Retrograde

Retrograde

пикабушник
поставил 2720 плюсов и 739 минусов
проголосовал за 0 редактирований
2359 рейтинг 20 подписчиков 1321 комментарий 16 постов 3 в "горячем"
4

Разный размер шрифтов на Pikabu.

Всем доброго дня! После перехода на новый дизайн Пикабу заметил странную особенность: посты в ленте отображаются шрифтами разного размера.

Часть постов выглядит так:

Разный размер шрифтов на Pikabu. Шрифт, Вопрос, Длиннопост

А часть вот так:

Разный размер шрифтов на Pikabu. Шрифт, Вопрос, Длиннопост

Причём, всё это в перемешку в одной ленте, то есть, может быть пост мелким шрифтом, потом крупным и т.д.

С чем это связано? Кто-нибудь сталкивался с подобным?

P.S. баянометр ругается зря.

Показать полностью 1
31

Интернет в Антарктиде

В этом году мой отпуск выпадает на август, и я решил исполнить-таки свою давнишнюю идею: отправиться в Чехию навестить подругу, которая уехала учится туда несколько лет назад. Поскольку я являюсь интернет-зависимым человеком, заранее решил узнать, как не остаться без доступа в сеть за границей. Кроме того, возможность делать звонки через мессенджеры позволяет вседа быть на связи и не платить за роуминг.

С этой целью я зашёл на сайт своего оператора и узнал, что есть два способа: 1) подключить услугу "Безлимитный интернет за границей". В этом случае абонентская плата 350руб. в день за интернет списывается в те дни, когда вы находитесь за пределами РФ.

2) Перейти на премиальный тариф (1500руб. в месяц), где эта услуга включена в абонентскую плату по умолчанию. Соответственно, вернувшись домой, можно перейти на свой старый тариф со следующего месяца.

Очевидно, что если находиться за границей больше пяти дней, вариант номер 2 становится более выгодным.

На сайте примечание, что такая услуга недоступна в некоторых странах и ниже помещается ссылка на полный список стран, где можно воспользоваться безлимитным интернетом. Поскольку список сформирован в алфавитном порядке, первой в выпадающем списке присутствует Антарктида. Вилья-лас-Эстрельяс.

Интернет в Антарктиде Путешествия, Антарктида, Сотовая связь, Интернет, Роуминг, Длиннопост

Вспомнив свои школьные познания по географии, я понял, что никогда прежде не слышал о такой территории, да и вообще, мне всегда казалось, что в Антарктиде расположены только научно-исследовательские станции, персонал которых работает вахтовым методом. Полез искать информацию в интернете, и вот, что я узнал: Вилья-лас-Эстрельяс - небольшой поселок в Антарктиде под юрисдикцией Чили с постоянным населением от 80 до 150 человек. Поскольку международным договором от 1959 года установлено, что Антарктида является нейтральной, и никакая её часть не может принадлежать отдельному государству, большинство стран не признает суверенитет Чили над территорией Вилья-лас-Эстрельяс, считая это самозахватом земель.

Интернет в Антарктиде Путешествия, Антарктида, Сотовая связь, Интернет, Роуминг, Длиннопост

Вилья-лас-Эстрельяс была основана 9 апреля 1984 года (в год моего рождения), в правление Аугусто Пиночета. Одним из мотивов создания поселения было соперничество с Аргентиной. Вскоре после основания Вилья-лас-Эстрельяс там родился ребёнок, Хуан Пабло Комачо, и чилийское правительство отметило, что он стал первым ребёнком, не только рождённым, но и зачатым в Антарктиде (в отличие от Эмилио Маркоса Палмы, мать которого была доставлена в Антарктиду на седьмом месяце беременности).


Население посёлка составляет от 80 (зимой) до 150 (летом) человек. В поселении есть 14 жилых домов, детский сад, начальная школа (2 учителя и примерно 15 учеников), библиотека, отделение банка, католическая часовня,  больница, супермаркет и сувенирный магазин, работают почта, мобильная связь, радио, телевидение и Интернет.

Интернет в Антарктиде Путешествия, Антарктида, Сотовая связь, Интернет, Роуминг, Длиннопост

Вилья-лас-Эстрельяс. Вид ночью.

Так вот, если вас когда-нибудь занесёт на эти задворки Вселенной, там будет работать безлимитный интернет от Теле2! Мне аж стало интересно там побывать после этого.

P.S. баянометр ругается на постороннюю картинку.

Показать полностью 2
31

Как Россия Норвегию оккупировала

Как Россия Норвегию оккупировала Россия, Норвегия, Сериалы, Фильмы, Оккупация, Нефть, Геополитика, Европа, Длиннопост

Смотрю сейчас довольно любопытный сериал. Пока не увидел своими глазами - не поверил бы, что настолько необычное кино могло появиться на самом деле. На волне событий, случившихся весной 2014 года в Крыму и на юго-востоке Украины, когда у наших ближайших географических соседей возник страх, что Россия сейчас придёт и захватит ещё какую-нибудь территорию, норвежцы решили потроллить сами себя и сняли сериал про то, как Россия оккупировала Норвегию.


Действие сериала разворачивается в недалёком будущем. США вышли из НАТО, в мире перебои с поставками нефти из-за войны в Персидском заливе.

Премьер-министр Норвегии Яспер Берг, одержимый идеей экологическо чистой энергетики, строит завод по переработке тория и объявляет о намерении прекратить добычу нефти и полностью отказаться от использования углеводородного топлива. Решение премьер-министра грозит обернуться топливным кризисом для Европы. Тогда Россия по просьбе Евросоюза вторгается на территорию Норвегии, берёт под контроль все социально-политические институты и возобновляет нефтедобычу. Поначалу предполагалось, что присутствие русских в стране будет временным, до тех пор, пока не будут восстановлены поставки нефти в Европу. Однако, постепенно становится ясным, что Россия планирует оставить контроль над Норвегией за собой, сохранив в то же время социальные условия в стране неизменными.

