Assantel

Assantel

пикабушница
пол: женский
поставилa 11459 плюсов и 56 минусов
отредактировалa 0 постов
проголосовалa за 0 редактирований
9969 рейтинг 72 подписчика 389 комментариев 111 постов 31 в "горячем"
39

Невыдуманная история

Эту историю рассказала мне подруга, и я с ее согласия привожу здесь рассказ.

"Я решила рассказать об одном событии из своей жизни, которое было очень давно, но сохранилось в памяти до малейших подробностей. Может, это и не страшная история, но интересна тем, что происходила на самом деле. На последнем месяце беременности, уже будучи в декретном отпуске, мы с мужем снимали квартиру в панельной «хрущевке» на последнем , пятом, этаже. К слову, это был дом №13, и квартира №13, хоть это, наверное и не имеет отношения к истории. 
Режим жизни у меня был таким: утром муж уходил на работу, я занималась домашними делами до полудня, потом пару часов спала, и в 15.30 ждала и встречала мужа с работы. 
В тот день все было, как обычно. Я прогулялась в магазин, приготовила обед и решила поспать. Завела будильник на 14.30, чтобы к приходу мужа привести себя в порядок и накрыть на стол, прилегла на диван и уснула. 
Проснулась я оттого, что услышала, как кто-то открывает дверь ключом, проходит на кухню, бросает связку ключей на стол и передвигает какие-то предметы. Уверенная, что это муж раньше пришел с работы, я несколько раз его окликнула. 
Не получив ответа, я решила встать с дивана и выйти на кухню. Но, с ужасом, почувствовала, что встать не могу — тело онемело, как при сонном параличе. Но, в отличие, от сонного паралича, руки и голова свободно двигались, и первое что я сделала — ощупала предмет, который лежал у меня на шее, я его чувствовала, но увидеть не могла, так как это «нечто» лежало прямо под подбородком. На ощупь этот непонятный «предмет» напоминал варежку из грубой овечьей шерсти (бабушка вязала такие, и, еще, носки, может, помните такие, из домашней пряжи). Но «оно» еще и было живым! Я это отлично чувствовала, хоть предмет и не шевелился. 
Почему я не сделала попытку сбросить это с шеи? Наверное, потому, что одновременно с этим я почувствовала, что на меня кто-то смотрит из-за узенького пристенка у двери, которая ведет в коридор и на кухню. И тот, кто смотрит, по ощущениям, далеко не так безобиден, как «нечто», лежащее у меня на шее! Я слышала возню и звук похожий на смех, но не добрый, а какой-то злобно-ехидный. Я описываю дольше, чем все это происходило. Какие-то несколько секунд, но за эти несколько секунд я почувствовала ужас, который ни до, ни после никогда не испытывала. 
Я не сводила глаз с пристенка (ширина 20см., не больше!), и, вдруг, увидела как оттуда высовывается рука. Вернее, узенькая маленькая ручка, почти красная. Я никогда не присматривалась к тому, какие «руки» у маленьких обезьян, но высунувшаяся рука, вызвала у меня, именно, такую ассоциацию. 
Наверное, ужас или «материнский инстинкт» (я, прежде всего, боялась за, еще не родившегося, ребенка!) заставил меня действовать. Я увидела, что дверь на балкон открыта, и если я на руках туда доползу, я смогу позвать на помощь (ничего умней в голову не пришло!). Я бухнулась с дивана на пол и поползла к балкону. И когда до балкона оставались сантиметры, зазвонил будильник. 
Потом провал. Шум в ушах. Очнулась я, сидя на диване. 
Некоторое время понадобилось, чтобы я внушила себе, что мне просто приснился кошмар. Несмотря на то, что ковер, тщательно и ровно лежащий на полу до моего сна, был сбит и скомкан. 
Но, когда я почти успокоилась и пришла в себя, в комнату через балконную дверь влетела кукушка. Она села на стол на расстоянии, почти, вытянутой руки, от меня, расставила крылья, задрала голову и стала куковать! 
Представьте себе мой шок: шумный индустриальный район в большом городе, сплошные многоэтажки, никаких парков и лесополос поблизости! Кукушку я вообще, первый раз в жизни видела! И вот она сидит в комнате на моем столе, в метре от меня и нагло кукует! Около минуты (то есть ОЧЕНЬ долго!) я на нее смотрела в полном ступоре, а потом махнула рукой и кукушка вылетела через балкон, при этом, не запутавшись в шторах и гардинах! 
Потом пришел с работы муж. 
Вот и все. 
Могу только добавить, что через три дня я родила девочку Лену и полтора месяца провалялась в реанимации с заражением крови. 
И еще: мою Лену с детства очень любят птицы. Стоит ей присесть где-нибудь на скамейку, к ней со всех сторон слетаются разные пернатые. Едят у нее из рук и совсем не боятся. У нас много семейных фотографий такого плана. 
Не знаю, есть ли здесь какая-то связь."


Честно стырено из Интернета.

