С тегами:

армия

Любые посты за всё время, сначала свежие, с любым рейтингом
Найти посты
сбросить
загрузка...
468
Армейские лайфхаки
57 Комментариев  

Прочитав пост ( http://pikabu.ru/story/kak_sbezhat_iz_armii_4943000 ) вспомнил рассказ отца.


Далее с его слов:

Служу уже полгода, многих знаю, некоторых сторонюсь. Вечером после строевой ко мне подходит парнишка киргиз и говорит: "Не хочешь откосить от армейки?", ну я человек не привередливый и жизнь в армии для меня как сказка (отступление, отец мой родом из Армении, из глухой деревушки, 4 брата и 3 сестры, еды было не много, да и в доме котором они жили был не такой уж и пиздатый), кормят, одевают и жилье нормальное. Одним словом, послал. Через 2 недели его увезли в госпиталь, а еще через неделю отправили домой, так как ему ампутировали руку. Киргиз этот порезал руку и засунул в рану волос свиньи, обмотав все бинтом. Через неделю рука начала гноится. После этой ситуации всех "салаг" проверяли на порезы. Многие получали пиздюля, даже если порез был не глубокий.

Где-то через год появился еще один парнишка, который решил откосить. Ничего лучше не придумал, как выпить воду и закусить хозяйственным мылом. Через час ему стало плохо и увезли в госпиталь. К вечеру узнали что еле откачали, а через неделю увезли в психбольницу, так как потерял рассудок и не понимал что говорит и делает.


Морали нет, дебилы есть.

28
Рассказы штурмана Игоря Жилина (ч.7)
3 Комментария  

Часть #1 Часть #2

Часть #3 Часть #4

Часть #5 Часть #6

Корабли постоят


На пути в Анадырь в пятницу после обеда мы благополучно приземлились в Толмачёво — это аэропорт Новосибирска. Ехать в город за семнадцать километров мы не собирались. Решили поужинать в ресторане аэропорта. Как говорил наш командир эскадрильи:


— Экипажи военно-транспортной авиации опасны только в первые три дня командировки. Пока у них деньги есть. Потом их хоть голыми руками бери.


А поскольку у нас был только второй день, мы решили гульнуть. То есть скромно поужинать без излишеств. Ну что для таких орлов пара бутылок водки на семерых?


Ансамбль, игравший в ресторане, намётанным взглядом определил в семи молодых военных командировочный экипаж. Музыканты, убедившись, что мы успешно уговорили заказанное спиртное, стали посвящать нам свои песни, раскручивая на деньги. В то время были популярными песни Высоцкого. Командиру корабля особенно нравилась песня со словами:


— Корабли постоят и ложатся на курс, но они возвращаются сквозь непогоду…


Аппетит пришёл во время еды - заказали ещё пару бутылок. Раза три командир посылал правого лётчика просить музыкантов исполнить понравившуюся песню. Начались танцы. Командиру приглянулась невысокая миловидная женщина. Он её несколько раз приглашал танцевать. В итоге она оказалась за нашим столом.


— Ребята, а вы что отмечаете? — спросила женщина нас.


— Просто приятный пятничный вечер, — ответил командир. — А завтра опять в небо. Слышите, как душевно поют: «Корабли постоят и ложатся на курс».


— А как же предполётный режим? — не унималась подруга командира.


— Да что тут бояться? В аэропорту только пульс определяют. Тут и мёртвый врача пройдёт. Смотри, какие у меня орлы!


— Ну, ну, — задумчиво протянула она в ответ.


Командир хотел её проводить, но женщина под каким-то благовидным предлогом рано ушла из ресторана.


Ушли и мы. Утром, собираясь на вылет, поехали в аэропорт на медицинский и штурманский контроль. Когда мы вошли в кабинет врача, то нас невольно охватил ступор. За столом в белом халате сидела наша вчерашняя знакомая.


— Ну что, командир, корабли постоят? — произнесла она с милой улыбкой.


Больше вопросов не было.


Наш корабль в этот день действительно остался на земле. Соблюдая предполётный режим, улетели мы только в понедельник…

Контроль готовности к контролю


Дивизионный контроль готовности к полёту двух экипажей Ил-18, основного и резервного, в одну из африканских стран близился к завершению. Лётчики чётко ответили на вопросы командира дивизии, нарисовали на память схемы захода на аэродромы посадки. Штурман дивизии проверил подготовку полётных карт. Замечаний практически не было. Ещё бы, не первый раз в Африку летят. Положение усугубляло то, что со дня обретения независимости этой страной предстояло впервые доставить туда советскую военную делегацию.


В класс тихо вошёл начальник особого отдела дивизии. Вошёл и молча сел в углу за свободный стол. Давая последние напутствия, генерал обратился к контрразведчику:


— Виктор Павлович, у вас есть что сказать экипажам?


Одёрнув китель, подполковник вышел к доске со словами:


— Товарищи! Про бдительность я уже не говорю, она всегда должна быть на высоте. Обращаю ваше внимание на то, что вы, так сказать, первые ласточки. До вас никто из экипажей дивизии в эту страну не летал. Поэтому, по возможности, незаметно карандашиком, чтобы местные не увидели, черкните где-нибудь данные аэродрома. По прилёту передадите их мне. Ваши товарищи будут вам благодарны.


— Какие данные? — комдив аж привстал от удивления.


— Ну, я не знаю, какие. Например, длина полосы, частоты радиосвязи и приводов. Короче, всё, что удастся узнать.


Экипажи, онемев и округлив глаза, смотрели на особиста в недоумении. Тишину нарушил генерал, бросая на стол перед подполковником аэронавигационный сборник фирмы «Jepessen»:


— Виктор Павлович, а это ты видел?


— Нет. А что это за книга? — начальник особого отдела с нескрываемым удивлением стал листать сборник.


— Надо приходить не к концу, а к указанному времени начала контроля готовности. Тогда бы ты узнал, что мы здесь полтора часа обсуждали то, что ты просишь у экипажей добыть. Здесь всё открыто опубликовано. Чувствую, мне придётся с тобой проводить предварительный контроль готовности к контролю экипажей. А то несёшь тут сам не зная что. Не хватало ещё попасться там местным контрразведчикам!


Посрамлённый и обиженный подполковник сел на своё место. А командир дивизии, завершая проверку готовности, обратился ко всем присутствующим:


— Вопросы есть? Нет? Контроль окончен. Счастливого полёта!

Контрольный сборник


Чтобы доставить на Дальний Восток авиационный двигатель и жаровую трубу к истребителю, прилетели мы на аэродром в Чкаловском, загрузились, переночевали, а утром пришли на штурманский контроль.


— Ты, давай, заполняй бортжурнал, — говорит мне командир. — А я пока сверю сборники.


Сборники — это такие книги с грифом «Секретно», в которых публиковались данные аэродромов. Кто помнит, Советский Союз занимал шестую часть суши, поэтому сборников было несколько — в них аэродромы были сгруппированы по регионам. А поскольку данные иногда менялись, то приходили телеграммы — внести от руки в сборники эти изменения. На каждом аэродроме были контрольные экземпляры сборников, куда специально обученные товарищи своевременно вносили поправки. Остальные экипажи перед каждым полётом полистно сверяли бортовые экземпляры с контрольными. Слово НОТАМ для нас было тогда равноценно китайской грамоте.


Заполнив бортовой журнал, я подписал его у дежурного штурмана. Смотрю, мой Василич пыхтит над пятидесятым сборником. Был такой в зелёной обложке с данными аэродромов европейской части Союза. Чем руководствовались те, кто присваивал им номера, одному Богу известно. Наверное, хотели запутать вероятного противника.


— Что так долго? — спрашиваю я у командира. — Ведь я только вчера их все сверял.


— Не знаю, как ты сверял, почти на каждой странице есть изменения. То ли до нас телеграммы поздно доходят, то ли наша секретная часть ни хрена не работает, — отвечает мне Василич, утирая пот со лба. — Я уже пол-ластика истёр и полкарандаша исписал.


Закончив с одним сборником, мы улетаем на Дальний Восток.


По возвращении домой получаем задание — сделать ещё один рейс по тому же маршруту. Сверяю сборники, начиная с пятидесятого. Действительно, почти на каждой странице приходится вносить изменения. Крамольная мысль невольно возникает у меня:


— Командир, ты точно в Чкаловском сборник сверил или только в конце запись о сверке сделал?


— Да ты что? — обиженно восклицает Василич. — Видел, как я вспотел, когда занимался этой писаниной. Легче при минимуме пару посадок сделать, чем копаться в этих бумажках.


Прилетаем в Чкаловский. Готовимся лететь дальше. Прошу в секретной части контрольные сборники. Не дают.


— У нас тут какой-то чудак на букву «М» весь пятидесятый сборник испоганил. Руки бы ему оторвать. Пришлось новый заказывать и полистно вносить все действующие изменения. Мы теперь на руки контрольные экземпляры не даём. Вы должны перед вылетом сборники у себя на аэродроме сверять.


И тут я всё понял. Мой командир, добросовестно сделав запись о сверке в нашем сборнике, затем поменял их местами и правил контрольный экземпляр. По понятным причинам, признаваться в этом мы не стали и скромно полетели дальше. Зачем нам лишняя популярность?

Кормилец


После многочасового полёта трудяга Ан-12 приземлился на истребительном аэродроме в Забайкалье. Пока командир со штурманом ушли пробивать разрешение на дальнейший перелёт, борттехник, заправив самолёт, присел на входную стремянку.


От близлежащих домов к самолёту набежали пацаны — дети военных. В отдалённых гарнизонах посадка незнакомого самолёта для детей — целое событие.


— Дяденька, это какой самолёт? — спрашивают они борттехника.


— Это Ан-12, ребята, — отвечает он им приветливо.


— А он бочку делать может? — интересуются мальчишки.


— Нет, не может, — вздохнув, отвечает борттехник.


— А боевой разворот? — не унимаются непрошеные гости.


— Тоже не может. Да ему это и не надо.


— А что же он тогда делает?


— Деньги, сынки. Кормилец делает деньги, — с мудрой улыбкой ответил им хозяин самолёта.

Космонавты


В преддверии очередного, какого уже по счёту — не помню, но эпохального, как всегда, съезда КПСС, молодой прапорщик медицинской службы, оглушённый призывными мантрами замполитов, обратился к начмеду училища с просьбой отпустить его на неделю в отпуск по семейным обстоятельствам:


— Хочу на съезде поделиться с коммунистами своими соображениями.


— Ты что, не проспался после вчерашнего, Пирогов ты наш несостоявшийся? Не валяй дурака, иди, занимайся своими делами, — отмахнулся от него начмед.


Подполковник не подозревал, что всё этим не закончится — прапорщик пошел к начальнику училища с набросками своих тезисов. Дело начинало приобретать серьёзный оборот. Выслушав его бредни и пообещав во всём разобраться, генерал набрал номер начмеда:


— У меня только что был твой медбрат. В Москву на съезд просился. Он у тебя нормальный? Ты проверь его на адекватность, но аккуратно — так, чтобы шума не было. Всё-таки предстоит серьезное политическое мероприятие. Политработники могут раздуть это дело. Неприятностей потом не оберёшься.