К чести создателей, стоит отметить, что сериал далёк от стереотипного юмора, которым обычно изобилуют подобные фильмы на тему геополитики. Здесь не будет матрёшек, шапок-ушанок, медведей с балалайками и шуток в стиле "Что-то стало жарко, Наташа, сходи, выключи ядерный реактор".

Напротив, сериал изобличает, прежде всего, проблемы современного скандинавского общества: социализм, бюрократия, излишняя зарегулированность, слабость и нерешительность чиновников и силовиков и неготовность их брать ответственность за принятые решения, отсутствие сильного лидера, неспособность противостоять внешней агрессии. А русские, наоборот, показаны холодными и расчётливыми профессионалами.

Чем всё закончится? Смотрите сериал "Оккупация".

К настоящему времени вышло 2 сезона (18 серий).

В самой Норвегии сериал в момент выхода установил рейтинговый рекорд.

Показать полностью 1
7

Кроссовер-снегоуборщик

Только что на Финляндском вокзале заметил легковой джип а-ля УАЗ-патриот, который ловко сметает снег с трамвайных путей при помощи прикреплённого к нему стандартного ковша от снегоуборочной машины. Испытал, честно сказать, культурный шок. Кто-нибудь видел нечто подобное?

Кроссовер-снегоуборщик Снегоуборщик, Финляндский вокзал, Техника
Кроссовер-снегоуборщик Снегоуборщик, Финляндский вокзал, Техника
-14

Охота на собак (Сюрреалистическая повесть о бренности всего сущего) глава 1

ОХОТА НА СОБАК

Сюрреалистическая повесть о бренности всего сущего


Глава первая


В некотором царстве, в некотором государстве, а точнее, в несчастной жестокой стране, жили-были две красные девицы - Диана Арбенина и Светлана Сурганова. Красными они, правда, были только по вечерам, а с утра, как правило, наоборот очень бледными. А девицами они были в силу обстоятельств.

Жили они в далеком-далеком северном городе, в котором власть захватил Полиграф Полиграфыч Шариков, и поэтому все приличные люди оттуда свалили, а остались одни неудачники, шпана, отребье и романтики. А вот Сурганова с Арбениной как раз романтиками-то и были.

Место, где Арбенина с Сургановой проживали, являло собой коммунальную квартиру рядом с мутной речкой под названием Грибанал. Жить там им оченно нравилось, тем более, что больше-то было и негде.


Жили они, поживали, добра наживали. Это по утрам. А по вечерам все нажитое за день непосильным трудом как правило пропивалось. Долго такая жизнь продолжалась, но всему рано или поздно приходит конец. Вот и теперь всё уже совсем не так в жизни Арбениной и Сургановой. А ведь как в былые времена-то жили - любо-дорого вспомнить!

Бывало, проснется поутру Арбенина первой. А Сурганова спит, во сне храпит, с боку на бок переворачивается, одеяло на себя тянет. Смотрит на неё Арбенина спросонья, смотрит и не насмотрится! А потом встает тихонечко, рукой под кроватью шарит - мышеловку ищет. Находит, вытаскивает, берет оттуда мышку, попавшуюся ночью на кусочек пластилина, хитроумно замаскированного под сыр. Мышку эту Арбенина кладет в карман, а потом берет удочку, стоящую в углу, и на цыпочках из комнаты выходит, прихватив с собой книжку какую-нибудь модную.

Бежит Арбенина на Грибанал, спускается к самой воде, садится на ступеньки, достает мышку из кармана, насаживает на крючок, а удочку закидывает далеко-далеко под мост. Кошку ловит.

Раньше-то, в былые годы, пока экологию-то еще не загадили, кошек в Грибанале плавало видимо-невидимо. Особенно весной, когда кошки с залива на нерест шли. В такие-то годы Арбенина уже через пять минут здоровенную кошатину вытаскивала - бывало даже, сиамские кошки попадались, персидские. Но потом захватил в городе власть злой Полиграф Полиграфыч Шариков, и решил с кошками бороться. Поплыли тогда по Грибаналу катера с сетями, всех-всех-всех кошек повылавливали, даже котят. А вот что с ними дальше сделали - это большой вопрос. Глупые люди говорят, что всех этих пойманных кошек на вертолете увезли в Финляндию и там в озеро какое-то незаметно сбросили. Но это все - ерунда конечно. На самом деле их всех по большей части замариновали и продали в Китай, а особо интересные экземпляры отправились в Городской Музей Котоловства, что находится по адресу пр. Стачек, 206. Но только дело-то не в этом, а в том, что наступили для Арбениной тяжелые времена.


Теперь уже если котенок поймается - так уже большое счастье. Так что сидит Арбенина, книжку модную читает, на поплавок посматривает.

