nik.rasov

nik.rasov

пикабушник
151К рейтинг 669 подписчиков 1870 комментариев 166 постов 125 в "горячем"
1967

Потерянные в детстве близнецы

Саша решил, что хватит ему ходить на работу и задумал написать сценарий, пристроить его на телевидение и убить сразу двух зайцев - деньги и славу.

Да ещё, думает, может там актриса какая даст.


И пришёл посоветоваться со мной.


Я говорю:

- Триллер!

А он:
- А как?


- Вот, - говорю, - допустим. Приезжает девушка на курорт. Идёт на море купаться в шторм и тонет. Девушка богатая и одинокая, и горничная из отеля берёт её документы и выдаёт себя за неё. И живёт новой жизнью.

- А что, они так похожи, что их не различить? - спрашивает Саша.

- Они потерянные в детстве близнецы, - отвечаю.


- Нет, - говорит Саша. - Что-то не то с этими близнецами, давай по-другому.

- Давай, - говорю.


- Девушка приезжает на курорт, так?

- Так.

- Идёт на море, так?

- Так.

- Тут начинается шторм и она тонет, а какой-то мужик её спасает. Он тоже одинокий. Бизнесмен и жутко богат. И у них там чувства на этой почве. И уже начинают целоваться, а как дойдёт до постели - стоп! Всё время что-то мешает. То горничная, то авария какая-нибудь, то пожар...

- Ну-ка, ну-ка, - говорит Саша. - Типа комедия?

- Да, - говорю, - но с оттенком драмы. И вот они оба-два видят, что у них не складывается и решают всеми этими постельными делами заняться после свадьбы. Чтоб с чистого листа, так сказать, в законном браке.

- Ага, - говорит Саша. - Сентиментально и старомодно.

- Точно. И они собирают родственников на церемонию и те приезжают и тут выясняется, что эти двое не могут быть вместе.

- Почему, почему? - спрашивает Саша.

- Потому, что они потерянные в детстве близнецы. Брат и сестра.


- Послушай, - говорит Саша. - Что ты прицепился к этим потерянным близнецам? Теперь ещё чуть ли не инцест какой-то. Давай без них и лучше опять триллер.

- Хорошо, - отвечаю. - Девушка приезжает на курорт, идёт на море - там шторм, пойдёт?

- Пойдёт, - говорит Саша. - Шторм красиво по телеку.

- Ага! Девушка начинает тонуть, её спасает мужик - он бизнесмен и жутко богат!

- Ты же это только что рассказывал!

- Бизнесмен женат.

- А-а-а... вот оно что!

- Да. И он начинает делать девушке искусственное дыхание. Не с целью полапать, а с целью спасти. И вот берег моря, она лежит бездыханная, а он склонился над ней и делает ей "рот в рот". А вокруг ветер, волны и одна бретелька с плеча соскочила и сисечку видно.

- Да, - говорит Саша. - Красиво будет.

- И здесь появляется шпик.

- Кто?!

- Ну, шпик! В смысле частный сыщик. Его жена бизнесмена наняла, чтобы он следил, как её муж себя на курорте ведёт. Она хочет накопать на него компромат и развестись с ним, оттяпав большую часть акций и брильянтов.

- Класс! - говорит Саша.

- И шпик делает фотки, как бизнесмен трудится с этим "рот в рот" и на снимках это выглядит совсем не как искусственное дыхание, а как разврат посреди морского берега. И жена бизнесмена тащит эти улики адвокату и начинает бракоразводный процесс, причём выдвигая такие требования, что бизнесмен может так и остаться на пляже и в одних плавках.

- А дальше, дальше?

- Ну, у бизнесмена и девушки любовь - чего уж там, всё равно всех собак на них повесили. И они сговариваются и решают злую супругу замочить. Убить то есть.

- Хорошо!

- И наливают на вилле бизнесмена в бассейн вместо воды кислоту. А ты ныряет - бултых! - и начинает растворяться. Там кадры такие: кожа, кости и улыбка её ехидная - всё сползает. Ну как тот тип в "Робокопе".

- А потом?

- Потом бизнесмен и девушка живут вместе и он выдаёт её за свою жену - типа она жива, а не растворилась в бассейне. Всё шито-крыто!

- И что, никто не догадывается?

- Шпик догадывается, но его они тоже убирают. А как докажешь? Девушка и мёртвая жена на одно лицо, как две капли воды. Они ведь потерянные в детстве близнецы.


- Тварь, ты, - говорит Саша. - Опять со своими близнецами?! Я думал ты друг, а ты...

И ушёл.

А я подумал, чего людям надо? Лёг на диван и месяц отдыхал, а затем встал, вышел на свежий воздух и встретил Сашу.

Он дописал сценарий.


- Там, - говорит, - бизнесмен. И у него жена поехала на море. На курорт. А бизнесмен, не будь дураком, нанял шпика, чтоб тот следил за его благоверной. И шпик ему каждый день докладывал и отправлял фоточки, как его супруга словно с цепи сорвалась - гуляла на курорте напропалую.