Начмед, не беря на себя ответственность, решил послать прапорщика в госпиталь в Киев на психиатрическое обследование. А чтобы тот раньше времени не догадался, приставил к нему для сопровождения двух крепких лётчиков из учебного авиационного полка со словами:


— Повезёшь в госпиталь на комиссию кандидатов в космонавты. Дело государственной важности. Кого попало не пошлёшь. Когда вернёшься, обмозгуем твою поездку в Москву. Вот их документы, — и вручает прапорщику запечатанный пакет с вложенной в него старой газетой. Настоящее направление было у лётчиков.


Окрыленный оказанным доверием, в поезде медбрат вёл себя адекватно — хлестал водку, ни в чём не уступая «космонавтам»…


Наутро в приёмном отделении прапорщик доложил:


— Вот, принимайте. Двух космонавтов вам привёз.


А поскольку у прапорщика на петлицах были рюмки со змеёй — эмблемой медиков, а у офицеров — авиационные птички, ему в ответ понимающе заулыбались:


— Ты смотри, уже пачками стали привозить. Такие молодые. Сейчас мы их определим в «космос».


Насилу ребята отбились. Пришлось вскрывать пакет с газетой и показывать настоящее направление. Прапорщик не находил слов от такого предательства. Его препроводили в палату, и съезд он смотрел по телевизору.

Крепкий тыл


Прилетели мы с главкомом ПВО на один из истребительных аэродромов под Нижним Новгородом. Дело было вечером. Пока заправили самолёт, пока сдали его под охрану, совсем припозднились. Часам к девяти вечера подтянулись к лётной столовой на ужин. Хорошо, что местный диспетчер заранее позвонил, чтобы нас там ждали.


У истребителей всегда хорошо кормили. Но то, что мы увидели в этот раз, нас просто ошеломило. На столах румянились горячие пирожки с разными начинками, маринованные грибочки, различные соленья, белоснежное сало со «слезой». Все эти закуски дополняли отбивные величиной с ладонь на тарелках с жареной картошкой.


От такого неожиданного изобилия у нас слюнки потекли.


— Вот что значит ПВО! Это же надо так! Не то что наш бардак!


С жадностью голодных волков накинулись мы на всё это великолепие, не уставая нахваливать гостеприимство хозяев. Молоденькая официантка мило улыбалась, предлагая добавки. Закончив ужин и договорившись о времени завтрака, пошли на ночлег в гостиницу.


Утром в столовой нас ожидало полнейшее разочарование. Всё те же, как везде, сваренные до синевы желтка яйца, подсохший сыр, котлеты, в которых хлеба было явно больше, чем мяса с гарниром непонятного происхождения. Вместо симпатичной официантки между столами ходила грузная тётка неопределённого возраста.


На наш вопрос, как за одну ночь могли произойти такие метаморфозы, она, грустно улыбнувшись, ответила:


— А что вы хотите? Вчера заведующая столовой натаскала из дома всяких деликатесов. Хочет, чтобы её мужа — он у нас зам по тылу — в Москву перевели. Думала, главком будет ужинать, а он отказался. Не нести же всё назад. Вот вам и отдали.


Не знаю, попал ли этот зам по тылу в Москву, но уверен: с таким крепким тылом в лице его супруги он далеко пойдёт.

Кроки изучали


Далеко за полночь сели на Сахалине. Лихо сруливаем направо и стоп — приехали! Вместо рулёжки какая-то дорога и запрещающий проезд дорожный знак у самого винта первого двигателя. Выпускаем разведчиков.


Знак стоит капитально: металлическая труба диаметром сантиметров пятнадцать в диске колеса от грузовика, а диск забетонирован. Выходим всем экипажем, кроме командира. И начинаются дикие пляски папуасов у этой самой трубы. Сам знак кувалдой (есть такой инструмент на Ан-12) мы своротили, а затем попытались свалить трубу. Куда там! Стоит, как Александрийский столп.


Двигатели работают, РП спрашивает, почему не разворачиваемся. Если пилить ножовкой, займёт часа полтора, да и полотен столько не напасёшься. А вдруг будет заходить ещё какой-нибудь самолёт, хвост-то у нас на ВПП. Что делать?


Четыре специалиста с высшим образованием, двое со среднетехническим. У нашего воздушного стрелка за плечами была лишь средняя школа, оконченная на тройки. Он тупо ухватил проклятую трубу и потянул вверх — она и вылезла. Оказалась, диск-то был забетонирован, а труба просто вставлена в центральное отверстие.


Все наши потуги заняли минут пятнадцать. Мы развернулись и благополучно зарулили на стоянку. На вопрос РП, что мы там так долго делали, пришлось ответить:


— Кроки аэродрома изучали.


* * *


С Сахалина мы перелетели на Камчатку. Всё хорошо. Закупились красной рыбой и икрой — тоже красной. Сказочно отдохнули в Паратунке (ни в коем случае не в ПаратунЬке). Собрались домой…


Врача прошли, полётный лист подписан. Ждём под крылом заявленного времени вылета. Командир говорит правому лётчику:


— Андрюша, сходи, посмотри, есть ли в том конце ВПП рулёжка, чтобы мы не влетели, как на Сахалине.


Андрей у нас — курсант Балашовского ВВАУЛ на стажировке. Парень хороший, исполнительный.


Подошло время вылета. Экипаж занимает свои места. Нет Андрея. Решаем потихоньку запускаться. Может, живот у парня свело. Услышит, прибежит.


Запустили все двигатели. Нет Андрея. Командир уже израсходовал всю, что знал, ненормативную лексику. Нет Андрея. РП спрашивает, почему не выруливаем. Говорим, что двигатели прогреваем (это летом-то).


Проходит минут двадцать. Видим, бежит Андрей по рулёжке, аж пар из него валит. Командир хотел убить его сразу. Впустили Андрюшу через аварийный люк — мокрого всего от пота. И первыми его словами были:


— Командир, там есть РД.


Тут все затряслись от смеха. Андрей — парень исполнительный, но не сообразительный. Его посылали взглянуть в сборник на кроки аэродрома, а он сбегал кросс километров пять, зато принёс информацию, которую мы уже знали.


Когда мы вырулили на исполнительный, РП опять спросил, в чём причина задержки. Командир ответил:


— Пешком кроки аэродрома изучали.

Кто быстрее летает


Главный маршал авиации Пстыго прилетел инспектировать тяжёлобомбардировочную авиационную дивизию…


Как всегда, в дивизии объявили тревогу. Личный состав, как обычно, носился по аэродрому, словно ему намазали одно место скипидаром. Но вот первая паника улеглась, всё успокоились, и стратегические ракетоносцы с полной заправкой и вооружением порулили на взлётно-посадочную полосу. Главный маршал вместе с командиром дивизии наблюдал с вышки КДП, как тяжёлые самолёты, натужно ревя двигателями, разбегались и с последних плит полосы медленно поднимались в воздух.


— Что-то они у тебя как-то нехотя взлетают. Вот, проверял я истребителей, так они на форсаже в один миг отрываются — и их уже не видно, — обратился Пстыго к командиру дивизии.


Что на это мог ответить генерал, всю свою жизнь посвятивший дальней авиации.


— Да, товарищ главный маршал, истребители летают быстрее… Зато мои экипажи после полёта на радиус ссут дольше, чем летают ваши истребители.


Немая сцена…

Показать полностью
47
Рассказы штурмана Игоря Жилина (ч.6)
0 Комментариев  

Часть #1 Часть #2

Часть #3 Часть #4

Часть #5

Как два пальца об асфальт


Не знаю, кажется, в Анадыре, точнее — в посёлке Угольные Копи, идя в ногу с мировым прогрессом, понастроили фешенебельные отели с горячей водой и тёплыми туалетами. Но это вряд ли. А в семидесятые годы перелётные экипажи селили в старый покосившийся барак, где дежурный матрос топил углём печи и наливал воду в рукомойники. Где он её брал при морозе -45°C, тоже было великой тайной. Мы не роптали — лишь бы было тепло, да работал ресторан «Чукотка».


А вот с туалетом отдельная песня: тут без сдачи зачёта по пользованию не обойтись. Когда я поинтересовался у матроса, где у них гальюн, он с каким-то странным интересом взглянул на меня, спросив, впервые ли я здесь и есть ли у меня с собой газета. Поскольку в то время мы о туалетной бумаге даже не знали, я кивнул, и матрос повёл меня в конец коридора.


Когда он открыл дверь, нас обдало клубами морозного пара. Дощатая пристройка продувалась насквозь. Вверх, как в парной, вели какие-то деревянные ступени. В последней, располагавшейся под самым потолком, было прорезано несколько отверстий-очков, из которых дуло так, что усидеть не представлялось возможным. Внизу громоздились ледяные сталагмиты. Оказывается, в вечной мерзлоте выгребные ямы не роют — всё делается с высоты.


— Товарищ лейтенант, вы расстелите над очком газету да наступите по краям ногами, чтобы её не сдуло, — учил мой провожатый.


Удалось мне это с третьей попытки: газета каждый раз стремительно взмывала под потолок.


— Ничего, научитесь, — успокаивал меня матрос. — А теперь делайте своё дело прямо на газету, а я пойду, дела у меня. Да, чуть не забыл: в конце резко соскочите, чтобы всё упало вниз, — после всех этих манипуляций я сам чуть не упал вниз.


Вот вы говорите: «Нанотехнологии». Да как два пальца об асфальт!

Показать полностью
4152
Как сбежать из Армии
692 Комментария в Истории из жизни  

Я заканчивал школу в начале 90х. И у друга вернулся двоюрдный брат из Армии. С которым я был шапошно знаком. Он позвал это дело отметить. Я удивился. Прошло менее года, а уже вернулся. Друг пояснил: "Да я сам не видел ещё его. Он в госпитале провалялся полгода и комиссовали. Где-то на севере крайнем служил, чо-то отморозил что-ли. Вот и расскажет."


Когда мы позвонили этому братану в дверь, а он открыл... Мы оба с друганом отвесили челюсти и выпучили глаза - Брат был худущий, улыбающийся щербатым ртом, на костылях и одной ноги не было от колена. Он жизнерадостно загоготал увидев наши рожи и пригласил на кухню. Где и рассказал свою историю. Если отбросить лирику и коротко, то: "Короче, там было холодно, голодно, служить не хотелось. Мы придумывали разные членовредительства. Популярно было делать надрезы на пятках/ступнях и вставлять в рану волос, чтоб раздражало и нагноилось. И в госпиталь. Я перестарался. Полгода по госпиталям. Заражение. Ампутация. Коммисовали. Обещали посадить за членовредительство. Но прокатило. Кайфую на гражданке".


Брата того я больше не видел. Но почти 25 лет для меня это образец "как в 18лет качественно проеб@ть всю свою жизнь."

4342
Как откосить от армии
257 Комментариев  

Рассказали мне недавно историю,от которой веяло котолампой.

