user10689599

В то же время будет существовать народ, который знает своего Бога, и они будут сильны и станут совершать подвиги. Это те, которые сохранили религию чистой на земле во время темных веков папской тирании и совершили чудесные, самоотверженные поступки ради своей веры. Известными среди них являются вальденсы, альбигойцы, гугеноты.

Стих 33: «И разумные из народа вразумят многих, хотя будут несколько времени страдать от меча и огни, от плена и грабежа».

Здесь нам представлен длинный период папского преследования тех, которые боролись за сохранение истины и наставление своих ближних путям праведности. Количество дней, которые они должны будут страдать, дано в Дан. 7:25; 12:7; Откр. 12:6,14; 13:5. Период этот называется «время, времена и пол времени», «тысячу двести шестьдесят дней» или «сорок два месяца». Это 1260 лет папского владычества.

Стих 34: «И во время страдания своего будут иметь некоторую помощь, и многие присоединятся к ним, но притворно».

В 12 главе книги Откровение, где нам представляется это же папское преследование, мы читаем, что земля помогла жене, разверзнув уста свои и поглотив реку, которую пустил дракон из пасти своей вслед за ней. Великая Реформация, совершенная Мартином Лютером и его соратниками, предоставила помощь, предсказанную здесь. Немецкие города поддержали протестантское дело, защитили реформаторов и сдержали преследования, так яростно совершаемые папской церковью. Но когда им помогли, и это дело стало популярным, многие притворно присоединились к ним и поддержали их дело из нечистых побуждений, будучи неискренними, лукавыми и говоря красивые, дружеские слова, делая это ради своих личных интересов.

Стих 35: «Пострадают некоторые и из разумных для испытания их, очищения и для убеления к последнему времени; ибо есть еще время до срока».

Хотя дух преследования был ограничен, но он не был полностью уничтожен. Он вспыхивал везде, где только предоставлялась возможность. Особенным образом это наблюдалось в Англии. Религиозное состояние этого государства колебалось, находясь то под протестантской, то под папской юрисдикцией, соответственно религии правящего монарха. Кровавая королева Мэри была смертельным врагом протестантского дела, и многие пали жертвами ее неустанных преследований. Такое состояние дел в большей или меньшей мере продолжалось до последнего времени. Можно сделать естественный вывод: когда наступит последнее время, то власть, которой обладала церковь Рима, наказывая еретиков, и которая являлась причиной столь многих преследований, которые на какое-то время были ограничены, будет полностью отнята. И вместе с этим будет бесспорным вывод, что это отнятие папского превосходства отметит начало периода, названного здесь «последним временем». Если это применение правильно, то последнее время началось в 1798 году, потому что тогда, как уже было подмечено, папство было свергнуто Францией и с того времени оно не могло обладать властью, которую имело до этого. То, что здесь идет речь о притеснении церкви папством, очевидно, потому что только оно, за исключением Откр. 2:10, связано с назначенным временем, «сроком» или пророческим периодом.

Папство прекратит ежедневное. В комментариях к Дан. 8:13 было показано, что слово «жертва» добавлено по ошибке и что речь идет об опустошении. Это выражение означает разрушительную силу, мерзость запустения является ее неотъемлемой частью, к которой она приходит с течением времени. «Ежедневным» опустошением было язычество, а «мерзостью запустения» является папство. Но может возникнуть вопрос: как она может означать папство, ведь Христос говорил о ней в связи с разрушением Иерусалима.

Ответ таков: Христос, очевидно, ссылался на 9 главу Даниила, которая предсказывает разрушение Иерусалима, а не на этот текст из 11 главы, который не относится к этому событию. Даниил в 9 главе говорит об опустошениях и мерзостях во множественном числе. Значит, больше, чем одна мерзость, подавляет церковь; то есть, если речь идет о церкви, то и язычество, и папство являются мерзостью. Но они отличаются друг от друга и четко определены: одно — это «ежедневное» опустошение, а второе — исключительно грех или «мерзость» запустения.

