С тегами:

история из практики

Любые посты за всё время, сначала свежие, с любым рейтингом
Найти посты
сбросить
загрузка...
686
Из практики. Случай маскированной депрессии, который невозможно забыть.
179 Комментариев в Лига психотерапии  

История не моя.

От автора: Случай из моей практики. Произошел лет 20 назад. Но забыть его невозможно.

Прочитайте и поймете почему.

Из практики. Случай маскированной депрессии, который невозможно забыть. психотерапия, депрессия, история из практики, история, длиннопост

Эта история произошла в конце 90-х, в первые годы моей работы. Отделение неврозов.


Тамаре было чуть меньше 50 лет. Из них лет 20 она мучилась в связи с сильной почти постоянной болью в области поясницы. В теплое время года боль уменьшалась, но зимой, когда наступали холода, боль усиливалась.


Тамару смотрели разные именитые доктора. Ставили диагноз "радикулит". Активно лечили. Но боль уходила лишь на короткое время, а затем снова возвращалась.


По мнению врачей, выросты на деформированных позвонках постоянно травмировали нерв. Поэтому без операции решить проблему Тамары невозможно.


Беда в том, что тогда в России подобные операции не делали. Но у Тамары нашлись состоятельные родственники, которые смогли организовать консультацию в Германии и направить ее на очень сложную и дорогую операцию.


Тамаре удалили 2 позвонка и заменили на металлопластиковые. Теперь ни что не травмировало нерв, и боли должны были пройти.


Но операция прошла неудачно, немецкие хирурги повредили спинной мозг. В результате на момент обращения Тамара передвигалась в инвалидной коляске. Но самое ужасное в том, что боль осталась. А значит операция была напрасной.


С жалобами на бессонницу и снижение аппетита Тамара поступила в отделение неврозов, где мы и встретились.


На депрессию Тамара не жаловалась. Во время общения она много улыбалась, рассказывала, как удачно сложилась ее жизнь, гордилась своими уже взрослыми детьми и тем, что прекрасно справилась без мужа.


И всё же я Тамаре не поверил. Я наблюдал за выражением ее лица, когда Тамара думала, что ее ни кто не видит. В ее глазах не было радости.


Поэтому я решил назначить антидепрессант. Тогда хороших антидепрессантов было мало. Назначил простой амитриптилин.


Через неделю впервые за 20 лет у Тамары прошла боль!


У женщины была ларвированная (она же маскированная, скрытая и т.д.) депрессия.


При ларвированной депрессии настроение обычно не снижается. Во всяком случае, сам клиент этого не замечает. Вся мощь депрессии уходит на уровень тела, то есть психосоматизируется.


Такие пациенты могут годами лечиться у терапевтов, неврологов. Они принимают много разных препаратов, особенно обезболивающих. Но эффект такого лечения невысок. В ряде случаев отмечается сезонное колебание выраженности болевого синдрома.


Самое печальное, когда пациенты идут на травматичные и опасные методы обследования и лечения, как в описанном случае.


Боль у Тамары прошла, но ходить она уже никогда не сможет из-за последствий неудачной операции.


Как вы думаете, а если бы она начала принимать антидепрессанты до операции, как бы сложилась ее судьба?


Статья врача-психотерапевта Корсака Олега

Показать полностью
118
Про то, что остается
17 Комментариев  

Будучи нейропсихологом сталкиваешься с вещами, над которыми не задумываешься. Например, что же может остаться от человека, когда в нем от человека не останется ничего?

В неврологии лежала пациентка, назовем ее О. Ей было чуть больше тридцати пяти лет. У нее была лопнувшая аневризма и инсульт всего левого полушария, произошедший прямо во время операции на мозге. У нее не было части теменной кости, потому что вставлять ее на место не было смысла. У нее не было ни ярких эмоций, ни речи, ни понимания происходящего.


Конечно, О. следовало реабилитировать. Над бедной пациенткой постоянно кружили врачи и медсестры. Отмечалась положительная динамика: увеличилось время бодрствования, она начала фокусировать взгляд на предметах и людях, отраженно пытаться поднять уголки губ вверх, подражая улыбкам окружающих.


С неговорящими пациентами работать психологу в разы сложнее и приходится болтать за двоих, пытаясь добиться хотя бы слабой артикуляции. О. понимала больший объем обращенной речи, но выполняла простые и четкие команды. Чтение и письмо не сохранились, импрессивная речь – отсутствует. С ней складывали пазлы – большие, красивые и яркие, состоящие из двух или трех частей. Каждый тяжелый пациент складывает их по разному, но чаще – просто кладут их подходящими сторонами друг к другу в силу парезов или лобных нарушений.


О. отличалась от стандартной модели. Она стремилась, чтобы части (иногда не подходящие друг к другу) лежали идеально. Аккуратно вдавливала, чтобы это выглядело красиво. О. в прошлой жизни была перфекционисткой и любила, когда все вокруг четко и красиво. И это единственное, что осталось от нее, все остальное под собой погреб инсульт.


Тут верно должен быть конец, только я не знаю как заканчивать этот рассказ. Вопросом – почему же именно перфекционизм? Неужели это настолько въедливая привычка, что ее ничем не выведешь? Или не менее волнующим – что же останется от любого из нас, если вдруг произойдет несчастье? Вопросов много, вот только ответы вряд ли найдуться.



Пожалуйста, войдите в аккаунт или зарегистрируйтесь