870
Про отзывчивых гаишников
123 Комментария в Истории из жизни  

Выполняя ранее данное мной обещание, рассказываю историю про сотрудников ГИБДД, активно участвовавших в теме по «нагреву» автостраховых компаний.


Самое большое затруднение, которое возникло у меня в тот момент, когда я решил эту историю изложить, заключалось в том, что мне предстояло решить важный вопрос: как донести до читателей суть вопроса как можно яснее и понятнее, но при этом не разгласить ненароком чего-либо из того, что разглашать не положено. Да, кто-то наверняка скажет: «Автор, по телевидению и в интернете давным-давно рассказаны всякие случаи из практики правоохранительных органов, касающиеся методики осуществления оперативно-розыскной деятельности, и многое из этого уже совсем не секрет». Так-то оно так, но я вовсе не хочу разделять с теми, кто эти примеры выкладывал, риск привлечения к ответственности за разглашение. Поэтому я решил поступить проще. Я не буду раскрывать тут весь процесс документирования преступной деятельности фигурантов, а сразу изложу то, что было установлено.


Лет так семь назад, может чуть больше, может чуть меньше, к нам в подразделение собственной безопасности органов внутренних дел с какими-то своими жизненными проблемами обратился некий гражданин с активной гражданской позицией. Этот гражданин помимо всего прочего в разговоре с нашим опером совершенно непроизвольно шепнул ему на ухо, что в городе существует группа добрых и отзывчивых сотрудников ГИБДД, которые небезразличны к проблемам рядовых участников дорожного движения и всегда готовы придти к ним на помощь. Например, в тех случаях, когда водитель по какой-либо нелепой случайности повредил свой автомобиль, а выплата страховой суммы ему за это не положена.


Действительно, такие случаи бывают, и не так уж и редко. К примеру, едет себе гражданин в ночное время по городу, никого не трогает, тихо-мирно управляет принадлежащим ему транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения, и тут – бац! Какие-то злодеи понаставили по обочинам столбов, будь они не ладны. И главное, не объехать было этот столб, вот в чем проблема. По понятным причинам ГИБДД гражданин не вызывает, при помощи верных друзей эвакуирует куда-то поврежденное транспортное средство с места ДТП. Поутру он с этими же друзьями на глаз оценивает причиненный автомобилю ущерб тысяч так в сто пятьдесят. Ну не будет же ни в чем не повинный водитель платить за ремонт из своего кармана, поэтому он начинает сильно думать об эту проблему и звонить по знакомым с целью мониторинга рынка мошеннических схем в сфере автострахования. Кто-то из этих знакомых сообщает пострадавшему, что у него есть на примете инспектора ГИБДД, которые нарисуют ему справку о том, что на самом деле имело место дорожно-транспортное происшествие с участием двух автомобилей, причем виновником будет второй участник ДТП, которого эти же ГАИшники любезно подыскивают своими силами. И оценивают эти замечательные люди в погонах свои услуги совсем не дорого: всего 10 процентов от страховой суммы. Конечно, гражданин соглашается, платит этим добрым ГАИшникам примерные 10 процентов, получает от них справку о ДТП (по которой он пострадавший), идет в страховую компанию второго участника ДТП и благополучно получает после оценки страховую выплату. А если мало заплатили, то идет в суд, по решению которого получает еще всяческие мелкие бонусы в виде компенсации за утрату товарного вида, и тому подобные плюшки. В общем, все довольны. Кроме страховых компаний, которым остается только подсчитывать убытки.


И еще тот сознательный гражданин случайно обронил фамилию одного из этих сотрудников ГИБДД - Колдобинов. Нашептанная ифнормация нас очень заинтересовала, и мы стали по ней плотно работать, что называется – оперативным путем. Вся разработка заняла чуть меньше года, что на самом деле не такой уж и большой срок для такой темы.


Выяснилось, что в батальоне ДПС действительно служит сотрудник по фамилии Колдобинов. Лет ему было что-то около тридцати семи, отработал он в ГАИ уже примерно лет пятнадцать. Занимал он должность инспектора по выездам на ДТП. Есть такие специально обученные инспекторы, которые только и занимаются тем, что оформляют дорожно-транспортные происшествия.


Также выяснилось, что Колдобинов поддерживает приятельские отношения с другим инспектором по выездам на ДТП, неким Ямкиным. Ямкин был помоложе Колдобинова лет на десять, и работал в ГАИ тоже не столь долго. Правда оказалось, что в общем-то Колдобинов и Ямкин общаются исключительно на практические темы, то есть что бы такого замутить по фальсификации материалов ДТП.


Организатором явно выступал Колдобинов. К нему обращались клиеты, у него же были знакомые владельцы «подставных» автомобилей, среди которых имелся КАМАЗ, ЗИЛок, ГАЗончик и пара «Газелей». Автомобили эти были старые и давно накрепко ушатанные. Судя по всему, они и подбирались с тем расчетом, чтобы в случае чего по уже имевшимся на них механическим повреждениям максимально затруднить идентификацию с конкретным ДТП.


Выходило, что сначала Колдобинов брался «помогать» с оформлением левых ДТП своим знакомым и родственникам. Например, у одного его корефана не вписанный в полис пасынок ночью с друзьями взял показаться относительно свеженького «Фокуса», ну и расхлестал его к едрене фене. Или другой родственник обратился к Колдобину, когда в его автомобиль, припаркованный во дворе многоэтажного дома, кто-то нормально так въехал. Видимо, родственник подумал, что виновного найти все равно не получится, и поэтому сразу взялся решать вопрос с возмещением вреда неформальным путем. Но потом слава побежала впереди героя, и о том, что есть такая возможность поднять бабла со страховых, стали знать многие.


Поначалу наши заботливые инспекторы заморачивались с фальсификациями не по-детски: на место мнимого ДТП (как правило, не в самом оживленном месте города) притаскивался поврежденный автомобиль клиента и подставной автомобиль, они расставлялись на проезжей части так, чтобы картина оптимально соответствовала имевшимся на машине клиента повреждениям. Производилось фотографирование, приглашались настоящие понятые – случайные люди, которые проходили или проезжали мимо, составлялась схема, с участников ДТП там же на месте брались объяснения, после чего все ехали в ГИБДД, где уже выдавалась справка о ДТП. Один раз Колдобин задумал вообще мощный сценарий: якобы клиент на своем «Мерседесе» уклонялся от столкновения с выехавшим на «встречку» автомобилем ВАЗ-2106, и допустил столкновение со стоявшим на обочине КАМАЗом, разворотив «Мерседесу» полморды и слегка оцарапав «Кузбасс-лак» на заднем бампере КАМАЗа. Ясное дело, что водитель «шестерки» тоже был подставной, и на него даже составили административный протокол за выезд на встречку для пущей правдоподобности. Но там у клиента был действительно недешевый автомобиль, сумма по ОСАГО выходила максимальная, и поэтому инспекторам пришлось играть в Голливуд: мало ли как там в страховой, или не приведи случай – в суде, на эти материалы посмотрят. Кстати, посмотрели нормально.


Но потом наши герои обленились, что ли. Сначала начали притаскивать автомашину клиента на место, но уже без подставного автомобиля, и фотографировали только её. Потом они вообще охамели в край, и стали рисовать материалы по левым ДТП прямо у себя в кабинетах, сочиняя легенды на ходу, при этом подкладывая фотографии с других ДТП с похожими по цвету и модели автомобилями (благо, количество таких фоток у них в служебных компьютерах поражало воображение), вписывая в качестве понятых своих знакомых и расписываясь за них и за подставных участников.


Но в целом бизнес у инспекторов шел неплохо. В один из дней Ямкину позвонила жена и предложила ему зашарить на какой-нибудь больничный дней на десять, потому что подруга предложила ей за недорого «горящие» путевки в Египет. На это Ямкин ответил супруге: «Какой нафуй Египет, дорогая, у нас тут вообще сенокос, клиент просто как на нерест прёт!».


Вот тут мы и поняли, что пора прикрывать эту лавочку. Поэтому по нескольким левым ДТП, а именно таким, где уши фальсификации торчали явно и неприкрыто, повыдергивали к себе всех якобы «участников», и стали с ними разговаривать, в случаях особенного упорства с их стороны давая послушать предварительно рассекреченные результаты оперативно-розыскной деятельности. После этого все рассказывали на бумагу всё, как было на самом деле.


Правда, сами Колдобинов и Ямкин «колоться» отказались категорически. Но это нам особо было и не нужно, потому что доказательств хватало и так. Хотя по некоторым эпизодам пришлось заниматься так называемым «анализом биллинга» (на самом деле эта бодяга называется совсем не так). Это когда берутся данные с базовых станций операторов сотовой связи, и устанавливается, что в тот момент, когда инспектор, клиент, подставной и два понятых должны были оформлять ДТП в одном месте, на самом деле они все находились в самых разных частях города. Всего мы задокументировали пару десятков эпизодов.


Потом было долгое следствие и направление дела в суд. Помимо гражданских клиентов, которые обвинялись в мошенничествах, в суд пошли Колдобинов и Ямкин, которым вменялось получение взяток и служебные подлоги. Но в суде инспектора дурить не стали, полностью признали свою вину и раскаялись, за что оба получили условные сроки. Как потом страховые компании вымораживали ущерб по этим левым ДТП, я не знаю, потому что в эти вопросы не вдавался.


Прочитав этот текст, наверняка кто-то подумает: «А что же гаишники делали такого плохого? Ну, нагревали они страховые компании, так они же – страховщики – кровопийцы, это общеизвестно! Главное, гражданам никакого ущерба, наоборот, помогали людям» и всё такое прочее. Не знаю, не знаю… Почему-то я такого взгляда на эту историю не разделяю.

Показать полностью
1449
Про то, как рождаются легенды
95 Комментариев в Око государево  

Небольшая история из воспоминаний бывшего следователя прокуратуры приурочена к созданию на Пикабу сообщества «Око государево». Не знаю, честно говоря, как данное сообщество будет жить и развиваться, но надеюсь, что будет и жить, и развиваться. В любом случае, желаю удачи создателю сообщества на этом нелегком поприще, и приступаю.


Зачастую городские легенды рождаются совсем не на пустом месте, в их основе лежат какие-то события, происходившие на самом деле, просто в силу разных причин неверно истолкованные. Пример: Как-то в начале 90-х годов, в ожидании своего автобуса на остановке общественного транспорта, расположенной у одного из зданий УВД нашей области, мне довелось послушать пламенную речь какого-то пенсионера. Он, обращаясь к другим находившихся там же гражданам, на чем свет крыл коммунистов, советскую власть в целом и проклятого Сталина лично (тогда это было еще достаточно модно, волна постперестроечных разоблачений до конца не отшумела, и желающих поучаствовать в таком безопасном занятии, как допинывание «мертвого льва», было предостаточно). Так вот, помимо всего прочего этот пенсионер заявлял, что прямо в подвале вот этого самого корпуса УВД в 1937-м и последующие годы НКВД-шники расстреливали жертв массовых репрессий. Более того, продолжал он, до сих пор в этом здании приводят в исполнении смертные приговоры, потому что он сам неоднократно слышал доносящиеся из подвала приглушенные выстрелы.