Как было устранено «ежедневное» или язычество? Так как это говорится в связи с установлением мерзости запустения или папства, то оно должно означать не просто номинальную перемену религии империи от язычества к христианству, в связи с мнимым обращением Константина, но такое искоренение язычества во всех сферах империи, чтобы открылся путь для возникновения папской мерзости и провозглашения ее высокомерных претензий. Именно такая революция была совершена, но это произошло приблизительно через двести лет после смерти Константина.

По мере приближения к 508 году н. э. мы видим великий кризис, назревающий между католицизмом и языческим влиянием, все еще существующим в империи. До времени обращения Кловиса, царя Франции, в 496 году нашей эры, Франция и другие народы Западной Европы были языческими, но после этого события усилия обратить язычников в католицизм постепенно нарастали и увенчались большим успехом. Говорят, что после обращения Кловиса французскому монарху были присвоены такие титулы: «Высшее христианское Величество» и «Старший сын церкви». С того времени до 508 года посредством союзов, капитуляций и завоеваний Арбориси, римские гарнизоны на Западе, Британия, бургунды и вестготы были покорены.

Со времени достижения этих успехов, а именно с 508 года, папство победило язычество, так как хотя последнее и замедляло развитие католической веры, однако, оно не имело силы, хотя и имело тенденцию к подавлению веры и мешало вторжению римского понтифика. Когда выдающиеся силы Европы покончили со своей приверженностью язычеству, осталось только видоизменить их мерзость в другую форму, так как христианство, представленное в католической церкви, было и есть всего лишь крещенным язычеством.

В Англии Артур, первый христианский царь, основал христианское поклонение на руинах язычества. Репин (книга 2, стр.124), претендующий на точность в хронологии событий, констатирует, что Артур был избран монархом Британии в 508 году.

Состояние Римской епархии в это время было также особенным. В 498 году Симмакус вступил на престол понтифика, будучи недавно обращенным из язычества, и оставался на престоле до 514 года н. э. Он проложил себе дорогу к папскому престолу, сражаясь до крови со своим соперником. Он принимал поклонение, как преемник св. Петра, и задал тон папскому высокомерию, осмелившись отлучить императора Анастасия. Самые раболепные льстецы папы теперь начали поддерживать мнение, что он поставлен судьей вместо Бога и что он — наместник Всевышнего.

В таком направлении развивались события на Западе. Каково же было положение дел в это же время на Востоке? Сильная папская партия теперь существовала во всех частях империи. Приверженцы папства в Константинополе, воодушевленные успехом своих братьев на Западе, считали безопасным начало открытой вражды в защиту своего государя в Риме. В 508 году их

скрытое желание достигло кульминации в водовороте фанатизма и гражданской войны, который опустошил огнем и кровью улицы восточной столицы. О беспорядках в Константинополе, происходящих с 508 по 518 годы, Гиббон говорит следующее: «Статуи императора были разбиты, а сам он скрывался в пригороде, пока не осмелился через три дня просить о милости своих подданных. Без своей диадемы, в положении просящего Анастасий появился на троне амфитеатра. Католики радовались предложению об отречении от сана, которое он произнес голосом вестника; они выслушали его совет, что, так как все не могут править, то они должны вначале согласиться избрать монарха; и они приняли кровь двух непопулярных священников, которых их государь, без колебания, отдал львам. Эти яростные, но кратковременные подстрекательства воодушевлялись успехом Виталиана, который с армией гуннов и болгаров, в основном идолопоклонников, провозгласил себя поборником католической веры. В этом религиозном восстании он уничтожил Фракию, осадил Константинополь, истребил шестьдесят пять тысяч своих христиан, пока не получил от епископов сигнал к возвращению и одобрение папы. Был установлен Собор Халцедона — православное соглашение, неохотно подписанное умирающим Анастасием и более верно совершенное дядей Юстиниана. Вот такой была первая религиозная война, совершенная во имя Бога мира Его учениками».

Необходимо подметить, что в этом (508) году язычество еще больше пало, а католицизм относительно усилился, так что католическая церковь впервые провела успешную войну против гражданской власти империи и Восточной церкви, которая большей частью теперь приняла доктрину о единой природе Христа. Результатом было уничтожение 65 000 еретиков.

