user10689599

“С того дня, как ковчег остался в Кириаф-Иариме, прошло немало времени, около двадцати лет. И тогда весь дом Израилев обратился к Господу” (1 Цар. 7:2). “Увидев такое настроение народа и посчитав момент подходящим для беседы о свободе и её благах, пророк Самуил обратился к израильтянам с речью, которую счёл наиболее уместной и убедительной. Он сказал: ‘Вы, кто всё ещё борется с врагами в лице филистимлян, но к кому начинает милостиво относиться Господь, не должны ограничиваться лишь мечтой о свободе. Желание свободы должно сопровождаться делами, чтобы её достичь. Нельзя мечтать об избавлении от чужеземного гнёта, продолжая жить бездейственно, как прежде. Напротив, живите праведно, изгоните из сердца дурные мысли и всем сердцем служите Господу, почитая Его. Только так вы обретёте все блага, избавление от рабства и победу над врагами. Это не достигается силой, оружием или числом воинов, ибо Господь обещал эти дары не за мощь, а за добродетель и справедливость’” [Иосиф Флавий. Иудейские древности. Указ. соч. Т. 1. Книга 6. Глава 2, 1. С. 265]. Народ с восторгом принял слова Самуила, обещая во всём следовать воле Божьей. Читая о событиях от прибытия ковчега в Кириаф-Иарим до покаяния Израиля, описанных в трёх стихах, мы можем упустить число 20. Между этими событиями прошло два десятилетия — целое поколение. Эта цифра раскрывает важную грань Божьего характера — Его терпение. Несмотря на явные знаки Божьей силы, проявленные над филистимлянами и вефсамитянами, израильский народ двадцать лет шёл к покаянию, постоянно огорчая Бога своими грехами. Но Господь терпеливо ждал, любя их и желая их спасения. Чтобы обрести спасение, Библия учит нас уподобляться Христу, перенимая Его черты. Однако терпение — качество, с которым у нас больше всего трудностей. Мы одновременно хотим и не хотим его иметь: жаждем, чтобы другие были терпеливы к нам, но сами неохотно проявляем его к окружающим. Что же такое терпение? Согласно словарю, оно, в греческом смысле, означает добровольное несение бремени [Геце Б. Библейский словарь. Germany, Gummersbach, 1997. С. 476]. Ключевое слово — “бремя”. Не тяжесть или ноша, а именно бремя, которое, по Далю, связано со словом берймя, обозначающим охапку, которую можно обнять руками, в меру человеческой силы [Даль. Указ. соч. Т. 1. С. 83]. Само бремя — это груз, который давит и тяготит [Там же. С. 83]. Таким образом, терпение — это добровольное взятие на себя тяжёлого груза, хотя человек мог бы этого избежать. Терпеливым можно назвать не того, кто вынужденно несёт бремя, например, в неволе, а того, кто добровольно принимает его ради спасения другого.

Величайший пример терпения показал Христос, добровольно взявший на Себя грехи мира. Апостолы, приняв Христа, отказались от привычной жизни, став проповедниками Евангелия и столкнувшись с гневом Рима. Лютер, Гус и русские реформаторы XV века также явили терпение. Но нужно ли бросать работу, семью или принимать мученичество, чтобы воспитать это качество? Библия не требует этого, а предлагает практичные советы, чтобы, с Божьей помощью, проявлять терпение и решать многие жизненные проблемы, часто вызванные нашим нетерпением. Эти советы помогают понять, насколько мы терпеливы:

Снисхождение и понимание: “Со всяким смиренномудрием и кротостью, с долготерпением, снисходя друг ко другу любовью” (Еф. 4:2). Апостол говорит о снисхождении к тем, кто его не заслуживает.

Прощение и милосердие: “Петр спросил: Господи, сколько раз прощать брату, согрешающему против меня? До семи ли раз? Иисус ответил: не до семи, но до седмижды семидесяти” (Мф. 18:21–22). Обычно мы прощаем раз, максимум два, считая третий раз подвигом. Но Христос призывает к большему терпению в прощении.

“Благо тому, кто терпеливо ожидает спасения от Господа” (Плач. 3:26). Мы часто теряем терпение, ожидая Божьего ответа, требуя его немедленно и по-нашему. Пророк Иеремия, писавший во время разрушения Иерусалима вавилонянами, призывал к терпению, несмотря на руины и плен. Он верил в спасение, и оно пришло, когда иудеи вернулись и отстроили город.

“Утешайтесь надеждой; в скорби будьте терпеливы, в молитве постоянны” (Рим. 12:12). Павел, переживший беды за служение, писал: “Мы являем себя служителями Божьими в великом терпении, в бедах, нуждах, под ударами, в темницах, трудах, постах, в чистоте, великодушии, любви” (2 Кор. 6:4–6). Испытания шлифуют характер, укрепляют веру, и Бог не допускает искушений сверх сил (1 Кор. 10:13). Они временны, как гласит надпись на кольце Соломона: “И это пройдёт”. Падение часто происходит у порога облегчения из-за утраты терпения.

“Умоляем вас, вразумляйте бесчинных, утешайте слабых, будьте долготерпеливы ко всем” (1 Фес. 5:14). Мы терпеливы к начальству или тем, от кого ждём выгоды, умеренно — к равным, но нетерпеливы к зависимым или близким. Бог же требует долготерпения ко всем.