Бизнесмен решает ей отомстить и тоже пускается в разгул. Что жена делает, то и он повторяет: жена в баре до утра, и он в стельку, та мужика в номер тащит, и бизнесмен какую-то даму к себе зовёт. И всё это на идеологической базе - дескать, не для удовольствия, а это он так супруге мстит.

И тут, во время очередной оргии, в дом к бизнесмену заваливается внезапно его жена, видит безобразие и подаёт на развод. И выясняется, что на самом деле она вела себя на отдыхе очень прилично и ходила только на пляж и по музеям.

- Тогда зачем шпик обманул бизнесмена и присылал ему фотки всякие? - спрашиваю.

- А он её просто перепутал и всё это время следил за другой.

- А перепутал он её потому... - говорю я.

- Потому, что та - другая, очень похожа на жену бизнесмена, - отвечает Саша. - Ведь они же потерянные в детстве близнецы.


Сашкин сценарий приняли на "Первый канал" и сняли по нему сериал. Так что я вас честно предупредил.

Там, конечно, штатные сценаристы над ним немного поработали и кое-что переписали. Ну им виднее - профессионалы как-никак.


И у них теперь потерянные в детстве близнецы - тройняшки! 

Показать полностью
45

Эпистолярное

Я недавно переходил дорогу в неположенном месте и случайно угодил под свою бывшую.


- Всё деградируешь? - спрашивает.

А через запятую слышится: "Я надеюсь!"


- Нет, - отвечаю. - Толстею помаленьку, да рассказики пишу в интернете.

- Ахтыгад, - говорит. - Ахтыгад! Небось и про меня пишешь?! Как я тебе жизнь испортила?

Словно открыл незнакомый сайт и он давай наваливать на тебя рекламу и всякие новости.

- Не, - отвечаю. - Можешь сама посмотреть.


Ну-ну...


Через пару дней звонок:

- Ахтыгад! За полторы сотни уже настрочил - а про меня ни одного! Недостойна, да? Ахтыгад!


Ну, привет!

Для тебя, солнышко!

Твой Ахтыгад.

262

"На берегу" Невила Шюта. Все умрут. Даже кролики

Когда миледи отравила Констанцию Бонасье, я не плакал. И когда Герасим утопил собачку, я остался невозмутим.


Даже когда на Гревской площади вешали некую цыганку по имени Эсмеральда и палач, выбив у неё из-под ног лестницу, вскочил ей на плечи... Даже тогда я лишь скрипнул зубами.


Я вообще крепкий парень, закалённый вот этими всякими книжными трагедиями.


Но роман Невила Шюта «На берегу» показался мне очень печальным.


Там умерли все.


Когда-то я посмотрел фильм Стэнли Крамера: Грегори Пек, Ава Гарднер и чёрно-белая киноплёнка.


Хороший голливудский фильм без супергероев и компьютерной графики.


А недавно прочёл книгу.


В ней события происходят после атомной войны. Третьей мировой. В пятидесятые годы. И начали эту войну не сверхдержавы вроде России и Америки, а «малые» страны, которые тоже обзавелись своими атомными бомбами. А когда всё началось, то события вылились в неразбериху навроде пьяной кабацкой драки, когда кто-то уже разбил люстру стулом и в темноте все раздают удары направо и налево, не разбирая ни своих ни чужих.


Логичное развитие ситуации.


Но о самой войне в книге почти ничего-то и нет.


Через пару лет после её окончания в Северном полушарии уже все умерли, а в Южном ещё живут люди. Радиация движется на юг посредством всяких там муссонов, да пассатов и люди просто ждут, когда наступит и их черёд.


В Мельбурне и его окрестностях считают дни, когда и их накроет радиационным облаком. «Где-то в сентябре», — говорят они. «Да, может, неделькой раньше — неделькой позже».


Есть ещё командир атомной подлодки ВМФ США, которого отправляют к берегам Америки проверить радиационный фон.


Чего в книге нет — так это распространённых нынче сценариев постапокалиптичного существования. Ну, знаете, когда каждый сам за себя, повсюду убийства, грабежи и драки за ресурсы. По схемам любимыми, чуть заплывшими возрастным жирком, сорокалетними городскими мальчиками:


— пункт А — выбраться из города;


— пункт Б — раздобыть оружие;


— пункт В — убивать всех;


...


— пункт Ё — не забыть спинер...


...и так далее.


Нет! Здесь, на берегу, люди живут обычной жизнью, не изменяя своим привычкам. Ходят на работу, делают покупки и строят планы на будущее, обманывая самих себя. Такой тихий мирок в ожидании смерти.


Никакого хаоса — всё чинно и благородно. Даже в таких мелочах, как рыбалка. Сезон ловли форели открывается 1 сентября, но к тому времени все уже будут мертвы. И тогда правительство переносит дату, чтобы люди могли напоследок порыбачить, не нарушая закон и не превращаясь в браконьеров.


А когда наступает срок, люди просто ложатся в свои постели и принимают яд, чтобы избегнуть мучений лучевой болезни.


Неизбежность. Вот слово, приходящее в первую очередь на ум при чтении этой книги.


И ещё — достоинство.


А кролики? Кролики, бич Австралии, тоже вымрут, но позже чем люди. Где-то через годик. У кроликов сопротивляемость организма выше.