Показать полностью
16

Тонкая, как лист бумаги

Генри и Дэвид были хорошими друзьями. Они росли вместе; их семьи дружили. В детстве они поклялись, что всегда будут на связи, и ничто не сможет встать на пути их дружбы. Они вместе окончили школу, а потом и колледж. Получив образование, они начали работать в одной компании, снова вместе. Потом Генри встретил девушку и влюбился. Он, в конечном итоге, женился на ней, и на свадьбе Дэвид был шафером. Несмотря ни на что, парни сдержали обещание, не терять связь и много времени проводили вместе. 
В частности, каждый вечера четверга, невзирая на погоду, Генри проходил две мили пути к дому Дэвида. Потом они вместе направлялись в бар в соседнем квартале, играли в пул и разговаривали. Там они шутили и жаловались друг другу на работу. Они немного выпивали и возвращались домой с наступлением темноты. Однажды, когда Генри вернулся домой, его жена уже была в кровати. “Вы только посмотрите на себя”,- сказала она ему сквозь сон. “Могу поклясться, если вы с Дэвидом продолжите общаться столько времени, вы даже умирать будете вместе”. Она шутила, конечно же. Это было просто смешно. Генри только посмеялся над этим. 
В следующий четверг, было холодно и ветрено. Неделей ранее пришёл холодный арктический воздух, накрыв город. Генри продрог, пока наматывал последнюю милю к дому Дэвида, чтобы приступить к их еженедельной прогулке. К тому времени, когда он повернул на улицу Дэвида и поднялся по ступенькам к квартире своего друга, он уже пожалел, что не надел более тёплый пиджак. Холод немного отступил, когда он позвонил в дверь. К его удивлению, ему никто не открыл. На Дэвида это было не похоже, он никак не мог пропустить их игру в пул по четвергам. Он снова позвонил, потом ещё раз. Всё равно никто не открыл. 
“Должно быть что-то случилось”,- подумал Генри. “Может быть, он звонил мне, чтобы предупредить”. Он проверил свой мобильный телефон, но никаких сообщений не было. Он решил немного подождать. Он ждал и ждал. И всё равно, Дэвид не пришёл. Ничего не происходило. Он попробовал открыть дверь, она оказалась запертой. Наконец, вздохнув, Генри пожал плечами и пошёл домой. 
На следующий день, Давид не явился на работу. Он не позвонил, чтобы сказать, что болен, или что у него что-то случилось. Генри был обеспокоен. Он спрашивал всех вокруг о Дэвиде, но никто не знал, что могло с ним произойти. После работы он стал названивать Дэвиду, но как и с дверью ранее, никто не ответил. Обеспокоенный и расстроенный, Генри вернулся домой. В ту ночь он не мог уснуть. Он не мог перестать думать о том, что с его другом произошло что-то ужасное. 
В течение следующих пяти дней, Генри приходил к квартире Дэвида и звонил в дверь. Никто не выходил. Генри обратился в полицию, но ему сказали, что не могут начать поиски, пока не пройдёт неделя с момента его исчезновения. Поэтому в следующий четверг, когда Дэвида не было на работе уже целую неделю, Генри решил в последний раз заглянуть к нему в квартиру. 
На этот раз, он решил обследовать всё более тщательно. Жалюзи на окнах были закрыты, и свет выключен. Зайдя в гараж с фонариком, Генри обнаружил на парковке машину Дэвида. Он быстро заглянул внутрь, и к его облегчению тела Дэвида внутри не оказалось. 
Генри снова поднялся к входной двери, и уже занёс кулак, чтобы постучать, но осёкся. Ему показалось, что он что-то расслышал. Он на мгновение застыл, прижавшись ухом к двери и прислушиваясь. Да, он что-то услышал – слабый шаркающий шум внутри. Генри потянулся к дверной ручки и попытался открыть дверь. К его удивлению, она открылась. Он медленно открыл дверь, и заглянул в тёмную квартиру. Сначала, он ничего не мог разглядеть. “Дэвид!”,- крикнул он. Никто не откликнулся. 
Генри приложил руку к дверной ручке и попытался открыть дверь. К его удивлению, она была не заперта. Он медленно открыл дверь, и заглянул в темную квартиру. Сначала он ничего не мог видеть. “Дэвид!” Крикнул он. Никто не ответил. 
“Дэвид, ты дома?” – Снова позвал он. Нет ответа. 
Он уже собирался уходить, как вдруг, краем глаза заметил какое-то движение в дальнем углу квартиры. В тусклом свете, проникающим сквозь щели жалюзи, он увидел в углу комнаты человека. Он посветил туда фонариком. Это был Дэвид! Он выглядел бледным и худым, и так словно несколько дней не брился, но, конечно же, это был Дэвид. 
“Друг мой!” – сказал Генри: “Где ты был?” В тускло-освещённой комнате Дэвид приложил палец к губам, словно призывая друга говорить тише. Затем он тихо подозвал его. Генри медленно прошёл через кухню, мимо барной стойки, и через столовую, наконец, войдя в жилую часть квартиры, где затаился Дэвид. Он опустился на колени рядом со своим другом. Дэвид дрожал и смотрел в сторону кухни. 
“Друг мой”,- снова сказал Генри. “Где ты был всю эту неделю? Почему не выходил на работу, и не открывал дверь? ” 
Дэвид ответил: “Она не пускает меня”. Он указал на кухню. Генри посмотрел туда, куда показывал его друг. Сначала он ничего не увидел. 
Потом он увидел её, в узком пространстве между холодильником и стеной, стояла бледная, худая, толщиной с лист женщина, с длинными, спутанными черными волосами, закрывающими её лицо. Генри уставился на неё, не понимая, что это может быть. Глаза у неё были закрыты. Через мгновение, Генри пришёл в себя, и схватил своего друга за руку. 
“Дэвид”,- взмолился он. “Нам нужно идти”. 
Дэвид кивнул и мельком взглянул на холодильник, стараясь убедиться, что она всё ещё спит. Он медленно поднялся на ноги. Они медленно прошли по ковру гостиной через столовую. Они не отрывали взгляда от входной двери, когда ступили на скользкий линолеум. Они съёживались каждый раз, когда их обувь издавала шум, пока они пытались пересечь кухню. 
Именно тогда, Дэвид остановился. Он вырвал руку из захвата Генри и сделал шаг назад, потом еще один. Генри оглянулся, взглянув Дэвиду в лицо – и увидел панику. Дэвид еще раз посмотрел на холодильник. 
Генри посмотрел на кухню, и его глаза расширились. Тонкая как лист женщина, с бледным, как мел, лицом, кто бы они ни была – смотрел прямо на них, её шея наклонилась под необычным углом. Её длинные волосы закрывали глаза, и всё же они отчетливо видели, что она наблюдает за ними. 
На глазах у Генри и Дэвида, она процарапала стену своими костлявыми пальцами. Хлопья краски и гипсокартона посыпались на кухонный пол и сформировали небольшую кучку возле её ног. Потом она медленно повернула голову, и её рот при этом немного приоткрылся. Её впалые, неестественно большие глаза сначала остановились на Дэвиде. Её взгляд задержался на нём на мгновение, потом она снова подняла голову и уставилась прямо на Генри. 
Они увидели, как её рот раскрылся шире, словно она зевнула, а потом еще шире, пока нижняя челюсть не отвисла до самой груди. Дэвида охватила паника, он рухнул на пол и замер. Генри задумался на мгновение, решив, что ему нужно схватить своего друга и бежать к двери. Они ещё могли выбраться, если бы поспешили. Но когда он попытался пошевелиться, оказалось, что он не может оторвать ноги от пола, и взгляд от тонкой женщины. 
Генри беспомощно наблюдал, как она вышла из своего укрытия между холодильником и стеной, откинув назад свои длинные, чёрные волосы. Затем, медленно, она подняла свою челюсть, облизав губы, и начала пускать слюни. 
В этот момент, Генри вспомнил слова жены. “Вы только посмотрите на себя”,- сказала она ему сквозь сон. “Могу поклясться, если вы с Дэвидом продолжите общаться столько времени, вы даже умирать будете вместе”. 
Конечно же, она шутила. Это было просто смешно.

Честно стырено из Интернета.

Показать полностью
67

Есть контакт!

Если бы Валька умел дышать, он бы вздохнул. Но он не умел, поэтому схватил дежурный саквояж, нажал на кнопку и скрылся в портале со словами: "Блин! Опять Пушкин! Совсем фантазии нет!".

А мне было нечем заняться вот уже которое дежурство. Повышение называется! То ли дело было вначале! Сначала в секторе семейных связей. Весело же прикинуться почившей бабулей любимой внучки, которой взбрело в голову пообщаться через медиума. Наговоришь блюдцем всякого-разного, так она потом весь огород самолично перекопает в поисках горшка с царскими червонцами. Или дом, от бабки в наследство доставшийся, не продаст, пока тот совсем не разрушится. Или будет бояться брюнетов там, или блондинов, ну или лысых. Вариантов много, выбор на моё усмотрение. А выбор зависел от моего настроения. Ну, я ж молодой тогда был, потому и устраивал всякие приколы.

