almi92

В этимологии есть немало спорных, но довольно красивых теорий о родстве тех или иных слов. Одна из них - очень притянутая за уши, подразумевающая массу допущений - говорит о том, что слова вермишель и червь являются далёкими родственниками. Как такое возможно? Порассуждаем.

Начнём с вермишели. Слово это, разумеется, пришло из Италии, оно известно многим языкам Европы. Как всякие spaghetti, fedelini, capellini, итальянское vermicelli - это форма множественного числа. Форма единственного числа vermicello дословно означает "маленький червяк", от verme "червь" с уменьшительным суффиксом -cello.

Итальянское verme унаследовано из латинского vermis "червь", в котором легко распознать германских родственников: английское worm, немецкое Wurm, нидерландское worm - все в значении "червь". В ту же корзинку литовское var̃mas "насекомое", албанское rrime "дождевой червь", древнегреческое ῥόμος "древоточец" и... праславянское *vьrmьje "черви". Последнее, наверное, известно разве что филологам, которые могли встретить древнерусское слово вермиѥ "саранча; черви" (из *вьрмиѥ). На самом деле, есть в этих словах некоторые фонетические неувязочки, которые привыкли объяснять табуированием или аналогией (в индоевропейских названиях живности такое порой случается), но не стану, пожалуй, сильно на этом акцентировать внимание. В конечном счёте вся эта живность восходит к ПИЕ * wr̥mis "червь; личинка".

Теперь о наших червях. Русское червь родственно украинскому черв (более употребимо черв'як), болгарскому червей, македонскому црв, сербохорватскому црв (crv), словенскому črv, словацкому červ, чешскому červ, польскому czerw "личинка", верхнелужицкому čerw, нижнелужицкому cerw. Для данных слов реконструируется праславянское слово *čьrvь со значением "червь; личинка", однако дальнейших соответствий не обнаруживается.

Наряду с *čьrvь в праславянском также реконструируется слово *čьrmь со значением "червь", к которому возводят древненовгородское цьрмь "красная ткань", цьрмьне, цьрьмьне "красный", русское черемной, черёмный "красный", чешское čermný, črmný "красный", czermny "красный" (ср. украинское червоний "красный", болгарское червен "красный", чешское červený "красный", польское czerwony "красный" - от праславянского čьrvenъ "красный", родственник *čьrvь "червь"). Хорошо известны балтийские когнаты: литовское kirmis "червь", латышское cirmenis "личинка", прусское girmis "личинка". Реконструкция для ПИЕ - *kʷŕ̥mis, к которому восходят также албанское krimb "червь", валлийское pryf "насекомое; червь", ирландское cruimh "личинка; червь", санскритское कृमि (kṛ́mi) "червь".

Сие наводит на мысль, что *čьrvь и *čьrmь как-то связаны между собой, хотя и не очень понятно как *m в перешло в *v. Если всё же допустить, что в праславянском произошла инновация и что эта *v - просто иной формант, то возникает новый вопрос: как *kʷŕ̥mis "червь" соотносится с * wr̥mis "червь". Некоторые этимологи допускают их родство (хотя нет регулярных переходов *kʷ в *w, возможна нерегулярная мутация), другие полагают, что это разные основы. Всё очень спорно. Но, согласитесь, теория довольно интересная.

Нередко можно услышать мнение (именно мнение, а не обоснованную точку зрения), что слово караван является тюркизмом. И это неудивительно, потому что оно хорошо смотрится в ряду других тюркизмов с признаками гармонии гласных (таракан, карандаш, баклажан, балаган и т. д.). Увы, тюркских языков в посредниках у слова караван не обнаружено, однако источник слова тоже восточный.

