С тегами:

врачи

Любые посты за всё время, сначала свежие, с любым рейтингом
Найти посты
сбросить
загрузка...
28
Рекомендации врачей
10 Комментариев  

Если исключить из моего меню те продукты, которые не рекомендуют гастроэнтеролог, кардиолог, невролог, эндокринолог и уролог, то питаться мне можно только водой.

И то кипяченой.

34
Когда твоя жена интерн - дерматовенеролог
16 Комментариев  

Лежим с супругой в постели. Смотрим телевизор, начинаются ласки и тут она выдаёт с улыбкой и не прикрытой радостью:
- я забыла сказать, у меня начался сифилис.
Желание близости моментально отпало. До неё дошло что она произнесла и заявляет.
- со следующей недели у меня курс по сифилису...
Что будет дальше????

46
Онжеребенок
16 Комментариев  

Начну с того, что я учусь в мед. университете на педиатра и зимой этого года мы проходили практику в ОДКБ(Областная Детская Клиническая Больница). Меня с одногруппницей направили в детский травм. пункт, соответственно нам довелось встретить парочку интересных кадров.

Ситуация первая. Наши обязанности просты и понятны: ребенок приходит в гипсовую и мы снимаем/накладываем/укрепляем гипс. Пришла однажды хрю-дамочка со своей хрю-дочкой, боевой раскрас мамочки уже настораживал. Спрашиваю : "Гипс снимаем или укрепляем?", женщина отвечает: "Снимаем". Далее беру ножницы и собираюсь разрезать бинт, который удерживает гипс на руке девочки, но его нет. Гипс просто лежал будто застывшая тряпка и никак к руке не был прикреплен. В недоумении переглядываюсь с Леной(одногруппница, имя изменено) и спрашиваю у матери: "Вам гипс со "снятием"(когда лангетка снимается, человек может принят душ и она возвращается на место) накладывали?", ответ: "Нет, просто у неё ручка так чесалась, было очень не удобно, вот мы и сняли, ну, она же ребенок. Вы бы тоже её пожалели". Я промолчала.


Дорогие читатели, гипс снимается только по назначению врача. Не глупите. Если не хотите в следствии неправильного сращения кости остаться инвалидом.


Ситуация вторая. Телевизор-это один из способов занимательного времяпровождения, но все хорошо в меру. Пришла пара с сыном 7-8 лет на снятие старого гипса и наложение нового, потому что этот износился( сложный перелом). Мальчуган всячески пыхтел и выражал свое недовольство , видя, что ему сейчас снимут гипс. Окей, это не приятно, смесь в жидком состоянии после высыхания прилипает к телу, но извините не до такой степени, чтобы орать на весь этаж: "Вам пи**ец убл*дки! Зарежу вас на йух! Вырву вам кишки!" и это было самым безобидным, мы все были в диком ах*уе. Отец, держащий своего отпрыска, всячески извинялся и пытался заткнуть мальца, дав ему немного по щам(совсем слабо). Цирк закончился, когда я заметила, что этот выбл*док орет и смотрит на мать, стоило мне закрыть обзор, как истерика прекратилась. Мать пыталась прорваться в гипсовую, но я закрыла дверь. Позже оказалось, что пацан смотрел на кануне с мамой какие-то передачи по ТВ и спрашивал про непонятные слова, а она ему рассказала. Мужика жалко, жена-дура и сын таким же вырастет.


После таких неадекватов детей не особо то и тянет "холить и лелеять", если родили ребенка следите за его здоровьем и воспитайте из него приличного человека, а не личинку.

1014
"Злой медик"
59 Комментариев  
"Злой медик" зм, скорая помощь, врачи, длиннопост

Знакомьтесь: "Злой медик" - Игорь Артюхов


МОСКВА, 28 апр — РИА Новости, Лариса Жукова. 28 апреля неофициально считается днем службы скорой медицинской помощи в России. О том, что происходит в этой сфере, большинство узнает из официальных заявлений и сводок новостей, однако то, что творится на внутренней "кухне" медиков, часто остается закрытым. Об этом РИА Новости рассказал создатель сообщества "Злой медик", бывший фельдшер Игорь Артюхов.

"Очень матерное и натуралистичное"


Сообщество "Злой медик" появилось в социальной сети ВКонтакте в октябре 2012 года. Сейчас общее количество подписчиков группы перевалило за полмиллиона – "филиалы" паблика есть в "Одноклассниках" и Facebook.


Название сообщества говорит само за себя: здесь работники клинической медицины – скорой помощи, стационаров, приемных отделений, амбулаторий – рассказывают о своих проблемах, делятся историями из профессиональной жизни и просто высказывают свое мнение о наболевшем. При этом потенциальные пациенты получают возможность узнать обо всем, что обычно скрыто от посторонних глаз.

Такой формат напоминает групповую терапию и одновременно "приводит в чувство" не имеющих отношения к медицине людей, замечает создатель группы – бывший фельдшер одной из больниц Крыма Игорь Артюхов. В 2012 году он оказывал скорую помощь в приемном отделении, куда привозили самых разных пациентов, – своеобразном "форпосте, который первым принимает удар".

Сообщество он создал сначала для себя и пары друзей, чтобы делиться байками и мыслями на медицинскую тематику.


"Однажды я пришел с очередного сложного дежурства и написал что-то очень матерное, натуралистичное. Не помню точно, что это было: 50 поступлений или скандал с начальством. И вдруг это "выстрелило" – нашло отклик. По сарафанному радио стали приходить подписчики".

Возмущение, живо описанное фельдшером в небольшой виртуальной группе, стало основным смысловым ядром сообщества. Оказалось, что подобные истории каждый день происходили с тысячами медиков: "Эта онлайн-болталка о проблемах стала нашим убежищем". Анонимный формат позволял высказаться и получить поддержку.


Сутки через трое Игорь Артюхов работал в больнице, остальное время посвящал группе. За первый год количество подписчиков увеличилось до тридцати тысяч. Старшие коллеги не подозревали о блогерском таланте фельдшера, а тот продолжал описывать обычные будни в больнице: "В основном, это были посты, посвященные рассказам об инцидентах с пациентами, когда последние вели себя совершенно омерзительно. Как раз та сторона, которая не освещается в СМИ".


"Надо расстреливать чаще"


В 2013 году Артюхов решил уйти на "скорую". Проблем в приемном отделении было все больше: "Как-то родственники погибшего привезли нам его труп. Это было ножевое ранение после какой-то пьяной драки. Спасать было нечего. Может, у них был шок, и они не смогли отличить мертвого от живого, но нас обвинили в том, что мы его не воскресили, подали в суд". Разбирательства шли несколько лет, пока, наконец, родственники не признались, что "немного погорячились".


Однако по законодательству Украины, в составе которой находился Крым, уйти полностью на станцию скорой не получилось: "Это была так называемая система распределения при полном отсутствии денег, по сути, рабская, бюрократическая кабала".


"В скорой помощи работают, в основном, фельдшеры, – говорит бывший медик. – И чаще всего в одиночестве, хотя это преступление: в реанимационной ситуации один должен делать непрямой массаж сердца, другой – нести аппараты и быстро искать лекарства. Я помню, моим первым вызовом на скорой была констатация смерти. Я приехал в село: три дома, лежит дед весом килограмм в 140. Была ужасная мысль, что хорошо, что он умер, потому что один я не смог бы его поднять на носилки и провести реанимацию".

Эту ситуацию бывший фельдшер называет кадровой катастрофой. Но, по его словам, отношение к врачам становится не менее серьезным вызовом.


"От любого фельдшера веет усталостью и изможденностью. Они действительно идут спасать жизни, скорая для них – особенный драйв, адреналин, образ жизни. Но нередко пациенты воспринимают карету скорой как такси, а медиков – как работников борделя, которые должны исполнить сиюминутные желания ".


26 сентября 2015 года на территорию подстанции скорой помощи в Симферополе, которую сами врачи называют "Спутник", зашел неизвестный и открыл огонь по медицинскому автомобилю. Были убиты молодая фельдшер и санитарка – хорошие знакомые семьи Артюхова.


"Тогда с той станции уволились сразу семь человек. Однако после того случая пациенты стали говорили сквозь зубы: "Надо расстреливать вас чаще". Кто-то может подумать, что так могут вести себя только неадекваты. Но чаще это как раз образованные люди, работающие в школах, агропромышленности, городской администрации".


Борьба за права


Тогда же количество подписчиков группы стало критическим настолько, что у врачей случайно появился маленький, но действенный рычаг для борьбы за свои права. В 2015 году удалось одержать первую победу, вспоминает Артюхов. Тогда городской больнице Симферополя №6 главврач отменила стимулирующие выплаты: "Был август, врачам не хватало денег собрать детей в школу. Она ответила в довольно хамской манере: "Дети *** (обойдутся – прим. ред.)". Мы предали эту ситуацию широкой огласке, после чего пошли проверки Генпрокуратуры и Минздрава. Это вызвало резонанс, ее уволили. Врачам вернули часть зарплаты, которую не выдавали".


Следующей победой в октябре 2015 года стало решение аналогичной ситуации в роддоме: выплаты задерживали сорока сотрудникам. "Приехала комиссия из территориального фонда ОМС, пошли проверки. В итоге людям вернули деньги. У меня там работают друзья, они почувствовали, что после шума к ним стали уважительнее относиться".


Дальше медики поддержали незаконно осужденных коллег. Одним из последних заметных флешмобов стал танцевальный. Врачи из разных регионов России начали танцевать на камеру и выставлять видео под хештегом #грязные_танцы_медиков. Это была поддержка сотрудниц скорой помощи из Чебоксар, которые обвинили за то, что они станцевали на камеру на рабочем месте.


На авторитет обычного медпрофсоюза врачи рассчитывать не могут, говорит основатель "Злого медика": "В основном, "придворные" профсоюзники находятся на прикорме у главврача и в его полной зависимости. Как ни банально, профсоюз занимается только задариванием медиков гвоздиками на день медработника и просроченными конфетами на Новый год".


Единственным выходом стало сотрудничество с журналистами и освещение внутренних проблем: "Больничное начальство, отдельные представители здравоохранения при внимании СМИ, как упыри на свету, начинаются "кукситься" – у них становится меньше возможностей творить произвол", – уверен бывший медик.


"Привести людей в чувство"


Вхождение Крыма в состав России стал сложным этапом для местного здравоохранения. Несмотря на то, что в каретах скорой помощи, наконец, появились бесплатные лекарства, а в больницах – питание, это стало почти такой же проблемой, как и выплаты ОМС за количество вызовов: "Люди начали массово отправлять в стационар своих пожилых родственников – под любым предлогом".


Однако постепенно "Злой медик" меняет отношение к врачам, говорит создатель группы. Около 25% подписчиков, судя по данным опросов, не имеют прямого отношения к медицинской сфере, однако все чаще готовы вставать на сторону медиков.


"Пациенты стали приходить в чувство. Я замечаю это по медийным волнам о проблемах с медработниками. Если, в 2013 году, когда в Запорожье стоящий на учете шизофреник убил с помощью ледоруба беременную женщину-фельдшера, 99% комментариев было осуждающими врача: "А зачем она туда поехала", то сейчас комментарии делятся уже пополам. Более того, в нашем сообществе на "Одноклассниках" среди модераторов несколько пациентов. Это правильно – мы в одной лодке".


Официально за год зарегистрировано свыше тысячи нападений на врачей, но реальная цифра, уверен Артюхов, в десять раз больше. Он уточняет, что нападений не стало больше, о чем в последние говорят журналисты и чиновники, – "просто, наконец, начали об этом говорить". При этом до сих пор большая часть случаев замалчивается: когда пациенты отвешивают пощечины, угрожают, требуют административного давления. Но на законодательном уровне все это не решить, уверен бывший фельдшер: "Минздрав, конечно, отвечает за здравоохранение, но явно не за то, что население настолько агрессивно. Должен быть социальный запрос на защиту врачей".


Внимание государства


У "Злого медика" есть филиалы не только в виртуальном пространстве, но и в реальных российских городах. Например, подписчики сообщества проводят встречи в Екатеринбурге, говорит создатель группы. По его словам, так создаются не только новые пары, но даже официальные брачные союзы (по крайней мере, ему известно о двух).


