сегодня, да хорошенько образумить, чтобы взялся за голову, а то ведь и уволить могут….

***

На столе на уведомлении об увольнении стояла отпитая бутылка дорогого коньяка, лежал сервелат, а также стояла тарелка нарезанных огурцов и помидоров.

-Денег уже не жалко. Помирать, так с музыкой! – думал он. Тем более эти деньги ему, скорее всего уже не понадобятся.

Чувство вины, одиночества, обиды на самого себя легли на его плечи тяжким грузом и со всей силы сжали горло. Он очень скучал по жене, по детям, по прошлой жизни. Всё рухнуло, и только фотографии из фотоальбома были некими осколками его былого счастья, к которым было больно даже прикасаться. Как оказалось, минутная слабость стала причиной полугода страданий. Теперь от него отвернулись все, даже родная мать.

С другой стороны он был рад, что сразу обо всём рассказал, так как не смог бы жить дальше, невинно улыбаясь в глаза родным и делая вид, что ничего не было. Он очень по всем скучает…

Внезапно зазвонил телефон, который прервал его мысли, и он рассвирепел. Пустая бутылка полетела в стену, его снова обуял гнев. В который раз он побежал к стулу в зале…

***

К счастью ей удалось завершить все дела пораньше, и сегодня она впервые за долгое время нормально выспится. Сердце грела мысль, что буквально послезавтра она выйдет в отпуск и сможет присоединиться к свекрови и сыну на даче и на некоторое время забыть о шумном, душном и пыльном городе.

Но сперва надо было заехать к бывшему… Эта мысль не давала покоя. Она очень скучала по нему. Несмотря на предательство с его стороны, жизнь до этого была похожа на финал романтического фильма, где главные герои живут долго и счастливо.

Она до сих пор любит его. Скучает по его голосу, по его порой несмешным и пошлым шуткам, по его крепкому телу. Она так сильно хотела всё вернуть, что периодически плакала по ночам. Но чтобы её не слышал сын, утыкалась как можно сильнее в подушку. Он не должен был видеть её эмоции, не должен был жалеть о распавшемся браке. Сын итак иногда виделся с осунувшимся и понурым отцом, который наигранно делал вид, что всё хорошо. Однако, несмотря на свой малый возраст, мальчик всё понимал. Ребёнок должен научиться жить дальше. И она тоже…

***

Опять он не решился этого сделать. Теперь он сидел на подоконнике, дымил сигаретой. Смотрел на фото своей семьи. Пока он разглядывал лицо своей красивой жены, мужское начало взяло своё. В мыслях он сейчас находился с ней, никто ему не нужен был так сильно, как она. Ему хотелось уткнуться в её шёлковые волосы, впиться в лиловые губы, вдохнуть запах её тела. От этого и без того хмельная голова кружилась ещё сильнее. Мысли сводили его с ума, так как он понимал, что мысли эти никогда не воплотятся в реальность.

Периодически в глубине души тлел слабый огонёк надежды, что всё наладится, что они всё-таки помирятся. Однако он не мог пойти против своих принципов, так его учила мать. Тем более что его мать сама была бы против этого, ей пришлось столкнуться с этим в молодости, и она отдавала себе отчёт, к чему это могло бы привести.

***

Пока она ехала в машине, решила набрать его телефон. После нескольких гудков вызов завершился. После третьего сброшенного звонка она насторожилась, сегодня у него должен быть выходной, он не может быть занят, обычно он быстро отвечает на звонок. Сердце заподозрило неладное. В груди бешено застучало, в ушах загудело, а щёки налились румянцем. Она прибавила газу, чтобы как можно скорее доехать до дома. Она боялась худшего. Она полюбила его сильнее, чем любила когда-либо. До неё дошла ценность этого человека только в момент осознания его потери.

***

Он всё же решил дать судьбе шанс, открыл замок двери на всякий случай. Ему пришла в голову идея сыграть в некую «Русскую рулетку». Вдруг в последний момент его семья решит его навестить. Для этого он положил телефон в карман, а стул решил поставить рядом, чтобы опереться на него в случае необходимости. Дальше тянуть некуда, раз взялся, необходимо довести до конца.