Пенсионер вещал очень убежденно, но я сразу понял, в чем дело. Нет, у деда не было слуховых галлюцинаций, и он на самом деле наверняка слышал из этого подвала звуки выстрелов. Просто в подвале данного корпуса располагался стрелковый тир УВД области, в котором регулярно проходили плановые стрельбы личного состава, а также курсантов «полицейской академии» (так в то время иронически называли Учебный центр УВД). Так что выстрелы были, но вот как их интерпретировали – это совсем другой вопрос. Тем более, что сам корпус построили уже в середине 70-х.


Второй случай имел место также в середине 90-х годов, но уже в прокуратуре нашей области. В кои веки тогда прокурорским работникам представился случай в массовом порядке злоупотребить служебным положением. Дело в том, что работники охотдепартамента повязали каких-то браконьеров, незаконно отстреливших большое количество лосей (не помню, сколько точно, но достаточно много). Злодеев оформили, мясо животных изъяли, и решили его реализовать по установленным государством ценам. За давностью времени точной стоимости я уже не помню, могу только сказать, что выходило не в разы дешевле рыночных цен, но поменьше, это точно. Поскольку стоял октябрь месяц, и хранить мясо было негде, то вопрос реализации оходепартаменту предстояло решить как можно быстрее. Вот они и предложили областной прокуратуре приобрести это мясо. Получив добро, к зданию прокуратуры области подъехал бортовой ЗИЛ, в кузове которого и были навалены большие части туш.


Насколько мне известно, вопрос о том, как делить мясо, послужил предметом острой дискуссии. От некоторых поступали предложения распределять его в зависимости от занимаемой должности, классного чина, выслуги лет, и так далее. Но в то время в руководстве прокуратуры еще оставались люди пресловутой «советской» закалки, которые приняли волевое решение: делить поровну, невзирая на погоны и заслуги, то есть где-то по 10-12 кг на одного сотрудника. С целью неукоснительного соблюдения принципов равноправия и социальной справедливости в подвал прокуратуры откуда-то притащили колоду и топоры, и два весьма уважаемых членов коллектива, которые еще не утратили полученных в деревенской юности навыков, приступили к процессу рубки, который происходил «по-честному», то есть с равномерным распределением по долям мяса и костей.


Таскали же мясо из ЗИЛа в подвал мы – молодые парни, то есть следователи. ЗИЛ стоял с задней стороны здания прокуратуры у небольшой двери, которая и вела в подвал. Для удобства разгрузочных работ мы (а было нас человек восемь) сняли пиджаки и закатали рукава рубашек. Но все равно при перемещении мяса из кузова в подвал все запачкали руки кровью. Закончив разгрузку, мы стали подниматься из подвала на первый этаж по лестнице, ведущей прямо в фойе прокуратуры. Как на притчу, в тот день у прокурора области был личный прием, в связи с чем народу в фойе накопилось достаточно много.


А теперь представьте, что увидели все пришедшие на прием люди: откуда-то из подвала толпой поднимаются восемь молодых мужиков, вспотевших и отдувающихся, одетых цивильно, но с засученными по локоть рукавами рубашек, причем руки также по локоть в каких-то пятнах бурого цвета, и идут внутрь здания. И еще представьте, что эти люди могли о причине этого зрелища подумать. Представили? Вот и мы тоже представили. Но только после того, как один из нас, причем идущий последним, не решил глупо пошутить, обронив как бы случайно, но достаточно громко, чтобы слышали все окружающие, фразу: «Да, в этот раз какой-то особенно упорный попался».


Не могу сказать точно, но почему-то у меня имеется убеждение, что в тот день родилась очередная городская легенда.

Показать полностью
836
Про автоподставу
127 Комментариев в Истории из жизни  

Очередная история, как и прошлая, пишется под впечатлением от поста пикабушника @MuxxDuxx http://pikabu.ru/story/vospominaniya_iz_proshlogo_gai_ivan_4....


Взаимоотношения в милицейском коллективе строятся, как и в любом другом сообществе людей, собранных вместе необходимостью зарабатывать себе на жизнь, никаких особых отличий в общем-то и не наблюдается. В принципе, в каких-то пиковых случаях могут коллеге по службе и прямо в бубен настучать, а могут и похитрее сделать, с подставой. Как говорил Глеб Жеглов: «Обдумает всё человек неторопливо как сделать и от себя отвести или того хуже - навести на другого, приготовит всё заранее, сделает хладнокровно и на дно». Вот примерно о таком случае из жизни и пойдет речь в данной истории. Этакий эпизод «ментовских войн» местечкового разлива, если можно так выразиться.


Во второй половине нулевых годов текущего века жил-был в одном не самом большом городе некий Требушеткин, и был он гаишником, командиром взвода в роте специального назначения ДПС УГИБДД УВД (далее – просто спецрота). Спецрота – это звучит грозно, сразу представляется какой-то гаишный ОМОН в камуфляже, кроссовках, в масках и с автоматами, который лихо пакует особо опасных нарушителей Правил дорожного жвижения лицом в асфальт прямо рядом с нерегулируемым пешеходным переходом, на котором злостно не пропустили старушку-пешехода, и всё в таком же духе. На самом же деле спецрота ДПС это такое же, как и все другие, строевое подразделение ГИБДД, укомплектованное самыми обычными инспекторами. Просто работают они не по территории отдельного муниципального образования, как обычные гаишники, а по всему субъекту (области, краю или республике). В сельской местности спецроту принято называть «областные гаишники». Схема работы спецроты обычно такова: в какой-то сельский район в особо урожайный для службы ГИБДД день, типа вечера пятницы, внезапно без предупреждения заезжает несколько экипажей, которые становятся не на крупных магистралях, а на межпоселковых дорогах. Сначала спецрота работает «на правительство», то есть добросовестно задерживает местных, которые, не ожидая подвоха, привычно перемещаются по окрестностям, управляя транспортными средствами в состоянии опьянения, а когда достигнут некий статистический показатель (типа «пять УНС»), начинают работать на себя. То есть местным жителям предлагается изыскать какие-то денежные средства и вручить их сотрудникам спецроты во избежание пагубных последствий в виде составления административного протокола с последующим лишением права управления ТС и нехилого штрафа. Как правило, местные на это вариант идут охоно, и без проблем «выкупают пьяные права» (это жаргон такой). В силу этих причин спецроту никто не любит, потому что вариантов с ними только два: или лишиться прав, или весомого бабла, а договориться на скидки через местных гайцев, с которыми почти все местные родственники или друзья, со спецротой не получается. Кстати, вариант с ездой в трезвом виде по каким-то причинам не рассматривается никем вообще, видимо, неукоснительно соблюдается какой-то суровый обычай. Также, как и вариант с обращением по поводу получения взяток сотрудниками спецроты в подразделение собственной безопасности – нет, ну в самом деле, мы же не в Германии какой-то, чтобы доходить до таких дикостей, как идти сдавать кого-то ментам, тем более, когда сам ездил за рулем синим.


Ну вот, недельный запас моего сарказма исчерпан, и мы возвращаемся к нашему герою – капитану милиции Требушеткину. Было ему уже под сорок, служил он достаточно давно, и до пенсии ему оставалось пару-тройку лет. Но почему-то служба у него начала давать трещину. Во-первых, у него стали понемногу портиться отношения с некоторыми подчиненными. Причины назывались самые разнообразные: одни говорили, что Требушеткин стал требовать от подчиненных экипажей слишком большую долю от заработанного на выездах в районы. Другие говорили, что он зазнался, перестал нормально общаться с пацанами, с кем вместе в одном районном ГАИ когда-то службу начинал, то есть «нацепил корону». Третьи же утверждали, что Требушеткин просто стал более требовательно спрашивать с подчиненных за показатели в работе, и не давал нормально забухать после командировок по сельской местности.


Во-вторых, к Требушеткину резко поменялось отношение самого главного его командира – начальника областного ГИБДД Онагрова. Тот неоднократно высказывал командиру спецроты и другим гаишным начальникам, что Требушеткина надо куда-то деть: либо уволить, либо заставить из ГИБДД перевестись в другую службу. О причинах такого отношения тоже ходили разные слухи. Согласно одним, Онагров опасался, что Требушеткина скоро «примут» сотрудники ОСБ, и, поскольку тот входит в число его подчиненных, с самого Онагрова начальник УВД будет снимать стружку. Согласно другим, у Онагрова к Требушеткину просто возникли неприязненные отношения на какой-то личной почве. Было также и мнение, что Требушеткин перестал делиться с Онагровым, но это была заведомая лажа, поскольку они представляли слишком разные по уровню звенья пищевой цепочки, и Онагрову иметь какие-то отношения с таким мелким командиром, как Требушеткин, было просто западло.


Одним словом, над Требушеткиным сгущались тучи, и он это явственно чувствовал. Поэтому, когда подчиненные вечером одного дня пригласили его в сауну сбрызнуть несколько поводов разных сотрудников (дни рождения, присвоения званий, покупка квартиры в ипотеку и т.д.), то он согласился, и даже приехал туда. Но вел себя весьма осмотрительно, посидел только пару часов, выпил буквально три-четыре рюмки водки и поехал домой за рулем своего личного автомобиля (Форд Фокус, вроде бы). Времени, правда, было уже много, чуть заполночь. Едет Требушеткин по ночному городу и вдруг замечает, что за ним пристроился «Москвич-412», и не отстает, следует тем же марщрутом. На одном перекрестке Требушеткин притормозил под мигающий «желтый», и тут же услышал стук сзади: это его догнал «Москвич». Требушеткин понял, что это, скорее всего, подстава, а поскольку он все-таки употребил, пусть и немного, то решил сваливать. Поэтому он резко на «зеленый» ударил по газам и помчался в сторону дома.


Жил он в частном секторе, в обычном одноэтажном доме. Приехав домой, он сразу поставил машину ограду и лег спать. Ну, не спать, но во всяком случае лег.


А в это время в дежурную часть через службу 02 поступил звонок от гражданина Куртинова о том, что он, управляя автомобилем «Москвич-412», по неосторожности на перекрестке совершил ДТП, причинив механические повреждения своему автомобилю и автомобилю Форд Фокус. Дежурка передала сообщение для проверки в батальон ДПС. На место выехал дежурный дознаватель, который получил от Куртинова объяснение, где последний прямо указал госномер и все приметы автомобиля второго участника ДТП, а также пояснил, что тот с места происшествия скрылся. Пробив госномер, дознаватель и дежурный поняли, что автомобиль принадлежит сотруднику спецроты Требушеткину. После этого дежурный по батальону доложил комбату, а тот дал команду отправить экипаж по месту жительства Требушеткина для проверки сообщения.


В составе экипажа, который поехал домой к виновнику торжества, был инспектор Бастионский, который когда-то вместе служил с Требушеткиным. Поэтому по приезду он вызвал Требушеткина на улицу и объяснил ему всю сложность складывающейся ситуации. Требушеткин сказал, что на его Фокусе повреждений нет, и Бастионский как бы ему поверил, после чего доложил в дежурную часть по рации о том, что ДТП фактически не было – на Фокусе механических повреждений-то нету. После чего с тяжелым сердцем отправился дальше по своему маршруту.


На следующий день, несмотря на то, что это была суббота, об этом происшествии с самого утра доложили по телефону начальнику облГАИ Онагрову. Тот сразу приказал поднимать сотрудников КПО УГИБДД (контрольно-профилактический отдел областного ГАИ, проще говоря), и отправить их смотреть автомобиль Требушеткина при свете дня.