Одному человеку азиатской наружности пришла повестка.На тот момент ему было без двух недель 27 лет.Пройдя мед.обследование он оказался годен по всем параметрам.Никакие уговоры врачебной комиссии не помогли и он не придумал ничего умнее чем плюнуть председателю комиссии в лицо.Его посадили за нарушение дисциплины на 15 суток в изолятор,где он и встретил свой 27 день рождения.

58
Рассказы штурмана Игоря Жилина (ч.5)
1 Комментарий  

Часть #1 Часть #2

Часть #3 Часть #4

Заяц


В лихие девяностые, когда выплату денежного довольствия в армии задерживали месяцами, наши Ил-62 в интересах Магаданских авиалиний на коммерческой основе перевозили пассажиров по маршруту Чкаловский — Магадан и обратно. Для экипажей хорошая тренировка, да и, будем откровенны, лишняя копейка в то нелёгкое время в семейном бюджете даже очень приветствовалась.


При вылете из Магадана, когда все пассажиры уже поднялись на борт, сопровождающая подвела к трапу какого-то старичка с кошёлками в обеих руках:


— Возьмите дедушку, — стала она упрашивать нашу стюардессу: — У него сын в аварию попал, в больнице лежит в критическом состоянии. На ваш рейс все билеты проданы, а следующий — только через два дня.


Все мы люди. Жалко дедушку. Бортпроводница поднялась в кабину, чтобы объяснить ситуацию командиру экипажа.


— Ну что с ним делать? — говорит командир: — Ладно, как говорится, зайцы и топливо веса не имеют. Бортпитание на всех получила? — спрашивает он стюардессу.


— Как положено — согласно списку на пассажиров и экипаж.


— Умница. Пойди, скажи деду, если он согласен девять часов лететь без еды, то пусть поднимается на борт. Посадишь его у себя на откидное место.


Дед был готов на всё. Услышав слова стюардессы, он с криком:


— Да и хрен с ним! — бросил кошёлки на бетон и быстро побежал вверх по ступенькам трапа.


— Дедушка! Дедушка! Корзинки свои забыли! — закричала ему вслед бортпроводница.


Обернувшись на трапе, старичок удивлённо воскликнул:


— Ты же сама сказала лететь без питания. Вот я его и оставил…

Показать полностью
40
Рассказы штурмана Игоря Жилина (ч.4)
4 Комментария  

Часть #1

Часть #2

Часть #3

ДМБ


Когда мои документы послали на увольнение из доблестных рядов Вооруженных сил, я в шутку сказал нашему инженеру эскадрильи:


— Все, Николаич, как только придёт приказ, на обшивке всех самолётов, на коих летал, справа от двери, чтобы лучше было видно, ржавым гвоздем нацарапаю «Щёлково. ДМБ-98».


— Да ты на всех наших самолётах летал. Царапать не замучаешься?


— Ладно, нацарапаю только на том, на котором сделал крайний полёт, — сказал и забыл.


Пришел приказ на увольнение. Я как угорелый ношусь по штабу с обходным листом. Встречает меня Николаич в коридоре и протягивает какой-то сверток:


— На, это тебе армянский коньяк.


Без ложной скромности — подарки я люблю, но тут:


— Это ещё за что? Вроде бы мне надо проставляться.


— Чтобы ты не царапал на самолёте своё «ДМБ». Ты уйдёшь, а мне отвечать.


— Да ты в своём уме? Я же пошутил. В конце концов, я же присягал беречь военное и государственное имущество.


— Вы, штурманы, народ серьёзный. Кто вас знает? Пацан сказал — пацан сделал.


Пришлось нам вечером, вспоминая совместную службу, дегустировать армянский коньяк. И, как всегда, одной бутылки оказалось мало.

Показать полностью
47
Рассказы штурмана Игоря Жилина (ч.3)
5 Комментариев  

Часть #1

Часть #2

Восток - дело тонкое


У нас дома ещё не весь снег сошёл, а в Туркмении, в Марах, воздух уже прогрелся до плюс тридцати градусов. В ожидании разрешения на вылет наш экипаж, бросив самолётный чехол на горячий бетон, растянулся на нём в тени крыла в одних трусах. Не заметили, как, разморившись, задремали. Вылет из дома сегодня был ранний.


Лишь мы с командиром корабля, мужественно борясь с жарой и с бестолковыми диспетчерами, яростно накручивая телефон на командном пункте, третий час пытаемся вырваться куда-нибудь из этого пекла. Наконец, добро на перелёт получено. Идём к самолёту. Спят наши гаврики, аж пузыри пускают.


— Экипаж, подъём! Летим в Барнаул, — командует командир.


Стали просыпаться. Лишь борттехник мирно продолжает посапывать. И тут кто-то замечает возле него свернувшуюся змею. Тоже отдыхала в тенёчке. Что делать? Резко разбудишь Николаича — тот может спросонок дернуться, и змея его укусит. Ядовитая она или нет — разбираться было некогда. Кто знает, что у этих гадов на уме? Осторожно потрясли борттехника за ногу. Он открыл глаза. Шёпотом, чтобы не потревожить ползучую тварь, ему говорим:


— Николаич, не дергайся, рядом со змеёй спишь.


— Да я с ней в одной постели уже двадцать пять лет сплю, — отвечает он спокойно, поворачиваясь на другой бок.


И тут взгляд его упал на непрошеную соседку. Дико заорав, борттехник мгновенно отпрыгнул в сторону, оттолкнувшись всеми четырьмя конечностями. А недовольная змея быстро поползла в пустыню.


Отдышавшись, готовимся к запуску двигателей. И тут радист обнаруживает, что коробка, в которой сидела пойманная здесь же детям на забаву черепаха, валяется открытой на полу кабины расчёта, а самой черепахи и след простыл.


Все занялись поиском беглянки. Не дай Бог, заползёт такая «тортила» в органы управления — в полёте всякое может случиться. Два часа бесплодных поисков, сопровождаемых нецензурными выражениями, ни к чему не привели. Дважды я бегал к диспетчеру, перенося время вылета. И тут кому-то в голову пришла идея объявить режим тишины. Если черепаха где-то скребётся, мы услышим. И точно! Нашли застрявшую беглянку в рукаве лётной куртки. Раз пять эту куртку перекладывали с место на место во время поисков, но черепаху никто не обнаружил. Облегчённо вздохнув, выпустили черепаху на волю и полетели дальше навстречу новым приключениям.

Показать полностью
1626
Человек, который смог поговорить о Боге...)
137 Комментариев  

Недавно прочёл новость о том, что свидетели Иеговы находятся в состоянии, близком к шоку, после того, как узнали, что их планируют в скором времени запретить. Я бы, конечно, вообще выслал их на Юпитер, газ добывать, но не в этом суть.

Вот этим ветром навеяло мне старую историю, рассказанную непосредственно главным героем событий.


Было это году в 2006 – 2007. Наш герой – назовём его Федя, после тщетных попыток перевестись из отдаленной воинской части в военную комендатуру базы дальней авиации города Э., в звании майора уволился с военной службы напрочь. С дальним прицелом, чтобы впоследствии восстановиться в желаемой должности.


Для непосвящённых поясню – перевестись всегда очень трудно. Потому что хорошего офицера хрен отпустят, а плохой и нах@р никому не нужен. Именно поэтому хорошим офицерам писались такие отвратные служебные характеристики, что с ними и в запрещённую в России ИГИЛ не взяли бы, а дурни, которых гнать надо поганой метлой, получали чуть ли не представления к званию героев галактики, и отправлялись в академию, лишь бы с глаз долой.


Так вот, наш Федя завис в неопределенном состоянии, ждал документов из военкомата, и в выходные, а также в свободное от подработок время, маялся от скуки.


В один из таких дней к нему и постучали.


Федя посмотрел в глазок, и улыбнулся. Там стояли двое – мальчик, и мальчик. В галстучках.


- Не хотите ли поговорить о Боге?


- Конечно же, хочу! – сказал Федя, и рывком распахнул дверь.


Мальчики впали в ступор. Такого они не слышали давно. Бочком, как два крабика, они протиснулись в прихожую и замерли.


- Давно хотел задать вопрос! – Федя сразу взял быка за рога.


- Какой вопрос? – мальчики начали потихонечку млеть. Происходящее выходило за привычные рамки.


- Вопрос, Который мучает меня давно! – Федя театрально воздел руки к небу. – Ответите на него, а после поговорим. Вот скажите, если я, допустим, умру, и душа моя попадёт, допустим, в ад, - буду ли я помнить о своей прошлой жизни? Буду ли я знать, что с моими родными?


- Мнэ-э-э…. Нет! – твёрдо сказал решительный мальчик.


- Ну, тогда мне с вами разговаривать не о чем. Пошли вон отсюда. – Федя снова распахнул дверь, и сделал приглашающий жест наружу.


- Как это? – Решительный мальчик растерялся. Нерешительный прижался к стене, и не отсвечивал.


- Да вот так. Сам посуди. Вот душа моя в аду. Терпит мучения. И я не знаю, за что мне всё это. Что же я такого совершил в жизни, что так мучаюсь? Какое же это в таком случае наказание? Я буду думать, что так и надо, так и должно быть. Теряется элемент воспитательного процесса! В общем, пошли вон, шарлатаны! Можете приходить, когда правильный ответ знать будете.


Остаток дня прошёл незаметно, а на следующее утро в дверь постучали вновь. Федя с улыбкой запустил гостей.


К решительному и нерешительному мальчикам добавилась битая жизнью тётенька, которая с ходу ринулась в бой.


- Вы знаете, - сказала она, - согласно «цитата из священной книги» вы будете помнить о своей прошлой жизни. Также вам будет известно о судьбе родных и близких. А теперь поговорим о Боге?


- А теперь тем более пошли вон, - сказал Федя. – Вообще с вами разговаривать не хочу!


- Почему это? – со святой троицы можно было писать картину «Иван Грозный о#уевает от своего сына».


- Да потому это! Вот смотри. Допустим я умер, а душа моя попала в рай. И вроде, должен скакать и радоваться. Но вот какая ситуация. Отец, мой родной человек, которого я любил и уважал, нагрешил где-то в жизни, и оказался в аду, и мучается там. А сосед, которого я ненавидел, падла, со мной в раю цветочки нюхает. Ну и что это за рай, в котором я буду каждый день так душевно нестабилен???


Битая жизнью тётенька молча открыла рот. Троица покинула жилое помещение.


На следующий день в Федину дверь постучал холёный мужик в дорогом костюме и очках в золотой оправе. Он оценивающе посмотрел на Федю. Федя оценивающе посмотрел на него. Потом они молча кивнули друг другу.


- Слушай, - сказал мужик, – я всякой х@рней заниматься не буду, да и ходить вокруг да около не привык. Мне про тебя рассказали. Впечатлён. Не хочешь у нас поработать? Зарплатой не обижу…

Показать полностью
28
Служба в Президентском полку . Часть 1. Присяга
38 Комментариев  

Часть 0. Призыв: http://pikabu.ru/story/sluzhba_v_prezidentskom_polku__chast_...


Продолжим...