“Будьте долготерпеливы до пришествия Господня. Земледелец ждёт плода, терпя долго, пока не получит дождь. Долготерпите и вы, ибо пришествие близко” (Иак. 5:7–8). Вера во Второе пришествие поддерживала христиан веками. Дьявол стремится разрушить её, зная, что без неё жизнь теряет смысл. В церквях, уклонившихся от истины, о пришествии говорят редко или абстрактно. Лишь Церковь Остатка несёт Трёхангельскую весть (Откр. 14:6–10), дающую надежду и учащую терпению. Спасённые отмечены этим качеством: “Здесь терпение святых, соблюдающих заповеди Божии и веру в Иисуса” (Откр. 14:12). Чтобы воспитать терпение, нужно: 1) Признать свою нетерпеливость перед Богом, прося Его помощи; 2) Вспомнить, как другие терпят нас; 3) Осознать долготерпение Бога, ждавшего Израиль 20 лет (Втор. 9:7); 4) Разобраться, что движет нетерпением — часто гордыня; 5) Вспомнить горькие плоды прошлой нетерпеливости; 6) Признать возможность ошибки, доверяя Божьему Слову. Так мы обретём терпение, отличающее спасённых.

Город Кириафиарим, что переводится как город лесов, некогда окружали густые, величественные леса, определившие его название. Он располагался недалеко от Вефсамиса, на стыке земель колен Иуды и Вениамина, переходя из-под власти одного к другому. До завоевания Палестины иудеями Кириафиарим входил в союз городов, принадлежавших евейскому племени. Помимо него, в этот союз входили Кефира, Беерофа и Гаваон, который считался главным центром объединения (И. Нав. 9:17). В период, когда патриарх Иаков возвратился в Палестину, евеи на время владели и Сихемом. К этому племени относился сын местного правителя, тоже Сихем, совершивший насилие над Диной, дочерью Иакова (Быт. 34). Евеи, потомки Ханаана (Быт. 10:17), славились торговлей и жили относительно спокойно, пока не узнали о вторжении евреев под предводительством Иисуса Навина, сокрушавшего всё на своём пути. В отличие от других хананейских общин, евеи осознали бесполезность сопротивления. Вместо союза против израильтян они выбрали союз с ними. “Рассудив, что открыто объявить себя хананеями опасно, и надеясь полностью избежать угрозы, послы решили выдать себя за приезжих, не связанных с местными жителями и живущих далеко. Они заявили Иисусу, что пришли издалека, движимые слухами о мощи евреев. В подтверждение они указали на изношенную одежду, специально надетую для вида, будто из долгого пути. Так одетые, они явились к израильтянам, представившись послами от гаваонитян и соседних городов, расположенных далеко, и просили заключить мирный договор, радуясь дарованной евреям Ханаанской земле. Указывая на признаки далёкого путешествия, они убедили Иисуса в своей правоте, и он, поверив, что они не хананеяне, заключил с ними союз. Первосвященник Елеазар и старейшины скрепили его клятвой дружбы и защиты, а народ присоединился к обещанию. Получив желаемое обманом, послы вернулись домой. Позже, ведя войско в горные районы, Иисус узнал, что гаваонитяне — хананеяне, живущие близ Иерусалима, и призвал их старейшин, упрекая во лжи. Те ответили, что обман был единственным спасением, и Иисус, посовещавшись с Елеазаром и старейшинами, решил, что клятву нарушить нельзя, но гаваонитян можно привлечь к трудам. Так они сохранили жизнь. Разгневанный царь Иерусалима, узнав о союзе, призвал соседних правителей выступить против гаваонитян. Те, объединившись вчетвером, расположились лагерем у источника близ города, готовясь к осаде. Гаваонитяне, видя угрозу от своих, обратились к Иисусу, надеясь на помощь по договору, ведь хананеи стремились их уничтожить. Иисус поспешил с войском, маршируя день и ночь, напал на врагов на рассвете, обратил в бегство и преследовал в долине Вифоры. Там он убедился в Божьей поддержке: разразилась буря с громом, молнией и градом. День продлился дольше обычного, чтобы ночь не прервала победу, и Иисус настиг четырёх царей в пещере Маккед, перебив их. О продлении дня свидетельствуют священные книги храма” [Иосиф Флавий. Указ. соч. Т. 1. Книга 5. Глава 1, 16, 17. С. 215–217]. Так евеи, вступив в союз с Израилем необычным путём, выжили, сохраняя свою идентичность ещё несколько веков. Язычники по происхождению, они, живя среди израильтян, через браки привносили свои порочные обычаи (Суд. 3:3, 5, 6). К эпохе Самуила население Кириафиарима стало смешанным иудо-евейским.