Но зато если уж попадется Арбениной котяра жирная, то тут уж она времени даром не теряет. Бежит со всех ног домой, на цыпочках, чтоб Сурганову не разбудить, крадется на кухню, там котяру быстренько освежовывает. Шкурку соседке в суп кидает, а мясо отбивает и жарит на сковородке с кинзой и перцем. Тут уж аромат свежей кошатины по всему дому распространяется, Сурганова во сне облизываться начинает, и, не открывая глаз, встает и идет на кухню. А как до кухни дойдет, да как дверь откроет, так и глаза протрет да и увидит, что на кухне-то делается. А там уже стол стоит, скатеркой белой накрытый, на столе на тарелочках мясцо кошачье румяненькое лежит, жаром пышет, в графине компот абрикосовый золотистый плещется, на фарфоровом блюдечке салатик из огурчиков, помидорчиков, редиски и укропа, а посреди всего этого великолепия Арбенина в розовом передничке суетится, хлеб колечками нарезает. Ну как тут Сургановой не прослезится от такой благости! Обнимет она Арбенину за худые ключицы, и давай слезы лить в три ручья от счастья! А Арбенина ее гладит по голове да знай слезы на кошатинку смахивает: все равно посолить забыла!

Наплачется Сурганова, нарыдается, а потом сядет с Арбениной за стол завтракать. Напьются-наедятся красные девицы вдоволь, а уж потом, взявшись за руки, гулять пойдут. Гуляют они по городу, на людей прохожих смотрят с улыбкой, милиционерам рожи строят, бабушек через дорогу переводят. А бывает, возьмут да и на крышу залезут. В таком случае Сурганова всегда с собой скрипку возьмет. Как они на крышу залезут, так сразу Сурганова садится на краешек у самых перил и начинает наигрывать кантаты Генделя, а Арбенина тихонечко подпевает:

"Не спится Аргонавтам в соломенных гробах.

Циклопам не лежится в ухоженных могилах.

Заводятся микробы в пластмассовых зубах

Глаза из сердолика, мозги из паутины."

А когда надоедает красным девицам на крыше сидеть, то спускаются они вниз. Идут домой, берут гитару, приходят в подземный переход на Невском, садятся там у стеночки и, поставив перед собой коробку с надписью: "Эй, прохожий, проходи", начинают играть свой старый хит "Идет охота на овец". Вокруг них вмиг собирается толпа народу. Все начинают отплясывать, подпевать, денежки в коробку кидать. Иной раз пройдет мимо Боря Гробощенков, взглянет на них, перекрестится украдкой, прошепчет "Понасажали вас здесь, иродов, на нашу погибель", да и дальше пойдет своей дорогой.

А Сурганова с Арбениной песню до конца споют, денежки заберут да и уходят. А денежек хватает в аккурат на литр водочки. Идут девицы в магазин, покупают литр, да и возвращаются домой. Дома встречает их собака суседская по кличке Светлана Гамидовна. Она, как правило, у Арбениной тут же водку из рук выхватывает, да и на кухню бежит. Сама закидывает литр в холодильник, да вокруг Арбениной и Сургановой так и вертится: лишь бы и ей вечером налили!

А Арбенина с Сургановой не спеша на кухню идут, остатки кошатинки съедают и все это водочкой запивают. Под столом Светлана Гамидовна скулить начинает так жалобно, что сердце у Арбениной каждый раз не выдерживает, и она ей в миску наливает водки. Светлана Гамидовна начинает сразу жадно лакать, а потом, когда уже все вылакает, одним махом выпрыгивает в форточку и убегает в неизвестном направлении до самого утра.

После этого всегда, как правило, приходят на кухню суседи, обладатели Светланы Гамидовны, и начинают жаловаться:

- Ах вы, эдакие-разэдакие, что же вы, суки, делаете, последнюю собаку спаиваете, сволочи!

Слушают это Арбенина с Сургановой, да смеются. А когда уж совсем не смешно станет, то возьмет Сурганова пустую бутылку из-под водки, да в суседей-то и запустит. Ну, тут уж крик, вой и скрежет зубовный начинается. Бегут суседи к телефону, вызывают милицию, и каждый раз повторяется одно и то же.

Приезжает на козелке старший оперуполномоченный 69го отделения милиции Владимир Сорокин и начинает за Арбениной да Сургановой по всей квартире гоняться. А когда совсем из сил выбьется да на полу усядется, то Арбенина с Сургановой на книжный шкаф перед ним заберутся и начнут в него переплетами Мураками кидаться, приговаривая:

- Вы, Владимир, поступаете не как благородный ван. Вот и получайте, соответственно, рипс лаовай.

А Сорокин фуражкой от летящих в него переплетов закрывается и шипит:

- Во цао ни да е!!

В конце концов уползает Владимир Сорокин обратно к себе в козелок, едет в 69е отделение милиции, там достает из-под стола бутыль самогону и вместе с участковым с горя запивает дней на десять. А Арбенина с Сургановой спать ложатся, подперев дверь шваброй от суседей - покушений боятся.

Вот так вот они и жили, изо дня в день, из года в год. Жили, не тужили, да только в один прекрасный день случилось с ними непредвиденное...


(Продолжение следует...)

P.S. Повесть найдена на просторах всемирной паутины в середине 2000-х. Автор неизвестен.

Показать полностью
48

1916: путешествие сестёр Ван Бюрен через Америку.

1916: путешествие сестёр Ван Бюрен через Америку. Мотопутешествие, Феминизм, Красота и свобода, Америка, Длиннопост

Это случилось летом 1916 года, когда женщины в США ещё не имели права голоса (прим. только в 1920г. президент Вудро Вильсон убедил Конгресс принять девятнадцатую поправку к Конституции, запрещавшую дискриминацию на выборах по половому признаку.) и не были уравнены в правах с мужчинами. Но они уже тогда имели упорство, смелость и креативность независимо от признания или непризнания их заслуг. Это — история Августы и Аделин Ван Бюрен, двух сестер, которые совершили трансконтинентальное путешествие, проехав из Нью-Йорка в Калифорнию на мотоциклах.