Полмиллиона подписчиков Артюхов называет федеральным уровнем. К сообществу проявляют интерес и властные структуры, рассказывает он: "Опосредованно мы сотрудничаем с отдельными представителями Минздрава по проблемам имиджа, но также понимаем, что нас читают и правоохранительные органы, и руководства больниц".

В прошлом году Артюхову поступило даже коммерческое предложение: "В преддверии выборов представитель политической структуры, тесно связанный с бизнесом, хотел выкупить паблик за несколько миллионов рублей. За счёт "Злого медика" он планировал сорвать какие-то дивиденды на тематике здравоохранения. Но я не согласился. Это то же самое, что продать собственного ребенка. Сложно отдавать довольно уникальное сообщество, в которое вкладывал свои силы и, можно сказать, душу".


Паблик занимал все больше места в жизни – у фельдшера уходило до 10 часов работы в день. В 2015 году он окончательно ушел из больницы и занялся журналистикой – так, по его словам, он приносит коллегам и сфере здравоохранения, в целом, гораздо больше пользы. После его ухода уволились шесть человек. Один из бывший врачей сейчас продает вино, остальные ушли в частную медицину.


Сейчас создатель "Злого медика" развивает отдельный портал о медицине MedRussia, где работают 11 человек: врачи скорой помощи, невролог, фельдшер, спасатель, ЛОР, географ, психолог, юрист и три профессиональных журналиста. Сайт существует на доходы от рекламы: "Первые пару недель все работали бесплатно и только недавно мы смогли сформировать небольшой, но полноценный фонд для гонораров авторов", – говорит бывший фельдшер.

Показать полностью
1006
Немного из " Злого медика ". Очередная подборка.
74 Комментария  

Зачем нынешние врачи учатся столько лет?

Лично я, всего лишь год смотрел "Жить здорово" с Еленой Малышевой.


Гиппократ ©


--------------------------------



Два извечных вопроса у медиков:


1) Когда закончится бардак в медицине?


2) Куда я положил колпачок от шприца?



--------------------------------



- Аллергия на лекарства была?


- На какое?


- Аллергия на ЛЕКАРСТВА была?


- А какое вы мне хотите сделать?


- Вообще раньше аллергия на лекарства была когда-нибудь?


- Ну смотря на какое?


- На какое была?


- Я вообще капотен приняла.


- Да я не спрашиваю что приняла, аллергия спрашиваю была раньше на лекарства?


- Да.


- На какое лекарство?


- Вы мне все перечислите, я скажу на какое.


- Я не могу вам их все перечислить их очень много. Как у вас аллергия на ТО лекарство которое вы не переносите проявлялась?


- Никак я же его не переношу, мне его и не назначали!



Sука, я сейчас тебя убью!


--------------------------------



Типчное быдло в интернете:


- Не нравится работать врачом, не устраивает зарплата? Вали из медицины! Что ж ноешь?



Типичное быдло в регистратуре в поликлинике:


- Как это нет врачей? Как это запись только через месяц? Я налоги на вас плачу! Узнает Путин, вам всем непоздоровится!


--------------------------------



Общая хирургия, время ближе к обеду, полостная операция, электрокоагулятор прижигает сосудики ПЖК (подкожно-жировая клетчатка) довольно-таки тучной пациентки, и на всю операционную запах жаренного сальца.


Живот бурлит, слюна выделяется... и думаешь "Да какого черта со мной происходит!?"


--------------------------------



В 19 лет, только отучившись на медсестру, велели мне поставить катетер Фолея мужчине.


А я, в 19 лет, не видавши мужских половых органов, кроме как на практике и издалека, вспотела под маской и покраснела.


Доктор , который стоял надо мной, все сопровождал словами, типа :"Ну бери его и вводи катетер!".



По итогу, он психанул и поставил сам. А я пошла работать в реанимацию и там натаскалась ставить катетеры с закрытыми глазами.



--------------------------------



Давно было.



- Быстрей! Приезжайте! Человек! Повесился!


- Где???


- У меня в хате...


- А вы знаете его????


- Нет


Летим с мигалкой... Через все красные светофоры. Приезжаем, сидит пля бабка, как кукла на кровати...


Никого нет.


- Ну, я вас давление вызвала померить.


_____________________________________________________________________________



Другой вызов в 1-30 ночи, кровотечение (локализацию не уточняли), мужчина 86 лет. В квартиру дверь нараспашку, дедуля на кровати - кожные покровы бледно-жёлто-голубые.


- Что случилось?


- Да, вот с 22-х часов кровью, извините, какаю.


- Почему же сразу-то не вызвали?


- Да, стыдно мне. Я ведь привык сам со все справляться!


"Скорую" вызвал сосед, живущий под дедом, когда услышал грохот, упавшего в туалете друга. Прибежал, доволок до кровати, под ноги кучу подушек и одеял - повыше,позвонил "103" и сыну.



--------------------------------



Работаю в реанимации. Бабёнка лет 45-ти поругалась с муженьком и являясь истеричкой решила привлечь к себе внимание. Нахлебалась феназепама и приехала к нам, всё как положено - с мигалками и носилками. Положили, полечили. Пришла в себя начала беситься.


Вырывала капельницы пинала санитарку, кричала визжала все как положено. На утро перевели в терапию.


Спустя часа два приходит старшая сестра и говорит жалобу на нас написали за избиение. Недоумение. Удивление.


Оказывается эта истеричка решила выместить зло за то что муж к ней не пришел утром - написала что ее били, издевались и все остальное в классике жанра, но в порыве эмоций дама не заметила что палатах у нас камеры.


Начали разбираться, смотреть камеры, соответственно не обнаружив на записях камеры пыток и расчленения решили пригласить на просмотр виновницу торжества. И тут....


Искра, буря проклятия, пожелания смерти нам и всем нашим родственникам вплоть до седьмого колена...


После таких, не побоюсь этого слова, тварей не хочется идти на работу и все желание помогать пропадает напрочь...


--------------------------------

Показать полностью
85
Шаурма. Фельдшер скорой — о том, как любовь к фастфуду разрушает мечты.
9 Комментариев  

Иногда ей хотелось чего-нибудь такого, за что раньше её ругали мама с папой, а сейчас ругают преподаватели вокала. И тогда она шла в это, с позволения сказать, кафе и покупала себе шаурму. Туда же частенько забегала троица, состоящая из русской девушки Лизы и двух таджикских парней — Алижона и Зайнура.



Все трое в разное время приехали из Душанбе и теперь учились на разных курсах то ли театрального, то ли эстрадного училища. Троица тоже покупала шаурму и тут же съедала, запивая её кофе. Постепенно Татьяна подружилась с весёлой компашкой. Зайнур стал ненавязчиво, но упорно выказывать Татьяне своё расположение. Татьяна держала Зайнура на расстоянии, но не злилась на него. Да и как можно было злиться на этого полного обаяния и юмора мальчишку.



Шаурма в этот раз была ну очень перчёная. Татьяна аж закашлялась. Зайнур сразу бы вскочил и бросился за водой, но его сегодня не было. Со слов Лизы, их третий друг сегодня куда-то ускакал, пообещав вернуться.



— Может, и к лучшему, — Татьяна сама взяла у продавца бутылку с водой и вернулась за столик. — У меня концерт завтра. Первый. Дебют. Мне два билета дали для своих. Вот, вручаю.



— Зайнур не обидится, что его не пригласили? — Лиза покосилась на Алиджона.



— Не обидится. Таня его на свой следующий концерт пригласит. Мы ж не знали, что "его непоседливость" изволит отбыть в неизвестном направлении. Ч-чёрт. Не пожалели перца в этот раз. Лиз, плесни мне водички. И давай, доедай своё. У нас ещё две пары впереди.



***



Вечером живот заурчал, как застрявший в болоте трактор. Ночь и почти весь следующий день прошли в коротких перебежках между комнатой и туалетом. Ближе к вечеру, зря понадеявшись на всеми любимое "самопройдёт", Татьяна грустно потянулась к телефону.



***



— Мда-а, — фельдшер взял из рук девушки градусник. — Попала. 38,6. Да плюс все сопутствующие пищевому отравлению неприятности. В больницу, конечно, не повезу, дома лечись, но на завтра вызову участкового врача. Он назначит лекарства. Купишь. Дней за 10 вылечишься.



— Какая больница? Какие 10 дней? Мне сейчас надо! У меня концерт через три часа! Меня люди ждут!



— Ничего. Люди без тебя на концерт сходят, а ты телевизор посмотришь.



— Да это мой концерт! Я выступаю! У меня шоу сегодня! Я певица! Ну, сделайте что-нибудь!



— Да что ж я тебе сделаю? — искренне удивился фельдшер. — Разве что памперс дам. В машине где-то в детском наборе есть. А пока давай уголь активированный глотай.



Фельдшер протянул юной певице горсть чёрных таблеток.



— Не надо мне уголь! И памперс не надо, — девушка готова была расплакаться. — Мне в семь вечера уже на сцене надо быть.



— И что ты на сцене делать будешь? Петь и… — тут фельдшер запнулся, подыскивая подходящее слово. Приличного слова не нашлось. — … и всё остальное? Причём всё одновременно? Отличное будет шоу. Народ попадает от восторга и запаха. В общем так. Бери телефон, звони, кто там у вас главный? Вот ему и звони, отменяй свой концерт. Можешь, конечно, всех домой пригласить. На квартирник. Но, по-моему, петь из-за закрытой двери туалета, сидя на унитазе, под гитару и шум сливающейся воды, тоже не вариант. Да не реви ты. Не сегодня, так потом споёшь. Мир не рухнул. У тебя всё ещё впереди.



***



Утром был врач и понавыписывал кучу таблеток. Улучив паузу между бурей и затишьем в течении болезни, Татьяна помчалась в аптеку. На обратном пути ноги зачем-то занесли её в любимую забегаловку.



— Привет! — Зайнур сверкал в улыбке белоснежными зубами. – Алиджон звонил, просил извиниться, что они с Лизой не пришли на твой концерт. До тебя не дозвонились. Говорит, дела. — Зайнур веселился и трещал, как заводной. — А какие у них дела? У них только любовь на уме. Наверное, любовь помешала.



— Да. Наверное любовь, — машинально повторила Татьяна, прислушиваясь к возвращающейся в живот буре.



— И я говорю. Если бы мне билет дали, я бы точно пошёл. Никуда бы не поехал. А тут ни себе, ни людям. Ну, ничего. Я на следующий твой концерт приду. У тебя ведь ещё концерты будут? Будут! Значит, у меня ещё всё впереди.



— Да, – всё так же машинально повторила Татьяна и, посмотрев, как Зайнур ловко уплетает только что приготовленную шаурму, добавила: — У тебя всё ещё впереди.



Автор:


Дмитрий Беляков


Фельдшер скорой помощи

Показать полностью
241
Детская стоматология
37 Комментариев  

Добра тебе! Много историй от медиков и я тому не исключение и вот вам моя история.
Работал я в детской стоматологии одно время. Не сказать, что стоматология самая обычная. Это заведение находилось между общим наркозом и адекватными детьми.... Можно сказать так, если у нас не получалось вылечить детей, то они шли под общий наркоз. Да звучит странно, но когда смотришь в рот ребёнку 5 лет, а от молочного прикуса у него ни чего не осталось, все,, сгнило,, задаешься вопросом, а их родителей вообще не смущает тот факт, что у их чад не осталось зубов в таком возрасте??? Я не буду рассказывать о конкретном ребёнке их было очень много, я расскажу то что у меня осталось шрамом на памяти! И так, топ 5!
1. Место в моем топ 5 занимает яжемать которая до 6 лет кормила ребёнка грудью, объясняя это тем, что пока оно есть надо кормить.
2. Место. Это мамаша которая ребёнку за один вылеченный зуб подарила айфон, на тот момент 4s. Уточню, ребёнку 4года, он в садик ходит! Я в 4года жрал песок!!! Ну не суть. Этот отпрыск просек, что можно на этом на варится и каждое посещение, что-то вымогал у матери
3. Место. Гадалка которая нас всех проклинала пока мы лечили её избалованную особу. Это походил на изгнание дьявола если честно. Таких стонов моя нервная система не испытывала!
4. Место. Детеныш который разговаривал на чистом мате. Именно в тот день, когда он сел в кресло, я понял что мои познания в мате ничтожны!!! Он не просто выкрикивал отдельные слова, он выражался целыми предложениями. Смысл его слов сводился к одной фразе, которую он озвучил уходя.,, Вам всем ПИЗ... Ц приснится!,,,
5ое место я отдам адекватному папаше, который зашёл в клинику со словами,, простите меня!,, следом мама заносит ребёнка, который орал на всех и махал всеми частями тела, пытаясь вырваться!
Это малая часть всего, что я увидел там, но были и хорошие дети! Но статистика такова если ваш ребёнок, с самого детства не может освоить простых прицепов поведения, то за эту оплошность будите отвечать вы, пусть и в старости, но вы хлебнете по полной.
PS: всем детским врачам надо поставить памятник при жизни! Это святые люди!