В отличие от Вефсамиса, Кириаф-Иарим не числился среди левитских городов. Учитывая это и смешение с евеями, можно было бы ожидать низкого духовного уровня его жителей по сравнению с Вефсамисом, где жили чистокровные иудеи-левиты, хранители веры. Однако всё оказалось иначе. Жители Кириаф-Иарима приняли ковчег с почтением и радостью, осознавая его святость, и передали его на хранение левиту, специально найденному среди них. Согласно 1 Пар. 15:10–11, Аминадав и его сын Елеазар (1 Цар. 7:1) происходили из колена Левия [Лопухин. Указ. соч. Т. 2. С. 243]. Долгие десятилетия ковчег оставался в этом городе, вплоть до правления Давида (2 Цар. 6:2, где упоминается Ваал Иудин как одно из названий Кириафиарима), что свидетельствует о глубоком уважении местных. В этом скрыт важный урок. Мы склонны судить людей по внешности, профессии, образованию или вере. Жителей Кириафиарима мы могли бы счесть отступниками, смешавшимися с язычниками, но именно они лучше уловили Божью волю, чем левиты Вефсамиса, чья религиозность свелась к формальности. Господь доверил ковчег не мощным городам Иуды или Израиля, а скромному Кириафиариму, показав, что Он — Спаситель всех народов. Слова Христа к “религиозным” иудеям: “мытари и блудницы опережают вас в Царство Божие” (Мф. 21:31) и “многие придут с востока и запада и возлягут с Авраамом” (Мф. 8:11) были верны всегда. Мы видели, как Бог оберегал евеев от хананеян, разгневанных их союзом с Израилем, и ещё увидим Его справедливость к ним, наслав беды на израильтян за обиды (2 Цар. 21). С презрением относясь к другим вероисповеданиям, мы рискуем пропустить их искреннее обращение к Богу и полноту Истины, тогда как наша гордыня, основанная лишь на членстве в церкви, может увести нас от веры, как случилось с вефсамитянами. Сегодня от Кириафиарима остались руины в Эрма (31є46’ с.ш., 35є1’ в.д.). Леса, окружавшие город, давно вырублены, а развалины монастыря, возведённого крестоносцами в XII веке, изменили древний облик местности. Но память о нём жива благодаря ковчегу, а жители остаются примером того, что судить людей нельзя по внешнему виду.

Помимо явного неуважения к Богу, жителей Вефсамиса подталкивала к их поступкам определённая доля любопытства. Любопытство и любознательность кажутся схожими на первый взгляд, но их суть разительно отличается. Согласно толковому словарю русского языка В.И. Даля, “любопытство — это стремление всё разузнать без видимой пользы или необходимости” [Даль В. Толковый Словарь Живого Великорусского Языка. В 4 т. М.: Русский язык, 1989. Т. 2. С. 283]. “Любознательность же — это тяга к знаниям, интерес к наукам и желание учиться” [Там же. С. 283]. Вефсамитяне, сочетая излишнее любопытство с пренебрежением к Господу, столкнулись с трагическим исходом. Если углубиться в другие библейские истории духовного упадка, станет заметно, что любопытство часто становилось первым шагом к беде. Так, падение Евы началось с желания узнать, что скрывается в запретных плодах, привлекательных на вид. Аналогично, наш путь к греху нередко начинается с подобного интереса. Мы тайком пытаемся заглянуть в грех, понять, как он выглядит. Сегодня дети и подростки, ещё не способные к тяжким проступкам вроде прелюбодеяния или убийства, с увлечением смотрят фильмы на эти темы. Многие любят подсматривать за интимной жизнью взрослых. Средства массовой информации, разжигая чувственное любопытство, подготавливают молодёжь к греху, выставляя его в соблазнительном свете. Экраны полны сцен с девушками в объятиях мужчин, умалчивая о последствиях случайных связей, а если и упоминая их, то показывают лёгкие решения, которых в реальности не существует. Между тем, СПИД, сифилис и гонорея захватили мир, а использование презервативов не останавливает их распространение. Нежелательные беременности остаются проблемой, а противозачаточные средства, напротив, увеличили риск опухолей матки (при спиралях) и яичников (при таблетках). Моральные раны и стрессы после мимолётных встреч способствуют росту бесплодия у обоих полов, но об этом молчат, заменяя правду яркой рекламой эротики.

Рядом с пропагандой свободной любви процветает реклама наркотиков и сигарет. Песни прославляют эту тему, где привлекательные девушки предлагают попробовать наркотики, обещая лёгкость и удовольствие. Дьявол действует тонко, не принуждая, а лишь завлекая, раскрашивая грех в яркие тона. Люди следуют за этим, уверенные, что выбирают сами, ведь независимость так ценится сегодня. Антиреклама же строится на наивной схеме запретов и предупреждений. Надпись “Минздрав предупреждает” вызывает лишь усмешку, побуждая сделать наоборот. Но давайте отвлечёмся от сравнения рекламы и контррекламы. За ними стоят не только хитроумные маркетологи или недалёкие критики, а наша собственная судьба. Дьявол создаёт иллюзию свободы выбора, когда мы подходим к ночному клубу или сигаретному ларьку после его призывов. Он внушает, что, если не понравится, мы легко откажемся. Реклама уверяет: “Просто попробуй!” — и никто не заставит. Люди соглашаются, думая: “Что я теряю, не понравится — уйду”. Но жизнь доказывает обратное: уйти от дьявола непросто. Сколько случаев, когда визит в публичный дом или связь с незнакомкой заканчивались СПИДом или сифилисом, решая судьбу человека. Сколько людей, решив поиграть в рулетку, за считанные минуты обзаводились долгами, становясь рабами кредиторов. Один стакан вина порой приводил к алкоголизму, а слегка опьяневшую девушку — к насилию и нежелательной беременности. Одна инъекция, казавшаяся безобидной, оказывалась мощным наркотиком, намеренно втягивающим в зависимость. Сколько случайных встреч снимали на камеру, чтобы потом шантажировать тех, кто поддался любопытству. Любопытство стало следствием греха, о котором мы редко задумываемся, но оно открывает незаметные двери к падению и разрушению.