Около минуты он стоял на стуле, смотрел в петлю, как будто хотел разглядеть в ней очертания загробного мира. В горле пересохло, всё тело начало трястись от страха, но назад дороги нет…

***

Уже целый час он не отвечал на телефон, и за это время косметика на её лице уже стекла на подбородок двумя чёрными струйками. Дорогу было сложно разглядеть из-за залитых слезами глаз. Пару раз она чуть не столкнулась с машинами на перекрёстке, так как не разглядела красный свет на светофоре. Ей было все равно, она скорее хотела доехать до него и убедиться, что всё хорошо. С заносом она заехала во двор дома и выскочила из машины, даже не закрыв её. Взбегая по лестнице на пятый этаж, она представляла, как позвонит в дверь, он, живой и здоровый, откроет ей дверь, и она кинется к нему в объятья, простит ему всё, успокоит его, увезёт с собой на дачу к семье, укроет от бед. Она вспомнила, что столько лет они были вместе, что столько горя и радости вместе хлебнули, что никакая проблема не стоит и минутной размолвки. Забежав на нужный этаж, она рванула к двери, позвонила в звонок, никто ей не открыл. В последний раз она позвонила ему, и услышала рингтон из глубины квартиры, что ещё сильнее насторожило её. Она решила дёрнуть дверь, однако та была не заперта, отчего по спине пробежал холодок, а ноги предательски задрожали, и подкашиваться, но она глубоко вдохнула и зашла внутрь…

***

Уже секунд десять он болтался в петле как мясная туша в холодильнике. Было намного больнее, чем ему казалось, хотелось одновременно вдохнуть и блевать, однако необходимо было немного помучаться. Вены на голове вздулись, а от конечностей оттекала кровь. Перед глазами проплыла вся жизнь, всё самое хорошее и ничего плохого. К счастью уйдёт он умиротворённым.

Однако кто-то позвонил ему… В его агонизирующем мозгу возникла мысль, что эта была она. Внезапно стало страшно, ногами он попытался нащупать стул, однако ноги его не слушались и случайно его опрокинули. Он решил ответить на телефон, возможно, она сможет его спасти…..

***

Несмотря на свой страх, она взялась с силами и быстро зашла в квартиру, каждый шаг отдавался ей в голову, сердце разгонялось всё быстрее и быстрее, щёки пылали огнём, а горло сковало так, что дышалось через раз. Стремглав она залетела в коридор, а затем в зал. В этот миг что-то внутри неё оборвалось. Она встала и тупо уставилась на уже давно охладевшее тело. Лицо её сковала гримаса ужаса, подбородок задрожал, слёзы градом потекли по щекам, глаза не моргали. Она подошла и на прощание обняла своего любимого человека.

***

Вскрытие показало, что по её прибытию он уже несколько часов как был мёртв. После того, как она вызвала скорую и полицию, соседи услышали животный душераздирающий крик. Рыдала она, пока не приехала скорая и не сделала ей укол успокоительного. Соседи как могли, утешали её, хотя самим было тошно от происходящего. Затем следствие установило, что соседи позвонили ему примерно в тот момент, когда он умирал.

***

Неслушающимися руками он достал из кармана телефон, на экране было написано: «Тётя Таня, соседка».

-Что ж, значит, так оно и должно быть, - разочарованно подумал он, рука бросила телефон, и через несколько секунд его сознание оставило его.

После двух полных до отказа маршруток тебе относительно везёт, и ты с переменным успехом протискиваешься через толпу, которая дышит на тебя дешёвым парфюмом, мятной жвачкой, сигаретами и перегаром.

Внезапно, в гуще толпы ты ощущаешь, что телефон начал жужжать и проситься наружу из кармана. Яростно ругаясь про себя, ругаясь с окружающими, нащупываешь телефон и с третьей попытки достаёшь его из узкого кармана джинс.

Смотришь на экран, и тут за горло хватает невидимый кулак, сковывая дыхание, биение сердца учащается, а во рту пересыхает, горло немеет, не позволяя проглотить горячую слюну. На секунду в голове возникают картинки из прошлого: озеро Байкал, костёр под вечерним августовским небом и тёплые и нежные объятия с тем, от кого пришёл входящий вызов впервые за полтора года.

На душе стало одновременно тепло и одновременно тяжело, глаза увлажнились от понимания того, что всё теперь в прошлом.

Нежный, неуверенный, но до боли знакомый голос отозвался в трубке:

-Алло. П-привет. Не отвлекаю? – спросила она, пытаясь быть вежливой.

-Привет, не особо. Что-то хотела?

-В общем, слушай. Мы… то есть я переезжаю на другую квартиру. И мы решили перебрать ненужные вещи. И нашли коробку… понимаешь?

Как же не понять. Это была та самая коробка, в которую она когда-то сложила твои любимые книги. Однако тогда ты был очень зол, что предложил  ъ ей засунуть эти книги куда подальше, ведь ты не хотел видеть, ни её, не эту чёртову квартиру.

-Да, я понимаю, - сухо, но тоже вежливо ответил ты. – Если они занимают лишнее пространство, то я могу их забрать.

-Ой, вот и хорошо! Тогда давай сегодня подъезжай к восьми. Мы… я буду как раз дома.

Весь остальной день был как в тумане. Мысли в голове связались узлом, и думать ни о чём, кроме тёплых воспоминаний о ней, было нельзя.