Дальнейшее доказательство относительно времени предоставляется нам в пророчестве Даниила 12:11, где сказано, что «со времени прекращения ежедневной жертвы… пройдет тысяча двести девяносто дней». Так как 4, 6, 7, 8, 9 стихи этой главы говорят о «последнем времени», мы можем разумно заключить, что в 11 тексте речь идет о том же времени. Отсчитывая 1290 «дней» или лет назад от «последнего времени», которое началось в 1798 году н. э., мы приходим к 508 году н. э.

Мы думаем, что теперь становится понятно, что «ежедневное» было отнято в 508 году н. э. Это стало подготовительным шагом для установления папства, которое было отдельным последующим событием. Об этом теперь и говорит нам пророческий рассказ.

«И поставит мерзость запустения». Достаточно полно показав, что является отнятием «ежедневного» или язычества, мы теперь спрашиваем: когда была установлена эта мерзость запустения или папство? Небольшой рог, который имел глаза, подобные человеческим, не мог не заметить, когда открылся путь для его продвижения и возвышения. С 508 года его продвижение к всемирному владычеству стало бесспорным. Когда Юстиниан планировал начать вандальскую войну в 533 году н. э. — предприятие немалого значения и сложности, — он пожелал сохранить влияние епископа Рима, который тогда достиг такого положения, при котором его мнение имело огромное значение в большей части христианского мира. Юстиниан тогда решил определить исход борьбы, которая долго существовала между епископами Рима и Константинополя относительно того, кто должен главенствовать; предпочтение было отдано Риму, и было заявлено совершенно ясно, что епископ этого города должен быть главой всей церкви империи. Работа Георгия Кроли по Апокалипсису, изданная в Англии в 1827 году, представляет нам детальный отчет о событиях, благодаря которым обеспечивалось верховенство папы Римского. Он представляет нам следующее письмо Юстиниана: «Юстиниан, благочестивый, удачливый, прославленный, победоносный император, консул и т. д. — Иоанну, святейшему архиепископу города Рима и патриарху. Отдавая почтение апостольскому престолу и Нашей святости, как всегда было и есть, наше желание почтить Наше Преподобие как отца. Мы спешим сообщить Вашему Преосвященству все, что касается состояния церквей; во все времена нашим желанием было сохранение единства Нашего апостольского престола и положения святых церквей Божьих, которые сейчас главенствуют и находятся в безопасности. Поэтому мы спешим полностью покорить Вашему Преосвященству и объединить всех священников Востока. Какие бы вопросы ни поднимались в настоящее время, мы считаем необходимым доносить их до ведома Вашего Преосвященства, насколько бы ясными и неоспоримыми они не казались, хотя и все духовенство твердо придерживается доктрин Вашего апостольского престола и проповедует их. Мы не потерпим, чтобы возникающие вопросы, относящиеся к состоянию церквей, насколько бы очевидными и неоспоримыми они ни были, были решены без ведома Вашего Преосвященства, являющегося главой всех церквей, так как во всем, как мы уже упоминали, мы стремимся возвысить честь и авторитет Вашего апостольского престола».

«Письмо императора должно было быть отправлено 25 марта 533 года, так как в своем письме от этой же даты к Эпифану он говорит о том, что он уже отправил его и повторяет свое решение, что все дела церковные должны решаться папой, «главой епископов и истинным и действенным исправителем еретиков».

«Папа в своем ответе, написанном в том же месяце следующего 534 года, повторяя слова императора, пишет, восхищаясь его преданностью папскому престолу, что среди всех добродетелей Юстиниана «одна сияет как звезда — его уважение к апостольскому престолу, которому он покорил все церкви, так как тот действительно является главой всего, как указано правилами отцов, законами князей и утверждением императорского благочестия».

«Позднейшие дополнения» к кодексу Юстиниана дают нам неоспоримое доказательство достоверности титула. В преамбуле 9 пункта говорится, что «так как старший Рим был основателем законов, то не должно ставить под сомнение тот факт, что он является верховным понтификом». 131 пункт о церковных титулах и привилегиях (глава 2) говорит: «Поэтому мы заявляем, что Пресвятейший Папа старшего Рима является первым из всего священства, а благословенный архиепископ Константинополя, нового Рима, будет вторым после святого апостольского престола старшего Рима».