Размышляя над событиями в Вефсамисе и возмущаясь дерзостью его жителей, осмелившихся совершить такое святотатство, мы упускаем из виду, что сами нередко ведём себя ещё более непочтительно, чем обитатели этого левитского города. Хотя в наши дни животные не доставляют чудесным образом ковчег завета, а коровы не бродят по городским улицам, да и сам ковчег, спрятанный перед захватом Навуходоносором Иерусалима, бесследно исчез, мы, современные люди, продолжаем неуважительно снимать завесу с его символа. Ведь ковчег, как и во времена вефсамитян, прежде всего не реликвия с волшебной силой, а знак присутствия Бога. Уважение к нему сегодня проявляется в нашем отношении к Нему, Его Закону, Его Слову и служении. Более того, мы снимаем завесу с ковчега, как ни странно, даже в своих молитвах.

Молитва — это беседа человека с Богом, и по её тону можно судить, уважаем ли мы Его, подобно тому, как это видно в общении с людьми. Иногда наши молитвы звучат обвинительно: “Господи, зачем Ты допустил это в моей жизни? Разве Ты не видишь моих страданий? Почему другим живётся лучше? Ты меня не любишь, не слышишь, не понимаешь. Я не прощу Тебе эту утрату!” Возможно, мы не произносим такие слова вслух, но в сердце они звучат часто, заглушая возможность Божьего ответа. Другой распространённый тип молитв — требовательный. Люди выдергивают из Писания обетования или истории, настаивая на их исполнении: “Господи, Ты желаешь здоровья Своим детям, исцели меня от пневмонии прямо сейчас, это Твоя воля!” или “Ты обещал благословение за десятину, дай мне машину — она мне нужна, Ты обязан!” На массовых харизматических служениях людей учат требовать, утверждая, что слова “да будет воля Твоя” — оскорбление, равное сомнению в Божьих словах, а “сомневающийся подобен морской волне, ветром поднимаемой и развеваемой. Да не думает такой человек получить что-нибудь от Господа” (Иак. 1:6–7). Однако лидеры таких движений игнорируют примеры великих христиан. Апостол Павел страдал немощью, и, моля об исцелении, получил отказ: “Чтобы я не превозносился чрезвычайностью откровений, дано мне жало в плоть, ангел сатаны, удручать меня. Трижды молил я Господа об избавлении, но Он сказал: достаточно для тебя благодати Моей, ибо сила Моя совершается в немощи. Потому я хвалюсь немощами, дабы обитала во мне сила Христова. Итак, я благодушествую в немощах, обидах, нуждах, гонениях, притеснениях за Христа, ибо, когда немощен, тогда силен” (2 Кор. 12:7–10). Тимофей тоже болел, и Павел советовал: “Отныне пей не только воду, но и немного вина ради желудка твоего и частых недугов” (1 Тим. 5:23), в отличие от харизматов, таких как Гарольд Хортон, утверждавшего: “Медицина и хирургия — путь мирской. Божий путь — только сверхъестественное исцеление” [Horton H. Die Gaben des Geistes, a. a. O. S. 130]. Патриарх Иов страдал проказой, а царь Езекия, молясь, получил совет пророка Исайи: “В те дни Езекия заболел смертельно, и пришел к нему Исайя, сын Амосов, говоря: устрой дом свой, ибо умрёшь и не выздоровеешь. Исайя не успел выйти, как было слово Господне: возвратись и скажи Езекии: Я услышал молитву твою, увидел слезы твои. Я исцелю тебя, и в третий день пойдёшь в дом Господень. И сказал Исайя: возьмите пласт смокв и приложите к нарыву; и он выздоровел” (4 Цар. 20:1, 4–5, 7).

Бог желает людям жизни с избытком: “Вор приходит, чтобы украсть, убить и погубить. Я пришел, чтобы имели жизнь и избыток” (Ин. 10:10). Но примеры верующих — от Авраама и Соломона до Никодима — показывают, что богатство не было универсальным благословением. Апостолы жили скромно, а Онисим и многие колоссяне оставались рабами, как учит Павел: “Рабы, повинуйтесь господам по плоти не только ради вида, как угождающие людям, но в простоте сердца, боясь Бога. И всё делайте от души, как для Господа, а не для людей” (Кол. 3:22–23). Павел добавляет: “Оставайся в том звании, в котором призван. Если ты раб, не печалься; если можешь стать свободным, воспользуйся. В каком звании кто призван, в том и пребывай пред Богом” (1 Кор. 7:20, 21, 24). Бог не обещает всем богатство или свободу, зная, что для некоторых это станет соблазном. Библия упоминает 12 типов характеров, спасаемых для Небесного Иерусалима (Опарин А.А. Ключи истории. Археологическое исследование книги Бытие. Харьков: Факт, 2003, 3-е изд. С. 207–219). Среди них Гад, чья жизнь полна притеснений: “Гад, толпа будет теснить его, но он оттеснит её сзади” (Быт. 49:19), и Асир, живущий в изобилии: “Благословен Асир среди сыновей, любим он братьями, и нога его утопает в елее” (Втор. 33:24). Бог даёт богатство тем, кто, подобно Асиру, использует его для добра, и оставляет других, как Гад, в испытаниях, чтобы они не забыли Его. Требования в молитвах путают их с заклинаниями — обращением к высшей силе с условием “да будет воля моя”. Древние жрецы, например ассирийцы, при помощи магии “обезоруживали” бога Ашшура, требуя победы: “Ашшур, дай нам триумф и уничтожь врагов”, не задумываясь о справедливости войны или уроках поражения. Иудейская вера выделялась принципом “да будет воля Твоя”, как молился Христос в Гефсимании: “Отче Мой! Если чаша сия не может миновать Меня, да будет воля Твоя” (Мф. 26:42). Уверенно молиться можно о духовном спасении, распространении Евангелия или покаянии: “Если исповедуем грехи наши, Он, будучи верен и праведен, простит нас и очистит от всякой неправды” (1 Ин. 1:9). Но просьбы о богатстве или исцелении могут остаться без ответа, что будет лучшим для нас, ведь Бог знает наши нужды. Обвинительные и ультимативные молитвы оскорбляют Его.