Русское слово караван пришло в русский язык в XVII веке. Трудно сказать, пришло ли оно из языков европейских (обычно грешат на французское caravane) либо напрямую из персидского, где слово کاروان (kârvân, kârevân, kâravân) обозначало ровно то же, что мы понимаем под караваном сегодня, то есть группу вьючных животных, которые перевозят ценные грузы по пустыне. Но такое значение было не единственным в истории слова. В среднеперсидском оно означало не только группу животных, но и армию, боевой строй. Этимологи без сомнений возводят это слово к праиранскому *kā́rah "армия, войско" и роднят с древнеперсидским kāra "люди, толпа, войско". На праиндоевропейском уровне единственным подходящим корнем является *ker- "войско", откуда литовское karas "война", латышское karš "война", ирландское cuire "группа, отряд", валлийское cordd "племя, клан", древнегреческое κοίρανος "властитель, правитель", а также целый ряд германских потомков от *harjaz "войско" (готское harjis "войско", древнескандинавское herr "войско, воинство, воины", древнеанглийское here "(вражеское) войско", устаревшее нидерландское heer "армия", немецкое Heer "сухопутная армия, пешее войско"). И никаких верблюдов.

Семантика - штука неоднозначная, но в данной ситуации всё хорошо объясняет. Перенос значения с "войско" на "группа вьючных животных" вполне понятна, ведь и то может двигаться "караваном", различны лишь цели этого движения. Ещё интереснее переносы значения в современных языках, усвоивших персидское کاروان (kârvân, kârevân, kâravân). Так, английское caravan означает "конвой" и "автодом, кемпер". Немецкое Karawane и греческое καραβάνι - это не только "караван", но и "толпа людей, стоящих близко друг к другу". Македонское караван означает также транспортное средство типа SUV. Если поискать дальше, можно найти и другие значения, которые уводят довольно далеко от исконного смысла. Если вам такие известны, смело делитесь в комментариях.

Короткое и интересное с этимологической точки зрения русское слово ложь, казалось бы, имеет чёткое и недвусмысленное значение. Однако ложь не всегда была ложью. И не везде её остаётся по сей день.

Начнём, как водится, с языков славянских. Русское слово ложь восходит к праславянскому *lъžь, откуда также происходят сербохорватское лаж (laž), словенское laž, словацкое lož, чешское lež, устаревшее польское łeż - все со значением "ложь". Параллельно в праславянском существовало слово *lъža, откуда русское лжа, устаревшее украинское лжа, а также болгарское лъжа - тоже со значением "ложь". И, разумеется, сюда же глагол *lъgati, откуда русское лгать, белорусское ілгаць, лгаць, болгарское лъжа, сербохорватское лагати (lagati), словенское lagati, словацкое luhať, чешское lhát, польское łgać - все со значением "лгать". Очевидно, что на уровне праславянском "неправдивая" семантика была основной, хотя в диалектах отдельных славянских языков фиксируются и иные, переосмысленные значения.

Если углубляться далее, то семантика становится менее "неправдивой". Так, в литовском lūgoti означает "просить, умолять", в латышском lūgt означает "просить, приглашать". Вместе со славянскими когнатами эти балтийские слова восходят к праиндоевропейскому *(h₂)lewgʰ-.

Германская ветвь, как и славянская, тоже решила частично уйти в сторону "лжи", и так из основы *(h₂)lewgʰ- возникли английское lie, немецкое Lüge, нидерландское leugen, исландское lygn, датское løgn, норвежское løgn, шведское lögn - "ложь". Однако от той же основы возникли слова и с совершенно иной семантикой. Так, прагерманское * leugō означало "клятва", а от него возникло готское liuga "свадьба" (свадьба, как известно, во многих традициях сопровождается клятвами); древнеирландское luige и валлийское llw, восходящие к тому же ПИЕ корню, тоже имеют значение "клятва". Прагерманское *laugnaz имело значение "скрытый", от него произошли готское analaugns "тайный, скрытый" и древнескандинавское laun "утаивание, скрытность" (ср. устаревшее датское løn "тайна" и шведский префикс lönn- с "скрытой", "тайной" семантикой). Из глагола *laugnijaną скрывать; отрицать" происходят готское laugnjan "отрицать", немецкое leugnen "отрицать, отвергать", нидерландское loochenen "отрицать, отвергать", исландское leyna "прятать, скрывать".