До окончания VI столетия Иоанн Константинопольский отказывался признать Римское верховенство и присвоил себе титул Всемирного епископа, после чего Григорий Великий, возмущенный узурпацией, обвинил Иоанна и заявил, не сознавая истины, что тот, кто присваивает себе титул всемирного епископа, является антихристом. Фокас в 606 году подавил претензии епископа Константинопольского и оправдал Римского епископа. Но Фокас не был основателем папского верховенства. «То, что Фокас подавил притязание Константинопольского епископа, несомненно. Но высшие авторитеты среди граждан и летописцев Рима отклоняют идею о том, что Фокас был основателем верховной власти Рима. Они считают, что Юстиниан был единственным законным источником и правильно датируют титул со знаменательного 533 года».

Джордж Кроли далее говорит: «У Барониуса, признанного авторитета среди римо-католических летописцев, я нашел, что документ Юстиниана, подтверждающий верховенство папы, формально приходился на этот период… Все документы оригинальны, правильны и соответствуют своей значимости».

Такими были обстоятельства, сопутствующие декрету Юстиниана. Но условия этого декрета не могли быть выполнены сразу, так как Рим и Италия находились во власти остготов, которые были по своей вере арианами и сильно противостояли религии Юстиниана и папы. Поэтому было очевидно, что остготы должны быть искоренены из Рима прежде, чем папа сможет проявить свою власть, которой он уже был облечен. Для достижения этой цели в 534 году началась Итальянская война. Управление кампанией было доверено Белисарию. При его приближении к Риму несколько городов оставили Вития, своего готского и еретического монарха, и присоединились к армии католического императора. Готы, решив отложить наступательные операции до весны, позволили Белисарию без сопротивления войти в Рим. Представители папы и духовенства, сената и народа пригласили лейтенанта Юстиниана принять их добровольное верноподданство.

Белисарий вошел в Рим 10 декабря 536 года. Но это не было концом борьбы, так как готы, собрав свои силы, решили сопротивляться его владению городом посредством обычной осады. Они начали ее в марте 537 года. Белисарий опасался отчаяния и предательства народа. Несколько сенаторов и папа Сильверий по подозрению и обвинению в измене были отправлены в ссылку. Император поручил духовенству избрать нового епископа. После торжественного призвания Святого Духа они избрали нового диакона, Вигилия, который взяткой в двести фунтов золота купил себе почести.

Весь народ остготов был собран для осады Рима, но успех не сопутствовал их усилиям. Их войска истаивали в частых и кровавых битвах под стенами города; за год и девять дней, которые длилась осада, почти весь народ погиб. В марте 538 года им начали угрожать опасности с другой стороны, они сняли осаду, сожгли свои палатки и в шуме и замешательстве отошли от города с количеством людей, едва достаточным для сохранения своего народа или их самобытности как народа.

Таким образом готский рог, последний из трех, был вырван перед небольшим рогом, согласно 7 главе Даниина. Теперь ничто не мешало папе проявить власть, предоставленную ему Юстинианом пять лет назад. Святые, времена и законы теперь были в его руках, и это были не просто намерения, но действительность. Этот год мы и должны считать годом, когда эта мерзость была установлена, и именно от него необходимо отсчитывать 1260 лет папского верховенства.

«Константин и Юстиниан — это два человеческих орудия, которые более других участвовали в формировании папства и предоставлении ему гражданской власти».

Это был действительно поход, отличающийся от двух предыдущих, о которых шла речь в пророчестве; и к этому привел фатальный шаг перенесения столицы империи из Рима в Константинополь.

Стих 30: «Ибо в одно время с ним придут корабли Киттимские; и он упадет духом и возвратится, и озлобится на святый завет, и исполнит свое намерение, и опять войдет в соглашение с отступниками от святого завета».