Поезд тронулся...  Мы из разряда призывников перешли в разряд военнослужащих президентского полка. Служба началась...  К нам подошел  сопровождающий офицер и произнес следующую фразу: Всю провизию нужно уничтожить до утра, а всё что не съедите нужно будет выкинуть в мусор. Все равно после прибытия в в/ч у вас ее отберут.

У нашей команды не было оснований не доверять данному офицеру.  Разложив свои гостинцы мы принялись поедать запасы провизии.. Спустя два часа в вагоне включили ночное освещение и для нас прозвучала команда "Отбой".  Ночью я практически не спал.

К утру следующего дня мы прибыли в столицу нашего государства.

Утром мы выполнили распоряжение офицера и избавились от оставшейся провизии, отдав ее проводнице..  После мы собрали вещмешки и ждали дальнейших указаний.


Поезд остановился. Мы вышли из вагона и направились к электричке . Примерно через  40 минут уже  двигались в неизвестном нам направлении. Большинство солдат предполагало, что их сразу повезут в Кремль, но они ошибались... Примерно через полтора часа мы приехали на станцию "Монино" . Выйдя из электрички нас сразу же погрузили в "Шишигу" (ГАЗ-66  ) и снова поехали в неизвестное нам направление.

Примерно минут через 15 нас привезли в в/ч 1005 , которая расположена рядом с поселком "Купавна". Первое , что я увидел выйдя из "шишиги"  - лес и много военных... Для меня это был маленьким шоком... Первая моя мысль в голове: "Вот она армия"..  Нам дали около двух минут на туалет , а дальше снова собрали и повели в большую зеленую палатку.

Примерно вот в такую:

Показать полностью 2
42
Рассказы штурмана Игоря Жилина (ч.2)
4 Комментария  

Часть #1

Боевое небратство


Ещё в царской России военные не любили жандармов. Видать, было за что. Несмотря на то, что впоследствии жандармерию переименовали сначала во внутренние войска, а потом в Росгвардию, уверяю вас — в наше время ничего не изменилось.


Во время первой чеченской войны летим с Михалычем в Моздок. Михалыч — это командир моей эскадрильи. После посадки заходим с ним к диспетчеру.


— Ну, кто тут летит на Москву? — громогласно вопит Михалыч.


— Чего орёшь? Вон, видишь, МВДэшный Ил-76 стоит? Вылетает сейчас в Ермолино. Только что подписал им полётный лист. Давай быстрее свои документы, оформлю. Может, успеешь. Не запускались ещё, — отвечает диспетчер.


Эти слова возмутили полковника.


— Да я сам — командир эскадрильи с Ту-134. Я про пассажиров спрашиваю.


А поскольку летали мы в комбинезонах, диспетчер подумал, что мы пассажирами хотим улететь в Москву. Разобрались. Назначили время обратного вылета и вернулись в самолёт.


На бетонке нас поджидали человек пятнадцать десантников в потрёпанной военной форме, давно не бритых и загоревших до черноты. Сразу видно, что недавно с передовой.


— Товарищ командир, — обратился старший по званию. — Возьмите нас в Москву. В отпуске больше года не были. Отпустили домой на побывку. Мы у диспетчера оформились, вот открытый лист.


— А что же вы на Ил-76 не полетели? — интересуется Михалыч.


— Да не взяли нас. Там какие-то милицейские генералы летят, сказали, что мы из другого ведомства — они из МВД, а мы армейские. Как аул у «чехов» отбивать — так «Десант, вперёд!», а как в уже занятом нами селении зачистку проводить — «вованы» тут как тут.


«Вованами» называли внутренние войска за буквы «ВВ» на погонах.


— Вот суки в ботах! — выругался мой командир. — Конечно, возьмём вас, бедолаги. Только вы у диспетчера исправьте тип самолёта. Вылет в шестнадцать часов.


Милицейский Ил-76 запустил двигатели, погудел недолго и выключился. От него в нашу сторону направилась процессия во главе с тремя пузатыми генералами в новеньких с иголочки серо-белых камуфлированных милицейских комбинезонах и огромных с красными околышами шитых фуражках на головах. В таком виде на передовой — отличная мишень для снайпера. Видать, дальше Моздока они не были, а прилетали сюда, чтобы отметиться, получить удостоверения участника боевых действий со всеми полагающимися льготами и повесить орден Мужества на грудь. А на обратном пути собирались отметить такое событие. Поэтому и не взяли десантников. Ещё со времён Афганистана видали мы таких «героев».


— Кто тут командир? — по-деловому хамовато спрашивает милицейский генерал-лейтенант. — Наш самолёт сломался. Мы с вами полетим, — безапелляционно заявляет он, источая алкогольный перегар.


— Это кто вам сказал? — представившись, поинтересовался Михалыч. — Мы из другого ведомства и возить пьяных милиционеров не обязаны.


Генералы взорвались от такой наглости. Лица их стали краснее околышей их же фуражек. Перебивая друг друга, они завопили, брызгая слюной:


— Да кто ты такой!.. Да знаешь, кто мы?!.. Да мы тебя в бараний рог!..


— Молчать! — сурово перебил их словесный понос командир. — Ведите себя культурно!


Я подивился выдержке Михалыча.


— Успокойтесь! Возьму я вас, если свободные места останутся. Предупреждаю, что пока последний военнослужащий не сядет, вы на борт не подниметесь.


— Ладно. В Москве разберёмся, — пошли на попятную менты. — Во сколько вы вылетаете?


— Полоса у нас до восемнадцати закрыта…


— Хорошо. Мы к этому времени подъедем, — не дав командиру договорить, сказали генералы и куда-то уехали на поджидавших их газиках.


— Товарищ полковник, вы же нам сказали, что вылет в шестнадцать, — спросили стоявшие в стороне и видевшие всё это действо десантники.


— Он и будет в шестнадцать, чтобы к восемнадцати прилететь домой. А эти расфуфыренные петухи, если не хотят выслушать до конца, пусть приезжают к восемнадцати. Я их ждать не собираюсь.


Точно в назначенное время, забрав всех десантников, мы взлетели в сторону Москвы. А Михалыча после этого случая я ещё больше зауважал.

Братушки


Я догадываюсь, почему сорвалось подписание договора с Болгарией о строительстве «Южного потока». У братушек же всё через задник: русское «прямо» у них «направо», киваешь — «нет», качаешь головой из стороны в сторону — «да». Сплошное недоразумение.


Приземлились мы однажды на военный аэродром в центре Болгарии. Из достопримечательностей — только деревня километрах в пяти. Правда, болгарские лётчики доверительно сообщили нам, что в этой деревне живёт Дуйка, у которой самая лучшая в округе ракия. Ракия — это фруктовый самогон.


Переодевшись в цивильное, решили мы навестить эту болгарскую достопримечательность, прихватив на всякий случай пустую канистру.


Говорят, раньше в болгарских школах учили русский язык, видимо, нам попадались одни двоечники. Услышав «Дуйка» и «ракия», произнесённые с вопросительной интонацией, селяне лучезарно улыбались и дружно из стороны в сторону трясли головами. Ну, не знаете, о чём с вами говорить? Некоторые пытались направить нас направо, рукой почему-то показывая вперёд. Измучились мы с ними.


Ходили мы, плутали и вышли к корчме в центре деревни. Мне она сразу понравилась: почтенные усатые старики сидят, пьют что-то из глиняных стаканчиков, покуривая трубки. Признав в нас русских, болгары заметно оживились, а потом началось братание. После бессчётного количества тостов «За приятелство!» привезли нас на конной повозке поздней ночью в гостиницу.


Утром в лётной столовой ко мне подошла почему-то совсем не темноволосая официантка с кувшином кислого молока:


— Млякото? — произнесла она вопросительно.


Это было как раз то, что мне необходимо. Рот у меня был занят, поэтому я кивнул, но, вспомнив вчерашние уроки, энергично закачал головой. Мы весело рассмеялись. Через два дня перед отлётом домой я пригласил Росицу — так звали официантку — в Москву. На что она отвечает вопросом:


— Но къде? — и протягивает мне ручку с листком бумаги.


Вот, думаю, кукла, ещё и географию прогуляла. Не знать, где Москва — это вообще край. Что я тебе карту нарисую? Оказывается, она по-болгарски спрашивала «а куда». Под шутки экипажа пришлось оставить свой адрес. Росица так и не приехала. До сих пор жду, а вдруг приедет.

Были два друга в нашем полку


Они пришли в полк в один год: два лейтенанта — второй пилот и техник. Вместе холостяковали, вместе снимали частную квартиру, в одном же году и поженились. Потом дружили семьями…


Служба разбросала их по разным гарнизонам, чтобы вновь свести вместе в одном дальнебомбардировочном авиационном полку. Бывший второй пилот стал уже командиром полка, полковником, а техник выше капитана не дорос. Друг назначил его в свой экипаж старшим наземным техником. Михалыч и Петрович, так они друг друга называли, продолжали дружить…


Как-то зимой прилетел проверять их полк командующий армией. Запланировали с ним контрольный полёт командиру полка — Михалычу. Петрович проводил их в полёт и терпеливо дождался, когда самолёт после посадки зарулил на стоянку. Открылся люк, и в его проёме показался чей-то огромный зад, медленно спускающийся по стремянке. По давно сложившейся в их экипаже традиции и без всякой задней мысли Петрович подлетел к люку и со словами: «Ну, и растолстел ты, старый хрен!» — отвесил увесистого пенделя в пятящуюся задницу.


Когда спускавшийся коснулся бетона и обернулся, Петрович с ужасом увидел разъярённое красное лицо командующего. Ничего лучшего не придумав, Петрович приложил руку к шапке, отдавая честь, а затем, выпучив глаза, выпалил: «Извините, товарищ генерал, а я думал, это командир полка».

Варвары ха-ха-вэ


К очередной годовщине Дня Советской армии и военно-морского флота, как обычно, загнали личный состав в дом офицеров на торжественное собрание и концерт художественной самодеятельности. А чтобы не разбежались, решили устроить проверку после этого мероприятия. Самые хитрые, оккупировав офицерское кафе, решили там дожидаться вечернего построения. Кому не повезло, расселись в зрительном зале.


С докладом выступал командир дивизии. Монотонно, читая по бумажке и ничем не тревожа дремотного состояния слушателей, он со дня рождения Красной армии благополучно добрался до Великой Отечественной войны. Однако после слов генерала:


— Эти варвАры ха-ха-вэ, — зал заметно оживился.


Нутром, почуяв неладное, комдив внимательнее вгляделся в текст и вновь прочитал:


— Эти варвАры ха-ха-вэ…


По залу прошёл ропот. Очнулись даже те, кто тихо посапывал, стараясь громко не всхрапнуть.


— Хрень какая-то, — вполголоса пробормотал генерал и, вопросительно подняв брови, повернулся к президиуму, где сидел начальник политотдела, писавший текст доклада. Начпо пулей подлетел к трибуне и что-то шепнул на ухо докладчику. Раздались робкие аплодисменты.


— А-а-а… Совсем другое дело, — сказал генерал в микрофон и продолжил:


— Эти варвары двадцатого века…


Дальше всё пошло традиционно. А я ничуть не пожалел, что попал на такое представление.