Потом меня перевели в пушкинский отдел литературного сектора – на то самое место, где Валька только что сидел. Я там три года оттрубил, пока не сдал экзамен в военный. Писал диплом по биографии Кутузова, но Наполеона вызывали чаще, из-за карьеры пришлось срочно переквалифицироваться. Но я там вообще недолго пробыл, накосячил на вызове, так меня в качестве наказания отправили в отдел случайных контактов. Вот я там отрывался! Однажды напугал клиента до смерти, но не растерялся и тут же самолично привёл его в приёмную комиссию, за что мне объявили благодарность и поощрили явлением! Это (для тех, кто не в курсе) когда разрешают где-нибудь кому-нибудь показаться. Я тогда тётке в тёмном коридоре показался, визгу было! Будто не привидение увидела, а как минимум саблезубого тигра.

Вообще за всё время после смерти у меня было три поощрения. Вторым было полуудушение. Ну это все знают – придушить, и, если спросят, сказать - «К добру» или «К худу». Я, чтоб ещё раз отличиться, специально тогда выбрал тощего ботаника-очкарика, надеялся его тоже за руку к нам привести. Кто ж знал, что очкарик окажется не ботаником, а вовсе даже физиком, помешанным на идее снять на камеру потустороннюю сущность. Ну и снял. Меня. Еле ноги унёс, пришёл к начальству с повинной. Меня на два месяца тогда отстранили от практики, пока шум в Ютубе не уляжется. Поставили наставником к одной бестолковой девице. Скучная она была, без огонька. Только и научилась, что блюдце на «Да» или «Нет» двигать. Её потом вообще убрали, слышал, в отделе мавок она прижилась, поёт по ночам на каких-то болотах.

Но третье поощрение оказалось самым приятным – экскурсия в Департамент снов. Там такой классный чувак за пультом сидел – дал попробовать сгенерить кошмар у одного толстяка. Помню, как я гордился своим творением: толстяк открыл холодильник и обнаружил там полчище крыс, которые набросились на него и стали грызть его нос и уши. Потом чувак за пультом объяснил мне мою ошибку – я создал не сон-кошмар, а сон-предупреждение, которое, к тому же, легко истолковать. В общем, я убедился, что сны – это не моё, и с облегчением вернулся в родной Департамент контактов.

Много потом ещё всякого было, из последних достижений – завербовал медиума. Это прямо-таки жирный плюс в моём послужном списке, за это меня и повысили – перевели в отдел политики. И вот сижу я теперь в этом престижном отделе и тоскую от безделья. Скучных политиков вызывают редко, в основном такие же политики, только живые – типа, посоветоваться им надо. Ха! Ну я и советую, что в голову взбредёт. Потом как гляжу, к чему мои советы приводят, чуть живот от смеха надрываю. Ладно-ладно, это образное выражение, нет у меня живота.

На прошлом дежурстве мне повезло – Ярик из музыкального зашивался, попросил подменить. Ну правильно, я после Отдела случайных контактов стал почти универсалом, профи. Пошёл вместо Ярика на вызов Элвиса Пресли. Прямо молодость вспомнил!

Парень какой-то с причёской кок на голове всё на доску смотрел и завывал:
- Элви-и-и-и-ис, приди-и-и-и-и-и-и-и! Элви-и-и-и-и-ис, ты зде-е-е-е-есь?

- Здесь, здесь, - сказал я и стал доставить реквизит из дежурного саквояжа.

Он, понятное дело, не услышал, продолжал пялиться на доску, дорогую, к слову, деревянную, лакированную, с гладкой треугольной дощечкой-указателем. Потом поднял глаза и посмотрел в глаза Элвису, взирающему с плаката на стене.

Я направил указку на глаз Элвиса, нажал на кнопку. Элвис моргнул. Парень упал со стула.

- Э-элвис? Э-это т-ты? – заикаясь, наверное, от страха.

- Не туда смотришь, - скривился я и передвинул дощечку с указателем на «Да».

Она со скрипом переместилась. Глаза парня стали вылезать из орбит.

Я достал из саквояжа кусачки и перекусил провод на люстре. Свет погас.

Парень опять упал. Какой-то он нестойкий. Нервишки слабые, а туда же…

Клиент, однако, не сдавался, и, похоже, подготовился к неожиданностям. Чиркнул зажигалкой и зажёг восемь свечек, расставленных по периметру комнаты.
Так кстати! Давно я не развлекался со свечами.

- Элвис, если ты ещё здесь, скажи, как мне пробиться на Евровидение со своей песней?

Вот же невоспитанный! Ни тебе привет, ни как тебе там существуется, ни извини за беспокойство… Ну… будет тебе Евровидение!

Я стал двигать дощечку по буквам, и парень с ужасом прочитал: «У-м-е-р-е-т-ь».

- Я умру?
- «Д-а».
- Скоро?
- «С-е-г-о-д-н-я».
- Я…я… не хочу…

Дощечку мне двигать надоело, поэтому вместо ответа я достал из саквояжа пёрышко и пощекотал его шею. Парень заорал, вскочил и забегал по комнате.

- Уходи! Уходи! Я ничего не хочу! Не нужно ничего! Просто уйди!

Ну конечно!

Я вернул пёрышко в саквояж и достал веер. Стал обмахивать углы комнаты, отчего парню будет казаться, что вокруг стало холоднее. Кустарный, конечно, способ, но я неплохо с ним справляюсь.

Наверное, он почувствовал изменение температуры, остановился, чуть подумал и умоляюще прошептал:
- Элвис, пожалуйста! Уходи!

Ах, вот как мы заговорили! Уже и пожалуйста вспомнили! Нет уж! Главное блюдо впереди! Свечи!

Я отложил веер и достал аптечную резиновую грушу, если деликатно выражаться. По-простому – клизму. Подошёл к ближайшей свече и выдавил воздух из клизмы на огонь. Погасло. Пошёл к другому углу. Выдавил. Погасло. Парень расширенными от ужаса глазами наблюдал, как одна за другой гаснут свечи, будто их задувает кто-то невидимый. Перед тем, как погасить последнюю свечу, я прошёлся до стола и сбросил с доски треугольный указатель. Он со стуком упал на пол. Парень зарыдал и затрясся.

Я задул последнюю свечу. Комната погрузилась в темноту. Теперь надо было действовать быстро, пока клиент не сошёл с ума. Если это произойдёт, он станет непригоден в качестве новобранца. А я намерен привести его в приёмную комиссию. Когда-нибудь я докажу, что способен на большее, чем двигать блюдце и задувать свечки.

Подхватил лишившегося чувств парнишку, и, не забыв про саквояж, вернулся в Департамент. Но всё это произошло, как я уже говорил, на прошлом дежурстве, а сегодня мне снова было скучно.

Вернулся Валька. Устало грохнул саквояж на пол и опустился на стул.

- Ну как?
- Мрак. Филологи развлекаются. Всё выспрашивали значения некоторых фраз в малоизвестных Саниных стихах. Еле убрался. Не мог же я им сказать, что он сам не всегда понимает, что понаписал.
- Себе пометил, что спрашивали?
- А то. На выходные как раз поеду, порасспрашиваю дорогого друга, что он имел в виду.
- Ага, привет от меня передавай, я всё-таки три года на замене отпахал, должен помнить.