И премьер-министр говорит, что вот, мол, мы долго-долго воевали с кроликами на своём континенте и в конце концов они нас победили.


Да.


Словом, грустно и печально всё это, братцы, и не единого просвета или надежды не оставляет эта книга.


И если б я был министром образования, то я бы включил роман в обязательную школьную программу. И заставлял бы детей писать сочинения и учить отрывки наизусть. И ставил бы нерадивым школьникам двойки и ввёл бы телесные наказания и сёк бы их розгами, пока в юных головах не закрепилась бы мысль о том, что никогда нельзя допустить, чтобы такое произошло в действительности.


И школьники возненавидели бы меня и прокляли моё имя.


Так вот!

"На берегу" Невила Шюта. Все умрут. Даже кролики Книги, Литература, Постапокалипсис, Атомная война, Длиннопост
Показать полностью 1
170

Попойка по мировой литературной классике

Если уж и приспичит выпить человеку творческому и, в некоторых частях организма, даже интеллигентному, то почему бы и нет - спрошу я?

Тут главное подвести грамотную базу.


"Под Гашека" хорошо пьётся пиво - обязательно разливное, из кружки и вместо работы.

Медленно и со вкусом, рассказывая немудрёные байки и поругивая власти.

Так и пойдёт: кружка за кружкой, кружка за кружкой...


"Под Тургенева" следует пить лёгкие сухие вина во времена студенческой юности, тоскуя по девушке с тонким станом.

Впрочем, быстротечно всё это.


За дружбу народов хорошо пить "под Гоголя": тут уж либо наливочки с кулебякой и расстегаем, либо горилка с салом и чесночком!


Пить "под Толстого" нужно с лихостью, местами переходящим в гусарство. Ром, сидя на подоконнике верхнего этажа - с осторожностью!


Излишества в закусках и обилие спиртного может привести к пиршеству "под Рабле". Умеренность не приветствуется. Рыгнуть или пукнуть за столом - значит вызвать одобрительный смех своих собутыльников.


Выпивка "под Хемингуэя" предполагает широкий спектр напитков - от деревенской водки до абсента. Пьём по "методу айсберга" - живот полон, ноги не идут, но сидим с каменным выражением лица. В компании - суровые мужчины. Девчонок не берём!

Они остаются на заднем плане.


С девчонками хорошо пить "под Ремарка". В дело идёт коньяк. С друзьями и подругами шатаемся от заведения к заведению и мчимся куда-то в ночь на автомобиле.

Стоим обнявшись на тёмном пирсе, глядя в звёздное небо и говорим о любви.


Если добавить в это мероприятие танцев, музыки и китайской пиротехники, может получится пьянка "под Фицджеральда".

Придётся к месту и машина с открытым верхом, только нужно тщательно следить за дорогой и обращать внимание на пешеходов.


Водка...

Водку пьём "под Булгакова". Из гранёных стопочек под паюсную икру и горячие закуски. Можно под селёдку - ибо как же её ещё можно кушать?

Окна рекомендуется задёрнуть кремовыми шторами.

Девчонкам подливаем чистый спирт и величаем их королевами.

Тут тоже надо быть осторожнее. Спирт и титул - сочетание инфернальное.


Под вино конечно же идёт Дюма:

- Мьсе, передайте мне тетрапак с анжуйским. Мерси!

Шампуры лучше держать подальше от стола и помнить, что дуэли запрещены эдиктом кардинала Ришелье.


"Под Достоевского" лучше не пить. Чревато долговременным запоем. Душа может потребовать совершения подлостей или неразумных поступков в виде сжигания банковских карт в микроволновке.


От застолья "под Кафку" недалеко до распада личности.


Спонтанные пьянки, в дороге, с незнакомыми людьми и на последнюю мелочь - "под Ерофеева". Тут уж в дело могут пойти ассортимент аптечного и парфюмерного отделов.

Людям со слабым здоровьем противопоказано!


Много, много возможностей предоставляет нам мировая литературная классика.

Так будем же людьми культурными и не дадим пропасть этому наследию всуе!



"Пусть будет легка ладья твоей жизни, возьми в нее только самое необходимое: уютное жилище и скромные радости; ту, которая тебя любит и которая тебе дороже всех; двух-трех друзей, достойных называться друзьями; кошку и собаку; одну-две трубки; вдоволь еды и вдоволь одежды и немного больше, чем вдоволь, питья, ибо жажда - страшная вещь".


Джером К. Джером. Трое в лодке, не считая собаки

Показать полностью
331

Людочкина тайна

У Людочки была тайна.


Нет, на такая страшная как у Синей Бороды и не столь грозная как у графа Монте-Кристо, но всё-таки тайна.

Пусть небольшая и лишь для служебного пользования.


Людочка работала в женском коллективе.


Придёт на мобильник смска, Людочка прочтёт и улыбнётся сама себе.

- Чего там, чего? - спрашивают коллеги.


Ну, просто так... Интересуются.

- Да от мужа это. Личное.


- А где серёжки купила? - спросят.

- Муж подарил, - говорит Людочка.

- А что - годовщина?

- Да, нет... Просто.


Но иной раз вскользь:

- Мой-то вчера с мужиками засиделся после работы. На бровях заявился, поросёнок.