1916: путешествие сестёр Ван Бюрен через Америку. Мотопутешествие, Феминизм, Красота и свобода, Америка, Длиннопост

Гасси (22 года) и Адди (24 года) были умными образованными молодыми женщинами. Возможно, их свободолюбию способствовал тот факт, что девушки были потомками восьмого президента США Мартина Ван Бюрена. Они увлекались верховой ездой, авиацией и коньками. А может быть, потому что их было двое, и у них было огромное желание доказать всему миру, что лучшие друзья девушек не только бриллианты.


К выбору железных коней сёстры подошли основательно: они остановили своё внимание на мотоциклах Indian PowerPlus, с двухцилиндровым V-образным двигателем рабочим объёмом 1000 см.куб., машина даже по нынешним временам очень серьёзная. Угол развала блока был чуть уже, чем у современных моделей, и составлял 42град., в отличие от принятых в наши дни 60град. Мотоциклы комплектовались газоразрядными фарами и стильными белоснежными покрышками марки «нескользящий Файрстоун». Стоимость такого мотоцикла составляла 275$ США в ценах 1916 года.

1916: путешествие сестёр Ван Бюрен через Америку. Мотопутешествие, Феминизм, Красота и свобода, Америка, Длиннопост

Мотоцикл Indian PowerPlus. На двух мотоциклах этой модели сёстры Ван Бюрен совершили своё путешествие через Североамериканский континент.

Сёстры отправились из Нью-Йорка в своё трансконтинентальное путешествие 4 июля и завершили его в Сан-Франциско 2 сентября после 3300 миль пути.


Путь был нелёгким и проходил опасными дорогами. В те времена не было никаких супермагистралей. Девушкам доводилось целыми днями ожидать сухой погоды, хотя размывы, сильные дожди и грязь часто являлись теми условиями, которые им приходилось принимать. Одной из целей пробега было показать, что мотоциклы по своим характеристикам подходят для применения их в действующих войсках, а девушки могут поступать на службу в качестве механиков-водителей в армию США. В 1916 года Америка колебалась, ввязываться ли в Мировую войну, бушевавшую в Европе. На этом фоне возникали различные политические и патриотические движения и акции, что стало почвой для трансамериканской поездки сестер Ван Бюрен.

Параллельно одним из мотивов акции стал слоган «Женщина может» (англ. «Woman can, if she will»), адресованный борьбе женщин за право избирательного голоса.

1916: путешествие сестёр Ван Бюрен через Америку. Мотопутешествие, Феминизм, Красота и свобода, Америка, Длиннопост

В начале двадцатого века цивилизация с плотной сетью автозаправок и сервисных мастерских добралась ещё не во все уголки Северной Америки. Порой длительное время приходилось ехать по малонаселённым глухим участкам. Девушки блуждали в пустыне и были фактически спасены старателями -золотоискателями после того, как у них закончилась вода. Отсутствие связи и возможности получить техническую помощь заставляло Августу и Аделину надеяться только на собственные силы и на надёжность своих машин. И машины не подвели. Они не только прошли весь длительный путь, оказалось, что моторы 1916-года прекрасно чувствуют себя в условиях разрежённого высокогорного воздуха. По пути сёстры установили ещё один рекорд: они стали первыми из мотоциклистов, кто сумел покорить вершину Пайкс-Пик в Скалистых горах штата Колорадо (14'115 футов/4'300 метров).

1916: путешествие сестёр Ван Бюрен через Америку. Мотопутешествие, Феминизм, Красота и свобода, Америка, Длиннопост

Августа и Аделина Ван Бюрен– первые мотоциклистки, покорившие вершину Pikes Peak в Скалистых Горах

Но самой главной проблемой, с которой столкнулись сёстры Ван Бюрен, было неодобрение общественности. Даже в такой свободолюбивой стране, как Америка, в те годы общество ещё не до конца избавилось от гендерных стереотипов. Экипировкой путешественниц служили кожаные куртки и кожаные леггинсы, что было непозволительно для женщин в то время. Возмущенная и оскорбленная полиция некоторых штатов сильно усложняла сестрам жизнь, поэтому на маршруте, помимо дождей, грязи и ям, встретились и иные трудности. В частности, местная пресса поливала их с головы до ног унизительными статьями — за непристойные одежды и за «готовность сделать все, чтобы не быть почтенными домохозяйками». Полиция допустила несколько арестов сестер по пути следования.

1916: путешествие сестёр Ван Бюрен через Америку. Мотопутешествие, Феминизм, Красота и свобода, Америка, Длиннопост

Сестры Ван Бюрен с актрисой Анитой Кинг

Главенство мужчин подчеркивалось даже в мотоизданиях. Журналисты-мужчины сознательно игнорировали подвиг сестер, делая упор на преимуществах их мотоциклов. Тем не менее, девушки не стали зацикливаться на такой чепухе. Финишировав в Сан-Франциско, они снова оседлали своих «индианцев» и умчались в заезд Мексике. Они надеялись, что потомки оценят и запомнят их подвиг.

1916: путешествие сестёр Ван Бюрен через Америку. Мотопутешествие, Феминизм, Красота и свобода, Америка, Длиннопост

И потомки оценили и помнят.


В 2006 году состоялось празднование 90 -летия пробега. Племянник одной из сестер — Боб Ван Бюрен и его жена — при поддержке Хонды и Кавасаки проделали тот же путь.

