Avangardd

Avangardd

пикабушник
74 рейтинг 2 подписчика 4 комментария 6 постов 0 в горячем
-3

КАМЕНОТЁСЫ. Глава 5. Встреча

Немец брёл по улице, неуверенно осматриваясь. В полном одиночестве он ощутил лёгкую тревогу. Он никогда не любил это район, отчасти эти тусклые улицы были ему противны. Солнце было в зените – «Это хорошо», - думал Немец. Бродить здесь в сумерках у него не было совершенно никакого желания.

Последний раз он был у Игоря летом, но даже солнечный зелёный август не спасал это унылое место от его безграничной пустоты. Настоящее имя Немца было Дмитрий, но по имени его звал только Антон-ДимПёс. В свою очередь, знакомство с Антоном длилось уже долгих 6 лет – именно он познакомил Немца с Лёхой, Ромой и Игорем – оглядываясь назад сейчас, кажется, что то время было так близко, а ведь сколько с тех пор изменилось...

Последний визит в Цитадель кончился полным фиаско для Немца, потому что, будучи не в силах сдержать очередной припадок метеоризма он устроил в доме Игоря настоящую ядерную катастрофу, после которой тот три дня жил на съёмной квартире Лёши, не имея возможности и здоровья обитать в своём родном доме, атакованном химическим оружием.

Он задумчиво брёл, озираясь по сторонам, внимательно всматриваясь, но видел лишь пустоту вокруг. А потом он увидел тело…

Белоснежный бархан сугроба полностью скрывал обездвиженного человека, и лишь ноги беспомощно таращились, словно тела и нет вовсе. Немец среагировал быстро: он рванул к несчастному, потянул за ноги и вытащил его из рыхлого сугроба. На минуту им овладел страх, глубокий тёмный ужас. Нет, он не боялся мертвецов, даже однажды их находил, но именно сейчас, в эту злополучную субботу, испуг его был действительно велик. Заснеженный человек напоминал труп полярника во льдах: холодный и бездвижный, скованный холодом и льдом, несчастная жертва зимы. Немец схватил его за воротник и тот открыл глаза, запорхав ресницами снежной королевы.

- Хард? Мать твою, живой! Ты че, позагорать прилёг? – Немец почувствовал облегчение.

Он усадил Романа в сугроб, а сам, выпрямившись закричал:

- Антон! ДимПёс! Антон!

Где-то на другом конце улицы, уже далеко, маячила фигура Антона. Он замер и обернулся.

- Антон, иди сюда! – ДимПёс бросился в сторону Немца.

Немец смотрел на безнадёжную фигуру Харда, который до сих пор не мог прийти в себя. Он не ловко двигал руками, осматривая их, будто учился управлять конечностями заново, его движения были медленные, плавные и неуверенные. Запыхавшись, словно после марш-броска, прибежал ДимПёс:

- Рома? Ты чего, чувак? – ДимПёс бросился к другу. Роман с недоумением и растерянностью взглянул на Антона.

- Нашёл его здесь… в сугробе, - прохрипел Немец.

- Я… Я не помню, как здесь очутился, - Роман пытался осознать происходящее.

- И почему я не удивлён, - монотонно заключил Немец.

Рома сидел в сугробе, как тряпичная кукла, выброшенная на помойку, а вокруг, как муравей, суетился ДимПёс, отряхивая его от снега и приводя в чувства. Немец протянул руку, Роман неуверенно взглянул на него снизу-вверх, протянув руку в ответ. Парни помогли Харду подняться и, когда он принял устойчивое вертикальное положение, Антон произнёс, подняв глаза:

- Немец, смотри

Перед ними, прямо у сугроба, в котором заживо был погребён Хард, стоял старый, но ещё бодрый дом. Коробка была кирпичная, из белого кирпича вперемешку с красным – без штукатурки и краски – голая стена; крыша была деревянная и облицовочные доски уже успели почернеть, шифер на ней местами дал трещину, а в кирпичной трубе не хватало одного кирпича; сбоку располагался деревянный пристрой, видимо, прихожая, а с другой стороны – кирпичный гараж с большими железными воротами, который несколько выделялся на фоне остального дома, будучи более свежим и менее побитым временем. По обе стороны шёл непродолжительный забор из металлопрофиля, за которым скрывался маленький приусадебный участок. На стене гаража чёрной краской неровно было написано: здесь живёт зло.

- Цитадель, - сказал Немец, - мать твою, Хард, везучий сукин сын, ты его нашёл. Объявляю тебе благодарность, партия тебя не забудет!

Немец хлопнул Рому по плечу и бодро направился ко входной двери. Рома и Антон переглянулись и, чуть замешкавшись, отправились следом.

Немец хотел постучаться, но занеся кулак – передумал, будто его что-то остановило, он обернулся к ребятам:

- Давайте лучше вы, - произнёс он, отходя назад. Антон с Романом подошли вперёд и синхронно постучали.