Так какое же значение тогда было у ПИЕ *(h₂)lewgʰ-? Учитывая разброс в семантике, этимологи склонны считать, что значение было более нейтральным - "заявлять" или "оглашать", но в ряде языков оно приобрело свои особые оттенки. Параллелей развития "от общего к частному" и наоборот в языках мира можно найти немало. Например, глаголы со значением "лгать" в романских языках (итальянское mentire, французское mentir, испанское mentir, португальское mentir, румынское minți) связаны с латинским mentior "лгать", который, вообще говоря, восходит к слову mēns "ум, мышление" (мол, "задней мыслью" сказать - значит, соврать). В славянских языках находим украинское брехати и белорусское брахаць, которые в исконном смысле означают "лаять" (ср. устаревшее польское brzechać "лаять" и диалектное болгарское брехам "хрипеть"). Интересно в этом отношении албанское gënjej "лгать", которое происходит от латинского ganniō "гавкать, лаять; бранить". Наконец, для праславянского глагола *vьrati (откуда русское врать, а через производное *vьračь - также врач) первым было значение "заговаривать, заклинать".

Вот, наконец, и добрались мы до одной из самых тяжёлых шахматных фигур на доске - до самой ладьи! Название этой фигуры в русском языке, думаю, всем понятно и без словаря: ладья - это лодка. Этимология этого слова, если углубиться, тоже весьма интересна, но об этом как-нибудь в другой раз. Сегодня мы с вами, дорогие подписчики ИЭ, пробежимся по новым "корзинкам", коих число зело великое было мною обнаружено.

В русском языке кроме привычного нам слова ладья есть ещё и слово тура́. Этим же словом обозначают ладью в украинском. Через посредство европейских (а каких же ещё?!) языков, оно восходит к латинскому turris "башня". Именно слова с таким значением и составляют самую большую "семантическую корзину".

Итак, "башней" у нас являются: албанское kala, греческое πύργος, датское tårn, ивритское צריח (ts'riyákh), испанское torre, латышское tornis, литовское bokštas, немецкое Turm, нидерландское toren, норвежское tårn, польское wieża, португальское torre, румынское turn, финское torni, французское tour, чешское věž и т. д. Поскольку ладья чаще всего и представляет собой башню, такие названия кажутся вполне понятными и логичными.

Есть языки, которые ассоциируют ладью с чем-то укреплённым... Не совсем башней, но чем-то очень близким. Это венгерское bástya "бастион", индонезийское benteng "форт, бастион". "Крепостью" или "замком" являются баскское gaztelu, валлийское castell, словенское trdnjava, персидское قلعه (qal'e) "крепость" и турецкое kale.

Английское rook (не путать с омонимом rook в значении "грач"!) когда-то означало то же, что и castle, то есть "замок". Это слово пришло очень давно из французского, но имеет истоки в персидском, где словом رخ (rox) также обозначают фигурку ладьи. Из персидского происходят арабское رخ (ruḵḵ), грузинское როქი (roki), исландское hrókur. Японское ルーク (rūku) и корейское 룩 (ruk), как несложно догадаться, заимствованы из английского.

Что-то в наших сооружениях мы не видим аналогов ладьи... А они тоже имеются. Семантическая корзина со значением "ладья", "лодка" включает армянское նավակ (navak), белорусское ладдзя (также вежа "башня"), бенгальское নৌকা (nouka) и тайское เรือ (rʉʉa). Так что мы не одиноки.

Несколько языков связывают ладью с "пушкой": это азербайджанское top "пушка", болгарское топ "пушечное ядро; пушка" и сербское топ "пушка" (также кула "башня").

Очередная "корзина", порядковый номер которой я уже и забыл, включает ряд слов с "перевозной семантикой". Это китайское 車/车 (jū) (не chē, а именно jū!) "колесница, повозка"; ещё китайцам известно название 城堡 (chéngbǎo) "замок". Сюда же следует отнести эстонское vanker "повозка", грузинское ეტლი (eṭli) "повозка; коляска" и вьетнамское xe.

Завершает наш чудесный список слово в языке хинди - हाथी (hāthī) "слон". Напомню, фигуру слона в этом языке вообще называют ऊँट (ū̃ṭ), что означает "верблюд". Вроде всё логично и понятно у этих индийцев. Поскольку хинди очень влиятельный язык в регионе, то можно найти такой же казус в массе более мелких (если, конечно, сравнивать с самим хинди) языков Индии.