1916: путешествие сестёр Ван Бюрен через Америку. Мотопутешествие, Феминизм, Красота и свобода, Америка, Длиннопост

Маршрут Сестёр Ван Бюрен протяжённостью 3300 миль

В 2016 году в США прошёл юбилейный заезд Sisters Centennial Motorcycle Ride. В нем участвовали представительницы женских мотоклубов, мотокомпаний, а также члены семьи сестер. Кстати сказать, мужчинам для участия в гонке вход был не воспрещен:). Регистрация участников началась 3 июля, а через пару дней началась сама гонка. Из нью-йоркского Бруклина более 100 женщин-гонщиков начали свой эпический заезд через Соединенные Штаты. Празднование финала состоялось в Сан-Франциско 23 июля, после того, как участники пересекли финишную черту.

1916: путешествие сестёр Ван Бюрен через Америку. Мотопутешествие, Феминизм, Красота и свобода, Америка, Длиннопост

Жители мексиканского города Пуэбло приветствуют сестёр Ван Бюрен

Нужно отметить, что не просто так сестры Ван Бюрен пиарили Индиан такими неординарными акциями. Индиан стали одним из главных поставщиков американской армии, в 1917 и 1918 годы производство было заточено исключительно под военных. Это привело к дефициту гражданских мотоциклов и разрушению дилерской сети, которую с успехом подхватили Harley Davidson. Это и стало началом конца эпохи Indian.


Дальнейшая судьба девушек сложилась по-разному. Аделина вернулась к преподавательской деятельности и получила степень юриста, закончив Нью-Йоркский Университет. Августа сдала экзамены, получила лётное удостоверение и вступила в «Клуб 99», основанный легендарной девушкой — пилотом Амелией Эркхарт, в последующие годы сыграв значительную роль в движении за права женщин.


В заключение хочется сказать, что Indian ещё не раз предоставлялся случай доказать исключительную надёжность и техническое совершенство выпускаемых под его маркой мотоциклов. В 1920-м году на смену модели PowerPlus была выпущена новая модель Indian Scout c V-образным нижнеклапанным двигателем объёмом 606 см.куб. В 1950-х годах пенсионер из Новой Зеландии Берт Монро, потратив долгие годы на усовершенствование и модернизацию своего уже старенького Scout-а, в США установил на нём несколько мировых рекордов скорости для обтекаемых мотоциклов с объёмом двигателя до 1000 кубических сантиметров на открытых пространствах, которые не побиты до сих пор. (Ещё раз! Актуальные на сегодняшний день мировые рекорды скорости были установлены на мотоцикле 1923 года выпуска). События эти легли в основу фильма «Самый быстрый Индиан» режиссёра Энтони Хопкинса. Но это, друзья, уже совсем другая история…

Показать полностью 8
-6

Одна ночь в пустой комнате (часть 4)

Повесть найдена мной несколько лет назад на одном литературном форуме.

Автор - девушка, скрывающаяся под псевдонимом Ночная Тишь.


Продолжение. Предыдущая часть здесь:

https://pikabu.ru/story/odna_noch_v_pustoy_komnate_chast_3_6...

Одна ночь в пустой комнате (часть 4) Одна ночь в пустой комнате, Студентка, Суицид, Общежитие, Универ, Адаптация к жизни, Чужой город, Длиннопост

Будто проснувшись, я нашла себя в комнате у окна. Это были мои мысли? Или я блуждала в Юлькиных воспоминаниях? Казалось, Динка с Русланом ушли несколько часов назад. Я опустила взгляд на часы: восемь минут после полуночи. В голове кто-то рявкнул: «Началось!»

***

В день нашего заселения шел дождь. По-осеннему липучий, холодный, непрекращающийся. Я вспоминаю себя – первашку, в огромной незнакомой толпе, что носила меня от одной двери к другой по общажному коридору. На моих трясущихся руках в ходе этих кочевий осели простыня, полотенце, одеяло, наволочка… водоворот – и я уже волоку куда-то тяжеленный матрас. Юлька тащится рядом.

За неделю до этого, в корпусе института, где нам предстояло учиться, мы стояли в очереди на получение комнаты, и слушали общаговские легенды, рассказываемые незнакомыми старшеками:

- Третья – самая страшная. Ты оттуда выйдешь или алкоголичкой, или наркоманкой, или беременной…

- Там живет парень один, Самурай. Вот от него, девчонки, держитесь подальше…

- В прошлом году, в Малом крыле, одна девушка умерла, от менингита. Ну, по официальной версии.

- А мыться лучше к родственникам ездите. В душевых там – фууу… Да и в комнатах. Живут по пять человек, никакой гигиены.

Нам с Юлькой досталась комната под цифрой 228. И, вопреки байкам, заселили только нас двоих. Я помню, как мы стояли на пороге, сбросив матрасьи кули и застиранные простыни, и смотрели на нее – нашу комнату. А она смотрела на нас. Казалось – перешагни порог, и все, что было «до» станет прошлым. В окно заглядывал тусклый внутренний двор, дождь, стихая, скребся в стекло, и комната будто вздыхала. Наваждение длилось пару секунд. Вскоре нас снова накрыл грохот заселяющихся общежителей – такой, словно по каждому этажу носился паровоз. А спустя еще полчаса нам стало весело. Общага бурлила, она жила. Я не знаю, чувствовала ли это Юлька, но я буквально осязала эти потоки энергии, которые здание пропускало сквозь себя. Они исходили от девчонок, которые, воспользовавшись стихнувшим дождем, вытрясали паласики во дворе, от мальчишек-соседей, успевших под пятью разными предлогами к нам заглянуть, от свистевших из кухни чайников, от звенящих стекол распахивавшихся окон. Я впервые чувствовала жизнь так близко, ощущая себя винтиком в большом организме.