Немец заметно нервничал: вероятность не быть пущенным в дом и остаться на улице была серьёзной угрозой, и его это не радовало. Встав поодаль, на случай внезапного обрушения на него гнева Игоря, он нервно прикусил губу и ждал. С Игорем Немца связывали странные отношения: в этой компании они вдвоём были старшими во всех смыслах – ответственность, организация, инициатива, порой, даже умные идеи прежде всего, исходили от них – но противоположность характеров заставляла периодически их сталкиваться лбами. Дисциплинированный взрослый Игорь был человеком старой, советской закалки, живший по канонам и не любивший импровизацию – человек, который остался в поколении «совка», так и не дотянув до «поколения пепси». Немец же был сумбурным, хитрым и не надёжным. Он не признавал правила, он жил по принципу «не пойман – не вор» - таким людям нужно было жить в 90-е, но он запоздал и так и остался шпаной, не нашедшей себе места в мире. Он стоял, думал и рассматривал неудачно припаркованный рядом чёрный лексус в плачевном состоянии. «Откуда он здесь?».

Дверь открылась, на пороге в домашних тапочках, спортивных дешёвых штанах с дырой на правом колене, в накинутой поверх майки-алкашки кожаной куртке стоял привратник Цитадели – Игорь.

- О, ДимПёс, привет. Здарова, Роман, - Игорь протянул парням руки.

Он был приветлив, гостеприимен, в общем, как и всегда, Игорь был на удивление уравновешенный и сдержанный человек, который отличался своим постоянством в эмоциях, и даже будучи расстроенным – никогда не выдавал свои чувств. Но увидев Немца, в лице он резко изменился. Лицо его выражало одновременно удивление, отрицание, и даже немного страх.

- Не, не, вот этого я в дом не пущу! – начал он возмущаться и жестикулировать указательным пальцем правой руки, - это вам, на секундочку, - Игорь сделал паузу, - не сортир! – сказал он, акцентировав внимание на последнем слове.

- Игорь, да брось ты эти предрассудки! Что ты теперь меня оставишь на улице замерзать?

- Ты не замёрзнешь, ты газом греешься!

- Я не виноват, что у тебя дома плохая вентиляция!

Немец твёрдым шагом подошёл к Игорю, Антон и Рома расступились, не желая вмешиваться.

- Я тоже рад тебя видеть, - Немец взял его за руку, - позволишь?

Игорь, сверлил его взглядом и не знал, что ответить. Немец всегда давил своей наглостью, а Игорь терялся при виде его недисциплинированности. Он посторонился, и Немец вошёл, кинув беглый взгляд на Игоря

- Обои сам потом переклеивать будешь! – крикнул Игорь вслед.

ДимПёс и Хард переглянулись и вошли. Наконец-то они добрались до пункта назначения. Холодные стены и безлюдные улицы остались позади, борьба со стихией временно приостановлена, а значит, можно расслабиться, и их ожидает уютная домашняя атмосфера Цитадели Зла.

- А что это за лексус у тебя под окнами? – Немец, скинув ботинки и куртку углублялся в дом.

- А, это… - Игорь уже не злился, - да так…

Немец прошёл в зал и увидел странную картину: на кресле, спиной к нему, закинув ноги на стул сидел Лёшка и пристально изучал анатомию мраморного Аполлона в книге по античному искусству; напротив него, на продавленном диване за журнальным столиком с чашкой кофе в руке сидел потрёпанный высокий блондин в сломанных очках и окровавленной рубашке – Иммунитет.

Леша, заслышав гостей обернулся и растерянно произнёс:

- О, Немец, привет! А я тут… к искусству приобщаюсь.

Игорь с ребятами вошли следом за Немцем и тут случилось то, чего не ожидал никто из присутствующих. Немец застыл, пристально взирая в треснутые очки Иммунитета, Иммунитет исказив лицо в эмоции удивления, поставил чашку на стол и стал медленно подниматься. Удивление плавно перерастало в осознание, осознание – в агрессию, агрессия – в жажду кровь. Выпрямившись и расправив плечи, он произнёс коротко и ёмко:

- Сука, - прозвучало растянуто как приговор.

Иммунитет вышел из-за стола, и, как надвигающаяся угроза направился к Немцу, отчего тот растерянно попятившись назад наступил на носки стоявшим позади. К такому повороту событий он не был готов, в то время как Иммунитет не верил своему счастью. Подойдя почти вплотную, он взвёл руку, как взводят предохранитель пистолета перед убийством, в глазах его читался вердикт, и он был смертельным. Казалось, это длилось так долго и медленно, Немец видел, как заносится локоть, как скалятся окровавленные зубы, он читал «месть» крупными красными буквами на лице Иммунитета, видел каждую налитую злобой мышцу на его лице. Как поршень автомобиля, направленным и резким рывком поднимается из нижней мёртвой точки, так налитая свинцом рука фармацевта неслась на встречу своей несчастной жертве, не оставляя ей не единого шанса.