Пророческий рассказ все еще говорит о силе, которая была темой пророчества с 16 стиха, а именно о Риме. Что это за киттимские корабли, которые выступили против этой власти, и когда было совершено это? Какая страна или сила подразумевается под Киттимом? Адам Кларк по Исаии 23:1 делает следующую заметку: «От земли Киттим возвещено им. Новости о разрушении Тира Навуходоносором, как сказано, придут к ним с Киттима (островов и Побережья Средиземноморья). Тиряне, как говорит Джером в 6 стихе, увидев, что у них нет никаких других средств спасения, бросились на свои корабли и скрылись в Карфагене и на островах Ионийского и Эгейского морей. Джаки согласен с этим». Кито располагает Киттим там же, а именно: на побережье и островах Средиземноморья; благодаря свидетельству Джерома, разум переносится в определенный известный город той местности — в Карфаген.

Вел ли когда-нибудь Карфаген войну на море против Римской империи? Стоит только вспомнить нападение вандалов на Рим под предводительством жестокого Гензерика, чтобы ответить утвердительно. Отправляясь каждую весну из порта в Карфагене во главе своих многочисленных и хорошо организованных морских сил, он внушал ужас всем приморским провинциям империи. То, что речь идет именно об этом, очевидно, когда мы понимаем, что в этом пророчестве мы переносимся как раз к этому времени. При изучении 29 текста мы поняли, что речь идет о перенесении столицы в Константинополь. Следующим по времени знаменательным событием было нашествие варваров с севера. В то время знаменательной была Вандальская война. Гензерик преуспевал с 428 по 477 годы н. э.

«Он упадет духом и возвратится». Это, возможно, относится к отчаянным усилиям, которые были предприняты, чтобы лишить Гензерика власти на море, вначале — Майорианом, а затем — папой Лео I, которые оказались совершенно неудачными, и Рим был вынужден смириться, видя свои провинции разоренными, а свой «вечный город» — разграбленным врагом ( Откр. 8:8).

«Озлобится на святой завет». Это, несомненно, относится к попыткам разрушить или уничтожить Божий Завет посредством нападок на Священное Писание, книгу Завета. Такая революция была совершена в Риме. Герулы, готы и вандалы, завоевавшие Рим, исповедовали арианскую веру и поэтому стали врагами католической церкви. Для того чтобы искоренить эту ересь, Юстиниан поставил папу главой церкви, дабы исправить еретиков. Вскоре Библию стали рассматривать как опасную книгу, которую нельзя было читать простым людям, и все спорные вопросы необходимо было предоставлять римскому папе. Таким образом, на Слово Божье обрушился шквал презрения. Императоры Рима, восточная часть которого все еще существовала, потворствовали римской церкви, которая оставила завет и совершила великое отступничество с целью подавления «ереси». Человек греха был вознесен до своего высокомерного престола благодаря поражению арианских готов в 538 году нашей эры, которые до этого времени владели Римом.

Антоний и Август раньше были союзниками. Однако под маской дружбы оба были охвачены стремлением к всемирному господству. Их заявления об уважении и дружбе друг к другу были словами лицемеров. Они говорили ложь, сидя за одним столом. Октавия, жена Антония и сестра Августа, объявила народу Рима, когда Антоний развелся с ней, что она согласилась выйти за него замуж исключительно с надеждой на то, что это будет залогом союза между Августом и Антонием. Но этот совет не состоялся. Наступил разрыв, и в последовавшей борьбе Август вышел абсолютным победителем.

Стих 28: «И отправится он в землю свою с великим богатством и враждебным намерением против святого завета, и он исполнит его, и возвратится в свою землю».

Здесь упоминаются два возвращения из зарубежных завоеваний: первое — после событий, рассказанных в 26 и 27 текстах, а второе — после того, как эта власть имела «враждебное намерение против святого завета» и исполнила его. Первое исполнилось при возвращении Августа после его экспедиции против Египта и Антония. Он возвратился в Рим с большими почестями и богатствами: «В этот раз из Египта в Рим после покорения той страны и возвращения Октавиана (Августа) и его армии были привезены такие богатства, что ценность денег уменьшилась вдвое, а цены на продукты и другие товары увеличились в два раза». Август праздновал свою победу трехдневным пиршеством — пиршеством, которое сама Клеопатра, как царская пленница, почтила бы своим присутствием, если бы ее не укусил роковой аспид.