Вечером в кухне прошло собрание. Нам, первашам, объяснили, когда выносить мусор, менять белье, ходить в душ. Где курить и что этого не следует делать. За что выселяют и могут отчислить: нельзя пить алкоголь, покидать общежитие после одиннадцати через окна и пытаться проникнуть через них же после закрытия. Я разглядывала старших с восхищением. Какие они спокойные и веселые. А эта девочка, проводившая собрание – староста всей общаги, как она уверенно и ладно говорит! Рядом с нами стояла девочка второкурсница, и я шепотом спросила:

- Как ее зовут? Нашу самую главную?

- Гульназ. Но она здесь совсем не главная. Только формально, - ответила девушка и усмехнулась. – Вон. Самая главная.

Она кивнула в сторону, и я посмотрела, на кого было указано. У выхода, прислонившись к стене, стояла щуплая девчонка, на вскидку – лет пятнадцать. Казалось, что она мерзнет: сгорбившись, куталась в серую кофту, скрыв рукавами кисти. Короткие тусклые волосы собраны в крысиный хвост. Вид у нее был такой, словно ее вообще не колышет, что происходит вокруг. Я в недоумении уставилась на второкурсницу. Та с уверенностью закивала: мол, поверь уж. И добавила:

- Не связывайся лучше.


Можно подумать, кто-то собирался. Я снова – но уже украдкой – бросила взгляд на серую мышку у выхода. Неужели она – если я правильно поняла свою новоиспеченную советчицу, держит в страхе всю общагу? Да на нее ж никто внимания не обращает, стоит себе в стороне. Но вдруг я поняла, что окружающее ее пространство – не что иное, как почтительное расстояние.

Да, связываться нам с ней не пришлось. Тонька сама это сделала. Как-то глубокой ночью, пьяная, она перепутала окно. Лезла в свое, а попала в наше. Мы проснулись от стука, испуганные, сонные, долго возились со шпингалетом, дрожа от Тонькиного мата. . Не очень-то аккуратно втащили внутрь.

- Я, блин, окном ошиблась.

Мы, блин, поняли. Но естественно, промолчали. За те две недели, прожитых здесь, нам порассказали о ее бесстрашных и безбашенных подвигах. Одна драка с сожителем воспитки чего стоит!

Она, потирая коленку, ухромала к себе. Следующие три дня нас полоскали в комнате Мавры, потом в кабинете Коменды, дальше – у замдекана, уговаривая: «Ну вы же пустили кого-то в окно? Мы же знаем. Ну, скажите: кого? Ничего вам за это не будет, вы же не причем!». Но мы не поддавались. Стояли на своем – не было такого, и все! О том, что руководство отчаянно мечтает выдворить Тоньку из общаги, мы тоже наслышаны. Всякий раз ей удавалось выходить сухой из всех бурь и штормов, которые она сама же и устраивала.

Показав таким образом свою верность негласным принципам студенческого братства, мы с Ю были уверены если не в благодарности, то хотя бы признательности со стороны Тоньки. Но в ответ на наши улыбки при столкновениях на кухне или в умывалке, она продолжала демонстрировать презрительную отчужденность, делая вид, словно ничего и не произошло, она нам совершенно ничем не обязана.

- Вот стерва! – возмущалась Юлька. – Как будто ей тут все обязаны! Хоть бы спасибо сказала!

Я соглашалась. Высокомерная зазнайка, вот кто такая эта «главная». Мы думали так до того ужасного дня, самого страшного в моей жизни. Страшнее даже, чем тот, когда я нашла в комнате Элинку, бесформенным тряпьем свисающую с крюка на ремне от джинсов.

От нахлынувших воспоминаний я чуть слышно застонала – уже тут, в реальности, сидя у стены в ожидании рассвета. Юлька вскинула голову:

- Что? Приснилось что-то?

- Нет, - ответила я, усаживаясь поудобнее. – Просто вспомнила о том, что произошло тогда, в сушилке.

- Нашла о чем думать! – фыркнула подруга. – Это давно в прошлом. Видела же, как Динка сегодня зубы сушила, к тебе обращаясь. Да и вообще – пошли они все к черту. Мы сваливаем утром.

Но я уже не могла справиться с потоком воспоминаний. Мысли потекли по прошлым дням, несли меня, как по бурной горной реке, царапая об острые камни. Позволив им вскрыть старые раны, я задержалась на начале лета, когда мы только узнали о том, что к нам должны подселить первашку.


***


Первый закон Инструкции звучит так: «Или ты выживаешь, или выживают тебя».

Или: «Выжить другого – значит, выжить самому».

Об этом первом – и самом важном законе – мы узнали в последнюю очередь. Во время летней сессии, к нам зашли Тонька с Кристинкой и сказали новость:

- Во втором общежитии – ремонт!

Мы валялись на кровати, закинув ноги на стену, и пытались учить философию – последний экзамен, который нам предстояло сдать. Июньское солнце, летний шум города, короткие ночи – все было против идеи сосредоточиться на повторении лекций. Которых у нас, к тому же, почти не имелось.

Я пробормотала из-под тетрадки:

- Ну и что?

- Вы еще совсем зеленые, и не знаете, чем это чревато, - Кристина подошла к окошку и бесцеремонно отодвинула штору, так заботливо укрывающую нас от полуденных лучей. Юлька загородилась от света подушкой, мне же пришлось встать.

- Чем? Давай, не томи уже.

- Короче, не надейтесь, что на следующий год будете жить тут вдвоем, - Тонька не любила долго рассусоливать, в отличие от Крис.

- Да, ремонт – это надолго. Во второй сейчас по пять человек живут. В сентябре еще первокурсники приедут. По-любому, подселят кого-нибудь. И хорошо, если только одну.