Никто не понял, как это произошло, настолько это было молниеносно. Все только видели, как Иммунитет встряхивает кисть правой руки, не снимая маски агрессии; Немец ошарашенно стоит в стороне, целый и невредимый; Леша в испуге сидит на кресле с книжкой «Античное искусство» в обнимку; Игорь и ДимПёс стоят в дверном проёме, словно пытаясь что-то сказать, но забыли язык; а Рома Хард с окровавленным носом, упав назад, сидит на полу широко раскинув ноги у стены с тяжёлой контузией.

КАМЕНОТЁСЫ. Глава 5. Встреча Рассказ, Встреча, Конфликт, Авангард, Авторский рассказ, Длиннопост
Показать полностью 1
0

КАМЕНОТЁСЫ. Глава 4. Улица

- Если в мире есть ДимПёс, то значит, должен быть ДимКот, - напевал стильно одетый в меру упитанный парень лет 27-ми. Он шёл походкой среднего темпа, и даже движения его были легки и позитивны. Такой оптимизм был не привычен для этого угрюмого холодного района: серые однотипные здания, бесцветные люди, изредка попадающиеся на встречу, даже автомобили – старые и дряблые, и в основном – российского производства.

Рядом плёлся, немного отставая, худощавый узкоплечий парень, ростом не на много выше своего спутника. Радостью жизни он не блистал и гораздо больше вписывался в угнетающую атмосферу здешних мест.

- Ром, давай быстрее, - обратился позитивный стиляга к своему напарнику

Рома посмотрел на него исподлобья, взглядом, полным усталости, и прибавил шаг.

- Нам ещё минут 30 пилить, а с твоим темпом – целый час, - заметил стиляга, - ты завтра работаешь?

- Ага, - монотонно ответил Рома

- Так-то вообще не везуха, в воскресенье работать. Как там у тебя дела с напарницей?

- Да… - неохотно буркнул Роман, потупив взгляд в сугроб, будто желая зарыться в снег.

- Как её зовут, Катя, да?

- Ну…

- И прям так и сказала, в лоб? Что не подходите друг другу?

- Ага… В пятницу, на прошлой неделе вроде всё было хорошо, я на неё два косаря спустил, она, типа, радовалась весь вечер. Мы сначала в кино пошли, на «Дедпула», ну я тебе рассказывал, потом в кафешку… А там боулинг рядом был. Выпили не много… Вина. Потом я до дома её провожал, под руку… 4 километра… Обнялись на прощанье. Хорошо было, хороший вечер, и не холодно… Снег шёл, мокрый… Красиво. И всю неделю ведь хорошо общались, улыбалась мне… А вчера заявила…

Антон слышал эту историю уже не первый раз, в разных трактовках, но всегда с одним финалом:

- Ну не расстраивайся, чувак, образуется всё, ты же знаешь. Чего ты в неё вцепился, ты, блин, младше меня на 4 года, рано тебе ещё по такому поводу расстраиваться! Так-то она стерва. Щас к Игорю придём, посидим, поговорим, у него кофе-машина – согреемся, а-то я че-то замёрз. Ты не замёрз?

- Не, нормально пока…

- Стоять бояться! - раздался резкий наглый голос позади.

Ребята встали ошарашенные, не решившись обернуться.

- Вы кто такие и что делаете на моём районе, почему вас не знаю? А?!

- Да мы.. просто, - начал стиляга, пытаясь обернуться

- Толстый, тебе шевелиться никто не разрешал, - рявкнул незнакомец

- Эм… Немец… ты? – не ловко спросил стиляга и медленно обернулся.

Перед ним стоял высокий широкоплечий мужчина в чёрном полупальто. Взгляд его был наглый и самодовольный, на голову был натянут капюшон, а подбородок украшала ржавая щетина, искрившаяся на солнце.

- Да вы, небось, в штаны наложили, да? – усмехнулся Немец.

Немец подошёл ближе, протянув ребятам руку. Те почувствовали внезапное облегчение, Рома молча пожал конечность, а стиляга расплылся в улыбке, отчего напоминал довольного кота.

- Ну что, стильный сутенёр, - обратился Немец к стиляге, - и его чёрный слуга, - он кинул взгляд на Романа, - что вы тут делаете? Погоди, не отвечай, обычно сюда ходят либо в гости к Игорю, либо стреляться, и что-то на хладный труп вы пока не похожи.

- Ну да, мы к Игорю, - ответил оптимист.

- Так уж случилось, что я, волею судеб – тоже. Так что позвольте великодушно составить вам компанию, господа, - высокопарно произнёс Немец и направился вперёд.

- Диман, а ты к Игорю идёшь за Лёхой? – обратился стиляга к Немцу, видимо огласив его настоящее имя.

- Понимаешь, Антон, можно выявить множество причинно-следственных связей, догадок и логических развязок, но не одна из них не будет достаточно правдивой, чтобы оправдать моё присутствие у Игоря. Ты же знаешь, что произошло прошлый раз, когда я там был.

- Да, знаю, - Антон улыбнулся, - Ром, ты опять плетёшься в хвосте?

