Пикабу, оцени кусок и скажи, стоит ли писать дальше/дописывать начало истории.
Борис Аркадьевич тряхнул головой и проснулся. В голове крутились какие-то обрывки сна, почему-то код передающей станции. Профессор бессознательно шевелил губами, проговаривая цифры. Странно, почему так громко стучат клавиши, неужели за 40 лет ржавчина добралась до предельно герметизированного корпуса?
Пожилой ученый тряхнул головой еще раз, и проснулся окончательно. Стучали в дверь - настойчиво, громко, так стучат очень уверенные в себе люди. "Машка, что ли, тяжелое что притащила?", подумал Борис Аркадьевич, морщась и разгибаясь после сна в неудобной позе, за столом. Кряхтя, он поднялся и пошаркал к двери.
-Кто?
-Свои. -незнакомый мужской голос ответил с сильным акцентом. Будто бы похоже на арназийца, но... Борис Аркадьевич с трудом отодвинул пудовый засов и приоткрыл дверь.
За дверью стоял молодой человек в просторном шерстяном плаще, а под плащом профессор, не веря своим глазам, совершенно четко увидел бронежилет. Пришелец смотрел на ученого с лукавой полуулыбкой, лицом походил на местного. За его спиной Борис Аркадьевич разглядел еще пять или шесть фигур в таких же, как у стучавшего, плащах.
-Борис Аркадьевич Игнатов? -Спросил стучавший по-русски.
-Да. Да это я -ответил профессор, пугаясь своего голоса. -Кто вы? Я сплю?
-Нет, вы не спите. Можно, мы войдем?
Профессор посторонился, и незнакомец шагнул внутрь. За ним повалили остальные - все рослые, крепкие мужчины. Обуты они были, видно было из-под плащей, в совершенно земные военные ботинки, под плащами ощутимо топорщилось. Тот, который стучал, скинул капюшон, оказалось, что на голове у него каска, с нарисованной эмблемой Космофлота.
-Борис Аркадьевич, с вами все в порядке? -Человек в каске сделал шаг к нему и взял его под локоть - только тут ученый почувствовал, что клонится к стенке.
-Да, спасибо, все нормально. Откуда вы?
-Лейтенант Сидров, третий батальон вооруженной охраны Космофлота, специального назначения. -человек приложил руку к каске. -Приземлились два месяца назад на месте исследовательской станции, как только приняли сигнал бедствия. К счастью, передающая станция закодировала записи со всех дисков, которые работали в момент передачи, за год полета мы успели выучить язык и изучили географию региона посадки.
-Сигнал бедствия? А, передающая станция! Конечно, конечно.
-Здесь все выжившие? -Сидров оглянулся, оценивая помещение.
-Выжил только я. -Печально ответил Игнатов. -На нас напали местные кочевники, мы оборонялись, но безуспешно. Всю научную группу перебили у меня на глазах, 40 лет назад. Я был ранен, меня взяли в плен, лечили и продали на невольничьем рынке. Как я снова оказался здесь - очень долгая история. Вы прилетели за мной?
-За вами и любыми доказательствами нашего пребывания здесь. Но... -лейтенант замялся -я так понимаю, за 40 лет все оборудование и данные пропали?
-Оборудование - да, пожал плечами профессор, но, сами понимаете, даже лучшие умы этого человечества еще много столетий в нем не разберутся, а данные - он вздохнул. -Данные у меня отобрали буквально неделю назад, и они могут быть все еще здесь, в этом городе. Но как достать их, не прибегая к насилию - ума не приложу.
-Борис Игнатьевич -Сидров посуровел -не поймите меня неправильно, но мне приказано принять любые, вообще любые меры к минимизации воздействия на здешнюю цивилизацию, приказано вашим же Институтом. То есть если мне придется применить силу, чтобы получить данные - я ее применю.
-Лейтенант, как вас зовут?
-Петр.
-Петр - Игнатов умоляюще посмотрел на него -не нужно насилия. Там крошечный сундучок с дисками, почти все, что на них записано, я расскажу и так. Ну, кроме специальных данных планетографии, но их использовать, например, геологам, ввиду наличия здесь разумной жизни, все равно нельзя. Бог с ними, с данными.
-Нет. -Сидров покачал головой. -Но попытаться обойтись без оружия можно. Есть какие-то официальные пути вернуть сундучок? Я не знаю, купить, выкрасть, отсудить, может быть?
-Ну... -Игнатов задумался. -Тут есть князь. Местный феодальный администратор, мы можем попробовать обратиться к нему. По идее, грабители мухлевали с местными законами, беда только в том, что они здесь свои, а я и мои спутники - нет. Но попробовать можно. Купить точно не выйдет, что нам, что вам торговец заломит цену втрое выше реальной стоимости сундучка, выкрасть же... В случае неудачи придется стрелять, так что я скорее против, чем за. И в любом случае, сперва стоит сходить к местному князю, так мы ничего не теряем, почти, а правда по местным меркам все-таки на нашей стороне.
-Хорошо -лейтенант кивнул -одевайтесь и пойдемте к этому князю.
-Это не так срочно -Игнатов отрицательно покачал головой. -Если я уйду, мои спутники будут беспокоиться, а через 40 лет полчаса погоды не делают.
-Да какое вам дело до?... -начал было Сидров.
-Нет. -твердо ответил профессор. -этим людям я многим обязан, да и в разговоре с князем они скорее пригодятся, чем помешают - мы с вами по незнанию можем сказать что-нибудь не то, а они не ошибутся.
-Ошибетесь? Вы?