Суббота — знамение Бога, как сказано через Иезекииля: “Святите субботы Мои, дабы они были знаком между Мною и вами, чтобы знали, что Я Господь, Бог ваш” (Иез. 20:20). Её соблюдение — не устаревшее требование, заменённое воскресеньем, как учат многие. Библия не упоминает переноса субботы на воскресенье. Это часть неизменного Закона: “Не думайте, что Я пришел нарушить закон или пророков; не нарушить, но исполнить. Истинно говорю: доколе не прейдет небо и земля, ни одна черта не исчезнет из закона, пока не исполнится всё” (Мф. 5:17–18). В Новом Завете суббота чтилась: “Для народа Божия остаётся субботний покой” (Евр. 4:9), а в вечности будут поклоняться в субботу: “Как новое небо и новая земля будут предо Мною, говорит Господь, так семя ваше и имя ваше. От месяца к месяцу и от субботы к субботе всякая плоть придет пред Меня на поклонение” (Ис. 66:22–23). Игнорируя субботу из-за традиций, обычаев или страха перед трудностями, мы отвергаем Божью печать, ставим себя вне Его защиты. Нарушая её, мы святотатствуем сильнее вефсамитян, срывая завесу с ковчега, считая себя праведными.

Десятина — ещё один аспект уважения. Миллионы верующих обкрадывают Бога, не грабя храмы, но не возвращая Его долю. Пророк Малахия возвещает: “Может ли человек обкрадывать Бога? А вы обкрадываете Меня. Скажете: чем? Десятиною и приношениями. Проклятием вы прокляты, ибо весь народ обкрадывает Меня” (Мал. 3:8–9). Десятая часть дохода — урожая или зарплаты — принадлежит Богу: “Всякая десятина с земли и плодов дерева — святыня Господня; из скота, что проходит под жезлом, десятое посвящено Ему” (Лев. 27:30, 32). Многие оправдываются: “Пенсия мала, я еле живу” или “Трое детей, не на что купить одежду, а десятину нечем отдавать”. Да, времена трудны, но в Африке, Азии, Латинской Америке и Океании живут хуже. Человеческий разум не всегда видит выход, но вера, как “осуществление ожидаемого и уверенность в невидимом” (Евр. 11:1), подсказывает путь. Бог обещает: “Принесите все десятины в дом хранилища, чтобы была пища в доме Моем, и испытайте Меня в этом, говорит Господь Саваоф: не открою ли я окна небесные и не изолью ли благословения до преизбытка?” (Мал. 3:10). Это не миллионы, но Божьи дети не будут голодать: “Я был молод и состарился и не видел праведника оставленным, ни потомков его просящими хлеба” (Пс. 36:25). Споры о расходе десятины — не наша забота; даже если служители используют её на себя, Бог спросит их строже. Десятина — дар Богу, а не людям. Как во времена Илии грешные служители не отвращали от Бога, так и сегодня: “На Моисеевом месте сидят книжники и фарисеи; что говорят, делайте, но по делам их не поступайте, ибо говорят и не делают” (Мф. 23:2–3). Не позволяйте соблазну лишить вас десятины — это срыв завесы с ковчега. Перед каждым стоит духовный ковчег; наш выбор — участь вефсамитян, пожавших смерть, или кириафиаримцев, обретших благословение. Проблемы в семье, работе, церкви часто уходят, если мы вернём уважение к ковчегу, не срывая его завесу.

Путешествуя через столетия и изучая судьбу филистимского народа и его городов, мы возвращаемся к 1040 году до нашей эры, когда филистимляне тихо провожали повозку с ковчегом, ведомую животными, к иудейскому городу Вефсамису. “Жители Вефсамиса в тот момент убирали пшеницу в долине, и, подняв взгляд, заметили ковчег Господень, что наполнило их сердца радостью при виде его. Повозка остановилась на поле Иисуса, жителя Вефсамиса, где стоял большой камень; её разобрали на дрова, а коров принесли в жертву Господу. Левиты извлекли ковчег Господа и сундук с золотыми дарами, разместив их на том камне; в тот день жители Вефсамиса совершили всесожжения и принесли жертвы Господу. Пять правителей Филистимских стали свидетелями этого и вернулись в тот же день в Аккарон” (1 Цар. 6:13–16). Вефсамис, что переводится как дом солнца, располагался на землях колена Иуды, граничащих с территорией колена Дана. Этот город входил в число 48 левитских поселений — мест, где жили левиты, а прилегающие поля служили им для выпаса скота. Левиты составляли особое колено израильтян, чья роль заключалась в служении Скинии: “И промолвил Господь Моисею, говоря: выдели левитов из среды сынов Израилевых и очисти их; приведи их к скинии собрания; созови всё общество сынов Израилевых и представь левитов перед Господом, пусть сыны Израилевы возложат на них руки; Аарон же совершит их посвящение пред Господом от лица сынов Израилевых, чтобы они исполняли служение Ему; и так выдели левитов от прочих сынов Израилевых, чтобы они были Моими” (Числ. 8:5, 6, 9–11, 14). В отличие от других колен, левитам не выделяли отдельного земельного надела, дабы они могли свободно исполнять свои обязанности перед Богом. Им полагалось жить в 48 городах, распределённых по всем коленам, получая десятину от других племён (Числ. 18:1–32). Таким образом, это была община, призванная своим образом жизни и служением Богу вдохновлять других израильтян, обучая их Закону Божьему, а их расселение среди колен способствовало распространению духовного знания [Архимандрит Никифор. Библейская энциклопедия. В 2 кн. М.: СПМСИ, 1990. Кн. 1. С. 425]. Казалось, ковчег прибыл именно туда, где его ждали, а первые действия жителей, встретивших его с жертвами и радостью (1 Цар. 6:13), подтверждали это. Однако вскоре произошло нечто неожиданное.