Следующим большим предприятием римлян после ниспровержения Египта был поход против Иудеи, пленение и разрушение Иерусалима. Святой завет — это, несомненно, завет Бога с Его народом в различных формах и в разные периоды истории мира, то есть со всеми верующими в Него. Евреи отвергли Христа, и, согласно пророчеству (кто не послушает пророка того, истребится), они были изгнаны из своей земли и рассеяны среди всех народов под небом. И когда иудеи и христиане одинаково страдали под гнетом римлян, то это, несомненно, было унижением Иудеи, чтобы исполнились «подвиги», предсказанные в этом священном тексте.

При Веспасиане римляне вторглись в Иудею и захватили галилейские города: Хоразин, Вифсаиду и Капернаум, где был отвержен Христос. Они уничтожили жителей, оставив после себя только руины и запустение. Тит осадил Иерусалим и выкопал ров вокруг него, как и предсказал наш Спаситель. Там начался ужасный голод. Моисей предсказал, что в ужасных бедствиях, которые постигнут иудеев, если они отойдут от Бога, даже богатые и нежные женщины будут есть своих собственных детей в осаде и в стеснении, которым подвергнет их враг. При осаде Иерусалима Титом это предсказание исполнилось буквально, и он, услышав об этих жестоких поступках, но, забыв, что это он довел до таких ужасных крайностей, поклялся навечно искоренить проклятый город и народ.

Иерусалим пал в 70 году н. э. Для своей славы римский полководец решил сохранить храм, но Господь сказал, что там не останется камня на камне, все будет разрушено (см. Матф. 24:2). Римский солдат схватил факел и, поднявшись на плечи своих товарищей, бросил его в одно из окон прекрасного строения. И вскоре оно было охвачено всепожирающим пламенем. Отчаянные усилия иудеев погасить пожарище были поддержаны самим Титом, но все было напрасно. Видя, что храм должен погибнуть, Тит поспешил во внутрь и вынес золотой подсвечник, стол для хлебов предложения и книгу закона,

завернутую в золотую ткань. Позже подсвечник был поставлен в храме Мира императора Веспасиана и скопирован на триумфальной арке Тита, где до сих пор заметно его нечеткое изображение.

Осада Иерусалима продолжалась пять месяцев. В этой осаде погибло один миллион сто тысяч евреев, а девяносто семь тысяч были взяты в плен.

Город был настолько укреплен, что Тит при осмотре руин воскликнул: «Мы боролись с помощью Бога!». Храм был полностью разрушен, а основание его было вспахано Тарентием Руфусом. Война длилась семь лет, и как считают, полтора миллиона людей стали жертвами ее ужасов.

Таким образом эта сила совершила великие подвиги и возвратилась в свою землю.

«Римский метод завоевания — сначала обещание мира, а затем конфискации «плодоносных стран» — отмечен в 24 стихе. Прикрываясь предложением защиты, они постепенно переросли в захват свободы мира».

«Это было одно из направлений стратегии, по которой действовала эта республика, но свобода продолжалась только короткое время…

Свобода, предоставленная побежденным народам была только мифом. Рим был республикой только по имени. Для Рима было столь же невозможно даровать свободу своим подчиненным, как и сатане проявлять качества Бога. Любая нация, какими бы ни были ее притязания, формулировка ее конституции или воля некоторой части ее народа, если она удаляется от принципов свободы совести, не сможет быть республикой, разве только по имени».

И о последней части этого текста Томас Ньютон говорит, что ««из» (а не «на») крепости будет иметь замыслы свои». Это делали римляне из сильной крепости своего города на семи холмах. «Но только до времени»; несомненно, это пророческое время — 360 лет. От какой даты отсчитывать эти годы? — Возможно, от события, о котором говорится в следующем тексте.

Стих 25: «Потом возбудит силы свои и дух свой с многочисленным войском против царя южного, и южный царь выступит на войну с великим и еще более сильным войском, но не устоит, потому что будет против него коварство».