-Ну, знаете -нахмурился Игнатов -мне все-таки уже было 30, и я тут занимался много чем, помимо изучения местных обычаев. -Он улыбнулся -если подумать, не много я их и видел, десять лет в плену, двадцать в университете за три моря и десять в глухой деревне в тайге.
-Ну ладно -сдался Петр -подождем.
-Хорошо. А что же это я, собственно -засуетился Игнатов -Молодые люди, проходите, рассаживайтесь, вот лавка, сейчас я вам чайку заварю...
Солдаты сняли плащи и затопали по комнате, занимая места на лавке. Игнатов подкинул в тлеющую топку пару полешек, зачерпнул котелком воды из кадки, крякнув, водрузил котелок над огнем и полез на полку за кружками.
Верно говорят - вот когда день не ладится, ну сиди ты дома. Нечего честных людей без повода пугать.
С самого утра все шло наперекосяк, дрова рубила - чуть ногу себе не оттяпала, взялась суп варить - чуть не выкипел, на базар пошла - что не торговец, то или жулик, или жлоб. Всего-то и купила на все взятые из дома деньги - три морковки да полмешка картошки. Глядишь, дня на два хватит супа, утром-то сваренный навряд ли кто будет есть, кроме меня.
Роман тащился сзади, волоча на себе холстину, в которой слышно звякало - не иначе, не послушал меня и купил-таки себе ту кольчугу. И ведь кому перековывать, как не мне, когда шею балбесу натрет. Что говорить...
Хорошо еще, меч дома не оставила.
Подошли к калитке - а там прямо сапожищами натоптано. И сразу видать по следам, сапожищи-то заморские, такие подошвы разве горцы в Уллу-катоне делают, чтоб на скалах обледеневших нога не скользила. Мы с Романом тихонько скинули мешки с нашей стороны забора и потянули из ножен мечи.
Еще подкрадываясь к собственной двери, услышала изнутри голоса - и как оборвалось что во мне, говорили не то что не по-нашему, я такого, вроде, и не слыхала. И вдруг с удивлением узнала голос Бориса.
Отлегло. Не совсем, но ежели что - всегда успею снова собраться.
Выпрямившись, я толкнула дверь и шагнула через порог.
-А ну-ка, что тут за балаган без нас устроили?
Как сказала - так и умолкла, таращась на толпу парней. Все одеты дивно, оружия ни при одном, вроде, не заметила. Сидели и пили чай, Борис во главе стола, с моей кружкой.
-Машенька, здравствуй - заулыбался старик. -Не обижаешься, что кружку твою взял? Я бы не стал, да иначе гостям честным не хватит.
Добро, гости - так гости. Кивнула Роману - тот пошел забирать мешки.
-А что за гости-то у нас, Аркадьевич? -спросила я, убирая меч в ножны. -Представь хоть, а то я в своем доме - как чужая.
-Земляки мои -с улыбкой ответил Борис. -приплыли, наконец.
-Да ну?!
Надо сказать, я обрадовалась. Уж сколько лет Борис ждал весточки с родной земли - дождался. Одеты вот только странно - что за ткань такая, не ведаю, не ткали такой ни дома, ни в отцовском дворце. Хотя, это же земляки Бориса, чему ж тут удивляться.
-Ребята -продолжал тем временем Борис -это Машенька, если б не она - так и сидел бы я в лесу дремучем.
Мелькнула мысль - как же они по-нашему то понимают, раз они Борису земляки, и до сегодняшнего дня я ни полслова о них в округе не слышала?
Один из парней поднялся, перешагнул лавку и пошел ко мне, протягивая руку.
-Здравствуй, красная девица. Меня Петром кличут.
Красна девица, говорит, а руку протянул, как мужчине. Впрочем, Борисовы ж земляки, чему я удивляюсь. Пожала крепко, как достоило. Перестал улыбаться, бровь приподнял, отошел. Ну и ладно.
Вернулся Роман, с грохотом обрушил свою холстину и картошку в угол.
-И что у нас за собрание средь бела дня? Машка, твоих, что ли, женихов притащило?
Вот вечно он так. Какие они мне женихи, в первый раз их вижу.
-Еще раз так грохнешь за спиной - в ухо съезжу -пообещала я -и не мои это женихи.
-А, ну значит, Бориса. -не расстроился Роман. -Аркадьевич, не много тебе?
Заулыбались. Поняли, значит - ну и добро.
-Куда мне столько-то в мои годы - засмеялся Аркадьевич. -Вон, хочешь, себе забери - вон какие молодцы. С самой моей родины приплыли.
Опять словечко какое-то... Резануло слух. Борис умеет.
-Ну хватит -нахмурился Роман -скажи лучше, по какой такой радости твои гости при оружии за столом сидят? Или что, у вас там, за семью морями, так и принято - с оружием за стол? Ты им скажи, у нас так нельзя.
-А почему нельзя? -подал голос один из парней, сидевший по правую руку Бориса, у стены.
-Боги не любят. -объяснил Роман, косо глянув на вопрошавшего, и добавил - да и люди как-то, знаешь, не очень.
Парни завозились, и тут я поняла, чем они были оружны - диковинными железными штуками, воронеными, на ремнях. Не знаю, как их и описать - не клинок и не дубина. Как они этим дерутся-то, неужели влево-вправо на ремнях ими машут? Или крутят? Так неудобно же - пока снимешь, да размахнешься... Через плечо такую носить еще куда ни шло.
И как Роман-то догадался, что это у них оружие? Надо будет у него спросить потом.
продолжение ниже