“И поразил Он жителей Вефсамиса за то, что они осмелились заглянуть в ковчег Господа, и погибло из народа пятьдесят тысяч семьдесят человек; и народ оплакивал утрату, ибо Господь наслал на них тяжкое бедствие” (1 Цар. 6:19). Этот эпизод часто вызывает споры. Многие сегодня противопоставляют Бога Ветхого и Нового Заветов: первый предстаёт как суровый и карающий, второй — как милосердный и любящий. Одни считают их разными сущностями, другие доходят до утверждений, что в Ветхом Завете под именем Бога скрывается дьявол, совершающий жестокости, включая уничтожение ханаанцев и казнь 50070 вефсамитян. Последних поразили не за убийство или грабёж, а за любопытство — взгляд внутрь ковчега. Может ли любящий Бог, а тем более Иисус Христос, спасающий в Новом Завете, обрушить такой удар за мнимую мелочь? Чтобы понять это, нужно развеять мифы вокруг истории. На первый взгляд, кажется, что перед нами суровый Бог и наивный народ: жители радуются ковчегу, а затем плачут от бед, обрушившихся за их желание заглянуть внутрь, словно дети, разбирающие игрушки. Но были ли израильтяне такими невинными? Из 1 Цар. 7:4 видно, что в период пребывания ковчега у филистимлян израильтяне поклонялись Ваалу и Астарте — богам ханаанского пантеона, чьи культы включали человеческие жертвы и оргии. Отвергнув Истинного Бога, многие израильтяне погрязли в грехе, принося детей в жертву, предаваясь разврату и винопитию. То, что ранее возмущало их в хананеях и сыновьях Илии, стало их повседневностью. Избранный народ скатился к животным инстинктам, теряя духовную и физическую чистоту. Даже левиты, обязанные этому противостоять, в большинстве забыли Бога своих предков. Народ утратил страх и уважение к Творцу, видя в Нём лишь одного из многих богов, которым они поклонялись. Кульминацией стало, казалось бы, мелкое событие — неоднократное открытие крышки ковчега (1 Цар. 6:19), что символизировало полное пренебрежение к Его запретам. Ранее скиния и ковчег, видимый знак Божьего присутствия, внушали трепет, обещая спасение через служение. Теперь же люди, утратившие святость, открывали ковчег, пренебрегая тем, что только первосвященник мог видеть его раз в год на Йом Кипур. Это напоминало грехопадение в раю, где Ева, вкусив запретный плод (Быт. 3:3), символизировала отказ от зависимости от Бога. Плод не имел силы сам по себе, но означал верность Творцу. Съев его, Ева и Адам заявили о самообеспечении. Аналогично, открытие ковчега — символа Божьего присутствия и спасения — стало актом презрения к Нему, особенно на фоне их разврата. Господь любит людей и стремится спасти каждого: “Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную” (Ин. 3:16). Но иногда прибегает к строгим мерам, чтобы предотвратить полную погибель. Не уничтожь Он вефсамитян, их любопытство было бы удовлетворено, но это подорвало бы авторитет Бога. Он запретил смотреть в ковчег, объявив его святыней, доступной лишь первосвященникам для жизни. Безнаказанность нарушивших закон показала бы, что Его слова пусты или Он бессилен их исполнить. Зачем тогда слушать Его заповеди или верить в спасение? Вопрос авторитета затрагивал не только виновных, но и благочестивых, узнавших о святотатстве, — почти весь Израиль, которому весть об этом разлетелась бы мгновенно. Без наказания вера могла рухнуть. Филистимляне, наблюдавшие за событиями, тоже играли роль. Не открывая ковчег из уважения, пусть и языческого, они знали о чудесах Бога Израиля — переходе через Красное море, падении Иерихона, где ковчег был знаком Его силы, а не идолом. Безнаказанность израильтян могла убедить их, что бедствия у них не от ковчега, а значит, и не от Бога. Наконец, не останови Бог деградацию, народ мог выродиться и исчезнуть. Как Праведный Судья, Он привёл приговор в исполнение: “И сказали жители Вефсамиса: кто достоин стоять пред Господом, сим святым Богом? и куда Он уйдёт от нас? И отправили гонцов к жителям Кириаф-Иарима с вестью: филистимляне вернули ковчег Господа; придите, заберите его к себе” (1 Цар. 6:20–21).