Вы познакомились на вечеринке общих друзей, затем внезапно остались единственными трезвыми участниками всей вакханалии,  проболтали всю ночь ни о чём, но как бы обо всём, удивляясь внезапно быстро наступившему утру. Ты решил взять у неё телефон, через пару недель вы уже идёте по парку, твоя рука становится влажной, во рту начинает пересыхать, но ты делаешь усилие и осторожно берёшь её за руку. Чувствуешь, как она немного вздрогнула, её ладонь также становится влажной, на щеках выступает румянец, а на губах появляется загадочная улыбка.

Перед самым подъездом вы встаёте напротив друг друга, держась за обе руки. Вы пристально смотрите друг на друга, замечая, что ваши взгляды направлены ниже, в район губ. Далее как по команде вы приближаетесь, и с этих самых пор вас уже не расцепить….

Дальнейшее описывать не имеет смысла. Романтика, переписки до самого рассвета, прогулки, рассвет на крыше, знакомство с её друзьями, близкими, чувство окрыления и лёгкости. А также наивная надежда, что так будет всегда.

Кульминацией ваших чувств становится поездка на Байкал, где вы, через пару лет общения, до сих пор ощущали то же, что и в самом начале. Прижимаясь друг к другу у трескающегося костра, смотря на алый закат, шлёпая комаров на ногах, вы мечтательно рассуждали, что вернётесь сюда вновь….

Наконец наступил вечер. Тебе не сиделось на месте, губы были искусаны до крови. И вот ты собрался, сказав своей нынешней подруге, что надо съездить по делам. По ней стало заметно, что твоя история не звучит убедительно, и она почуяла неладное. Она вообще чуткая и чудная малая, несмотря на то, что ты её не любишь. Не то, чтобы совсем… Просто  в какой-то момент вы стали близкими друзьями, а затем ещё ближе.

Однако это было не то. Что-то внутри не позволяло сблизиться с ней. С ней ты не мог быть таким чутким и внимательным. Часто ты бывал с ней груб и жесток, даже не обращая на это своего внимания. Ты даже не мог сказать ей простого «Я тебя люблю».

В реальном мире ты засыпал с ней, а во сне был с другой. Только в последнее время огонь начал угасать,  и  ты начал успокаиваться.

Но ОНА опять появилась в твоей жизни, вторглась в твой спокойный мир. Ты уже слышал, что у неё появился кто-то другой. Этот факт тебя очень расстроил тогда, хотя ты уже общался с другой.

Во время пьяных посиделок ты постоянно вспоминал о вашем общем прошлом, включал ваши общие песни и плакал. За что с утра тебе было очень стыдно.

И вот ты подъехал к её дому. Тот же дом, те же скамейки, на которых вы когда-то сидели. Тот же подъезд.

Последние шаги до двери подъезда дались нелегко. Рука неуверенно дотянулась до кнопки домофона. Звон ужасно отдаётся в ушах. Хочется развернуться и быстро уйти, но динамик начинает хрипеть, и раздаётся голос:

-Да? Кто там?

-Я.

Трубку кладут, а домофон начинает раздражающе пиликать. Медленно открываешь дверь, пудовыми ногами поднимаешься на её этаж и видишь, что она уже открыла дверь и ждёт тебя.

Она сильно изменилась. Похудела, покрасилась, стала не той, которой ты знал её раньше. В сердце заныло от зависти.  Сам ты изменился не в лучшую сторону: располнел, обзавёлся парой мешков под глазами.

-Привет! – вежливо и с  искренней радостью воскликнула она. – Проходи, проходи. Батюшки, ты даже не изменился.

-А ты явно похорошела – подыграл ты ей.

-Ай, не смеши меня! Перекраситься любая дурочка может, - отмахиваясь, ответила она. – Ну, чего стоишь, проходи. Может чай или кофе?

-Нет, спасибо. У меня времени немного, заскочил только коробку забрать. А где она, собственно?

-Ах, да! Сейчас. Эдик! Вынеси коробку! – крикнула она вглубь дома.

Для тебя наступил довольно неприятный момент. Липкое чувство ревности и негодование обуяло тебя. В коридор вышел парень, она вас представила друг другу, вы пожали руки. Эдик оказался на вид нормальным парнем. В голове возникли противоречивые друг другу мысли: одновременно ты чувствовал симпатию к этому парню, но также неприязнь от того, что он теперь с ней, и вносило суматоху в и без того запутавшийся мозг.

Ты взял коробку в руки, попрощался, вежливо отказался остаться подольше, несмотря на их уговоры. Их искренняя настойчивость тебя приятно поразила. Но не стоит навязываться, и ты уходишь.

Захлопнулась дверь, и ты остался наедине с чувством неопределённости. Ты понимаешь, что теперь вы совсем другие люди, что чувства остались к другому человеку, человеку из прошлого. Однако между вами было много всего, и тяжкий груз прошлого не мог отпустить просто так.