Вероятность


Научно-практическая конференция по безопасности полётов проходила в окружном доме офицеров. Председательствовал, как положено, командующий воздушной армией. Много красивых и умных слов было сказано с высокой трибуны.


Дошла очередь выступать до начальника метеослужбы объединения. Подполковник долго и нудно говорил о задачах, успехах и проблемах его хозяйства, словно читал отчётный доклад, по окончании которого командующий спрашивает метеоролога:


— Скажите, какова вероятность подтверждения ваших прогнозов?


— Около сорока процентов, — неуверенно отвечает синоптик.


— А прогнозировал бы наоборот, было бы около шестидесяти, — с улыбкой говорит командующий.


В зале раздались аплодисменты. А покрасневший подполковник спешно ретировался со сцены.

Визит


В пятницу, вскоре после моего назначения на должность штурмана отряда, мои радужные мысли о планах на предстоящие выходные прерывает замполит эскадрильи:


— Игорь, ты стал теперь начальником, у тебя появились подчинённые, за которых ты отвечаешь. Ты чувствуешь ответственность?


Вместо ответственности нутром чувствую, что эта иезуитская лесть ни к чему хорошему не приведёт. Так и оказалось.


— Ты бы навестил своих штурманов, узнал в непринуждённой обстановке, как они живут, чем дышат. Короче, я включил твой визит к подчинённым в месячный план партийно-политической работы. Давай, действуй!


Не откладывая в долгий ящик, я оповестил Ивана и Мисака о том, что сегодня после вечернего построения проверю их быт и досуг. Тем более что они оба холостяки и живут вместе в одной комнате офицерского общежития.


Заартачились мои лейтенанты — у них, видите ли, не всё готово. Договорились на вечер субботы. Пусть, думаю, приберутся в комнате.


Как они мне напоминали себя три года назад. Тогда, знакомясь с выпускниками училищ, замполит полка призывал нас серьёзнее относиться к женитьбе:


— Ну, скажем, женились вы, а брак неудачный. Зачем же сразу бежать разводиться, портить себе биографию? Можно и потерпеть — жизнь человеческая не такая уж и долгая.


В субботу в назначенное время, прихватив на всякий случай бутылку водки — для создания непринуждённой обстановки, стучусь в дверь моих навигаторов. Меня ждали. Взглянув на накрытый стол, я подумал, что живым мне отсюда не уйти. Но больше всего меня поразил кипевший на полу электрочайник, из-под крышки которого вырывались пузыри пены.


— Вы что в нём варите? — спросил я в недоумении.


— Это мы носки стираем. Насыпаем стиральный порошок и кипятим минут пять, потом полощем в холодной воде.


Я сам жарил яичницу на электроутюге, но до такого авангардизма не доходил.


— А чай вы в чём кипятите?


— Да в этом же чайнике, помыв его под краном.


Хорошо, думаю, что предупредили. Чай у них точно пить не буду.


До чая и не дошло. Создав непринуждённую обстановку, мы разговорились, как говорят в Одессе, за жизнь, с каждым выпитым стаканом становясь всё роднее. Постепенно комната наполнялась людьми и сигаретным дымом. Откуда-то появилась гитара, полились песни про авиацию. Для полного раскрепощения не хватало только женщины. И она возникла в лице дежурной по гостинице, быстро разогнавшей наш шабаш.


Домой я пришёл за полночь на автопилоте. Утром ужасно болела голова и подташнивало. Видимо, я всё-таки выпил у них чаю. Зато замполит поставил галочку о выполнении в своём плане.

Вкус фанты


Фанту я впервые попробовал в Афганистане. А дело было так…


В Ташкенте нам загрузили на борт двенадцать тонн спирта, разлитого в двухсотлитровые металлические бочки. По сопроводительным документам он проходил не как технический, а чистейший ректификат. Все бочки были опломбированы. Но разве это могло остановить бывалый военно-транспортный экипаж. Тем более сопровождающего груз не было. Такая возможность выпадает, может, раз в жизни. Осторожно, чтобы не повредить, стянув пассатижами с проволоки свинцовую пломбу, умелые прапорщики отвинтили пробку на одной бочке, используя в качестве ключа обычный молоток с квадратным сечением из комплекта инструментов. Отсоединив от десантной кислородной маски шланг, опустили один его конец в отверстие, а из другого стали наполнять все имеющиеся на борту ёмкости. Делать это приходилось быстро, но до взлёта всё равно не успели. Пока набирали заданный эшелон, свободные от полёта умельцы всё возились в грузовой кабине, приводя груз в первоначальный вид.


Приземлились в Баграме, быстро разгрузились. Можно было возвращаться в Фергану, но нам предстояло ждать, пока разгрузятся и взлетят Ил-76 и Ан-22, стоявшие перед нами на магистральной рулёжке. Экипаж, бросив на бетон чехол, занялся привычным делом — дремал в тени крыла. Солнце грело не по-весеннему жарко. Захотелось пить.


Поднимаюсь на борт самолёта. В кабине расчёта копошился борттехник по АДО. Увидев, что я с кружкой собираюсь открыть кран бортовой электрокофеварки, он отчаянно замахал руками:


— Игорь, там спирт!


Ладно. Достаю из-под сиденья канистру, где мы хранили воду.


— Там тоже спирт, — опять слышу я.


— Надеюсь, задверный двадцатилитровый бак в грузовой кабине вы не тронули?


— И его залили, — с удовлетворённой улыбкой отвечает мне борттехник.


— Чёрт побери! Я пить хочу. Где у нас вода?


Оказалось, что воды на борту нет ни капли: всё, что было можно, наполнили спиртом. Расскажешь кому — не поверят.


— На тебе сто афгани, сходи в кантин, купи «Фанты», попей и мне бутылочку принеси, — говорит Николаич, протягивая мне мятую купюру.


Вдоль магистральной рулёжки стояло несколько палаток-кантинов, в которых афганские солдаты торговали всякой всячиной, в том числе и «Фантой».


Надо сказать, что ещё в начале командировки полковой контрразведчик с замполитами стращали экипажи жуткими историями о том, что какие-то наши солдаты в Афганистане попробовали «Фанту» и скончались в ужасных мучениях. Что здесь всё отравлено и заминировано.


Но пить ужасно хотелось. К тому же у кантина местные афганские лётчики с удовольствием пили этот оранжевый напиток, явно не собираясь умирать. Купив пару маленьких бутылочек и открыв одну из них, я жадно припал к горлышку. По всему телу разлилась благодать. Выросший на «Колокольчике» и «Буратино», я, казалось, в своей жизни ничего вкуснее не пил. И умирать совсем не хотелось.


Зато на следующее утро, проснувшись с тяжёлой головой после вчерашней вечерней дегустации своей добычи, я пожалел, что не умер вчера.

Показать полностью
30
Про армию СССР
6 Комментариев  

В середине- конце 80-х прошлого века в степях ростовской области разворачивалась сверхсовременная РЛС (радиолокационная станция) для защиты границ нашего воздушного пространства от недругов ну и побочно для отслеживания и приземления объектов.

Забегая вперед-скажу, что с задачами  РЛС справлялась.

Так вот когда эту станцию монтировали гражданские, то волноводы антенны они проливали спиртом.

Зачем?-да так надо по инструкции! 200 литров было выделено!!!

Волновода 4, каждый по 3-5 метра вертикально.

Вероятно конструктор надеялся сам разворачивать РЛС!

Монтажники ставили тазик под волноводом (с виду обычная труба только форма квадрата в сечении) и сверху в него лили чистый спирт. Честно честно-сам видел!) а снизу спирт подбирали на следующий этап промывки.

Мы, солдаты офигевали над их мастерством экономии ресурсов.

В результате инженеры-монтажники своей смекалкой сэкономили себе N- литров спирта.

После этого мероприятия расчет станции (бойцы) не видели своего командира(капитана) и исполнителей монтажа РЛС более двух недель.

Обороноспособность страны не пострадала!

А бойцы намотав на ус, поставили себе брагу в дизельном отсеке станции.


P/S  А этот Матиас Руст севший на Красной площади столицы был  виден не нами, а другими РЛС отчетливо, но приказа не последовало! Как по корейскому борту.

Из-за него дембель нам затянули.


Но был у нас дизельный отсек станции !)

40
Рассказы штурмана Игоря Жилина (ч.1)
8 Комментариев  

Азербайджанский коньяк


Меня давно занимал вопрос: какую продукцию выпускал Кировабадский коньячный завод. То, что он должен был производить азербайджанский коньяк, видно из названия, но, судя по тому количеству нелегально продаваемого и ежедневно вывозимого самолётами крепкого пойла, завод должен был работать себе в убыток.


Накануне распада Союза нерушимого республик свободных, в самый разгар горбачёвской антиалкогольной кампании прилетели мы в Кировабад. Экипаж прямо у самолёта сразу был атакован усатыми и носатыми представителями местного населения, трудившимися водителями на топливозаправщиках и аэродромных пусковых агрегатах. Активно жестикулируя, они наперебой предлагали купить у них по сходной цене спирт и коньяк. Подъехал на своей оранжевой «шестёрке» и местный прапорщик-диспетчер, известный во всей военно-транспортной авиации как крёстный отец коньячной мафии. Услышав наш категорический отказ, он с удивлённым лицом молча покрутил пальцем у виска.


Нет, мы не были ненормальными. Просто у нашего командира корабля здесь служил комэской на Ан-2 училищный однокашник, обещавший отвезти нас к проверенному продавцу коньяка, за качество которого он ручался. Погрузив в десантный ГАЗ-66 свои канистры, мы поехали по пыльной дороге в какой-то аул. Пробираясь между глухими глинобитными дувалами, машина остановилась перед высокими металлическими воротами. На стук вышел почтенный аксакал. Обменявшись традиционными приветствиями и обнявшись с нашим провожатым, он пропустил машину во двор. Следуя восточным традициям, однокашник начал разговор издалека, интересуясь здоровьем и течением дел у хозяина. На что аксакал ответил:


— Володя, не будем время терять. Ведь вы приехали за коньяком? Мою цену ты знаешь. Сколько твои друзья хотят купить?


Учитывая многочисленные заказы, полученные перед вылетом, мы прикинули необходимый объём. Выходило больше полутонны. Я ещё подумал, хватит ли у продавца требуемого количества.


— Яхши, — не моргнув глазом ответил хозяин, — готовьте тару и пойдём пробовать товар.


Что-то сказав по-азербайджански вышедшим из дома женщине и подростку, аксакал посадил нас за стол под шелковицей. Коньяк действительно оказался неплохим, да и цена приятно радовала.


Хозяйка с внуком, подхватив наши канистры, скрылись с ними в пристройке вроде летней кухни. Пока мы дегустировали коньяк, они наполняли нашу тару.