История сохранила поразительные примеры того, как не только люди из-за возраста, наследственности или недугов могут терять волосы, но и целые города могут лишаться своего былого облика. Одним из таких мест древности стала Газа, один из пяти царских городов филистимлян. Этот город, чьи жители нередко совершали набеги на иудеев, стал ареной драмы израильского судьи XII века до нашей эры Самсона, который искал здесь любовь, но обрёл лишь смерть. Ранние годы города текли схожим образом с судьбой Аскалона. Изначально Газа, что в переводе означает твердыня, была хананейским поселением, служившим центром египетской провинции Ханаан [Циркин. Указ. соч. С. 105]. В XII веке до нашей эры её захватили и разграбили филистимляне, истребив местное население, но затем перестроив город заново. Благодаря удачному расположению и известности, Газа стала главным городом их Пятиградия [Циркин. Указ. соч. С. 105]. Постоянные столкновения с Израилем привели к тому, что город дважды оказывался под властью иудейских царей — Соломона (3 Цар. 4:24) и Езекии (4 Цар. 18:8). При нашествии Навуходоносора Газа сильно пострадала, но была восстановлена, хотя ненадолго, так как в 529 году до нашей эры её опустошил царь Мидо-Персии Камбиз (529–522). Наиболее тяжёлые разрушения принесло завоевание Александром Македонским (337–323), который дважды чуть не погиб под её стенами осенью 332 года, двигаясь к Египту и встретив яростное сопротивление горожан [Дандамаев М.А. Политическая история Ахеменидской державы. М.: Наука, 1985. С. 263]. Тогда городом управлял верный слуга персидского царя Дария евнух Ватисса, который надеялся остановить победоносное шествие македонцев. “Он усилил гарнизон, привлёк арабских воинов из южных племён и запасся припасами для долгой осады, веря, что задержка врага сохранит лояльность Египта и даст Дарию время на подготовку новых сил в верхней Азии, чтобы вытеснить македонянина за Тавр, Галис и Геллеспонт. Успех Тира укреплял его уверенность, хотя флот, помогший взять тот остров, был бесполезен у Газы, расположенной в полумиле от берега, окружённого песками и отмелями” [Дройзен И. История эллинизма. В 3 т. Ростов-на-Дону: Феникс, 1995. Т. 1. С. 226]. С точки зрения стратегии его план был безупречен, но библейские пророчества предрекали конец Мидо-Персии — медведю (Дан. 8:5), серебряной груди истукана (Дан. 2:32), овну (Дан. 8:3–7) — и приход царства быстрого и сильного, как барс (Дан. 7:6), что воплотил Александр. О событиях под Газой в сентябре 332 года до нашей эры расскажем словами римского историка Квинта Курция Руфа. “Александр, изучив местность, приказал копать подкопы: мягкий песчаный грунт, намываемый морем, облегчал тайную работу, лишенный скал и камней как препятствий. Работа началась с незаметной стороны, а для отвлечения внимания к стенам подогнали осадные башни. Однако песок затруднял их движение, колёса вязли, верхние этажи обрушивались, раня людей. Царь велел отступить, а наутро обложил город блокадой. Перед походом он, по обычаю, помолился богам. Вдруг ворон, пролетая, уронил ком земли на голову царя, рассыпав её, и сел на башню, обмазанную битумом, прилипнув крыльями. Воины поймали птицу, и это сочли знаком. Прорицатель Аристандр, доверенный царя, истолковал: город падёт, но царь рискует раной. Он отговорил Александра от действий в тот день. Царь, раздосадованный задержкой у Газы, всё же подчинился. Осаждённые воспряли духом, вышли в атаку, но, заметив обходной манёвр македонцев, отступили. Александр, забыв предсказание, надел панцирь по просьбе друзей и вступил в бой. Араб из войска Дария, притворившись перебежчиком, бросился к царю с мечом, но промахнулся, потеряв руку. Вскоре стрела ранила царя в плечо, пробив панцирь. Врач Филипп извлёк её, кровь хлынула, но царь, не дрогнув, велел перевязать рану. Продолжая сражаться, он скрывал боль, пока кровь не усилилась, и рана не воспалилась. Потеряв сознание, он был отнесён в лагерь. Бетис, решив, что царь мёртв, вернулся в город. Александр, ещё не оправившись, возвёл насыпь высотой стен и подкопал их. Горожане надстроили укрепления, но башни на насыпи их превзошли. Стена рухнула, и враги ворвались. Александр, повредив ногу камнем, всё же вёл бой, негодуя на две раны. Бетис, израненный, сражался до конца, но был пленён. Царь, признав его мужество, сказал: ‘Ты умрёшь не так, как хотел; испытаешь все пытки пленника’. Бетис молчал с надменным взглядом. Разгневанный Александр велел проткнуть его пятки ремнями, привязать к колеснице и тащить вокруг города, гордясь подражанием Ахиллу, своему предку. Пало около десяти тысяч персов и арабов, но и македонцы понесли потери. Осада прославилась не столько городом, сколько опасностями для царя” [Квинт Курций Руф. История Александра Македонского. М.: Изд-во Московского университета, 1993. Книга IV. Глава 6, 7–30. С. 60–61]. Так Александр, начав как противник жестокостей, поддался власти, проявляя бесчеловечность под Газой, не ведая, что через девять лет умрёт, а его воины, ныне насилующие и убивающие, обратят ярость на его семью. Закон посева и жатвы не минует и его. После разгрома “Газа опустела и была заселена окрестными жителями” [Дандамаев. Указ. соч. С. 263], мужчины погибли, женщины и дети проданы в рабство [Дройзен. Указ. соч. Т. 1. С. 228]. Город восстановили, но войны диадохов оставили след. Во II веке до нашей эры Газа вошла в сферу влияния Набатейского царства с центром в Петре [Грандт. Указ. соч. С. 239], сохраняя независимость [Циркин. История библейских стран. Указ. соч. С. 433]. Одновременно возникло Иудейское государство Хасмонеев, где царь Александр Яннай (103–76) стремился подчинить Палестину [Дубнов С.М. Краткая история евреев. СПб, 1912. Часть 2. С. 35]. Он столкнулся с набатеями и Египтом, но внутренние смуты в Египте ослабили последнего. Разбив набатеев [Грандт. Указ. соч. С. 239], он осадил Газу, затаив обиду на её союз с Египтом [Циркин. Указ. соч. С. 433]. “Он опустошил окрестности, но военачальник Газы с двумя тысячами наёмников и десятью тысячами горожан ночью атаковал иудейский лагерь. В темноте иудеи приняли их за Птолемея, но на рассвете, разобрав ошибку, перешли в наступление, убив тысячу врагов. Горожане держались стойко, надеясь на помощь Ареты II, но Аполлодор, их лидер, пал от руки брата Лизимаха, завидовавшего популярности. Лизимах сдал город Александру, который сначала щадил жителей, но затем отпустил войско на расправу. Горожане сопротивлялись, поджигая дома, убивали жен и детей, спасая от рабства. Пятьсот членов совета бежали в храм Аполлона, но были перебиты. Город сгорел после годичной осады” [Иосиф Флавий. Иудейские древности. Указ. соч. Т. 2. Книга 13. Глава 13, 3. С. 196–197].