Теперь уже и Юлька вскочила с кровати:

- Да с какого хрена?! Ты видела эту комнату раньше? Мы ее вылизали, обои новые наклеили! Сами купили! Ликин батя приезжал гардину налаживать – для каких-то первашек? Я руками в косяки упрусь – но никого не пущу!

Юлькина решительность меня всегда восхищала. Так же, как и легкость, с которой она сыпала пустыми обещаниями.

Тонька усмехнулась, невозмутимая, как всегда:

- Да куда ты денешься.

Убийственна в своей прямоте. Юлька запальчиво ответила:

- Вы-то тоже не останетесь в счастливой идиллии!

Тонька с Кристиной снисходительно улыбнулись друг другу. От Юльки не ускользнул этот жест:

- Что? Есть какие-то варианты?

Девчонки молчали. Их переглядки откровенно начинали раздражать. Кристина пожала плечами:

- Да скажи им, все равно же не отстанут.

- Есть одна схема. Мавру задобрить. Понимаешь?

Мы не понимали. Взятку дать, что ли? Сколько? И откуда у нас даже мало-мальски приличная сумма?

- Деньги она не возьмет. А вот мяса, меда там, сметаны деревенской. Ну, или что вы можете ей подкинуть? Кто чем богат, в общем. Идите только прямо сейчас. Не мы одни такие умные. Заселять же ей тоже надо куда-то.

Радуясь, что побывали накануне дома, мы выгребли все запасы из холодильника, добавили к этому добру коробку конфет из ближайшего супермаркета и красивую бутылку вина, и отправились штурмовать комнату воспитки.

Если бы я пошла одна, то мялась бы и мямлила. Но Юлька бойко изложила все наши просьбы и чаяния и торжественно вручила глупо улыбающейся Мавре два пакета. Попытки воспитательницы изобразить смущение и замешательство смотрелись бездарно. Да и выстроившееся вдоль стены банки-склянки словно бы хитро подмигивали. Заверив, что у нее и в мыслях не было покуситься на наш покой, она упихала пакеты под стол, и мы, чувствуя себя крутыми чиками, ловко обстряпывающими дела, радостно упорхнули.

Первое, что мы увидели тридцатого августа, подойдя к распахнутой двери своей комнаты – это тощую девчонку, в окружении баулов со шмотками. Она сидела на моей кровати и неуверенно улыбалась.

Показать полностью
-8

Одна ночь в пустой комнате (часть 3)

Повесть найдена мной несколько лет назад на одном литературном форуме.

Автор - девушка, скрывающаяся под псевдонимом Ночная Тишь.


Продолжение. Предыдущая часть здесь:

https://pikabu.ru/story/odna_noch_v_pustoy_komnate_chast_2_6...

Одна ночь в пустой комнате (часть 3) Одна ночь в пустой комнате, Студентка, Суицид, Общежитие, Универ, Адаптация к жизни, Чужой город, Длиннопост

У комнаты в коридоре нас поджидала разномастная кучка общежителей. Двоих я знала – учатся на курс старше, живут на третьем этаже. Девушка вроде с филологического, а вот третий парень был мне не знаком.

Начали старшекурсники:

- Привет, девчонки. Вы, говорят, на хату переезжаете? Круто. Подарите тумбочки, а? Нам Мавра не выделила новых – говорит, ремонт сначала в комнате сделайте. Шмотки уже месяц по пакетам лежат.

- «Подарите», - передразнила Юлька. – Это с какой такой творческой радости?

Тут вмешалась филологиня:

- Юль, Лик! Я вам за одну тумбочку целую сумку мяса дам! Мне родители из деревни много прислали, нам даже класть некуда.

- Слышь, помолчи! Девчонки, сколько хотите?

- А за кровати? А еще пацаны про замок просили узнать – у них сломался…

Впору аукцион устраивать.

За час мы распродали всю общаговскую мебель, что у нас была. Тумбочки продали по сотне. Две кроватные спинки оценили в банку кофе. Сетку – в баллон пива, который мы тут же обменяли на пачку сигарет. Остальные две кровати ушли за двести рублей каждая. Они в начале учебного года всегда в дефиците. В самом конце пришли два пятикурсника и попросили наш дверной замок в обмен на полпакета яблок. Бонусом они получили табуретку.

Мы не решились продать только холодильник – он считался самой ценной вещью в любой общаговской комнате. Холодильников на всех не хватало, их выдавали самым примерным, аккуратным и не замеченным ни в каких историях студентам, под расписку.

Оглядывая комнату, я почувствовала, что стою перед чертой и скоро перешагну в другой этап жизни. Пустые помещения – как чистый лист бумаги, подводят к мыслям о новых планах, больших целях и переменах. Пустые помещения – это всегда изменение и начало.

- Слушай, Юль, - сказала я, вспомнив вдруг о более прозаических проблемах, - а Мавра не будет против, что мы тумбочки и койки раздали?

Подруга с беспечным видом грызла яблоко:

- Конечно, будет. Но мы сегодня сваливаем отсюда, так что это не наши проблемы. Скажем, что знать ничего не знаем, мы вещи перевозили, приехали – а тут такое. Ограбление.

Но отмазка не проканала. Зная, что мы собираемся переезжать, Марина Витальевна пришла сама, глянуть, на какой стадии сборы. И поняла, что они более чем закончены.

- Чтоооо? Чтоооо? Гдееее? – воспитка растеряно крутилась посреди комнаты, точно стробоскоп: полненькая, круглая, в блестящем платье.

Врушка из меня была неважная, поэтому я спряталась за Юлькой, а та старательно играла недоумение.

- Ой, а мы думали, это вы велели кровати и тумбочки вынести. А это не вы? Мы вещи перевозили, когда уезжали, все на месте было. Хотите яблочко?