Валька кивнул на мой стол.
- Тебе вызов.

Я посмотрел. Точно, моргает зелёная лампочка. Посмотрел на заявку. Ого! Иван Грозный! Ну, ок, чё. Вызов обещает стать интересным. Долой скуку!
Я нажал кнопку, взял саквояж и шагнул в портал.


Честно стырено из Интернета.

Показать полностью
102

Предупреждение

Хочу рассказать историю, которую рассказала наш преподаватель в училище. Было это в 1995 году, но я помню ее дословно, настолько она меня поразила..
Нашей преподавательнице на тот момент было чуть за 30 лет, и она была молодой мамой хорошенькой дочки, которую частенько приводила с собой в училище, где мы с удовольствием с ней занимались. Как-то однажды весной, в мае, когда солнце так нагрело студию, где мы занимались, что учеба, в голову не лезла совершенно, наш учитель, наблюдая наш несчастный вид, решила отвлечься. А отвлекаться мы любили)), как-то слово за слово мы перешли на тему всего необычного, необъяснимого и потустороннего.
И тут она спросила: – «Вы верите в вещие сны?»
Ну, а какие же 15-летние девчонки не верят во все странное и непонятное?!
И тут она рассказала историю, которая произошла с ней.
(далее от первого лица)

"Лихие 90-е. Время, когда перестрелка среди бела дня была чем-то обыденным и неинтересным для СМИ. Время, когда быть бандитом, и принадлежать к крупной преступной группировке было престижнее, чем получить красный диплом.
Однажды зимой мне приснился сон, что идем мы по улице с дочкой. Смеемся и дурачимся. На мне белое с серебряной аппликацией и широким ремнем платье, а на дочке красивое китайское платьице с очаровательной вышивкой. Светит солнце, жарко и дочка просит мороженое. Подошли к палатке, выбрали эскимо и пошли дальше. Вдруг солнце скрылось за черными тучами, поднялся сильный ветер, было похоже на то, как собирается гроза… стало тяжело дышать. Начался дождь и мы с дочкой побежали искать укрытие. Пока бежали, все намокли, добежали до большого дерева, встали под ним и только тут я заметила, что на платьице дочки вместо мокрых капель, бурые пятна… посмотрела на свое красивейшее платье и тоже увидела, что у меня на груди расплывается кроваво-красное пятно. Дочка очень расстроилась, заплакала… и тут я проснулась.
Сон благополучно забылся. Полгода спустя, муж поехал в командировку в Польшу и оттуда привез подарки. Дочке игрушки и красивое платье китайское с вышивкой, и мне платье, белое с серебряным узором и широким поясом.
Мы решили тут же, что в этих обновках в ближайшие выходные пойдем в зоопарк! Так и сделали.
Идем по улице, но меня не покидало ощущение «дежа вю», тревоги и чего-то еще… как будто я что-то важное забыла.. Я человек суеверный, и в любом другом случае повернула бы назад, но не сейчас.. если бы не дочка! Она так радовалась, так ждала этих выходных, столько планировала развлечений, что я просто не могла ей отказать.
Прыгая на одной ножке и смеясь, дочка пожаловалась на жару и попросила мороженого. И тут меня, как громом ударило!!! Я вспомнила свой сон до мелочей! Вспомнила, что во сне мы шли именно по этой дороге, в этой одежде и т. д., все-все!
Схватив упирающегося ребенка в охапку я рванула в ближайший переулок и бросилась бежать прочь. За спиной я услышала крики и звуки стрельбы. Позже, уже дома в криминальной хронике показали, что на этом месте была перестрелка двух преступных группировок, много пострадавших, но никто не погиб..
В прострации я подошла к детской кроватке и долго смотрела на свою дочку, думая о том, что если бы не мой сон, это был бы последний день в нашей жизни..."

Последнюю фразу наша преподавательница произнесла со слезами на глазах. Мы, девчонки, притихли и долго не могли ничего сказать. Ни у кого из нас ни в малейшей степени не возникло сомнения в этой истории, никогда. А я запомнила ее в мелочах и с тех пор очень трепетно отношусь к снам.

Честно стырено из Интернета.

39

Находка

Доброго всем времени суток!
Хочу поведать вам свою историю, которая произошла летом 2011 года.
В июле отдыхали мы на своей даче под Уфой, в посёлке Миловка. У нас там небольшой участок. Имеется колодец, один на двоих с соседом. Антону Павловичу 57 лет, вдовец, и детей у него нет.
Решили мы почистить колодец. Дело уже было к вечеру, когда мы стали поднимать гравий. На дне одного из вёдер обнаружили маленькую фотокерамику, какие обычно устанавливают на памятники. На ней была изображена женщина лет тридцати с тёмными длинными волосами и с очень красивым лицом. Погадав, как она могла попасть в колодец, и не придя к определённому выводу, я просто отшвырнул её в остальной шлак. А вот соседа она заинтересовала куда больше. Его будто ударило током. Пояснив мне, что негоже так обращаться с находкой, он забрал её себе. А я и возражать не стал.
На следующее утро ему парализовало ноги, на скорой увезли в больницу. Месяц спустя он вернулся домой. Как выяснилось, ухаживать за инвалидом некому. Мы с женой и решили помогать Антону Павловичу – готовить еду, приглядывать за домом.
Как-то к нему зашла жена. Пройдя на кухню она услышала голос из комнаты. Подойдя ближе, она увидела, что старик разговаривает с фотографией. И в разговоре он делал долгие паузы, кивая головой, будто слушая ответ. Спустя некоторое время это заметил и я лично. Это была та самая фотокерамика! Поинтересовавшись, что это с ним происходит, я получил ответ в жёсткой форме: мол, это не моё дело. После этого случая, когда мы к нему заходили, сосед прятал фотографию. Совсем рехнулся, думал я. Но помогать ему не перестал. А в разговоре он начал упоминать всё чаще о женитьбе на какой-то Людмиле. И как она вернётся откуда-то издалека. А на мои расспросы о Люде он отвечал односложно либо и вовсе помалкивал. И до того нелюдимый человек всё больше уходил в себя.
Однажды я зашёл к нему под вечер. И только хотел постучать, как отчётливо услышал громкий женский смех. Постучал. Минуты через две мне открыл довольный, улыбающийся сосед и произнёс: “Как жаль, что вы с Людой разминулись, она только что вышла” (стоит отметить, что своего выхода к дороге у соседа нет. Чтобы выйти, нужно преодолеть наш участок, где у забора сидит большая сторожевая собака Джек).
Я после такого уже и забыл, зачем приходил… Вернувшись домой, я поведал об этом жене. Ухмыльнувшись, она сказала, что я шизофренией от деда заразился.
Та ночь выдалась неспокойная. Была гроза, но не было дождя, дул сильный ветер. Джек бесновался на цепи, громко воя, из-за чего я долгое время не мог заснуть. Утро было пасмурным. Выйдя на крыльцо покурить, я заметил, что собаки нигде не видно. Позвал пса, реакции никакой. Заглянув в будку, увидел Джека мертвым. С клочком длинных чёрных волос в пасти. Прошёл к соседу узнать, не слышал ли он чего. Постучал. Мне никто не ответил. Стучал ещё минут пять, думая, что он спит. Взял запасные ключи, которые были спрятаны у него в бане. Открыв двери и пройдя в комнату, я увидел соседа, сидящего в старом кресле, одетого в парадный выходной костюм. На столе стояла начатая бутылка вина и два бокала. Сосед не подавал признаков жизни. Пощупав пульс, я убедился, что он мертв. Вызвал скорую, которая постановила смерть от удушья (механическая асфиксия). При обыске его дома не было обнаружено той самой фотографии, которой он так дорожил.