Выполняя указание, два сотрудника КПО приехали к дому Требушеткина, но ни самого взводного, ни его автомобиля дома уже не было. Жена сказала, что он куда-то уехал, а куда – не сказал. После этого сотрудники КПО, осознавая, что начальник облГАИ им такого промаха не простит, стали своими силами искать Требушеткина и его автомашину. Не суть важно как (а точнее, через сотрудников взвода Требушеткина) им удалось пробить, что тот гасится в гостях у одного гражданского друга в городе, а Фокус стоит в глубине двора под адресом.


Сотрудники КПО помчались туда, и действительно нашли там стоящий во дворе Фокус. Тут же они вызвали дознавателя с батальона, который в их присутствии произвел осмотр автомобиля, обнаружив незначительные механические повреждения на заднем бампере, что было зафиксировано протоколом. Самого же Требушеткина найти не удалось, потому что сотовый телефон он попросту выключил.


В понедельник Требушеткин, как ни в чем не бывало, с утра приехал на службу и тут же был вызван «на львиную шкуру», то есть в кабинет начальника областного ГИБДД. Там уже было несколько гаишных командиров рангом поменьше, в присутствии которых начальник УГИБДД Онагров в ультимативной форме потребовал от Требушеткина написать рапорт на увольнение по собственному желанию, потому что скрывшись с места ДТП, тот навеки покрыл позором как родную спецроту, так и все славные органы госавтоинспекции в целом. Требушеткин дрогнул и прямо в том же кабинете такой рапорт написал, после чего уехал домой.


Но через два дня он снова приехал в УГИБДД и написал второй рапорт – об отзыве первого. Увольняться по собственному желанию Требушеткин категорически отказался.


Тогда заскрипел несмазанными колесами приказа МВД России № 1140 механизм проведения служебной проверки, которой занимались сотрудники КПО. Они проделали большую работу, вплоть до автотехнической экспертизы, и сделали вывод о том, что Требушеткин на самом деле скрылся с места ДТП, чем совершил проступок, порочащий честь сотрудника милиции. Такой же проступок в заключении служебной проверки нарисовали и инспектору ДПС Бастионскому, который из ложно понятого чувства товарищества не принял всех необходимых мер по своевременному документированию совершенного Требушеткиным правонарушения. Так что обоих – и Требушеткина, и Бастионского – из органов внутренних дел уволили.


Потом они долго обжаловали приказ об увольнении во все возможные судебные инстанции, причем Требушеткин утверждал, что ДТП было подстроено. Но водитель «Москвича» Куртинов наотрез все это отрицал и утверждал, что все произошло совершенно случайно. Доказательств «подставы» Требушеткин в суд представить не смог. Так что всё было тщетно и суд признал увольнение законным. Что с ними стало потом и чем они занимаются, мне неведомо.


Возникает резонный вопрос: а откуда я знаю такие дешураздирающие подробности этого происшествия? Дело в том, что тогда я служил в подразделении собственной безопасности, и отслеживать (в том числе и оперативным путем) подобные ситуации было частью моей работы.

Показать полностью
2054
Про служебное удостоверение
120 Комментариев в Истории из жизни  

Навеяно воспоминаниями, внезапно возникшими на почве прочтения поста пикабушника @MuxxDuxx http://pikabu.ru/story/udostoverenie_4901332.


Служебное удостоверение во всех правоохранительных органах – штука в тех кругах почти что священная. Недаром раньше ксиву было принято называть «частичкой боевого красного знамени». Понятное дело, что лица криминальной направленности зачастую пытаются разными путями заполучить поддельные удостоверения сотрудников МВД, ФСБ, прокуратуры и так далее.


Помню, довелось мне в конце 90-х расследовать несколько эпизодов по одной получившей большую, но весьма печальную известность в Москве преступной группировке (название оглашать не буду, потому что сразу будет понятно мое территориальное расположение). Так вот, при задержаниях у многих участников этой банды были обнаружены поддельные, но очень высокого качества, удостоверения следователей военной прокуратуры какой-то войсковой части. Причем фамилии, имена и отчества у бандитов в этих ксивах были указаны подлинные, то есть бились с паспортами. Но, что характерно, все бандюганы по эти удостоверениям были в звании «капитан юстиции» и сфотографированы в соответствующей форме.


По ходу следствия в беседах на «четвертом спецу» (это была такая тюрьма в тюрьме – отдельный корпус внутри «Матроски» со своим режимом, там в свое время сидели всякие известные люди, вроде Руцкого с Хасбулатовым, «гэкачепистов» и видных маньяков) с двумя бандитами из той группировки у меня сложились нормальные отношения. И как-то я у них спросил, почему они все были капитанами юстиции на поддельных ксивах. Оба ответили одинаково: привезли один комплект формы – китель и рубашку с галстуком, и они все в ней сфоткались по очереди. Вот и весь секрет.


Еще помню случай в конце 90-х годов со следователем прокуратуры Бухарской (вроде бы) области Республики Узбекистан, который приехал в нашу область допросить несколько человек по какому-то своему делу. Его повязали почти что сразу, на вокзале, а все потому, что удостоверение узбекской прокуратуры было, конечно, очень красивое – с национальным гербом, цветной фоткой, отличной полиграфией и голограммами, вот только было оно на двух языках: узбекском и английском. То есть русского языка там не было в принципе. Немудрено, что смуглого паренька с непонятным документом ППС-ники из нашего города приняли моментально, а уже потом, после его криков о том, что он прокурорский работник, доставили для разборок к нам в прокуратуру. Кстати, я же потом этому парню и помогал искать людей по его делу, и допрашивал он их у меня в кабинете, а по окончанию своей работы он перед отъездом даже накрыл мне поляну в одном недорогом кабачке.


Еще одна история произошла в середине 90-х годов в нашем провинциальном городе. В одну из суббот с утра дежурным сотрудником по УБОПу заступил старый опер – майор Колесов. Только он приготовился к несению службы, то есть снял пиджак, ботинки, лег на стоявший в его кабинете диван и прикрыл глаза, как ему позвонили из дежурной части областного УВД и сказали ехать в Кировский райотдел, туда из кафе «Вдали от тещи» доставили какого-то парня, при котором обнаружилась ксива сотрудника новгородского (пусть будет так) УБОПа. Мол, ваш коллега, вы сами с ним и разбирайтесь.


Колесов на своей машине приехал в Кировский и получил там на руки пьяное впополам тело, шнурки, барсетку и удостоверение оперуполномоченного УБОП при УВД по Новгородской области на имя старшего лейтенанта милиции Захудалова. Обычное такое тело парня лет чуть меньше тридцати, в традиционном для тех времен обмундировании борца с организованной преступностью – кожаной куртке и туфлях-гробиках. Привезя это тело к себе в кабинет, Колесов оставил его отлежаться пару часов на диванчике. Потом привел в чувство, Захудалов вроде бы очнулся, но полностью сознание к нему так и не вернулось. На почве сушняка он постоянно пил чай, воду и так далее, на вопросы об новгородском УБОПе и работе отвечал очень скупо. Было видно, что Захудалову не просто плохо, а очень и очень плохо. Поэтому на вопрос Колесова: «Ну-ка, братуха, дай мне твою ксиву еще разок посмотреть», он механически достал уже отданное ему удостоверение.


Глянув в корки буквально мельком, Колесов отдал удостоверение Захудалову, а сам вышел с чайником из кабинета – как бы для забора воды. На самом деле он пошел в дежурку УБОПа, откуда позвонил двоим надежным операм со своего отдела, и попросил их приехать в контору как можно быстрее.


Когда коллеги Колесова прибыли в кабинет, он сказал Захудалову: «А теперь, братан, рассказывай, кто ты такой по жизни, и где ты эту ксиву поднял». Захудалов поупирался немного, шаря под сильно похмельного человека, но через час все-таки колонулся: никакой он не опер и не Захудалов, а фамилия его Косорылов. Хотя и из Новгорода, это да.


Но Колесов был старый воин, практически дослужившийся до седых тестикул, поэтому он записал данные этого Косорылова и пробил их по телефону через областную дежурку. Оказалось, что этот демон уже год как в розыске за Новгородом за несколько преступлений, и вроде бы даже за разбой. Конечно, по факсу послали туда запрос, откуда к концу дня тоже факсом пришла копия меры на этого Косорылова, и его поместили на ИВС в ожидании этапа в новгородский централ.


Потом Колесов рассказывал, что уже при первом взгляде на удостоверение этого Захудалова он почувствовал что-то неладное, но что именно – понять не мог, потому что выглядело оно безупречно. Но когда он попросил ксиву второй раз, то глянув мельком сразу понял, что его смутило: на фотографии жулик был одет под кителем не в серо-синюю повседневную рубашку, а в белую, парадную. А, как известно, фотографируются на служебное удостоверение только в повседневной форме одежды.


Вот так один маленький штришок, а также отлично развитые за долгие годы милицейской службы наблюдательность и паранойя позволили старому оперу разоблачить злодея с вроде бы безукоризненно подделанным документом.

Показать полностью
2248
Про продуманных
206 Комментариев в Истории из жизни  

Просто история из времен моей прошлой работы, без всякого философского и тому подобного подтекста. История длинная, короче изложить её не получается, потому что теряются важные для общего понимания детали.


Дело было в первой половине 2000-х годов, в одном провинциальном городе. Жила там некая женщина лет сорока с хвостиком, и занималась она коммерцией – оптовыми поставками в город живых цветов. На этой почве было у этой коммерсантки достаточно много денег. У меня вообще сложилось ощущение, что серьезная торговля живыми цветами по рентабельности лишь немного уступает торговле наркотиками, а по безопасности ведения бизнеса в разы её превосходит. В общем, в преддверии нового года, числа 15-го или что-то около того декабря, коммерсантка должна была ехать в Москву закупаться цветочками на все точки, в которые она их поставляла. Правда, в Москву она решила ехать не сразу из нашего города, а сначала заехать по каким-то своим делам в один соседний областной центр, и уже оттуда лететь в столицу.


До соседнего города её должен был отвезти один мужичок, который работал у нее водителем. Неофициально, конечно, так, возил эту коммерсантку на её же Тойоте Камри по мере необходимости, за что получал некую не слишком большую сумму ежемесячно. Фамилия у этого водителя была Князев, он был уже пожилым человеком, за пятьдесят лет, и вроде у него уже пенсия была, по горячему стажу, что ли.


И вот часа в три ночи Князев на Камри подъезжает домой к коммесантке, забирает её, и рулит по ночной трассе в сторону соседнего города, чтобы к утру уже быть там. У коммерсантки с собой из вещей небольшая дорожная сумка, в которой помимо всего прочего лежит 50 тысяч долларов наличкой на закуп цветочков в Москве. Отъехав от города километров сорок по трассе, они замечают, что на обочине стоит светлая «девятка» с синей цветографической окраской, но без «люстры» на крыше, а рядом с «девяткой» располагается гаишник. В форме, светоотражающем жилете и с жезлом. Этим жезлом гаишник указывает Камри принять вправо и остановиться. Князев так и делает, гаишник неспешно начинает движение в сторону их автомобиля.