Коллеги выдыхают: не такой уж, значит, и идеальный у Людочки муж-то.

С недостатками.

Не совсем сволочь!


Дома Людочка засадит Лидку за домашнее задание и зашелестит по хозяйству.

А кольцо обручальное снимет и в сумочку спрячет.

До завтра.


Кольцо у Людочки от мужа осталось. От первого, с которым развелась пять лет назад, а другого у неё нет и не было. Вот и вся память - кольцо, да Лидка.

А на работе - это, как говорят в узких кругах, легенда.


Земля наша крутится вокруг самой себя и трудно на ней устоять. За тыщу километров в час скорость - приходится цепляться!

А тут: "Что ж ты, в свои тридцать два и без мужика? Трудно тебе, бедненькая?"

И щурятся.


Вот и решила Людочка, новая работа - новая жизнь.

Чтоб не лезли.

А с остальным она сама разберётся.


Так?

Так!


Ну, вот и ладушки!

Показать полностью
264

Трава была зеленее

Мы с Витьком люди опытные, поэтому решили брать сразу две.


Жёны подались в набег на магазины, а мы сидели у Витьки дома и жгли свои нёба коричневой жидкостью из бутылки, на которой какой-то обманщик написал слово "Коньяк".

Было уютно.


- Ну, как на работе? - спросил Витька.

Я ответил.

- А что по зарплате? - спросил я.

Затем мы заговорили о политике.


Маленьких детей в доме не было, и можно было ясно выражать свои мысли.

Не боясь научить кого-нибудь нехорошим словам.


Когда мы почали вторую, Витька вдруг встал на четвереньки, отворил дверцу шкафа и залез внутрь.

Оттуда он возник, держа в руке чемоданчик, похожий на акушерский саквояж, с каким "великий комбинатор" когда-то появился на улицах города Арбатова.


В чемоданчике лежали альбомы со всякими чёрно-белыми фотокарточками.

Мы принялись их рассматривать и нашли те, на которых Витька был одет в военную форму.

- Да-а, - проговорил Витька. - Золотое время - армия! То, что нужно настоящему мужику.

- Да-а, - сказал я. - Целых два года. Сколько интересного, сколько друзей!

- Я бы снова пошёл, - сказал Витька.

- Угу, - сказал я.

Мы с Витькой служили в одни и те же годы, но в разных концах страны.


И мы выпили за Красную армию.


Тут из пачки старых писем он выудил одно и говорит:

- Это ты мне написал.

На конверте стоял чернильный треугольник с надписью: "Письмо военнослужащего. Бесплатно".

И Витька начал читать вслух.


"А вчера, после отбоя, мы все долго-долго отжимались, а водители ползали друг за дружкой по-пластунски под койками. При этом они ещё и гудели, будто моторы машин. Это "черпаки" готовили их к пятисоткилометровому маршу."


- Во! - говорит Витька. - Чего-то не очень весело у тебя служба шла.


"Деды" до двух ночи пили водку и ели жареную картошку, а я смотрел в окно - не идёт ли дежурный по части, или ещё кто из "шакалов". А потом я заснул и мне зарядили кулаком в "фанеру".


- М-да... - сказал Витька.

А я подумал: как-то не так мне армия эта самая вспоминалась.

Впрочем, давно это было - почти тридцать лет прошло.


"И ты, Витька, не пиши мне слишком часто, а то как приходит письмо, сержант надувает конверт и хлопает его у меня на загривке, а я должен сказать: "Спасибо, "дедушка", как дома побывал!" А шея потом болит полдня..."


- Нет, - говорит Витька. - Это у тебя была какая-то неправильная служба. А вот у нас было настоящее армейское братство!


"И ещё, Витька, ты в своём прошлом письме написал, что "деды" тебя вовсе измордовали и ты подумываешь как бы не пуститься в бега. Так вот, ты держись там, а не то всё равно поймают, да потом ещё и посадят. А на "дизеле", ребята рассказывали, ещё хуже - хоть вешайся".


- Что ж ты, - спрашиваю, - бежать-то собирался, если у вас такое "братство" было? Ась?


Мы помолчали и снова выпили.


- Наверное, - говорю, - это память с нами такие штуки выделывает - хорошее помнишь, а плохое забывается.

- Наверное, - сказал Витка.

Мы ещё немножко выпили и задумались.


- А помнишь, - спрашивает Витька, - как мы при Союзе хорошо жили?

- Конечно, - говорю, - помню! Хорошо - тут уж ошибки быть не может!

А сам засомневался невольно: вдруг и здесь память подводит?


Мы допили вторую и как раз жёны наши вернулись с добычей.

- А-а... - говорят. - Мальчики-то уже тёпленькие!

А Витька улыбается:

- Помнишь, - говорит. - Помнишь, какие жёны у нас были, когда мы с ними только познакомились? Как поддерживали нас когда трудно было, заботились...


Тут уж я не смолчал:

- Заткнись, ты, - говорю. - Хватит мне этих воспоминаний. Чего в них копаться-то?! Нарою ещё чего-нибудь не то, а оно мне надо?