Честно стырено из Интернета.

103

Плата за помощь

Что интересно, прошло больше двадцати лет, я не сразу узнала Софью, а она меня вспомнила и узнала, несмотря на кардинальные перемены в моей внешности.

В 1996 году я носила и родила свою единственную доченьку. Уже на последнем месяце попала на сохранение. В палате нас лежало 8 человек, много смеялись, кушали, мужей обсуждали. В общем, хорошо сохранялись. Напротив палаты была оборудована небольшая комнатка, там отдельно от всех лежала женщина. Мне врачи сказали больше ходить, так вот я и ходила днём на улице, а вечером по коридору, и благодаря этому мы познакомились с Софией. Тридцать лет, типичная евреечка, пятая беременность и в очередной раз какая- то проблемная. Не скажу, что там было, но она почти не вставала, и врачи тянули до семи месяцев, потому как, возможно, для неё это было последняя попытка стать мамой. Женщиной она оказалась весёлой, разговорчивой, единственная, к кому прямо в палату пускали мужа, который очень трепетно относился к супруге. Общались мы с ней недели две, пока меня не отправили домой со словами: "Все бабы, как бабы, от нас в роддом едут, а ты домой топай, сама туда поедешь".

Через три недели я успешно отправилась в роддом (ребёнка я переносила на две недели), где меня и не совсем успешно прооперировали. Когда я из интенсивки перешла в послеродовую палату, то увидела, что в предродовой палате лежит Софья. Хочу объяснить: на тот момент наш районный роддом был закрыт на капремонт, и под него приспособили здание гинекологического отделения, оно небольшое, всего двадцать мест, и поэтому мы все - и родившие, и ожидавшие - находились на одном этаже и общались между собой. Я обрадовалась, увидев Софью, значит, уже семь месяцев - и женщина наконец-то станет мамой. Мы разговорились, она отметила, что знает о моей тяжёлой операции и рада, что и со мной и с дочкой все в порядке. Сама она была очень грустная. Я поинтересовалась, что с ней, ведь она так ждала этого момента и вдруг такая вселенская грусть. Вот, что Софья мне рассказала.

Срок её беременности - семь месяцев, из патологии её перевезли в роддом и назначили день родов (через два дня после нашего разговора), пока готовят. И вот каждую ночь здесь Соня видит чёрную старуху, она садится на её постель и что-то говорит, но что именно - женщина то ли не слышит, то ли не помнит. Я стала успокаивать Софью, может, это какая-то родственница покойная помочь хочет, уговаривала не бояться. На следующий день во время променада по коридору (чтобы спаек не было) меня позвала Софья и рассказала, что чёрная старушка снова приходила, но она не испугалась и услышала её: "Я помогу тебе, но мне нужна плата: глаза или рот?" Соня сказала, что как в тумане прошептала: "Рот".

- Что это значит? Что?- как заведенная, твердила Соня. Ну, я же не ясновидящая, откуда могу знать.

После обеда приехал вызванный из Москвы доктор, и Соню отправили рожать с уколами и капельницами. Не знаю точно, по какой причине не сделали кесарево, слышали, как медсестры между собой шептались, что старая и с больным сердцем, а все рожать пытается. В общем, Софья родила. Рассказывала, что постоянно видела силуэт чёрной старушки, и акушерка говорила, что не ожидала таких необычайно лёгких родов. Все готовились к тяжелым затяжным родам, даже не исключали возможных внешних патологий у ребенка, хотя по УЗИ вроде бы все было нормально. Но... ребёнок, девочка, была живая и внешне совершенно здоровая, а вот крика детского не было. Не кричала она, и когда была голодная, это очень необычно видеть, как ребёнок открывает рот и вроде бы должен кричать, но звука нет. Местный педиатр поставила диагноз - глухо-немота. Соня плакала, она поняла слова старушки об оплате. Успокоившись, она рассказала, что, когда ребёнок родился, женщина услышала слова: "Помолись за... (фамилия и имя)". Но Софья не знала такой женщины.

Ни у Сони, ни у мужа даже не возникло мысли, что ребёнка надо оставить в роддоме. Их выписали, мы обменялись контактами и расстались.

Где-то через полгода Соня позвонила (мы созванивались) и сказала, что они ездили к какому-то профессору, и тот поменял диагноз: немота без глухоты, и, возможно, это лечится. Она сказала, что сходила в церковь по настоянию свекрови и поставила свечку за упокой той старушки.

Прошло ещё месяца три. Бабушка моей приятельницы попросила привести в порядок могилу своего сына. Мы оставили наших деток с ней, а сами пошли на местное кладбище. Хоть бабушка и объяснила дорогу, мы все равно долго ходили и вышли к довольно свежим могилам, датированным прошлым годом. Проходя мимо, мне бросилась в глаза табличка с инициалами, которые я уже слышала. Сначала не могла вспомнить где, но через некоторое время вспомнила и сразу позвонила Софье. Они с мужем сходили на ту могилу, расспросили работников кладбища, и оказалось, что там похоронена бабушка, которая всю свою жизнь проработала акушерской в нашем роддоме: как пришла из училища - так и до пенсии на одном месте! У неё не было родственников, умерла одна в квартире, и нашли её только тогда, когда запах пошёл. Срок смерти поставили приблизительно, и сороковой день совпал с днём рождения Сониной дочки. Софья с супругом поставили памятник на могиле и всегда поминают её. Свекровь Сони следит на могилой, так как сами они уехали на историческую родину Софьи, в Израиль. В этом году прилетели на 85-летний юбилей свекрови, пришли за покупками на рынок, и вот там-то мы и встретились!

У Сони выросла прекрасная девочка, она очень хорошо рисует, учится в академии художеств. Несмотря на немоту (её так и не вылечили), девочка отслужила положенный срок в Израильской армии (моему удивлению не было предела) и сейчас собирается выйти замуж. И сейчас, спустя почти 22 года, Соня рассказала, что увидела бабушку после того, как врачи ей сказали, что дают только 40 процентов успешных родов и что она должна быть готова к тому, что спасать если что будут её, а не ребенка. Именно в ту ночь к ней пришла помощь в виде чёрной старушки.


Честно стырено из Интернета.

