lelekbolek59

lelekbolek59

Гвардии слесарь в отставке. Курфюрст Курляндии, курирующий кур и куртуазный куркуль.
Пикабушник
Дата рождения: 25 мая 1959
поставил 3522 плюса и 147 минусов
отредактировал 2 поста
проголосовал за 12 редактирований
415К рейтинг 458 подписчиков 2 подписки 486 постов 390 в горячем

Про путь курца

Было в моей жизни время, когда я уже определился, что да, курю, но чем именно буду травиться не знал и потому пробовал то и это. Очень мне тогда нравились польские сигареты Клубовые. Вкус у них был специфический, но мне зашел. А похож он был... Вот если прикуривать сигарету от электроплитки или от лампочки, как в армии приходилось иногда, то последняя затяжка перед тем, как табак затлеет на вкус этих Клубовых смахивала. Но эти дары народной Польши были не везде и не всегда, а потом и вовсе сошли на нет. Курил разнообразные болгарские, курил советские с фильтром и без оного. Кстати фильтр у советских бывал разный - мог быть бумажный из свернутой в гармошку папиросной бумаги, а мог быть таким как сейчас. Бумажный среди нас не котировался. И цветовая дифференциация была - коричневый фильтр это было круто, а белый - отнюдь.Если же вдруг возникало желание приобщиться к западным ценностям, то я примерно раз в месяц ехал в выходной на барахолку и за 3 - 5 рублей покупал что -нибудь этакое. Винстон покупал, Пэлл-Мэлл покупал, Ротманс. Мультифильтр тоже было дело и Море длинные ментоловые. Вот Кэмел никогда не попадался, а я хотел попробовать! Потом приходил домой и закрывшись в тубзике, где мне только и разрешалось дымить, но без фанатизма, выкуривал, восседая на толчке, эту самую капиталистическую заразу. Мне тогда казалось, что от нее и голова покруживается и вообще кайф ловится, но это было самовнушение, конечно.
ОТСТУПЛЕНИЕ ПЕРВОЕ. Впоследствии мне и вправду доводилось курить табачок бивший в голову, мне его в немалом количестве привез брат во времена перебоев с куревом в конце социализма. Это были пачки гэдээровского табака специально для самокруток с прилагавшейся коробочкой, в которой лежали листочки папиросной бумаги. На красной пачке были нарисованы два негра, сидящие на заборе, один скручивает самокрутку, а второй уже дымит вовсю. Ощущения от такой самокрутки были как от 100 грамм крепкого алкоголя, но очень быстро, за пару минут примерно, они проходили. Когда курить было совсем нечего я носил этот табак на работу, но это было невыгодно, так как позычить табачку приходили не только члены нашей бригады, с которыми делиться сам бог велел, а и все кто ни попадя.
Вернемся вновь в семидесятые.. Я был малый подельчивый и эту заграничную лабуду притаскивал на работу, где угощал англо-американской отравой своего бывшего наставника Михалыча и его друганов-ветеранов. Те, конечно, не отказывались.
Бывало, что меня кидало в противоположную крайность и я закупался кубинскими сигаретами. За советскую помощь бедная Куба рассчитывалась ромом Гавана Клаб, сильно, как мне тогда казалось, дорогими сигарами.(вы посудите сами, цена одной доходила до двух рублей, а я их, рублей этих, зарабатывал сто двадцать в месяц). Ну и недорогими сигаретами из сигарного табака. Лигерос, Партагас, Карибе без фильтра со сладкой бумагой, Исла ну и Упманн. Все кубинские сигареты были термоядерными, но Упманн выделялся и на их фоне.
ОТСТУПЛЕНИЕ ВТОРОЕ. В армии я уже определился и курил Приму, однако когда в учебке попадал в наряд на кухню, добрые тетеньки-поварихи нас, салаг зеленых, подкармливали и мы на халяву наедались так, что курить нормальные сигареты было как-то не очень. Не накуриваешься, не пробивает тебя так как должно. И тогда я стал в кухонные наряды прихватывать пресловутый Упманн, благо, что он в чипке был всегда. Термоядерный не подводил!
И снова семидесятые. Кубинский термояд я тоже носил на работу, но никого не угощал, однако стрелкам не отказывал, не жалко было. И вот после того как получивший цыгарку из красивой пачки дед прокашлялся наконец и проплевался он меня и спрашивает - Что у тебя за сигареты lelekbolek, не поймешь? То хорошие, то нормальные, а то как сегодня - смертельные. В чем дело? Я не успел ответить, ему Михалыч и говорит - ежели он тебя угощает - значит будут хорошие, а если ты у него стреляешь, то это на твой страх и риск.
После армии я пришел к папиросам, Беломору и Любительским, потом бросал, а теперь курю снова обычные российские сигареты, только мало, очень мало.
Да, блин, чуть не забыл! В Союзе тоже были сигары, отечественные. Назывались Спутник, производитель Погар. Пробовал и их, заметно слабее кубинского табака, но на вкус ничё так. Была у них особенность одна, я не раз с ее помощью пари выигрывал. Если не затягиваться сигара тухла и в этом состоянии, не дымя и не тлея, могла пролежать пару-тройку минут. Но если начать ее после этого раскуривать, то от затаившейся где-то в недрах искорки сигара вновь зажигалась и - вуаля! - спор выигран!