Ну, моя смотрит, что я расходиться начинаю, и говорит:

- За-айка, хватит с тебя уже коньяка - пошли домой, а то я не лошадь, чтобы тебя, кабана, на себе потом тащить!


И мы пошли. 

Показать полностью
652

Мужчины в выходной

- Котя!

(Это я жене).

- Котя, - говорю. - Я схожу с Серёжей, пивка кружечку выпью?


Я ковырялся в палисаднике, делал вид, что пропалываю траву, а сам вертел головой по сторонам - вдруг кто появится?

Появился Серёжа, небритый по случаю выходного дня.


Жена как раз резала редиску на салат. Она стукнула наточенным ножом по доске и говорит:

- Ну, сходи-сходи...

А потом:

- Ты ведь всё сам знаешь, повторять не нужно?

Конечно, знаю! У меня правила воскресного пива с друзьями на печёнке написаны.

Типографским шрифтом.


Я вообще-то считаю, что мужик, в свой собственный выходной день, имеет законное право ударить кулаком по столу и сказать: "Жена! Брысь на кухню, а я пойду, выпью с ребятами!"

Так должно быть!

Наверное...

Сам-то я ни разу не пробовал.


Ну, пошли мы с Серёгой и уже немного нам осталось, как он говорит:

- О, смотри!

Вижу - у Пахомовых створки гаража, что выходил со двора на улицу,  распахнуты и народ там чего-то собрался. Всё наши мужики.

- Давай, - говорит Серёга, - посмотрим!

И пошёл к дому.

И я, дурак, за ним.


А там два пахомовских поколения пытались реанимировать 40-й "Москвич", что с застойных времён дожил до наших свободно-демократических.

А раз гараж смотрел на улицу, то у Пахомовых появилось много помощников.

Своих дел, ясно, ни у кого в выходной не было.


И все шумели, давали советы, а "Москвич" гыркал чем-то там у себя внутри, клацал, и ни в какую не желал заводиться.

Одни кричали:

- Давай-давай!

А другие:

- Подожди-подожди!

А я стоял чуть в сторонке и думал, что время идёт, а на свободе даже просто летит.


Тут мужики решили плеснуть бензина напрямую в карбюратор и посмотреть - что будет? И кто-то уже схватил литровую стеклянную банку, линул из неё и поставил на двигатель.

И после было уже не разобрать и не вспомнить, кто задел и опрокинул банку, а кто сунулся её ловить и уронил сигарету.

Только машина загорелась очень быстро!

Как в ладоши хлопнуть.


Все начали бестолково бегать, и одни выталкивали машину из гаража, другие черпали сухую пыль и мелкие камушки у себя из-под ног и бросали горстями на пылающий двигатель.

А с забора щурил жёлтые глаза, сомлевший на солнце, кот и думал: "Когда же вы, сволочи, уймётесь?"


На шум со двора выскочили Пахомова-старшая и собака. У Пахомовой-старшей руки по локти в муке и перекошенное лицо, как у оперной примадонны, когда та берёт высокую ноту:

- Вы ещё гараж спалите! - кричала она. - Ещё отец его строил! Райисполком снести хотел - и то отбили!

Один из "помощников" - Витька-штукатур, - посмотрел на неё осоловело и почему-то переспросил:

- Райисполком? Его что, при немцах строили?

Витька был уже хорошо наподдавши, но держался молодцом.


А пёс решил, что его хозяина режут и начал его защищать: метаться, кружиться волчком и громко лаять.

А потом, не разобравшись, вцепился в ногу Пахомова-старшего.

Решил со своих начать.


Тут сзади кто-то резко ударил по тормозам и из тентованной "Газели" выскочил водитель. Он на ходу выдернул чеку из огнетушителя, направил раструб и в секунду покрыл автомобиль белым, углекислотным снегом.

Даже холодом потянуло.


Тут уж народу стало прибывать, и создавалась следственная комиссия, а я потихонечку улизнул.

Пришёл домой.

- Чего так быстро? - спросила жена. - Пива что ли не было.

Я вымыл руки и сел за стол есть борщ.

- Котя! - говорю. - Там за калиткой такое, что лучше со двора и не выходить.


А выходной катился к концу и завтра надо было идти на работу.

Показать полностью
22

"Кровавый меридиан" и некоторые параллели

С названием автор не обманул - кровь разлилась по страницам этой книги, как река в половодье.


Убийства, драки и пытки щедрой рукой рассыпаны по всему тексту. Не остались без внимания также педофилия и содомский грех.

И вот как, спрашивается, я дошёл до всего этого искромётного веселья?

Виноваты братья Коэн.


Вначале я посмотрел фильм "Старикам тут не место", а потом решил обратиться к первоисточнику. Выяснилось, что автор книги, Кормак Маккарти, уже успел получить Пулитцеровскую премию за другой свой роман "Дорога" и вообще ему прочат Нобелевскую и сравнивают с Фолкнером.

А сравнение с Фолкнером - для меня хорошая рекомендация, пусть и с привкусом вторичности.


После "Дороги" взялся я за "Кровавый меридиан, или Закатный багрянец на западе".

Там в чём там дело-то?