Но в это время из «девятки» выскакивает какой-то одетый в темное парень, в маске на лице и с пистолетом в руках. Он подбегает к Камри, открывает переднюю пассажирскую дверь, где сидит коммерсантка, и диким голосом орет отдавать всё ценное. Гаишник в это время отходит куда-то в сторону и теряется из виду. Пистолет у налетчика по виду самый настоящий, вылитый ПМ. Коммерсантка и Князев жутко пугаются, грабитель вырывает у нее свободной рукой дорожную сумку, которую она держит на коленях, и кричит отдавать золото, телефон и так далее. Коммерсантка снимает с себя золото – серьги, кольца и тому подобное (золота, кстати, на ней висело очень прилично), достает какой-то супермодный на то время мобильный телефон и всё это отдает налетчику. После этого грабитель командует Князеву выйти из автомобиля, забирает у него мобильный телефон, сам залазит в салон, вынимает из замка зажигания ключи и бросает их куда-то в снег в сторону леса. Затем прыгает в «девятку», в которой уже, судя по всему, сидел гаишник, и на дикой скорости «девятка» улетает по трассе в сторону нашего города.


Всё – ночь, зима, тишина и пустынная трасса. Пока Князев умудрился найти в снегу ключи, пока они на Камри доехали до города, где обратились в первый же райотдел, прошло уже немало времени. Конечно, по этому факту незамедлительно было возбуждено уголовное дело по статье 162 УК РФ – разбой, и уголовный розыск начал работу по раскрытию.


Изначально всем было понятно, что жулики отработались «по наколке». Им явно подсвечивал кто-то из своих, потому что просто так узнать, когда именно, на какой машине и с какими деньгами коммерсантка поедет в другой город, можно было только от её ближайшего окружения. Стали выяснять, кто располагал такой подобной информацией, оказалось, что все детали знали только сама коммерсантка, её муж и водитель Князев. Начали отработку мужа и Князева, для начала чисто оперативным путем.


Буквально на следующий день прошла интересная новость: у мусорки в одном из городских карталов случайно нашлась дорожная сумка коммерсантки, нашедший сразу обратился по этому поводу в милицию. В сумке лежало всё золото, которое коммерсантка отдала злодею, а также её мобильный телефон и телефон водителя Князева. Все эти вещи были абсолютно целыми, без малейших повреждений, мобильные телефоны были выключены, и нигде не было обнаружено ни одного отпечатка пальцев рук. Эксперт сразу сказал, что все вещи явно тшательно вытирали тряпкой.


Все эти обстоятельства наводили ууголовный розыск на грустные мысли: к этому преступлению явно были причастны сотрудники милиции, бывшие или действующие. На это указывал и способ остановки Камри, и выброшенные вещи, судьбу которых возможно было хоть как-то отследить, и отсутствие отпечатков, да и пистолет, очень похожий на ПМ, тоже играл в эту же кассу. Ну и самое важное: сын водителя Князева работал в линейном отделе милиции младшим оперуполномоченным.


Тут небольшое, но важное разъяснение для гражданских людей: линейный отдел относился к так называемой транспортной милиции (сейчас полиции), которая ничего общего, кроме формы, с обычной милицией не имела. Подчинялась транспортная милиция своим начальникам, а не местному начальнику УВД. Даже ОСБ у них был свой собственный, отдельный. В общем, автономная такая контора. Поэтому подразделение собственной безопасности территориального органа внутренних дел работать по сотрудникам транспортной милиции в принципе не имело права – эта контора не находилась официально в оперативном обеспечении.


Но тогдашний начальник УВД нашей области был очень толковый генерал, сам начинал службу опером в уголовном розыске. Для него раскрытие преступления было прежде всего и он понимал, что ОСБ транспортной милиции может запросто всю тему слить своим же фигурантам. Поэтому он дал команду нашему ОСБ подключаться к этому раскрытию, сказав, что в случае разборок мы можем валить всё на него – это его указание, и точка.


Начали работать вместе с уголовным розыском. Выяснили по-тихому через свои источники, что сын Князева – некий Денис, ему двадцать пять лет, он старший сержант милиции, работал в ЛОВД младшим опером уголовного розыска уже лет пять. По службе характеризовался нейтрально, холост, жил вместе с родителями, в злоупотреблении спиртным не замечен. Несмотря на название должности, фактически исполнял обязанности водителя служебного автомобиля уголовного розыска. В своем отделе поддерживал наиболее дружеские отношения с операми уголовного розыска ЛОВД Царевым, Королевым, Бароновым, Графовым, Виктонтовым. Все они были примерно одного возраста – от 25 до 29 лет, все были не женатые. У двоих из них были личные автомобили ВАЗ-2109, и у обоих светлых цветов: у Графова – белая, а у Царева – светло-бежевая.


На момент разбоя у Князева младшего и у Царева было безупречное алиби – они оба были в отделе на дежурных сутках. Причем Князев в качестве дежурного водителя, поэтому он всю ночь провел в помещении дежурной части.


В дальнейшем была проделана куча всякой работы, впоследствии оказавшаяся совершенно ненужной (впрочем, как и всегда), типа анализа телефонных переговоров фигурантов за две недели до разбоя и тому подобное. За всеми тихо посмотрели, но ничего подозрительного не нашли: обычные милиционеры, в пятницу вечером после работы попили пива в привокзальной пивнухе, и всё.


Прошла уже неделя, а дерзкий разбой с использованием формы сотрудника милиции и с применением огнестрельного оружия все еще не был раскрыт. Руководство начинало нервничать, и щедро делилось своими переживаниями со всеми исполнителями. Начальником СКМ (службы криминальной милиции) УВД области в то время был старый заслуженный полковник со стажем работы в уголовном розыске что-то больше двадцати пяти лет. Он и принял волевое решение: тащить всех причастных к нам в управление и колоть до самой задницы. Логика у начальника СКМ была простая: сотрудники линейного отдела у нас в управе связей не имеют, для них тут – чужая земля, поддержки им ждать будет неоткуда. Да и старый постулат о том, что никто не колется проще, чем менты, еще никто не отменял.


С этой целью на следующий день было запланировано масштабное мероприятие: с самого раннего утра под адресом у каждого из фигурантов встало по группе, в каждую группу входили двое оперов с областного розыска и один сотрудник ОСБ, на служебной машине. По мере выхода фигурантов из своих подъездов, их предельно вежливо подхватывали под ручки, наш сотрудник махал в воздухе волшебной бумажкой с подписью начальника ГУСБ МВД России, после чего доставляли в УВД на этаж Управления уголовного розыска. К девяти часам утра там уже были все: Князевы старший и младший, Царев, Королев, Баронов, Графов и Виконтов. Их развели по разным кабинетам, отобрали мобильные телефоны, и начали с ними беседовать. Конечно, все это крепко попахивало легким беспределом, но другого выхода просто не было.


Беседы продолжались целый день напролет, менялись только опера с областной уголовки и наши сотрудники. Участвовало в этом очень много народу, даже начальник СКМ и тот лично разговаривал с разными клиентами почти что весь день. Давили на фигурантов исключительно психологически, говорили, что сейчас всех закроем по статье 91 УПК, рисовали им в красках бытовые условия в ИВСе, который располагался тут же, в подвале УВД, «показывали мультики» по «черные» хаты, и все в таком духе. Отдельно Царева и Графова пугали тем, что сейчас изымем их «девятки» и назначим экспертизы на предмет установления того, не клеились ли на них какие-либо полосы. Но все держались, некоторые даже подписали согласие на проведение Полиграфа.


Первым уже где-то в одиннадцать часов вечера дрогнул Царев, который начал выяснять, на какие именно условия он может рассчитывать в случае «чистухи», то есть чистосердечного признания. Начальник СКМ лично гарантировал ему подписку о невыезде и дальнейшие хлопоты перед прокурором. В общем, Царев немного подумал, и начал рассказывать.


Оказалось, что тему с ограблением коммерсантки предложил Князев-младший. Как-то оба Князевых, Царев и Баронов сидели у них дома за пивком, и отец Князева сказал, что хозяйка, которую он возит, не боится ездить с большими суммами наличкой, и что он скоро повезет её в другой город с долларами. Князев-младший заметил, что можно легко и просто поднять за раз большую сумму, тем более, что они будут знать все подробности поездки заранее. Тут же все вместе накидали план, по которому решили тормозить Камри в условленном месте на трассе под видом гаишников. Под гаишную машину маскировали «девятку» Царева, для этого Князев-младший попросил у одного своего знакомого, работавшего в рекламной мастерской, синюю самоклеющую бумагу, из которой он и Царев заранее вырезали полосы для обклейки его автомобиля под служебную цветографическую раскраску. Также Князев-младший заранее купил в военторге спецжилетку и гаишный жезл. В ночь разбоя Князев-младший и Царев заступили в ЛОВД на суточное дежурство, Царев переоделся в форму и получил табельный ПМ с патронами. Часа в два ночи он отлучился из отдела, сказав дежурному, что поедет домой покушать. Поскольку все было тихо и заявки отсутствовали, дежурный ему это разрешил. Тогда Царев на своей «девятке» заехал домой к Баронову, который взял с собой шапочку с прорезями для глаз. Выехав на трассу, встали в условленном с Князевым-старшим месте, обклеили «девятку», Царев одел поверх формы жилетку и стали ждать. Дальше было и так все понятно – Царев махнул палкой, Баронов в маске и с табельным пистолетом Царева грабанул коммерсантку, после чего они уехали обратно в город. Опять же, не доезжая до города, отклеили с машины синие полосы, после чего проезжая мимо одной из мусорок выбросили туда сумку с золотом и телефонами, предварительно все вытерев. Потом Царев завез Баронова с деньгами к нему домой, а сам вернулся в ЛОВД на дежурство.


В принципе, всё было логично и понятно. После этого раскололся Баронов, который всё подтвердил, потом Князев-младший и уже последним – Князев-старший. Характерно, что деньги они поделили на три части и спрятали в трех разных местах – в гараже Князевых, в гараже Царева и у подруги Баронова. Причем прятали втроем – Князев-младший, Царев и Баронов.


Оставшаяся ночь была посвящена чисто техническим моментам – изъятию денег, пистолета, осмотру автомобиля и тому подобному. Царев, как и договаривались, отскочил на подписку о невыезде, а оба Князевы и Баронов поехали до суда в СИЗО. В дальнейшем дело было направлено в суд, кстати, вменялся им разбой, совершенный организованной группой. Баронов получил восемь лет лишения свободы, Князев-старший и Князев-младший – по пять, а Царев – два года условно. Из милиции всех уволили еще на стадии следствия, между прочим, уволили начальника ЛОВД и его зама по кадрам.


Вот так закончилась история про раскрытие вооруженного разбоя на трассе в условиях неочевидности.

Показать полностью
3241
Про некоторые сложности при применении табельного оружия
347 Комментариев в Истории из жизни  

В комментариях к прошлому посту несколько погорячившись я пообещал коллеге @neirat рассказать случай из своей практики, когда мы убили кучу времени и сил на доказывание того, что сотрудник был прав, применяя табельное оружие. Правда, с выполнением обещания я несколько подзатянул, поэтому коллега @velialife даже вынужден был напомнить мне об этом соответствующей картинкой. Но, как говорится, лучше поздно, чем никогда. И хотя сама история не блещет какими-то особо душераздирающими подробностями, в целом она достаточно полно показывает те сложности, с которыми сталкиваются на практике сотрудники российской полиции при применении табельного оружия на поражение.