LELEKBOLEK ПРЕДУПРЕЖДАЕТ - НЕ КУРИТЕ, РЕБЯТА! НУ И ДЕВОЧКИ ТОЖЕ.

Показать полностью

Странное на Пикабу

Полез я от нечего делать просмотреть уведомления и увидел там странное.
Итак вкратце - мой текст не попавший в Горячее проходит в главный паблик Пикабу ВКонтакте.

Странное на Пикабу Горячее, Посты на Пикабу, Странности

Видите? Пост за 11 июня прошел в паблик из Горячего, а второй пост, за 19, попал туда с Горячим не соприкоснувшись.
Пишут, что отправляет посты в Горячее какой-то алгоритм
Дорогой алгоритм, по моему ты слегка оборзел. Если так и дальше пойдет, то ты посты с рейтингом за 1000 в Горячее пускать не будешь

Как нас с братом наголо остригли

Тысяча девятьсот семьдесят третий год случился ровно полвека тому назад. Я его неплохо помню, это было время битлов и Высоцкого, клёшей и длинных волос.
Один из моих одноклассников был мальчиком как это сейчас говорится продвинутым. Он еще во втором классе изобразил на промокашке волосатого мужика в пиджаке и внизу подписал "Это битлос". А несколькими годами позже он же преувеличенно хрипя исполнял в классе а капелла песни Владимира Семеныча, объявив нам предварительно, что сейчас будет петь песни Высоцкого, певца-самоучки.
Волосы же и клёши становились актуальными классе этак в седьмом, тогда, когда в мальчиках начинал играть гормон и они вдруг видели, что место их былых однокашниц и подружек, с которыми можно было поругаться и помириться, а иногда даже и подраться заняли какие-то коварные жеманницы. Для общения с ними нужна была уверенность в себе, а ее могли дать только модные штаны и длинные волосы.
С волосами был совсем швах - школа волосатиков не одобряла. Зато потом, дорвавшись, бывшие школьники пускались во все тяжкие. Помню года через четыре после окончания восьмилетки я встретил одного из наших.Больше всего он походил на афганскую борзую - точно так же как и у неё грустная мордочка выглядывала из копны длинных белокурых волос.
Со штанами было легче - любой и каждый мог, поехав в город, заказать в ателье брюки любой ширины. Или даже проще - в купленные обычные штаны вставлялись клинья. Свирепый деревенский клёш был обычно куда ширше любого городского.
Были у меня и расклешенные в меру брючата и волосы предельно допустимой для школы длины, но сакрального значения я этой атрибутике не придавал.
И вот в конце мая пресловутого семьдесят третьего я пошел в гости к своим знакомым зольдатенам дабы поболтать о разных разностях. Придя же в казарму внезапно обнаружил, что там идет массовый постриг.Что сподвигло дедов стричься не дожидаясь ста дней до приказа я не знаю, но добрая половина из них уже сверкала свежеприобретенными лысинами, а неофициальный парикмахер дивизиона рядовой Сабиржанов трудился еще над одним. Повинуясь внезапному порыву я сказал - Рашидик, а постриги-ка и меня под лысого за компанию!
Легко! - ответствовал Рашид - а родители не заругают?
Да как нибудь разберусь - сказал я. - Стриги!
И он остриг.
Когда я пришел домой и семья увидела мою прическу под Котовского, то мама сказала - ОЙ!
Батя сказал - А не рано ли ты, салабон, на дембель-то собрался?
А младший брат завопил - Аааааа! Я тоже так хочу!
Иди - говорю - в казарму, найди там рядового Сабиржанова и он с удовольствием тебя оболванит.
Батя достал полтинник и сказал Пашке - зайди сначала в магазин к Маргарите, купи там карамелек каких-нибудь и отдай Рашиду за себя и за этого прощелыгу, а то будут говорить, что у начштаба дети халяву любят.
Через час брат вошел в дом сияя довольной улыбкой и лысой башкой.
Когда в понедельник два стриженых брата пришли в школу, то сразу же поползли слухи, что дети директрисы, примерные мальчики и хорошисты, сотворили нечто настолько ужасное, что у нее не было другого выхода, чем остричь их в наказание наголо. Мы, естественно отрицали какую либо криминальную подоплеку наших новых причесок, но это только раздувало страсти. Благо, что через несколько дней занятия в школе закончились и мы поехали к бабушке в город.
Но это еще не конец истории.
В городе нас дожидались путевки в пионерлагерь.На общем волосатом фоне два лысых брата сильно выделялись и лагерная докторша заподозрила, что на наших головах угнездилась какая-то живность. Поэтому она вызвала нас в медпункт, где копалась пальцами в не отросших еще волосах.
Надо сказать что это был кайф!