Один четырнадцатилетний паренёк убегает из дома и пускается в странствия. События происходят около 1849 года и мне сразу припомнился герой рассказа Джека Лондона, который в те же времена двинул в Калифорнию за золотом напевая песенку:


Как аргонавты в старину,

Спешим мы, бросив дом,

Плывем, тум-тум, тум-тум, тум-тум,

За Золотым Руном.


Только вот в "Меридиане" золото добывали не из земли, а из карманов своих собратьев.


Паренёк слонялся по южным окраинам США, попадая в разные передряги, пока не завербовался в отряд солдат, что намеревались ни много ни мало завоевать себе по кусочку Мексики. Только-только отгремела Американо-Мексиканская война, командир отряда не держал мексиканцев за достойных противников и полагал, что всё пройдёт легко.

Не сложилось.


Паренёк очутился в Мексике в таком положении, лучшим выходом из которого оказалось принять предложение вступить в ряды охотников за скальпами. Мэр городка был озабочен нападениями индейцев и предложил по сто долларов за каждый скальп.

И тут сработал известный принцип: "Единственный способ избавиться от Дракона - это иметь своего собственного".

Такого Дракона жители городка получили.


Дальше следует непрерывная череда схваток и переходов по пустыням. Герои всё время пересекают какую-нибудь пустыню и у них то нет еды, то закончилась вода, то нехватка патронов. В вестернах мы привыкли видеть полузаброшенные городки со старыми колокольнями, находящиеся под гнётом злодеев. Затем появляется благородный герой с кольтом и всех спасает.

В "Меридиане" нет "благородных героев".

Ими там и не пахнет и формула "Хороший, плохой, злой" сокращена ровно на одну треть.

И скальпы, скальпы, скальпы...


"...они поднимались снова, как фигурки в городке аттракционов, некоторые с нарисованными на груди кошмарными рожами, и устремлялись на сброшенных с лошадей англосаксов, нанося удары копьями и дубинками, спрыгивали с лошадей, размахивая ножами, и стремительно перемещались по земле на полусогнутых ногах, будто существа, вынужденные передвигаться в чуждой им манере, и срывали с мёртвых одежду, хватали за волосы и живых, и мёртвых, обводили черепа ножами и одним движением отрывали окровавленные скальпы, рубили направо и налево обнажённые тела, отсекая руки,ноги, головы, потрошили странные белые обрубки, воздевая полные руки кишок и гениталий, некоторые дикари так перемазались в крови, будто катались в ней, как собаки, они набрасывались на умирающих и свершали над ними содомский грех, что-то громко крича своим приятелям."


Индейцы тоже не похожи на честных дикарей из гдровского кинематографа. И Гойко Митич не скачет на коне, обнажив мускулистый торс, и не карает зло, защищая невинных.

Присутствуют в отряде головорезов и делавары, чьи прекраснодушные образы закрепил в нашем сознании Фенимор Купер. Но то ли нас кто-то обманывает, то ли со времён Чингачгука делавары измельчали и растратили свои положительные качества в блужданиях по континенту...


Смерть машет косой направо и налево, не щадя ни женщин, ни детей, ни лошадей, ни собак, ни котиков.


"Подошёл мексиканец, единственный представитель своего народа в отряде.

Получи для нас квитанцию.

Тот вынул из-за пояса свежевальный нож, подошёл к старухе, взял её за волосы, намотал вокруг кисти, провёл лезвием ножа вокруг черепа и оторвал скальп".


Роман может удовлетворить не только любителей приключений, но и тех, кто склонен задаваться философскими вопросами. Рассуждения о человеческой природе и мироустройстве вкладываются автором в уста Судьи - одного из членов шайки. Вернее, он не соратник охотников за скальпами, а просто  наблюдатель - попутчик, выбравший эту кампанию для своих собственных целей.

Судья, возможно, и не человек вовсе и если уж не сам дьявол, то, по крайней мере, один из его приспешников.


"...он быстро поворачивается, и вот одна из скрипок уже у него в руках, он делает пируэт, он делает па, два па, он танцует и играет. Ноги его легки и проворны. Он никогда не спит. Он говорит, что никогда не умрёт. Он танцует и на свету, и в тени, и все его любят. Он никогда не спит, этот судья. Он танцует и танцует. И говорит, что никогда не умрёт".


Книга "Кровавый меридиан" может вызвать у читателя самые различные ощущения - от восхищения до отвращения. Во многом это зависит и от степени подготовленности самого читателя.


На мой же, не больно-то искушённый взгляд, Маккарти уже занял прочное положение в рядах создателей современной качественной прозы, и я знаю, что пройдёт время и я возьму в руки "Кровавый меридиан, или Закатный багрянец на западе", чтобы прочесть книгу вновь.

Показать полностью
191

Игра в ящик

Авралы и простои чередовали друг друга словно звенья одной цепи, и цепь эта двигалась рывками.

В это раз заводской гудок прозвучал в тональности небольшого кипиша.


Мастер вошёл в цех, где в норе из опилок и стружек жил столяр шестого разряда.

- Вот, - сказал мастер.

Столяр протянул руку и ухватил листок формата А3. На листе был чертёж. На руке - пальцы. На двух недоставало фаланг, которые когда-то отхватил фуганок. Фуганок являлся одомашненным зверем с неизжитой до конца манерой кусаться.