923
Правильную профессию выбрал!
101 Комментарий  

Пришлось как-то с другом ездить в больницу (побили хулиганы))). Приезжаем в приемное отделение больницы, а там дежурный травматолог - "Пробейголова С.П." Другу как-то сразу стало легче!)

Правильную профессию выбрал! моё, Профессия, вопрос, врачи, юмор, фамилия, больница

Второе фото взял с интернета))

Правильную профессию выбрал! моё, Профессия, вопрос, врачи, юмор, фамилия, больница

Мне вот другой стало интересно некоторые специально под своё имя выбирают профессию?)

3106
Коротко о моем протезисте
93 Комментария  
Коротко о моем протезисте
424
О врачах и молитвах
63 Комментария  

Вспомнилась одна история из детства. Собрана она частично из моих личных воспоминаний, частично из рассказа бабушки.

Когда мне было 5-8 лет, меня регулярно отправляли в Кременчуг к бабушке с дедушкой на все лето. И каждый раз приезжая к ним, недели через 2-3 прибывания я попадал в больницу с кашлем и соплями. Уже потом, когда мне исполнилось лет 12, вскрылось, что у меня аллергия на ВСЁ подряд включая амброзию, которая так удачно росла рядом с их домом. И вот в очередной раз меня увозят в уже знакомую поликлинику посреди ночи. Ок, привык. Утром был удивлён обнаружив на соседней койке приятеля по двору. Имени его я конечно же не помню, но пусть будет Вася. Как оказалось, пару дней назад у Васи разболелся живот и его бабушка в лучших традициях решила не вызывать скорую а попробовать исцелить внука сама, включая походы в церковь.... Как вы сами понимаете, идея была паршивая и только когда Вася уже начал орать как резаный ему вызвали скорую. Оказалось- воспаление аппендикса который уже немного надорвался, думаю вы понимаете чем такое чревато если во время не прооперировать. В случае с Васей всё закончилось хорошо, но на всякий случай решили пару дней подержать под наблюдением. Все это время его бабушка носилась по тем же церквям ставя свечки и читая молитвы. И вот, через денек заглядывает глав-врач проверить Васю, интересуется как тот себя чувствует, говорит, что скоро выпишут и т.д. И вот не знаю, что было в этот момент в голове у бабушки, но выдала она примерно такую фразу "Слава богу внучек, видишь, дошли мои молитвы, уберег тебя господь от лукавого". Ответ врача убил всех присутствующих "Уважаемая, еще 1 благодарность богу или его упоминание в моем присутствии и я вас выписываю, и можете потом хоть молитвами его лечить, хоть святой водой".  


Вот такие бывают люди, сразу вспоминается фраза "Когда беда приходят, зовут армию. Когда беда уходит, благодарят бога". Нет, не имею ничего против религий, но как же сука бесит, когда люди приписывают профессионализм врачей или доброту людей к результатам молитв или помощи неведомых высших сил.

939
Мать не послушалась медиков и довела ребенка до реанимации
170 Комментариев  

Как сообщило липецкое СМИ, мать с больным ребенком отказалась от госпитализации, потому что испугалась, что её положат в коридор с ребенком, а она того не желала. А мужу показалось, что медики вымогают деньги либо халатно относятся.


https://medrussia.org/4165-medikov-i-dovela-rebenka-do-reani...


В реакцию Lipetskmedia обратился муж горожанки с просьбой разобраться в ситуации.


«Помогите, пожалуйста, в больнице происходит непонятно что, то ли вымогают деньги, то ли халатное отношение персонала. У меня сейчас нет возможности приехать, а жена не знает, что делать», - заявил супруг журналистам.


Как выяснилось, днём мать вызвала ребенку «скорую», которая привезла их в инфекционную больницу.


"Медсестра посадила меня с малышом в бокс, велела раздевать ребенка и дала градусник", - рассказала липчанка, добавив, что подслушав разговор медиков, сделала вывод - малыша и молодую маму хотят положить прямо в коридоре.


Медсестра вернулась в палату и не смотря на то, что температура оказалась 36,6, предложила госпитализацию. Однако мать подписала "отказные" бумаги и уехала домой, где ребёнку через несколько часов стало ещё хуже. Тогда мать решила вызвать педиатра.


Пришедший на вызов врач зафиксировал хрипы и порекомендовал срочно вызывать "скорую". Бригада медиков снова прибыла на тот же адрес и увезла мать с пациентом обратно в инфекционное отделение.


"Врач осмотрел малыша и сразу направил его в реанимационное отделение. Я не смогла лечь вместе с Тимофеем, так как дома меня ждал старший ребенок, да и сама я болею. Когда Тимофея положили в реанимацию, я поехала домой за вторым сыном", - рассказала мать больного ребенка.


В свою очередь ситуацию прокомментировала главный врач инфекционной больницы Лилия Сиротинкина, проведя внутреннее расследование. По её словам возникла некая заминка из-за того, что ребенок у матери без единой прививки и медикам пришлось ломать голову - куда же их положить?


- Когда речь идет о таких детях, мы всегда стараемся лишний раз перестраховаться. Лучше выписать ребенка на следующий день, если будет все в порядке, чем потом лечить запущенную болезнь. Мы предложили Полине палату, где не было санузла. Других палат на тот момент не было. Положить их туда, где были свободные места, мы ее не могли, так как у ребенка нет прививок. А по правилам привитые и непривитые дети содержатся отдельно, - говорит главный врач клинической инфекционной больницы Лилия Сиротинкина, добавив, что горожанка что-то недопоняла на счёт коридора.


"Девушка услышала разговор про коридор и почему-то решила, что мы положим ее там", - пояснила Лилия Сиротинкина, призвав всех родителей слушаться врачей.

Мать не послушалась медиков и довела ребенка до реанимации врачи, Мама, инфекция, прививки, длиннопост
Показать полностью 1
34
В этом мире еще не все потеряно
10 Комментариев в Котомафия  

Такие люди определенно попадут в рай без очереди...

1873
Агрессивная мамаша довела педиатра до инсульта
170 Комментариев  

В Челябинске педиатр областной больницы №2 Светлана Столяр попала в реанимацию после выезда на осмотр к ребёнку. Как сообщили в медучреждении, матери пациентки показалось, что врач неправильно лечит и сначала заперла педиатра в квартире, а затем грубо вытолкала в коридор. От стресса у 53-летней женщины случился гипертонический криз, приведший к инсульту. Сейчас она находится в реанимации.


Источник: https://medrussia.org/4108-insulta/



– Светлана Борисовна приехала на вызов осматривать ребенка, – рассказал заведующий станцией детской неотложной помощи ОКБ №2 Владислав Волков. – Мама пациентки осталась чем-то недовольна и сначала не хотела её выпускать из квартиры. Тогда врач позвонила по мобильному диспетчеру и сообщила, что её заперли. После этого наш диспетчер услышала в трубке какой-то шум. Потом водитель рассказал, что педиатр вышла из подъезда в плохом самочувствии. По рассказам, мама ребёнка вытолкала её из квартиры, при этом надела ей на голову спецодежду. Светлану Борисовну довезли до неотложки, вызвали полицию, скорую.


По словам родственников, Светлану Столяр в понедельник планировали перевести в палату, однако сегодня приняли решение оставить женщину в реанимации. Коллеги сообщили о случившемся в полицию.


В пресс-службе УМВД Челябинска подтвердили, что такое обращение было, сейчас по нему ведётся проверка.

Агрессивная мамаша довела педиатра до инсульта врачи, челябинск, Медицина
1400
Ручка врача
32 Комментария  

Моя жена беременна и сегодня мы впервые пошли делать ультразвук, и такая ручка была у врача

Ручка врача беременность, врачи, Ручка
592
Как я оказался в реанимации. Часть 2
133 Комментария  

Продолжение поста http://pikabu.ru/story/kak_ya_okazalsya_v_reanimatsii_499735...

Как я оказался в реанимации. Часть 2 перелом челюсти, врачи, больница, операция, боль, Новокузнецк, длиннопост

Моё самочувствие наконец стало лучше и пришло время написать продолжение всей истории.


Вот я и остался один посреди тёмной улицы. Боль в челюсти такая, что был готов зареветь. В скорую и полицию не получалось дозвониться. В итоге я вызвал такси, сломанным ртом промямлил куда подъехать и ждал. Таксист прежде чем тронуться, невозмутимо сказал мне "Сперва оплатите". Для меня это было пиздец. Потому как боль раздавалась по всему черепу. Довез меня до отделения, и туда же за мной приехал наряд полиции, который я сумел вызвать уже из такси, они же и вызвали скорую. Оттуда меня повезли в челюстно-лицевую хирургию, сделали снимки и когда врач сказал что у меня перелом, я чуть сознание не потерял. Никогда ничего не ломал в жизни, а тут такое. Дальше только смутные воспоминания, про то как меня оперировали. Как фиксировали челюсть, провели шинирование и зашивали рот.


Помню как врач просил у медсестры тонкие перчатки, на что она сказала что это последние остались. Говорит им такие не выдают, и она ходит ворует их в других отделениях. Меня смутило все это. Я почувствовал какую-то неловкость от ситуации, и сказал что дам им денег на перчатки, только спасите меня, что после двухчасовой операции и сделал. На удивление врач посчитал что мне можно идти домой, сказал встать на учёт в поликлинику и там лечится. Весь следующий день я проспал дома, только к вечеру позвонил следователь и попросил приехать написать заявление. Из больницы сразу отправили сигнал и произошедшем. У дознавателя я рассказал все как было, все с самого начала. Мне сказали что посмотрели камеры внутри боулинга, но ничего не нашли. Теперь будут все остальные камеры смотреть и потом мне позвонят. Прошло уже почти две недели, до сих пор не знаю что с моим делом.  Ещё через день я встал на учёт в местную стоматологию от больницы, о чем сильно пожалел. Мне вырвали зуб, сказали что там гной. В итоге последующий снимок показал что у меня киста и её нужно оперировать. Почти неделю я ходил в эту поликлинику и врач из кисты пыталась выдавить жидкость, потому что она не даёт челюсти срастаться.

Как я оказался в реанимации. Часть 2 перелом челюсти, врачи, больница, операция, боль, Новокузнецк, длиннопост

Всю неделю я колол мощные обезболивающие. Самым эффективными оказался Дексалгин. Каждые 4 часа по уколу, хотя по инструкции можно только 2 раза в день. Ну что поделать...боль такая что проще сдохнуть было, чем терпеть. Первые три дня отказывался от приёма пищи, питаться нужно было через трубочку. И вообще нахлынула глубокая депрессия. Я собирался съездить в Красноярск к любимой, но не вышло из-за всего этого. Мы живём в разных городах. Все из-за работы. Но это личное)

И вот местный врач отправил меня в главную больницу города, к заведующему челюстной-лицевой хирургии. Ехал я туда без особой надежды, но как оказалось напрасно. Игорь Аркадьевич едва взглянув на мои снимки сказал что требуется экстренная операция и отправил меня домой за вещами. И вот в среду меня положили, а в пятницу провели почти трехчасовую операцию. Условия содержания в больнице замечательные. Все есть. Медперсонал очень заботливый. Не знаю как в других городах. Но теперь я наконец стал гордится Новокузнецком. И вот настала пятница, день операции. Прямо из палаты меня положили на лежачую каталку, и увезли в операционную. Там одели шапочку на голову и на ноги мешки. Засунули в ноздри какое-то лекарство, ввели систему в вену и говорят. Сейчас вы отключитесь. Я только начал говорить "Я уже чувст....", как уснул. Буквально за 3 секунды меня вырубило. Проснулся и началась паника, слёзы...ласковые медсестры успокоили меня и увезли в палату. Я не смог лежать и бродил, снова боль. Через 3 часа она утихла...а на следующий день у меня как бы парализовало почти все тело. Это отходняк от наркоза, прошёл на 3 день. Ну, не знаю что ещё сказать. Сейчас у меня нижняя губа и подбородок онемели и я их не чувствую, во время операции вырвали ещё один зуб, так как он запал в десну из-за удара. Сегодня сделали снимки, скоро скажут что дальше. Возможно это ещё не все...