Показать полностью

Про Михалыча и его инструменты

В середине семидесятых я устроился после школы на завод. Учеником слесаря-инструментальщика. В наставники мне назначили Михалыча, бывшего фронтовика, веселого мужика слегка за пятьдесят, сильно хромого. Я как-то сразу обратил внимание на то, что слесарный инструмент у него намного лучше, чем у любого другого из слесарей на участке. Когда пришлось к слову я про это помянул в курилке, а мне сказали, что это я еще не видел те инструменты, что Михалыч использует дома для ремонта сложной механики типа швейных машинок.
Как-то во вторую смену я высказал свое восхищение богатством Михалыча, на что тот рассказал, что начал собирать его еще когда летом сорок пятого лежал в госпитале в Германии.
А дело было так. Михалыч тогда еще Михалычем не был, а был просто Славкой Барановским, ранбольным девятнадцати лет от роду, неоднократно прооперированным и в результате получившим таки возможность ходить без костылей. В самой ближайшей перспективе ему предстояло возвращение домой, а пока надо было расхаживать ногу и при первой возможности Славка уходил из госпиталя и с матами и стонами шкандыбал по окрестностям. Во время одной из таких прогулок к зданию госпиталя подрулила большая черная машина из которой вылезли молодой долговязый полковник и солидный усатый сержант-водила. Полковник отправился внутрь здания, а сержант полез под капот. Славка вместе с другими подтянувшимися выздоравливающими от нечего делать осмотрели машину и пришли к выводу, что полковник очень не прост, так как обычно на таких авто ездят генералы.
Народ постепенно рассосался, Славка тоже двинулся к госпиталю, но когда поравнялся с возвращавшимся полковником, то как на грех подвела раненая нога, Славку потащило в сторону и он чуть не врезался в полкана. Тот его придержал слегка, чтобы Славка в кусты не завалился и спрашивает - Ты чего это, военный, на людей бросаешься? Ты не пьяный ли случаем? Нехорошо!
Славка ему и рапортует, дескать гвардии ефрейтор Барановский не виноват, а виновата раненая нога гвардии ефрейтора, которая периодически заставляет его отклоняться то вправо, то влево. Полковник хмыкнул и пошел было дальше, но притормозил и Славку спрашивает - Что-то говорок у тебя знакомый, ты родом-то откуда будешь?
С Урала, из Старого Поселка - Славка отвечает.
О, землячок! - полковник ему. А я из Нового родом. Ты там в Старом Тимохиных таких знаешь?
Как не знать - Славка говорит - большая семья, рыжие, на соседней улице живут, я с ихними пацанами в школу вместе ходил, дрался с ними бывало до кровяных соплей, ну и вместе ходили за речку вашим новопоселковским клювы чистить.
Да какие они мои - полковник отвечает - мне пять лет было, когда мы оттуда уехали. Просто мама моя из этих Тимохиных.