В поле основной надписи стояло: "Ящик для электронасоса".


- Материал пришёл? - спросил столяр.

- Нет, - сказал мастер.

- А крепёж?

Мастер перевёл взгляд и принялся изучать старый советский лозунг, висевший на стене: "Повысить качество выпускаемой продукции - наша задача!"

Столяр повертел чертёж.

- Тогда могу сделать рамочку и повесить его на стену.

Мастер завёл старую волынку:

- Это надо сделать срочно...

- Из чего?

- Ну, из чего-нибудь, как-нибудь...


Когда столяр слышал вот эти вот "как-нибудь", то его покалеченные пальцы непроизвольно сворачивались в кукиш, а в речи проскакивали выражения по матери. Не часто - через каждые два слова, примерно.

Сделать быстро и как-нибудь его просили регулярно.

- Обезьяны, - говорил тогда столяр. - Вы никогда не эволюционируете! Вы берёте любую палку и копаете ею корешки, а когда она ломается, берёте следующую.

- А как, а как? - удивлялись обезьяны.

- А человек (че-ло-век!), сделает себе вещь и она служит ему долго-долго!

Обезьяны слушали, кивали и лыбились, а потом хватали изделие, становились на четвереньки и вскачь уносились в свои джунгли.


- Подите вы к чёрту! - сказал столяр. - Чертёж, материал, изделие - так это работает. У нас завод или шарашкина контора?

Этот вопрос относился к категории риторических.

Мастер с грустью вспомнил об электронасосе, который необходимо было срочно-пресрочно впихнуть в ящик и отправить для ремонта за полторы тысячи вёрст.


Тут он заметил как мимо прокралось какое-то существо.


Это был столяр второго разряда, недавно покинувший инкубатор ПТУ. Он был озабочен двумя вещами: прислушивался к своему организму, надеясь уловить симптомы какой-нибудь опасной болезни, и старательно лелеял в душе философию пацифизма.

Иными словами - надеялся откосить от армии.

Столяр второго разряда был пойман и включён в программу по выполнению особо важного задания.


Ящик он сколотил за день. Чтобы добыть фанеру, пришлось выследить, добить и освежевать несколько старых ящиков, прячущихся по закоулкам предприятия. Фанера была разных цветов, с пигментными пятнами от дождевых капель.

Гвозди, не подходящие по длине, когтями загибались внутрь ящика.

Готовое изделие вызывало смутные ассоциации со средневековыми пытками и фургоном передвижного цирка. 


Ящик был торжественно водружён на прицеп трактора и доставлен туда, где грустил поломанный электронасос.

- Молодцы! - сказал начальник производства. - Успели!

И поморщился, посмотрев на ящик.


Прошёл день.

Прошёл второй...

И вся рабочая неделя уже укатилась, оставив в табеле восьмёрки, а электронасос стоял на том же месте.

А рядом стоял ящик.


Мастер вновь зашёл в цех.

- Слушай, - сказал он столяру шестого разряда. - Там материал пришёл. На ящик. Ты б его сделал, а то тот, что есть, уж очень уродливый - стыдно смотреть.

- А что с насосом? Его ж срочно должны были отправить?

- Да тянут чего-то, - мастер неопределённо покрутил в воздухе растопыренной пятернёй.


Новый ящик из новой фанеры вышел ловким и приятным глазу.

Контролёр ОТК для виду поёрзал по нему рулеткой и подписал бумажку.

- А то сделали в первый раз, - сказал он, - какую-то абстракцию, понимаешь!


- Да, - сказал столяр шестого разряда своему коллеге со вторым разрядом. - Никто не запомнит то, что ты сделал быстро. Запомнят, что ты сделал плохо!

Но тому было пофиг. Откосить от армии не получалось и теперь он мысленно перебирал знакомых девчонок, размышляя - даст ему какая-нибудь из них перед уходом на службу или нет?


Снова прошла неделя и мобильники рабочих запищали, каждый на свой лад, оповещая владельцев о радостной СМС с зарплатой внутри.

Новый ящик продолжал стоять на месте, покрываясь мелкой, столярной пылью.

- И что? - спросил столяр шестого разряда мастера.

- Да, вот, - ответил тот. - Решили насос никуда не отправлять. Приедет специалист, всё исправит на месте.

- То есть ящик вообще теперь не нужен?

- Ну, да...


- Нет, - сказал чуть позже столяр шестого разряда, посмотрев на второразрядника, - нам с тобой их не переиграть. Не угнаться за их извращённой логикой.

Столяр второго разряда не слушал и тихо медитировал. С девчонками ничего не вышло, пришла повестка и он, устав от всех этих переживаний и забот последних недель, отдался на волю течения.

Решив, что пусть уж всё идёт само-собой и налаживается самостоятельно, новоиспечённый призывник достиг просветления и ловил кайф.


Видя, что собеседника он потерял окончательно, столяр шестого разряда вышел за ворота цеха, огляделся по сторонам и произнёс в пустоту:

- Шесть дней! Всего за шесть дней! Господи, ну может надо было на человека добавить ещё полчасика, а?