Всем верных друзей, подруг и хороших врачей.

Показать полностью 2
48
На последнем совещании
16 Комментариев  
На последнем совещании
389
Что этот дед принимает?
31 Комментарий в Все о медицине  

Рассказ не мой, взят с просторов. Но история занимательная:)


Заканчивался приём в частной клинике и оставалось каких-то 15 минут и я уже была на лёгком старте,как внезапно администратор просит принять бабушку 85 лет,вот срочно,дело горит. Я уже мысленно в голове переиграла все от гпэ до выпадения,заходит такая скромная бабушка с дедушкой. Предлагаю мужчине выйти,чтобы мы могли поговоритьш. Соглашается,выходит. Бабушка страдает тугоухостью и минут пять пытаюсь собрать жалобы воедино,но ничего кроме "болит,дочь,там вот,болит",я не могу из бабушки вытянуть. Бабуля оказалась очень простой и видя мое недоумение просто встаёт,спускает штаны,белье и показывает на НПО. Предлагаю пройти на кресло,очень ловко в свои 85 она забралась,расположилась,осматриваю, опушение задней стенки,к моему удивлению даже атрофического вульвовагините не было,беру мазки,молча сажусь заполнять карту и жду,когда бабушка выложит все по-хардкору. Чуйка не подвела. Через несколько секунд девушку прорвало:"вы понимаете, спим мы вместе, ну секс (именно через "е "),а у него большой такой,мне не всегда удобно и даже натирает. У меня как муж то помер,я с этими то и связалась,а ему каждый день надо,а спросить хотели,в какой нам позе то лучше сексом заниматься? Давайте я его приведу и мы вам покажем,в какой позе нам больно,а вы скажете,что у нас не так." Я несколько раз теряла дар речи напрочь,пару разу я слабо возмутилась и предложила помощь сексолога в данной проблеме. И вроде бы даже сходили,и по прежнему периодически вижу,как держатся за руки и хихикают. Не знаю уж что это было,но по моему очень даже забавная старость. Мне стыдно стало аж,что я живу так скучно)

68
Свечка. ( Всё не влезет, остальное в комментах ).
15 Комментариев  

Конский каштан цветет интересно. Выпустив зеленые ладони дольчатых листьев, унизывающие ветки и образующих плотную крону, он осторожно, недоверчиво вытягивает тонкие стебли, которые украшают набухшие бутоны. И ждет. Еще очень ранняя, капризная весна, в море ревут штормы, швыряя свинцовые волны на седой от пены берег, по устью реки чайки сбиваются в стаи, ветры – морские и горные, проносясь с бешеной скоростью и сшибаясь над промерзшим городом, рвут верхушки деревьев, опасно креня их набок. Каштан ждет, он умеет ждать. Потом ветры успокаиваются, обманчиво затихают, дают подступающему теплу ненадолго, лишь на денек-другой, прокрасться по улицам – а потом, когда багровое солнце скрывается, с моря наползает туман, зыбкий, вязкий, пропитанный морской солью, нещадно жрущий белые и розовые лепестки доверчиво распустившейся алычи. Каштан не поддается на провокацию, стебли дрожат в мглистом сыром воздухе, но бутоны остаются тугими и сжатыми.

Да, апрель. И курортный город, и море рядом, и солнце днем уже начинает припекать, заставляя людей сдергивать куртки с плеч – но каштан не обмануть. Он точно знает, когда, разорвав завязь, выпустить из бутонов белые, пряно пахнущие, цветочки, одевшись этими «свечками», словно новогодняя елка. И вот только тогда – можно уже смело говорить, что весна наступила.


- Кира, - позвала я.


Моя фельдшер мотнула головой – подожди, мол, стояла все, вдумчиво изучая ветку.


- Ты там что, в юннаты решила записаться?


Кира молодая еще девчонка, слово «юннаты» ей вряд ли знакомо.


- Нет, Афина Николаевна, - раскрасневшись, отрапортовала фельдшер, возвращаясь обратно к машине. – Просто…


Краснеет, что ли?


- Ты чего?


- Ну… - точно, щечки моей напарницы были точь-в-точь как две зрелые помидорки, даже сейчас, в неверном свете фонаря. – Примета такая есть, знаете?


- Нет, - усмехнулась я, дописывая карточку. – Какая?


Половина второго ночи, восемнадцатый вызов. На станцию диспетчер вернул только один раз – в вечернюю пересменку, двадцать минут у нас было на обед (в восемь вечера, ага), а после – снова, вызов за вызовом. Давление, температура, головная боль, жидкий стул, температура, головная боль, семейная ссора. Рутину разбавило ДТП – без пострадавших, поэтому – с дикими криками и изображением умирания от обоих его участников перед нами и прибывшим экипажем ДПС. Снова температура, и вот, последний вызов с поводом «болит живот». Восемнадцатилетняя девушка, альгодисменорея, настойчивые допытывания, не бывает ли беременность от орального… контакта с ее молодым человеком. Сорок потерянных минут на вызове, категорический отказ от обезболивающей инъекции, требования выдачи справки, нудное объяснение, что «Скорая помощь» справок, больничных, свидетельств о расторжении брака и наградных листов не выдает. Что-то, подозрительно похожее, на «у-у-у, б…ди» в наши уходящие спины от пациентки. Стоим вот на набережной реки, в тумане, я пишу карточку, а моя Кируня, ежась от ночной промозглости, разглядывает ветку каштана – одного из тех, кто почетным караулом украшает всю набережную, почти до самого моря.


- Говорят, если увидишь, как "свечка" распускается – влюбишься удачно, - тихо, так, чтобы не слышал водитель, произнес мой фельдшеренок.


Я смерила ее взглядом. Вот куда смотрят наши станционные… да вообще любые, черт бы их побрал, мужики? Кира мала ростом, может – слегка полновата в бедрах, но ее пухлые губки и наивный взгляд сквозь длинные ресницы, пробивающийся сквозь густую челку, способны в таком вот тандеме разоружить любого. И как человек она – просто замечательна, добрая, отзывчивая, приятна в общении, меня, несмотря на то, что оба фельдшера, и работаем уже почти полгода вместе, зовет только по имени-отчеству… вам чего надо еще, спрашивается? Да, я уже в курсе – были у нее на станции два романа, оба неудачны, оба раза ее бросили, оба раза Кира рыдала в бригадной комнате, я ее утешала (кто ж еще!), давала какие-то нелепые советы… мне ли их давать, на самом деле.


Один раз она, собравшись с духом, задала вопрос, который, думаю, хотела задать очень долго – стукачей на станции хватает. Все, кто работал со мной, мне его задавал обязательно, разными вариантами – от нагло-развязного до просто любопытного, уже привыкла… Я ответила искренне, даже подвела ее к стене гаража и показала выщербину от пули. Да, Кира. Был врач, он меня любил. Я его бросила ради другого. Его убили. Потом меня бросил этот другой, ради которого я бросила Егора. Да, я это помню. Еще вопросы будут? Кируня, всхлипнув, обняла меня, прижавшись мордашкой куда-то в живот форменной куртки. Помню, тогда я, растерявшись, молча гладила ее по голове, по кокетливому венчику, в который она каждый раз убирала перед сменой свои волосы, и молчала, скользя взглядом по увитой плющом стене, чувствуя, как в груди что-то грызет стальными зубами мое сердце.


Наверное, после этого Кира и стала моей постоянной напарницей по бригаде. Как-то спонтанно – ни я, ни она нашего старшего фельдшера об этом не просили. Потому что, если бы попросили – точно бы не поставила, Костенко – та еще дрянь. Как-то, лет шесть назад, сказала ей, что мне нравится с Мясницким работать (врач, шикарен на любом вызове, реаниматолог по специализации) – тут же сдернула меня с пятнадцатой бригады. С Кирой – просто повезло, видимо, потому, что обе как-то отмолчались.


- Влюбишься еще, дурочка, - устало сказала я, заканчивая писать. – Тебе двадцать лет, вся жизнь впереди!


- Вот не начинайте! – фыркнула Кира, мгновенно ощетиниваясь – забавно так, губки сжаты, кулачки тоже, сейчас, понятно, обрушит на меня поток заранее уже заготовленных пустыми зимними вечерами аргументов, что все мужики – козлы, любви – не существует, рожать надо для себя, а сахар – на дне, и поэтому надо смаковать свои неудачи….


- БРИГАДА ТРИ, ТРЕТЬЯ – РОМАШКЕ!


- Третья на связи.


- ВЫ ОСВОБОДИЛИСЬ?


- Только что, - соврала я, скосив глаза на планшетку, лежащую на коленях. Три недописанные карты. Двадцать минут, если писать быстро, и зевать не так часто.


- ВАМ ВЫЗОВ – РАХМАНИНОВА, ДВАДЦАТЬ ТРИ, У ДОМА. ИЗБИЛИ. ВЫЗЫВАЕТ ОЧЕВИДЕЦ.


Замечательно.


- Приняли, «Ромашка».


- Едем, Афин? – спросил Василий Игоревич.


- Едем, едем, куда ж мы денемся. Кира?


Фельдшеренок мой снова сбежал – опять, перегнувшись через декоративно подстриженные кусты остролиста, разглядывала ветку каштана. Вот же ребенок, прости, Господи.


- Кира!


С неохотой оторвавшись от созерцания зеленых бутонов, девочка хлопнула дверцей, забираясь в салон.


- Вам-то хорошо, вы замужем… - донеслось до меня сзади.


Взревел двигатель машины.


- А по заднице? – произнесла я, не поворачиваясь. Кира что-то неразборчиво буркнула сзади.


Замужем… да уж. Врагу не пожелаешь…


Перед нашей машиной, сменяя друг друга, мелькали сонные улицы курортного города, залитые желтым светом фонарей, иногда перемежающегося темными полосками переулков и оранжевыми всполохами светофоров на пустых перекрестках. Ранняя, сонная, капризная южная весна, чтоб ее. Мерзкие, сочащиеся моросью, дождливые дни, тяжелые багровые закаты, дерущие душу разливами красок над беснующимся, еще холодным, в отличие от воздуха, гневным морем, свинцовые тучи, ползущие по хребтам гор, промозглые ветры, налетающие неожиданно, сдирающие тонкий слой тепла с едва начавшей дышать земли. Как меня угораздило здесь оказаться вообще? Однако – живу вот…


Замужем. Нашла ты, чему завидовать, Кируня.


Я обернулась. Мой фельдшеренок дулся, демонстративно отвернувшись в сторону дверей, нахохлившись в крутящемся кресле, закутавшись в толстую, не по размеру, форменную куртку с нашитыми светоотражающими полосками.


Что ей рассказать? Как разубедить? Юношеский максимализм – явление непобедимое, недаром львиная доля маньяков, героев и революционеров оживали аккурат в возрасте моей Киры. Для них мир все еще четко делится, как в шахматах, на черное и белое, и ходы должны быть последовательны, и правила – незыблемы, и победа – безусловна. Или все, или ничего – да? Или любовь до гроба, или ненависть – до него же…


Машина свернула с Красноармейской на Виноградную, заложив вираж и скользнув колесами по линии разметки. На лобовое стекло штрихами легли первые капли дождя - беглого, едва начавшегося и тут же закончившегося.