Как я и думал, коньяка не хватило. Об этом, выйдя из кухни, аксакалу по-азербайджански сказала женщина. Хозяин что-то коротко ей ответил тоже не на русском. Женщина с парнем вынесли во двор громадных размеров чан с ручками и, наполовину наполнив его водой из-под крана прямо на улице, потащили в пристройку. Меня заинтересовало, что они собираются делать. Через незакрытую дверь я увидел, как женщина из канистры доливала в чан какую-то жидкость, как впоследствии оказалось — спирт. Потом, достав трёхлитровую банку с коричневым порошком, она стала сыпать её содержимое в чан, размешивая всё черенком от лопаты. Завершив это таинство, женщина через шланг стала наполнять наши незаполненные канистры.


Я незаметно сказал об увиденном командиру и его однокашнику, на что последний заявил:


— Ну и что тут такого! Ты же сам видел, что ничего лишнего, чтобы сильнее втыкало, не подмешивают. Всё натуральное. Мы всегда у него берём. А вы что хотели — по такой цене французский «Наполеон» пить?


С тех пор я такой азербайджанский «коньяк» видеть не могу. И не вижу…

Академик


Возвращаясь из Хабаровска, мы приземлились под вечер в Братске. Везли мы комиссию по проверке военных секторов районных центров управления воздушным движением из пяти человек во главе с генерал-майором. Наутро предстояло перелететь в Канск, лёту всего сорок минут, поэтому заправили лишь восемь тонн керосина. Для подачи заявки поднялись с командиром на вышку. Генерал увязался за нами. Видели бы вы, как местные вояки, стараясь прогнуться, показывали нашему пассажиру свое заведование.


Я написал заявку на завтрашний вылет в десять утра по местному времени. Никто из присутствующих мне и словом не обмолвился, что с десяти до восемнадцати у них ведутся работы по ремонту взлётно-посадочной полосы. В это время используется участок длиной полторы тысячи метров. Узнали мы об этом от начальника аэропорта, когда пришли оформляться на вылет.


— Мой дежурный штурман посчитал, что вам для взлёта этого не хватит, — сообщил он нам.


Учитывая, что мы практически пустые с минимальной заправкой, я позволил себе усомниться:


— Разрешите, я на самолёте сам рассчитаю?


— Да у меня штурман в своём деле Келдыш. В прошлом году Ленинградскую академию гражданской авиации окончил.


— Я тоже не в ЦПШ учился. Кое-что в этом деле соображаю, — парирую я.


— Разбирайтесь с моим академиком, потом результат мне доложите.


На самолёте у меня в кабине была таблица для расчёта взлётных дистанций, по которой выходило, что рабочего участка ВПП нам хватает. С этим известием я иду к дежурному штурману.


Сидит самодовольный пухлый пацан с академическим ромбиком на летней рубашке и важно надувает щёки. Показываю ему свою таблицу, на что слышу категорическое:


— Что вы мне какую-то бумажку суёте? Это не документ. Рассчитывать надо по графикам из Руководства по лётной эксплуатации.


Приношу из самолёта РЛЭ. Прошу показать, как он считал, не имея руководства Ту-134. Академик важно открывает книгу, я слежу за его действиями. Надо сказать, что дома нас здорово драли на контролях за расчёт взлётных дистанций. Вижу, что учился он в академии хорошо, знает, по каким номограммам считать. Даю ему исходные данные и оказывается, что таблица моя верна. Смотрю, мальчик приуныл, но не теряет надежды:


— Это по параметру R, а по D вы точно не пройдёте.


Посчитали, убедились, что проходим и по этому параметру.


— Приглашаю вас проследовать в кабинет начальника аэропорта, он просил доложить ему результаты, — говорю я покрасневшему штурману.


— Это удар по моему реноме. Может, вы подтвердите, что я был прав? — жалобно просит он меня.


— Нет, юноша. Надо уметь признавать свои ошибки. Я не собираюсь сидеть здесь лишние восемь часов, — твёрдо отвечаю я ему.


— Что же ты, академик, подвёл меня? А я тут ещё тебя гостям хвалил, — строго спрашивает начальник в ответ на штурманские оправдания.


В разговор вмешался наш генерал, сидевший в кабинете:


— Не будем считать какие-то метры, сантиметры, полетим в восемнадцать часов, — заметил генерал, показав, что «Фаберже» у него не железные.


Взглянув на дежурного штурмана, я понял, что нажил себе ещё одного врага, и не ошибся…


Академик отыгрался на мне, когда я подписывал у него бортовой журнал:


— Кто вам сказал, что так летают в Канск?


Предвидя такую ситуацию, я показал ему новый сборник, вступивший в силу неделю назад. Оказалось, что академик и не слышал о таком.


— Изучите схему выхода из района Братска, — самодовольно указывает он мне на стенд на стене. — Смотрю, техника у вас серьёзная, а подготовка страдает.


Тут я не выдержал, открыв первую страницу сборника, читаю:


— Утверждён главкомом ВВС СССР. Действует с 1 июля 1985 года. Это документ, а свой плакат можешь снять со стены и засунуть себе в задницу!


Академик не сдаётся:


— Вы проходите контроль у меня и должны готовиться по нашим документам. На столе под плексом есть образец бортжурнала.


Руководствуясь этим образцом, мы должны были лететь по какой-то спирали, подходя к Канску с запада. Хорошо, что не через Улан-Батор. Хотел я ему сказать пару «ласковых» слов, но мой командир меня удержал.


Взлетаем, связываемся с диспетчером.


— У вас посадка в Канске? — спрашивает он нас. Получив подтверждение, даёт команду: — Следуйте напрямую на Канск.


Матерясь про себя, я чуть не подпрыгнул в своей кабине:


— Командир, давай, вернёмся. У меня просто кулаки чешутся набить морду этому самовлюблённому индюку!..

Армейский централизм


Люди постарше — те, кого не минуло членство в ВЛКСМ и КПСС, должны помнить и уставное понятие демократического централизма. Тем, кто не помнит, объясню в двух словах: выборность снизу доверху и подчинённость сверху донизу. Дальнейшим его развитием стал армейский централизм. Прост и безотказен, как трёхлинейная винтовка: перепоручительство сверху донизу и надувательство снизу доверху. Вот, как-то так…


После того, как военные айболиты списали меня с лётной работы, я в ожидании приказа об увольнении и приподнятом настроении без дела слонялся по штабу. Оборвал мои мечты голос старшего штурмана полка:


— Игорь, ты чем сейчас занимаешься?


— Как это — чем? Стою на пороге новой жизни, размышляя, где бы применить свои обширные познания. А тебе, Михалыч, должно быть стыдно — задавать подобные вопросы без пяти минут пенсионеру, — отвечаю я с достоинством.


— Я подскажу, куда их применить. Штурман дивизии по самолётовождению попросил написать методичку по РВСМ, а у меня времени нет. Не в службу, а в дружбу — черкани ему что-нибудь, чтобы он отстал. Я знаю, ты сможешь.


— Смочь-то я смогу, только объясни мне, ради Бога, что означают эти загадочные буквы — РВСМ? — не подозревая подвоха, безмятежно спрашиваю я.


— Да я и сам толком не знаю. Что-то новое, связанное с эшелонированием. Покопайся в документах, может, что-нибудь найдешь.


Стоп, сам себе думаю. Такая перспектива мне явно не улыбалась — искать то, не зная что, и там, не зная где. Пользователей Интернета в то время было меньше, чем космонавтов. Инстинктивно сдаю назад:


— Э, нет, Михалыч, так не пойдет. Вдруг приказ на меня завтра придёт, зачем же мне прерывать ход своих мыслей на самом интересном месте?


— Ну, поручи это какому-нибудь толковому штурману у себя в эскадрилье. А то Потапов (это штурман дивизии) забодал меня с этой методичкой.


Был у меня на примете один грамотный исполнительный старший лейтенант. Наговорив много похвальных слов и красочно описав перспективу, даю ему это ответственное задание. Тяжело вздохнув, Димон без радости в глазах берётся за дело…


Уже уволившись из армии, случайно встречаю штурмана полка. Он и поведал конец этой истории. Мой старший лейтенант, добросовестно перелопатив всё, что сумел найти, выдал на гора злополучную методичку и отдал её новому штурману эскадрильи. Тот, не читая, передал сей опус штурману полка. Михалыч, естественно, не вникая в смысл, отдал методичку Потапову. Последний гордо предъявил её старшему штурману дивизии, который и поручил Потапову составить методическое пособие.


Начав читать этот полёт штурманской мысли, старший штурман крякнул от удивления, а его глаза поползли на лоб.


— Признавайся честно, ты писал? — спрашивает он у своего зама.


— Да всё как-то времени не было, — смущённо заёрзал Потапов. — Я поручил это ответственному товарищу.


— А ты сам-то читал этот бред?


— Я же говорю, времени не было.


— Уйди с глаз моих! Ничего поручить нельзя.


И тут маховик закрутился в обратном направлении. Потапов побежал к Михалычу, тот вызвал Димона. Что они друг другу говорили, осталось тайной. В результате бурных дебатов всё свалили на меня. А с меня и взятки гладки — я на заслуженном отдыхе.


Не думаю, что из-за меня, но на полёты по РВСМ в России перешли только через три года после описываемых событий. А я всё-таки узнал, что такое РВСМ. Как оказалось, это система сокращённых интервалов вертикального эшелонирования. Во как!

Африканда


Перед началом утренней дивизионной планёрки начальник политотдела зашёл в комнату оперативного дежурного. Листая журнал заданий, он вдруг читает, что завтра должен лететь в Африканду Ил-18, командир — Серебров.


— Это за какие такие заслуги Сереброва в Африканду посылают? — спрашивает полковник у оперативного дежурного. — Молод он ещё для таких ответственных заданий. Пусть по Союзу полетает, опыта наберётся. И как это мимо меня прошло? Сейчас подниму вопрос перед комдивом, — с этими словами он пошёл в комнату совещаний.


Присутствующие у оперативного прыснули от смеха. Полковник перепутал Африку с аэродромом Африканда, расположенным в Мурманской области за Полярным кругом.


А что вы хотели? Начальнику политотдела, чья голова постоянно занята претворением в жизнь эпохальных решений партии, не до географии.

Битва за Европу


Описываемые события произошли в те далёкие времена, когда Организация Варшавского договора уже канула в лету, а Советский Союз, дыша на ладан и крепясь изо всех сил, доживал свои последние дни.


Я тогда летал в экипаже дяди Саши — так уважительно называли нашего командира Александра Ивановича Бойченко. По возрасту дядя Саша мог быть уже на заслуженном отдыхе, но командование уговорило его ещё послужить Родине. В этом были свои преимущества: во-первых, в отпуск наш экипаж уходил исключительно летом, а во-вторых, авторитет и опыт командира учитывались при распределении заданий. Когда Александр Иванович подозревал, что его права дедушки русской авиации попираются, он неизменно восклицал: «Всё! Штык в землю! Ухожу! А то ишь — пацана нашли!» И это действовало на командование отрезвляюще.


В очередной раз дядя Саша бросил свою коронную фразу в лицо комдиву по прилёту из Североморска с главкомом ВМФ: «Как по помойкам моряков возить, так Бойченко, а как в Германию на пять дней с адмиралом, так послали Ту-154».