Показать полностью
40

Дважды войти в одну реку Квай

Экранизация и книга - штуки разные, и порой, сравнивая их, можно сильно удивиться.


Пересматривал я недавно "Мост через реку Квай". Фильм сняли аж в 57-м и подняли на этом дельце целых семь Оскаров.

Я вообще люблю американские фильмы, снятые до изобретения компьютерной графики.

Нравятся мне советские, не сильно задавленные цензурой.

Нравятся российские, где цензура хоть как-то сохранилась.

Итальянское кино люблю чёрно-белое, а если цветное - то чтоб был Челентано.

Французское люблю такое, где Париж похож на Париж, а не на Гарлем.

Японское нравится, если снял Куросава, а сыграл Мифунэ.

Индийские фильмы бывает смотрю, но не потому что они такие высокохудожественные, а потому, что они напоминаю мне о моём детстве, очередях в кинотеатр и билетах по 35 копеек.


Словом, обычные предпочтения пожилого человека, ещё не впавшего в маразм, но уже начинающего брюзжать по поводу "этих ваших новомодных штучек".


Так вот. В фильме из-за чего весь сыр-бор?

Английские военнопленные строят мост через реку где-то в джунглях Бирмы, или Таиланда, или как ещё те края называются? Есть японец - комендант лагеря, недорезанный самурай и любитель закладывать за воротник. И есть британский полковник - приверженец устава, дисциплины и всей вот этой вот киплинговской мути про бремя белого человека и империи, над которой никогда не заходит солнце.

И есть британские же диверсанты, которым хочется этот мост взорвать к чертям свинячим, да не просто так, а когда по нему пойдёт головной эшелон.


Да! Есть в фильме американский матрос, который выдаёт себя за коммандера. А по-нашему - за капитана 2-го ранга.

Джеймс Бонд, между прочим, тоже был коммандером.


И в конце фильма почти все погибают, а мост - ба-бах! - взрывается и паровоз падает в реку.

Хеппи-энд!


И тут разобрало меня любопытство. А я, бывает, даю ему волю, если чувствую, что это не опасно для моей шкуры.

Я нажал на клавиатуру, скачал первоисточник, и прочитал, в промежутках между работой и всякими другими делами.


Книгу написал Пьер Буль. Он француз, воевал в тех краях и сам находился в японском плену. То есть, мужик материалом владеет. И ещё он написал одну книжку, тоже имеющую известную экранизацию, но которую я читать не собираюсь, - "Планета обезьян".


И пока я читал книгу, то всё больше убеждался, что фильм снят довольно точно по тексту. За исключением мелких нюансов и того, что никакого "американского коммандера" в книге и близко не было.

Ну, это понятно - писал француз, а снимали американцы, а без их соотечественника, спасающего мир, и кино не кино.


И я тихо-мирно скользил по строчкам, не предвещавшим ничего неожиданного и двигался к развязке, уже зная, чем всё это действо обернётся.

И что?!

В финале выяснилось, что мост так никто и не взорвал.


Нет, эшелон подорвался на другой мине, а сам мост, из-за которого вся эта канитель заводилась, остался целёхоньким.


А в остальном всё закончилось как и в фильме. Британский диверсант открывает огонь из миномёта, раздавая всем сёстрам по серьгам, и убивая и японских солдат, и английского полковника, и своих коллег-диверсантов.

Потому что от британского коммандос требуется не попасть во вражеский плен, а сдохнуть, получив в брюхо осколок старой, доброй английской мины.


Такая вот неожиданность открылась мне на, казалось бы, хорошо известном материале.

То-то в фильме эпизод с подрывом смотрится слабым и притянутым за уши.


А так, на мой непритязательный взгляд, и фильм стоит смотреть, и книга стоит того, чтобы её прочесть.


"В ту же секунду я скомандовал: «Огонь!» Таи отлично справились. Мы хорошо подготовили их. Вышел отменный фейерверк. С наблюдательного пункта мне было видно это зрелище! Серия мин одна за другой! Я сам схватил миномет. Я ведь прекрасный наводчик.

- Успешно? - прервал его полковник Грин.

- Успешно, сэр. Первые снаряды удачно разорвались в самом центре группы. Обоих разорвало в куски. Я специально проверил это в бинокль. Поверьте, сэр, я хотел довести работу до конца… Следовало сказать — разорвало троих. Полковника тоже. Никто не уцелел. Три удачных попадания. Затем? После этого я выпустил весь запас, сэр. А он был не маленький… "


Пьер Буль  Мост через реку Квай

Показать полностью

Что скрывается под челкой этого смартфона: угадаете?

Вот вы думали, что эмо уже давно куда-то исчезли и 2007 никогда не вернуть. А что вы вокруг постоянно видите? Сплошные челки на смартфонах. А под ними ведь самое интересное. И нет, не заплаканные глаза эмо-боя с потекшей подводкой. А важные детали картинок.


Чтобы доказать вам это мы вместе с HONOR сделали игру, где вы можете проверить свою интуицию и логику. Под мигрирующей по экрану челкой мы спрятали важные детали картинок. Будет сложно! Но для каждого уровня мы написали подсказки, чтобы помочь вам сориентироваться. Готовы?

Отличная работа, все прочитано!