Понимаю тебя, зайка. Разуверившись в окружающем мире – начинаешь верить в мир выдуманный. В приметы, в знамения, в прорицания, гороскопы, статусы в социальных сетях… во что угодно, лишь бы верить. Уж не знаю, кто тебе рассказал про распускающиеся «свечки» каштана – я вот точно про такое не слышала. Да, цветет он, помню. Живу рядом, и даже из окна вижу длинный ряд деревьев, унизанных белыми треугольничками по ветвям. Неужели это действительно – к любви? Может, если бы я, в свое время, не поленившись выйти из дома, постояв часа так три у ветки, увидев, как нежные лепестки рвут тугую завязь бутонов, не ушла бы от Егора, не прошла бы всю эту дрянь последующих пятнадцати лет, не вышла бы замуж за…


- Вон, встречают, - выдернул меня из тягостных мыслей голос водителя.


Да уж, встречают... У поворота на Рахманинова – шатающаяся фигура, периодически опасно ныряющая всем телом в разные стороны, ухитряющаяся при этом курить. Оптимистичное начало.


- Куда? – поинтересовался водитель, останавливаясь.


Худой юноша, заросший щетиной почти до бровей, какое-то время изучал борт нашей машины, после чего навел резкость и вздернул голову вверх.


- "Скорая помощь", - раздельно произнес Василий Игоревич. – Вызывал, братец?


- Эта… - встречающего снова качнуло, он ухватился за открытое окно, влив в салон мощный запах водочного перегара. – Там… короче… там…


Краем уха я слышала, как сопела носом Кира, которая, забыв обиды, прильнула к окошку в переборке.


- Где – там? Показать можешь?


- Идиннннна…. – досадливо мотнул головой юноша, после чего забыл о нашем существовании, сделал несколько шатающихся шагов прочь, прильнул к дереву, уперся в него гнущимися руками, сгорбился, и затрясся, оглашая ночь звуками опорожняемого желудка.


- Орел, твою мамку. Афина, может, полицию дернем, потом поедем, а? Там, похоже, пьянь мертвая. Зайдете сейчас – потом не отмашетесь.


- Дернем, дернем, - произнесла я. – Поехали, Василий Игоревич. Вдруг – пырнули кого-то, кровью истекает. Пока полицию ждать будем, истечет. Тогда точно – не отмашемся.


Водитель покачал головой, тронул машину. Да, я старшая по бригаде, мне решать… однако Василий наш Игоревич отработал втрое больше моего, знает, чувствует. Жаль, что это официально в карте вызова не напишешь.


- Игоревич, вы, если что, ждете?


Водитель кивнул, не отвечая, пока санитарная машина ныряла по всхолмиям бетонной дороги, ведущей в недра переулка Рахманинова – длинного, запутанного, разветвленного до номеров с длинной дробью и домов без номеров вообще. У меня на телефоне, на кнопке быстрого набора, его номер, первый же звонок, даже без слов – он связывается с диспетчерской, вызывает наряд полиции. Были уже случаи.


Поворот. Частный дом – очень частный, судя по здоровенному забору из силикатного кирпича, украшенному поверху черепицей. Стальные ворота нараспашку, двор на три машины – пустой.


- И кого ж тут избили, интересно? – пробормотал Василий Игоревич. – Афинка, тела видишь?


Я тяжело вздохнула, открывая дверь. Сзади с шорохом открылась дверь салона, Кира, сжимая оранжевый ящик, выбралась наружу, кутаясь в куртку.


Мы опасливо пересекли двор, ожидая собачьего лая и броска натасканных на нежданных гостей животных. Не было – и на том спасибо. Леночка с девятнадцатой бригады до сих пор не одевает юбку летом – три рваных шрама на бедре никак не служат украшением для девушки.


- Афина Николаевна, - негромко произнесла Кира.


- Да?


- Не хочу туда идти.


Кажется, у меня что-то в груди лопнуло, распуская жгуты, стянувшие внутренности с того самого момента, как мы увидели встречающего.


- Договорились, Кир. Топай в машину, если что…


Я осеклась, натолкнувшись на горящий взгляд.


- Просто поделилась, - холодно сказала девочка, отпихивая меня, и распахивая здоровенную, отделанную палисандром, дверь.


Пропустив моего фельдшеренка, я зашла следом. Огромная комната… гостиная, наверное, полыхающий камин, белая лохматая шкура, судя по размерам – мамонта, брошена на пол, вся залита красными пятнами и усыпана осколками стекла. На стенах – большие фотографии, в изящных рамках, изображающие некого красавца, преимущественно с голым торсом и рельефной мускулатурой, с оттопыренной вверх челкой, позирующего на фоне пирамид, минаретов Анталии, пещер Афона, подпирающего рукой падающую башню в Пизе.


- Явились…. с-суки? – раздалось справа.


Мы обе обернулись.


Красавец был в наличии. И так же – гол по пояс, разодранные лохмотья некогда белой майки болтались в районе бедер, демонстрируя нам выпуклые мышцы плеч и груди, хрестоматийные «кубики» на животе и крупные вены, струящиеся по развитым рукам. Правую щеку украшают четыре, набухшие бусинами засохшей крови, царапины. Дикие, выпученные глаза, пронизанные красными прожилками, блуждающий взгляд. Запах алкоголя резал ноздри.


- «Скорая помощь», вызывали? – произнесла я, стараясь говорить твердо и отрывисто.


Не помогло.


- Выыызывалы…. – передразнивая, протянул красавец, приближаясь. – Вызывалыыы, вызыва…


Он громко икнул.


- Ч-ччччто… п-падлы… вас ждать..?


Я быстро обвела комнату взглядом. Помимо разбитой бутылки явно дорогого вина, увидела кровь на белой коже дивана, разодранные лоскуты, бывшие некогда нижним бельем, обвисшие на его спинке, опрокинутую тумбочку, разбросавшую стоящую на ней керамическую мелочь, ныне рассыпавшуюся по полу битой крошкой, учуяла гарь – и увидела опрокинутый и расколотый кальян, чьи угли успели прожечь в паркете некрасивые черные дыры – аккурат рядом с изогнутыми и раздавленными ногами свечами, выбитыми из канделябра. Свидание, видимо. Неудачное. У любимого сына некого влиятельного папы – смешно думать, что на такой дом этот юнец заработал бы своим тяжким трудом на макаронной фабрике в три смены.


- Давайте, рану вашу посмотрю, - Кира потянулась к вызывавшему.


- Шшшто ты?!


Короткий рывок – юнец сгреб фельдшера за воротник куртки, сильно дернул на себя, и (я зажмурилась), как в американских боевиках – сильно ударил головой в лоб.


Мерзкий хрустящий звук, словно кто-то переломил толстую ветку….


Кира, тонко вскрикнув, упала на пол – прямо на дорогую шкуру у камина.


Я дернулась вперед – и замерла. Страшное, дикое существо, по недоразумению названное человеком, напружинившись, играя вздутыми мышцами, оскалилось на меня.


- Тебе т-тоже влупить, с…ука?


- Можете влупить, - спокойно, разделяя каждое слово, произнесла я, не сводя глаз с лежащей Кируни. – Я вижу – вы это можете, в любой момент. Я мою напарницу подниму, ладно?


Главное в такой ситуации – не смотреть в глаза. Срабатывает обезьяний инстинкт «Х@ля смотришь?» - проверено.


- Подниму, потом вам помощь окажу, хорошо?


Кира стонала, по переносице из рассеченной раны на лбу стекала густая струя крови.


Все также, не глядя на вызвавшего, я опустилась на одно колено, приобняла моего фельдшера.


- Тихо, родная… тихо….


- Аф… фина… Ник…


Девочка икнула, ее щеки залились бледностью, вздулись…


- ААААА! ПАДЛА! – рванулся на нас вызывающий. Даже в мыслях не могу назвать его пациентом.


Помню, как упала. Помню, как огнем вспыхнула левая щека и глаз – куда пришелся удар, повезло – ладонью, не кулаком. Лежа на полу – дорогом, инкрустированном паркетом, каждая из паркетин которого стоит куда больше, чем моя съемная квартира, я не сводила ненавидящего взгляда над нависшего надо мной ублюдка.


- УБЬЮ НАХЕР! УБЬЮ! – заорал он. Видимо, не мне. Видимо, той, которая оставила свой разодранный пеньюар на его диване, и расцарапала ему физиономию. И за которую он сейчас мстит мне, Кире и всем женщинам вообще.


- Молодец, - негромко сказала я. – Все правильно сделал. А девочку – давай подниму? Она кровью истекает, ковер тебе запачкает, отмывать потом – денег потратишь. Оно тебе надо?


Ругань в ответ, злая, но, спасибо богам виноделия, невнятная, без направления на двух фельдшеров "Скорой помощи". Поднявшись, чувствуя, как горит лицо, я снова приподняла голову лежащей Киры. Фельдшеренок дрожал всем телом, глаза полузакрыты, переносица и левая щечка густо измазаны кровью, горло дергается спазмами, можно даже без пальценосовой пробы и определения нистагма понять – сотрясение головного мозга. Как минимум.


Сильный толчок в плечо.


- Что, с-сука, зависла?! Лечить к-кто будет? Э?!


Лечить.


Здоровенного пьяного самца, только что избившего двух девушек.


Ни грамма не сожалеющего об этом – ни сейчас, ни завтра, когда проспится. Так, осадочек неприятный останется, не более. А дальше – богатый папа обязательно проблему решит, поскольку все богатые папы, так или иначе, знакомы с главным врачом станции скорой помощи. Или с тем, кто этого главного врача главнее. И через них убедить какого-то там фельдшера, что он сам упал на вызове, ударившись о собственный кулак – раз плюнуть.


Тьма примеров тому.


- Я буду, я, родной. Кто же еще…


Одна рука на запястье, вторая – скользит по шее, как учил Василий Игоревич, в прошлом – инструктор самбо. Сдавить узел, аккурат за кивательной мышцей, сдавить и слегка скрутить пальцами, как гайку… я, оскалив зубы, вонзила ногти, разрывая ими холеную кожу сыночка богатого папы.


Он взвыл – но не упал, как должен был. Уж не знаю – или дядя Вася мне не все рассказал, или я как-то не так этот узел сдавила… Рухнул на одно колено, хватаясь руками за горящее огнем плечо, забился, заорал.


Я бросилась к дверям.


Слышала, как он несется следом, мешая матерную ругань со стонами боли. Рванула на себя дверь. Дверь была заперта. Замок, наверное, такой хитрый – изначально обученный всех впускать, никого не выпускать.


Он меня повалил, я ощутила смешанный запах перегара, лосьона для бритья, липкий запах пота подмышек, меня ожег один удар кулака, второй, третий… в ухо мне что-то ненавидяще ревело…


Как-то я ухитрилась вырваться. Не помню – как, помню лишь, что затрещал рукав раздираемой куртки. Вскочив, я неловко пнула все еще лежащего выродка промеж ног, неуклюже, едва не упав снова. Но попала – спасибо мальчишкам, с которыми я в детстве играла в футбол.


Пока он выл и катался по полу, сжимая ладонями пострадавшее «наследство», я, хромая и часто моргая (глаз, по которому пришелся удар, нещадно слезился), рывком подняла напарницу с пола. Укладка, опрокинутая на бок, осталась на полу… черт с ней. Трясущимися руками я дернула ручку двери, поворачивая замок. Один раз, второй. Глухо. Дверь оставалась неприступной.


Сзади неслись угрозы нас порвать, расчленить, скормить собакам.


Я навалилась всем телом на дверь, рванув ручку на себя и снова лихорадочно крутя замок. Что-то щелкнуло.


Дверь открылась.


Такой вот забавный нюанс – богатый дом, а замок заедает, надавливать надо…


Мы вывалились на улицу – в лицо пахнуло сыростью. Кира висела на мне мешком, тихо стонала. Двор. Его надо пересечь. Очень быстро.


Я пнула дверь ногой, захлопывая.


- Пойдем, родная, быстренько.