Дело было лет так пять назад, уже после реформы МВД, будь она неладна. События происходили по теплу, в августе месяце, в областном центре. Часа в два ночи следственно-оперативная группа ОМВД по Кировскому району в составе следователя, опера, эксперта-криминалиста и водителя дежурной части возвращалась в отдел на служебной «Газели» с какой-то заявки (не помню, на кражошку выезжали, что ли, не суть важно). На следователе, пусть будет Кириллов, остановлюсь особо, потому что он и будет главным героем этой истории. Молодой парень, лет шесть до этого отработал полицейским в батальоне ППС, как раз незадолго до данных событий окончил заочный курс обучения в гвардейском конно-балетном институте МВД России и перевелся в следствие. То есть отработал следователем к тому моменту он всего где-то с месяц, и ему даже еще не было присвоено первое звание среднего начальствующего состава (которое в МВД называют офицерским). Поэтому на суточное дежурство в составе СОГ он заступил в своей старой форме полицейского ППС с погонами старшего сержанта.


Вобщем, едет СОГ на «Газели» с заявки по центру города, неспеша пробираясь на улицу темными дворами, заставленными припаркованными автомобилями. Внезапно кто-то заметил, что у торца одного из домов несколько темных силуэтов производят некую подозрительную суету, весьма похожую на драку. Водитель рулит в ту сторону, и свет фар выхватывает из темноты следующую картину: трое каких-то пациков активно подмолаживают какого-то мужичка. Мужичок от ударов пытается уворачиваться, не всегда, правда, успешно, но на ногах еще держится. Когда гопники замечают полицейскую «Газель», то сразу резко валят в три разные стороны по темным дворам. Из «Газели» выскочили следователь, опер и эксперт, и побежали, разделившись, каждый за своим клиентом с криками: «Стоять, полиция!». Следователь Кириллов, физическая подготовка которого в принципе была вполне достойной, в процессе погони практически нагнал гопника, которого преследовал, и в этот момент они выбежали из темных дворов на освещенную центральную улицу.


Гопник побежал по этой улице и, пробегая рядом со строящимся в первом этаже пятиэтажке магазином, внещапно остановился, подобрал в руку из кучки кирпич и повернул на следователя. Тот по инерции даже не успел притормозить, соответственно пропустил от гопника удар кирпичом по голове. Следователь упал на спину, с головы у него побежала кровь, натекая на глаза и начиная тем самым закрывать обзор. Не мешкая, в положении лежа следователь вытащил из кабуры ПМ, и направил в сторону гопника. Тот в это время находился от него в паре метров, продолжая наступать с кирпичом в руке, и Кириллов решил шмалять на поражение, крикнув: «Стоять, буду стрелять!». Но гопник продолжил движение на него с кирпичом.


Как однажды написал какой-то полулегендарный следователь в обвинительном заключении: «Раздался выстрел, и в воздух взлетели вороны». Однако за темным временем суток ворон там не было, после выстрела из ПМа гопник просто зашатался и прилег на землю. Да, не упал, а именно не спеша прилег, видимо, заплохело ему что-то. В это время к месту происшествия подбежали парень с девушкой, которые как раз шли куда-то по своим делам в два часа ночи, и подъехала служебная «Газель» с остальными членами СОГа. Раненого гопника быром погрузили в «Газель», и погнали в «первую горку» (так на ментовском жаргоне у нас называлась первая городская больница скорой медицинской помощи), которая по совпадению находилась неподалеку. Гопнику сразу же была оказана медицинская помощь, и он остался вполне живым. Пуля попала в правую половину грудной клетки и прошла навылет, задев только легкое и немного подрихтовав несколько ребер спереди и сзади. Следователь Кириллов тоже получил медпомощь, у него была серьезно рассечена кожа в волосистой части головы, но череп все-таки не пострадал.


Конечно, сразу же было сообщено везде, куда следует, на это происшествие подняли следователя городского СУСКа, который тут же возбудил в отношении гопника уголовное дело по статье 317 УК РФ – посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа, сначала задержал его в качестве подозреваемого, а потом с санкции суда избрал меру пресечения в виде содержания под стражей.


Полицейское начальство признало применение оружия со стороны следователя Кириллова правомерным, и тут должен был последовать хэппи-энд, но все оказалось сложнее. Где-то через месяц меня пригласили на срочный сходняк в городской СУСК, где выяснилось следующее.


Переехавший по мере залечивания пулевого ранения из больнички в СИЗО гопник (назовем его Метелкин) стал давать показания. То есть до этого он тупил на 51-й (отказывался от дачи показаний, пользуясь правом, предоставленным статьей 51 Конституции РФ). А тут что-то разговорился и поведал такую версию развития событий: Шел он себе спокойно по дворам ночного города, немножко выпивший, конечно, но только немножко. И тут его ослепляет фарами какая-то «Газель» без опознавательных знаков, и начинает ехать прямо за ним. Он испугался, ускорил шаг, а потом вообще побежал по дворам. «Газель» отстала, но за ним погнался какой-то человек в темной одежде. Метелкин испугался еще больше, сразу же выскочил на освещенную улицу. При этом он как бы реально опасался за свою жизнь и здоровье, поэтому увидев кучку кирпичей, на ходу выхватил из неё один кирпич. Сразу же развернувшись навстречу догонявшему его человеку, Метелкин не глядя с размаху ударил того кирпичом по голове исключительно в целях самообороны. И только тут, в свете уличных фонарей, он рассмотрел, что его преследовал парень в форме сотрудника полиции, но без головного убора. Он решил подойти к упавшему полицейскому, объяснить, что тупо произошла непонятка, но не успел ничего сказать, потому что сотрудник сразу выстрелил ему в грудь. Никаких криков о том, что это полиция, Метелкин не слышал. Ничего противоправного он не совершал, никакого прохожего не бил, был один, и поэтому никаких законных оснований для его задержания у полиции в тот момент не было. Вобщем, наговаривают на него полицейские, потому что хотят прикрыть свой беспредельный выстрел, а ведь «Нургалиев разрешил» (он же Разрешиев Нургалил), и всё такое прочее.


В ходе следствия были изъяты записи с видеокамер, при этом оказалось, что камеры были только на освещенной улице. По ним было видно, как из двора выбегает Метелкин, за ним Кириллов, Метелкин на ходу хватает из кучки кирпич и с разворота бьет этим кирпичом по голове следователю. Тот падает, достает пистолет, держит его в направлении на продолжающего движение с кирпичом в руке Метелкина, а потом стреляет. Это же подтвердили и допрошенные случайные прохожие – парень с девушкой, которые видели эту ситуацию метров со ста примерно, и слышали какие-то крики, но слов разобрать не смогли. Да, опер и криминалист, которые побежали за другими гопниками, никого не поймали, а мужичок, которого те окучивали до приезда полиции, за это время успел куда-то уйти с концами.


Таким образом, следственный комитет рвал на себе волосы во всех местах с криками, что Кириллов применил оружие неправомерно, что у него не было законных оснований для задержания Метелкина в той ситуации, и что Метелкина надо отпускать, потому как доказа на него нету. А уголовное дело по факту превышения должностных полномочий надо возбуждать в отношении Кириллова. Комитетские привычно затянули волынку, что их подставили под незаконный арест честного гопника Метелкина, и сейчас их за это будет волшебно иметь прокуратура, с которой как раз в то время у следственного комитета был очередной виток братоубийственной любви. Короче, качели качнулись в обратную сторону.


Кстати, если кто-то продолжает думать, что полиция, следственный комитет, прокуратура и суд всегда заодно и непременно выступают единым фронтом, тот кардинально заблуждается. Отношения между российскими правоохранительными органами далеки от сердечности, скорее они напоминают старый анекдот: Собрались волки поздравить зайца с днем рождения. Написали общими усилиями открытку, а по подписи разгорелась дискуссия – как подписывать? Стая волков или группа товарищей? В итоге нашли компромисс и подписали «Стая товарищей».


Так что пришлось давать личные гарантии, что мы, то есть подразделение собственной безопасности, найдем доказательства правомерности задержания Метелкина, и, соответственно, применения следователем Кирилловым оружия. Начали работать.


Изучили личность Метелкина. Ему было что-то около двадцати с небольшим лет, он был ранее пару раз судим за кражи, но отделывался условными сроками, жил в деревне, но в тот злополучный день приехал в город к каким-то братьям по разуму чисто отдохнуть, то есть забухать. В тот самый день он совершил звонки на тридцать с лишним разных номеров со своего мобильного телефона. Стали отрабатывать все эти номера. Если вам кажется, что это простое занятие, то вы очень ошибаетесь. Дело в том, что зачастую формальный владелец СИМки и фактический – это совершенное посторонние друг другу люди. Более того, владелец не помнит (или не хочет вспоминать по разным причинам) кому он эту СИМку отдал. Частично нужные нам СИМки на момент проверки были уже не рабочие. А если даже и рабочие, то никто не горел желанием придти по звонку в полицию, потому что все прекрасно знают – вызывать можно только повесткой. А куда повестку отправлять – я вам не скажу, потому что живу у друга, и адрес его светить не хочу, ищите меня сами, это же вам надо, а не мне (суть примерно 90% разговоров с интересующими нас абонентами). В общем, где-то с месяц наши опера постоянно перемещались по маршруту: областной суд (где брали санкции) – техническое подразделение (где по санкциям пытались получить результат) – разнообразные адреса в городе и его окрестностях (где искали интересующих людей). Не буду по понятным причинам пускаться тут в технические подрбности, скажу только, что был проделан огромный объем работы, большая часть из которой оказалась совершено ненужной. Впрочем, это типичная ситуация. Однако в итоге удалось найти почти что всех, с кем обшался тогда наш клиент, и установить, что в тот вечер Метелкин бухал в большой компании на одной хате, но где-то в час ночи с двумя корефанами пошел догоняться в гости к еще к какому-то демону.


Оба этих корефана (пусть будут Веников и Совочкин) тоже были мелкими гопниками, причем нам снова не повезло: на момент, когда мы их установили, Веников якобы уехал жить в одну из поволжских республик, а Совочкин подался в один из богатых углевородородами северных округов. Ситуация упрощалась тем, что Веников, оказывается, уже с год находился по циркуляру в розыске за какой-то грабеж, правда, как обычно с санкцией «подписка о невыезде». Но уже появился законный повод притащить его в родной город для следственных действий.


Дело было за малым: найти в поволжской республике скрывающегося Веникова. Тут нам очнь здорово помогли коллеги из Поволжья, огромное спасибо им за это. Тамошние пацаны сработали весьма сурово, они вычисилили Веникова недели за две и цинканули нам, что клиент в адресе, можно ехать и принимать. Что и было сделано: трое наших оперов выдвинулись в Повольже на служебной машине, задержали там Веникова на левой хате, и привезли в наш городской СУСК. Веников темнить не стал, и сразу дал показания о том, что когда они втроем шли бухать на другой адрес, то в одном из дворов не смогли разойтись краями с каким-то мужичком, в связи с чем возник конфликт. Мол, грабить мужичка они не собирались, так, постучали ему немного в бубен на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, пока не увидели фары «Газели» и не услышали крики: «Стоять, полиция!», после чего разбежались в разные стороны и больше не виделись.


Но грузить этих клоунов на грабеж все равно никто не собирался, потому что потерпевшего мужичка найти так и не удалось, хотя давали объявления в бегущую строку, на местном радио, телевидении и т.д., а также искали и оперативным путем. Поэтому всех нас показания Веникова вполне устроили.