Роман мелкими быстрыми шажками догнал парней.

- Ну так вот, - продолжил Диман, - от Игоря и его Цитадели мне сегодня проку мало, а вот с Лёхой мне увидеться нужно позарез. И я искренне верю, что этот гад, Игорь, меня пустит в свою «переговорочную».

Три фигуры, в ряд, друг за другом шли вдоль заснеженной улицы. Улица была пустынна, оттого казалось вдвойне одинокой, снежные черные крыши тонко контрастировали на фоне ярко-голубого неба, где-то вдалеке лаяла собака и больше никаких звуков. Машины куда-то пропали, и даже следов пребывания людей – не наблюдалось.

Первым шёл Немец – уверенной походкой и быстрым шагом, за ним закутавшись в шарф и поёживаясь – Антон, а замыкал шествие, уткнувшийся в дорогу Роман.

- Слушай, Антон, а куда дальше? – спросил Немец, выйдя на развилку.

- Эм.. Направо, - не уверенно ответил Антон.

- Не, не, - вмешался в разговор Рома, - налево же!

- Блин. Ну вообще я не уверен, тут всё замело. Вроде на этом перекрёстке направо.

- Позвони Лёхе, у меня телефон сел.

- У меня телефона нет, я свой утопил. Рома?

- У меня нет лёшиного номера, - растерянно произнёс Роман.

- Он у тебя на залупе татушкой должен быть выбит! – рявкнул Немец.

Роман сконфузился, Антон хихикнул. Немец сурово осмотрелся.

- Давайте кинем монетку. Направо – решка, налево – орёл, - предложил Антон.

- Большей ерундой я ещё не занимался. Мы, - подчеркнул Немец, - решаем нашу судьбу, а не случайность. Доживёшь до моих лет – поймёшь

- Да тебе 31, ты на год старше меня, - возмутился Антон.

- Да? Ну и что, - беспристрастно заключил Немец, кинув холодный взгляд на Антона.

- В общем так. Антон, веди нас. Направо, значит направо. Но учти, до вечера я тут бродить не собираюсь. Тут грохнут – и имени не спросят.

Парни переглянулись. Немец пытался держаться уверенно, но в глазах просматривалась растерянность. Сделав жест головой в право, он продолжил путь. Ребята последовали за ним.

- Черт возьми, тут все дома одинаковые! – возмущался Немец.

- Если это тот перекрёсток, о котором я думаю, нам нужно пройти ещё метров 500, - заявил оптимистичный Антон.

- Надеюсь, что это так… - прохрипел себе под нос Немец, - Надеюсь, что это так…

Оставшиеся пол километра они шли молча и не встретили ни одного человека, будто все вымерли. Уткнувшись в очередную развилку, они остановились.

- Ну? Куда? – спросил Немец.

- Я.. я… я не помню, - растерялся Антон

- Давайте отрежем Сусанину ногу, - с маньячным холодом в голосе произнёс Немец

- Не надо, не надо, я вспомнил дорогу! - оживился Антон, - нам направо! Ром, не отставай. Ром? Рома?

Антон беспокойно вертел головой в поисках своего друга. Романа поблизости не было. Немец, который уже успел отдалиться, осознав, что его спутники не следуют за ним, остановился и вернулся обратно к Антону.

- Ты что, друга своего проебал?

- Так он только что здесь был! – Антон был искренне озадачен случившимся.

- Вот так друзей и теряют, - угрюмо заключил Немец, - пошли искать! – он возмутился безалаберностью Антона, - почему всегда я должен за всем следить!

Антон заметно расстроился, его оптимизм сменился беспокойством. Улицы были абсолютно пусты, Романа в поле зрения не было, что ужасно пугало.

Антон с Ромой были знакомы со времён студенческой скамьи – когда они вместе поступали на фармацевта – казалось бы, два совершенно разных по характеру человека нашли друг в друге невероятную отдушину и полное понимание, как родные братья. Роман – Хард – так его звали друзья, был с детства болезненным ребёнком, слабым и малосильным, у него было достаточно много недугов, но в армию его не взяли по недовесу. В медицинском училище его звали Рахитом (иногда их с Антоном называли Рахит Луком и Ахалай Махалай), а на старших курсах железно окрепло прозвище «Хард». Их вечная неразлучность стала брендом дружбы и их визитной карточкой. Вот уже много лет ничего не менялось, Антон – ДимПёс – работал в аптеке, Роман получал второе высшее. Но за всё это время потерянным Хард не был – никогда.

- Антон! – кричал Немец, - подожди! Где ты его видел последний раз?

- Да вот там, возле дерева, - ДимПёс указал на старую берёзу, такую же пессимистичную, как и всё вокруг.

Они оба подбежали к ней, беспокойно озираясь вокруг. Немец произнёс:

- Нормально тут у Игоря на районе, люди пропадают. А я говорил!

- Бля, Немец, иды ты! – Антон был серьёзно обеспокоен потерей друга. День был холодный, по меньшей мере 15 градусов мороза.

