almi92

Замечательные ребята, эти венгры... В Европу ворвались на скаку, расселились средь славян и валахов, "обрели родину" на Дунае, так сказать, а потом, побезобразничав немного в Центральной Европе, охристианились и успокоились. Так и сидят до сих пор они в своей Среднедунайской низменности, процветая в своём темпе.

Язык венгров, как известно, финно-угорский, точнее просто угорский. Наверняка вы его слышали и знаете, что он собой представляет. Его очень "любят" за падежи и любопытную графику, но есть и другие причины, нам, носителям славянского русского языка его любить и уважать. Например, за заимствования, которые роднят далёкий венгерский с родным нам русским.

Ранее я уже писал отдельные посты о венгерском языке и об этих самых заимствованиях. Была, кажется, у нас одна задачка на этот язык. Сегодня позволю себе обойтись одним замечательным словом, которое я давно знал, но происхождение которого открылось мне только недавно.

Речь пойдёт о слове munka, которое означает "труд, работа; занятие". Вполне нормально сказать по-венгерски: Munkába megyek "Я иду на работу". Или: Ez szép munka "Это прекрасная работа". Контексты более чем нейтральны. Но если задуматься, какое значение было изначально у этого слова...

Просто щёлкнуло в голове. Слово munka - ведь это же то же, что праславянское *mǫka, где носовой *ǫ отразился как un. Рефлекс такой мне раньше не встречался, хотя вот, скажем, венгерское слово bolond "глупый; сумасбродный" точно восходит к праславянскому * blǫdъ (откуда русское блуд, польское błąd); слово konkoly "куколь" - это наше куколь (травянистое сорное растение). Впрочем, словари эту деталь не поясняют, а просто констатируют: венгерское munka происходит из *mǫka.

А что же такое это самое *mǫka в праславянском? Это русское му́ка, это болгарское мъка, это сербохорватское му̏ка (mȕka), это словенское múka, это словацкое muka, чешское muka и польское męka - слова не совсем одинаковые по значению, но все они означают что-то неприятное, болезненное... страдательное. Как же, наверное, не любили работу вольные венгры, что назвали её чужим словом с таким интересным значением. Или же иначе: венгры видят, что славяне в труде изнемогают, называя свой труд *mǫka, перенимают слово себе в язык уже без всяких негативных коннотаций. Скорее всего, события развивались по второму варианту.

P.S. Каждый день кто-то ходит на муку, делает муку по дому, выполняет домашнюю муку... Может, эти люди венгры в душе?

Все знают, что убить божью коровку - значит навлечь на себя беду. Мол, коровка-то божья, боженька накажет. Кто в детстве не ловил этого пятнистого жучка и не запускал его в небо со словами: "Божья коровка, лети на небо! Там твои детки кушают конфетки...". И наверняка многие ещё в детском возрасте задумывались, почему это насекомое имеет такое странное название.

Да, учёные, которые не любят такие народные названия, именуют божьих коровок в своих энтомологических трудах кокцинелли́дами (лат. Coccinellidae). Но между собой называют её так, как привыкли с детства.

Божьи коровки распространены почти везде, где живёт человек, поэтому во многих языках мы найдём своё особое название этого насекомого. Я решил покопаться по словарям и найти различные варианты этих названий, разбив их по "семантическим корзинам". Вот некоторые наиболее интересные результаты.

Божья коровка - это насекомое в каком-то смысле священное. Есть исследования, которые утверждают, что славяне связывали божью коровку с культом какого-либо бога, вероятно, отвечающего за землю и плодородие. Эта "божественная" связь и отразилась в ряде названий насекомого: белорусское кароўка-багоўка, болгарское божа кравичка (чаще калинка, также калинка-малинка и ка́ля-ма́ля), польское boża krówka (также biedronka), словацкое pánbožkova kravička (также lienka), литовское dievo karvytė. Аналогичная семантика у ирландского bóín Dé "божья корова".

В нидерландском божья коровка - это lieveheersbeestje, то есть дословно "нашего дорогого Господа (onze lieve Heer) зверушка (beestje)".

В английском языке божью коровку называют по-разному. В британском инглише - ladybird, в американском - ladybug, учёные иногда используют форму lady beetle; в Британии иногда можно услышать названия ladycow и lady fly. Вторая часть этих слов вариативна: "птица", "жук", "корова" и т. д. Первая же часть всех этих слов - lady - выглядит на первый взгляд довольно странно. Однако странного ничего тут нет, ибо это самое lady является отсылкой к Деве Марии (Virgin Mary). В старину англичане называли божью коровку Our Lady's bird, поскольку Деву Марию нередко изображали в красном одеянии. Так и закрепилось словцо в разных вариантах.

Дева Мария обнаруживается нами в каталанском marieta, испанском mariquita, немецком Marienkäfer, датском mariehøne, норвежском marihøne, исландском maríuhæna, maríubjalla, латышском mārīte, сербском бубамара (где буба "жук", Мара - от Марија). Так люди охристианили божью коровку.