Пытаясь успокоить командира, комдив пообещал, что предстоящее задание по странам Варшавского договора с маршалом Куликовым на борту будет нашим. Задание действительно было заманчивым. Куликов решил совершить двухнедельный круиз по гарнизонам, которыми он когда-то командовал, с трёхдневными остановками в каждой из стран.


Наутро, заполнив рабочую тетрадь, Александр Иванович сказал нашему правому лётчику: «Олег, я буду дома. Мой телефон ты знаешь, звони если что. Готовьтесь. К контролю готовности я подойду». Одного не учёл дядя Саша — завистников, которые сразу же начали подковёрную борьбу…


Наш молодой замполит эскадрильи — штурман по специальности и интриган по призванию, закрывшись в кабинете, стал нашёптывать комэске свой коварный план. Заключался он в следующем. Командир экипажа замполита не имел необходимого метеоминимума для перевозки высокопоставленных пассажиров, поэтому «комиссар» предложил комэске лететь с ними с правого сидения для усиления. Мотивировал он это решение тем, что раньше на закреплённом за Куликовым самолёте была красная обивка салона, к которой маршал якобы привык, такая же, как на замполитском, а у нашей «Тушки» салон был светло-серым. Такой хитроумный план мог родиться лишь в воспалённом мозгу параноика. Впрочем, а где вы видели нормальных замполитов?


«Егоров, где Бойченко? Вы уже не летите. Позвонили из штаба дивизии — летит экипаж Невинчаного», — войдя в класс подготовки, глазом не моргнув соврал комэск. Олег незамедлительно оповестил об этом дядю Сашу, услышав в ответ: «Хрен им в задницу! Сейчас приду, разберёмся!»


Если вы видели разъяренного бизона в период гона, то вы ещё не видели Александра Ивановича в приступе ярости. Оглушительно хлопнув дверью, он вошёл в кабинет командира эскадрильи, отделённый от кабинета начальника штаба лишь хлипкой фанерной стенкой. Слышимость была идеальная. Все замерли в оцепенении: из кабинета громогласно доносились одни междометия, щедро пересыпаемые матом: «Что, тёзка, совсем доллары затмили твои глаза? Гляди, какой хитрый план придумал! Кто тебя надоумил, этот щегол?» — показывая рукой в сторону замполита, вопит дядя Саша. На робкие попытки «комиссара» встрять в диалог, командир обрезает: «А ты, капитан, выйди за дверь, когда старшие офицеры разговаривают!» Замполит с красным лицом вылетел из кабинета и спешно убежал. Жаловаться, наверное.


Коварный план замполита окончательно рухнул, когда дядя Саша, схватив трубку телефона, собрался звонить комдиву. «Успокойся, Иваныч, я хотел как лучше», — пойдя на попятную, забормотал комэск. «Твои хотелки оставь своему шептуну. А с Куликовым лечу я!» — выиграв битву за Европу, сказал, как отрезал, мой командир. Выходя, он ещё раз оглушительно хлопнул дверью так, что штукатурка с потолка посыпалась. Битва за Европу была окончательно выиграна.


«Ну что, готовы?» — спросил он нас. Получив утвердительный ответ, резюмировал: «Отъезд на стоянку в шесть утра. Никому не опаздывать». На наш вопрос, а как же контроль готовности, Александр Иванович сказал, как отрезал: «Я за всех вас его уже прошёл». На то он и дядя Саша…

Показать полностью
679
Про голод
78 Комментариев  

Служил я в армии 2013-14 год, в то время как началась война в Украине. Часть была повышенной боевой готовности, поэтому пол части находились в Ростове, другая половина находилась в полях (кто не знает, это когда в поле устанавливается палаточный городок и солдаты несколько месяцев в нем живут). Наступил дембель и получив предписание, я вернулся в расположение роты в которой оставались 4 контрактника и несколько срочников для поддержания порядка в роте.


Сразу отмечу, что часть (рядом с Оренбургом) считалась мусульманской; только у меня в роте было 70 кавказцев из 110 человек. Кстати было очень мирно, беспредела и лезгинки не видел ни разу; но не об этом...


Билеты домой куплены, завтра домой в Новосибирск. Вечером я и контрактники сидим ужинаем в кубрике (комната для солдат для 4-8 человек), поек скуден - тушенка, сгущенка, пряники. Замечаю как один из контрактников мусульман, имя Амир, ест тушенку из свинины. У мусульман не защитывается намаз 50 дней при поедании свинины. Далее следует диалог Я=Я, Амир=А:

Я: Амир, а ночью Аллах спит что-ли или тебя под крышей роты не видно?

А(возмущенный): Нельзя так говорить, Аллах - всемогущий!

Я: Так тушенка из свинины!?

А: свинины, свинины... Что до**ался? Вкусно же!


После этого, без смеха доесть - не смогли : D

34
Служба в Президентском полку . Часть 0. Призыв.
40 Комментариев  

Добрый день.

В преддверии  весеннего призыва хотел бы Вам рассказать о том, как я проходил срочную службу в Президентском (Кремлевском) полку.


Сразу скажу, что призыв  и служба в полку в корни отличается от службы в частях МО.

Предыстория:

Подходила к окончанию моя учеба в университете и за пол год до диплома мне пришла повестка из военкомата. Я, как законопослушный гражданин с успехом на нее забил.

Но военкомат был настырный и через несколько месяцев прислал мне повторную повестку. (Точнее ее принес почтальон, но  я ее не принял под роспись).

К вечеру этого же дня я сообщил своим родителям, что военкомат вспомнил обо мне и я хочу купить военник  за свой счет. От этой фразы отец пришел в ярость. Обложил меня трёх этажным матом и обещал сдать в органы за дачу взятки если я соизволю купить военный билет.  На этом наш с ним разговор об армии был закончен.

В принципе выбора у меня не было. Либо служить, либо покупать военный билет.
Я принял решение идти служить. Сразу же вспомнил, что в школьном возрасте я мечтал о службе в ПП. Зайдя на сайт ПП я узнал какие требования представляются к призывникам. Вот они:

Требования к кандидатам на прохождение службы по призыву в Президентском Полку:

- рост от 175 см. до 190 см;

- вес – нормальное соотношение роста и массы тела;

- острота зрения без коррекции 0,7 на оба глаза и с нормальным цветоощущением;

- слух – восприятие шепотной речи на расстоянии не менее 6 метров на оба уха.

- здоровье А1.

Не подлежат отбору в Президентский полк граждане:

- постоянно проживающие сами и (или) имеющие близких родственников, проживающих за границей;

- имеющие близких родственников, судимых за государственные или иные тяжкие преступления;

- отбывающие наказание в виде обязательных работ, исправительных работ, ограничения свободы, ареста или лишения свободы;

- имеющие неснятую или непогашенную судимость за совершение преступления;

- в отношении которых ведется дознание либо предварительное следствие или уголовное дело в отношении которых передано в суд;

- состоящие на учете в правоохранительных органах за правонарушения;

- состоящие на учете в психоневрологических, наркологических, кожно-венерологических диспансерах


Под все требования я попадал, кроме здоровья А1. Т.к. в моей мед.карте значилось Б3.

Но меня это особо не беспокоило, т.к. я знал  из за чего у меня стоит такая категория и укрыв ее я спокойно получу А1 на комиссии.


Из моего региона в ПП призывали только осенью  и квота  15 человек.

А в военкомат  мне нужно было идти в мае месяце, да и в армию я не хотел уходить летом. Поэтому составив план я пошел проходить мед.комиссию.

Служба в Президентском полку . Часть 0. Призыв. армия, служба, президентский полк, кремль, москва, пп, длиннопост

Пройдя  за короткий промежуток времени основных врачей я получил направление на сдачу анализов. Через неделю я снова пришел в военкомат для получения категории годности.

Категорию годности выставляет глав.врач . Зайдя в кабинет к глав.врачу он очень долго всматривался в меня, а потом в мою мед.книжку и спустя минут 5 он произнес такие слова:

Врач: Тут написано, что у тебя искривление грудной клетки, но я что-то не наблюдаю ее.

Я: Да нет у меня искривление, в 15 лет мамка ляпнула специально, чтобы потом от армии откосить, а я не хочу косить. Хочу служить.

Врач. ааа , понятно. Ну  держи категорию годности А1.


Получив заветную категорию А1 я направился к сотруднику , который занимается распределением призывников на команды.  Увидев меня он сразу же вручил ручку и листочек, для того, чтобы я писал заявление на выдачу банковской карты. На которую военнослужащим начисляют зп.

В этот момент я и озвучил свое намерение проходить службу в ПП. Сотрудник военкомата не воспринял мои слова всерьез и сказал,чтобы я продолжил писать заявление.
Изъявив своё желание еще раз 5-6 в течении 30 минут он сдался и отвёл меня к директору военкомата. Директор военкомата  ознакомился со моим личным делом, задал мне несколько вопросов и сообщил мне, что квота от его военкомата 2 человека в год и кандидатов они уже нашли, но пойдет мне на встречу и отправит меня проходить отбор в ПП. Позже от него прозвучала такая фраза: "На осень его, команда 250 ( к-250 )".

С улыбкой на лице получив повестку на июль месяц я отправился домой


В июле месяце я пришел в военкомат написал заявление на допуск ,к 3 форме секретности  и убыл домой. После этого момента повестки военкомат мне больше не выдавал, а просто звонил на сотовый и говорил, что делать дальше.


Примерно через 3 недели меня пригласили на районную мед.комиссию, где все кандидаты на службу в ПП еще раз проходили мед.комиссию ( уже более жесткую  , чем в военкомате ) . Данная медкомиссия была разбита на два дня. Каждый день осматривалось примерно 100 человек. Меня пригласили на второй день.  Про районную мед.комиссию расскажу подробнее т,к. она на много серьезнее чем в военкомат.

Все врачи осматривают призывников более подробное, а в конце этой самой комиссии находится хирург. Вот именно хирурга и не прошло 98% призывников. В том числе и я ( как оказалось это не смертельно). После хирурга все отправляют к психологу.  ( В будущем я узнал, что этот психолог является штатным психологом УФСБ по нашему городу ).

К психологу я уже заходил самый последний  из всех кандидатов. Сама беседа с психологом была очень тяжелая, как  в моральном , так и в  психологическом плане. Он пытался прессовать, наезжать, выводить на чистую правду, склонять к смене ответа и просто поддержать его точку зрения. Но я заднюю не давал и всегда придерживался своей точки зрения, и своих ответов. После интервью со мной он сказал примерно такую фразу:  Хух,  наконец-то нормальный призывник попался . И записал меня в какой то список . Его совсем не расстроило то, что хирурга я не прошел.

Вот примеры реальных вопросов и ответов призывников:

Психолог: Ты алкоголь пьешь ?

Призывник: Нет

Психолог: А где работаешь?

Призывник: Барменом

Психолог: *Смех* всё понятно)


Психолог: Ты алкоголь хоть раз пил?

Призывник: Нет.

Психолог: Даже с родителями на НГ шампусик не пил?

Призывник: Нет

Психолог: А в ночном клубе *название клуба * был ?