С Совочкиным пришлось сложнее, потому что он постоянно перемещался по каким-то дальним вахтам в бескрайней тундре, и его удалось найти в общей сложности только месяца через два. Опять же наши опера выехали на Севера, и притащили Совочкина в местный северный СУСК, где его допросил местный же следователь по поручению. Совочкин дал точно такой же расклад.


И хотя у нас так и не получилось установить потерпевшего, результат все-таки был: два человека прямо подтверждали, что Метелкин как минимум нарушал в тот момент общественный порядок, а значит, у сотрудников полиции имелись основания для его задержания. Соответственно, все действия следователя Кириллова становились понятными, законными и обоснованными.


Дело в отношении Метелкина было направлено в суд, где он получил шесть лет лишения свободы (вроде бы, насколько я помню). Вот так, огромными усилиями, грохнув большое количество времени, сил и средств, удалось доказать правомерность действий сотрудника органов внутренних дел во вполне очевидной, на первый взгляд, ситуации.

Показать полностью
2198
Про еще один удачный выстрел
230 Комментариев в Истории из жизни  

Короткий рассказ о реальном случае, без всяких лирических отступлений и тому подобного. Только сухие факты, позволяющие немного представить себе непредсказуемость воздействия на человеческий организм пули пистолетного патрона 9х18 ПМ.


Дело было в самом начале 90-х годов, в одном из сельских районов нашей области. Некий мужичок, назовем его Полбанкин, приехал из соседней области в одно хозяйство калымить на уборке на своем 53-ем «газончике». Ну, покалымил несколько дней в ударном темпе, а потом пошел дождь, и других вариантов, как пить водку, у работяг больше не осталось. Пили-пили, но возникла нужда взять еще, потому что дождь не заканчивался. В сельмаге водки уже не оказалось, и Полбанкин поехал за рулем на «газончике» в райцентр за добавкой.


В общем, в погожий пятничный денек, часов так в пять вечера, по райцентру на бешеной скорости разъезжал ГАЗ-53, за рулем которого находился весьма ужратый и слабо ориентирующийся на местности Полбанкин. Поскольку в силу этих обстоятельств «газончик» двигался не только быстро, но и зигзагом, периодически заезжая на тротуар и встречку, он привлек к себе внимание экипажа ДПС. Они на служебной «шестерке» стали преследовать ГАЗ-53, попутно включенным проблесковым маячком, спецсигналом сирены и командами по СГУ: «ГАЗ-53, принять вправо и остановиться!», намекая Полбанкину, что он уже обнаружен. Но по каким-то причинам Полбанкин решил, что ему удастся скрыться от гаишников, и он продолжил движение по центральным улицам райцентра, только с еще большей скоростью.


Когда он пошел на второй круг, гаишники стали осознавать, что сейчас явно случится что-то нехорошее, потому что уже несколько автомобилей только чужом успели отвернуть на встречке от «газончика», а несколько пешеходов шарахнулись по тротуару. Тогда они по СГУ стали предупреждать о том, что сейчас для остановки транспортного средства они будут использовать табельное оружие, но действия это не возымело. После этого один из гаишников, пусть будет Беннигсен (на самом деле у него была другая немецкая фамилия, но это не важно), который не был за рулем, стал стрелять из ПМ по колесам «газончика». Однако на скорость преследуемого автомобиля это не повлияло, несмотря на четыре или пять выстрелов.


Тогда Беннигсен сказал напарнику высадить его на одном крутом повороте. Дело в том, что Полбанкин нарезал пятаки по одним и тем же улицам райцентра (поскольку видимо плохо знал населенный пункт), и Беннигсен решил на том крутом повороте, где «газончик» неизбежно должен был снизить скорость, запрыгнуть в кабину и обездвижить автомобиль. Так и сделали, Беннигсен вылез на повороте, а его напарник поехал за «газоном», выкрикивая в СГУ требования остановиться. Когда Полбанкин, сделав круг, подъехал к тому самому повороту и существенно снизил скорость, чтобы в него вписаться, Беннигсен воспользовался этим, и с ПМ-ом в правой руке сумел вскочить на подножку кабины с правой стороны, пытаясь влезть в автомобиль через открытое по случаю теплой погоды окно и крича: «Стоять, милиция!».


Полбанкин стал пытаться сбросить Беннигсена, для чего начал резкие маневры из стороны в сторону. При этом по каким-то причинам (замок скорее всего был расхлябанный) дверь открылась, и в результате Беннигсен повис на двери «газона», которая раскачивалась из стороны в сторону. Причем висел он на подмышках (не знаю, как правильно объяснить), находясь головой и руками внутри кабины, а остальными частями тела – наружу. Да-да, как в фильме про Индиану Джонса. Поболтавшись так несколько минут, Беннигсен начал понимать, что добром всё это не закончится, и скоро он упадет. Поэтому он выстрелил из ПМа в ноги Полбанкину, так как не хотел его убивать.


После выстрела «газон» продолжил движение по прямой, но врезался в забор одного домовладения. Снеся забор, грузовик уткнулся в стену дома, немного её повредив. После этого Беннигсен залез в кабину, стал тормошить сидящего за рулем Полбанкина, который на вид будто уснул. Но оказалось, что Полбанкин был мертв.


По результатам судебно-медицинской экспертизы трупа Полбанкина было установлено, что его смерть наступила от болевого шока, возникшего вследствие проникающего слепого пулевого огнестрельного ранения правой ноги с повреждением берцовой кости и разрывом мягких тканей. Проще говоря, Беннигсен попал Полбанкину в правую ляжку с правой же стороны, пуля уперлась в кость, и Полбанкин помер моментально, еще не доехав до забора.


Изначально районная прокуратура в возбуждении уголовного дела в отношении Беннигсена отказала, поскольку сочла, что он использовал и применял табельное оружие правомерно, в соответствии с законом «О милиции». Такого же мнения было и областное УВД. Однако у Полбанкина были родственники в соседней области, которые начали в промышленных масштабах производить жалобы в самые различные инстанции, утверждая, что тот погиб в результате ментовского беспредела. Выдвигалась ими и такая безумная версия, что менты застрелили Полбанкина где-то в другом месте, а потом посадили за руль «газона» и имитировали ДТП.


Где-то спустя год этих жалоб по указанию Генеральной прокуратуры в отношении Беннигсена было возбуждено уголовное дело, вроде бы по статье 171 УК РСФСР – превышение должностных полномочий. Дело расследовалось очень тщательно, ведь оно было на контроле в Генеральной. Было проведено значительное количество экспертиз, допрошена куча очевидцев – жителей райцентра, но все добытое по делу полностью подтверждало милицейскую версию. В результате дело прекратили, но затем по жалобам потерпевших возобновили снова, и так раза три или четыре, точно уже не помню.


В конце концов, года через два, дело прекратили окончательно, оно даже сходило в Генеральную, где оснований для отмены постановления о прекращении не нашли. В процессе этих качелей Беннигсен из милиции уволился и ушел работать куда-то на гражданку.


Так что ПМ-овская пуля 9мм – на самом деле страшная сила. Ну, во всяком случае, иногда.

Показать полностью
2652
Про удачный выстрел
266 Комментариев в Истории из жизни  

Данная история произошла очень давно, лет двадцать пять назад, и сейчас о ней уже мало кто помнит. Но в то время этот случай очень живо обсуждали в кругах правоохранителей нашей местности, и поэтому я, хотя сам непосредственно во всем этом безобразии не участвовал, хочу о нем поведать. Хотя верится в это с трудом, но именно так и всё и было.


Итак, самое начало 90-х годов в провинциальном городке на Урале. Ну, начало 90-х: рыночные реформы, майонез, сало, дрянская еда, задержки зарплат по полгода, дерьмовая погода, Анатолий мать его в сраку Чубайс… Начало 90-х! Это было небольшое, но важное для общего понимания описание исторического фона, на котором развивались события.


Но человек, как известно, существо по выживаемости только немного уступающее кошкам, так что как-то выживали, и даже иногда ходили друг к другу в гости. И один опер уголовного розыска из Ленинского райотдела, назовем его Сумароков, пошел с супругой как-то вечерком к друзьям в гости. Посидели там, но без фанатизма, конечно, чисто символически – завтра же на работу. Поэтому раным-рано, то есть часа в два ночи, Сумароков с женой уже двигались в сторону своего дома. Шли пешком, потому что общественный транспорт уже давно не ходил, а служб такси в то время не существовало.


Путь их пролегал по одной из центральных улиц города, пусть будет улица Тургенева, продолжая линию русской классики, начатую фамилией «Сумароков». Кстати, любит у нас народ русскую классическую литературу, этого не отнять. Бывало, читаешь утром суточную оперативную сводку, а там Кировский райотдел раскрытие кражи подает: «Кражу имущества Пушкина из кв. № дома № по ул. Достоевского совершил Некрасов». И сразу в голове продолжение домысливается, что раскрыл наверняка опер Гоголь, а следователем был Толстой. Но что-то я отвлекся.


В общем, идет опер Сумароков с женой по улице Тургенева, два часа ночи, кругом ни души - тихо, как на Новодевичьем. Доходят до перекрестка с улицей Маяковского, а там в то время прямо на углу размещался большой кондитерский магазин, по какой-то неясной причине не загнувшийся еще с советских времен. Была у того магазина огромная стеклянная витрина, на полках которой во много рядов были расставлены всяческие красивые тортики, по причине галопирующей инфляции и отсутствия денег практически недоступные широким массам населения. И видит опер Сумароков, что трое каких-то аявриков, выстеклив витрину, по тихой грусти шустро грузят тортики в подогнанный «Москвич-каблучок».


Понятное дело, что Сумароков не смог пройти мимо, хотя жена и тащила его за рукав в сторону дома со словами: «Игорь, пойдем отсюда, тебе что, больше всех надо, что ли?». Ведь он же все-таки сотрудник милиции, а значит, обязан пресекать преступления, и все такое прочее. Да и вообще, в состоянии алкогольного опьянения у многих просыпается отвага, бесстрашие и обостренное чувство ответственности за неукоснительное исполнение служебного долга. Поэтому Сумароков не послушал жену, вырвался из её цепкой руки, и грозно спросил жульманов: «А что грузим-то, пацаны?», на что получил ответ: «Иди, зёма, своей дорогой, пока идти еще можешь».


Верно оценив сложившуюся обстановку, Сумароков достал табельное оружие – пистолет ПМ, находившийся у него на постоянном ношении, и который он всегда брал с собой в гости, причем просто так, на всякий случай – мало ли что там в гостях может случиться? С криками: «Стоять, милиция!» он несколько раз выстрелил в воздух. Жульманы не стали пускаться в выяснение правовых оснований использования Сумароковым огнестрельного оружия, а резко стартанули с места происшествия, причем все в разные стороны.


Сумароков еще постоял у магазина, покричал: «Кому сказал стоять, это милиция, стрелять буду!», несколько раз пострелял в сторону неба, но никакого эффекта эта суета на жуликов впечатления не произвела, и они продолжили забег. Один из них бежал по улице Маяковского, и был от Сумарокова уже далековато, метрах в пятидесяти-шестидесяти, когда тот, поняв, что догнать никого все равно не получится, произвел выстрел. Причем стрелял Сумароков не прицельно, а просто в сторону спины бегущего жулика, понимая, что попасть с такого расстояния все равно не получится. Действительно, после выстрела жульман только припустил еще быстрее. И скрылся за поворотом на улицу Чехова, идущей параллельно по отношению улице Тургенева. После этого Сумароков с ближайшего телефона-автомата позвонил по 02, доложил ситуацию и стал ждать приезда следственно-оперативной группы.