Даже в свете фонаря я видела, как бледно личико моей напарницы. Дышала она хрипло, с натугой, словно выталкивала спертый воздух из легких. Сотрясение – гарантированно, про что-то более паршивое я даже думать не хотела. Только не Кира. Кто угодно, но не она. Господи, если ты где-то там есть, и все это наблюдаешь сейчас, сделай хоть что-то полезное – не дай моей девочке загрузиться!


Мы почти одолели половину двора, когда ноги у фельдшеренка подломились, и она тяжелым кулем осела на бетон, бессильно скользя разжавшимися пальцами по моим рукам.


Я рывком задрала ее голову. Пустой взгляд взгляд, отвисшая нижняя губа… обычно кокетливо поджатая, а ныне – украшенная следами крови, стекавшей из разбитого носа.


- Василий Игоревич! – заорала я. – Помогите!


Больше звать некого. Есть же соседи, уверена – но ни один из них, наблюдающий сейчас за нами из-за занавесок, не бросится на помощь, даже если буду меня тут будут резать на куски. Помнится, даже на пятиминутке нам заведующий говорил: «Если вас бьют на вызове, не кричите «Помогите». Никто не кинется, уж поверьте. Кричите «Пожар!», погромче, поистеричнее. Когда их собственной безопасности угроза – выскочат, как бог свят. А там уж…».


Послышались торопливые шаги моего водителя – он возник в проеме ворот, бросился к нам.


- Голову ей держите, рвет!


- Держу, - коротко ответил водитель. – Как, Афина?


- Ударил он ее! Держите, я сейчас!


Оставив их обоих – водителя, согнувшегося над лежащей Кирой, я бегом понеслась в машину, там у меня, в ящике, есть небольшой резерв. Рывком распахнула дверь, не включая света, нашарила дверцу ящичка, картонную коробку в нем, выдернула ее. Прыжком из машины, бегом обратно, на этот проклятый, залитый равнодушным светом фонарей, двор.


Упала на колени, достала из нагрудного кармана фонарик, задрав веки девочки, поочередно направила его луч ей в глаза. Зрачки одной формы… на том спасибо… глазки зафиксированы, не плавают из стороны в сторону… сотрясение? Не ушиб мозга, не субдуральная гематома, не субарахноидальное кровоизлияние?


Василий Игоревич покорно придерживал голову Кируни, пока я, разодрав упаковку со стерильными салфетками, очищала одной из них ротик моей напарницы, грубо, жестко оттопыривая пухлые губки, чтобы добраться до рвотных масс. Голова фельдшеренка безжизненно лежала на ладонях водителя, беспомощно, жалко моталась… голова куклы, манекена, муляжа… кто поверит, что менее чем двадцать минут назад эта девочка доверчиво и наивно разглядывала ветку каштана, дожидаясь, пока распустятся цветы? Чтобы наконец-то влюбиться и найти себе мужчину на всю жизнь, чтобы забыть одинокие вечера и сгорающие впустую закаты, бесконечную череду самооправданий и обратившихся в пыль надежд на новый день, новую неделю, новый год…


- Нашатырь!


Переложив голову Киры в одну ладонь, они у него здоровенные, водитель подал мне пакетик с нашатырной салфеткой. Выкрыв его, я провела мокрой, источающей резкий запах, тканью под вздернутым носиком, затем по вискам. Задержала снова под ноздрями.


Кира закашлялась, задергалась в наших руках.


Слава Богу.


Жива, дурочка. Не свалилась в кому, не выдала судорожного припадка, не завалила давление… хотя насчет последнего надо бы еще убедиться. Я потянулась за тонометром, обычно лежавшим в правом кармане куртки. Обмерла. Карман пуст. Нет ни тонометра, ни металлической коробочки с наркотиками. Выпал, видимо. Пока помощь оказывали безвинно пострадавшему.


- Афинка? – коротко спросил водитель.


- Тонометр, Игоревич, - хрипло, чужим голосом, произнесла я. – И наркота. Все там, у этого…


- Этого? – Василий Игоревич, не отпуская Киру, мотнул головой.


Чувствуя, как внутренности сжимаются в ледяной комок, я обернулась.


Дверь нараспашку, силуэт в проеме – здоровенные плечи, куда больше, чем мне показались сначала, наклоненная голова, как у быка, готовящегося ринуться в атаку, оскаленные зубы…


- Тихо, разберемся, - коротко произнес водитель.


Вызвавший, шатаясь, в несколько шагов одолел разделяющее нас расстояние. Наверное, что-то хотел сказать – емкое, едкое, бьющее точно в цель формулировкой, но отуманивший мозги алкоголь этому воспротивился. Он просто заревел и бросился.


Я сжалась, закрывая собой Киру. Ударит, черт с ним, лишь бы не ее…


Василий Игоревич, худой, сутулый, в толстой клетчатой рубашке навыпуск, торчащей из-под синей куртки с надписью «Скорая помощь» на спине, встал перед ним.


Зажмурившись, я ждала звука падающего тела и последующего удара.


Дождалась. Что-то, заматерившись и глухо взревев, шмякнулось – словно большой кусок сырого мяса упал с высоты. А вот удара все не было.


Открыла глаза.


Красавец лежал на полу двора, уже мокром от начинающей опадать росы, уткнувшись физиономией в холодный бетон, и надрывно выл. Его правая рука, неестественно вывернутая, торчала вверх.


- Скандалим, сынок? – спросил водитель, удерживая ее за запястье. Как-то несерьезно так удерживая, даже не сжимая пальцев – однако лежащий не делал попыток вырваться, лишь что-то ревел, возя губами по бетону.


- Девочек бьем? – всегда доброжелательный, а теперь – какой-то чужой, тяжелый голос нашего водителя перебил вой. – А твоя мамаша, если она у таких вообще бывает, не учила тебя, что так делать нельзя?


- … ля… нах… завтра… курор… тебя… в… опу… - глухо промычало снизу.


- Да что ты? – удивился водитель. – Прокурор? Меня? Ты такой герой, да? На девчонок – с кулаками, а как мужиками поговорить – прокурора вспоминаешь сразу? Так слушай меня, крысеныш…


Я, обняв лежащую, прижав ее к себе, как наседка – цыпленка, беспомощно смотрела на них.


Василий Игоревич повернулся ко мне.


- В машину – обе! Живо. Я тут… постою пока. Потом пообнимаетесь. За тонометром твоим и сумкой схожу, не переживай.


Торопливо кивнув, я затормошила замершую Киру.


- Кись, ну давай, давай, не надо сейчас грузиться… Встаем, встаем!


Веки девочки затрепетали, задергались, губки сложились в «утиную гузку» - кажется, я всегда ее ругала за это… как давно это было, буквально два часа назад, когда Кируня сделала очередное фото себя, выложив его на свою страничку в сети, в тщетном ожидании письма от Того Самого, кому это понравилось.


Я сдавила салфетку, почти вталкивая ее в нос девочки.


- Вставай, Кируня. Я тебя одна не допру, родная. Давай…


- Я… что? – тихо, обморочным голосом проснувшегося, спросила моя напарница. – Афина Никола…? Где… там? Вызов, да?

Показать полностью
534
Немного из " Злого медика ". Очередная подборка.
25 Комментариев  

Медик - это профессия данная богом. Непонятно только - за какие грехи.



****


Держи ноги в тепле, голову в холоде, желудок в голоде, фонендоскоп на шее, папку под мышкой, наркоту во внутреннем кармане.



****


Убить человека легко. Спасти - в сотни раз сложнее. И почему-то за первый вариант платят куда больше, чем за второй.



****


- Ваша дата рождения?


- 53-й год


- Полностью скажите дату.


- Тысяча девятьсот пятьдесят третий год!



****


Несравненное чувство, когда качаешь больного в квартире, а рядом сидит и пристально на тебя смотрит его бойцовский песик.



****


Приемный покой. Психиатрия. Стою возле крыльца, общаюсь с врачом скорой (только пациента оформили), подходит парень, с виду вполне обычный:


- Доктора? Психиатры?


Киваем.


- Не поймаете!


И уносится в сторону кустов, где с треском исчезает.


Стоим, смотрим в след... Неуловимый Джо...



****


Поступает бабка с вполне жизненной ситуацией - подскользнулась, упала, трещина таза и множественные гематомы по всему телу (ушиб всей бабки, как обычно говорят). Далее диалог:


- Бабуль, на что жалуетесь?


- У меня, милый, жопа болит! Очень болит!


Пауза...


- Бабуль, а почему она болит то? Что случилось?


- Дык упала, милок.


Пауза... Еле сдержался чтобы не уточнять на какой предмет упала.


- Бабуль, а где еще болит?


- Дык, милок, везде болит. Но жопа очень, очень.


- Бабуль, а поконкретнее?


- Дык, ктож ее, жопу то разберет. Да и виш какая она большая то у меня. Везде болит.


Хотел поставить диагноз "полная жопа". Сдержался...



****


Поступил дедушка, 102 года, выглядит лет на 70, в ясном уме, весь такой опрятненький, культурный, красноречив. Так он говорит:


- Мне бы еще пару-тройку лет пожить, у внучки кредит, доплатить мне его надо, сама не справится одна...



****


В 2013 году была у нас пациентка. Принимал ее я, определил в острое женское отделение. Диагноз - тяжелый депрессивный эпизод с психотическими симптомами. Причина депрессии - она работала медсестрой в педиатрии и у нее "на игле" скончался ребенок от анафилактического шока.



Она себя настолько обвиняла в смерти малыша, что это переросло в самобичевание, проскакивали бредовые идеи, что если она умрет - это спасет ее от греха убийства. Ее пытались лечить амбулаторно, но тщетно. Депрессия конкретная, выраженная - была суициидальная попытка, пыталась повеситься - муж внезапно вернулся с работы - вынул из петли. После попытки единственным выходом был стационар. С ней работали психиатры, психотерапевт, психолог.



И вот, после трех недель с момента госпитализации, на оперативки дежурный докладывает, что пациентка... Повесилась! Шок? Даже не знаю...



Обстоятельства таковы: дело было вечером, санитарка оставила швабру в туалете для пациентов и пошла попить чаю. Пациентка, улучив момент, заперлась в туалете, подперев дверь стулом. Швабру положила на кирпичные перегородки между унитазами, накинула на нее поясок от халата... И все.



Естественно - полиция,, убитый горем муж, куча объяснительных, выговоров, сотрудников вызывали в прокуратуру. Нелепо и жутко. Пациентка с депрессией совершившая суицид в психиатрическом отделении.... Это говорит и о тяжести состояния, и о трудности в подборе терапии, вряд ли о непрофессионализме - у заведующей тем отделением 28 лет стажа было и она подобные случаи не раз выводила.



Самый главный вывод - того, кто действительно решил "уйти" удержать очень трудно. И даже опытные психиатры и сильнейшие препараты порой бессильны перед установкой человека на самоуничтожение...



****


Дежурство в Пасху обычно тяжелее дежурства в Новый год. Ведь те, кто усердствовал с Великим постом, точно так же усердствуют с яствами и напитками в Пасху, и получают благодать божью в виде острых панкреатитов, холециститов и непроходов.



****


В однокомнатной квартире, женщина 42, перепила, повод "слабость, головокружение".


- Вам света от телевизора хватит? А то дети спят.


И это ты о детях вспомнила? Когда пила, ты о них думала?



А наш любимый дядя Вася - вообще отдельная песня! Мне уже не нужен ни адрес, ни повод, ничего.


Мне хватает просто "Заедь к дяде Васе". Его все, блять, знают! И такие есть в каждом городе.


У нашего - ИБС, стенокардия, ГБ, ДЭП. Но кроме ДЭПа по факту нет ничего.


Когда я впервые его увидел, это был измученный болезнью старик, задыхающийся, бледный. А потом коллеги научили - не стучись, заходи потихоньку и сразу в комнату. И чудо, что же я там увидел! Дядя Вася стоит в трусах посреди комнаты и с довольной улыбкой смотрит "Дом-2.


При виде меня хватается за сердце, падает на диван (одним движением сразу же в позу ортопноэ), натурально задыхается и просит сделать хоть что-нибудь.


Чудодейственный физраствор по вене в количестве 10 кубов моментально привел его в чувства.