Показать полностью
64

Попутчик

Где-то в ветвях деревьев заухал филин, и Таня вздрогнула. Так, надо успокоиться. «Без паники» - как говорил ее ныне покойный отец. Да, сейчас бы ей очень не помешало бы присутствие папы. Но папа умер, когда Танечка была еще маленькой, так что надеяться приходилось лишь на себя саму. Тем более, что сама была виновата.

Мать впервые отпустила Таню с подружками на танцы в соседнюю деревню, там не так давно клуб отремонтировали, даже кино привозить стали. Мать девушки, Нюша, рассудила, что Тане уже шестнадцать, вполне можно ходить на «танцульку». Да и когда веселиться, как не в молодости? Когда замуж выскочит, дети пойдут - не до веселья уж…

До соседней деревни было километров восемь, но через поле и лесополосу можно было срезать пару километров. Правда, идти предстояло еще мимо кладбища, но в компании совсем не страшно было. Дошли быстро – с песнями, шутками. И на танцах Таня почти сразу поссорилась со своей подругой Зинкой. Возле Тани стал увиваться Борька, который нравился Зинке до одури. Но в чем ее, Танина, вина? Глазки Борьке она не строила, не кокетничала с ним. Но Зинка считала по-иному и сказала:
- Еще пожалеешь.

Тогда Таня не придала значения ее словам – они ссорились и мирились по сто раз на день. Танюша весело проплясала весь вечер, вокруг нее, веселой и симпатичной, все кружили местные парни, о Зине она и думать забыла. Смысл угрозы подруги стал понятен, когда вечер подошел к концу и народ стал расходиться по домам – Зинки нигде не было. Таня даже вышла на улицу, походила возле здания клуба – подруги не было видно. Расспросив других любителей танцев, девушка узнала, что Зинка ушла домой, причем довольно давно.

Поняв, что подруга коварно ее бросила и теперь придется добираться до дома одной, Татьяна пришла в ужас. Можно было бы, конечно, попробовать попроситься переночевать у кого-то из местных, а утром уйти домой, вряд ли стали бы отказывать, но мама, наверное, с ума дома сходит, что дочери нет, так что выбор был очевиден: идти домой одной через лес и кладбище.

Идти деревней и полем было не так страшно, но когда девушка подошла к лесу, почувствовала, как ее окутывает липкий страх – ведь еще идти и мимо кладбища! Хорошо, что оно хоть в стороне от дороги. Татьяна старалась думать о другом, о том, чтобы поскорее оказаться дома, а с утра намылить Зинке шею…

С такими мыслями Таня прошла лесополосу, но у кладбища притормозила и едва не заорала – ей показалось, что за деревьями на кладбище мелькают какие-то смутные силуэты в белом. Идти вперед было страшно, но и назад отступать было некуда. Девушка судорожно соображала, как же ей поступить, когда услышала со стороны лесополосы рев мотора, а затем появился мотоцикл с коляской. На мотоцикле сидел какой-то мужчина средних лет в форме милиционера – было полнолуние, и Таня хорошо смогла его разглядеть. Подъехав ближе к ней, мужчина остановился:
- Куда путь держишь, красавица?
- Да вот с танцев иду, задержалась,— сказала девушка. Ей сразу стало легче, словно камень с души. Не откажется же он ей помочь? Словно подслушав ее мысли, мужчина произнес:
- Давай садись мне за спину и держись, домчу вмиг,— предложил он.— Нечего по ночам ходить одной. Меня Григорий Ильич зовут.
- Таня. Спасибо вам большое, — произнесла девушка, усаживаясь сзади и обхватив талию нежданного помощника. Удивительное дело, от ее спасителя так и веяло холодом.

До места они домчались через минут десять, Григорий Ильич высадил девушку возле ее дома, но когда она обернулась отблагодарить спасителя, никого не было – как он мог так быстро и не слышно уехать? Да и потом – откуда узнал, возле какого дома ее высадить, ведь Таня не успела сказать, где живет. Недоумевая, она вошла в дом, где в страшной тревоге металась мать. Завидев дочь, Нюша кинулась к ней, одновременно ругая и обнимая. Когда Таня рассказала матери, что ей помог добраться до дома милиционер Григорий Ильич, мать изменилась в лице, затем часто закрестилась. На вопросы испуганной Тани поначалу отвечать не хотела, затем все же заговорила:
- Григорий Ильич был участковым у нас, ты младше была, не помнишь его просто. Хороший человек был, порядочный. Он у нас один был на несколько деревень, ездил на мотоцикле поэтому. А потом его бандиты подрезали, не успели до больницы довезти. Наверное, он тебе и помог в трудную минуту.

Честно стырено из Интернета.

Показать полностью
215

В том селе

В селе, где жила моя бабушка Шура, Агриппину Алексеевну практически никто по имени не звал – больно уж заковыристое. Всё Алексеевна да Алексеевна. А тут соседский малец Мишка с ней подружился – добрая бабушка его то пряником, то конфеткой угостит. Ну и он в долгу не остаётся: мамка блинов напечёт, а он уже блюдце протягивает и торопится за порог.

– Се-ен-на-а!– кричит Мишка под окнами бабушки Алексеевны, на свой лад переиначивая её отчество. – Я бины несу! Се-ен-на-а!

– Иду, иду, мой золотой! – открывает калитку старая. – Спасибо тебе, батюшко! Добрая ты душа! Вот и тебе гостинчик маленький, – суёт мальчишке в руку яблочко.

Вот так, с лёгкой руки Мишки, и стали все звать Агриппину Алексеевну Сеенной. А она и не обижалась – Сеенна так Сеенна.

Мы с двоюродной сестрёнкой Машей жили у бабы Шуры каждое лето и считали Сеенну волшебницей. А как ещё про неё думать, если все люди вокруг говорили, будто Сеенна лечит от разных болезней и может рассказать, что с человеком случится в будущем. А тут ещё баба Шура, вернувшаяся как-то вечером от Сеенны, на наши расспросы, что они там делали, ответила загадочно:

– Ворожили.

– Как это? Как? – мы с Машкой просто сгорали от любопытства.

– Ну, колдовали, значит, – хитро улыбнулась бабушка.

– Зелье, что ли, варили? – выдвинула версию Машка.

Ага! – бросила баба Шура и удалилась по своим делам.

Боже мой, как нам это запало в душу, что только мы не напридумали с Машкой! Выходит, Сеенна – колдунья? Да разве же такие добренькие колдуньи бывают? Она ведь всем детям с нашей улицы даёт разные сладости, по головке гладит и приговаривает так смешно: «Маковка моя золочёная! Счастьице-здоровьице пусть тебя ждёт!» А зелье-то как варится? Из чего? Ну хоть бы одним глазком взглянуть!

И вот однажды у нас появился шанс всё увидеть собственными глазами. Как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло. Во дворе у бабы Шуры на цепи сидел пёс Матрос. По нашим детским меркам, существо странное – который год мы приезжаем к бабушке, а он всё лает на нас, как на чужих. Нам с Машей строго-настрого запрещалось подходить к нему близко – может укусить. Но мы с сестрёнкой заигрались, она поскользнулась на траве и чуть ли не въехала в собачью конуру. Матрос, конечно, обозлился на такую наглость, укусить не укусил, но громко залаял. К вечеру выяснилось, что Маша заикается.