Армянское զատիկ (zatik) - это не только божья коровка, но ещё и название Пасхи. Каким образом армяне связали эти два явления в своём сознании - трудно сказать. Однако подобное название есть и в греческом - πασχαλίτσα (от πασχαλιά "время Пасхи"). Скорее всего, именно греки повлияли на армян, но не возьмусь ничего утверждать наверняка.

Весьма интересные названия мы встречаем у финнов: leppäkerttu и leppäpirkko. Сегодня, наверное, даже не каждый финн сможет уверенно сказать, как эти слова следует этимологизировать, ведь leppä - это название ольхи. Однако в этих словах leppä означает "кровь" (такое значение этого слова известно далеко не всем). Что касается второй части этих слов, то тут всё ещё интереснее: это имена Kerttu и Pirkko, которые соответствуют более понятным нам формам Гертруда (немецкое Gertrud) и Бригитта (шведское Birgitta). Получается, leppäkerttu - это "кровавая Гертруда", а leppäpirkko - "кровавая Бригитта". "Кровавая", разумеется, из-за цвета насекомого. Мило, не так ли?

Чешское slunéčko или sluníčko - уменьшительная форма от slunce "солнце", то есть "солнышко". Иногда чехи называют божью коровку beruška, то есть "дорогуша". Вслед за чехами солнышком божью коровку называют украинцы - сонечко (наряду с божа корівка).

Нередко в названиях божьей коровки в отдельных языках мы распознаём женские имена: галисийское xoaniña - от Xoana "Шоана", португальское joaninha - от Joana "Жуана". Венгерское katicabogár состоит из имени Katica "Катица" и слова bogár "жук"; существует даже детская песенка, которая начинается со слов Katalinka, szállj el! "Каталинка, улетай!", что тоже является отсылкой к названию жука.

Выше уже упоминалось научное название букашки кокцинелли́да. Похожим образом божью коровку называют французы (coccinelle) и итальянцы (coccinella); эти слова происходят от латинского coccineus, coccinus "алый, алого цвета", coccum "алый цвет".

И ещё несколько интересных этимологий:

Японское 天道虫 (てんとうむし, tentōmushi) - это "небесный (или, быть может, солнечный) жук"; от 天道 (tentō) "небеса; солнце" и 虫 (mushi) "жук".

Корейское 무당벌레 (mudangbeolle) состоит из частей 무당 (mudang) "шаман" и 벌레 (beolle) "жук". То ли виной тому красное шаманское облачение, то ли особый статус букашки среди корейских шаманов.

Турецкое uğur böceği - это "жук удачи"; uğur - это "удача" и böcek - "жук".

Если вам известны названия божьей коровки в других языках, то смело делитесь ими в комментариях и предлагайте свои версии их происхождения.

Помню, в детстве, когда выражал сожаление о чём-либо, говоря: "Жалко", в ответ слышал фразу: "Жалко - у пчёлки, а это печально". Чего-то вдруг вспомнил и на секунду задумался об этимологической связи этих слов. О родстве этих слов я уже давно знал - со словами жало и жалко мне уже доводилось работать и раньше. Но всё же я залез в словари и обновил свои знания. Делюсь с публикой.

Русское слово жало мы прекрасно связываем с глаголом жалить. Напрашивается аналогия: шилом шьют, в седле сидят, а жалом жалят. Везде одна модель, хотя со словом жало и возникают некоторые сложности. У праславянского *žędlo мы обнаруживаем суффикс *-dlo (как у слов *kridlo "крыло" или šidlo "шило"), причём, как это часто бывает, согласный d пропадает во многих современных славянских языках. Сравните сами: украинское жало, белорусское жало, болгарское жило, македонское жило, сербохорватское жа́лац (žálac), словенское žélo, польское żądło. Согласный d сохраняется только у польского слова.

Праславянское *žędlo происходит из более раннего *žendlo, в котором когда-то произошла диссимиляция: *želdlo превратилось в *žendlo, а *en далее закономерно перешло в *ę. И вот, собственно, так мы подходим к корню *žel-. Последний происходит из праиндоевропейского *gʷelH- "бросать; ударять броском". Того же происхождения латышское dzelt "жалить; колоть", gals "конец", литовское gelti "жалить", galas "конец; вершина"; древнегреческие слова βάλλω "бросать", βλῆμα "бросок; рана", βόλος "кидание; ловля; бросок", βελόνη "игла, остриё", βέλος "стрела"; немецкое quälen "мучить" и нидерландское kwellen "мучить".

Из того же праиндоевропейского *gʷelH- происходят праславянские слова *želěti "жалеть" (откуда украинское жаліти, болгарское жалея, чешское želet - вариации с a/e объясняются влиянием слова *žalь) и *žalь (украинское жаль, болгарское жал, чешское žal, польское żal). И семантика тут напрашивается "болевая": жаль - это первоначально выражение боли, страдания, физического или душевного, а уж затем выражение сожаления или сострадания.