С чувством опустошённости ты вышел из подъезда, направляясь к остановке, сел на скамейку и открыл коробку.

Освещая фонариком телефона коробку, ты видишь, что на книгах лежит свёрнутый лист бумаги. С любопытством ты разворачиваешь его, а на нём приятным и знакомым подчерком написано:

«Что? Не ожидал, увидеть такого подарка в своей коробке? Вообще я бы не написала эту записку, если бы случайно не наткнулась на эту коробку. Так что благодари себя за то, что тогда послал меня куда подальше и не стал забирать её.

Когда я нашла её, я ощутила бурю эмоций, на меня накатили тёплые воспоминания, особенно о Байкале.

Отдавая её тебе, я хочу закрыть до сих пор открытую страницу в своей жизни. Думаю, что ты тоже был бы не против.

Буду кратка. Долгое время я страдала и думала о тебе. Бессонные ночи подушка, мокрая от слёз и бутылка вина по вечерам остались яркими моментами из того времени. Даже когда я встретила Эдика, долгое время во сне я представляла себя с тобой. Пиком всего стал момент, когда я узнала, что ты начал общаться с другой. Скрывая свои мысли и чувства, я не могла найти себе места. Ревность меня пожирала.

Но… в какой-то момент до меня дошло одно. Прошлого уже не вернуть. Мы с тобой никогда не будем вместе, при всём желании. Понимая, что мы не сошлись один раз, становится понятно, что не сойдёмся и во второй. Я просто поняла, что рада за тебя. Я рада, что ты оставил во мне частичку себя. Нам было вместе хорошо. Теперь тебе хорошо с ней. Я знаю, что ты умеешь любить. Я рада, что она получила такого мужчину, который заставляет девушку чувствовать себя желанной. Я даже немного по-хорошему завидую, что ты обращаешься с ней так же, как когда-то обращался со мной.

Поэтому я решила тоже жить и чувствовать себя хорошо. Мне не хочется отравлять жизнь тебе, а тем более – и самой себе. Я надеюсь, что ты меня поймёшь и будешь также рад. Также я надеюсь, что ты до сих пор остаёшься разумным человеком, что осознаёшь все ошибки, которые были совершены нами, и не позволишь им повториться вновь.

Честно говоря, я буду не против, если ты со своей девочкой как-нибудь придёшь к нам. Если нет, я всё пойму. Но я всё равно буду вас ждать.

Вечно твоя».

По прочтению, внутри возникла буря эмоций. Ком подкатывает к горлу, на глазах наворачиваются слёзы. Но нет, это не слёзы горя и разочарования.

Это слёзы облегчения и стыда. К тебе приходит осознание, что теперь вы оба наконец-то закрыли страницу вашего прошлого. Теперь этот груз не будет давить на тебя, и тянуть на дно. Ещё тебе стыдно за то, что ты был таким сдержанным у неё в гостях, потому что понимал всю её открытость в тот момент. Сейчас тебе хотелось расцеловать и её, и этого Эдика.

Но прежде всего тебе хотелось расцеловать и прижать к себе крепко ту, которая ждала тебя дома. Именно перед ней тебе было стыдно больше всего. За то, что погрузившись в свой мир, ты забыл о ней. За то, что мысленно ей был не с ней. За то, что был с ней груб, не проявлял нежность, которая копилась в тебе и искала выхода, делая тебя постоянно злым и агрессивным по отношению к окружающему миру.

Внезапно они вышли из подъезда. Они не видели тебя. Им было не до этого. Они были оба довольные и весёлые. Шли в обнимку, о чём-то активно болтали и хохотали.

Но ты чувствовал только умиление. Не было никакой ревности. Теперь и ты был за неё по-человечески рад. Она нашла своё счастье.

В итоге ты достал телефон, набрал номер своего счастья, в трубке послышались гудки.

-Алё. Что такое, мой хороший? – удивлённо спросила она. По твоему тело раздалось нежное тепло.

-Привет. В общем. Я хотел бы сказать, что…. – ты стыдливо опустил голову, и твой голос сделался тише и нежнее, - Я … люблю тебя.

После небольшой паузы она удивлённо спросила:

-У тебя всё хорошо?

-Конечно, с тобой теперь лучше всех. Не переживай, всё расскажу, как приду домой.

-Хорошо, буду ждать, - радость в её голосе было не скрыть.

Ты положил трубку. Тебе пришло в голову купить ей букетик, ведь ты ни разу не дарил ей цветов, хотя она часто говорила, что их любит.

А коробка с книгами осталась лежать на скамейке. Тебя она и не особо была нужна. Все эти книги были давно куплены заново. А так, может пригодятся кому-нибудь?