- Давай разделимся? Только не проебись, хорошо?

Антон кивнул, и они разбрелись в разные стороны.

КАМЕНОТЁСЫ. Глава 4. Улица Зима, Пустынная улица, Друзья, Авангард, Мат, Длиннопост
Показать полностью 1
1

КАМЕНОТЁСЫ. Глава 3. Цитадель

Коридор. Похоже на пещеру. Свет очень тусклый, его почти нет. Он тянется откуда-то из далека, нужно подойти ближе. Вот он охватывает всё плотнее, подбирается, уже совсем рядом: языки пламени уже колышутся в поле зрения, а звуки становятся четче.

Два человека в длинных одеждах с инструментами в руках стоят перед огромной глыбой известняка. Пещерное помещение освещено множеством факелов. Чувство тревоги нарастает, хочется бежать обратно, в непроглядную тьму, но любопытство сильнее. Но уже поздно. Длинные пышные волосы спадают на лицо, закрывая обзор, но происходящее ясно вырисовывается. Незнакомцы медленно поворачиваются и вот уже можно разглядеть их лица. Первый – лет 60, но очень крепкий, второй – младше примерно на 20 лет. В их лицах ни капли удивления, а в глазах – жуткое одобрение.

- Мы ждали тебя, - сказал старший, - уже давно ждём. Но ты так долго шёл.

Человек сделал шаг в перёд. В одной руке у него блеснуло зубило, в другой, правой, - молоток.

Чувствуя надвигающуюся угрозу, мышцы наливаются свинцом, а конечности отказываются слушать, и вот уже обездвиженное страхом тело сидит на холодном пещерном полу, забившись в глухой угол.

- Отличный экземпляр, - говорит старший младшему, - прекрасная порода, работать с ней - сплошное удовольствие для каменотёса.

Шаг, ещё… Всё ближе. Уже рядом. Стук – удар молотком по сводчатой стене пещеры. Стук – ещё удар. И вот, человек уже в шаге – лишь руку протяни. Вот он уже наставляет зубило, вот замахивается молотком, глаза жадно блестят, а лицо искажается страшной безумной улыбкой, молоток летит вниз…


Игорь проснулся. Он весь дрожал. Снова эти кошмары. На этот раз слишком реально.

В дверь настойчиво стучали.

Быстро свыкнувшись с реальностью, набросив на ходу махровый халат, Игорь спешно побежал к двери. Он ждал этого гостя.

На пороге стоял стройный моложавый парень с лёгким пушком на подбородке.

- Привет, Лёха, - сказал Игорь, протягивая руку.

- Здарова, здарова, ты че, спишь что ли? Я минут 5 в дверь колотил.

- У меня бессонница ночью, засыпаю только на утре, и то кошмары мучают, - произнёс хозяин, впуская в дом странника.

- Меня в 45 наверно тоже бессонница будет мучать? Сплю я всегда долго и с удовольствием, надеюсь, так и будет.

- И что, спокойно спишь?

- Ну, по крайней мере, кошмары не мучают. Если сны – то приятные.

- Ну мои сны тоже не без приятностей, хоть и кошмары… Во сне у меня хотя бы волосы есть, - Игорь задумчиво погладил лысую голову, - кофе?

- Не, спасибо, я дома перекусил.

Мужчины прошли в зал, Игорь замешкался где-то в одном из углов, так что не понятно было, что он там делает. Кажется, что-то искал.

- Я пока, в душ схожу, пожалуй, а ты подожди, минут пять. Располагайся, - донеслось из угла.

Лёха кивнул. Игорь выскочил из угла с неким свертком и прошмыгнул в дверной проём, махнув махровой полой халата.

Это был не большой частный домик. Кухня, зал, спальня, туалет. Довольно уютно. Алексей любил проводить здесь время, он даже чувствовал себя здесь комфортнее, чем у себя дома. Один, или со своими друзьями он проводил здесь время довольно часто. Игорь был довольно скрытный и по-своему мудрый, к нему часто обращались за советом. Было в нём что-то очень угрюмое – не удивительно после всего, что он пережил – на первый взгляд, он казался очень тяжёлым человеком, и проходимцев в дом никогда не пускал. Он разбирался в людях, знал, кому можно доверять, а кому нет, изучал новых знакомых, тщательно к ним приглядывался, как собака, обнюхивающая незваного гостя. В его аудиенцию попадали только избранные, к великому счастью Алексея, большинство его друзей такими являлись.

Игорю было 45, он жил один. Волос у него не было, о чём он очень жалел (будто скучал по ним, как по давно умершему домашнему питомцу), хотя никогда об этом не говорил. Глаза у него были грустные, а лоб изрезан глубокими морщинами. В его богатом прошлом было не так много счастливых моментов, но очень много белых пятен. Когда-то Игорь был знаком с лёшиным отцом, но это было так давно, Алексей даже звал его в детстве дядя Игорь.