Бабушка решила, что испуг надо «заговорить», выстригла клок шерсти у Матроса, завернула в газетку, взяла зачем-то яркие лоскутки ткани, и мы втроём отправились к Сеенне. Собственно, меня туда брать не хотели, но я так умоляла, так плакала, что баба Шура махнула рукой: айда с нами! Ну как пропустить такой случай – побывать в доме у Сеенны. Страсть как хотелось увидеть котёл с зельем!

– Пришли, мои золотиночки, – ворковала Сеенна, ставя на пол чугунную сковороду. – Шура, шерсть принесла? Давай сюда.

Она положила на сковороду поданную бабой Шурой бумажку, подожгла её и велела Маше обойти вокруг сковороды с тлеющей собачьей шерстью несколько раз. Что было дальше, я совершенно не запомнила, но какие-то слова говорила Машка, что-то шептала Сеенна, а мы с бабой Шурой заворожённо смотрели на всё это действо.

Наконец ритуал завершился. Баба Шура протянула Сеенне ситцевые лоскутки.

– Гляди, какие яркие! Девкам сшила сарафаны.

– В самом деле хороши! Спасибо, Шура.

Только тут я обратила внимание на пучки сухой травы и цветов, развешанные по стенам, и на множество самотканых ковриков и половичков, которые лежали на полу и на лавках у стен. Обычные вроде коврики – ну, может, чуть ярче тех, что ткала и вязала моя бабушка. Сеенна взяла 2 круглых весёленьких коврика и протянула нам с Машкой.

– Это тебе, Олюшка. Это тебе, Машенька. Храните их у себя. Они вам силу дадут. Так вот ручкой погладите – и всё будет хорошо.

На следующий день от Машкиного заикания не осталось и следа. Мы с ней, конечно, сожалели, что никакого котла у Сеенны не оказалось и зелье на наших глазах не варили. Но осталась какая-то радость в сердце – словно мягкой варежкой провели, приласкали и обогрели.

Мы взрослели и всё больше понимали, что бабка Сеенна – из серии непознанных явлений. Всё село ходило к ней лечиться от разных недугов, да что там село – к ней приезжали из самого Ижевска. Говорят, порой наведывались на машинах очень важные особы с вопросами едва ли не государственной важности, и Сеенна якобы вразумляла высоких гостей, и её предсказания сбывались удивительным образом. При этом Сеенна денег ни с кого не брала. Из уст в уста передавалось: бабке можно привозить сладости и очень желательно – яркие лоскутки ткани.

Сеенна раздавала сладости деревенским ребятишкам, неизменно поглаживая их по головкам: «Маковка моя золочёная!» – а из лоскутков ткала коврики и дарила их тем, кто приезжал к ней за помощью. И очень многие из тех, в чьей городской квартире хранился такой коврик, были убеждены: он истинно бережёт их дом от бед и болезней. Мой-то коврик, которому почти полвека, точно играет эту роль.

А ещё мне всегда хотелось с помощью Сеенны «заглянуть за свой горизонт». И мы с Машкой даже однажды пошли к бабке с этой целью. Но в последний момент как-то стушевались обе. Та улыбнулась с пониманием и произнесла всего одну фразу: «Всё у вас, миленькие, будет хорошо, у Машеньки две дочки, а у Олюшкиного мужа имя будет, как у царя».

Бог мой, с каким пристрастием я всю юность присматривалась к знакомым Петрам, Николаям и Александрам! И когда выходила замуж, удивлялась – ошиблась, видимо, Сеенна, на сей раз. А потом в России появился «царь» с именем-отчеством, как у моего мужа. И я подумала: чтобы Сеенна, да ошиблась! Никогда!


Честно стырено из Интернета.

Показать полностью
128

Чёртово дерево

Есть у меня знакомая, зовут её Нина, дальнейший рассказ буду вести от её имени.

"Родилась я после войны, папка вернулся инвалидом - сильная контузия, которая на момент моего семилетия довела отца до сумасшествия. Во время очередного приступа он убил маму, а когда пришёл в себя и увидел, что сделал, пошёл за дом и повесился на растущей там березе. Береза эта была довольно примечательная - вокруг неё не росла трава, она была наполовину высохшая, но спилить её почему-то никто не брался.

После смерти родителей меня забрала к себе бабушка, у которой я прожила до 16 лет. Потом выучилась на бухгалтера, похоронила бабушку и вернулась в родной дом. Жить в доме я не боялась, отца давно простила, поняла, что это контузия виновата. Правда пару раз, возвращаясь лунной ночью с танцев, казалось мне, что на березе той петля раскачивается.

Попросила соседа спилить это дерево, он долго отказывался, говорил, что уже пытались, да плохо закончилось. Но потом все-таки согласился и со своим зятем пообещали уничтожить берёзу. На следующий день, вернувшись с работы, я узнала, что мужики взялись спилить берёзу, да не удалось - зять соседа упал на пилу и сильно руку поранил. Поняла я, что дерево так и останется расти сзади моего дома.

Тем временем познакомилась я с парнем. Алексей только вернулся со срочной службы, красавец, гармонист да и плотник, каких поискать. Стали с ним встречаться, он все про свадьбу да жизнь нашу будущую говорил. Согрешила я с ним, да и забеременела, правда пока говорить ему не стала, стыдно было. И вот как-то вечером пришла ко мне подружка и рассказала, что Алексей сегодня к Светлане, дочке заведующей детсада сватов заслал. Что встречаются они уже с зимы (а на дворе август стоял), и что согласие взять ее в жены он получил. Такая меня обида взяла, как птица полетела я к нему домой. А его самого дома нет, а мать его и говорит мне: "Зачем ему ты нужна? Батька твой сумасшедший был, да и ты Алексею уже не интересна стала. Уходи подобру-поздорову, а то всем расскажу, как ты ноги раздвинуть умеешь!".

Еле ноги передвигая, добралась я до дома. В голове один вопрос: "Что мне теперь делать?". Ведь позор и на ребёнка моего ляжет, безотцовщиной обзывать будут. Вдруг вижу, а на березе моей петля висит, а в голове как голос чей-то: "Это не страшно, ты попробуй, и проблем твоих не будет". Как я у дерева оказалась, где веревку взяла, как петлю вязала - ничего не помню, в себя пришла уже на табуреточке, была у меня во дворе такая, и петлю в руках держу.
А петлю на шею надеть ох как страшно, а в ушах голосочек тоненький: "Давай, давай, тебе хорошо будет".

Дальше почувствовала, что падаю и мысль пронеслась, что правда не больно и не страшно. И голос громкий такой: " Идиотка, что ты задумала! Молодая, зачем ты это задумала?". Вижу, мужик передо мной сидит, трясёт меня, а я как зареву в голос. Поднял он меня, в дом отнес, всю ночь со мной просидел. Под утро я окончательно в себя пришла, распросила его - кто таков , откуда. Оказалось, что Дмитрий преподаватель техникума, сейчас в отпуске, приехал на нашу речку рыбу ловить. В селе нашем у него приятель живёт, от него он ночью шёл в свою палатку. И увидел меня, с петлей в руках.