Вернулись к машине, сели там на лавочку, поговорили о том о сем. Славка рыжего вредного деда Тимохина вспомнил, который как оказалось не просто так дед, а двоюродный дед полковника. Уже под конец разговора полковник Славку спрашивает - а что ты, гвардии ефрейтор Барановский, планируешь отсюда домой привезти?
Славка вздохнул. - А вот что на складе трофеев выдадут, то и повезу. Ну продукты, это понятно, часы дадут наверно, материю на костюм, еще что нибудь... Аккордеон точно не дадут, не вышел я для аккордеона ни званием, ни рылом. Мыла дадут скорее всего, мыло всем дают.
Встал полковник, подошел к машине и водителю своему говорит - а отдай-ка, Сергей, ефрейтору тот чемодан, что мы в багажнике возим. Сержант аж встопорщился весь - да как же так, товарищ полковник, как я без инструмента буду? А полкан ему - не понимаешь ты меня, Сережа. Я с земляком полчаса поговорил, так как будто дома побывал. Маму вспомнил вот... А инструмента у тебя в гараже хватает, но если мало тебе, то я записку напишу и ты на складе еще получишь. Не будь жмотом, сержант!
Сержант Сережа откуда-то из машины вытащил довольно большой чемодан и пристроил его на лавочку рядом со Славкой. Полковник тоже подошел. Открывай - говорит - посмотри на богатства. Славка открыл и охренел. Целый чемодан самых разных инструментов, сверл, метчиков и так далее, завернутых в полупрозрачную промасленную бумагу. Больше двадцати килограммов.
А полковник ему и говорит - ты, главное дело, не продешеви, когда этот инструмент продавать будешь, это все очень хороших денег стоит, так что не будь дураком. А если ты совсем умный и руки у тебя откуда надо растут, то ты продавать ничего не будешь, а устроишься на работу и научишься этим всем работать. С таким-то инструментом тебя куда угодно на работу примут, но ты его береги. Прямо сейчас беречь начинай. В общем тебе решать. И уехал.
Инструмент Славка Барановский сберег, до дому его довез. До Старого Поселка. В поселке тыкнулся на МТС, на рудник, и понял, что ни там ни там его инструмент востребован не будет. И подался в большой город устраиваться на завод. Работал на заводе, научился своим инструментом пользоваться от и до, хорошие деньги получал. А часть инструмента оставил дома, ремонтировал им точную механику разную, не за деньги, но и не бесплатно.
К середине семидесятых по крайней мере половина того трофейного инструмента еще фунциклировала, это со слов Михалыча.

Этот рассказ я слепил из того, что было на самом деле и того, что придумал сам. А были владелец лучшего на заводе инструмента хромой Михалыч, он же гвардии ефрейтор Славка Барановский, дареный чемодан с инструментом, непростой полковник-земляк и его своевременный совет. Так что тег "Истории из жизни" я все же поставлю.