И вот теперь, одинокий отшельник принял несчастного запутавшегося пилигрима в своей богороще, закрытом дворце, который посвящённые именовали торжественно Цитаделью Зла.

- Это, Лёшка, тебе не в кружки ссать, - Игорь появился в дверном проёме, вытирая мокрую лысину полотенцем, - ну рассказывай, разговор будет долгий?

- Это Игорь, пожалуй, от тебя зависит.

- Вот как! Ладно, подожди, дай, в штаны влезу.

Усевшись напротив и надев спортивные штаны, натянув белую майку, из-под которой торчали густые тёмные кудри его груди, Игорь приятельски начал:

- Ну, рассказывай, раз пришёл, чего такое у тебя.

- Понимаешь, Игорь… - начал Алексей.

- Погоди, - внезапно прервал его Игорь, - ты как хочешь, а я себе кофейку заварю. На секундочку!

Пока Игорь гремел на кухне посудой, Леша ёрзал на старом жёстком советском кресле, пытаясь устроиться по удобнее. Вскоре хозяин дома вернулся.

- Я и тебе принёс, вдруг захочется, - Игорь поставил на столик чашку кофе, со второй аккуратно сел напротив, - сахар не клал.

- В общем, - начал Алексей, - у меня такое ощущение, что отец от меня что-то скрывает… Вот я и подумал, может ты в курсе, вы же раньше были друзьями? – Леша внимательно и вопрошающе взглянул на Игоря. В трениках, майке с большим жёлтым пятном на животе и чашкой кофе, которое он изящно отхлёбывал, он выглядел особенно колоритно.

- А с чего, на секундочку, такие мысли?

- Я чувствую, что он что-то не договаривает, уходит от ответа. Напряжение между нами растёт, а понимание – падает.

- С возрастом такое наблюдается во многих семьях, ты зря так близко это воспринимаешь. Ты ещё не преодолел тот возрастной рубеж, когда отец принимает сына таким, какой он есть.

- Таким. Какой он есть, - Алексей задумчиво сделал паузу, - в этом и проблема...

- Понимаешь…

Игорь не успел закончить мысль. Внезапный пронзительный скрип тормозов привлёк внимание их обоих, а последующий глухой металлический удар, подчёркнутый мелодичным звоном разбитого стекла, заставил одновременно вскочить с места. Они прильнули к оконному проёму и сквозь мутное стекло увидели странную картину. Под окнами остановился, врезавшись в фонарный столб, разбитый чёрный лексус: окна выбиты, фары отсутствовали, правое переднее колесо заметно тёрлось о сильно помятое крыло автомобиля. Дверь открылась и послышался шквал ругательств:

- Блять! Да что б тебя! Что за ебанутый день! Вашу ж мать, ещё и штаны порвал!

Из лексуса вышел высокий блондин, лет 35-ти, лицо и руки – в крови, очки на носу – сломаны и еле держались. Неуверенной пошатывающейся походкой он побрёл к входной двери дома Игоря.

Игорь и Лёша вопрошающе переглянулись, не понимая, что происходит. Вскоре послышались тяжёлые удары в дверь. Игорь рванул с места. На долю секунды в его глазах промелькнула ясность, словно он понимает, что творится этим ясным субботним днём. Он определённо знал этого человека.

Удары всё нарастали, агрессия незнакомца росла, а терпение заканчивалось. Игорь поспешил открыть дверь, но Лёша схватил его за руку в попытке остановить, прогнозируя необратимость дальнейших действий.

- Всё нормально. Поверь мне, - Игорь открыл дверь

Незнакомец выглядел побитым и растрёпанным, определённо после аварии. Дорогой пиджак был порван в нескольких местах, на рубашке не было пуговиц, лицо было в крови и только глаза, протёртые от крови, были на удивление живыми. Человек тяжело дышал. С минуту парни осматривали незнакомца, не торопясь пускать его в дом.

- Иммунитет… - сказал вдруг хозяин

- Ну привет… Игорь.

КАМЕНОТЁСЫ. Глава 3. Цитадель Цитадель, Авангард, Авторские истории, Диалог с другом, Страшный сон, Мат, Длиннопост
Показать полностью 1
3

КАМЕНОТЁСЫ. Глава 2. Шоссе

Неровное полотно дороги сливалось в пёстрое размытое пятно, напоминая линчевское «Шоссе в никуда». За рулём сидел солидный мужчина с решительным выражением лица. Его светлые волосы были растрёпаны, а нос украшали дорогие строгие очки. В угрюмом настроении человек мчался по зимнему шоссе. Дорога была пуста.

Машина всегда его спасала – лучшее средство от стресса – скорость, дорога, рёв мотора, всё это помогало ему прогнать дурные мысли, которые были совершенно не уместны в сегодняшний шаббат.