Рассказала я ему о своей беде. Отругал меня Дмитрий, сказал, что позор, когда детей бросают, а когда рожают - это счастье. Предложил он мне уехать в Москву и там работу найти, бухгалтера везде нужны. Помог мне Дмитрий и с переездом в Москву, и на работу устроиться, бухгалтером в его же техникум. А перед родами Дима мне предложение сделал и сын родился уже с его отчеством и фамилией. К сожалению больше детей у нас не было, но сын долго не знал, что Дима не кровный отец.

В село моё родное мы приезжали каждое лето. С Алексеем я старалась не встречаться. Через несколько лет мне рассказали, что на моей березе повесился молодой парень. Такая злость меня взяла, схватила я керосин и облила проклятое дерево, да и подожгла. Долго она горела, а мне в пламени виделась петля.
Потом уже, много лет спустя, я прочитала, что есть места, притягивающие самоубийц, и что черти в петлю людей затягивают. Вот и думаю, что та береза и была таким чертовым местом."

Сейчас Нина живёт в родном селе. Дмитрий умер несколько лет назад. Их сын преподает математику в одном из ВУЗов Москвы.


Честно стырено из Интернета.

Показать полностью
112

Подвал дома №10

Муж мой отбыл тогда на месяц в командировку, мы с сыном и кошкой Машкой остались на хозяйстве.

Тут и бахнула у меня стиральная машина. Знаете, такая вот, еще не как современные, а с отжимом в виде двух валиков и кривого стартера.

Позвала я местного мастера. Вениамин Алексеевич был в местном ЖЭКе и за электрика, и за слесаря, и еще подрабатывал токарем на полставки в мехцехе войсковой части. Пришел к нам пожилой дяденька, в круглых очках и с аккуратно подстриженной бородкой - ну просто вылитый доктор Айболит, в моем представлении. Разобрал мою стиралку, что-то в ней ковырял, и от чашечки чая не отказался. А в последующем процессе починки, поведал один случай.

"Вон видишь, дочка, напротив-то вашего дома, десятый дом с флигелем? Он построен перед самой войной, для командного состава части, а потому и подвал там - не подвал, а целое убежище. Видала ты, какая дверь в тот подвал? Железная вся, кованая!

После того случая, я туда опасаюсь ходить. А было-то вот что. Дали мне в то лето напарника Женьку - парень молодой, вот-вот в армию должны забрать, устроился пока слесарем к нам в домоуправление. А тут бабка Фадеева, на первом этаже десятого дома живет, пожаловалась на шум с подвала - то ли воет кто, то ли плачет, да еще и гремит чем-то. Ну, пошли мы с Женькой проверить подвал - мало ли, дети как-то пролезли, или животина какая попала, а выбраться не может. Взяли фонарики, и пошли часа в три пополудни.

Подвал там основательный - глубокий и разделенный на отсеки. Пол бетонный, гулкий - идешь, и шаги твои многим эхом от стен отражаются. Я иду потихоньку, углы фонарем освещаю. Женьке не терпится - убежал вперед, я только и вижу, как луч от его фонаря по бетону шарит, да шаги его быстрые слышу. Вдруг смотрю - в углу пол потрескался, пошел поглядеть - ну чуток поправить надо, думаю. Вышел из угла, а Женькиного фонаря не видать, и шагов его не слышно! Дошел я до конца подвала - проверил второй выход, всё снаружи закрыто. Иду обратно, по углам смотрю, звать уж начал:
"Женька, Женька, ты где? Хватит дурить, отзовись быстро!".

Эхо гулкое со всех углов, еще страшнее! Обошел я дважды подвал тогда - нет ничего и никого, и Женьки тоже нет. Ну, думаю, видимо не заметил я, как он мимо меня наружу то проскочил. Вышел с подвала, думаю, оторву уши я напарнику за такие шутки. А нет его и снаружи. Я снова в подвал - ходил, кричал, голос сорвал себе - да нет парня, как провалился! Я все углы обшарил.

Время уж к вечеру, закрыл я подвал, пошел в контору - проверю, думаю, может туда шельмец ушел, или домой убежал. Нету! Нету нигде! В конторе нету, с конторы домой ему позвонили - бабка сказала, на работе Женька! Пошли мы с начальником снова к десятому дому, подвал открыли, вдвоем весь обошли - да ни следа нету! Вышли наружу, закрыли дверь, сели покурить. Советуемся, что делать-то дальше - идти надо в комендатуру доложить, что человек пропал, в подвале! Точно, думаем, после такого заявления нас куда положено и упекут.

Только окурки затушили, как в дверь подвала изнутри как заколотит кто-то. И Женькин голос истошный:
- Алексеич, мать твою разэтак! Ты, чёрт старый, шутить надумал что-ли! Вот я выйду, сымай очки-то сразу, я и на возраст твой не посмотрю!

Я трясущимися руками ключ достал, дверь открыл да и давай обнимать парня. А он орет, конечно, матом на меня. А мы с Иванычем смотрим - у Женьки голова вся седая! Я рукой тронул - а это не седина - это иней или снег, холодные снежинки на волосах лежат.

Рассказал я всё Женьке - что уже часа три его ищу, и в подвале и везде. А он орет, не верит, говорит:
- Мы вот только зашли с тобой, я до конца дошел и обратно повернул, а тут дверь закрыта.

И на часах его - только и прошло полчаса. А на моих-то уже - семь часов с четвертью.

На другой день Женька на работу не пришел - слёг с простудой. Ну, однако, ничего, две недели поболел да и на поправку. А осенью мы его в армию проводили.

В подвал десятого дома я стараюсь не ходить с того дня, что там такое есть - не знаю".

***

Машинку мою Алексеич тогда починил, и денег не взял с меня. Сказал:
"Ты, дочка, мальцу своему конфет купи от деда Вени".

Честно стырено из Интернета.

Показать полностью

Эти открытки сделали пикабушники. Сможете лучше?

Наш дикий конкурс открыток продолжается! Поздравили друзей, босса и любимую учительницу, а потом не помедлили и прислали свое творение нам? Все правильно сделали. Потому что до конца конкурса, в котором мы разыгрываем оригинальные подарочные наборы, осталось меньше 10 дней.


А чтобы поймать музу, вот порция открыток от пользователей Пикабу, которые они сделали в нашем конструкторе. Главное, не стесняйтесь!

Эти открытки сделали пикабушники. Сможете лучше?

Как поучаствовать в конкурсе:

1. Заходите на страницу конструктора.

2. Выбирайте тему: День интернета, День работников леса или 3 сентября (никогда не поздно).

3. Делайте открытку и не забудьте ее сохранить.

4. Отправляйте свою работу в приложении Сбербанк Онлайн (никаких платежей, все бесплатно).

Отличная работа, все прочитано!