Призывник: Да))

Психолог: Понятно, как ты алкоголь не пьешь :)


После районной мед-комиссии я убыл на море. После приезда с моря мне предстояло пройти мед.комиссию уже у другого хирурга, для того,чтобы он мне выдал справки, что у меня заболеваний нет. От своего военкомата я узнал , что из 200 кандидатов районную мед.комиссию и психолога прошло около 35-38 человек.


Предоставив все эти справки в военкомат,  мне сказали ожидать звонка, т.к. из Кремля приедет офицер для личного интервью с каждым призывником.


Прождав две недели  так и не дождавшись звонка я решил рискнуть и еще раз съездить за границу отдохнуть. На 5 или 6  день моего отдыха раздаётся звонок на сотовый:

Военком: Алло *Призывник* приходи завтра * адрес * на интервью с офицером из Кремля

Я: Я не могу. Я не в городе.

В: Ну ты успеешь до завтра приехать ?

Я: Нет. Я далеко от города.

В: А где ты?

Я: *Страна*

В: *трехэтажный мат*. Ладно, хрен с тобой. Пока.


Я очень сильно расстроился, т.к. знал, что в ПП не берут , если не было личного интервью с офицером

После приезда с отдыха я сразу же направился в военкомат узнать, что дальше со мной будет.  Военком мне сообщил, что  я  понравился психологу и он договорился, чтобы меня записали в запас, а не в основной список. Ну и на этом спасибо.

В начале осенней призывной комиссии пройдя еще раз мед.комиссию я перешел в режим ожидания, когда меня отправят в армейку. Через некоторое время мне позвонил  военком и сказал, когда мне надо явиться к ним с вещами для убытия в армию.

Настал день Х.


Нас, трех человек из военкомата ( Да,да, всех кого военкомат отправил на отбор, всего его прошли и в будущем убыли служит в ПП ). посадили в пазик и повезли в областной военкомат.


Там еще раз мы прошли мед.комиссию , на которой одного из призывников сняли с команды и отправили получать военный билет ( у него по ЭКГ обнаружились проблемы с сердцем, Ох , громко же он кричал.... С его слов: Да какие проблемы? Вы че тут а***ли.?? меня вся деревня провожала в Кремль!!! Убл****ки). Возможно этот призывник и освободил мне своё место в ПП.. теперь я это никогда не знаю...


После мед.комиссии нас отправили в актовый зал для получения дальнейших инструкций.( 23 человека, из них только 15 человек уедут в полк ).  Через несколько часов вошел обычный худенький мужичек, лет тридцати.
Мужик: *Произнес фамилии" . Все, кто услышал свою фамилию садитесь сюда.

Мужик: Поздравляю, Вы отправляетесь служить в Президентский полк. Если из Вас кто-нибудь накосячит, то я сразу Вас заменю на призывника из резерва.

Мужик: Тот,кто не услышал свою фамилию, может выбрать любой род войск и любой город, в котором хочет служить ( таких оставалось 7 человек). Я лично поручусь за Вас, что бы ваше пожелание было выполнено.


С этого момента Нас ставили готовить к отбытию в МСК. Выдали форму. Накормили.

На следующий день были проводы с местным телевидением  и прочими личностями. Ну а к концу дня нас посадили в поезд и отправились служить!



P.S. Если данная тема будет кому-то интересна, то в следующей части я расскажу про службу в ПП до присяги.

Показать полностью 1
287
Российские военные вооружатся противодроновыми сетями
42 Комментария в Наука | Science  

Российские военные приступили к испытаниям высокопрочных нейлоновых противодроновых сетей. Эти сети отстреливаются из специальных контейнеров, которые можно устанавливать на самолеты, вертолеты или беспилотники


https://nplus1.ru/news/2017/03/28/nets

Российские военные вооружатся противодроновыми сетями наука, новости, Дрон, противодроновые сети, армия, гифка, Политика
39
Военная Полиция РФ в Алепо, Сирия | Январь 2017 ___ Russian Military Police in Aleppo, Syria | January 2017
13 Комментариев  

Познавательный фильм 24:13.

Самый популярный комментарий: "why cnn doesn't show this!"

327
Проделывание проходов в минных полях с применением установки разминирования УР-77
27 Комментариев  

Видео Минобороны РФ

256
Армейски Дзен. Протестующим посвящается.
109 Комментариев  

Пикабу заполонили посты посвященные недавним событиям. Силясь унять ректальную боль от несмазанных милицейских дубинок, товарищи недовольные начинают засирать продуктами жизнедеятельности информационное пространство.


Порыв понятный - протестовать в интернете оно и проще, и комфортнее и менее болезненно, и страдает в основном не жопа, а самолюбие.


По этому поводу вспомнилась история, которую я услышал, когда проходил кинологическую практику.

Суть дела такова: очередные пассионарии решили показать свою твердую, несгибаемую гражданскую... позицию. Учитывая что позиции там обычно такие, что камасутра отдыхает, хрен бы с ними, но нет.


Вместо того чтобы один раз вкатать все это шапито танками в асфальт, смыть и забыть лет на ...дцать, наши власти, с оглядкой на всякие права человека и прочие сомнительные идеи, старается не дать толпе придурков поубиваться самим или кого-то поубивать.


А это гораздо сложнее, ибо в толпе даже самый разумный человек данный разум потихоньку теряет, да и желающих данное сборище отмудохать за то, что в самый час пик весь центр перекрыт тоже очередь немалая.


Поэтому, куча ни в чем не повинных людей должна торчать на жаре/морозе/дожде, зачастую в свой законный выходной, и бдить, чтобы что не приключилось.


Вот и в этот раз - все службы на ушах, бригада кинологов немалая перед началом шоу все осмотрела, на предмет взрывчатки, оружия и прочих наркотиков, после чего загнала собачек в грузовичок, от дураков подале, сыпанула им корма в миски, а сами встали, курят и ждут когда команда сворачиваться поступит.


А отработала команда, надо сказать хорошо. И через это у организаторов полный провал и скукота: стоит толпа, со сцены бубнит кто-то. Ни стрельбы, ни взрывов, ни неадекватов с пеной у рта. СМИ и наши и не наши тоже скучают - картинка вялая, сенсаций никаких.

Как в таких условиях "кровавость режима" обозначить?


Попробовали развлекаться, бросаясь на милицейские кордоны. Но ОМОН не зря пот на тренировках проливал - разбегается герой на щиты сатрапские, а щиты раздвигаются и он внутрь строя улетает. А потом смыкаются. Видно, конечно, из-за них ритмично взлетающие "демократизаторы", но ни журналистам картинки нет ни остальным кровавого зрелища.


А без крови толпа звереть не хочет. Толпа уже хочет в тенек и пивко.


Что делать?


В ход идет последний резерв. Группа отважных повстанцев, притворявшаяся зеваками, по сигналу собирается, и внезапно атаковав, с кличем: "Свободу политзаключенным", оттесняет стоящих в тылу милиционеров, и вскрывает автозак, куда особо упоротых пакуют.


Все оживляются и радостно подаются вперед, ибо наконец движуха, месилово, картинка для ТВ.


И все бы было хорошо, не перепутай ребята грузовички. И не обнаруж они внутри, вместо плененных товарищей по борьбе, стаю охуевших от жары, шума, непривычных запахов и через это весьма злых овчарок


А овчарки, обнаружив за распахнутой дверью вместо умиротворяющих видов родного питомника толпу непонятных лысых обезьян, которые, вдобавок, имеют что-то против их инструкторов, врубают атакующий режим.


И тут все протестующие понимают, что есть вещи пострашнее ОМОНа, ибо собакам похуй на твои политеистические воззрения, мнение мировой общественности, права человека и гаагский суд. Она тебе полсраки откусит и жалуйся потом куда хочешь.


Омоновцы, кстати, чухнув, что произошло, мигом сообразили забор из щитов, ибо собаки их не знают, и не факт что в званиях разбираются, не смотри что на военной службе.


Сами собаки, тем временем, быстро разогнали по крышам и столбам тыловой отряд протестующих, и принялись за основную массу недовольных, превратив митинг сперва в шествие, потом в марш, а потом и в марафон, с главным призом в виде целой задницы.


В общем, по итогам все довольны. Протестующие в лофт-кафе могли хвастаться что "режим травил их собаками", пресса получила движуху и картинку, которую, правда, иначе как под Yakety Sax крутить было грешно, ОМОН забрал свой улов и с урчанием растащил добычу по околоткам, кинологи - досрочный "отбой", а песики - массу впечатлений и веселья.


Но лучше все таки танками.

Показать полностью
36
Думаю, это ВАЖНО!
42 Комментария  

Написал я тут ВОТ ЭТОТ пост. И удивился комментариям по поводу добровольного желания человека пойти в армию.

Меня действительно возмущает то, что личное желание человека пойти в армию, теперь расценивается как умопомрачение.

Да, не скрываю, я не был в армии. Потому что пока живу не в стране своего гражданства, и так получилось, что перевалил тот возраст, когда в армию берут на срочку. А в 32 года я там уже и не нужен никому. Но пришла бы повестка, и я бы пошел.

Сейчас куча народу скажет "да дибил, и нечего там делать"...

В нашей армии служат сотни тысяч человек.. я не знаю, конечно всех цифр. Но хочу сказать тем, кто считает что служба в армии это дибилизм и глупость. Прошу подумайте о том, что вы называет сейчас дибилами и глупцами несколько сотен тысяч человек (а возможно и миллионов) с автоматами в руках, защищающих ВАШ дом.

Да, возможно живется сейчас не легко, да и легче не будет, тоже возможно. Да, цены на продукты кусаются и не всегда есть деньги на хлеб с маслом. Да, не всегда горячая вода из крана бежит и дороги есть не везде, где ты хочешь проехать. Но над нами чистое небо. У нас нет Господ. И мы свободны делать выбор в своей жизни. Можем растить детей. Можем ходить в кино. Мороженое есть когда захотим.

И спасибо этой возможности Армии, которую боятся другие страны и уважают.

Я не осуждаю людей, кто косит от армии по разным причинам. Кто-то реально болен. А у кого-то просто есть деньги, чтобы не пойти в армию.  Но я осуждаю тех, кто считает что служба, это глупо и плохо.


И хоть камнями меня закидайте...

Думаю, это ВАЖНО! Армия, глупость, осуждение, защита, родина

Картинка просто из интернета! Мне понравилась.

Сказка про Колобка 2.0
спонсорский пост от
Сказка про Колобка 2.0 длиннопост

Жили-были старик со старухой. Как-то старик говорит:

— Слышь, бабка, поесть охота! Ступай в кладовку, да посмотри, что осталось.

Пошла старуха в кладовку, наскребла муки две горсти да сметаны ложку. Открыла коробку с мультипекарем REDMOND RMB-611, что внуки подарили. Перебрала двадцать пять сменных панелей, нашла нужную, установила. Тесто замесила, залила в мультипекарь и крышку закрыла. Раз-два и выпекся симпатичный пончик-колобок.

Сказка про Колобка 2.0 длиннопост
Показать полностью 4


Пожалуйста, войдите в аккаунт или зарегистрируйтесь