Много лет назад забросив юридическую практику, человек открыл свой фармацевтический бизнес. Сделав небольшое состояние и обустроив свою жизнь, добившись, казалось, всего, о чем можно мечтать, человек продолжал преувеличивать свой капитал, занимаясь финансированием, инвестициями, ростовщичеством. Да, он сталкивался с трудностями, конечно, проблемы настигали любого человека в его начинаниях, но он все решал уверенно и хладнокровно. Возможно, ввиду своих корней, он был очень расчётливым и дальновидным, развитые математические способности находились в тесном симбиозе с грандиозным аналитическим умом. Его звали Александр, но в узких кругах он был известен под своим «фармацевтическим» прозвищем – Иммунитет.

Резкий удар – мир завертелся, разум помутился, контроль над ситуацией был утрачен. Пронзительный писк оглушил сознание Александра, в глазах потемнело, он провалился куда-то глубоко, в бездонную пропасть, казалось в самый ад. Ни боли, ни страха, звуки померкли. Больше он ничего не помнил.

Очнувшись, он обнаружил себя, уронившим голову на руль. Осознание ситуации приходило долго, правый глаз ослеп, Александр начал паниковать, но, будучи сдержанным и смелым человеком – быстро взял себя в руки. Ощупав лицо, он посмотрел на свои кровавые ладони. Кажется, кости были целы, он чувствовал свои конечности, ни что не стесняло его движений. Удар пришёлся в голову, лоб был рассечён, токая стройка крови ещё сочилась через его кожу, заливая правый глаз, что и стало причиной его слепоты. Голова раскалывалось, боль была не выносимо-разрывающей, будто его полушария раскололись на двое.

С трудом открыв дверь, он вышел, случайно поранив ладонь об осколки. Встать было не просто: казалось, мир от него убегает, а он, словно нокаутированный боксёр, пытался из последних сил его догнать. Шаг, другой... Он выпрямился и осмотрелся. Кругом было разбитое стекло… Удар пришёлся на правый бок: машина вылетела на встречную полосу, развернувшись на 180 градусов. Ужасно не удачная суббота… Стёкла его лексуса были выбиты, фары разбиты, правому переднему крылу досталось особенно сильно – там был эпицентр удара. С вдребезги разбитым передом в жалком состоянии рядом стояла старая девятка. Виновник столкновения недвижимо лежал за рулём. Глаза Иммунитета налились яростью, подойдя к девятке, он оторвал еле державшуюся водительскую дверь и потянулся за бессильным ещё живым водителем. В руках Александра, водитель начал оживать, на залитом густой кровью лице появились большие белые белки глаз, испуганно сверлившие Иммунитета, жаждущего мести.

- Ты чеее, черт! – ревел Иммунитет, - ты знаешь на какие бабки ты попал, ублюдок!

Держа одной рукой водителя, прижав его к тому, что осталось от ВАЗ-2109, Александр нанёс резкий удар в висок, усугубив боль и страх несчастного незнакомца. Нагнувшись, к стонавшему телу, покорно лежащему среди осколков и искорёженного металла, Александр достал из внутреннего кармана его куртки бумажник. Денег он, конечно, там не нашёл, но вытащил паспорт и водительское удостоверение. «ЮРИЙ КУВАЛДИН» - было написано в документах.

- Кувалдин?! Ты не Кувалдин, ты Чёрт! Слышишь ты, урод?! Я тебя сейчас убивать буду, утырок!

Александр перевёл дыхание. «Нет, нужно успокоиться, так нельзя. Мне нужно трезво размышлять. Что за день… Теперь ещё это…». Сев рядом с девяткой на асфальт, весь в крови, своей и чужой, он закрыл глаза и глубоко вздохнул. Когда глаза открылись, он уже знал план действий. Достав из левого кармана упаковку таблеток, он проглотил три жёлтых капсулы. Нужно позвонить...

КАМЕНОТЁСЫ. Глава 2. Шоссе Шоссе, Авария, Дорога, Насилие, Авангард
Показать полностью 1
1

КАМЕНОТЁСЫ. Глава 1. Утро

Это было морозное субботнее утро. В тот день Леша особенно долго искал свой член, которого он ласково называл - Василий....

Казалось, это была очередная суббота, пыльная и обыденная, не подававшая никаких надежд. Но именно это утро положило начало череде удивительных событий, которые город N будет вспоминать еще много лет...

Обняв любимый трон, использовавшийся для сексуальных утех, Леша ласково присел на него, раздвинув ноги. Чувство сна еще не покинуло его, и он застыл в таком положении на несколько секунд

Осторожно почесывая зад, ощутимо зудевший после бурной пятничной ночи, наш герой отправился на кухню, крепко зажав в руках кружку с петушком, до краев наполненную мочой. Живительная влага мягко плескалась в фарфоровой чаше, отражая и приятно преломляя солнечные лучи.

Утро было ясное. Иней блестел на ветвях. Заглянув в окно на встречу слепившему солнцу, Алексей увидел чистое небо. «Как бы я хотел парить там, в вышине, как Экзюпери, легкий, как птица, преисполненный свободы и одиночества», - подумал он, поставив кружку. На улице стоял полный штиль.