****


Пока фельдшер скорой варит вашему ребенку пожрать, осматривает ваш мозоль, дает рекомендации по поводу температуры 37 или давления 131/91, при "вашей норме" 130/90, где-то реально в экстренной помощи нуждаются люди!



****


С вашими спровоцированными жаренными котлетками обострениями холециститов и гастритов в разгар рабочего дня, вы сами в состоянии дойти до врача!


С "кажется сломанным пальцем" вы без проблем дойдете до травмпункта.



****


Я чётко слежу за своей половой жизнью, но периодически на дежурствах узнаю, что давал какому-то мужику!



****


Для посетителей женских консультаций.



Дамы, девушки, женщины, то что у нас там все одинаковое, не даёт вам права врываться в кабинеты " только спросить, подписать, забрать, посмотреть" по большей части это касается дам за 50, вы лезете в своей волосатой перхотной шапке мне за ширму!


Бабушки, которые пришли к 8 утра, когда приём по записи начинается с 12- вас не пропустят, "вдруг окошко" не случится. НЕ надо лезть к девушкам с советами и рассказами типа "а у нас на селе/ я троих родила/ой дай пузю потрогаю, жалко ли для бабушки?"



Если вы пришли не одни, а в частности в сопровождении своих бесчисленных и любимых родственников, убедите ваш табор вести себя тихо и не восклицать что "щастие то какое, Ленка нам унучика подарить!!!" И не заглядывать всей толпой в кабинет с вопросами: "чавой так долго?"



Если вы пришли с мужчиной, подготовьте его к тому, что в ЖК висят статьи и картинки. Его восклицания : "какой уродец, смотри!!!" И " Ахаха, это че, смотри как яйца/похож на этого, из звездных войн! Эт че матка да? А че с ней


?" И уж точно не : " гляди какое пузо у неё, и смотри, смотри оно дёргается там внутри! "


Тем более не стоит держать его под крылом на немногочисленных скамейках, когда у вас срок 12 недель, а рядом стоя корячится девушка на 36ой. Давайте уважать друг друга. ( это же касается 1500 родственников, которые занимают места просто вас морально поддержать)



А ещё не занимайте мужьями и родственниками очередь куда либо, ибо это скандалы и тд, вы ещё не вышли из дома, а ваш благоверный аки рыцарь защищает вашу очередь зайти, не пуская никого вокруг.


Учите детей не стоять под дверью и не вбегать в кабинеты с криками, и не носится по коридору размахивая конечностями и вопя. Потом не придётся краснеть под осуждающими взглядами.



Учитесь уважать друг друга и врача, не стоит обмениваться байками как рожала ваша тётя Света и что подруга порвалась, ребёнок умер, все сдохли, настал апокалипсис.



И отключайте звук у мобильного телефона, и говорите тише, врач работает сосредоточено, а из-за ваших оров в трубку "здесь не ловит, не слышна! и я у гинеколога, а?! Да три бабы передо мной, ага!!!" Не слышно ни врача, ни врачу.


И ещё, пожалуйста мойтесь, можно умереть только от " душка " после некоторых дам. Врачу сидеть в ароматном кабинете около 6-8 часов.


Я не врач, я пациент, и я даже не представляю как тяжело с такими людьми, даже если они других пациентов докапывают, то врачей и подавно.



****


Здравствуйте. Меня зовут Анна, мне 28 лет. Я работаю гиней. Лечу девчоночек утриками и дюфиками. Избавляю от болезненных месиков. Стимулирую овульку. И вообще, после посещения женского форума я узнала о себе много интересного.


А чем занимаетесь вы?



****


Просыпаюсь ночью, а возле меня голый мужик. Соскочила как ошпаренная, в голове вопрос - почему я возле больного сплю??? А в реанимации все больные голые. Осмотрелась, всё норм, я дома... возле мужа.



****


F10.4 или "Пополнение коллекции".



Заурядный алкогольный делирий на фоне хронического алкоголизма второй стадии.


Пациент: водитель-дальнобойщик. Был извлечён «скорой» из придорожного кювета, куда улетел на угнанном грузовике. Всех травм – синяки и ссадины («Богу – и тому такие не нужны» - подытожил опытный фельдшер).


Как вы думаете, уважаемые коллеги, какова тематика зрительных обманов? Черти, змеи, тараканы, чудовища? Нет! Банально и старо!


ФЕИ! Маленькие феи с радужными крылышками за спиной танцевали на капоте мчащегося черт знает куда грузовика, порхали по кабине, садились пациенту на плечи…


… и ангельскими голосками угрожали вырвать ему яйца.



Двухметровый дядя, восемь классов образования. В доме ни одной книги. Ну, откуда в этом проспиртованном мозгу взялись феи? Неужели этому грязному, опухшему существу когда-то читали Андерсена?



Ладно, сантименты в сторону. Это ещё один экземпляр в мою коллекцию. Паразитологи собирают глистов и прочих тварей, а я - обманы восприятия. Пока феи занимают почётное второе место. На первом – зелёные крокодильчики, которых клиент «извлекал» у себя из ануса. Они, сволочи, там скреблись и царапались…



На сегодня всё, друзья мои! Пукайте, какайте, отхаркивайте мокроту - ни в чём себе не отказывайте, главное - не болейте!

Показать полностью
606
Интерлюдия.
51 Комментарий  

Ночью меня схватили за горло. Подло, без предупреждения. Стиснули, пережав поток воздуха, который и так едва поступал через нос, забитый слизью после недавно перенесенной простуды. Точнее, не поступал – я, грешу, дышала ртом, несмотря на все мамины строгие наказы.



Я закричала, забилась, скатилась с кровати, больно ударившись коленками о паркетный пол – то есть, мне показалось, что я закричала. На самом деле мое горлышко извергло разве что жалкое скрипящее нечто. Слава Богу, мама уже знала – грохот и скулящие звуки для нее не были новостью и шоком. Дальше ночь сливалась в сплошную суету в квартире – рев крана с отвернутым вентилем горячей воды, густые клубы пара, наводняющие узкий, три на два, санузел «хрущевки», наш синий тазик, в котором я любила пускать кораблики – он пихался мне под ноги, и мама погружала эти самые ноги в обжигающе горячую воду



. Я пыталась выть, пока она, искоса поглядывая на меня, высыпала соду из бело-оранжевой картонной коробочки под тугую струю горячей воды, бьющей в ванну. В ванной комнате становилось мерзко, душно, я вырывалась, била ее по рукам, потом отползала к унитазу, благо, он был рядом, перегибалась через него – и мамина рука была тут как тут, с черенком от ложки (Господи, как же я ненавидела эту металлическую ложку, ее черенок и его мерзкий привкус), он давил мне куда-то глубоко в горло, сдавливая язык и заставляя желудок сокращаться так, что меня перегибало повторно. Меня вырывало. И я начинала голосить.



Орала так, что, казалось, шатался простенький советский розовый кафель на стенах санузла, и дрожало стекло в окошке, соединяющим ванную с кухней. Ненавистная ложка тотчас же исчезала, женщина рядом из злой ведьмы превращалась в добрую и заботливую маму, обнимала меня, гладила по мокрой от пота голове, шептала слова утешения – а я продолжала орать, пинала ее ногами, кричала, что ненавижу, не прощу, никогда не прощу…



Помню, по двери несколько раз бабахнул удар кулака. Папа, пьяный и злой, как всегда, требовал тишины и «угомони своего щенка». Это было словно окончание ритуала. Я успевала понять, что сейчас, прооравшись, я снова могу дышать, пусть и с хрипом, но – могу, что мама, как бы она меня не мучила, сейчас съеживается и трет синяк на предплечье, потому что будить папу нельзя, иначе… нет, он не тронет меня. Но почему-то всегда после таких моих ночных концертов мама, забирая меня из детского сада, все время молчала и носила платья с длинным рукавом. Даже летом.



Я оказывалась на кровати, стоящей на балконе – это была моя маленькая комната, пусть и отделенная от комнаты родителей окном во всю стену. На распахнутом окне на улицу, забранном волнистой решеткой и увитом виноградом, уже шевелилась под вялыми толчками ночного бриза мокрая белая простыня, а моя подушка была взбита и приподнята, чтобы я не лежала, а полусидела. Спрыгнув с маминых рук, я забиралась на кровать, чувствуя в глотке жжение от недавней рвоты и свистяще дыша, скрючивалась, замирала, слыша, как она уходит из дома. Телефона у нас в квартире не было, он был с торца нашей «хрущевки».



На некоторое время в квартире воцарялась тишина, прерываемая храпом и сонным матом ворочающего на постели папы.


А потом приезжал Аршак Суренович.


Квартира, тусклая и скучная, сразу преображалась, словно внезапно, среди ночи, зажглась новогодняя елка – которую я так любила наряжать, и ждала этого гораздо больше, чем самого Нового Года.


Сначала открывалась входная дверь, впуская ночную прохладу, мамин запах духов, а потом – запах Моего Доктора.


- Таааааааак! – раздавался густой бас, и долговязая фигура в белом халате возникала в проеме узкой двери на балкон. – Снова Лилька! Опять Лилька! А кому сейчас ата-та?



Я переползала по кровати, кидалась к нему, цеплялась за халат, пахнущий чем-то химическим, резким, медицинским, поднимала ручки, просясь выше. Аршак Суренович все прекрасно понимал, усаживался, поддергивая полы, прямо на простыню – и я тут же забиралась ему на колени, обнимала за жилистую шею, утыкалась носом в нее… и жаловалась, жаловалась, жаловалась. Помню грустно улыбающуюся маму, стоящую у дверей, помню трели сверчка, живущего под нашим балконом (он находился на цокольном этаже), помню самый любимый на свете запах – крепкого табака, резковатого одеколона, чуть-чуть – мужского пота и усталости, и сладкий запах конфет, которые он возил с собой всегда. А еще я любила слушать его голос – гулкий, густой, как гудение пчелиного улья, с едва заметным армянским акцентом, смягчающим согласные на конце. Почему-то мне это смягчение безумно нравилось, и, когда я не болела, я пыталась разговаривать именно так.



Мама меня одергивала. Папа на меня орал. Мама плакала. Я перестала.


- Так, понятно, - заключал Аршак Суренович, выслушав меня. – А теперь – рубашку долой, попой ко мне, и не скулить.


Как зачарованная, я стягивала с себя ночнушку, позволяла холодному кругляшу фонендоскопа касаться моей спины, терпела, пока он перемещался сверху вниз, с одной стороны моей спинки на другую, сжимала кулачки, стараясь не пискнуть, чтобы не обидеть Моего Доктора.


- В легких чисто. Как давно температура началась?



Мама пускалась в объяснения. Я сидела на кровати, слушая их разговоры, подпрыгивая от нетерпения, желая тоже вставить слово, хотя и понимала – оно будет лишним. Звучали незнакомые термины, несколько раз было произнесено страшное слово «больница» (мама обычно становилась ужасно некрасивой в этот момент – у нее сжимались губы и впадали щеки, а между бровей обозначалась глубокая морщина), потом разговор как-то нормализировался, прозвучало «аптека» (после этого слова я расслаблялась и позволяла себе вытянуть ножки на простыню – меня никуда не заберут), дальше слова врача становились уж совсем непонятными и скучными (ничего мне не говорило это их «глюкокортикоидные гормоны» и «антигистаминные»), я начинала зевать…



- Лилька.


- Да, дядя Аршак?


- Давай снова попой ко мне.


- Иииииииииииии… - начинала тонко подвывать я – негромко, чтобы не разбудить папу – и осекалась, видя, как его пушистые усы начинали ползти вниз.


- Я т-тебе! – мотал он узловатым пальцем для убедительности, после чего проворно набирал в шприц лекарство, откупоривал флакон и прижимал к его горлышку ватный шарик.


- А-а… не больно? – дрожащим голосом интересовалась я. Как всегда. Ожидая один и тот же ответ всегда.


Аршак Суренович внезапно хитро улыбался, подмигивал мне левым глазом, словно намекая на что-то, что знает только он и я – и я, не в силах удержаться, подмигивала ему в ответ.


- Да как комарик кусь, - ухмылялся он. – Кусь так – и все.