А в это время проезжающий по улице Чехова автопатруль ППС заметил мужичка, со страшной скоростью несущегося по тротуару. Поняв, что это не спроста, милиционеры на УАЗике стали догонять бегущего, причем он явно пытался от них скрыться. Но куда ты скроешься от УАЗика, поэтому метров через сто ППС-никам удалось его скрутить и усадить в служебный автомобиль. Как раз по рации начали передавать ориентировку на жуликов, вставивших кондитерский магазин, и милиционерам удалось сообразить, что им посчастливилось задержать одного, поэтому они повезли его в райотдел. Сам жулик всю дорогу молчал, только постанывал немного. Когда его выгружали, то заметили на заднем сиденье кровь. Стали его осматривать и обнаружили, что у него на штанах вся мотня в крови. Тут же повезли его в больничку, там жулика осмотрели и оказали первую медицинскую помощь.


Оказалось, что ПМ-овской пулей ему оторвало всё, что болталось между ног, то есть часть полового члена и тестикулы, это если выражаться культурно. Выходило, что единственным неприцельным выстрелом с приличного расстояния опер Сумароков каким-то невероятным образом сумел попасть в развевающиеся у жулика на бегу… Ну вы поняли, что.


В отношении Сумарокова прокуратура города возбудила уголовное дело по статье 171 части 2 УК РСФСР - Превышение власти или служебных полномочий, то есть умышленное совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы прав и полномочий, предоставленных ему законом, причинившее существенный вред охраняемым законом правам и интересам граждан, если оно сопровождалось применением оружия или мучительными и оскорбляющими личное достоинство потерпевшего действиями. И, вроде бы, насколько я помню, ему вменяли статью 108 часть 1 - умышленное телесное повреждение, повлекшее за собой утрату органом его функций (да, тогдашний УК как будто прямо такой казус предусмотрел).


Но в итоге это дело прекратили, потому что пришли к выводу, что Сумароков, хотя и был в тот момент не на службе и выпивший, всё равно как сотрудник милиции обязан был принять меры к пресечению тяжкого преступления – кражи, совершаемой по предварительному сговору группой лиц с проникновением в помещение. Тем более, что по закону «О милиции» он был вправе применить огнестрельное оружие для задержания лица, застигнутого при совершении тяжкого преступления против собственности и пытающегося скрыться.


Так что Сумароков продолжил служить в органах внутренних дел, а злосчастный жулик уехал на зону за покушение на кражу, и как дальше сложилась его судьба – мне неведомо.

Показать полностью
949
Про халатность участкового
146 Комментариев в Истории из жизни  

При написании прошлого поста («Про поиски крайнего» - http://pikabu.ru/story/pro_poiski_kraynego_po_prosbe_podpisc...), мне вспомнилась одна история, также связанная с участковым и халатностью. Сам я непосредственно в расследовании того случая не участвовал, но по роду службы была необходимость немного вникнуть в суть инцидента. Правда, никаких записей в архивах у меня по этому факту не сохранилось, поэтому воспроизведу только то, что точно помню, без каких-то мелких подробностей.


Дело было в середине нулевых годов, в одном из сельских районов нашей области. В неком селе жил мужичок, назовем его Панихидин. Обычной такой мужичок, лет сорока с небольшим, немного пьющий, конечно (а кто в селе непьющий?), но не синяк, это точно. Зарабатывал он себе на жизнь тем, что выращивал на продажу песцов. Этакая частная звероферма. Этих песцов было у него голов сорок-сорок пять (примерно, точно сколько уже не припомню, да это и не важно). Так что жил он по деревенским меркам достаточно неплохо, можно сказать зажиточно.


И вот в один ноябрьский день Панихидин поехал в город по каким-то делам, причем всей семьей – с женой и детьми. Уехал рано утром, отсутствовал почти целый день. Вернувшись, он обнаружил, что в сарайках все клетки пустые – песцы исчезли. Побегал по соседям, поузнавал, но никто ничего не слышал или не видел. А может, просто не захотел ему ничего сказать (напомню, что был Панихидин человеком относительно зажиточным, а такие люди в деревнях, увы, особой любовью местного населения, как правило, не пользуются). Поэтому на следующий день пошел Панихидин к местному участковому, пусть будет Стариков. Старикову этому было тогда немного за тридцать, работал он уже лет пять, и был на достаточно неплохом счету у руководства.


Панихидин рассказал Старикову про кражу песцов, поэтому участковый вместе с ним проследовал на место происшествия и произвел его осмотр, составив соответствующий протокол. Правда, каких-либо следов, указывающих на возможных подозреваемых, обнаружено не было. Может, Стариков и плохо искал, такое тоже вполне возможно.


Но Панихидин высказал участковому свое убеждение, что к краже песцов причастны члены семьи Колмогоровых, проживающие неподалеку от его дома. Семейство Колмогоровых, в отличие от Панихидина, было как раз очень типичным для деревни. Муж сидел безработным и побухивал, жена где-то работала, уборщицей, что ли, но тоже побухивала. Вот дети у них были уже взрослы, и побухивали где-то в другом месте, потому что жили отдельно. По разным поводам у Панихидина были ранее бытовые конфликты с Колмогоровыми, и видимо поэтому он сразу указал на них, как на воров.


Участковый заверил Панихидина, что все проверит, и ушел. Да, Стариков действительно зашел домой к Колмогоровым, побеседовал с ними, с их разрешения осмотрел дом и надворные постройки, но никаких следов, подтверждающих возможность нахождения там песцов, не обнаружил. Еще он походил по деревне, пообщался с местными, в том числе со своими негласными источниками, но ничего обнадеживающего не узнал. Участковый сделал для себя вывод, что отработались по песцам у Панихидина, быстрее всего, какие-то залетные, может даже городские, но явно по наколке кого-то из местных. Потому что песцы – товар специфический, их надо сначала где-то держать, а потом куда-то гарантированно сбыть. Не пускать же их на мясо, в самом деле? В общем, Стариков понял, что тема эта стопудово жестко заглухарится, то есть преступление явно останется нераскрытым. Чтобы не вешать на свой административный участок нераскрытое тяжкое преступление, участковый заявление от Панихидина регистрировать не стал, а положил его вместе с протоколом осмотра места происшествия и несколькими объяснениями в свой рабочий стол в сельсовете, рассчитывая, что если будут какие-то подвижки, как-нибудь легализовать этот материал.


После кражи прошло уже больше года, но преступление так и не было раскрыто, в связи с чем Панихидин понял, что толку от милиции не будет. И тогда он решил действовать самостоятельно. У своего зарегистрированного гладкого ружья 12-го калибра отпилил ствол, изготовив тем самым обрез. Взял обрез, патронов к нему побольше, канистру с бензином, и пришел вечерком в дом к Колмогоровым, где стал устраивать разборки. Как проходил процесс этих разборок, доподлинно неизвестно, потому что Панихидин в итоге завалил наглухо из ружья обоих супругов Колмогоровых – мужу выстрелил два раза в живот, а жене – один раз в голову. После этого он полил бензином из канистры дом, и поджег его. А сам выдвинулся к дому еще одного односельчанина – Федоровского, про которого он думал, что тот пару лет назад украл у него гусей. Зайдя в дом, он из обреза шмальнул в голову Федоровскому, потом сел в свой автомобиль и уехал из деревни в неизвестном направлении, то есть попросту скрылся.


Убийство двух с половиной человек (потому что Федоровский, как ни странно, остался жив вследствие оказанной ему вовремя медицинской помощи), понятное дело, вызвало большой резонанс. Расследование велось весьма тщательно, и поэтому вскрылось, что участковый Стариков укрыл от учета тяжкое преступление. В его кабинете сделали обыск, и нашли тот самый незарегистрированный материал по краже песцов.


Была проведена служебная проверка, по результатам которой Старикова из органов внутренних дел уволили. И еще в отношении него возбудили уголовное дело по статье 293 части 3 УК РФ - халатность, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного или небрежного отношения к службе, повлекшее по неосторожности смерть двух или более лиц.


Панихидина уголовный розыск нашел через три года, он скрывался в соседней области. При допросах он свою вину в убийстве не отрицал, мотивировал свои действия тем, что решил навести справедливость сам, поскольку милиция никаких мер по его заявлению не принимала. И вообще, в момент убийства он находился в состоянии сильного душевного волнения. Хотя уже в суде заявил, что Колмогоровы вполне могли быть и не причастны к краже его песцов. Областной суд приговорил его к пожизненному лишению свободы, он приговор обжаловал, но Верховный суд оставил его в силе. Короче, уехал Панихидин куда-то в сторону «Черного дельфина», где по настоящее время и пребывает.


Уголовное дело по обвинению участкового Старикова в халатность тоже было направлено в суд, причем не по халатности, а по статье 285 части 1 УК РФ – злоупотребление должностными полномочиями. Следствие посчитало, что прямой связи между действиями Старикова и Панихидина нет, но не зарегистрировав заявление Панихидина, Стариков своими служебными полномочиями злоупотребил. В первой инстанции Стариков был оправдан. Прокуратура оправдательный приговор обжаловала, он был отменен, и дело было возвращено на новое рассмотрение. Не могу вспомнить точно, но вроде бы вся эта бодяга продолжалась в суде больше года, первая инстанция оправдывала Старикова, а областной суд эти приговоры ломал. Но в итоге все-таки областной суд согласился с доводами районного суда, и Стариков был окончательно оправдан. В милицию, правда, он не вернулся, чем он сейчас занимается, сказать не могу.


Можно по разному оценивать действия участкового Старикова. Несомненно, что он нарушил закон, не зарегистрировав заявление Панихидина о краже и не проведя по нему надлежащего разбирательства. Но вот насколько он виноват в смерти от рук Панихидина двух человек – вопрос очень спорный. Ведь прямой связи между поступком участкового и совершением Панихидина особо тяжкого преступления нет. То есть у Панихидина были все возможности добиваться справедливости официальным, законным путем. Но этого он не сделал, а предпочел лишить жизни двоих, причем, вполне возможно, ни в чем не повинных людей (потому что в ходе следствия ничего, указывающего на причастность Колмогоровых к краже, найти так и не удалось). Да, рассуждая по-человечески, можно сказать, что Стариков косвенно виноват в смерти семьи Колмогоровых, но по закону уголовного преступления он не совершил. Лично я с такой точкой зрения согласен.

Показать полностью
882
Про поиски крайнего (по просьбе подписчика)
261 Комментарий  

В комментариях к одному моему прозвучала вот такая просьба:

Уважаемый Семен, здравствуйте. Пишу Вам из той самой злосчастной области, где произошли события с метиловым спиртом. В настоящее время у нас произошло развитие этой истории, а именно: следственный комитет возбудил уголовное дело в отношении начальника ОУУП и ПДН одного из отделов г. Иркутска по ч. 3 ст. 293 УК РФ. Формулировка такова: им не был закреплен сотрудник за территорией обслуживаемого района на котором впоследствии был обнаружен магазин продававший те самые бутыльки с ядовитой жидкостью. В настоящее время комитет даже выступил с ходатайством об избранит данному сотруднику меры пресечния в виде заключения под стражу. Удивительно, но суд отказал следствию, при чем ходатайство не поддержал прокурор. Искренне был удивлен, так как сам являюсь действующим сотрудником ОПС и не понаслышке знаю об отношении прокуратуры к ОВД (может так только на моей территории). При это не вижу заступников со стороны руководства МВД области. Это удивляет, пугает и обескураживает. Много обсуждали это в своей сообществе, с коллегами по кабинетам. Сейчас хотел бы услышать и Ваш комментарий, а если повезет даже отдельный пост с какой-нибудь историей :)

Пруфы: http://www.interfax.ru/russia/544909

#comment_79408793


Прошу прощения у уважаемого @qua11ro, что не смог ответить сразу, но тем не менее, свое мнение по этому вопросу хотелось бы изложить.