На этом завершилась история древней Газы. Новый город, названный в её честь, был построен римлянами после 61 года до нашей эры на ином месте как свободный город [Кнаур Д. Большой путеводитель по Библии. М.: Республика, 1993. С 95], в нескольких километрах от прежней Газы филистимлян и греков. “Газа существует и сегодня, что долгое время ставило под сомнение пророчества. Лишь тщательные исследования выявили, что новый город стоит не там, где древний. Старая Газа, как показали раскопки, скрыта под песчаными дюнами, действительно ‘оплешивев’” [Кнаур Д. Указ. соч. С 95]. Газа филистимлян была настолько разрушена временем, что долгое время её местоположение оставалось загадкой. Только благодаря кропотливым усилиям археологов, от У. Питри до И. Кейта, были найдены её остатки, связанные с эпохами Самсона и Александра Македонского. Сегодня от неё остались лишь песчаные холмы, “так ‘оплешивев’, что ни одна колонна, ни один стоящий камень не указывают на прошлое, и нет травинки, где мог бы отдохнуть взгляд” [Кнаур Д. Указ. соч. С 95]. Современная Газа связана с древней так же, как Неаполь Скифский с Симферополем или Херсонес с Севастополем. Пророчества подтвердились: город был уничтожен и покинут (№ 4), а время сделало его облыселым в прямом смысле (№ 3). Иная судьба ждала Азот (или Ашдод). Проходя схожий кровавый путь с Газой и Аскалоном, он сохранил своё существование. В VIII веке до нашей эры ассирийцы нанесли ему тяжёлый урон, а вавилоняне, истребив филистимлян, оставили город нетронутым. В 147 году до нашей эры Ионатан Хасмоней разрушил его, но в 55 году до нашей эры римляне восстановили Азот, включив в империю [Гладкий В.Д. Древний мир. Энциклопедия. В 2 т. Донецк: Отечество, 1996. Т. 1. С. 72]. В 395 году он перешёл к Византии, в VII веке — к арабам, в период крестовых походов менял хозяев между мусульманами и крестоносцами, затем вошёл в Османскую империю и с 1948 года стал частью Израиля. В 1965 году в Азоте (ныне Ездуд, 31є46’ с.ш., 34є40’ в.д.) открыли второй крупный порт Израиля на Средиземном море. Крупные раскопки с 1962 по 1972 годы проводил Израильский Департамент Древностей под руководством М. Дотана и Д.Н. Фридмана [Мазар А. Археология Святой Земли. В 2 т. Иерусалим, Гешарим, 1994]. Христианство пришло в Азот с апостолом Филиппом (Деян. 8:40), и его последователи живут там до сих пор. Пятый город филистимлян, Аккарон (или Экрон), был сильно разрушен Навуходоносором, после чего утратил значение. Выдержав до крестовых походов, он превратился в деревню, которая вскоре исчезла. Сегодня его следы найдены на 31є52’ с.ш. и 34є49’ в.д. под названием Тель-Микне. Раскопки в 1980-х годах проводили Институт археологии им. В. Ф. Олбрайта и Еврейский университет под руководством С. Гитина и Т. Дотана, открыв камни, ступали по которым библейские герои. Азот процветает как город с иудейским населением, а не филистимлянами, в то время как от Аккарона остались лишь руины. Как могли Исайя или Иеремия, если бы они лишь излагали свои мысли, предвидеть исчезновение филистимлян, в то время как ассирийцы или эфиопы доживут до Второго Пришествия? Как могли они знать, что пять городов с общим происхождением, схожей историей и значением в эпоху пророчеств ждёт столь разная судьба? И как точно эти предсказания воплотились в реальности! Не зря утверждают, что пророчества придают Библии божественный отпечаток.