Да, еще о качестве инструмента! Когда через полгода меня и еще нескольких ребят посвящали после окончания обучения в рабочие, то нам среди прочего подарили по набору надфилей в желтой такой книжице из кожзаменителя. Так вот, последний надфиль из этого набора отдал концы лет пять назад, то есть продержались они у меня сорок с лишним лет.

Показать полностью

Про подгнившие дыни

Мой приятель и коллега Жека, с которым мы вместе работали в конце восьмидесятых, отличался крайне высокой степенью хозяйственности и домовитости. Может его домовые в детстве покусали, не знаю. Был бережлив, но не жаден, за что и пользовался всеобщим уважением.
Если же он высказывал какое-то свое мнение по вопросам хозяйственной деятельности, экономии и тому подобному, то прислушаться к нему стоило.
И вот идем как-то мы с ним с работы через сквер, приближаемся к овощному и на дальних подступах к нему видим тетеньку с весами и средних размеров очередь. Тетенька торгует дынями. Дыни в ящиках стоят справа от нее, а слева небольшая куча всяких изгоев дынного племени - мятые, битые, подгнившие и тому подобное. Ну и цена соответственно раз в пять меньше, чем на хорошие.
Встали и мы в хвост. Когда были уже на подходе к весам, Жека из очереди слинял, подошел к продавщице, о чем-то с нею пошушукался, достал матерчатую сумку и начал набирать в нее дыни из горки с некондицией. Я аж испанский стыд почувствовал - молодой мужик явно при деньгах набирает в сумку то, что не всякая бабка-пенсионерка купит, а только особо обедневшие.
Набил он в суму с десяток килограммов дынек и довольный идет ко мне. Дай - говорит - свою тару, я и тебе наберу, а ты пока мое добро подержи. Я ему - да нафига мне твои гнилушки, я сейчас за те же деньги куплю хорошую и красивую. Он спрашивает - так ты в гости к кому-то с дыней этой пойдешь? Нет? Тогда давай тару и не возбухай, я лучше знаю, что тебе нужно и готов это тебе объяснить. Потом.
Вспомнил я, что Жека по хозяйственности и домовитости всех переплюнет и отдал ему сетку-авоську, в которую он и загрузил нескольких уродов из славной дынной семьи.
Рассчитались, заплатив сущие копейки и отправились покурить на лавочке в соседней аллее. Там Женька и прочитал мне мини-лекцию о том, как домовитый индивидуум должен выбирать дыни. Посмотри - говорит - я не взял ни битых, ни мятых, ни ломанных, а только мягкие и слегка подгнившие. Сейчас ты придешь домой, помоешь дыни, срежешь подгнившие части и с очень большой степенью вероятности у тебя окажутся слегка порезанные спелейшие плоды. Наслаждайтесь! Однако предупреждаю - с едьбой не затягивайте, съешьте сегодня, край завтра.
Пришел домой, сделал как учил Женька, семья попробовала и сказала - О! Запах и вкус были на высоте.
Дынь было слишком много для нас, поэтому пару штук я отнес родителям, которые тоже сказали - О!
На следующий день на работе я подошел к Женьке и сказал, что снимаю шляпу и преклоняюсь пред его хозяйственным гением и умением покупать дыни. И что его вчера добрым словом поминало две семьи. Жека аж зарумянился.