23 и 24 текстами мы переносимся от союза между иудеями и римлянами, заключенного в 161 году до н. э., ко времени, когда Рим приобрел всеобщее владычество. Этот текст представляет нам могущественную кампанию против царя южного, т. е. Египта, и битву, происшедшую между великими и могущественными армиями. Произошли ли такие события в это время в истории Рима? — Да. Произошла война между Египтом и Римом, и это была Актийская битва. Давайте вкратце вспомним события, которые привели к этому конфликту.

Марк Антоний, Цезарь Август и Лепид составили триумвират, который поклялся отомстить за смерть Юлия Цезаря. Антоний стал шурином Августа, женившись на его сестре Октавии. Он был послан в Египет по делам правительства, но пал жертвой обольщений и чар Клеопатры, развратной царицы Египта. Его страсть к ней была столь сильной, что он, в конце концов, стал поддерживать интересы Египта, отверг свою жену Октавию, чтобы угодить Клеопатре, которой дарил провинцию за провинцией, дабы удовлетворить ее жадность, праздновал триумф в Александрии вместо Рима и вообще так оскорбил римский народ, что для Августа не составляло никакого труда созвать добровольцев на войну против Египта. Война была объявлена, якобы, против Египта и Клеопатры, но в действительности — против Антония, который теперь находился во главе египетских дел. Истинная причина их борьбы заключалась, как говорит Придо, в том, что ни один из них не был доволен лишь половиной Римской империи. Так как Лепид был низринут из триумвирата, то империя лежала теперь перед ними, и каждый, решившись завладеть ею целиком, избрал войну за ее обладание.

Антоний собрал свой флот в Самосе. Пятьсот военных кораблей, поразительных размеров и конструкций, имевшие по несколько палуб, расположенных одна над другой, с башнями на носу и на корме, составляли неотступную и огромную армию. На этих кораблях находились двести тысяч пеших и двенадцать тысяч всадников. Цари Ливии, Киликии, Каппадокии, Пафлагонии, Комагена и Фракии находились там лично, а цари Понта, Иудеи, Ликаонии, Галатии и Мидии послали свои войска. Более пышного и великолепного военного зрелища, чем этот военный флот, раскрывший свои паруса и устремившийся вперед, мир вряд ли видел когда-либо. Превосходя всех в великолепии, прибыла галера Клеопатры, плывя, подобно золотому дворцу, под облаками пурпурных парусов. Ее флаги и вымпелы развевались по ветру, а трубы и другие музыкальные инструменты наполняли небеса звуками радости и триумфа. Антоний следовал за ней на галере почти одинакового великолепия.

С другой стороны, Август проявлял меньше великолепия, но больше практичности. Он имел вдвое меньше кораблей, чем у Антония, и только восемьдесят тысяч солдат. Но все его войска были отборными людьми, и на борту кораблей его флота были только опытные моряки, тогда как Антоний, не найдя хороших моряков, был вынужден набрать на свои корабли разного рода ремесленников, людей неопытных и более способных создать проблемы, чем помочь во время сражения. На эти приготовления ушло много времени, и Август остановился в Брундузиме, а Антоний — в Корсире до следующего года.

Как только время позволило, обе армии были приведены в движение и на море, и на суше. Флоты, наконец, вошли в Амбрасийский залив в Епире, а наземные войска были собраны по обоим берегам в ясном обозрении. Наиболее опытные генералы Антония советовали ему не рисковать сражением на море с его неопытными моряками, но отослать Клеопатру в Египет, поспешить сразу же во Фракию или Македонию и доверить это дело своим наземным силам, которые состояли из старых войск. Но он, поступая по старой пословице, —

Quem Deus vult perdere, prius dementat («Кого Бог желает погубить, у того Он сначала отбирает разум»), — потеряв рассудок от Клеопатры,  казалось, только жаждал угодить ей. Она же, полагаясь только на внешний вид, считала свой флот неуязвимым и советовала немедленно приступать к военным действиям.

Битва состоялась 2 сентября 31 года до н. э. в устье Амбрасийского залива около города Актия. Мир был положен на карту, и за него теперь боролись эти непреклонные воины, Антоний и Август. Исход борьбы, долгое время оставаясь сомнительным, был, наконец, решен поступком, который совершила Клеопатра. Испуганная грохотом сражении, она начала бежать, когда не было никакой опасности, и увлекла за собой весь египетский флот, состоявший из 60 кораблей. Антоний, увидевший это и потерянный для всего, кроме слепой страсти к ней, последовал за ней и отдал победу Августу. Но если бы его египетские силы остались верными ему, а он — верным своему мужскому достоинству, то мог бы победить.