- Бездельники! Хулиганы! Руки обломаю! Вы что же, не закрыли комнату? Давай сюда ключи и выматывайтесь. Хоть сама тут сиди и холодильник охраняй. Сегодня склад закрыт уже, Людмила Семеновна ушла. Ну ладно, надеюсь, дверь-то не выломают.

Мы одновременно взглянули на дверь. Сквозь дыру на месте замка в комнату смотрел коридор.

Я сжалась, в душе мечтая закрыть уши и залечь на пол. Мавра долго смотрела, чуть склонив голову, сквозь эту дыру, словно пытаясь увидеть злоумышленника, сделавшего это, или услышать его шаги.

- Марина Витальевна, мы понятия не имеем… - начала Юлька (очень ровным голосом, я восхищаюсь ее выдержкой), но воспитательница жестом остановила ее. Наконец она повернулась к нам:

- Значит так. За холодильник и то, что тут осталось, - (я посмотрела на облезлую табуретку, голый матрас, сушилку и вешалку-растопырку, которую никто не взял, потому что она так и норовила своими длинными крюками схватить за шиворот), - отвечаете своими пустыми головами. Чтоб сдали все это завтра на склад. Потом идите на все четыре стороны.

- Ну Марина Витальевна, как же так? Что же нам, здесь ночевать? После всего, что здесь произошло?

- Вот как раз посидите и подумаете, о том, что здесь произошло. Жаль, что ночи для этого не хватит.


Я не узнавала Мавру – грубую, даже подлую, но все же, мягкосердечную общаговскую воспитательницу, над глуповатостью и жадностью которой мы все посмеивались. Теперь же она вещала, как цыганка-предсказательница из фильма ужасов.

Она вышла, сопровождаемая молчанием, и с силой закрыла дверь. Эффекта не получилось – лишенная замковой тяжести дверная створка казалась картонной.

До позднего вечера с нами просидели девчонки из 224-ой, Кристинка с Тонькой. Единственная комната, с которой мы дружим. На деньги, вырученные за мебель, мы купили вина в картонке, и «проставились» за переезд. Проводы получились грустными. Передав девочкам слова Мавры, Юлька подвела неутешительный итог:

- Все нас обвиняют.

Тонька пожала плечами:

- Это нормально, Юль. Это естественно. А на кого еще думать? Помнишь ту девку, с которой Крис в душе как-то поцапалась? Тоже висельница. Вас тогда еще тут не жило, а она на первом курсе была. Только приехала откуда-то с севера, по-русски толком не разговаривала. И как-то надела национальный костюм, косы заплела и вздернулась. Спасли. Тогда тоже слухов много ходило. Тоже обвиняли девчонок, которые с ней жили. Хотя они сами по себе – ну мыши и мыши. Не верю, что они ее довели.

- А кто? – спросила я.

Тонька училась на четвертом курсе, и в нашей маленькой компании считалась кем-то вроде мудрой совы.

- Общага, - ответила она, попивая вино из пластикового стаканчика. – Город. Эти девушки, они приезжают из глухих деревень – светофор ни разу в жизни не видели, – вырываются из-под родительской опеки, и пошло-поехало: некоторые в разнос уходят, шляются-шалавятся, другие, послабее, поскромнее – не выдерживают таких резких перемен. Бросают универ. Бросают жить. Есть, конечно, и те, кто переносит и становится только гибче. Знаю я таких девок. Их теперь не сломаешь.

- Она не была слабой, - возразила я. И не приехала из глухомани. Красивая и нарядная девочка-кукла с мечтательным взглядом как живая встала передо мной.

- А какой она была? – Тонька внимательно смотрела на меня, удивленная, что ее теорию опровергают.

- Не знаю. Но стержень у нее был. Мы сломали его. Я – сломала его.

Глаза защипало, и я вышла в коридор. Общаговский полумрак – темнота, пронзенная желтыми полосами света из-под дверей, проглотил меня, не дрогнув. Я двигалась, как во сне – словно шла по болотной вязи, раздвигая черноту руками. Переход – площадка с двумя большими окнами, отделяющая Большое крыло от Малого, - на ночь закрывался решеткой. Совершенно никчемное действо, ставшее просто традицией. Сквозь разогнутые прутья я пролезла на площадку и подошла к дальнему окну. Элина всегда стояла тут, когда мы обижали ее. Когда не могла находиться с нами в одной комнате, но и идти было некуда. Она приходила к этому окну, и застывала, вглядываясь в серый город. Так и вижу ее – маленькую, изящную, с длинючими каштановыми волосами, в синей рубашке поверх тонкого домашнего платьица. Если ее грустный призрак потревожит когда-нибудь общаговский мрак, то не сомневаюсь – он появится именно здесь, на площадке у второго окна.

Услышав шум в коридоре, я повернула голову и увидела, что Тонька с Кристиной вышли от нас, и ушли в сторону лестницы – парни их жили на пятом. Я не хотела оставлять Юльку одну, и вернулась. Подруга, с сигаретой в зубах, прибирала после гостей: скидывала пустые винные коробки и пластиковые стаканы в пакет.

- Ну ты где шаталась-то? Девчонки ушли. Предлагали перетащить холодильник к ним, и заночевать в их комнате. Но я отказалась, ты не против? Мы должны сами все это пережить. Попрощаться с комнатой. Окунуться в свою совесть поглубже, вынырнуть и действительно начать новую жизнь.

- Да, ты все правильно сделала.

Так мы и остались. Юлька – курить спиной к холодильнику, я – как полковник Маркеса – у стены в ожидании рассвета.


(продолжение следует)

Показать полностью
Отличная работа, все прочитано!