Показать полностью

Про армию и глиняные люльки

Летом семьдесят девятого года наше начальство повадилось посылать нас, воинов с узла связи, на работы на ЖД станцию. Съездили наши раз, съездили другой... И вот после возвращения из очередной поездки один из наших не отправился со всеми в расположение отдохнуть перед ужином, а куда-то исчез. Появился только непосредственно на ужине, а после него, когда народ отправился реализовывать священное право покурить после еды, вместе со всеми зашел в курилку. В курилке он достал из кармана маленькую глиняную трубку, под заинтересованными взглядами сослуживцев высыпал в нее табак из сигареты, примял пальцем, прикурил и принялся пыхать, раскуривая.
Такая трубка - сказал он - называется - ПЫХХ - люлька - ПЫХХ. У Тараса Бульбы - ПЫХХ - была. У Хомы Брута - ПЫХХ - была. А теперь вот и у меня - ПЫХХ - есть.
Дальше уже нормально курил. Народ возбудился и задал естественный вопрос - откуда дровишки? А я - говорит - сам сделал, вот только что. Надо бы, конечно, к ней какой-никакой мундштук присобачить, а то уж больно коротка получилась, типа носогрейки, но времени жалко было, торопился до ужина успеть. Докурил и пустил трубку по рукам. Мы рассмотрели. Глиняная, обожженная, тяжеленькая. Сантиметров десять длиной или даже меньше.
А глину - говорит - я нашел на станции. Там есть на отшибе такое строение, с одной стороны без стены, в нем песок. А в песке попадаются желваки синей глины, вот из нее я и вылепил себе люльку. Надо просто очистить желвак от песка, хорошо промять глину, а потом слепить люльку и обжечь на костерке. И - вуаля! - пожалуйте на перекур.
Народу люлька понравилась и многие возжелали обзавестись подобными девайсами. Поэтому когда назавтра набирали команду работников на станцию, то в добровольцах недостатка не было. Я тоже поехал. Здание без стены мы нашли легко. Вот с синей глиной было труднее, надо было перелопатить довольно много песка, чтобы обнаружить желвачок, но в часть все возвращались не пустыми. За оставшиеся до конца недели дни трубками обзавелись все желающие, а желающих была добрая половина личного состава. Этакий флешмоб получился. Люльки были самыми разными, все зависело от индивидуального художественного вкуса и кривизны рук. Офицеры наши сперва удивлялись и брали люльки посмотреть, а потом привыкли.
Сидим, помню, в курилке, почти у всех трубки. Сидим, пыхаем. Заходят начальник связи полка и начальник узла связи. Начальник узла и говорит - вот, товарищ подполковник, так и живем. Я уж и не пойму, что у меня - бриг пиратский или круг казацкий. Подпол ему - ну ты же капитан! Стало быть бриг у тебя.
Постепенно трубки сошли на нет. Оказалось, что дым от сигареты куда мягче дыма из люльки. А еще люльки надо было чистить, чтобы вместе с затяжкой не хапнуть порцию накопившейся в трубке гадости. Чистить же получалось плохо, не было нужного инструмента, а у многих трубок из-за непродуманной конструкции чистка и вовсе не получалась.
Так и окончилась эта люлечная история.

Показать полностью

Особенная манная каша

Хотел было рассказать о своем пути курца, то есть о том, как я в детско-юношеские годы приучался курить, о разнообразных перипетиях этого процесса, но во время вспоминания набрел на одну историю из самого раннего детства. Вот ее и расскажу пока.

С алкоголем мы с братом познакомились ну очень рано, гораздо раньше, чем с табаком. А дело было так - мне было шесть-семь лет, брату соответственно четыре-пять. Кормила мама нас на кухне, там был такой специальный шкаф с выдвижной доской, на нее мама ставила тарелки с нашей едой и убегала по своим делам. Мы были ребята неприхотливые, ели что дают и съедали без остатка. Даже манную кашу, которую мама готовить не умела совсем. Ну вот не дано ей было. Пока в запасе было варенье, привезенное от бабушки, было еще ничего, но варенье рано или поздно кончалось и наступали суровые времена. И вот в один из дней без варенья я от нечего делать полез в верхнюю часть нашего обеденного шкафа и обнаружил, что варенье все-таки есть, правда жидкое и с каким-то привкусом, но все равно очень вкусное, вишневое. Варенье находилось в очень красивой глиняной емкости. Проблема невкусной каши была решена! Теперь когда мама накладывала нам кашу, я дожидался пока она убежит по своим делам и щедрой рукой наливал его в кашу себе и брату. Каша улетала со свистом.
Обнаружила мама, что сыновья нашли выход из положения далеко не сразу. Зашла как-то на кухню, а мы что-то промедлили с поеданием каши и она увидела, что в ней присутствует посторонний ингредиент. К тому времени в литровой глиняной бутыли оставалось меньше половины. Люли были получены, бутыль была убрана подальше от нас, а вечером были еще невеселые разговоры с отцом о вреде алкоголя.
Брат утверждает, что в бутыли тогда был ликер, но я так не думаю, с ликера нас бы развезло, я довольно щедро наливал, это было что-то слабоалкогольное, может быть пунш.