Сжимая кулачки, я укладывалась на кровать, ощущая скольжение мокрой и холодной ваты по ягодице, напружинивалась, стискивала зубки…



- Ну-ну-ну. Так не пойдет. Лилька, ты про мотылька помнишь?


- Поооооомню, - сквозь сжатые зубы выдавливала я.


- Что помнишь?


- Все помню.


- Расскажи, ну! – повышал голос доктор.


- Мотылек летал в лесу, - повиновалась я, комкая простыню. – И увидел он осу. По… по…


- Подружилась с ним оса, - подсказал мамин голос.


- Подружилась с ним оса, - осмелев, добавила я. – И теперь, вот чудеса! – и оса, и мотылек…


Зажмурившись, продолжила:


- И подружка, и дружок!



Укола я даже не почувствовала. Легкое касание, почти мимолетная боль, сначала острая, потом давящая, пока лекарство впитывалось в мышцу, а потом я вообще о ней забыла, вплоть до того момента, когда ко мне снова влажно прикоснулась пропитанная спиртом вата. Да, я знала, что у Моего Доктора, как всегда ему в таких случаях говорила мама, «легкая рука». Что она имела в виду – не знаю. Руки у него всегда были сильные, покрытые бугорками мышц, и он легко одной из них приподнимал меня на весу, когда я просила. А я просила всегда! Он меня качал, пел мне песенки, густым милым басом, негромко, но звучно, и я, обнимая его за шею, мечтала, чтобы именно Аршак Суренович был моим папой… а не тот человек, который за окошком моего балкона вполголоса матерился, ворочаясь в постели.



Потом он уходил – а я не хотела, чтобы он уходил, ревела, топала ножками, цеплялась за пахнущий крахмалом халат, бежала за ним до самой прихожей, стояла у дверей, дожидаясь непременной жесткой ладони, гладящей меня по волосам, слов «Лилька, пока – и смотри у меня болеть!», дежурно кивала, потому что кивала всегда, махала худой фигуре, исчезающей в дверях подъезда, рукой, пока мама, мягко отстранив меня, не закрывала нашу дверь.


- Мама, а дядя Аршак еще приедет? – спрашивала я, пока мы шли обратно на балкон. Папа храпел – громко, трескуче. В комнате моих родителей стоял лютый кислый запах перегара.


- Надеюсь, что нет, - отвечала мама. Грустно.



Она укладывала меня в кровать, слишком большую для шестилетней девочки – другой у нас не было, и я непременно начинала ерзать, сучить ногами, сдвигая с себя одеяло. Мама терпеливо его поправляла, гладила меня по лбу, бегло касалась его губами, проверяя на наличие температуры.


- Спи, Лиля.


Я засыпала. Всегда засыпала.


До следующего раза.


До следующего приступа.


Вплоть до того самого, когда дядя Аршак не приехал.



Приехала другая доктор – молодая, уставшая, вошла, шатаясь, села рядом, поздоровалась бегло, едва слышно.


- Ясно. Ложный круп. Инъекцию гормонов сделаем, и надо в больницу.


- Не хочууууууууу! – привычно завопила я.


- Без больницы никак? – дрожащим, незнакомым голосом, спросила мама.


- Сейчас – никак, - холодно сказала педиатр. – По закону – никак.


- Эти ваши законы… - негромко произнесла мама, поворачиваясь к тумбочке.


- Мои законы?! – зло произнесла врач. Голос ее окреп и зазвенел. – Мои? Я, вашу мать, что ли, жалобы строчу? Я статейки пишу? Я людей, которые в педиатрии больше, чем я живу – сажаю, как урок последних?!


Последнюю фразу она выкрикнула. Я, скорчившись на кровати, сжав мое одеяло с мишками, расширенными глазами смотрела на нее.


Мама замерла.



- Вы… зачем так?


- Собирайтесь в больницу, - чужим, хриплым голосом произнесла доктор, поднимаясь, сгребая планшетку, на которой была карта вызова. – И живее – вызовов еще до черта.


Она задержалась в дверях, сверкнула глазами:


- А то ж врачи-убийцы хер куда спешат! Чаи только гоняют…


И пропала.


Мы поехали в больницу – в грохочущей, пугающе огромной машине скорой помощи, я и мама, скорчившись на лавочке у носилок. Я подвывала и просилась домой, мама – сжимала мою руку и что-то шептала.


Теперь я знаю – что.



- Лилька, домой идешь, нет? – спросила Аня.


Я игриво вильнула головой, позволяя каскаду каштановых волос хлестнуть по лицу Вадика. Который все прекрасно понял, его загребущая рука скользнула с моей талии вверх, сжимая грудь – несильно, но показательно.


- Эх вы… - с досадой произнесла Аня. С наигранной такой досадой. Ну – или почти с наигранной. Знаю, знаю – на Вадика она глаз тоже положила, подруги – они такие. Даже знаю, что плела ему про меня всякое. Шлюха, на учете в психдиспансере состояла, папаша-алкаш, бил мать и насиловал меня детстве. Все знаю. Спасибо другим подругам – просветили.



Мы сделали ей ручкой, синхронно, и Аня устремилась домой, старательно выписывая ягодицами, затянутыми в джинсовые шорты, восьмерки. Видимо, надеялась, что Вадик все же смотрит вслед.


Бульвар кончился, перед нами раскинулась приморская набережная. Нависшие сосны над головами, опорная стена из розового мрамора, брусчатка, желтоватый мусор игл под ногами. Легкий бриз, налетающий со стороны Новороссийска, прохладный и агрессивный, бьющий мягкими лапами по разгоряченной после прогулки коже. Милый такой закуточек тут – сверху сосны, справа и слева – повороты, скрывающие нас от гуляющих ночных клубов «Линза» и «Корсар», удачно погасший фонарь рядом. И небольшой парапет – округлый, окрашенный в белое, слегка шершавый за счет грунтовки. И очень удобный, когда двум молодым людям возникает возможность пошалить, а слово «мотель» - было и остается понятием заграничным.



Я оперлась об этот самый парапет, слегка изгибая спину – только слегка, без намека. Почти. Однако Вадик все понял слишком примитивно, тут же облапил мои бедра, прижал к себе.


Я высвободилась.


- Не надо, Вадь. Не сейчас, ладно?


- Почему? – удивился он.


- Не знаю, - прошептала я.


Мы помолчали, он отстранился. Обычно в такие моменты я кидалась ему на шею – к дьяволу то, что мы всего-то три месяца встречаемся! Но не сейчас.


- Чего ты занервничала, Лиль? Из-за этого козла, что ли?



Мускулистая рука моего молодого человека указала на сгорбленную фигуру, выдвигающуюся из-за поворота. Худой, лысый, едва переставляющий распухшие ноги, одетый в рванину, в руках – изодранный желтый пакет из «Магнита», забитый до отказа вещами, видимо – то, что у него есть из имущества.


- Подожди сек, сейчас я разрулю!


Вадик выгнулся, демонстрируя выпуклую грудь и развитые руки, мотнул головой, давая шанс оценить объем и напряжение кивательных мышц.


- Пшел отсюда, сучара!


Слова сопроводились звонким пинком. Бездомный упал, роняя пакет и пластиковую коробку, которую он держал в руках. Денежная мелочь со звоном разлетелась по брусчатке.



- Да что же ты делаешь?! – закричала я, отпихивая его и падая на колени перед упавшим. От него разило – именно разило, но в тот момент я этого даже не почувствовала.


- Лиль, да чего ты..?


- ЗАТКНИСЬ!


Я схватила лежащего за руки:


- Вы… как?


- Нормально…


Нормально. Угрюмое лицо, густые усы, переходящие в нестриженную бороду, легкий акцент. И едва заметный аромат крепкого табака.


- Аршак Суренович?


Бездомный молча пытался вырвать свои руки из моих.


- Аршак Суренович?! Это вы?!



- Лиль! – громыхнуло за спиной. – Ты чо, рехнулась? Отпусти этого урода, подцепишь че…


Вскочив, я, не целясь, заехала ему по лицу – один, второй, третий раз. Чувствуя подушечками пальцев, как вздрагивает кожа на его лице – та самая, которую я только что украшала поцелуями.


- Скотина! Дрянь! Выродок!


- Ты что?! – заорал Вадим, заслоняясь рукой. - Крышей поехала?!


- ПОШЕЛ ВОН!


То, что мой возлюбленный, мотнув еще разок головой, ринулся прочь – я увидела лишь мельком. Как нечто маловажное, мимолетное.



Ночной бриз взвыл, набирая обороты – как всегда, в это время суток. Сосны зашумели, они были к этому привычны, затрясли иглами, обронили чешуйки, в воздухе запахло смолой.


- Вы… вы… - лепетала я, обнимая лежащего мужчину. – Как же вы… почему так?


Он отстранялся, словно стесняясь, вытягивал мои пальцы из своих, заскорузлых ладоней, отворачивался, не хотел говорить.


- Помните меня, Аршак Суренович? Морской переулок, соплюшка с ложным крупом? Мама вас еще всегда встречала у трансформаторной, и подъезд такой - спускаться надо? Неужели не помните? А… песенку про мотылька помните? Мы же ее всегда пели, когда вы меня кололи?



Звонко плеснула волна – одна, вторая, потом гораздо сильнее - о камни третья. Начинался прилив.


- Девушка, вы, наверное, ошиб…


- Мотылек летал в лесу, - громко и зло начала я, вытирая слезы свободной рукой. – И увидел он осу.


Солнце село. Только этого и ожидая – зажглись фонари, по всей набережной.


- И оса, и мотылек…


- И подружка, и дружок, - едва слышно раздалось рядом. – До сих пор помнишь, Лилька? Столько ж лет прошло…



Дальше – как в тумане. Помню, как целовала небритые щеки Моего Врача, как лепетала какие-то нелепые слова оправдания, как пыталась разгладить его грязную одежду, отскоблить ногтями грязь с нее, как уткнулась, словно в детские годы, в его шею, и разревелась, а его ладонь, такая же жесткая и сильная, гладила меня по шее и волосам, утешая.


- Дядя Аршак… я вас так ждала, так… ждала…


Он молчал, угрюмый, истерзанный жизнью, худой, воняющий кислятиной человеческого пота.


- Почему вы не приехали?


Повернувшись ко мне, он на миг блеснул той же озорной улыбкой, которой я подмигивала всегда:


- А побоялся, что ата-та тебе уже давать поздно. Выросла. Оглобля. И не нужен тебе детский доктор уже...


- Вы мне всегда нужны! - упрямо мотнула головой я, не отрываясь от него.



Фонари на набережной на миг моргнули и засветили во всю мочь. Ярко, сильно, освещая молодую девушку, обнимающую бомжа. Зрелище-то! Хоть на обложку.


Да пошли они все!


Я, аккуратно, насколько это вообще возможно, как хрустальную вазу, приподняла дядю Аршака, обняла его за плечи, с удовольствием ощущая, что я могу выдержать его вес. Как некогда он мог выдержать мой – баюкая меня на руке.


- Дядя Аршак, а вы хотите котлеток? Вкусных. Мама их сегодня сделала.


Он не ответил, просто обвис на мне, вцепившись худыми пальцами в мое плечо.


Мы пошли по направлению к ротонде, где начиналась дорога. Там была стоянка такси.


Я набрала маму (папаша, царство ему небесное, уже лет шесть как отжил), поговорила с ней. Ровно пять минут. Больше не понадобилось.



Такси уже стояло перед нами.


- Лилька… может, пойду я?


- Я вам пойду! - нарочито грубо ответила я, размахивая перед ним пальцем для убедительности – так, как некогда он размахивал передо мной. – Я вам так пойду, Аршак Суренович, мало не покажется! Дома уже постель готова, мама покушать сделала, на стол поставила!



Мой Доктор стоял передо мной – мокрый, грязный, уставший. Бездомный. По его щекам текли слезы.


Я аккуратно, пальцем, вытерла их.


- Никуда вы не пойдете, дядя Аршак.


Помолчала.


- Поехали домой. Пожалуйста.



* * *



© Copyright: Олег Врайтов

Показать полностью


Пожалуйста, войдите в аккаунт или зарегистрируйтесь