Леша жил в большем уютном доме, вдвоем с отцом. В свои неполные 23 он был абсолютно доволен жизнью и своей работой. Будучи юристом в секс-шопе, он прекрасно знал свое дело, а близость к разношерстными интимным предметам только подогревала его рабочий интерес и открывала перед ним необъятные горизонты сексуальных возможностей

Он помнил себя таким всю жизнь: смелым и любознательным, откровенным и целеустремлённым, человеком, который знает, что он хочет... Но кроме Леши никто не знал, чего он желает на самом деле

На скорую руку приготовив завтрак, он в уме пытался распланировать день. Мысли путались, прогоняя легкую сонливость, неспешно выстраиваясь в ломаный график грядущего дня. Уединенное раздумье нарушил внезапный звонок. Грянувший из динамика телефона "My dick is big" оборвал цепочку планов и рассуждений, поселив в уме Алексея легкое беспокойство. На табло телефона высвечивалась информация о входящем звонке - "НЕМЕЦ" - было написано крупными буквами.

Немец был неоднозначной и отчасти опасной личностью, ввиду того, что частенько попадал в передряги и не однократно втягивал в них других людей. Встреча с Немцем была одновременно и интересна, и непредсказуема, и небезопасна - даже, казалось бы, непродолжительное рандеву может обернуться неприятностями, из которых придется выбираться пару дней.

Все звали его Немец, хотя он не имел отношения к Германии и древнесаксонским племенам. Дело в том, что его повышенный метеоризм в совокупности с непереносимостью лактозы, превращал в газовую камеру любое помещение площадью до 20 квадратных метров, делая его абсолютно непригодным для безболезненного существования живых существ. Дабы не губить свою жизнь понапрасну, нахождения в замкнутом пространстве вместе с Немцем избегали все...

- А, это ты, фашист, - Леша поднял трубку

- Але! Хорош дрочить, встретиться надо!

- Сегодня выходной, я только встал, у меня вообще-то планы! Чего случилось опять?

- Нет времени объяснять, где ты сегодня будешь? Я тебя перехвачу!

- Ну я сегодня собирался в Цитадель Зла...

- Кто ж в Цитадель Зла по субботам ходит! Ладно... я позвоню!

Связь оборвалась....

С трудом укладывая в голове новую весть, вероломно вторгнувшуюся в это тихое субботнее утро, словно немцы в 41-м, Леша снял с огня омлет и принялся мысленно вносить корректировки в свой план. Встреча с Немцем в Цитадели Зла определенно внесет в этот выходной день свою долю сумбура, а так хотелось покоя...

Цитадель Зла - звучало зловеще. Не менее зловеще, чем обитатель этого таинственного места - бывший рок-музыкант, похоронивший свою карьеру под грудами стеклотары из-под алкоголя, эпатажный и непредсказуемый Игорь. К своим 45-ти он пережил 2 инфаркта, 3 года за холодными тюремными решетками, лечение от наркозависимости и алкоголизма в психлечебнице и один развод. Удрученный своей судьбой, разочаровавшийся в жизни и людях он поселился в одиноком доме на окраине города, в дали от всех, то ли опасаясь людей, то ли защищая их от своей холодной и странной натуры...

Не успел Леша положить себе в рот первый кусок омлета, как телефон снова раздался оглушительным кличем. Вилка выпала из рук.

- Черт! - сказал Алексей, одновременно потянувшись за телефоном и нагибаясь под стол за рухнувшим прибором.

Номер был не известный.

- Да, алло, - вежливо произнес Леша

- Алло, здорова! Это я, ДимПес! Я на нуле, звоню с чужого! Го сегодня тусанем? Рома Хард подтянуться обещал.

- Ну блин, подтягивайтесь в Цитадель Зла после обеда. У меня с Игорем дела. Немец с нами.

- Немец??? Противогазы и нашатырь будут? А то Хард опять в обморок упадет, а у Игоря обои отклеиваться начнут... хотя обои мы никак не спасем..

- Ну вы подтягивайтесь, надеюсь на этот раз будет без жертв

- Ок! Если что звони на мой старый номер!

«Да, день определенно будет богат на события», - чувство непонятного беспокойства витало в воздухе. «Что-то не доброе назревает, как бы не повторилась история с мусорщиком и кухонным комбайном, хотя, учитывая прогнозируемый контингент, чрезвычайные ситуации будут неизбежны, остается это принять и надеяться, что выкрутимся. В общем, как и всегда». Леша любил своих друзей, некоторых даже некоторой особенной, тайной и еще не изведанной любовью, он всегда прощал и терпел даже самые безумные их выходки. На удивление покладистый характер и безграничный оптимизм Леши помогали ему переносить любые перипетии судьбы, даже тогда, когда, казалось, она имела его в самые труднодоступные места.

КАМЕНОТЁСЫ. Глава 1. Утро Утро, Выходные, Авангард, Длиннопост, Рассказ, История, Авторские истории, Комедия
Показать полностью 1
Отличная работа, все прочитано!