Показать полностью

Про лечебное полено

В начале девяностых перешел я на работу в большой-большой-большой женский коллектив. Да я писал здесь уже о нем. Имена дам совпадали и для того, чтобы отличать одну от другой женщин постарше именовали с отчествами, а остальным приделали прозвища. Татьян вот было четверо - Татьяна Михална, Таня Рыжая, Танька большая и Таня Полено. Ну с Рыжей и Большой все понятно было, а вот с Таней Поленом возникали вопросы, так как была она никак не деревянная ни внешне ни внутренне. Симпатичная неглупая молодая женщина. К прозвищу своему относилась спокойно. Через какое-то время во время цехового междусобойчика решил я выяснить для себя вопрос странного Таниного именования. Она мне и говорит - это все дела давно прошедшие. Я после того как первого родила вдруг начала маяться со спиной. Болело постоянно, а два - три раза в месяц меня скрючивало буквой Зю. Лечилась тем и этим, иногда помогало на время, но скоро все возвращалось на круги своя. У меня - говорит - половина мыслей была не о действительно важных вещах, детях, муже, доме, работе, а о том что в любой момент спинища может выпендриться и пойду я согбенная, точа слезу от боли.
Я говорю - Таня, а массажеры? Они многих выручали и выручают, вот и мама моя пользуется, хвалит.
А хреново - отвечает - тогда с массажерами было. Те, что я пробовала не помогли, а других не добыть было.
Но вернемся к истории. В общем как-то Татьяна с семьей оказались у дальних родственников в сельской местности, где Таню и прихватило в очередной раз. Посмотрел тамошний главный дед на то, как Татьяна со стонами и воплями за стеночку держась в тубзик ходит и пришел к ней с березовой чуркой. Вот - говорит - тебе, внучка, волшебная палочка. Палочка та со слов Тани была сантиметров восемь в диаметре и длиной чуть поменьше чем ширина спины. Теперь - дед говорит - ты с кровати утром не вставай, а сползай и ложись спиной, а конкретно поясницей на эту самую чурку. И катайся на ней минут пять, а лучше десять.
Послушалась Таня своего гуру, включила в распорядок дня утреннее катание на березовом полене и через несколько дней у нее настала другая жизнь. Ведь шесть лет - говорит - жила или с болью или в ожидании боли, а тут вдруг раз и все! Готова была через полРоссии ехать к тому деду в ножки кланяться.
Ну и на волне эйфории с горящими глазами убеждала любого, кто хоть чуть-чуть намекнул на боль в спине, что березовое полено его спасет и подарит новую жизнь. И дарила поленья эти родным и близким. Мужик ее заманался пилить заказанные ею чурки и говорил всем, что теперь его Танюша работает познавшим Истину проповедником в церкви Свидетелей Святого Полена. Троллил ее тем, что она якобы вечерами ходит по квартирам с поленом в руках и открывшим на звонок говорит - Здравствуйте! Я хочу вам помочь и поэтому расскажу все об этой березовой чурке.
Теперь-то я понимаю - Татьяна говорит - что выглядела дура-дурой, но тогда мне казалось, что я могу помочь всем и каждому. Я летала буквально.
А с прозвищем вышло так - кончился отпуск и я принесла на работу целую сумку этих поленьев, всем кто в цехе когда либо плакался о боли в пояснице по штуке. Долго мне эти дрова поминали...
Но и до сих пор я с кровати не встаю, а сползаю. И сразу поясницей на любимое полено.

Показать полностью
Отличная работа, все прочитано!