Это сражение, несомненно, отмечает начало «времени», упомянутого в 24 стихе. И поскольку в течение этого «времени» будут замыслы из крепости, или Рима, мы должны заключить, что в конце этого периода западное господство прекратится или произойдет такая перемена в империи, что тот город уже не будет считаться местом нахождения правительства. С 31 года до н. э. пророческое время, или 360 лет, приводит нас к 330 году н. э. И, следовательно, становится примечательным тот факт, что в этом году местонахождение правления империи было перенесено из Рима в Константинополь императором Константином Великим.

Интересно, что еще в книге Екклесиаста Соломон написал известные слова: «Всему свое время, и время всякой вещи под небом». Далее перечисляются различные стороны человеческой жизни: время рождаться и время умирать, время плакать и время смеяться, время разрушать и время строить. Эта мысль напоминает о необходимости уделять внимание разным аспектам жизни в свое время, не позволяя одной сфере полностью поглотить остальные.

В Новом Завете мы видим пример самого Иисуса Христа. Его жизнь показывает удивительное равновесие. Он много проповедовал людям, но также находил время для уединенной молитвы. Он заботился о духовных нуждах людей, но не игнорировал их физические потребности, кормя голодных и исцеляя больных. Он проводил время с учениками, но периодически удалялся для отдыха и общения с Отцом. Даже при огромной нагрузке Иисус не жил в постоянной суете. Его пример показывает, что духовность не означает пренебрежение другими сторонами жизни.

Еще один интересный текст находится в Евангелии от Луки, где говорится, что подросток Иисус «преуспевал в премудрости и возрастал и в любви у Бога и человеков». Здесь можно увидеть сразу несколько направлений развития: интеллектуальное, физическое, духовное и социальное. Получается своеобразная библейская картина гармоничного роста личности.

Хорошей иллюстрацией служит и история Марфы и Марии. Марфа была полностью поглощена служением и хозяйственными заботами. Мария же в этот момент слушала учение Христа. Иисус не осудил труд Марфы, но показал, что чрезмерная занятость может привести к потере самого главного. Иногда человек настолько сосредотачивается на делах, что забывает о духовной стороне жизни. Эта история напоминает, что баланс важен даже между полезными и правильными занятиями.

В книге Притчей неоднократно встречается мысль об умеренности. Например, говорится, что даже мед нужно есть в меру. Принцип прост: избыток хорошего может стать причиной проблем. Этот подход хорошо согласуется с идеей баланса. Человек нуждается не только в работе, но и в отдыхе; не только в накоплении, но и в щедрости; не только в заботе о других, но и в заботе о собственной душе.

Интересно также обратить внимание на библейское понимание человека. Писание рассматривает его не как набор отдельных частей, а как целостную личность. Духовное состояние влияет на эмоции, эмоции влияют на тело, а физическое состояние отражается на способности принимать решения и жить по принципам Творца. Поэтому забота только об одной стороне жизни редко приводит к настоящему благополучию. В книге Бытие, мы читаем, что "Душа живая" это целый, живой человек.

Если посмотреть на Библию в целом, можно заметить, что она постоянно призывает человека к определенному равновесию: между трудом и покоем, между материальным и духовным, между личной жизнью и служением другим, между мудростью и смирением. Именно нарушение этого равновесия часто становилось причиной падения библейских героев, враг Божий - сатана, постоянно пытается склонить людей в какую нибудь крайность.

Поэтому, техника «Колесо баланса» появилась значительно раньше её открытия и описания. Библия показывает, что полноценная жизнь не строится вокруг одной успешной сферы. Настоящее благополучие возникает тогда, когда человек сохраняет правильные приоритеты и стремится к гармоничному развитию всех сторон своей жизни, ставя отношения с Богом в центр этой системы.

Если вам нужна консультация психолога - оставьте комментарий.