О чем собственно идет речь (для тех, кому лень переходить по ссылке):

Начальник отдела участковых полиции управления МВД по Иркутской области Денис Черемисин задержан по подозрению в халатности, из-за которой стала возможна массовая гибель людей от отравления спиртосодержащей жидкостью "Боярышник", сообщила официальный представитель Следственного комитета Светлана Петренко.

"По версии следствия, в период с 28 января по 31 декабря 2016 года Черемисин не организован надлежащим образом работу участковых на административных участках, обслуживаемых отделом полиции №4 УВД по Иркутску. В результате в одном из торговых павильонов была реализована спиртосодержащая жидкость для употребления в пищевых целях под видом косметического средства для принятия ванн "Боярышник". В нем содержались вещества, опасные для жизни и здоровья человека, в том числе, метанол, что повлекло гибель людей", - сказала Петренко в среду "Интерфаксу".

Массовое отравление суррогатным алкоголем произошло в иркутском микрорайоне Ново-Ленино. Пострадавшие в возрасте 25-50 лет стали поступать в медучреждения 17 декабря. По предварительным данным, все они употребляли спиртосодержащую жидкость - парфюмерное косметическое средство "Концентрат для ванн "Боярышник". Минздрав региона сообщил, что отравление вызвал метиловый спирт или метанол, который содержался в концентрате, хотя на упаковке в составе значился этиловый спирт.

Вообще, поиск крайнего при разборках по фактам чрезвычайных происшествий – это такая традиционная русская забава, которой очень много лет. В подтверждение своих слов сошлюсь на крылатое выражение про «стрелочника», существующее в России с незапамятных времен. То есть виноватых у нас искать искренне любят, делают это самозабвенно, с полной отдачей, и с единственным предсказуемым результатом: виновным всегда оказывается какой-нибудь исполнитель самого нижнего звена (тот самый «стрелочник»), единственный косяк которого заключается, как правило, в том, что его угораздило оказаться не в том месте и не в то время. При этом подлинные причины ЧП зачастую не вскрываются, а если и вскрываются, то высокие чины никакой ответственности не несут, и вообще об этом объявлять официально и публично как-то не принято. Следственный комитет России в этом смысле никогда исключений не представлял, наоборот, его сотрудники с честью продолжают нести славные отечественные традиции и борются со «стрелочниками», творчески подходя к процессу и не считаясь со служебным и даже личным временем.


Давайте немного разберемся, в чем же обвиняет СК РОссии начальника участковых из Иркутска (это я для краткости сократил его должность)? А вот в чем. Ему вменяется в вину совершение преступления, предусмотренного частью 3 статьи 203 УК РФ «Халатность», то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного или небрежного отношения к службе, повлекшее по неосторожности смерть двух или более лиц.


Вдумаемся в данную норму закона и сопоставим с трагическими событиями в Иркутске. Получается, что начальник участковых небрежно исполнял свои служебные обязанности, и именно то, что он ненадлежащим образом относился к службе, повлекло за собой массовое отравление граждан метанолом, содержавшимся в жидкости для ванн.


Интересно, как же по мнению органов следствия начальник участковых должен был исполнять свои обязанности, чтобы массового отравления метанолом не произошло? Точнее, как же он должен был организовать работу своих подчиненных – участковых уполномоченных полиции?


Видимо, органы следствия полагают, что начальник участковых должен был обязать подчиненных обходить квартиры, частные подворья, места массового скопления асоциальных элементов и пресекать любые попытки населения испить живительной влаги из бутылочки с надписью «Боярышник»? Или органы следствия думают, что жидкость «Боярышник» у нас запрещена к гражданскому обороту, и любой участковый просто обязан был шерстить обслуживаемый участок в поисках этой отравы, устраивать облавы по торговым точкам, а при её обнаружении должен был немедленно «Боярышник» изъять с последующим составлением рапорта в порядке ст.143 УПК РФ?


К чему я веду: для наличия такого состава преступления, как халатность, необходима прямая причинено-следственная связь между ненадлежащим исполнением своих служебных обязанностей и наступившими последствиями. Вы какую-то связь действий участковых с массовым отравлением алкашей алкогольными суррогатами видите? Лично я – нет, не вижу.


Тем более, что по смыслу состава статьи 293 УК, виновное лицо не просто должно ненадлежащее исполнять свои служебные обязанности, оно еще и должно иметь реальную возможность эти обязанности правильно выполнить. Небольшой пример для понимания: доктор на «скорой помощи» приезжает к больному, и видит, что надо срочно вколоть некий препарат, иначе человек умрет. Но у доктора с собой в аптечке этого препарата нет, потому что он там вообще не предусмотрен по инструкции. Так что колоть больному нечего, его везут в больничку, но по дороге он умирает. Виноват ли доктор в халатности? Нет, потому что он просто не мог по объективным причинам надлежащим образом выполнить свою обязанность по спасению жизни человека.


Вот так и в случае с участковыми: интересно, а как бы участковые смогли предотвратить массовое отравление «Боярышником»? Запретить гражданам эту жидкость пить, но каким образом? Изымать этот «Боярышник» из продажи, но на каких основаниях? Систематически проверять весь продающийся «Боярышник» на предмет наличия в нем метанола, но как это можно сделать? И так далее, и тому подобное.


Причем как бы забывается, что всяческих обязанностей по службе у участковых – выше крыши. Во всяком случае, в приказе МВД России № 1166 от 31.12.2012 г. из в пункте 37 перечислено аж 25, и все такие весьма объемные по сути. Полностью тут их приводить не буду, если кому интересно, то почитайте первоисточник: http://www.garant.ru/products/ipo/prime/doc/70244228/ Или посмотрите посты пикабушника @yustasoid, он как раз из практики участковых излагает, очень жизненно, кстати.


Более того, из комментария уважаемого @qua11ro (а он как раз на месте событий, и я ему верю) следует, что за тем административным участком, где продавали отраву, участковый вообще в тот момент не был закреплен. О чем это говорит? Это говорит о том, что в службе участковых в том отделе некомплект. Наверняка начальник участковых устным распоряжением закрепил за тем участком кого-то из своих сотрудников, а письменное распоряжение издать, видимо, не успел. Но это вовсе не значит, что тот участок никем не обслуживался. Обслуживался, просто вероятнее всего, когда Следственный комитет в поисках крайнего дошел до самых верхов, до самой первопричины трагедии, то есть до участкового (предупреждаю – это сарказм), оказалось, что никто официально закреплен не был, и такой очевидный «стрелочник» наказания избежал. Ничего страшного, вероятнее всего подумали в Следственном комитете, есть же начальник участковых, который письменное распоряжение не издал, вот пусть он и тащит всю ответственность за массовую трагедию в одну каску. И не надо задумываться, а как вообще смертельный яд – метанол – оказался легко доступен каким-то коммерсантам, был ли этот метанол надлежащим образом маркирован при производстве и продаже, почему вообще без всяких проблем массово по всей стране реализуются в торговле различные спиртосодержащие жидкости, представляющие собой в реальности эрзац алкогольных напитков, и при этом не только не платится акциз, но и подвергаются опасности жизни граждан, и все такое прочее. К чему все это, ведь есть же "настоящий виноватый" – начальник участковых.


Ходатайство органов следствия об избрании в этой ситуации начальнику участковых такой меры пресечения, как содержание под стражей, выглядит форменным издевательством над правосудием. Ну чем обусловлена экстренная необходимость обязательно посадить начальника участковых в СИЗО? Как он на свободе может помешать следствию, чем именно? Действительно, позиция суда, отказавшего в применении этой меры, вызывает уважение. Хотя и некоторое удивление: обычно суды без проблем помещают сотрудников полиции под стражу, особо не вникая в суть.


Можно предположить, откуда у иркутского СК такое рвение в поиске крайнего именно среди участковых. Думается, что такую задачу им поставил лично первый в истории России генерал юстиции А.И. Бастрыкин, который, кстати, даже проводил по этому поводу совещание на месте: http://sledcom.ru/news/item/1089475 В этой связи вспоминаются слухи о том, что именно АИБ лично настаивал на привлечении к уголовной ответственности за халатность одного из владельцев аэропорта «Домодедово», где произошел теракт, хотя изначально все говорили о том, что никакого преступления тот не совершил. Кстати, вроде бы то дело в итоге все-таки прекратили.


Вот что бывает, когда органы предварительного следствия всея Руси возглавляет человек, ни дня в этом самом следствии не работавший, судя по всему, представляющий себе реальную правоприменительную практику исключительно из бравурных отчетов с многочисленной цифирью, занимающийся оторванными от реальности теоретизированиями, и загружающий настоящее следствие всякой ерундой.


Правда руководство МВД в этой ситуации выглядит немногим лучше, но только немногим. Понятно, что если от имени МВД будет прямо опубликована вся правда о том, что Следственный комитет мается дурью, и начальник участковых совершил максимум дисциплинарный проступок, а не уголовное преступление, то поднимется вой о давлении на органы следствия и все такое прочее. Но вы хотя бы разрешите сбор среди личного состава денег на адвоката этому мужику, который в этой ситуации оказался невольным «стрелочником». И напишите на сайте своем: да, органы следствия обвиняют начальника участковых, мы с позицией следствия спорить не будем, но вот личный состав деньги уже на адвоката собирает. Может, хоть это позволит немного сохранить лицо МВД и показать сотрудникам полиции, что их никто один на один с обезумевшим в поисках «стрелочников» Следственным комитетом оставлять не собирается.


Но это я замечтался что-то, потому не будет такого никогда. Вон, без всякой необходимости оттяпали чуть ли не пятую часть личного состава МВД в какую-то абсолютно надуманную Росгвардию, оставив полицию в ослабленном виде дальше плавать в повседневном дерьме борьбы за правопорядок, и никто из руководства министерства не то, чтобы в знак протеста в отставку не подал, а даже никакой «утечки» своего мнения в прессу не сумел организовать.


При всем при этом я не берусь утверждать, что прямо-таки все участковые – святые и безгрешные люди. Потому что там хватает всяких – и лентяев, и разгильдяев, и недоучек, и халтурщиков, и взяточников, но таких все равно не абсолютное большинство. Впрочем, это можно сказать про все сферы человеческой деятельности, и участковые тут исключением не будут. В любом случае, уж кто-то, а участковые в массовом отравлении «Боярышником» точно не виноваты.


Подчеркну: всё вышеизложенное являются исключительно моим субъективным мнением, на абсолютную истину я никоим образом не претендую и буду рад увидеть в комментариях и другие точки зрения по обсуждаемому вопросу.

Показать полностью


Пожалуйста, войдите в аккаунт или зарегистрируйтесь